Библиотека svitk.ru - саморазвитие, эзотерика, оккультизм, магия, мистика, религия, философия, экзотерика, непознанное – Всё эти книги можно читать, скачать бесплатно
Главная Книги список категорий
Ссылки Обмен ссылками Новости сайта Поиск

|| Объединенный список (А-Я) || А || Б || В || Г || Д || Е || Ж || З || И || Й || К || Л || М || Н || О || П || Р || С || Т || У || Ф || Х || Ц || Ч || Ш || Щ || Ы || Э || Ю || Я ||

Идрис Шах

Волшебный монастырь


Перевод с англ. Натальи Шантырь

Под ред. Леонида Тираспольского


Данная книга составлена в основном из ранее не публиковавшихся традиционных суфийских историй и, наряду с ними, из историй, сочиненных в традиционной манере мною самим. К этим, последним я прибегал в тех случаях, когда мне не удавалось отыскать примера для иллюстрации какого-либо из моментов, актуальных для суфизма сегодня. Так что данная книга - не собрание наиболее характерных фрагментов, а, скорее, "срез" со всего суфийского учения в его гармонической целостности.

           

История переводчика (вместо предисловия к русскому изданию)

Некий переводчик пришел к суфийскому шейху и попросил его отредактировать перевод книги Идриса Шаха.

            Шейх согласился.

            "Дорогой друг, - промолвил шейх. - Суфии считают свою литературу действенной, а не просто развлекательной. Чтобы ее способность воздействовать не оказалась утраченной при переводе, не должен ли сам переводчик руководствоваться теми принципами, из которых она исходит?" "Я догадываюсь, что вы имеете в виду, - почтительно отвечал переводчик. - Именно поэтому я стремился предельно бережно следовать тексту оригинала - дабы не внести искажений в смысл".

            "В том-то и дело. - Шейх улыбнулся и неторопливо поднес к губам чашку с чаем. - Чтобы смысл оригинала остался неискаженным, требуется определенная свобода в обращении с текстом, с его буквой. Смысл должен каждый раз перевоссоздаваться заново - в той форме, которая наиболее применима к данным месту, времени и людям. Таков один из принципов нашего Учения".

            Переводчик занервничал.

            "Но, видите ли... - смущенно произнес он. - Читатель уже привык к определенному строю речи, ассоциирующемуся у него с суфизмом..." "А, - сказал шейх. - Значит, суфизм у вашего читателя ассоциируется с высокопарностью, псевдозначительностью и нечетким выражением мысли?" К этому моменту переводчик уже честил себя на чем свет стоит: он-то ожидал услышать похвалу, а вышло совсем как в тех историях, которые он переводил! Во что же выльется работа над рукописью?.. Он даже испугался немного: чего еще можно ожидать от этого загадочного человека?

            "Знаете, - сказал переводчик. - Вообще-то, это не первая книга суфийских притч, выпускаемая у нас в стране. Нашему читателю нравится такой стиль. Если все переделать так, как этого хотите вы, боюсь, он не поймет вашего Идриса Шаха, и книгу не станут покупать".

            И с тем, вежливо откланявшись, он поспешно забрал у шейха свою рукопись и удалился восвояси.

            Предисловие автора

Данная книга составлена в основном из ранее не публиковавшихся традиционных суфийских историй и, наряду с ними, из историй, сочиненных в традиционной манере мною самим. К этим, последним я прибегал в тех случаях, когда мне не удавалось отыскать примера для иллюстрации какого-либо из моментов, актуальных для суфизма сегодня. Так что данная книга - не собрание наиболее характерных фрагментов, а, скорее, "срез" со всего суфийского учения в его гармонической целостности.

            Я глубоко благодарен группе востоковедов и других ученых, выразивших мне признательность в связи с моими предшествующими публикациями. Не менее важна для меня и поддержка людей из литературной среды, которые обратили внимание на ту внутреннюю силу, которой обладает литература данной традиции.

            Лично меня всегда интересовала чисто функциональная сторона суфийской литературы - в дополнение к историческому и эстетическому ее аспектам. В связи с этим мне хотелось бы отметить, что внимание к такому ее аспекту в последнее время все более возрастает, а понимание увеличивается.

            Задача "Волшебного монастыря" видится мне в том, чтобы внести лепту в эту тенденцию и, в то же время, в том, чтобы просто дать возможность насладиться чтением обычному, не посвященному в тонкости суфизма читателю.

           

Идрис Шах Волшебный монастырь

 

 Один весьма образованный и щедрый человек устраивал еженедельные трапезы. Круг гостей, собиравшихся там, получил прозвание "Ассамблея просвещенных". На эти встречи часто приходил один ничем не примечательный дервиш.

            Сей дервиш никогда не принимал участия в общей беседе. Входя, он пожимал с улыбкой руки всем присутствовавшим, усаживался где-нибудь в уголке и ел себе тихонько. Когда встреча подходила к концу, - вставал со словами благодарности, прощался и уходил восвояси. При первом его появлении по рядам гостей прошел шепот, что это святой. Но в точности о нем не было известно ничего.

            Итак, долгое время гости полагали, что перед ними святой, наделенный сокровенным знанием, и предвкушали, что наступит такой момент, когда он сочтет возможным поделиться с ними частицей своей мудрости. Некоторые даже хвастались своим друзьям, что их собрания посещает такой человек, намекая, что в его присутствии ощущают нечто исключительное.

            Однако, поскольку время шло, а они не замечали за собой какого-то особого продвижения, которое можно было бы связать с его воздействием, они начали подозревать его в том, что он - подражатель, возможно, даже мошенник. Некоторые стали испытывать в его присутствии неловкость. Другие, напротив, вообще перестали его замечать - ведь он не привлекал к себе внимания. Дервиш же не предпринимал абсолютно ничего, что могло бы хоть как-то оправдать его присутствие. Ни единым изречением не украсил он тех поучительных бесед, что почитались присутствовавшими как самое главное в их жизни.

            Но однажды дервиш заговорил.

            Он сказал: - Завтра вечером я приглашаю всех вас посетить мой монастырь и отведать моего угощения.

            Это неожиданное приглашение произвело перемену во мнениях всего собрания. Некоторые решили, что дервиш, который был одет очень бедно, - сумасшедший, и что он, несомненно, не способен дать им ничего. Другие сочли его прежнее поведение проверкой. Наконец-то, сказали они себе, он наградит нас за то, что мы столь терпеливо сносили его общество. Кое-кто же подумал: - Осторожней: он может попытаться подчинить нас себе.

            Тем не менее любопытство побудило всех их, включая и хозяина, принять предложение.

            Настал следующий вечер. Дервиш вышел с гостями из дома и спустя некоторое время привел их в потайной монастырь, да такой огромный и великолепный, что у всех дух захватило.

            Внутри они обнаружили целые толпы учеников, занятых выполнением всех видов упражнений и заданий, какие только можно помыслить. Гости проходили анфиладами залов для медитаций, заполненных людьми, которые выглядели настоящими мудрецами. И все эти мудрецы почтительно вставали и склонялись перед проходившим мимо них дервишем.

            Пир, данный им, превзошел все ожидания.

            Гости были совершенно потрясены. Все без исключения умоляли дервиша тотчас же зачислить их к нему в ученики.

            Однако на все их мольбы он сказал только: - Потерпите до утра.

            Но вот пришло утро, и гости, которых накануне одарили халатами изумительной красоты и уложили спать в роскошные шелковые постели, обнаружили, что лежат вповалку на земле, одеревенев от холода, посреди огромных и уродливых руин на бесплодном горном отроге. Ни дервиша, ни стен с витиеватыми орнаментами, ни библиотек, ни фонтанов, ни ковров - ничего этого не было и в помине.

            - Мерзавец! Он надул нас с помощью гнусного колдовства! - завопили гости.

            Они наперебой выражали сочувствие страданиям друг друга и поздравляли себя с тем, что раскусили, чем бы все это могло для них обернуться, добейся этот злодей с его чарами - по всей видимости, развеявшимися преждевременно - своих дьявольских целей. Многие приписали чудесное избавление чистоте своего ума.

            Однако никому не пришло в голову, что точно так же, как прежде дервиш заставил их пережить въяве все то, что происходило в монастыре, он мог и заставить их поверить в то, что они брошены им посреди развалин. В действительности же они не находились ни там, ни здесь.

            Как бы там ни было, дервиш вдруг возник перед ними, словно ниоткуда, и произнес: - Ну, а теперь вернемся в монастырь.

            Он взмахнул рукой, и все собрание вновь очутилось в зале дворца.

            Всех охватило искреннее раскаяние, так как они мгновенно убедили себя, что руины были проверкой, в то время как этот восхитительный монастырь реален. Некоторые бурчали себе под нос: - Хорошо еще, что он не слышал, как мы его критиковали. Даже если бы он научил нас только этому необычному искусству - уже и это кое-чего стоило бы.

            Но дервиш снова взмахнул рукой, и все обнаружили, что сидят за столом в доме, который на самом деле и не покидали.

            Дервиш, как обычно, не спеша ел в своем углу приправленный специями рис и молчал.

            И вслед за тем, испытывая при взгляде на него неловкость, каждый из присутствовавших услыхал, словно бы внутри своей груди, его голос: - До тех пор, покуда ваша алчность не позволяет вам различать самообман и реальность, дервиш не может показать вам ничего реального - только обман. Питающегося плодами самообмана и воображения можно накормить только плодами обмана и воображения.

            Все участники этой необычной истории продолжали и впредь посещать дом радушного хозяина. Однако дервиш никогда больше не произнес ни слова.

            И спустя какое-то время для членов "Ассамблеи просвещенных" стало очевидно, что угол его давно уже пуст.

            Кошка мыслит Жил да был котенок.

            Кто-то взял его посмотреть на тигра, раз во сто большего, чем он сам.

            Котенок сказал: - То, что выглядит таким огромным, не может обладать истинной ценностью. Если бы он действительно что-то собой представлял, у него не было бы нужды быть таким большим.

            Самодовольное растение В роду Джан Фишан Хана передают историю о том, как некий эмир, сопровождаемый внушительной свитой, предпринял путешествие через всю Аравию, чтобы навестить великого мудреца. По прибытии гость был принят с соответствующими его рангу почестями и богато одарен.

            Многие из окружения Джан Фишана гадали, засыплет ли принц, преодолевший столь трудный путь, Хана бесчисленными вопросами - или же, напротив, станет безмолвно впитывать мудрость, извлекая ее из самого пребывания в присутствии великого Мастера.

            Однако за минуту до того, как о высоком госте было официально объявлено, Хан произнес: - Наблюдайте внимательно за нашей беседой, ибо подобный опыт дается редко.

            Эмир вступил в зал и промолвил: - Подтверди мой сан, ибо я не принадлежу к роду Хашимитов. Испокон веков вся аристократия получала такое подтверждение из рук твоих предков.

            Джан Фишан произнес: - Желаешь ли ты церемонии с соблюдением этикета и вручением верительных грамот - или же ты ищешь ответа на вопрос?

            - Я бы хотел и того и другого, если возможно. Но если я могу получить только одно, то я желаю ответа на свой вопрос, - ответил эмир.

            - Поскольку ты проявил отсутствие алчности и попросил одного, тебе будет даровано и другое, - сказал Джан Фишан Хан. - Я подтвержу или отвергну твое право на титул своим ответом на твой философский вопрос.

            - Мой вопрос таков, - сказал эмир. - Почему среди тех, кто составляет цвет и славу Аравии, ее великое наследие, - среди людей высокого духа, совершающих героические деяния и подвиги терпения, большинство - суфии?

            Джан Фишан промолвил: - Вот тебе мой ответ. Он не только прояснит нашу позицию, но и укажет тебе, в чем может заключаться твоя подлинная роль как аристократа среди арабов.

            - Мы не одобряем, а иногда даже высмеиваем те качества, которыми многие гордятся. Потому что они - минимум, а не максимум того, что человек может обрести. Героизм, преданность, терпение, гостеприимство или иные благородные качества - та точка, с которой человек только начинается. Что он - животное или растение, чтобы гордиться способностью вести себя пристойно? Почему люди должны превозносить его и стараться ему подражать? Напротив, ему пристало стыдиться, что он далеко не всегда ведет себя достойно, и быть благодарным за то, что он способен на великие деяния.

            Выслушав это, аристократ отказался от титула эмира, сказав: - Словом "эмир" часто обозначают людей, находящихся на самой низшей ступени - так почему оно должно быть приложимо ко мне? Тот, кого мы зовем "обычным человеком" - то есть тот, кто почти не обладает благородными качествами, недостоин, чтобы его сочли Странником, пока он не возвысится внутренне до стадии, именуемой "Высочество" или "Возвышенность".

            Один из сопровождавших принца воскликнул: - Как! Вы намерены пожертвовать славой своего рода ради того, что могли вычитать в книгах?

            Эмир ответил: - Оттого, что я мог вычитать это в книгах, оно не перестало быть правдой. Возможно, я и читал об этом в книгах, но не придал этому значения. Но если я действительно когда-либо прочел об этом, тогда я вдвойне достоин порицания. Ибо я предал свою способность воспринимать прочитанное, проигнорировав то, что могло бы помочь мне обрести статус человека, выведя меня из статуса самодовольного растения.

            Алчность, угодливость и невозможность Суфий сказал: - Никто не поймет человека, пока не осознает связи между алчностью, угодливостью и невозможностью.

            - Это, - сказал ученик, - головоломка, которую я не в состоянии постичь.

            Суфий промолвил: - Не ищи понимания с помощью решения головоломок, когда его можно достичь посредством опыта.

            Он повел ученика на ближайший базар, туда, где продавались халаты.

            - Покажи-ка мне самый лучший халат, - сказал суфий лавочнику, - и притом самый дорогой.

            Ему принесли роскошное одеяние и назвали исключительно высокую цену.

            - Это именно то, чего мне хочется, - промолвил суфий. - Вот только я бы предпочел, чтобы воротник был расшит блестками и оторочен мехом.

            - Ничего нет легче, - тут же ответил продавец. - Именно такой халат лежит у меня в мастерской за магазином.

            Он на несколько мгновений исчез и вернулся с наспех пришитыми к тому же самому халату мехом и блестками.

            - И сколько же стоит этот? - спросил суфий.

            - В двадцать раз больше, чем предыдущий, - ответил лавочник.

            - Превосходно, - воскликнул суфий. - Я беру оба.

            Иллюзия Человек, желавший стать учеником, сказал мудрецу: - Вот уже много дней я слушаю, как вы порицаете идеи, представления и манеру поведения, которые мне не свойственны и никогда не будут свойственны. В чем цель всего этого?

            Мудрец отвечал: - Цель этого - сделать так, чтобы ты прекратил, наконец, воображать, что все, что я порицаю, тебе никогда не было свойственно, и понял, что страдаешь заблуждением, будто оно не свойственно тебе сейчас.

            Кошка и кролик Кошка сказала: - Кролики недостойны того, чтобы их учить! Я предлагаю уроки ловли мышей за мизерную плату - и хоть бы один кролик заинтересовался!

            Ответ Хуманъюна Адиля Хуманъюн Адиль услышал, как некто произнес: - Если бы проповеди такого-то Учителя были более содержательны и менее растянуты, насколько бы они были полезнее!

            Он воскликнул: - Это напоминает мне историю о человеке, нашедшем рукопись. Он жалел, что на листах бумаги остается белое пространство: он полагал это пустой тратой бумаги.

            И вот внезапно чернота букв, как по мановению волшебной палочки, стала разрастаться, пока все листы не стали черными сверху донизу.

            Болезнь Соловей сказал однажды павлину: - Стоит мне лишь завести трель, как люди собираются насладиться чистотой и красотой моего голоса. Человек может быть убийцей, но одновременно он - эстет.

            Павлин послушал его и решил, что с помощью своего сказочно прекрасного оперения он приобретет себе такую толпу поклонников, какая соловью и не снилась.

            И вот он поспешил в место встречи людей и стал пыжиться и ежеминутно складывать и распускать свой хвост - так, чтобы это всем бросалось в глаза.

            Один из людей произнес: - С этим несчастным павлином что-то не в порядке: он никак не может успокоиться. Наверное, он чем-то болен.

            И они схватили павлина и убили его, чтобы его болезнь не распространилась на их домашних птиц.

            Сын нищего Когда Мастер Салим из Исфахана пришел в город Хайдарабад в Индии, люди соперничали друг с другом за право стать его учениками.

            Некоторые надеялись добиться этого с помощью богатства, другие - благодаря безукоризненному знанию традиций. Но все они желали сидеть у ног Салима.

            Однако, завершая свое пребывание там, Салим не оставил преемника, а с собой взял одного только сына нищего.

            Прошло более десяти лет, и его доверенный представитель Музаффар прибыл в Хайдарабад, чтобы продолжить там Учение. И лишь после того, как людям стали очевидны великие достоинства вновьприбывшего, он открыл им, что он - тот самый сын нищего, которого когда-то избрал Салим.

            История сына нищего мгновенно приобрела широкую известность. О ней заговорили как о чуде и сочли ее уроком. Но при этом люди были склонны видеть в происшедшем только одну сторону.

            Однажды, когда Музаффар сидел у себя в окружении почитателей и учеников, кто-то сказал ему: - Как это возвышенно и справедливо, что главой всех стал наименьший! Скажите, когда, будучи в доме Мастера, вы проходили испытания, предшествующие превращению обыкновенного человека в суфийского шейха, не причиняло ли вам дополнительные страдания то, что вы - сын нищего?

            Музаффар ответил: - Да, это было для меня в какой-то степени болезненно. Но мои переживания не идут ни в какое сравнение с переживаниями одного из моих соучеников.

            Его спросили: - И каково же было его происхождение? Вероятно, это был какой-нибудь еретик?

            Музаффар промолвил: - Это был сын царя.

            Три эпохи Разговор в пятом веке - Говорят, шелк не растет на деревьях - его прядут гусеницы.

            - Ну да, а алмазы появляются из яиц? Не обращай внимания. Это очевидная ложь.

            - Но ведь в дальних землях, несомненно, существует много чудес...

            - Вот из такой жажды сверхъестественного и возникают всякие фантастические измышления, пользующиеся спросом у легковерных.

            А вообще-то, если вдуматься, подобные бредни, столь широко распространенные на Востоке, никогда не приживутся в нашем, логически мыслящем, цивилизованном обществе.

           
 В шестом веке - Приехал один человек с Востока и привез с собой каких-то червяков.

            - Шарлатан, несомненно. Я полагаю, он утверждает, что они лечат зубную боль?

            - Нет, забавнее. Он говорит, они могут "прясть шелк". Этот чудак утверждает, что раздобыл их с риском для жизни и теперь демонстрирует при дворах в разных странах.

            - Да он просто эксплуатирует поверье, устаревшее уже во времена моего прапрадеда!

            - Что же мы будем с ним делать, господин?

            - Брось его дьявольских червяков в огонь, а его бей, покуда он публично не отречется от своей ереси. Такие, как он, самозванцы на редкость обнаглели. Нужно продемонстрировать им, что мы здесь, на Западе - не какая-нибудь темная деревенщина, готовая поверить любому проходимцу с Востока.

           
 В двадцатом веке - Так ты говоришь, что знаешь нечто, известное на Востоке, чего здесь, на Западе, мы еще не открыли? Ну, это говорили еще много тысяч лет назад. Но в нынешнем веке ум человеческий поистине открыт всему новому. Так что, пожалуй, попробуем. Ну, давай, продемонстрируй, что хочешь - у меня до следующей встречи пятнадцать минут. Или, если тебе угодно, можешь представить свои соображения в письменном виде. Вот тебе лист бумаги.

            Суфий с Памира Ходжу Туфа, суфия с Памира, спросили, почему он допускает, чтобы люди превозносили его. Он сказал: - Некоторые меня превозносят, некоторые на меня нападают. Мы не несем ответственности ни за тех, что нас превозносят, ни за тех, что на нас нападают.

            Поведение и тех и других от нас ни в коей мере не зависит, и в действительности они совершенно не уделяют нам внимания. Возражать не уделяющим нам внимания - пустое дело.

            Что же касается тех, кто не превозносит нас и не нападает на нас, то с некоторыми из них мы сотрудничаем и имеем сходное мироощущение. Но таких людей не замечают, и потому начинают отождествлять себя с превозносящими или с возражающими.

            Подобная активность - своего рода базар, где продается и покупается все. Подлинная же деятельность незаметна.

            Оглядываться на хвалы и нападки означает смотреть на то, что к делу не относится. Не относящееся к делу часто сильнее бросается в глаза, нежели относящееся. Интересоваться броским более, нежели значительным - вещь обычная, но бесполезная.

            И не стоит пренебрегать сказанным однажды Зилзилави: "Я поощряю глупцов превозносить меня. Когда они дойдут в этом до предела, у них, по крайней мере, появится возможность заметить, что чрезмерность глупа. В то же время, если они будут меня чрезмерно превозносить, меня станут избегать те, кого тошнит от лести: они будут думать, что я поощряю восхваление из желания похвалы.

            Но если им до такой степени не хватает способности восприятия, что они судят только, исходя из поверхностного, тогда это я должен избегать их, ибо я ничем не смогу им помочь.

            - Лучший способ избавиться от чего бы то ни было - сделать так, чтобы то, от чего ты хочешь избавиться, стало избегать тебя по собственному желанию.

            Последний день Один человек верил, что последний день человечества придется на некое определенное число и что его следует встретить неким особым образом.

            Он собрал всех, кто прислушивался к его пророчествам, и когда означенный день настал, повел их на высокую гору. Но как только процессия достигла вершины, хрупкая земляная корка под их весом обвалилась, и все они рухнули в жерло вулкана. И это был поистине их последний день.

            Мысль виноградной лозы Была на свете одна виноградная лоза, которая задумалась: люди ежегодно снимают с нее виноград и уносят его.

            И никто никогда не говорит ей "спасибо".

            В один прекрасный день мимо проходил мудрый человек и присел отдохнуть неподалеку.

            "Вот мой шанс прояснить тайну", - подумала лоза и промолвила: - Мудрый человек! Ты видишь: я - виноградная лоза. Когда мои плоды созревают, приходят люди и забирают их. Ни от одного из них я не вижу даже намека на благодарность. Можешь ли ты объяснить мне причину такого поведения?

            Мудрый человек подумал и сказал: - По всей вероятности, причина его в том, что у всех этих людей создалось впечатление, будто ты не можешь не производить виноград.

            Проявления Суфий сказал: - Такой-то суфий читает все книги подряд.

            Человек, приехавший из другой страны, спросил: - Зачем это ему, если он и так уже обладает необходимым знанием?

            - Он стремится выражать свое учение таким языком, каким говорят сегодня. Он постоянно отыскивает в современных книгах свежие, яркие, привлекающие внимание аналогии с традиционными материалами.

            - Но вы не используете новейших аналогий - отсюда можно сделать вывод, что вы не читаете современных книг? - произнес визитер.

            - На самом деле я читаю все подряд.

            - Тогда почему вы это делаете?

            - С целью избежать разговорной речи. Вздумай я ею пользоваться, люди тотчас же вообразили бы, что я заимствую свои мысли из современных книг.

            - Но почему они не думают так по поводу суфия, о котором вы говорили?

            - Дело в том, что большинство людей судит по внешним проявлениям. Мы же с этим суфием, будучи внутренне схожи, по внешним проявлениям противоположны. Покуда люди не совершат усилие и не начнут пользоваться иными своими способностями различения, они будут брошены на милость внешних проявлений. Пренебрегая подобной возможностью, они оказываются не в состоянии общаться с нами по-настоящему и вынуждены исходить из того, что смогут извлечь из наших внешних проявлений.

            Личина Жила-была пчела, которая обнаружила, что осы не знают, как делается мед. Она подумала, что могла бы рассказать им об этом. Правда, одна мудрая пчела предостерегла ее: - Осы не любят пчел. Если бы ты очутилась среди них, они не стали бы слушать тебя, потому что у них существует древнее поверье, что пчелы - антиподы ос.

            После долгого размышления над этой проблемой пчела решила, что если она обмажется желтой пыльцой, то станет совершенно неотличимой от ос, и те примут ее за свою.

            Итак, выдав себя за осу, совершившую великое открытие, пчела начала учить ос делать мед. Те были в полном восторге и трудились под ее руководством, не покладая рук. Но вот настало время отдыха. И тут осы заметили, что в пылу работы с пчелы осыпалась ее маскировка. И - они узнали ее.

            Все, как одна, осы набросились на пчелу и закусали до смерти, как незваного гостя и древнего врага. И разумеется, весь наполовину уже готовый мед был с негодованием выброшен - ибо что хорошего может быть в предложенном чужеземцем?

            Еда и удивление Один молодой человек, желавший обрести просветление, разыскал суфия, жившего в уединении, и попросился к нему в ученики. Не сказав ни да ни нет, суфий разрешил ему поселиться неподалеку.

            Прошло много времени, в течение которого юноша не получал никаких наставлений, о которых мог бы размышлять.

            Как-то раз он сказал: - Я никогда не вижу, чтобы вы ели. Как это вы можете жить без еды?

            - С тех пор, как ты присоединился ко мне, я прекратил есть в присутствии посторонних, - промолвил суфий. - Теперь я ем втайне.

            Вконец заинтригованный, молодой человек спросил: - Но почему? Если вы желали обмануть меня, тогда почему теперь признаетесь в этом?

            - Я прекратил есть, - ответил мудрец, - чтобы ты мог удивляться мне. Я надеялся, что настанет день, когда ты, наконец, перестанешь удивляться тому, что к делу не относится, и действительно станешь учеником.

            - Но разве вы не могли просто сказать мне, чтобы я не удивлялся тому, что лежит на поверхности?!

            - Это уже говорилось тысячи и тысячи раз, ясно и отчетливо, всем в мире, включая и тебя самого, - ответил суфий. - И ты полагаешь, что лишняя пригоршня слов возымела бы действие?

            История кувшина Слыхали вы о трагедии несчастного кувшина?

            Лежа в углу комнаты на постели, тяжелобольной молил о глотке воды.

            Кувшин настолько проникся состраданием к этому человеку, что умудрился, вращаясь, величайшим усилием воли сдвинуть себя по направлению к нему на расстояние вытянутой руки Открыв глаза, человек увидел около себя кувшин и испытал прилив подлинного изумления и радости. Он с трудом дотянулся до кувшина, поднес его к губам и... обнаружил, что тот пуст.

            Собрав все остававшиеся у него силы, больной со всего размаху швырнул кувшин об стену, и тот разлетелся на множество бесполезных кусков глины.

            Упражнения Рассказывают, что Бахаудин Накшбанд так отзывался об упражнениях: В отношении любых упражнений существует три стадии.

            На первой упражнения запрещены: ученик к ним не готов, и они нанесли бы ему вред. Именно в это время ученик обычно более всего и жаждет упражнений.

            На второй стадии время, место и собратья по обучению способствуют тому, чтобы упражнения возымели действие. Тогда даются определенные указания.

            На третьей упражнения уже произвели эффект, и необходимость в них отпала.

            И ни один Мастер не выполняет специальных упражнений для продвижения по Пути, ибо все Мастера прошли третью стадию.

            Нектар Отсутствие печалей порождает пресыщенность. Иллюстрацией этого служит история о пчеле.

            Вылетев из улья в первый раз после долгой зимней спячки, пчела обнаружила клумбу.

            Тремя днями позже она воскликнула: - Ума не приложу, почему этот нектар стал таким кислым!

            Несуразности Один суфий посылал всех, кто хотел стать его учеником, слушать и записывать разглагольствования его клеветников - большей частью это были догматически настроенные ученые.

            Кто-то спросил его: - Почему вы это делаете?

            Он ответил: - Одно из первых упражнений суфия - увидеть, способен ли он распознавать несуразности, пристрастия и искажения у тех, кто воображает себя мудрым. Если он действительно способен увидеть, что у них внутри, и распознать их самовлюбленную и ядовитую природу - тогда он может начинать учиться Реальности.

            Лук Человек, лишенный обоняния, облачившись в великолепный халат, улегся спать на ложе из лука.

            Наутро люди бросились от него врассыпную.

            - Как одиноко большинство эстетов! - посетовал он. - Неспособность к утонченному восприятию лишает этих людей исключительных ощущений.

            Символические дары Посетителей Джан Фишан Хана иногда встречал человек, который приветствовал их, произнося льстивые слова. Затем им подносили халву. И, наконец, прямо перед тем, как их впускали в помещение, где находился Мастер, они получали в дар великолепный золотой слиток.

            Когда они оказывались перед Учителем, тот говорил: - Обратите внимание на дары, полученные вами. В нашем кругу они означают: "Если вы желаете причинить кому-то вред, одаривайте его лестью, пищей и деньгами". Вы можете этим даже уничтожить человека, в то время как он будет от всей души благодарен вам за то, что вы это делаете.

            Осел - Я знаю: когда погода улучшится, появится клевер, - сказал осел. - Но я хочу его сейчас. А все предлагают только сено. Как же разрешить эту проблему? - Не знаю. Я слишком занят: я думаю о клевере...

            Метод Некий искатель истины подошел к одному из учеников Мохсина Ардабили и сказал: - Твой Мастер производит впечатление человека, сторонящегося людей, их идей и верований. Как может проистечь для них благо из такого поведения?

            Ученик ответил: - Драгоценный камень узнают, когда очистят его от грязи. Подделка под драгоценный камень создается посредством нанесения на поверхность нечистой, хотя и сверкающей субстанции.

            Хотя сорняки и заглушают молодую виноградную лозу, никто не говорит: "Уничтожьте лозу, дайте сорнякам расти беспрепятственно". Преступник пытается набросить покров лжи на преступление, и все же никто не скажет: "Давайте восхищаться покровом".

            Искатель истины промолвил: - Как мог я быть таким тупым, что не сумел разглядеть подобных соображений! Но почему вам не сделать их более широко доступными - с тем, чтобы плодами вашего высокого знания могли пользоваться все?

            - Они становятся широко доступными каждый день - в поведении мудрых. Их содержат книги святых. Они проявляются в выращивании садов и в производстве безделушек. Но разве невнимательные замечают что-нибудь, кроме того, от чего их невнимательность лишь усиливается?

            Орехи Кошка сказала белке: - Удивительно, как это ты столь безошибочно находишь орехи, которые закапываешь на зиму!

            - Что было бы удивительно для белки - так это белка, не способная на такое, - отвечала белка.

            Посетители Рассказывают, что один человек пришел к Гилани и сказал: - О великий шейх! Почему бы вам не навестить такого-то человека? Он прочел все написанное вами, обсудил ваши высказывания с вашими сподвижниками и теперь больше всего на свете хочет задать вам ряд вопросов.

            Гилани ответил: - Вздумай я повидать его, это было бы с моей стороны нарушением этики. И потом, его вопросы уже получили ответы в моих трудах, но он их не усвоил.

            - Но каким же образом это может быть нарушением этики? Навестить того, кто в вас нуждается - ведь это, несомненно, означает еще большее проявление этики! Вы могли бы наставить его на истинный путь, если он не понимает того, что вы написали!

            - Взгляните в окно, - промолвил Гилани. - Вон там сидит около трехсот человек. Все они ждут. Каждый из них прочел все, написанное мною. Многие из них пришли издалека. Они подали свои прошения и ожидают приема. Не будет ли это нарушением этики по отношению к ним?

            Как бы вы чувствовали себя, если б были рабочим, выполнившим работу, которого, вместо того, чтобы заплатить ему, заставляют ждать, тогда как какой-то бездельник получает плату вместо него? А в это время ваша семья ждет, когда ее кормилец вернется домой и уделит ей свою любовь, и накормит ее пищей, которую купил ценой своего самоотверженного и тяжелого труда, лишая ее своего общества и защиты с единственной целью: заработать эту пишу.

            Жаждущий Жил на свете царь. Как-то раз ему захотелось пить. Однако он не совсем ясно представлял, в чем его проблема, поэтому сказал так: - У меня пересохло в горле.

            Лакеи мгновенно кинулись со всех ног на поиски чего-нибудь, что могло бы облегчить его положение. Они вернулись со смазочным маслом. Царь выпил его, и в горле у него перестало сохнуть. И все-таки он ощущал: что-то не в порядке.

            Масло произвело у него во рту весьма своеобразный эффект.

            - С моим языком творится что-то ужасное: на нем какой-то странный налет, и он скользкий, - прокаркал он.

            Не медля ни минуты, придворный врач прописал ему рассол и уксус, которые тот послушно выпил.

            Вскоре, в придачу ко всем его невзгодам, у него заболел живот и полились слезы из глаз.

            - Мне кажется, я хочу пить, - еле смог вымолвить он, ибо страдания побудили его слегка подумать.

            - От этого никогда не льются слезы, - стали перешептываться придворные. Но цари часто капризничают, а потому, чтобы ублажить его, они кинулись со всех ног за розовой водой и благоуханными сладкими винами.

            Царь выпил принесенное, но лучше ему не стало. А кроме того, это вконец расстроило его пищеварение.

            В разгар всех этих неприятностей поблизости случайно оказался мудрый человек, который сказал: - Его величество нуждается в обыкновенной воде.

            - Цари никогда не пьют обычную воду! - хором завопил весь двор.

            - Вот именно! - вымолвил царь. - И я чувствую себя глубоко оскорбленным - как царь, которому предложили простой воды, и как больной. Потому что совершенно невозможно, чтобы для лечения такого ужасного и с каждым часом все более осложняющегося заболевания требовалось такое примитивное лекарство. Эта идея противоречит логике, она унижает достоинство того, кому пришла в голову, и оскорбляет больного.

            С тех самых пор мудрого человека переименовали в "идиота".

            Царство Один из суфийских Мастеров сказал своему спутнику: - Мне нужны деньги. Надо спасти царя, которому нечем заплатить армии.

            - Но разве царь не в состоянии раздобыть денег сам?! - воскликнул спутник.

            - Народ не должен знать, что царь не в состоянии заставить его платить налоги - иначе другой монарх одолеет нашего, и будет еще хуже.

            Они вышли из дому и отправились на поиски денег. В первом же доме, куда они постучались, хозяин сказал: - Возьмите все, что у меня есть, ведь я знаю: вы мудры и добры.

            Однако мудрец отказался взять у него деньги. Спутник спросил, почему он так сделал? Мастер ответил: - Должен ли я ради спасения царя грабить человека, который отдаст последнее, а после станет позволять себе все, что душе угодно, веря, что купил себе всепрощение?

            - Но тогда зачем мы постучались в этот дом?

            - Чтобы увидеть, продвинулся ли этот человек в своем внутреннем развитии и способен ли он давать, не покупая.

            Во втором доме Мастер из предложенных ему денег взял половину. И снова его товарищ спросил, почему он не взял все или не отказался от денег вообще?

            - Потому что на этого человека произведет впечатление, что мы не взяли все. Благодаря этому он со вниманием отнесется к тому, что станет делать и говорить следующий дервиш, который пройдет здесь и который, возможно, будет истинным дервишем.

            - Ну, а если бы мы отказались от всех денег, разве это не произвело бы на него еще большего впечатления?

            - Не на данного человека. Этот удивился бы, что мы не исполняем свою миссию - собирать деньги для царя.

            - А что бы вы сделали, если бы знали точно, что следующий дервиш, который постучится сюда, будет мнимым?

            - Я бы настроил этого человека против нас, чтобы на какое-то время предохранить его от излишнего доверия дервишам.

            Спустя несколько недель, они собрали требуемую сумму. Теперь товарищ сказал: - Удивляюсь я: почему вы, святой дервиш, не употребили для получения столь неотложно необходимых денег оккультные силы?

            Мастер ответил: - Одной из причин было то, что ты сам нуждался в уроках этого путешествия.

            - Но, - сказал товарищ, - как может быть, чтобы я вынес что-либо из него, если я все еще продолжаю задавать вам дурацкие вопросы?

            - А вот это и есть тот вопрос, который тебе было необходимо задать, - ответил дервиш, - чтобы получить ответ: "На этой несовершенной Земле, если уж так получилось, что наши ноги стоят на ней, мы вынуждены применять несовершенные, земные методы". Для того, чтобы позволить себе использовать особые силы, человек должен оказаться вовлеченным в нечто гораздо более значительное, нежели добывание платы для армии - пусть даже это делается, как в данном случае, ради сохранения стабильности целого царства.

            Тщеславие Суфийский мудрец велел однажды своим ученикам сообщить ему, что было предметом их тщеславия до того, как они начали у него обучаться.

            Первый сказал: - Я воображал себя самым красивым мужчиной на свете.

            Второй сказал: - Будучи человеком религиозным, я полагал, что я - один из избранных.

            Третий сказал: - Я верил, что могу учить.

            Наконец, четвертый сказал: - Я был тщеславнее всех вас, поскольку верил, что могу учиться.

            Мудрец подытожил: - И тщеславие четвертого ученика так и остается наибольшим на сегодняшний день, потому что оно и до сих пор тщится показать, что было наибольшим когда-то.

            Лишение Обезьяна раз сказала человеку: - Ты что, не понимаешь, как я обездолена? У меня нет ни дома, ни одежды, ни хорошей еды, как у тебя. Ни сбережений, ни обстановки, ни земель, ни украшений - вообще ничего. Ты же, наоборот, имеешь не только все это, но даже больше!

            Человек устыдился и отдал все, что имел, обезьяне, а сам стал нищим.

            Когда обезьяна официально вступила во владение его имуществом, человек спросил ее: - Ну и что ты будешь теперь делать со всем этим?

            Обезьяна ответила: - Стану я разговаривать с дураком без гроша в кармане, вроде тебя!

            Где все это начинается Некий суфийский Мастер прогуливался со своим учеником по деревенской дороге. Ученик сказал: - Я знаю: лучшим днем в моей жизни был день, когда я решил отыскать вас и открыл, что с помощью вашего Присутствия могу найти себя.

            Суфий возразил: - Решение - будь оно за или против чего-либо - вещь, которую ты не можешь знать, пока не узнаешь доподлинно. Покуда ты считаешь, что знаешь что-либо, у тебя нет возможности это узнать.

            Ученик произнес: - Смысл того, что вы говорите, от меня скрыт, утверждение ваше темно и намерение завуалировано. Я не в состоянии постичь этого.

            Мастер промолвил: - Буквально через несколько минут ты увидишь нечто, показывающее настоящую цену и решений, и того, кто их принимает.

            Вскоре они подошли к лугу, на котором крестьянин занимался тем, что бросал палку собаке. Суфий сказал: - Я сосчитаю до пяти, и он бросит собаке сразу три палки.

            И точно: как только он произнес "пять", человек сломал три ветки и швырнул их собаке - хотя суфий с учеником находились там, где он не мог их слышать, равно как и видеть.

            Затем суфий промолвил: - Я скажу "три", и он сядет.

            И как только он досчитал до трех, человек действительно внезапно сел на землю.

            Теперь уже ученик, преисполнившись изумления, спросил: - А нельзя воздействовать на него так, чтобы он поднял руки вверх?

            Суфий кивнул, и через секунду они уже наблюдали, как человек воздел руки к небу.

            Ученик был глубоко поражен. Однако суфий сказал: - Давай-ка подойдем и поговорим с ним.

            Когда они приблизились к работнику и приветствовали его, суфий обратился к нему со словами: - Скажи, почему ты велел собаке принести три палки вместо одной?

            Крестьянин ответил: - Я решил проверить: сможет ли она проследить за полетом более чем одной палки.

            - Значит, это было твое собственное решение?

            - Да, - ответил человек. - Никто не велел мне этого делать.

            - А почему, - спросил суфий, - ты вдруг сел?

            - Я решил, что мне стоило бы отдохнуть.

            - Кто-нибудь посоветовал тебе это?

            - Здесь не было никого, кто мог бы мне это предложить.

            - Ну а когда ты поднял руки вверх, почему ты это сделал?

            - Я решил, что просто так сидеть на земле было бы с моей стороны проявлением лени, и почувствовал, что простиранием рук к Небесам я докажу, что более работаю, нежели отдыхаю. То есть, что побуждение преодолеть лень возобладало во мне над ленью.

            - Было ли это решение твоим собственным - и ничьим больше?

            - Здесь поистине не было никого, кто бы мог принять его за меня. И кроме того, разве оно не вытекало из моих предыдущих действий?

            Тогда суфий повернулся к ученику и произнес: - Непосредственно перед этим опытом ты говорил мне, что рад, что принял определенные решения - такие, к примеру, как разыскать меня.

            Ученик безмолвствовал. Но заговорил работник.

            Он сказал: - Знаю я вас, дервишей. Ты стараешься произвести впечатление на этого незадачливого юношу своими возможностями. Да только все эти ваши особые силы - не более чем мошенничество.

            Статистика Бедняк сказал богачу: - Все свои деньги я трачу на еду.

            - В том-то и беда твоя, - отвечал богач. - Лично я трачу на еду только пять процентов из своих денег.

            Ночь и утро Суфийский учитель Ходжа Тилисм передавал дервишам свой духовный опыт исключительно посредством "мысленного контакта", который иногда еще называют воздействием от сердца к сердцу.

            Во время занятий не произносилось ни слова и не делалось ни единого движения.

            Как-то раз к нему в дом прибыла группа людей, намеревавшихся стать его учениками. Все они сгорали от нетерпения принять участие в обрядах, церемониях и упражнениях, которые, как они полагали, не могут не быть основным занятием в таком месте, как это, именуемом "Таслим-Хана", Дом смирения.

            После того, как гости были встречены одним из заместителей Ходжи и побеседовали с ним, их провели в зал Знания. Там их вниманием на много часов завладели изысканные ритуалы, сложные упражнения и необычная музыка.

            На следующий день все они были приглашены к Мастеру, который задал им вопрос: испытали ли они духовный подъем от пережитого накануне.

            Друг за другом вставали посетители, которых усадили в центре зала, и заявляли, что это было одно из самых возвышенных переживаний в их жизни. Расположившиеся вдоль стен дервиши, постоянно проживающие в доме, молча наблюдали за происходящим. В зале присутствовали также и другие гости. Когда, наконец, посетители завершили свои речи, заключив их просьбами о принятии в ряды дервишей, заговорил Ходжа.

            Вначале он поблагодарил гостей за хвалебные дифирамбы и пожелания здоровья ему и нескончаемого процветания Дому.

            Затем он сказал: - Сегодня утром здесь собрались три типа людей. Первые - "проницательные", дервиши, знающие, что происходит и не нуждающиеся в разъяснениях. Вторые - недавно прибывшие, которые могут научиться чему-либо, благодаря тому, что находятся здесь. Третьи - гости, прибывшие вчера вечером. И это к вам я обращаюсь на языке людей, потому что вы не услышите "языка ангелов". Вы отведали здесь гостеприимства, ритуалов и доброжелательности, но вы не вкусили здесь духовности - что бы вы сами об этом ни думали.

            Мы постарались развлечь вас и были гостеприимными, чтобы те из вас, кто желал развлечений, не были разочарованы - как и должны поступать хорошие хозяева. Тем же, кто знает, что это такое, мы обеспечили Непосредственную Связь. Она была и всегда остается доступной на следующих условиях: Она недоступна тому, кого привлекает вкус этого мира - даже если такой человек прикрывается благочестием. Его восприятие сути бездействует.

            Она недоступна и тому, кто отвергает благочестие, воображая, что такое отвержение само по себе делает его лучше. Насмешка разрушает внутреннюю способность различать.

            Она доступна только тем, кто действительно пробует вкус вина, не жуя при этом бокала - тем, кто способен говорить на языке вина, а не стекла.

            До сих пор было время шума, когда внешним голосом о своих поверхностных переживаниях со мной разговаривали губы и язык. Они говорили об удовольствии от упражнений и обрядов, и даже о томлении поисков.

            Теперь в пространстве тишины внутренний голос заговорит с внутренним миром тех, в ком этот мир жив. Он будет говорить о тех наших переживаниях, которые простерлись в иные сферы, нежели музыка, пища и упражнения.

            Кто спрашивает внутренним голосом, будет услышан внутренним ухом. Говорите же теперь на этом языке.

            Человек и животное Мышь пропищала: - Я хочу найти крошки.

            Собака пролаяла: - Я пришла сюда за корками.

            Простак воскликнул: - Вы, дураки, вам нужен хлеб!

            Мудрец заметил: - Но им можно было бы предложить и другой род пищи.

            Простак пришел в ярость: - Общим знаменателем их желаний является хлеб, а не пища. Вы чересчур все усложняете.

            Очевидное Симаб, когда он был еще совсем молодым, задал как-то раз вопрос сидевшему у дороги дервишу: - Мог бы я совершить нечто такое, что побудило бы людей считать меня святым?

            Дервиш поднял голову с колен и, не задумываясь, ответил: - Нет ничего проще.

            Симаб стал умолять дервиша посвятить его в эту тайну.

            Дервиш сказал: - Тысячи суфиев были убиты благочестивыми людьми за то, что говорили слова, не нравившиеся этим людям. Все, что тебе надо сделать, это изречь нечто непостижимое. Тогда ты по крайней мере в чем-то окажешься в положении, которое свяжет твое имя с именем величайшего святого - Халладжа*. Кто может желать большего?

            - Если бы манера поведения и людские верования превращали людей в святых, земли не было бы, а только одни небеса, полные святых.

            * Халладж - первый суфийский мученик, казненный за то, что, находясь в состоянии экстаза, произнес "Я есмь Истина". Это было сочтено кощунством. (прим. перев.) Узник Однажды некоего человека заключили в тюрьму пожизненно за то, чего он не совершал.

            Несколько месяцев он вел себя столь примерно, что тюремщики стали считать его образцовым узником, и ему разрешили некоторые послабления. Его жена прислала ему молитвенный коврик, который она выткала сама.

            Прошло еще несколько месяцев, и человек сказал своим охранникам: - Вам мало платят. Если бы вы принесли мне кузнечные инструменты и немного олова, я мог бы сделать кое-какие украшения, так как я кузнец. Вы бы продали их на базаре, а прибыль мы поделили поровну.

            Охрана согласилась. Вскоре кузнец выковал украшения с великолепной чеканкой, и их продали к выгоде обеих сторон.

            В один прекрасный день, явившись в темницу, стражники обнаружили, что человек исчез. Они были поражены и не могли придумать происшедшему никакого объяснения, кроме магии.

            Спустя много лет выяснилось, что приговор был несправедливым. Человека оправдали, и он перестал скрываться. Как-то раз царь той страны призвал его и спросил, каким образом ему удалось бежать.

            Кузнец сказал: - В действительности побег становится возможным только тогда, когда обстоятельства складываются должным образом. Моя жена нашла того мастера, который сделал замок в двери моей темницы - равно как и замки всех других дверей тюрьмы. Она выткала на присланном мне ковре - в том месте, где молящийся касается его головой - чертежи этих замков, понадеявшись, что я обращу внимание на рисунок и пойму, что это - внутреннее устройство замков. Далее, чтобы сделать к ним ключи, мне было необходимо раздобыть материал и иметь возможность ковать металл в темнице. Тогда я свел воедино алчность и нужду тюремщиков - и тем отвел от себя подозрения. Вот таким образом мне и удалось бежать.

            Особенности Одного из великих суфиев спросили: - Где исток этого учения? Чьи мысли вы нам сообщаете? Назовите имя вашего учителя.

            Он отвечал: - Если я скажу, что его источник - вдохновение, вы сочтете меня еретиком. Если скажу, что оно - мое собственное, некоторые начнут поклоняться мне и не будут внимательны к нему; другие станут критиковать его и не будут внимательны ко мне. Если же я назову своего Учителя, все побегут к нему и пренебрегут настоящей учебой.

            Кто-то заметил: - Тем не менее (прошу прощения, что напоминаю об этом) вы называли нам имена великих суфиев прошлого в качестве источников Учения. Не грозит ли нам, в таком случае, опасность обращать больше внимания лично на них, нежели на то, чему они учили - по той причине, о которой вы сказали?

            Суфий промолвил: - Если после того, как я уже сотни раз говорил вам, что все учителя - одно, в то время как имена указывают на индивидуальные особенности людей, вы все еще обращаете внимание на индивидуальность, - тогда лично вам такая опасность действительно грозит.

            Человек спросил: - Что же мне делать?

            Суфий произнес: - Перестать воображать, что если вы способны задавать вопросы, то сумеете и воспринять ответ, не имея ни одного из качеств, необходимых, чтобы воспользоваться этим восприятием.

            Теоретик Жил некогда в одном городе человек, снискавший репутацию мудреца.

            Он мог говорить о жизни и смерти, о планетах и о Земле, об истории и вообще обо всех предметах на свете, неизвестных окружающим.

            Однажды прорвалась дамба, и люди бросились к нему узнать, что им делать.

            Премудрый человек встал и выпрямился во весь свой внушительный рост.

            - Думаю, вам не стоит задавать такие инфантильные вопросы человеку высокого ума, - изрек он. - Я не инженер. Я - теоретик.

            Катарсис Как-то раз Джан Фишан Хан прослышал о том, что некий ученый-догматик нападает на обычаи, характер и идеи одного из своих собратьев.

            Он пригласил к себе на обед обоих и перед началом этого обеда предупредил "жертву": - Что бы я ни сказал сегодня, постарайтесь не реагировать никоим образом.

            После еды, как принято, хозяин разговорился.

            Он повернулся к собравшемуся обществу и начал распекать того самого человека, на которого нападал ученый. Почти целый час он беспрерывно говорил о якобы совершенных тем несправедливостях и, с необычной для себя словоохотливостью и совершенно уничтожающей бранью, преувеличивал устрашающие злодеяния избранной им жертвы.

            На всем протяжении этой страстной речи никто, включая саму жертву, и бровью не повел.

            Но когда этот всплеск уже начал стихать, ученый вдруг вскочил и завопил: - Ради Бога, довольно! В вашем поведении я увидел свое собственное, и это выше моих сил! Терпение этого человека доконало меня!

            Тогда Джан Фишан Хан произнес: - Сегодня мы - все, кто здесь находится - взяли на себя определенный риск. Вы рисковали тем, что наш друг мог напасть на вас. Я - тем, что моя брань могла еще больше вас распалить вместо того, чтобы пристыдить. А он - тем, что мог поверить, будто я действительно настроен против него. Теперь мы разрешили эту проблему. Правда, остается опасность, что в пересказе людей несведущих наш друг предстанет как человек слабый, вы - как подверженный влияниям, а я - как легко поддающийся раздражению.

            Фантазия Профессор сказал: - Господа! Один из самых продуктивных аспектов психоантропологии - анализ мифов и легенд примитивных народов. Подобное исследование проливает яркий свет на ограниченность неразвитого человека, равно как и на его механизм компенсации: как он изобретает чудеса, магические "заменители" того, на что он на самом деле не способен.

            В качестве примера рассмотрим встречающуюся в самых различных сообществах древнюю легенду - о так называемом "фотоаппарате". Это был инструмент, предположительно способный захватывать в "замороженном" виде наблюдаемые зрителем события и воспроизводить их, когда угодно. Иными словами, - дающий возможность по желанию воссоздавать их или их подобие. Едва ли я должен говорить, что сама идея подобного аппарата проистекает всего лишь из пресловутого человеческого желания продлить моменты положительного возбуждения, удовольствия.

            Далее. Существует предание о производстве энергии особого рода, в ряде языков именуемой "электричество". Это "электричество" способно поистине чудесно исполнять прихоти человека. Подсоединяя источник этой энергии к разного рода аппаратам, человек якобы становился способен создавать жар или холод, убивать или пробуждать жизнь, пересылать человеческий голос на необъятные расстояния и многое другое.

            Должен, к сожалению, сказать, что и сегодня еще существуют несчастные, которые заблуждаются, воображая, что в этих легендах содержится то, что они называют "зерном истины". Некоторые из них даже заходят столь далеко, что выдвигают обоснования, почему это должно быть правдой. Но объяснения их всегда чересчур эксцентричны. Те, кто хотел бы, чтобы это было правдой, вынуждены изобретать свои собственные мифы - временами опираясь на те идеи, что содержатся в уже существующих мифах. В пример можно привести ответ подобных чудаков на вопрос: почему сегодня на свете не существует фотоаппаратов или электрических приспособлений? Всем более-менее разумным объяснениям они предпочли следующее: потому что в определенное время все металлы в мире были распылены на атомы, отчего теперь мы не в состоянии произвести ничего, подобного металлу.

            Здесь вы видите, как для поддержания одной фантазии приходится изобрести еще одну чудесную субстанцию - известную нам из легенд ряда племен под названием "металл".

            Доброта Учитель дал ученику письмо с указанием вскрыть после его смерти и показать его преемнику.

            В письме говорилось: "Я плохо относился к этому ученику".

            Когда ученик услыхал его содержание, он преисполнился печалью и произнес: - Он быль столь великодушен, что его доброта ко мне виделась ему жестокостью - в сравнении с той Величайшей Добротой, которая только возможна в мире.

            Спустя год или около того преемник снова пригласил к себе ученика и попросил его еще раз прокомментировать письмо.

            - Теперь я понимаю, - сказал ученик, - что слова "плохо относился" были абсолютно верны. Обычные люди демонстрируют дружественное расположение, когда у них нет ничего более ценного, чем они могли бы поделиться. Что нам до того, добр или жесток Одаряющий Сокровищами? Если раб султана раздает золото, имеет ли значение, улыбается он в это время или хмурится?

            Кто-то из лучших побуждений может предлагать сладости, врач же применяет то лекарство, которое исцеляет - каким бы оно ни казалось людям, горьким или сладким.

            Заблуждающиеся Жил некогда мудрец, обладавший значительным числом последователей и не меньшим числом врагов.

            Враги решили убить его и разузнали, что он беспрепятственно позволяет людям входить в свой дом и бродить по нему, куда вздумается. Они взяли множество яблок, пропитали их ядом и положили в разных комнатах в доме.

            Эту процедуру они повторяли неоднократно. Однако и после нескольких месяцев отравители с изумлением вынуждены были констатировать, что мудрец пребывает в добром здравии.

            Некоторые из них заключили, что он святой, обладающий столь тонким и совершенным восприятием, что способен распознать отравленные яблоки, - или даже, что он способен употреблять яд без вреда для себя.

            Они пришли к нему и, бросившись ему в ноги, сказали: - Мы постигли, что вы на самом деле святой, и желаем стать вашими учениками.

            - Ваши основания предполагать, что я святой, не производят на меня впечатления, - ответил мудрец. - Но если это вам действительно интересно, я могу сказать, что избежал ваших козней, потому что не имею привычки есть фрукты, если они валяются в доме где попало.

            Чесотка Жил-был человек, который чесался.

            Он чесался так сильно, что люди стали спрашивать его, почему он это делает. Все, что он мог сказать, это: "Я не знаю".

            Позвали врачей, но ни один не смог понять причины чесотки.

            Спустя много лет в город, где жил чесавшийся, пришел мудрый человек. Люди привели страдальца на центральную площадь, чтобы мудрец осмотрел его.

            Мудрец долго молчал. Затем он произнес: - Данный индивидуум чешется, - сказал он. - Вы попросили меня выяснить причину этого. Я обдумал проблему и могу дать ответ. Этот человек чешется, потому что у него зуд.

            История Овсяндии Жил однажды на свете человек, который воспринимал овсянку как начало и конец всего. Основания, побудившие его к подобному умозаключению, не обсуждаются его многочисленными последователями: данная премудрость для них самоочевидна. Что же до критиков, которые все, как один, разумеется, пристрастны, то они не перестают обсуждать вопрос: произошло так оттого, что его имя по случайности было Авена, что по-латыни означает "овес", - или же дело было в том, что им просто овладел род тщеславия, коренившегося в его картине мироустройства.

            Как следует из древних хроник - если мы склонны им верить, - он, несомненно, любил овес. По его мнению, овес был прекрасен, вкусен, полезен и обладал разносторонними возможностями. Довольно скоро он убедил многих людей в этих, а также во многих других достоинствах овса. Человек этот был, конечно, отмечен печатью идеализма, но кроме того обладал логическим мышлением, был самоотверженно предан своему делу и прожил жизнь, достойную подражания.

            Даже простая каша-овсянка, как он легко был способен продемонстрировать, давала широкие возможности равно для практического и теоретического применения, развития, изобретения и даже для лиризма. Он сам и его ранние сподвижники возделывали овес, нюхали его, смолотый в порошок, и использовали в качестве примочек и пластыря. Вскоре было открыто, что овес может быть полезен в таких разнообразных вещах, как клей, кирпичи, изготовление бумаги, кормление крыс и отправление религиозных обрядов. Печением, пилением, крашением, а также посредством воздействия на него тысячей иных способов, поколения неустанных и героических экспериментаторов доказали, что обнаружено вещество, способное служить средством освобождения человека, и переводящее его жизнь в новое качество.

            Уже сама обширность сферы применения овса побуждала людей к еще большим достижениям. Кто бы посмел сомневаться в ценности и, вне всякого сомнения, незаменимости подобного открытия? Всю цивилизацию оказалось возможным рассматривать, как основанную на овсе. И в культуре человечества значительную роль играли аналогии, символы и иные, еще более утонченные связи с овсом.

            Многие из этих достижений еще не успели возникнуть, а создание Овсяндии уже было предопределено. Поначалу она именовалась "Страной всех овсов" - имея в виду исключительную плодовитость овсяного гения. Однако позже, когда само слово "овес" начали использовать - и это было вполне логично - для обозначения совершенства, страну стали называть "Овес всех земель".

            Овсизм превратился в самоценную, автономно существующую систему, поскольку его результаты основывались на его исходных положениях, а исходные положения обосновывались его результатами.

            В Овсяндии была принята определенная форма обучения, и это была единственная форма обучения, принятая там. Кому бы взбрело в голову строить школы, если бы не было необходимости передавать овсяность? Как бы вообще могла развиваться цивилизация, не будь овса и институтов, обучавших овсяности с тем, чтобы юное поколение могло пользоваться плодами наследия овсизма, ради которого столь многие страдали и во имя построения которого столь многие трудились столь долго?..

            Если бы школьное дело не было поставлено должным образом, человек, несомненно, так и остался бы погрязшим в невежестве и развращенности. Немыслимо представить себе, что мог бы существовать иной путь развития! Действительно: какой другой путь может быть, если все мы знаем, что человек нуждается в овсе, живет овсом и думает овсом? Разве не овес является его наиважнейшим благосостоянием и гарантией независимости его мышления? И разве желудок человека не отвергает все иное?

            Кое-кто из возможных инакомыслящих, не поддерживающих идеи овсизма, полагает, что в действительности человек способен переваривать и иную, нежели овес, пищу. Надо сказать, что "обоснование" подобной спекуляции на редкость остроумно. В нем утверждается, что человек способен переваривать один лишь овес, потому что он ел один лишь овес в течение столь долгого времени, что тот стал его "ограничением". Опасный характер естественного вывода из этого абсурда состоит в том, что человек может попытаться отучить себя от овса или, более того, начать мало-помалу есть наравне с овсом иную пищу. Самоочевидно, что такие попытки могут интересовать только людей легковерных, либо неуравновешенных эзотериков. Существует также риск того, что голодание повлечет за собой преждевременную смерть. (Цит. по: "Заблуждения и ереси", том 99. Публикации Совета обороны Овсяндии, разд. "Пищеварение") Да, правда: временами смутьяны и те, кто пренебрег опасностью, говорили овсянцам: "Почему бы вам не есть фрукты?" Но им вскоре было сказано с убийственной логикой: "Фрукты отвратительны любому свободному овсянцу".

            Слышали также, как некоторые безмозглые тупицы говорили: "А почему бы не начать строить из глиняных кирпичей?" Но когда они получали ответ (что превышало то, чего они заслуживали), это быстро ставило их на место: "Глина существует для кротов. И кроме того, Авена Первый, наш достославный основатель, несомненно, дал бы нам предписание на этот счет, где указал бы, как использовать глину, если бы в этом была хоть какая-то польза".

            Были, тем не менее, еще авантюристы, которые говорили: "Можно делать инструменты из металла". Им отвечали: "Инструмент из овсянки - истинный инструмент. Истинным металлом будет овсяночный металл!" Однако возможности овсистов не ограничивались защитой овсянки или неустанным исследованием ее ценности и пользы. Философия овсизма могла бросить вызов любому пришельцу, сразив его неопровержимой диалектикой. "Если бы хоть какие-то из этих безумных, выпадающих из концепции овсизма идей обладали жизнеспособностью, они могли бы быть объяснены на овсянском языке - богатейшем изо всех унаследованных человеком языков, позволяющем наиболее тонко передавать оттенки мыслей".

            Как-то раз один теоретик овсизма сказал: - Вы, нон-овсисты, просто-напросто представляете собой сброд мистиков, эзотериков, магов, оккультистов, шаманов, сумасшедших, старых дев с расстроенным воображением, доверчивых идиотов, одержимых и прочих неизлечимых психов.

            - Нет, мы не таковы, - отвечали ему нон-овсисты. Но дело-то в том - и это надо понимать, - что в большинстве своем они таковыми и были.

            Ирония судьбы заключается в том, что таковыми их сделали овсисты.

            Что же до истинных нон-овсистов - в отличие от любителей сенсаций, - то они вынуждены были пребывать в узком кругу и вести себя осмотрительно, дабы избежать проникновения в свою среду всяких овсянских недовольных, требовавших доступа к ним, настаивавших на названии "неовсизм" и издающих больше шума, чем кто бы то ни было.

            Овсянцам достаточно было просто указывать на весь этот сброд - который даже и овес вырастить как следует не умел, - чтобы фактически доказать всем, что нон-овсисты полностью деморализованы.

            Когда же фактов не хватало или поджимало время, в ход, бывало, пускался собственно энтузиазм с его вдохновляющими, объединяющими восклицаниями типа: "Девяносто миллионов овсянцев не могут быть неправыми!" Никто не сумел бы предъявить овсянцам обвинение в узости мышления. Каждая истинно новая идея встречалась с бурным интересом. Один из овсистских философов, продемонстрировав неиссякаемую плодотворность нации, изрек: "Я - овсяночник, следовательно, я существую!" Был случай, когда некий тиран заявил: "Овсянка - это я!" Но такие люди рано или поздно умирают, тогда как красота и установленные порядки непреходящи.

            Со временем, разумеется, из овсизма произросла богатая и многообещающая культура. Некоторое представление об ее огромной и воодушевляющей ценности можно составить даже по небольшим извлечениям из ее древней мудрости.

            Одна из самых проникновенных традиционных песен, "Овсяндия навсегда", открывается словами: "Прекрасный Овес, святой Овес, любящий Овес, дающий Овес... Овес! Овес! Овес!" Временами в умах людей происходили революции, и тогда старое мироощущение подвергалось жесткой критике. Один раз так было, когда модернистские писатели начали исследовать возможности новых путей выражения своего внутреннего бытия. Первые несколько строк из типичного образца Новой поэзии демонстрируют утверждение жизнеспособности человеческого духа: Овес
Осев
Весо
Сево Чувство самообновления, порождаемое сбрасыванием оков обветшалого традиционализма, в данном стиле поистине уникально.

            Тем не менее овсизм весьма часто использовал в поддержку своих верований аргументы, заимствованные из софистики и извлеченные из ее основополагающих документов. Если же кто-то еще приводил в пример иные документы, их вполне убедительно характеризовали как устаревшие и "не вызывающие доверия". Свежие интерпретации включались в Овсянские Документы - или отвергались на основании того, были ли использованные в них методы овсяноприемлемы или нет.

            Перед тем, как все инакомыслящие были окончательно ввергнуты в Лету, молва свидетельствует, что кое-кто из них провозгласил: "Не отказывайтесь от овса - но и иным не пренебрегайте. Это вы можете". Мнение относительно подобного выпада было всеобщим: так думают недовольные лжецы, пытающиеся лишить людей душевного равновесия.

            Хотя общество постоянно развивалось, всегда находились те, кто преклонялся перед старыми временами. Об этом свидетельствовали цветы, оставляемые у подножия статуй Авены Первого и одного из овсистских мучеников, заявившего: "Вы можете взять мои тело и душу - но вам никогда не получить мой овес!" Консервативные элементы в этом, образцово открытом обществе, где было разрешено свободное выражение любых мнений, говорили: "Будь хоть какая-то альтернатива овсу, разве люди использовали бы его пятьдесят тысяч лет?" Прогрессисты, не согласные с этим, говорили в ответ: "Есть одна очень простая альтернатива - геркулес!" Либерально же настроенные элементы надеялись на возможность компромисса, основанного на овсяных запеканках, как образе жизни.

            Вот несколько сохранившихся от этой высокой культуры изречений, достойных пера ее величайших сынов и дочерей: "Если ваш овес теплый - используйте его как пластырь. Если нет - согрейте его!" ""Овес" рифмуется с "пес". Тем не менее это вещи противоположные".

            "Все, что липко, овсом не является".

            "Овес день да ночь - кукуруза прочь".

           
 Что же потом стало с овсянцами?

            Честно говоря, точно не знаю.

            Некоторые говорят, что они вымерли. Однако более вероятно, что подобная клевета возникла в головах ревнивых завистников...

            Заки и голубь Жил когда-то человек по имени Заки. Поскольку он был человек талантливый и многообещающий, некий учитель, Ходжа, решил помочь ему. Этот Ходжа возложил на одно существо тонкого мира, обладающее особыми силами, задание присматривать за Заки и помогать ему, где можно.

            Шли годы. Заки находил, что его материальные и прочие дела процветают. Он не был склонен считать благоприятные обстоятельства, сопутствовавшие его деятельности, полностью зависящими от него самого, и начал обращать внимание на совпадения.

            Когда его дела шли хорошо, он замечал, что где-нибудь поблизости обязательно вьется маленький голубь.

            В действительности дело было в том, что приставленное к нему тонкое существо, несмотря на свои особые возможности, не могло исполнять возложенную на него работу иначе, как проявляясь в некоторой близости от Заки. При переходе в наше измерение оно вынуждено было принимать форму. Облик голубя оказался наиболее подходящим ему. Однако Заки лишь связал голубей с удачей и удачу с голубями.

            И вот он стал обзаводиться голубями и сыпать еду любому голубю, которого встречал, и носить одежду с вышитыми на ней голубями.

            Его интерес к голубям был настолько глубоким, что все стали почитать его авторитетом в этой области. Но его материальные и прочие дела перестали процветать, потому что он перенес свою сосредоточенность с замысла на проявление. И приставленное к нему тонкое существо в обличье голубя вынуждено было отдалиться от него, дабы не послужить причиной саморазрушения Заки.

            Трава Как-то раз к группе работавших в поле крестьян подошел ученик и сказал: - Братья, вы не видели, не проходил ли этим путем добрый человек? Я ищу моего Мастера, который прошел здесь незадолго до меня.

            - Да, здесь действительно недавно прошел человек, обладавший впечатляющим обликом, но с простыми манерами, - отвечали крестьяне. - Вон его след на примятой траве.

            Искатель благоговейно наклонился, снял с поверхности земли тонкий пласт и с трепетом взял его в ладони.

            Крестьяне рассмеялись, а один из них произнес: - Смотрите, он думает, что ищет направление, в котором пошел его учитель, а в действительности поклоняется пучку травы.

            Это замечание раздражило человека и задело его тщеславие. Крестьяне укорили его вполне уместно и по-доброму, ему же представилось, что они хотели нанести ему оскорбление. И потому вместо того, чтобы вынести из происшедшего урок, он заявил: - Ни один из присутствующих здесь не стоит этой травы, ибо ее касалась нога Мастера.

            На самом деле его задел намек на то, что он глуп, а вовсе не предположение, что его Мастер менее значителен, чем он полагает, - поскольку в речах крестьян не присутствовало ни такого утверждения, ни намерения.

            Теперь уже крестьяне в свою очередь почувствовали себя оскорбленными выпадом, что, мол, они "стоят меньше травы". Их естественная благожелательность по отношению к искателю улетучилась, и разгорелась перебранка.

            Вот из-за таких-то тенденций искателей и зовут искателями, а не отыскивателями.

            Перспективы Как-то раз Рамида изъявил согласие побеседовать с приехавшими издалека шестнадцатью искателями.

            Один человек из его окружения сказал: - Вы святой! Как щедро и изобильно вы делитесь своей добротой! А ведь у вас есть и другие неотложные дела.

            Рамида ответил: - Настаивая на встрече в удобное для них время, они испытали удовлетворение, но это не пойдет им на пользу. Мои дела отодвинулись на полдня - их надежда на успех отсрочилась, возможно, на годы. И даже откажись я от встречи с ними, с точки зрения Реальности это ничего бы не изменило.

            Зеркало, чаша и ювелир Один ювелир в течение многих лет трудился над магическими зеркалом и чашей, доводя до совершенства их возможности. Главное достоинство этих вещей состояло в том, что зеркало показывало своему обладателю того из его друзей, кто в данный момент испытывал затруднения, а чаша позволяла ему разрешать эти затруднения с помощью кидаемых в нее камешков. Этим же способом можно было сделать человека богатым.

            Однако ювелир был неспособен сам пользоваться магическими зеркалом и чашей, так как для этого требовался определенный внутренний склад. И потому, движимый горячим желанием предоставить свои открытия в распоряжение кого-либо, кто мог бы с ними управляться, ювелир отправился странствовать из края в край, выискивая для своих магических сокровищ хозяев.

            В конце концов он разыскал гравера из Бухары, обладавшего необходимыми качествами, и отдал ему эти предметы, сказав: - Используй их по назначению. Я еще вернусь и посмотрю, принесли ли они тебе счастье.

            Когда гравер взглянул в зеркало впервые, то увидел в нем ювелира, который пытался выплыть из затягивавшего его водоворота и уже почти тонул. Он бросил камешки в магическую чашу и тут же увидел, как ювелир спасается.

            Во второй раз, взглянув в зеркало, он увидел, что ювелир с трудом отражает нападение врага, в зеркало не видимого. Благодаря чаше гравер сумел помочь ему отбиться.

            В третий раз, когда он взглянул в зеркало, то увидел, что у всех друзей, товарищей и родственников ювелира есть те или иные сложности. И снова он, применив чашу, оказался способен прийти им на выручку.

            Но вот он еще раз посмотрел в зеркало и увидел, что ему самому угрожают трудности. Тогда он бросил камешки в чашу, и все его проблемы попросту улетучились.

            Когда много месяцев спустя ювелир вернулся, то обнаружил, что зеркало и чаша пылятся в углу на полке. Гравер все так же занимался своей тонкой, вконец испортившей его зрение работой.

            Ювелир был вне себя.

            - Я так старался, создавая эти магические предметы! - кипя гневом, завопил он. - Я искал для них подходящего воспреемника - а ты пренебрег ими! Ты отшвырнул их в сторону, словно они ничего не значат. Ты даже не воспользовался ими, чтобы прийти на помощь своим друзьям! Почему ты не разбогател?

            Гравер не ответил ничего, ибо какой толк доказывать что бы то ни было тому - обладает он редкими умениями или нет, - кто делает выводы, не подумав и не исследовав дело по-настоящему?

            Задумавшись, он взял в руки магическую чашу и лежавшие рядом с ней камешки.

            К этому моменту ювелир пребывал уже в таком бешенстве, что не владел собой, размахивал руками и обзывал гравера невесть какими словами.

            Держа предметы в руках из-за своей подслеповатости неловко, гравер позволил камешкам соскользнуть в чашу.

            Хранитель Чаши, увидев ювелира в угрожающей позе, сделал так, чтобы тот... исчез. И с тех пор его больше никто никогда и нигде не видел.

            Луковица Было некогда на свете такое время, и была такая страна, где лук встречался настолько редко, что, можно сказать, был неизвестен вовсе.

            Раз кто-то оставил большую луковицу посреди людной площади главного города той земли.

            Горожан - по крайней мере, многих из них - заинтересовал этот любопытный предмет. Им было очевидно, что это некий овощ.

            Первый человек, который рискнул подойти к нему близко, случайно в этот момент закашлялся. Он тут же начал поучать других, что лук "причиняет кашель".

            Второй обнаружил, что от лука сильно пахнет. И хотя он был не прочь взять себе часть этого предмета, тем не менее он сказал себе: "Если он снаружи пахнет так сильно, каков же должен быть аромат внутри! Вероятно, он просто невыносим".

            С тем он оставил лук лежать в неприкосновенности.

            Третий человек сделал в луковице надрез, и в руке у него оказался один слой.

            - Какой чудесный предмет! - объявил он всем и каждому. - Он обладает магическими свойствами. Вы режете его, и он сбрасывает всю внешнюю оболочку, открывая совершенно такое же нутро!

            Четвертый человек содрал еще один слой. Он унес его домой, зажарил и съел. Вкус показался ему восхитительным. И он начал учить других делать то же самое.

            - Сколько слоев с него ни снимаешь, этот изумительный овощ вскрывает еще и еще! Он представляет собой род вечного урожая! - восторженно вскричали его последователи.

            Правда, кто-то заметил: - Кажется, он уменьшился в размере.

            - Это обычная оптическая иллюзия, - возразили другие, потому что им хотелось верить, что лук никогда не кончится.

            Наконец, с лука был снят последний слой. Все воскликнули: - Это, несомненно, магический предмет! Однако он коварен. Он не только исчезает, но делает это без всякого предупреждения!

            И все жители данной страны согласились - и это было для них поистине самым благоразумным, - что ради душевного равновесия им лучше впредь обходиться без лука.

            Время Как-то раз несколько человек отправились проведать Симаба и нашли его безмолвствующим.

            Удалившись ни с чем, они стали говорить всем, кого встречали, что он - ленивый и недостойный почитания человек.

            Некоторые из учеников Симаба пришли к нему и сказали: - Из-за того, что вы не уделили внимания этим людям, как вы уделяете его нам, ваша репутация страдает.

            Симаб спросил: - Что бы вы хотели, чтобы я сделал?

            Они ответили: - Уделите им что-нибудь из того, что вы уделяете нам.

            Симаб промолвил: - Ваше побуждение благородно, но исполнить вашу просьбу я не могу. Должен ли я дать им вместо вас то, что даю вам? Хотите ли вы послужить им в такой степени, что покинете меня и дадите мне возможность уделять внимание им? Или вы просто желаете заставить их замолчать, дабы вы не ощущали неудобства оттого, что вас называют учениками недостойного человека?

            Волшебная палочка В некоторых культурах существуют легенды, где чудеса производятся посредством взмаха волшебной палочки или волшебного жезла. В других легендах их творит дух, заключенный в волшебное кольцо. Предметы варьируются: иногда это может быть, к примеру, меч, иногда чаша. И изначально владеют ими странные, сверхъестественные создания, называемые по-разному.

            Люди всегда питали к подобным предметам интерес и пытались искать их.

            Почему же найти их так трудно? Почему представляется невозможным войти в контакт с существами, создающими или использующими подобные чудесные предметы?

            Я вам скажу. И можете мне верить.

            Давным-давно, когда подобные истории только-только появились, мудрецы, рассказывавшие их, говорили открытым текстом, что это за предметы и кто эти существа.

            Но подобная информация настолько не соответствовала тому, что воображали относительно магических предметов и могущественных созданий люди, она так унижала их гордость, что они обратились против рассказывавших, и многие были убиты.

            С тех пор подлинная природа предметов скрывается, и знания об этих существах хранятся втайне, чтобы предохранить их от примитивных интерпретаций и побудить людей, настроенных наиболее разрушительно, посмеяться над самой идеей, как над примитивной, нелепой и ложной.

            "Если вы желаете сохранить свою пищу от алчных, скажите им, что она отравлена. А еще лучше - дайте им возможность думать, что они настолько умны, что могут сами открыть для себя ее вредность или бесполезность".

            Солнце и лампы Один человек сказал Джан Фишан Хану: - Вот уже много веков существуют слухи о скрытой деятельности суфиев. Это представляется сомнительным, так как выходит за рамки возможного, но сама мысль чрезвычайно интересна.

            - Почему же она столь интересна для вас? - спросил Хан.

            - Потому что она постулирует идею, что, несмотря на существование многих тысяч видимых центров практикования суфизма, они - ничто в сравнении с местами, о которых мы не догадываемся, поскольку те не имеют внешнего обличья обиталищ мудрости или гробниц святых.

            Джан Фишан Хан произнес: - Все зависит от того, как и куда смотреть. Очевидные места суфийской деятельности подобны лампам в темноте. Скрытые же места подобны солнцу в ясном небе. Лампа освещает окружающее пространство некоторое время. Солнце упраздняет темноту навсегда.

            Если вы не задумывались об этом, тогда такая мысль вам покажется необычной. Но ваше изумление ничуть не больше того, которое вы испытали бы, проснувшись днем, - если по каким-то причинам никогда не осмеливались делать это прежде. Люди, ведущие ночной образ жизни и знающие только темноту, способны видеть лампы отчасти по той причине, что существует тьма. Но тот, кто ищет свет, воспринимает его и без посредства мрака.

            Коза Некогда была на свете страна, где почти совсем не знали коз. Надо заметить, что слышали о них все, однако до тех пор коз никогда еще туда не завозили. Вот почему поголовно все в этой стране так много думали и размышляли о козах.

            Недостаток достоверных сведений не мешал ученым той страны собирать, сравнивать, отсеивать и преувеличивать все обрывки сведений, которые к ним попадали.

            Те, кого увлекала идея существования коз - что вполне естественно при таком положении дел - звались "верующими".

            В результате сосредоточения интеллектуальной и эмоциональной жизни вокруг изучения коз буквально каждый считал себя обладателем основательного знания о козах. Некоторые полагали даже, что последнее слово в области знания о козах уже сказано.

            В один прекрасный день границу этой очаровательной страны пересек человек. И с собой он вел - козу.

            - Она наша по праву! - заявили священнослужители-козопоклонники.

            - Она наша, мы будем изучать ее! - объявили ученые-козологи.

            - Она наша, мы съедим ее! - завопили остальные - те, кто не смогли придумать ничего более путного.

            Обладатель козы изумился и сказал: - С какой это стати она может быть вашей, когда она моя? Если она так вам нравится, купите ее у меня и делайте с ней все, что хотите.

            Кто-то взвизгнул: - Как можно продавать нечто столь значительное и редкое, как коза?

            И по этой, а также по другим причинам было решено, что данное животное - не коза. Но одновременно это, естественно, означало, что его обладатель - мошенник. Животное выглядело именно так, как, по их сведениям, должна выглядеть коза, но это, несомненно, была фальшивка.

            Ученые и законники постановили, что этот человек должен быть наказан, и бросили его в тюрьму.

            Козу поместили на помост, дабы проверить ее сверхъестественные свойства, а также для изучения общественного мнения по ее поводу.

            Лишенная пищи, она стала чахнуть и в конце концов сдохла.

            Это послужило доказательством того, что она не являлась подлинной козой, и что это животное было для жителей данной страны бесполезно.

            Слабоумный учитель К одному суфию пришел молодой человек, который обладал суждениями о многом, но имел мало подлинного жизненного опыта. Когда они пробеседовали с час или два, присутствовавшие стали замечать, что суфий говорит все более и более тупоумные вещи.

            Вскоре молодой человек уже с трудом сдерживался и про себя обзывал суфия "дебилом".

            Когда, наконец, юноша ушел восвояси, присутствовавшие стали умолять суфия объяснить, почему он так вел себя. Но он ничего не говорил и только улыбался.

            Некоторые решили, что суфий одряхлел и более не способен должным образом вести себя с посетителями.

            Как-то раз, когда суфию понадобилась история для иллюстрации, он вернулся к данному предмету.

            - Кое-кто из вас помнит, как некоторое время назад сюда пришел молодой человек, и я вел себя с ним как старый маразматик. Все дело в том, что им двигали одни только суждения. В тот момент он не обладал способностью воспринять опыт. Преодолеть барьер, воздвигаемый его суждением, было выше моих сил. Объяснить ему этого я не мог: он просто предположил бы, что я движим намерением раскритиковать его. Ему нужны были сведения, а не знание (малумат, а не ма'рифат).

            Поскольку он являлся моим гостем, у меня были определенные обязанности по отношению к нему. Долг хозяина - дать гостю то, чего тот желает. Единственной услугой, которую я мог ему оказать, было выявить его высокомерие и довести проявление его грубости до такой степени (независимо от того, каким предстану я сам), чтобы он оказался в состоянии увидеть свои собственные проблемы и отторгнуть их.

            Дурак Жил да был человек, который в одном случае поступил правильно, а в другом неправильно - именно в такой последовательности.

            Первый поступок заключался в том, что он сказал дураку, что тот дурак.

            Второй - он не обратил внимания на то, что стоит у края глубокого колодца.

            Передача знания Один человек сказал Ардабили: - Поразительные вещи, которые рассказывают о беседах Мастеров с учениками, способствуют моему сердечному просветлению. Но одно мне не ясно.

            - Что же именно? - спросил суфий.

            - Вы рассказываете о поступках, но далеко не всегда об обстоятельствах, в которых они совершаются. Иногда вы говорите об обстоятельствах, но опускаете имена участников. Подобные пропуски весьма далеки от традиционной пунктуальности летописцев.

            Ардабили сказал: - Мой обворожительный друг! Если бы я явил вам ангела, было бы вам необходимо знать, откуда именно он взялся? Или если бы я стал учить вас пить воду из бокала, разве мне обязательно надо было бы говорить: "Смотрите: вот так пьет воду султан Хорасана"? На вопросы, подобные вашему, существуют ответы, но они не для невнимательных.

            Рыба и вода Рыба - наихудший источник информации о воде.

            Она не знает, что вода есть, когда она есть, и начинает переживать лишь, когда та исчезает.

            Но даже оказавшись на суше, рыба не знает, в чем ее проблема. Она знает только, что ей плохо, отчаянно плохо.

            Существует история о рыбе. Говорят, когда рыбу вытаскивают сачком из воды, и она лежит на берегу, безуспешно глотая воздух, она обвиняет в своих бедах все и вся.

            Иногда она начинает сражаться - иной же раз отказывается от борьбы. Она может думать, что ей необходимо бороться с деревьями, травой и даже с грязью как с теми, от кого зависит ее несчастье. Изредка, благодаря случайности, ей удается соскользнуть обратно в воду, и тогда она думает, какая она умная. Но чаще она умирает.

            Рыба никогда не видит сети и не знает о крючке. В лучшем случае она порицает червя на крючке или веревку, за которую тянут сеть.

            Как печально быть рыбой! Какая удача, что мы - люди!

            Мышепоклонничество Как-то раз мыши удалось проникнуть к источнику знания. Кто выпьет из него, у того исполняется самое заветное желание; и еще он может осуществить одно желание сверх того.

            Мышь выпила и пожелала, чтобы она могла понимать речь людей, - если только у людей есть речь.

            По прошествии некоторого времени, которое она провела, слушая, что говорят люди, она пожелала лишиться этой своей новой способности.

            Остальные мыши стали спрашивать ее: - Что такого ужасного ты услышала в речи людей?

            Поначалу мышь не могла заставить себя даже думать на эту тему. Но они никак не желали отставать от нее, и, наконец, она произнесла: - Не думаю, чтобы вы поверили мне, но то, что я скажу - чистая правда. Люди воображают, что Бог - такой, как они; что он обладает свойствами человека, а не мыши!

            Вся мышиная аудитория была шокирована до глубины души.

            Когда самые рассудительные немного оправились от негодования, то спросили: - Но неужели же нет ни одного, кто думал бы иначе?

            - Есть, но их теории столь же чудовищны, как и у всех остальных.

            - Все равно, расскажи нам о них, - вскричали мыслители, - чтобы мы имели полную информацию об этом удивительном факте!

            - Ну что ж... К примеру, существуют такие, кто воображает, что их религиозные понятия описывают состояния ума.

            - Довольно! - вскричали некоторые члены мышиного собрания. - Это безумие может вызвать эпидемию сумасшествия, и даже Мыше-бог не в состоянии будет защитить нас от него!

            - Довольно! - завопили другие. - Это может дать мышепоклонникам шанс реанимировать чушь под названием "религия" на том основании, что она первоначально носила функциональный характер.

            Я же сразу сказала вам, что это чудовищно, - произнесла мышь, которой удалось проникнуть к источнику знания.

            Шесть живущих в одном Жил однажды юноша, который думал так: "Если бы я только мог пережить различные фазы бытия, я бы сумел избежать узости мышления. Что толку, когда тебе говорят: "Узнаешь, когда состаришься", если ты будешь уже слишком стар, чтобы хоть как-то использовать то, что узнаешь?" Как-то раз он повстречал мудрого человека, который в ответ на его вопрос сказал ему: - Ты можешь узнать ответ, если очень захочешь.

            - Каким образом? - спросил тот.

            - Посредством многократной трансформации. Съешь определенные ягоды, которые я тебе укажу, и ты сможешь перемещаться взад-вперед во времени - или по желанию превращаться из одного человека в другого.

            - Но я не верю в перевоплощение!

            - Имеет значение не то, во что ты веришь, а то, что возможно, - ответил мудрец.

            Итак, юноша съел ягоды и решил стать человеком средних лет. Но пребывание в этом возрасте налагало столь много ограничений, что он съел еще ягод и стал очень старым. Но, став старым, он захотел опять стать молодым и съел еще ягод.

            Теперь он снова был молод. Но поскольку каждому состоянию соответствует определенный уровень знания, он утратил опыт, который приобрел в двух своих трансформациях.

            Однако он все еще помнил про ягоды, и потому решился провести второй эксперимент. Он съел еще ягод, на этот раз желая стать кем-нибудь еще. Но в ту секунду, как он обнаружил, что трансформировался в другого человека, он понял, что изменение само по себе бесполезно. А потому он съел еще ягод и пожелал умереть и снова возродиться.

            Теперь, когда он восстановился в своем первоначальном состоянии, он обнаружил, что то, что у него осталось - то, что чего-то стоило - полностью отлично от того "опыта", которым он столь гордился в прошлом как признаком происходящих в нем изменений. Тут перед ним опять возник мудрец и произнес: - Теперь, когда ты знаешь, что опытом является не то, чего ты хочешь, а только то, что тебе нужно, что имеет для тебя значение - ты, возможно, сможешь начать учиться.

            Противостояние Человек по прозванию Имами прославился своей почти непереносимой критикой по отношению к другим людям. Однажды он надумал посетить суфийского учителя.

            - Всю свою жизнь я посвятил противостоянию тем, чьи верования ложны, и борьбе с теми, кто проповедует заблуждения, - сказал он. - Я способен заставить их молить о милосердии - вот какова сила моих правомерных обличений.

            Суфий спросил: - Ставите ли вы себя на их место, прежде чем нападать?

            - Разумеется, - сказал Имами. - Я это делаю с тем, чтобы обнаружить их наиболее уязвимые места и нападать более успешно.

            И тут вдруг суфий закричал. Он столь яростно набросился на Имами, вопя и понося его почем зря и призывая на его злосчастную голову все неприятности на свете, что Имами не выдержал и стал умолять суфия прекратить.

            Суфий ответил: - Я сделал это для того, чтобы вы могли действительно ощутить, что чувствуют те, кому вы противостоите, будучи подвергаемы вашим нападкам. Вы говорите, что ставите себя на их место. Но я вижу, что когда я поставил вас на их место - вот тогда вы действительно начали это ощущать.

            Научный прогресс Порхая возле окна, мотылек, увидел в комнате свет.

            - И когда только вы, мотыльки, зарубите себе на носу: пламя жжется, оно гибельно! - пробурчал паук. - Вас огорчает наличие стекла. Но ведь именно стекло предохраняет вас от гибели!

            Мотылек рассмеялся.

            - Дед, - сказал он, - я могу ответить тебе две вещи. Первое: ты - пожиратель насекомых, и потому насекомые никогда не последуют твоему совету, будь даже он правдив.

            Второе: мы, мотыльки нынешнего поколения, знаем больше, чем ты полагаешь. К счастью, я знаю, что этот восхитительный свет в комнате - холодный. Дело в том, что с твоего времени научное развитие ушло далеко вперед.

            - О, я пролезу туда через эту щель и прильну к свету!

            С этими словами мотылек протиснулся в комнату.

            Некому было остановить его. Не было паутины, сплетенной пауком, которая бы охладила его пыл.

            Мотылек запорхал вокруг холодного света в экстатическом танце.

            Но научный прогресс действительно ушел далеко вперед.

            Лампа была опрыскана жидкостью от насекомых...

            Служение Хотя баба Муса-Имран и прожил жизнь богатого купца, к его высказываниям относились как к изречениям святого. Говорят, люди, учившиеся у него, впоследствии выступали в роли учителей в столь отдаленных местах, как Китай и Марокко.

            Некий иранец, носивший одеяние странника-дервиша, долго разыскивал дом баба Мусы и, наконец, нашел его. Принятый любезно, он получил задание следить за чистотой оросительных каналов. Три года прожил он в доме, не получая никаких указаний касательно того, за чем пришел. Наконец, он не выдержал и обратился к своему товарищу-садовнику.

            - Скажи, могу ли я ожидать, что буду допущен к Пути, и сколько же мне еще ждать? Может быть, я должен сделать что-то, чтобы быть оцененным, как заслуживающий илтифат - благого внимания Мастера?

            Этот человек, чье имя было Хамид, промолвил: - Я могу сказать только одно: баба Муса дал нам задание. Выполнение определенной работы знаменует прохождение периода Служения, или Стадии хидмат. Ученик не имеет права выйти за пределы предписания. Сделать это означает отказаться от обучения. Стремление к чему-либо еще или к чему-то большему свидетельствует, что в действительности человек даже еще не подступил должным образом к стадии Служения.

            Меньше чем через год иранец-садовник испросил разрешения покинуть дом Мастера, дабы искать свой удел в других местах.

            Еще тридцать лет прошло, и в один прекрасный день этот человек оказался в доме своего бывшего товарища, Хамида, ставшего к тому времени Муршидом* Туркестана. Когда Хамид спросил его, есть ли у него какие-нибудь вопросы, иранец встал и сказал: * Учителем, Мастером.

            - Я - ваш бывший соученик по Дому баба Мусы-Имрана. Я прервал занятия на стадии хидмат, Служения, потому что мне была непонятна его связь с обучением. Вы тоже в то время исполняли там черную работу и не посещали никаких проповедей или бесед. Могу я узнать, с какого именно момента началось ваше продвижение по Пути?

            Хамид улыбнулся и промолвил: - Я не мог двинуться, пока не обрел способности по-настоящему упражняться в служении. А случилось это только тогда, когда я перестал воображать, что черная работа сама по себе означает Служение. Именно тогда мне стало понятно ее отношение к Пути. Те, кто покидали нашего Баба, делали так потому, что хотели понять, не став достойными понимания. Когда человек желает постигнуть ситуацию, но при этом только воображает, что находится в ней, он, несомненно, терпит неудачу, ибо желания понять еще недостаточно. Такой человек подобен заткнувшему уши и кричащему: "Говорите!" Иранец спросил: - И после того, как вы довели до совершенства свое Служение, баба доверил вам Учение?

            Хамид ответил: - Как только я оказался в состоянии служить, я смог понимать. То, что я понял, содержалось в самой обстановке, созданной баба вокруг нас. Место, другие находящиеся там люди, действия стали прочитываться, как если бы баба нарисовал картину тайных реальностей их собственным языком.

            Выживание в три желудка Некогда на одной планете жили три вида народов. У одного народа был один желудок, у другого два, у третьего - три.

            Вначале они не видели между собой различий. Жили они в разных областях, и каждый употреблял пищу и имел обычаи, наилучшим образом соответствовавшие его желудочным особенностям.

            Но по мере того, как народонаселение росло, различия начали служить поводом к раздорам. Иногда брали верх одножелудочники, иногда двухжелудочники, иногда трех.

            Наконец, взглянув на вещи трезво и руководствуясь желанием равенства, они дружно решили упразднить все различия, основанные на желудках. Результатом было то, что со временем все преспокойно забыли, что между ними существуют какие-то анатомические различия. Теперь у них была унифицированная, полностью безразличная к этому нюансу культура. Даже технологические приборы, изобретаемые ими, не фиксировали желудочных различий.

            Но затем в стройную систему вкрались новые элементы. По мере того, как количество пищи возрастало, ее качество падало (по неведомым нам причинам), и одножелудочники и двухжелудочники не смогли перенести новую диету и начали вымирать.

            Никто не смог разрешить возникшей проблемы, потому что древнее табу на знание чего бы то ни было о желудках к тому времени уже укоренилось на генетическом уровне. И выжили одни только трехжелудочники.

            Тигр Олень, уносясь от тигра, вышедшего на охоту, заметил безмятежно сидевшую около своей норки мышку и, на минуту приостановив бег, крикнул ей: - Повелитель джунглей приближается! Тигр одержим жаждой убийства! Спасайся!

            Мышь, как ни в чем не бывало, ущипнула травинку и промолвила: - Если бы ты сказал, что вышла мародерствовать кошка - это бы заинтересовало меня!

            Пожалуйста, сделайте это Одного суфия спросили: - Как можете вы учить людей двигаться в определенном направлении, если они не знают вашего "языка"?

            Он отвечал: - Вот история, иллюстрирующая это. Как-то раз суфий попал в страну, где люди знали на его языке одну-единственную фразу: "Пожалуйста, сделайте это!" У него не было времени научить их лучшему пониманию его языка. Поэтому, когда ему бывало нужно, чтобы что-нибудь было сделано, он демонстрировал это и говорил: "Пожалуйста, сделайте это!" И таким образом все было сделано.

            Жало Кошка загнала в угол скорпиона, который решил защищаться до конца.

            - Пощади меня! Пощади меня! Ты можешь поймать тысячу других существ и получить большую награду, нежели рот, набитый осколками панциря. Если ты отпустишь меня, я расскажу тебе один секрет.

            Любопытная, подобно всем кошкам, кошка нагнулась, и скорпион прошептал ей что-то на ухо.

            Скорпион был отпущен, а кошка вернулась к своему хозяину.

            Как только человек взял ее на руки, она улучила момент и со всем своим новообретенным умением запустила когти в руку хозяина. Ни один скорпион не сделал бы лучше.

            И человек посадил кошку в мешок и зашвырнул его далеко в реку.

            Противоречия Диалог между суфием и спрашивающим: - Какое из утверждений надо выбрать, если два суфийских изречения противоречат друг другу?

            - Они противоречат друг другу лишь, когда их рассматривают по отдельности. Если вы хлопнете в ладоши и обратите внимание только на движение рук, это будет выглядеть так, словно они противодействуют друг другу. Но в этом случае вы не увидите, что в действительности произошло.

            - Целью "противодействия" рук было, разумеется, произвести хлопок.

            Плод Жили когда-то три человека, мечтавшие о плоде, хотя ни один из них в жизни не видывал ни одного плода: в той стране плоды встречались крайне редко.

            Случилось так, что все они пустились странствовать с целью найти эту, совершенно незнакомую им вещь под названием "плод" И так вышло, что все они почти одновременно отыскали свой путь к плодовому дереву.

            Первый человек был невнимателен. Добравшись до дерева, он, тем не менее, не признал плода, потому что все еще продолжал размышлять - что делал всю дорогу, - куда ему идти дальше. Его путешествие оказалось напрасным.

            Второй человек был глуп: он понимал вещи чересчур буквально. Когда он увидел, что все плоды на дереве перезрели, то сказал: - Ну что ж, вот я и увидел плод. Но я не люблю гнилья, а таков, насколько я понимаю, удел всех плодов.

            И с тем он пошел дальше. Его путешествие оказалось напрасным.

            Третий человек был мудр. Он сорвал несколько плодов и изучил их. Порывшись хорошенько в памяти и вспомнив все, что мог, о несъедобных лакомствах, он разломил несколько плодов и внутри каждого обнаружил камешек.

            Так как он знал, что в действительности этот камешек представляет собой семя, то все, что ему понадобилось сделать, это посадить его, присматривать за его ростом и ждать, пока вырастет - плод.

            Суфий-раб Рассказывают, что один из великих суфиев - Айяз, которого приблизил к себе султан Махмуд из Газны, был рабом.

            История гласит, что некий придворный как-то раз сказал ему: - Ты был дервишем, затем попал в плен. И вот уже много лет ты служишь Махмуду. Святость твоя столь велика, что, попроси ты о свободе, султан незамедлительно дал бы тебе ее. Почему ты остаешься в таком незавидном положении?

            Айяз тяжело вздохнул и произнес: - Если я перестану быть рабом, где на всей земле возьмется человек, на которого люди могли бы ссылаться, как например раба, являющегося учителем? И потом, если я покину царя, кто другой сможет увещевать придворных? Ведь они слушают меня только по той причине, что ко мне прислушивается Махмуд. Друг мой, сей крохотный мирок создали для себя люди, подобные вам. И тем не менее вы же спрашиваете меня, почему я остаюсь рабом в этой, сотворенной людьми, клетке.

            Неправдоподобная легенда - Косметическая хирургия, - сказал орел, - не только полезна в свете сегодняшнего уровня общественного развития: она практически необходима.

            Когда он подрезал когти и укоротил клюв, результат столь понравился всем окружающим, что они сделали то же самое.

            Почти все. Усовершенствованием внешнего облика не озаботились вороны. Они отрастили когти и стали ждать дня, когда - случись такое, что социальные табу под давлением обстоятельств вновь допустят отращивание когтей, - другие хищники, практикующие педикюр и развивающие цивилизованность, уже просто не будут знать, для чего вообще нужны когти.

            Окружающая среда Один суфий пригласил глубоко почитавшего его человека поселиться в его доме. Однако спустя всего четыре дня он уехал в дальние края, и его не было три года.

            Лишенный присутствия Мастера, гость пал духом и чувствовал себя чрезвычайно неловко. А ведь он еще и был вынужден справляться с обязанностями по дому...

            Спустя много лет в город, где это происходило, возвратился один человек, которому он поверял свои невзгоды, и обнаружил, что друг его преуспел в том, чтобы стать суфием, и что чувства его теперь весьма отличаются от прежних.

            Он объяснил своему другу: - То, что казалось мне ясным в то время, когда я впервые попал в дом моего Мастера, как я теперь понимаю, в действительности было от меня сокрыто. Если бы он остался, я бы не перенес интенсивности его присутствия. Я полагал, что хочу находиться рядом с ним, в то время как на самом деле мне было нужно дышать окружавшей его атмосферой.

            Очертания Однажды рядом с домом сам собой вырос плющ.

            Шли годы. Плющ оплел все стены, так что видимыми остались лишь общие очертания, по которым с трудом можно было предположить, что здесь было что-то еще, кроме зелени.

            Попадать в дом сквозь массу зелени становилось все труднее.

            В конце концов дом обезлюдел, стал ветшать и разрушаться. Это сказалось и на его очертаниях.

            Когда же он окончательно рухнул, то обратился в сплошь увитую плющом живописную насыпь. Люди изредка праздно гадали о ее происхождении.

            Плющ это сильно задевало. Он говорил: - Что за неблагодарное здание! Я поддерживал его долгие годы - и все-таки оно рухнуло.

            И с тем он распространился на всю окружающую местность.

            Разница По окончании проповеди суфий Путсирр спросил, хочет ли кто-нибудь из присутствующих задать вопрос.

            Один из посетителей спросил: - Я много слышал об удивительных свойствах Мастера Инаби из Балха. Но когда я пришел к нему, у него собиралась лишь горстка людей. Более того, он мог месяцами не разговаривать ни с кем из них. Люди, бывшие там, сказали мне, что он никогда не обращает к ним ни слова. И вот я прихожу сюда и вижу вас, изъясняющегося столь ясно и окруженного таким количеством людей. И я поневоле прихожу к выводу, что это вы достойны почитания, а не он.

            Кто-то возразил, что это не вопрос, а утверждение.

            Мастер сказал: - На самом деле это вопрос, хоть и не в обычной форме. Это даже более вопрос, нежели большинство так называемых вопросов, которые в действительности представляют собой вызов или утверждение. Поэтому давайте будем рассматривать его в качестве вопроса.

            У Мастера Инаби немного учеников, потому что он известен вот уже сорок лет. За это время его успели посетить все любители сенсаций и все бездомные собаки, и обнаружили, что он - учитель, а не организатор развлечений. И все они ушли восвояси. Я же здесь только около двенадцати лет. Поэтому я все еще окружен множеством людей, которые, какими бы смиренными они ни выглядели, алчны до знания и озабочены жаждой удовольствий. Разве вы не замечали, что овцы обычно сбиваются в большое стадо, а львиная стая немногочисленна?

            Хрустальный шар Существует одна легенда о юноше, искавшем знания, приобретаемого посредством опыта. Он следовал всем, кому только мог, и практиковал все, что только мог себе представить, в стремлении узнать: что же испытывает человек за пределами измерений обычной жизни?

            Как-то раз он забрел в пещеру, в середине которой лежал хрустальный шар, а напротив него сидел престарелый отшельник. Юноша уселся по другую сторону шара и тоже стал вглядываться в его сверкающую поверхность.

            В глубине шара он увидел такие вещи, о которых и слыхом не слыхивал, и которые не мог себе даже представить. И вслед за тем он сказал Мастеру: - Быть наблюдателем недостаточно, даже когда происходят такие чудеса. Я должен каким-то образом прожить их.

            Мудрец предложил ему войти в шар. Юноша попробовал и обнаружил, что он и в самом деле может войти в некоторые сцены, которые наблюдал.

            Спустя недолгое время он вышел из хрустального шара. Не говоря ни слова, мудрец протянул ему молоток. Размахнувшись, молодой человек разбил шар на мелкие кусочки и ушел.

            Интерес к собственной персоне Когда Анвара, сына Хайата, спросили, почему он не критикует людей, он ответил: - Меня удерживает интерес к собственной персоне. Если ты демонстрируешь недостатки соседа, это может пойти на пользу окружающему обществу, но далеко не всегда полезно тебе самому. Упражнения в язвительности развивают высокомерие.

            Я слишком забочусь о себе и не желаю, чтобы высокомерие разъело мне душу.

            Опыт Одного суфия спросили: - Почему вы путешествовали в поисках нового опыта, только когда были молодым?

            Он ответил: - Потому что, сделай я это, будучи уже знаменитым, люди относились бы ко мне по-другому, и я не приобрел бы того опыта, который был мне столь нужен.

            Ученые-ботаники: страна без лекарств Много-много лет назад был на свете сад, за которым ухаживали внимательные и талантливые работники. Благодаря их усилиям по возделыванию бесплодной почвы, их беззаветной преданности делу сад все больше разрастался.

            И происходило это во времена, когда никому в целом мире до садов не было дела. В течение долгого времени ботаники и другие специалисты, трудившиеся там не покладая рук, рассылали экспедиции, которые разыскивали и привозили все растения, какие только существуют на свете.

            Некоторые из растений, такие как хлопок, давали волокно для прядения; из иных изготовляли пищу; третьи имели достоинства, используемые в медицине.

            Но затем на этот сад обрушилось бедствие, в результате которого большинство садовников было убито. Остальные вынуждены были бежать в отдаленные места. В должное время пришли другие люди. Они скоро осознали практическую ценность съедобных растений и стали культивировать их. Затем они открыли, что некоторые из цветов и трав можно использовать как красители. И, наконец, поскольку они были неутомимыми исследователями, то проникли в секреты тканей, которые можно было делать из волокнистых веществ.

            Но, как ни странно, этим людям не удалось обнаружить особые свойства лекарственных растений, и, таким образом, они оказались полностью лишенными подлинной медицины.

            Когда кто-нибудь из них заболевал, он начинал произносить заклинания - и либо выздоравливал, либо превращался в калеку, либо умирал. Такой порядок вещей они считали нормальным и естественным. Время от времени до них доходили легенды о медицине, но они были люди рациональные и не склонные выдавать желаемое за действительное, и потому они не верили в этот, смахивавший на суеверие "культ".

            Впрочем, точно так же поступили бы и вы, если бы выросли без медицины.

            Они говорили: - Конечно, каждый хотел бы чувствовать себя здоровее - поэтому люди и выдумали "науку медицину".

            Тем не менее ботаники - потомки тех, кто вырастил сад, - все еще существовали на свете. И вот настал момент, когда некоторые из них решили вернуться в то место, которое прежде было их домом. И, к своему изумлению, обнаружили, что в местных условиях медицина считается архаической чепухой. "Мы это быстро поправим, - сказали они себе, - ибо мы продемонстрируем, что можно лечить доступными средствами всевозможные болезни, если только знать специальные свойства растений".

            Однако надо отметить, что они были не только ученые, но и люди весьма практичные и осмотрительные. И потому прежде чем предпринимать попытку возродить искусство лечения пиявками, они провели исследование характера и поведения, мыслей и установок живущих теперь в саду людей.

            И испытали шок. Те, кто пришел им на смену (за исключением меньшинства, совершенно непригодного к обучению), преимущественно привыкли мыслить столь ограниченно, что даже прямая демонстрация не сумела бы убедить их в том, что такая вещь, как медицина, возможна.

            Правда, они шумно требовали демонстрации, но никогда не позволили бы ученым ("анахронистам", как они их называли) продемонстрировать возможности медицины таким образом, чтобы произошло исцеление. Так, к примеру, они настаивали на выдвигаемых ими условиях: лечение должно было быть проведено не более чем за шесть минут, и при этом нельзя было принимать что бы то ни было внутрь - во избежание причинения вреда.

            И ученые были вынуждены опять удалиться в уединение, чтобы ждать, пока болезни не доведут людей до такой степени отчаяния, что те примут "суеверную" идею лечения, - которую ныне они отвергают. Или пока среди тех, кто допускает возможность существования медицины, не наберется достаточное число людей, готовых стать беспристрастными учениками.

            Хуже Философ сказал: - Дервиши столько говорят об усовершенствовании человека! Мне это уже надоело. Я - человек объективный. И как таковой, я желал бы услышать о другой стороне дела: каким образом человек становится хуже.

            Присутствовавший при этом дервиш сказал: - О попавший в самую точку! Разговоры об улучшении и об ухудшении человека могут служить обеим целям. Нет быстрейшего способа сделать человека, не обладающего твердой основой, хуже, чем говорить ему о его "усовершенствовании". Вот почему дервиши не учат всех подряд.

            Деньги Существует история о человеке, который пришел к составителю словаря и спросил его, почему того так интересуют деньги. Лексиколог весьма изумился и сказал: - С чего вы это взяли?

            - Из того, что вы пишете, - отвечал визитер.

            - Но я лишь составил этот словарь, и ничего больше, - сказал автор.

            - Знаю, именно его я и прочел, - ответил человек.

            - Но он содержит сто тысяч слов! И из них, я думаю, едва ли двадцать или тридцать связаны с деньгами.

            - Причем здесь другие слова, - вспылил посетитель, - когда я спрашиваю вас именно о тех, которые связаны с деньгами?

            Оценка - Всегда оценивай очевидное критически, - сказал мудрец Страны дураков одному из своих учеников.

            - Ну, а сейчас я проверю твою исполнительность. Предположим, я сказал: "Вскарабкайся по свету луны". Что ты ответишь?

            - Я скажу: "Я могу сорваться".

            - Нет! Ты должен подумать, как же ты сможешь сделать зарубки для ног?

            В должное время - Почему критики и клеветники производят гораздо больше шума, чем те, для кого Путь имеет ценность? - спросил Джан Фишан Хана посетивший его церковник.

            - Вы сами можете ответить на свой вопрос, - сказал Хан, - если найдете ответ вот на что: Вопящий мальчишка швыряет камни в дерево. Люди останавливаются понаблюдать за ним. Мимо проходит мудрый человек и замечает, что дерево - из тех, чьи плоды восхитительно вкусны. Мальчишка полностью поглощен своим занятием, оно доставляет ему наслаждение. Зеваки смотрят только на то, что он делает. Мудрый человек видит внутреннюю сущность дерева, которая для других станет очевидной в свое время.

            Радио Как-то раз был я в одной стране, где никогда не слышали звука радио. Мне должны были привезти туда транзисторный приемник. И вот, пока я ждал, когда он прибудет, я попытался описать его аборигенам. В целом, эффект был таков: большинство восприняло описание с восторгом, меньшинство проявило к радио неподвластную рассудку неприязнь.

            Когда же я, наконец, смог продемонстрировать им приемник, они вначале не восприняли разницы между голосом диктора и голосом того, кто стоит рядом с ними. Но в конце концов, они ведь подобны нам, и у их ушей начала развиваться необходимая способность различения.

            И некоторое время спустя, когда я задал им об этом вопрос, все они клялись, что какими бы доскональными ни были описания радио, то, что они себе представляли, не имело никакого отношения к реальному приемнику.

            Молодой суфий К молодому суфию, сидевшему в окружении друзей, пришел старик. Посетители посмотрели на него с презрением, когда он сказал: - Я никогда не проводил время в размышлениях о человеке и его внутренней реальности. Всю свою жизнь я копил деньги.

            Суфий произнес: - Каждый делает, что может с тем, чем располагает.

            - Да, - произнес старец сокрушенно. - И так как я не знаю никакого иного способа выразить свое отношение к вам, кого я считаю Учителем, я дарю вам эту жемчужину. Я купил ее у ювелира, заплатив за нее все до копейки, что скопил за шестьдесят лет. Это самая большая драгоценность, которая была у него в магазине. Сам я уже слишком стар, чтобы измениться, но каждый говорит, что думает, своим языком.

            Молодой суфий встал и сорвал с себя одеяние учителя. Обратившись к собравшемуся обществу, он сказал: - Вы думаете, что этот человек - неисправимый материалист, избегающий истинного знания. Однако вот он расстается с самым прекрасным, что у него есть. Потому что он обладает благородством духа, какого я не имею. С сегодняшнего дня ваш учитель - этот человек. А я удалюсь в уединение.

            Магическая книга Раз некий английский историк обнаружил, что среди купленных им книг затесалась одна, содержащая магические заклинания.

            Он отложил ее в сторонку. Но в один прекрасный день ему вдруг подумалось: "Конечно, магия - абсолютная чепуха. Но разве не было бы замечательно, если б историк - разумеется, из самых лучших побуждений - смог воспользоваться заклинаниями, чтобы переместиться в прошлое? Ведь он бы извлек из такого путешествия реальное знание о происшедшем..." И вот наш историк очутился в Британии времен норманнского завоевания, прожил там некоторое время, а затем произнес магическое слово, необходимое для возвращения в его собственное время.

            Вскоре он прочитал лекцию о Британии норманнских времен. После этого его лишили должности в университете - за то, что он настаивал на "якобы фактических, однако не подкрепленных цитированием научных источников заявлениях" и за голословное утверждение, что "все общепризнанные факты о норманнской Британии неверны".

            Библиотека его была продана с молотка, и магическая книга одной ей ведомыми путями перекочевала на Средний Восток.

            Там ее купил человек по имени Мансур. Его, как и английского ученого, заинтересовала формула перемещения во времени, и он отправился во времена взятия Константинополя султаном Махмудом Завоевателем - просто так, из интереса.

            Надо сказать, что в обществе, где он жил, практикование магии почиталось предосудительным. Поэтому он никому не рассказал о своих приключениях. Однако, будучи всего-навсего обыкновенным человеком, он не смог одолеть напора распиравшей его новой информации. В один прекрасный день он произнес: - Интересно: мусульмане носят на голове феску в качестве признака их религии. А ведь прежде в Византии ее носили только христиане. И эмблема в виде полумесяца и звезды была эмблемой христиан, против которых мусульмане сражались.

            Духовные власти страны немедленно объявили его еретиком и наложили запрет на общение с ним до тех пор, покуда он не отречется от каждого своего слова - что он в скором времени и сделал.

            Книгу он выкинул в окно. Ее подобрал нищий и продал за краюху хлеба владельцу книжной лавки.

            Так как она была написана по-английски, ее на следующее же утро купил за гроши иностранец, возвращавшийся на Запад.

            И этот человек - которого мы назовем Мартин - оказался завороженным тем же самым местом из книги, что и его предшественники. Однако, будучи ревностным католиком, он отнес ее к кардиналу, с которым водил отдаленное знакомство, и спросил, что тот об этом думает.

            Кардинал сказал: - Сын мой, это тяжкий грех. Книги, подобные этой, должны быть отвратительны всем верующим. Берегись ее!

            Мартин поблагодарил его за наставление соответствующим случаю образом и оставил книгу у кардинала.

            Спустя некоторое время, кардинал, сидя у себя в кабинете, вдруг подумал: "В конце концов, человек моего положения в состоянии защитить себя от негативного воздействия потусторонних сил! Я вполне способен видеть опасность, заключенную, в путешествии в прошлое: я знаю, что вещи там не таковы, какими они сегодня нам представляются. Поэтому я употреблю эту формулу один-единственный разок - просто в качестве эксперимента".

            И, еще раз хорошенько все взвесив, он произнес заклинание, позволяющее переместиться назад, которое звучало так: - Да перенесусь я назад во времени и пространстве в то место, где положение вещей не будет противоречить моей вере.

            Он закрыл глаза, а когда вновь открыл их, то обнаружил, что находится в пещере. Где-то рядом снаружи слышался шум, издаваемый большой толпой. Разгладив складки роскошного одеяния, кардинал направился к выходу. Перед пещерой в неглубокой долине расположились несколько групп мужчин и женщин с длинными свалявшимися волосами, замотанных в шкуры, с дубинками в руках. При виде его они заворчали и начали издавать визгливые крики - очевидно, приветствуя его.

            - Друзья мои, - сказал им кардинал. - Не знаю, куда я попал, но вижу, что вы остро нуждаетесь в наставлении. Я пришел говорить с вами о самых важных вещах, которые только существуют на свете.

            Однако единственным ответом ему были хрюканье и визг. К тому моменту, как он понял, что переместился назад на сотни тысяч лет, он обнаружил также, что забыл слово, необходимое для возвращения в свое собственное время.

            Книгу продали, и она вновь отправилась в путь. Она и теперь лежит на полке букиниста, ожидая следующего покупателя. К счастью, большинство людей считает подобные книги ерундой...

            Человек Дервиш братства бекташи подошел к одному небезызвестному священнослужителю и сказал: - Я слыхал об одном молодом человеке, который собирает толпы народа, произнося пламенные речи, подстрекающие к нарушению законов. Он претендует на сверхъестественное происхождение, демонстрирует "чудеса" и противоречит сам себе.

            - Довольно! - воскликнул священник. - Он будет подвергнут суду и изобличен в богохульстве и нарушении общественного порядка. Если он не покается, то будет казнен как еретик и совратитель. Скажи мне только имя, а об остальном я позабочусь.

            - У меня нет слов, чтобы выразить, как глубоко я восхищен вашим деловым подходом, - промолвил дервиш. - Его зовут Иисус.

            Шутливость Царевич сказал ученому: - Этот суфий говорит о вещах значительных столь шутливо и обыденно, что мне не верится в его искренность.

            Ученый ответил: - О эмир шейхов! Знай, что существует три формы Знания.

            Есть Знание столь глубокое, что его невозможно выразить.

            Есть Знание, требующее для своего выражения сложных рассуждений.

            И есть Знание, выражаемое при помощи шутливой формы.

            Одна шутка из уст этого суфия творит сотню святых, тогда как люди, обладающие серьезным видом и грозной наружностью, преуспели в производстве трупов.

           
 Кувшин с Водой Жизни был однажды вручен некоему человеку. Тот отказался пить, потому что ему не понравилась форма сосуда.

            Если вы - человек "формы", к чему вам разговоры о глубине?

            Немедленно остановите Ога Итак, наконец-то возымело место "великое открытие". Этот великий возмутитель спокойствия, богохульник, этот на все руки мастер, именуемый Огом, совершил еще одно деяние с целью привлечь к себе внимание. Все вы помните: последняя его замечательная рекомендация звучала так: "Носите пять предметов одновременно. Вместо того, чтобы ходить за ними пять раз, вы можете пойти один". Как это мог бы предвидеть любой здравомыслящий человек, священство быстро положило конец этому новшеству. Но, разумеется, следующее выступление Ога с чем-либо подобным было лишь делом времени.

            Если бы Великий Идол требовал от нас, чтобы мы вели себя как дети и захватывали бы руками одновременно массу предметов, мешая их друг с другом в хаотическом беспорядке, это было бы зафиксировано в Магических Песнопениях. Но мы знаем (ибо это мудро заповедано Великим Гуду), что более достойно, более уместно, более правильно, наконец, переносить одну-единственную вещь за один раз.

            Однако мы уже успели привыкнуть к Огу. К "новатору", как ему следовало бы себя называть. Впрочем, все его так называемые "новации" (даже если допустить правоту утверждения, что новаторство - благо, несмотря на то, что очевидно обратное) в действительности являются всего лишь повторяемыми каждый раз под другим соусом бунтом и ересью.

            Вчера, как я уже сказал, его "открытие" звучало так: "Носите одновременно более чем один предмет, экономьте время". Что же преподнес он нам сегодня? - Повторение своей ребячьей болтовни, хотя и с более вызывающим, отдающим уже угрозой оттенком. Сегодня мы слышим: "Я могу зажечь огонь без того, чтобы тереть две палки друг о друга".

            Разумеется, в прежние времена ни один приличный человек, будь то мужчина или женщина, не допустил бы, чтобы с чьих-либо уст слетело подобное ужасающее словосочетание - пусть даже с одной только целью: быть ими же и опровергнутым.

            Ныне мы живем в другое время - "просвещенное" время, время "прогресса". Но и эти дни потрясений запомнятся навсегда как эпоха, в которую ни один шаман, считающий себя действительно прогрессивным, и ни один разумно мыслящий папуас жу-жу не отступили от своего долга встретить зло лицом к лицу и заткнуть подобную непристойность обратно в изрекший ее зловонный рот.

            Зажечь огонь "иным способом"? Вообще зажечь огонь, не будучи посвященным Великим Идолом в эту церемонию, столь священную и совершаемую лишь четырежды в году? Зажечь огонь в любое время, по своему желанию?!

            Я не стану порицать вас, если описанное мною не умещается у вас в голове. Однако, разумеется, не головокружение от непонимания способно исправить здесь дело - на это способны лишь холодная логика и тщательно продуманная аргументация.

            Поэтому давайте спокойно и логично, как и подобает человеку разумному, проанализируем эти лозунги, оскорбительные и лишенные всякого смысла - каковыми они, несомненно, и должны представляться любому из нас.

            Первым следствием из предлагаемого нам абсурда было бы то, что из нашей жизни исчезла бы вся красота, вся таинственность; исчезло бы все то, что утверждается моралью в качестве добра. Ведь именно на огне, на факте редкости и возвышенности огня - которому отдаются жизни, для которого страдают люди и ради которого сотни и сотни людей готовы вынести еще большие испытания, - так вот, именно на факте редкости и возвышенности огня, в конечном счете, и основаны все высшие ценности. Одним словом: что в мире может быть более священным, чем огонь?

            Что произойдет с заклинанием, содержащимся в клятве: "Да поразит меня огонь свыше, если я лгу", если почитаемый ныне огонь будет презираем? - Никто больше не будет его бояться, и люди смогут безнаказанно лгать, обманывать, убивать.

            Давайте на мгновение станем предельно легковерными и вообразим себе - чисто гипотетически - абсурдную ситуацию: если бы теплота огня была доступна всем, смогла ли бы его эстетика, имеющая воспитательное значение, его благотворно воздействующая Божественная благодать так цениться, как ценятся они сейчас, когда они столь редки?

            Сегодня люди завоевывают и заслуживают право на огонь. Он дается им из святилищ в качестве награды. Те вокруг нас, кому справедливо отказывается в огне, посиневшие и стучащие зубами от холода, являются для всех наглядным доказательством того, что зло наказуемо. Их пример предупреждает о том, что посмертно нас может ждать еще более суровое наказание.

            И вот тут, дорогие мои друзья, мы можем со всей очевидностью снять завесу с тех подлинных, поразительно наглых побуждений, которые движут злом по имени Ог. С каждым поколением все большему и большему числу людей - я повторяю: справедливо! - отказывается в огне. Естественно, они все время о нем думают. И тут появляется Ог и говорит себе: "Я могу обрести власть над этими людьми, давая им обещания. Чего они хотят больше всего? Они хотят огня. Ну что ж, я посулю им огонь!" Видите теперь, как одним махом Ог посягает на то, чтобы совершить подкоп под цивилизацию и подрубить ее корни?

            Если он пообещает огонь, недовольные пойдут за ним и будут делать для него все, чего бы он ни пожелал. Если он действительно сможет им его дать, то разрушит все общественное устройство: во имя чего тогда будут жить люди и во имя чего умирать?

            Но даже если он не сможет его дать, он будет способен с помощью своих приспешников в любой момент, не размышляя, убить тех, кто возжигает божественный огонь. Ог утверждает, что наше общество консервативно, сковано и лицемерно. О каком консерватизме может идти речь, когда мы заходим все дальше и дальше в поисках диких бизонов? Скованы ли мы тем, что стремимся оградить лучшие из известных человеку чувств? Состоит ли наше лицемерие в том, что мы говорим: "Ты пытаешься совершить под нас подкоп, не предлагая альтернативы тому, что разрушаешь"?

            Превратить огонь в раба вместо служения ему как хозяину, сделать его всего-навсего тем, что можно просто зажечь и погасить - как это может быть благом и вообще вести куда бы то ни было?

            Нет, друзья мои, мне не нравится Ог. Мне не нравится, что он говорит. Мне не нравится, как он выглядит. Вряд ли случайно, что его предки вышли из другого племени. Я не верю Огу, равно как не верю тому, что говорят о нем те, кто его поддерживает.

            Можете представить себе мир, в котором Ог и ему подобные "пользуются огнем", поджигая целые леса, как если бы они были самим Богом молний?!

            Желаете ли вы такого общества, где самыми прогрессивными считались бы трусы и лицедеи, где в цене было бы низменное, а высокие цели считались бы бессмысленными, - и над всеми и всем властвовали бы Ог и ему подобные?

            И, наконец, еще один штрих - так, чтобы полная абсурдность лозунгов Ога стала очевидной даже самым несообразительным из нас. Кто такой Ог? Что он - Глаг Великий, чтобы к тому, что он говорит, прислушивался весь мир?

            Принимает ли он участие в нашей с вами прогрессивной деятельности? Должны ли мы верить ему, зная его взгляды и верования? Снискал ли он уважение кого-либо из тех, чье мнение мы ценим?

            Нет. Совершенно очевидно: Ог - наш враг. И ведь именно самые умные и наиболее опасные враги всегда принимают позу благодетелей.

            Итак, давайте же скажем: "Остановим Ога немедленно!" Пять тысяч Человек сказал стражнику у врат Алеппо: - Двадцать лет я жил в ханаке, уединенном жилище Мастера Века в Туркестане.

            - И чему же ты научился? - спросил страж.

            - Не знаю, научился ли я чему-нибудь, - сказал человек. - Пока я там был, люди приходили и люди уходили. Некоторых прогоняли, многие были разочарованы. Наконец, ушел и я.

            Страж промолвил: - Здесь, неподалеку от базарной площади живет великий суфий. Возможно, он посоветует тебе что-нибудь.

            Человек из Туркестана отправился на малую базарную площадь и, увидев там великого суфия, закричал: - Ты самозванец! Это ведь ты, и никто другой в течение всех двадцати лет, постоянно появляясь в ханаке, вселял в меня сомнения относительно моего Мастера!

            Суфий улыбнулся и сказал: - Одна из моих обязанностей - испытывать учеников. Можно ли испытать их лучше, чем представляясь одним из них, - тем, кто всем недоволен, и демонстрируя им их собственную грубость?

            - А все другие, кто были со мной в ханаке? Что, все остальные ученики в действительности тоже являлись скрытыми святыми?

            - Состав обитателей ханаки таков: там есть несведущие, есть просветленные, ведущие себя как несведущие, и есть не являющиеся ни теми, ни другими.

            Ты видишь только то, что на поверхности. За два десятилетия, что ты провел там, пять тысяч человек, на многих из которых ты даже не взглянул, поскольку не счел их важными, получили озарение без лишнего шума и суеты.

            Человек и улитка Как-то раз человек увидел улитку - она сидела в трещине на стене.

            Он окликнул ее: - Привет, улитка!

            Верите или нет, но улитка умела говорить. Услышав его, она ответила: - Привет. Ты кто?

            Человек сказал: - Я - разумное существо.

            - Вы похожи на нас? - спросила улитка.

            - Отчасти. Но мы можем многое из того, чего вы не можете.

            - Назови, что?

            - Ну, к примеру, у вас глаза на стебельках. У нас есть стебельки на другом конце тела, называемые ногами, и на них есть ступни. Двигая ногами и ступнями, мы можем почти мгновенно преодолевать большие расстояния.

            - Это звучит весьма необычно. А еще?

            - Ну, у нас нет раковины. Она нам не нужна.

            - Нет раковины? Что ж, это возможно. А еще?

            - Еще мы можем общаться без слов, и даже не находясь вместе. Это делается так: берется нечто вроде листа, на него наносятся значки. Это называется "писать". И такое "письмо" посылается другому человеческому существу. Теперь, посредством того, что называют "чтением", тот, кто получил послание, может узнать, что думает "писатель".

            - Вот тут ты и заврался, - сказала Улитка. - Вечно вы, вруны, завираетесь. Я поймала тебя в ловушку тем, что делала вид, будто верю тебе. Но если я и дальше буду, не выражая естественного для всех разумных существ недоверия, поощрять тебя говорить неправду, то окажусь соучастницей твоей греховной лжи.

            Привратник Суфия спросили: - Что вы делаете? Вы не даете нам, желающим учиться у вас, заниматься по книгам. Вы не демонстрируете никаких ритуалов. Вы не желаете отвечать на вопросы. Вы не обращаете внимания ни на похвалы, ни на ругань в ваш адрес.

            Он ответил: - Я - привратник. Привратник удостоверяется, что дверь открыта тогда, когда она должна быть открытой, и захлопнута тогда, когда она должна быть захлопнутой. Он позволяет войти всему и всем, кому должно войти, и не допускает все то, что не допущено.

            Если вы желаете, чтобы привратник колотил в дверь, делал эффектные жесты, носил богатую или бедную одежду, выполнял обещания или вступал в спор, кривлялся, брал взятки или участвовал в обсуждениях - вместо того, чтобы работать, - вы не тот, кто может вступить с привратником в конструктивный диалог.

            Благодарственное письмо Шах Шариф Шах возвратился с приема в доме первого министра страны Рум.

            Он немедленно сел и продиктовал лучшему каллиграфу в городе письмо, полное слащавых комплиментов и приторной почтительности.

            При этом присутствовал некий мыслитель, который сказал ему: - О Шариф! Если вы пошлете министру это письмо, то его либо возмутит ваше низкопоклонство, и он никогда больше не пригласит вас к себе в дом; либо он испугается, что люди могут подумать, будто ваша лесть возымела на него действие, и никогда не поручит вам высокий пост при дворе.

            Шариф Шах улыбнулся и произнес: - Ваша характеристика совершенно точна. Диагноз, поставленный вами этому человеку, подтверждает вашу репутацию выдающегося философа. Однако, похоже, ваше представление обо мне исказили ваши собственные амбиции. Дело в том, что я написал это, только что услышанное вами письмо, руководствуясь именно нежеланием присутствовать на приемах. И еще более нежелательна для меня перспектива получения должности при Дворе.

            Нож Выйдя на прогулку, идиот увидел у обочины что-то блестящее. Понадеявшись, что это серебро, он наклонился - но то был всего-навсего выпавший у кого-то нож.

            - Я выкину тебя в реку за то, что ты меня обманул, и ты будешь там ржаветь, пока не умрешь! - закричал идиот.

            Однако нож был говорящий, и он попытался спасти свою жизнь.

            - Добрый господин! - сказал он. - Почему бы тебе не оставить меня себе? Я бы мог быть тебе полезным. Ведь мною можно резать хлеб!

            - Ну да, как бы не так! - промолвил идиот. - Тобой можно еще и глотку мне перерезать!

            Эликсир Одного из великих суфийских учителей спросили: - Как можно постичь учения Мастеров, если их поведение большей частью либо парадоксально, либо выглядит совершенно ординарным?

            Он ответил: - Общепринятые правила, равно как подход, основанный на догадках, не способствуют, а препятствуют пониманию. Я поделюсь с вами своим собственным опытом, ибо истории из собственной жизни - часто самые лучшие учителя.

            Когда я был учеником, я однажды подошел к величайшему из Мастеров нашего века и сказал ему: - Все, что я могу, это вести себя как животное. Не согласитесь ли вы помочь мне стать человеком?

            Он кивнул, и с тех пор я посещал его в его доме в течение двух лет, ожидая, когда же начнется обучение. После этого я пошел к другому мудрому человеку и спросил его, как мне приблизиться к моему Учителю, чтобы учиться у него.

            Мудрый человек сказал: - Ты ищешь чудодейственный эликсир. Что ж, я дам тебе его. Вот тебе бесцветная жидкость. Капай ее один раз в день в еду своему Учителю. Одновременно уверь себя, что служишь ему, и исполняй все, что он тебе скажет. И не пытайся искать самостоятельно смысл в его действиях или вызывать его на объяснения.

            Я сделал так, как он сказал, и спустя месяц обнаружил, что продвинулся в восприятии и понимании. Тогда я вернулся к этому мудрому человеку и сказал: - Будьте благословенны! Ваш эликсир явно подействовал, так как я продвинулся и способен теперь на то, что прежде для меня было невозможно.

            Он промолвил: - И поэтому ты пришел?

            Я сказал: - Я пришел также попросить у вас еще немножко магического эликсира: тот, что вы мне дали, закончился.

            При этих словах он улыбнулся и ответил мне так: - Ты можешь больше не капать своему Учителю обыкновенную воду под названием "эликсир". И продолжай вести себя тем особым образом, который я тебе прописал.

            Лев Жил на свете лев. Он был создан, чтобы быть львом и передавать львиный опыт детенышам и другим львам.

            Однако некоторые комары и мухи, окружавшие его, воображали, что он существует ради них - ради их развлечения и пользы.

            Лев двигал головой, взмахивал хвостом, и это побуждало насекомых ни на минуту не оставлять его в покое - хотя они и разлетались при малейшем его движении. До их понимания никак не доходило, что им не мешало бы вообще удалиться от него, и что, приставая к нему, они исходят не из глубоких побуждений, а из сиюминутного порыва и привычных мерок.

            Однажды лев умер. Так как он обеспечил насекомым место для их игрищ, некоторые из них прожили на его остове весьма долго.

            Теперь лев больше не противодействовал им, и потому насекомые решили, что они выиграли битву. Ведь по их представлениям он и существовал-то для них. И вот они выстроили целую систему, основанную на их опыте восприятия мертвого тела льва и объясняющую - с их точки зрения, - чем в действительности является лев.

            Поскольку голос льва стих, стало возможным услышать версию насекомых о целях и ценностях львов и предположить, что она верна.

            Вот в чем одна из причин того, почему столь многие львы живут скрытно за спинами львят. Видите ли, когда-нибудь - пусть и через продолжительное время - насекомые непременно научатся не тревожить больше львов и находить себе места для более легкого способа пропитания, - места, более соответствующие этой цели, нежели остовы львов. Ибо, во-первых, требуется долгое время, чтобы лев умер. А во-вторых, мясо ведь не может храниться вечно...

            То же самое происходит с суфийскими учителями, которых одолевают мелочные схоласты.

            Свидетельство Как-то раз жители некоего города посредством голосования выбрали одного человека, которого послали для обучения к суфийскому Мастеру.

            Когда ему настало время возвращаться домой, Мастер вручил ему свидетельство. В нем говорилось: "Сим удостоверяю, что данный человек постоянно постился, пережил исключительные опыты, совершал чудеса и заслуживает всяческого почитания".

            Ученик воскликнул: - Почему вы написали такой неверный и вводящий в заблуждение документ?

            Мастер ответил: - Суфии - не те, кто занимается демонстрацией своих возможностей и предъявляет удостоверения. Но попытайся объяснить это людям, заплатившим за демонстрацию и удостоверение! Те, кто дали тебе возможность попасть сюда, первыми начнут поносить тебя и вопить, что ты зря потратил их деньги, если им не удостоверят твою значительность с очевидностью, доступной их пониманию.

            Выбор сыра - Я приняла решение полюбить сыр, - сказала мышь. - Излишне говорить, что столь важное решение не могло быть принято без тщательного обдумывания в течение достаточно длительного времени. Не будем отрицать непосредственное наличие трудноуловимой эстетической привлекательности данной субстанции. Однако восприятие ее возможно только для весьма утонченного типа натур. Так, к примеру, тупоумная лиса не обладает восприимчивостью, достаточной для того, чтобы хотя бы отдаленно приблизиться к пониманию свойств сыра.

            Другие факторы, сыгравшие роль в данном выборе, в не меньшей степени поддаются рациональному анализу - как, разумеется, и должно быть.

            Привлекательный цвет, приемлемая фактура, соответствующий требованиям вес, приятное разнообразие формы, достаточно многочисленные места распространения, разумная легкость усвоения, сравнительное богатство и разнообразие питательных веществ, доступность, значительная легкость транспортировки, полное отсутствие побочных эффектов - эти и сотня других легко определимых факторов более чем ясно доказывают мой хороший вкус и глубину проникновения в предмет, сознательно проявленные мною в принятии данного мудрого и осмотрительного решения.

            Скрытая рука судьбы До Джан Фишан Хана стали доходить слухи о некоем мулле из Кандагара, который публично порочил его. Он затребовал к себе записи его проповедей, изучил их, но не отдал никаких распоряжений.

            Спустя несколько месяцев некий Абдул-Кадир Бей, путешественник из Мазара, который и записал это в своих мемуарах, спросил его: - Не так давно вам сообщали о направленных против вас речах муллы Сифри. Мне сказали, что теперь он вообще никогда не говорит о вас. Что это: вы изменились - или так действует ваша магия? Какую алхимию, какой талисман вы применили?

            Джан Фишан Хан, говорит Абдул-Кадир, ответил: - Если вы обещаете не говорить никому, покуда мулла жив, я вам доверю тайну.

            Я изучил его речи и увидел, что он противоречит сам себе. К примеру, он был не согласен с тем, что я занимаюсь административной деятельностью на том основании, что меня называют мистиком, а с моей суфийской деятельностью на основании того, что меня называют ханом. Потому лекарство было самое простое.

            Тайно, через одного моего друга, купца из Города Плаща Пророка, я устроил так, чтобы этого муллу назначили там советником купцов из Кандагара. У него появилось реальное занятие, и он больше не занимается сотрясением воздуха с целью привлечь к себе внимание.

            Город бурь Был некогда на свете город. Он был похож на все другие города в мире всем, кроме одного: в нем почти всегда бушевали бури.

            Жившие там люди любили свой город. Естественно, они приспособились к его климату. Жизнь в центре бурь подразумевала, что они не замечали рева грома, вспышек молний и того, что почти все время шел дождь.

            Если кто-нибудь обращал внимание на погоду, его начинали считать невоспитанным и назойливым человеком. В конце концов, бури - это ведь и есть жизнь... Так продолжалось много столетий.

            И все бы ничего, если б не одно: людям не удалось приспособиться к бурной погоде полностью. В результате нее они стали пугливыми, беспокойными и временами перевозбуждались.

            Насколько люди могли помнить, они никогда не видели мест иного рода. Поэтому рассказы о городах и странах, где штормов нет, рассматривались ими как своего рода сказки или бормотание лунатиков.

            Существовало два испытанных рецепта заставить себя забыть на время свою напряженность: либо изменить что-либо в своей жизни, либо дать тому, что есть, завладеть тобой всецело. На каждом этапе истории этой страны одни ее жители фиксировали свое внимание на изменениях, другие же, одновременно - на устоях того или иного рода. Несчастливы были лишь те, кто не мог ни того, ни другого.

            А дождь все лил, и никто ничего не пытался с этим поделать, потому что это не признавалось проблемой. Сырость была проблемой, но никто не связывал ее с дождем. Молния вызывала пожары, которые были проблемой, но их считали отдельными самостоятельными событиями.

            Возможно, вы сочтете удивительным, что столько людей столь долго знали так мало.

            Однако мы склонны забывать, что, в сравнении с той информацией, которую мы имеем сегодня, подавляющее большинство людей на всем протяжении человеческой истории не знало почти ничего почти ни о чем. И даже современное знание почти каждый день изменяется - и, бывает, оказывается неверным.

            Люди В "Книге Аму-Дарьи" рассказывается, что бывший законник, ученый-юрист, ставший приверженцем Бахаудина Накшбанда, спросил его: - Вы знаете все о догме и толкованиях; вы, как представляется, знаете все о теории и о том, что можно почерпнуть из книг. Каким же образом вам удалось приобрести такие знания? Ведь их недостает даже ученым и догматикам?

            - Могу сказать только одно: о догме я узнавал гораздо больше из источников иных, нежели книги, дискуссии и даже лекции.

            - Что же это за источники?

            - Я постигал догму и схоластику, изучая людей.

            Чего избегать Как-то раз беседовали двое уважаемых граждан из Страны Дураков.

            - Знаешь, - сказал первый. - Когда бы я ни читал таблицу умножения, у меня кружится голова.

            - Вот удивительно! - воскликнул второй. - То же самое происходит со мной, когда я бегаю.

            Не будучи в состоянии найти какое-либо обобщающее объяснение этим двум событиям, они отправились со своими переживаниями к наимудрейшему человеку в стране.

            Наимудрейший сказал: - Очевидно, что и числа, и бег были изобретены человеком неблагонадежным, и его влияние все еще присутствует в них. Поэтому избегайте и того и другого!

            Поза Анвар Аббасси был человеком столь постоянных привычек, что люди говорили: "Скорее солнце не взойдет, нежели Анвар не оправдает ожиданий!" Когда однажды это дошло до него, он начал вести себя предельно сумасбродно. Поскольку люди не могли постичь причин подобной перемены, мнения разделились. Однако многие заключили, что с Аббасси что-то не в порядке.

            Затем, столь же внезапно, он вернулся к своей прежней манере. Кто-то как можно более деликатно спросил его, какова цель такого поведения.

            Он отвечал: - Рад, что вы хотя бы подумали, что у него может быть причина. Как вы знаете, у меня много учеников. Если я не буду испытывать, насколько их вера в меня независима от моих внешних проявлений, я окажусь не лучше священнослужителя или кого бы то ни было еще, кого натренировали хранить молчание с глубокомысленным видом. Священник добивается успеха всего-навсего с помощью внешнего вида и особой манеры поведения - хотя люди и обосновывают его достоинства другими вещами. Посмотрите на людей, на которых действует внешняя манера поведения; посмотрите на тех, кто превозносит священников, если вы хотите узнать, идет ли это человечеству на пользу.

            Убийца Как вы все знаете, существует множество видов бактерий. Некоторые из них полезны - они помогают нам усваивать пищу. Другие, не имеющие определенной функции, безвредны. А еще некоторые, естественно, являются причиной болезней.

            Однажды некая опасная зараза была внезапно атакована другой и убита ею. Рядом стояла безобидная бактерия, которая завопила: - Убийца! Этот микроб никому не причинил зла, а ты подло убил его!

            Убийца сказал: - Если бы я дал ему жить и нападать на человечество или хотя бы на животных, от этого был бы огромный вред. Это породило бы усиление антибактериальной деятельности, и в результате все мы могли оказаться изгнанными из своих родных тканей.

            - Я встречал таких, как ты, - фыркнул обиженный микроорганизм. - Чем более просветленными вы притворяетесь, тем на большее право распоряжаться другими претендуете. При этом вы присваиваете себе право на действие во имя Знания. Не сомневаюсь, что следующим своим шагом ты планируешь убить меня!

            - Взгляни лучше с этой точки зрения на своих собственных друзей, - парировал убийца. - Это они атакуют человека, планируя убить его, и при этом прикрываются лозунгом равного права всех на пропитание.

            - Ты полагаешь, - воскликнул оскорбленный идеалист, - мне больше делать нечего, кроме как подчиняться твоим приказам, позволяя вовлечь себя в ловушку такого хода событий, который может привести к моему собственному уничтожению?!

            Единственное, в чем возвышенный теоретик преуспел, так это в том, что утвердил разрушительную бактерию во мнении не слушать чужих - или непрошеных - советов.

            Ни одна из партий не способна понять другую по-настоящему...

            Маг Один суфий остановился на отдых в караван-сарае неподалеку от оживленной деревни близ Джалалабада, что в Афганистане.

            У жителей этой деревни было в обычае рассказывать пришельцам о грозном маге здешних мест по имени Захир.

            - Это, должно быть, самый опасный маг в мире, - говорили они.

            После того, как суфий выслушал все это раз пятнадцать, он призвал всех обитателей округи и сказал им: - О люди! Слухи и воображение ослабляют разум. Я сейчас продемонстрирую вам, как ваша собственная любовь к пустословию приводит вас к неверному пониманию того, что такое Захир.

            - Вы говорите, что он, должно быть, самый опасный волшебник во всем мире, не так ли?

            - Да, - ответили люди. - Хотя, конечно, мы признаем, что вы как путешественник могли слышать и о худшем.

            - Ваш маг - слышал я о худшем или нет, - совершенно очевидно, не так опасен, как, по меньшей мере, одна из категорий магов.

            Наихудшим магом в мире, гораздо вероятнее, является такой, какого вы вообще не испугаетесь.

            - Что же это за маг, который нас не испугает? - воскликнули люди.

            - Настоящий, действующий успешно. У такого мага есть власть осуществлять свою волю, представляясь при этом всеми почитаемым человеком. Только маг, не обладающий властью, должен делать так, чтобы вы боялись его.

            Сведения для посетителей Путешественники, которые попадут на эту планету, рады будут узнать, что здесь существует давно заведенная система расположения информации и определений, позволяющая прояснять запутанные проблемы.

            Эта система зовется "словари".

            Правда, наблюдаются второстепенные трудности.

            Один такой посетитель, пытавшийся понять вещь под названием "человечность", обнаружил, что согласно словарям "человеческий" означает "имеющий отношение к человеку или человечеству"; "человек" - синоним "человечества" или "человеческого существа", а "человечество" означает "человек или человеческое существо".

            Но в каждом минусе есть свой плюс. Данный посетитель вывел собственное заключение, что все это означает на самом деле. И на этом основал свое поведение.

            Когда люди спросили его, что он такое, он сказал: - ПШ-Ш-Ш.

            Когда (не найдя такого слова ни в одном из словарей) они спросили его, что это такое, он сказал: - БУЛЬК.

            И это произвело именно тот эффект, которого он ожидал. Треть людей подумала, что он ненормальный, хотя, впрочем, безобидный - и они не мешали ему. Другая треть сочла, что он себе на уме. Эти решили не иметь с ним ничего общего - и тоже ему не мешали.

            Оставшиеся решили, что он святой.

            И поскольку никто так и не знал, кто он или что он такое в действительности, он оказался в состоянии выполнить свою научную работу, почти не отвлекаясь.

            Гепарды и сознанц Некий человек прочел много книг о суфийском Пути и однажды сказал себе: - Это чтение бесполезно. Я должен найти кого-то, кто сможет обучать меня методами непосредственного общения.

            Итак, он явился к тому, о ком ему сказали, что это Мастер своей эпохи (большинство людей знали его под именем Джилган).

            Джилган принял его любезно и спросил, почему он пришел, прежде не списавшись с ним.

            - Я устал от чтения и писания, я хочу чего-то реального, - промолвил потенциальный ученик.

            - Прекрасно, - сказал Джилган. - Я покажу вам связь реальности с относительной реальностью.

            Он повелел, чтобы в комнату доставили гепарда. Когда тот появился, он сказал: - Почему вы не боитесь этого животного?

            Ученик ответил: - Я читал, что гепарды не опасны для людей.

            - Знайте, - сказал Джилган, - что накануне к нам сюда приходил человек, не имевший такой информации. Когда гепард вошел, он ужасно перепугался. А жаль, потому что из-за этого он не смог в полной мере оценить достоинства гепарда. Так что ваше чтение пошло вам на пользу - устали вы от него или нет.

            Вслед за тем Джилган произнес: - Читали ли вы когда-нибудь о сознанце?

            - Нет, - сказал человек. - Не имею ни малейшего представления о том, что такое "сознанц".

            - Позовите сознанца, - сказал Джилган.

            В тот же миг в комнату ворвалось устрашающее существо, с виду похожее на человека, но с полосатой кожей и мордой, наводящей ужас. Просящийся в ученики забился в угол, насмерть перепуганный.

            - Выведите этого человека и никогда больше не впускайте его ко мне, - приказал Мастер эпохи, - потому что, проявляя нетерпение в отношении реального опыта, он не в состоянии разглядеть того, что "сознанц" - это всего-навсего раскрашенный и одетый в маску человек.

            Изучение муравьев Один ученый всю жизнь экспериментировал и, наконец, сумел установить контакт с муравьем. Муравей, согласившийся на это, был очень мудрым и старым насекомым.

            Рискуя обидеть муравья, ученый начал разговор так: - Наш вид неизмеримо превосходит ваш. Мы вас изучаем, а вы даже еще не готовы начать наблюдение за нами.

            Муравей ответил: - Если бы вы, бедные люди, знали "вчера", вы бы понимали "сегодня" - и были бы готовы к "завтра".

            Ученый смутился. А муравей продолжал: - Миллионы лет назад мы, муравьи, вычислили все, что будет происходить на этой земле. Мы знали, что ваш род придет и будет разрушать все, что сможет. Поэтому мы сделали единственное, что могли сделать действительно разумные существа, обладающие полнотой информации: мы уничтожили базу данных, запретили размножение муравьям, обладающим способностью понимать происходящее, и организовались в обособленные колонии.

            Но и теперь, вновь и вновь мы встречаемся с атавизмом - муравьем, который способен видеть нашу несчастную и необратимую судьбу. Однако мириады ни о чем не ведающих беспечных муравьев счастливы и пребудут таковыми, покуда не придет наше время.

            Такова позиция муравьев. Что же до вас, людей, то вы еще даже не достигли той стадии, на которой поняли бы, что может с вами произойти, и можете ли вы что-нибудь с этим поделать.

            Долг Одного суфия спросили: - Люди, приходящие сюда, желают дружеских отношений, бесед и учения. Вы же поручаете им тот или иной род внешней деятельности. Почему так?

            Он сказал: - Хотя они - как и вы сами - полагают, что приходят сюда за просветленностью, в основном все желают быть вовлеченными хоть во что-нибудь. Я даю им это вовлечение с тем, чтобы они поняли его ограниченность в качестве средства обучения.

            Если человек вовлекается во внешнюю деятельность полностью, значит, он искал только возможности чем-нибудь занять себя. Такие люди не в состоянии ничего извлечь из ситуации, так как они не способны, наблюдая за собой, увидеть, что работа, которой они занимаются, совершенно бесполезна. Обретают просветленность не те, кто ожидает многого именно от деятельности.

            - Кто же обретает просветление? - спросил человек.

            Суфий ответил: - Просветленные - те, кто адекватно исполняет то, что должен, одновременно понимая, что существует еще не что за этим.

            - Но как этого достичь?

            - Те, кто выполняет задания адекватно, всегда достигают искомого. И им не нужны дополнительные указания. Так, если бы вы адекватно исполняли то, что должны делать, не будучи ни небрежным, ни фанатично привязанным к вашим занятиям, вам бы не пришлось задавать мне этот вопрос.

            Дельный человек Генерал, чье войско пересекало некую страну, далеко опередил его и в какой-то момент, совершенно заблудившись, очутился в крошечной деревушке.

            Жители тут же окружили его, и он начал отдавать им приказы. Он велел накормить свою лошадь - однако никто и пальцем не пошевельнул. Он отдавал распоряжения о конюшне, о воде, о попоне - никто и с места не сдвинулся.

            - Если вы сию же минуту не подчинитесь, - завопил генерал, - я поступлю с вами со всей строгостью!

            В ответ на это деревенский староста произнес: - Ты не кажешься мне очень сильным. Каким образом ты можешь нам что-нибудь сделать? У тебя ничего не выйдет.

            - Не я буду делать что бы то ни было, - закричал приведенный в бешенство генерал, - а Аппарат Управления!

            - А что такое Аппарат Управления?

            - Ну, я говорю полковнику, он - майору, тот - капитану, этот - лейтенанту. Лейтенант - сержанту, в чьем распоряжении взвод солдат. Они поставят вас к стенке и расстреляют. Вот так: пиф-паф!

            - Ну вот, теперь ты, наконец, сказал что-то дельное, - произнес староста. - Этот сержант - видно, он действительно обладает властью. Покуда же мы видели только тебя. Вот если бы нам с самого начала довелось иметь дело с твоим сержантом - это что-нибудь да значило бы.

            Ноши Трех дервишей спросили, почему они выступают против некоего духовного лица, чья речь изобилует массой технических терминов, запутанных интерпретаций и умозрительных спекуляций.

            - Он тащит на пир всю тушу целиком, - сказал первый дервиш. - Но кто же может съесть гору несвежего мяса без риска для жизни?

            - Он похож на человека из известной истории, - сказал второй дервиш. - Боясь, что не уследит за дверью - как ему было велено, - он таскал дверь на спине, и воры залезли в дом.

            - Из-за того, что он алчен до знания, он боится, что у него отнимут хоть что-то, - промолвил третий. - Тяжесть, которую он тащит, делает его несчастным. Но раз он сам несчастен, то ввергает в беспокойство и других.

            Самый мудрый тигр Один человек много лет жизни посвятил изучению языка тигров. Затем он осторожно навел справки, желая отыскать мудрейшего из всех тигров, потому что о тех, с кем он беседовал прежде, у него в целом сложилось мнение, что они не очень умны.

            Наконец, он нашел возможность увидеться с Мудрейшим Тигром, которому решил задать несколько вопросов.

            - Что такое грязь? - спросил он.

            - Грязь, - ответил Мудрейший Тигр, - то, что покрывает подошвы ног и, когда высыхает, щекочется.

            - А для чего нужны кусты?

            - Мы используем их в качестве убежища. Иногда за них цепляются усы.

            - В чем главная слабость человека?

            - В том, что у него нет когтей.

            Человек решил, что все тигры неинтересны, и отправился восвояси, слегка удрученный. Вскоре после того к тигру пришел гепард.

            - Чего хотел этот человек, который разговаривал с вами? - спросил он.

            О, это просто глупец, - сказал Мудрейший Тигр. - Его вопросы были настолько тривиальны, что я и обращался с ним, как с дурачком.

            Не то ведомство Ученик прервал суфия, который пересказывал одну из иллюстрирующих историй Мастеров прошлого, и сказал: - Может быть, это и противоречит правилам поведения в собрании, и даже больше того - тому, как требуется вести себя, когда тебя проверяет твой Учитель, но я вас прерву. Прошу вас не отказать мне в моей нужде: мне необходима информация.

            Суфий промолвил: - Мы готовы выслушать вас, хотя, когда вопрос задается в такой форме, он, скорее всего, не принесет пользы ни вам, ни нам.

            Ученик поблагодарил суфия и продолжил: - Мой вопрос таков. Мы постоянно заостряем внимание на совершенных свойствах суфийских Мастеров прошлого и на иллюстрациях их мудрости и превосходства над обычными людьми. Но мы ничего не слышим об их недостатках и неудачах. Ведь были же случаи, когда они оказывались неспособными достичь того, к чему стремились. Надо, чтобы равновесие в данном вопросе было соблюдено.

            Суфий сказал: - Зеленщик не хранит гнилых яблок - он выбрасывает их на помойку. Тех, кто обращается к врачу с целью увидеть его умерших пациентов, следует направлять в мертвецкую. Если вы желаете инспектировать мусорные ящики этого мира, то вам надо найти мусорщика, чтобы он показал вам место, где они есть. Далеко не всегда можно, рассматривая ломаные линии, узнать что-то о прямых - потому что мир полон именно ломаных линий. Для того, чтобы обнаружить, что в мире существует такая вещь, как прямая линия, ученику следует всего-навсего попытаться провести прямую линию внутри себя самого.

            Ваш вопрос - один из старейших в мире. Это в ответ на него впервые возникло изречение: "Если вы желаете видеть кривую линию, не ищите линейку".

            Ожидания Один из самых выдающихся шейхов всех времен сказал: - Я всегда ставил себе задачу как можно глубже разочаровать тех, кто просился ко мне в ученики. Я опаздывал на встречи. Я бывал ленив и забывчив. Обещая продемонстрировать какое-нибудь упражнение или поделиться тайной, я имел обычай этого не делать.

            А теперь давайте взглянем, что было бы, если б я соответствовал ожиданиям ученика. Ученик столь преисполнился бы довольством собой - что ему дано нечто такое, чего другие лишены, - что это довольство только раздуло бы в нем гордыню.

            Тот, кто пережил такое разочарование и не ушел, становится способен отмечать действие гордыни в себе. Разочарование не может существовать без ожиданий. На суфийском же Пути разрушаются все ожидания: "Предвкушение сладости абрикоса ослабляет эффект его подлинной сладости".

            Персональная мудрость - Не хотела бы я быть человеком, - сказала змея.

            - Будь я человеком, кто бы запасал мне орехи? - спросила белка.

            - У людей, - сказала крыса, - такие слабые зубы; они почти вообще не способны грызть!

            - Все это верно, - сказал осел. - Что же до быстроты, то они совсем не умеют бегать. Особенно в сравнении со мной.

            Как может это что-нибудь означать Группа купцов спросила одного ученика: - Как эта суфийская чепуха может что-нибудь для вас означать?

            Он сказал: - Для тех, кого я уважаю, она значит все.

            Экономия Человек увидел вдали свой автобус, ползущий еле-еле, и решил пойти домой пешком.

            По пути он встретил другого человека - гражданина Страны дураков.

            - А, дураканец! - закричал он. - Я сэкономил шиллинг, пойдя пешком, вместо того, чтобы трястись вон в том автобусе.

            - Ты расточительный идиот, - немедленно откликнулся дураканец.

            - Это еще почему?

            Открыв такой важный способ экономии, тебе надо было бежать за такси и тем сэкономить в десять раз больше!

            Два путника Разговаривали два путника. Первый сказал: - Я только что побывал в доме великого суфия, расположенном в таком-то месте.

            - Как же тебе удалось его найти, и как ты узнал, что этот суфий - великий человек? - спросил второй.

            - Мне рассказали надежные люди, что все, кто следует за ним, со временем обязательно становятся совершенными, что даже гнев его - благословение, и что он может чудесным образом воспарять в воздух. И еще: что его дом отмечен кипарисовым деревом перед входом.

            - И как ты находишь: он такой, как тебе описывали, или нет? - спросил второй путник.

            - Нет.

            - А в чем дело?

            - Когда я достиг его дома, я увидел, что дерево засохло. И сказал себе: "Смысла из знаков не извлекает только глупец. К чему тратить время зря?" И я отправился искать дальше.

            Служение - Как можно хотя бы в малой степени послужить Учению? - спросил искатель у известного суфия.

            - Вы уже сделали это, - ответил тот. - Потому что спросить, как должно служить, уже означает внести вклад в Служение.

            Мальчик и волк Мне приснилось, что я разговаривал с волком. Я сказал: - Вы, волки, широко известны у нас, людей. У нас есть много историй о вас.

            Волк промолвил: - Как интересно! Историй какого рода?

            И я рассказал ему историю о мальчике, кричавшем: "Волк! Волк!" - Забавно, - сказал волк. - У нас такой истории нет. Но есть другая, с этими же персонажами. Она называется "Волк, который кричал: "Мальчик!" Но ты, вероятно, слышал ее.

            - Боюсь, что нет, - сказал я. И вот что рассказал волк.

            Давным-давно жил-был волк. Он познакомился с мальчиком, который был охотником на волков. Как только волк понял опасность того, что человек является охотником, он бросился от одной стаи к другой, крича: "Мальчик! Мальчик!" Но поскольку волки понятия не имели, что такое "мальчик" и весьма слабо представляли себе, что такое охотники на волков, они не обратили на это никакого внимания.

            - Некоторые из нас, волков, говорят, что так произошло потому, что волки в массе своей настолько глупы, что вы, люди - даже иногда мальчишки - можете спокойно охотиться на них.

            - Однако если у вас есть такая история, - сказал я, - она, несомненно, должна служить всем волкам предупреждением, что подобная опасность существует, и делать их более осторожными?

            - Я вижу, - сказал волк, - некоторые из вас, людей, не намного умнее самого заурядного волка. Как и мы, вы, похоже, полагаете, что сказки могут предупреждать и наставлять. Но вы не замечаете, что гораздо чаще понимание приходит после того, как событие уже случилось, а не до того. А кроме того, волки - не знаю, как вы, люди - всегда полагают, что истории в действительности имеют отношение к кому-то другому, а не к ним.

            Эта ужасная мысль заставила меня подскочить. Но, к счастью, волк уже исчез.

            Литература Ибн Юсуф сказал: - Так много людей приходило ко мне с книгами, которые они прочли и желали получить комментарий на них, или с книгами, которые они написали и хотели бы услышать мнение о них, или с книгами, принесенными по еще какому-нибудь поводу, что мое остроумие иссякло.

            Тогда я пошел к врачу, который к тому же был и мудрецом, и сказал: - Дай мне какое-нибудь лекарство от этой проблемы.

            Он дал мне еще одну книгу. Ее надо было показывать всем читателям книг. Внутри нее была только одна фраза. Вот она: "Время, которое вы тратите, читая это предложение, могло бы быть употреблено с большей пользой практически любым другим способом".

            Легенда о соловье Рассказывают, что жил на свете один человек. Он жил в стране, где не было птиц.

            Однажды он отправился в другую страну. Там он увидел соловья и стал проводить все время в его обществе. Птица учила его музыке.

            - Я отправлюсь домой и расскажу всем об этом чуде и о том, насколько богаче может стать жизнь, если в ней будет место музыке, - сказал человек.

            - Каждый, кто постигает наш секрет, - промолвил соловей, - сталкивается с недоверием почти всех остальных людей и страдает от него. Бывает даже, ему приходится претерпеть нечто худшее.

            Однако человек не обратил на это внимания. Он вернулся домой и сказал своим приятелям: - Я могу сочинять музыку.

            Но эти люди никогда не слышали музыки, и потому для их ушей она звучала резко и неприятно.

            - Перестань! - закричали они ему. - Это глубоко оскорбляет наше эстетическое чувство!

            Они стали расспрашивать его, где это он приобрел такое омерзительное умение, не имеющее ничего общего с тем, что, как они знали, сообразовывалось с правилами приличия и служило наслаждению.

            - В далекой стране. Более того, я получил его от певчей птицы - соловья.

            Они поскорей казнили его, ибо, будь даже на свете действительно соловьи (а каждый знает, что птицы - плод воображения), совершенно очевидно, что музыка - вещь премерзкая.

            К счастью, эта история не про нас, а все больше про тех глупцов из Страны дураков.

            Чувство смысла Одного суфия спросили: - Почему люди не обладают чувства смысла?

            Тот сказал: - О подающий надежды! Если бы они не обладали чувством смысла, они вообще не были бы похожи на людей. Люди, которым недостает чувства смысла, разрушают все и вся, или же они совершенно пассивны по отношению к окружающему.

            Сознавать наличие в себе чувства смысла - вот это уже совершенно иное дело.

            Зерно Цыпленок пожелал превратиться в лисицу - и его желание волшебным образом исполнилось.

            Вслед за тем он обнаружил, что не переваривает зерна.

            Ошибки Одного суфия спросили: - Почему вон тот дервиш делает все наперекосяк?

            Он ответил: - Если бы он не делал все невпопад, перед ним либо преклонялись бы, либо его не замечали. Он совершает ошибки таким образом, чтобы у людей возникал вопрос: "Почему он делает то, что делает?" - Но в чем преимущество такого метода? - продолжал спрашивающий. - Ведь он не объясняет своих действий?

            - Преимущество его состоит в том, что благодаря этому люди могут видеть не человека - такого, каким они себе его воображают, а то, что он собой представляет, что стоит за ним.

            Разноречивое поведение Я присутствовал при том, как посетитель испросил дозволения задать Райс-и-Кабиру вопрос, и тот дал его.

            Посетитель сказал: - То, что я о вас слышал, не позволяет мне относиться к вам с доверием. Вы ведете себя нарочито вызывающе и тем ставите окружающих вас людей в сложное положение. Даже ваши друзья признаются, что не знают, как вас защищать. Если ваше поведение будет таким разноречивым, ваше имя не останется в памяти людей - даже несмотря на ваши достижения.

            Райс ответил: - Дорогой друг, одна из целей разноречивого поведения - сделать так, чтобы люди обратили внимание на то, как легко они поддаются его воздействию. Тот, на кого легко воздействуют моя улыбка или хмурый взгляд, подобны перекати-полю: любой порыв ветра несет их неведомо куда, вне зависимости от их собственных свойств.

            Нарочитая манера поведения, заставляющая людей чувствовать себя неловко, ничего не говорит о человеке, который так себя ведет, но много говорит о том, кто при этом чувствует себя неловко. Друзья, ищущие способа защитить кого-либо, служат интересам этого человека в том случае, если защита действительно необходима защищаемому. Если же акт защиты необходим самому защитнику, - он действует в интересах своего собственного эго, а не в интересах того, кого он защищает.

            Посетитель сказал: - С моих глаз спала пелена. Я признателен вам и приношу извинения. Эти истины знакомы многим, но как мало тех, кто усваивает их!

            Райс-и-Кабир сказал: - Если истину усвоил хотя бы один человек, это означает, что знание уже представлено среди людей. И если оно сохраняется таким образом, с тем, чтобы когда-нибудь - за пределами нашего времени - стать всеобщим, разве это само по себе не великое благо?

            И он привел такую историю: - Человеку с мешком пшеницы на спине, пробиравшемуся затопленной землей, сказали: - Брось свой бесполезный груз, спасайся сам!

            Он ответил: - Если я потеряю то, что бесполезно теперь, но будет самым важным в будущем, спасение моей жизни потеряет всякий смысл.

            Трудность Один из суфиев древности заявил: - Наиболее трудно учить людей трех видов: тех, кто в восторге от того, что чего-то достиг; тех, кто, научившись кое-чему, впал в депрессию от того, что не знал этого раньше, и тех, кто настолько озабочен желанием ощущать свой прогресс, что вообще перестал его ощущать.

            Наибольшее тщеславие Абу Халил Фарфар сказал: - Наибольшее тщеславие состоит в том, чтобы полагать, что ты искренен в своем искании знания, тогда как в действительности ты ищешь личного удовольствия.

            - Но как может человек знать, не жертва ли он подобного недуга? - спросил один из присутствующих.

            Фарфар сказал: - Он не жертва недуга, если он удовлетворен тем вниманием, которое Мастер уделяет ему. Если он не теряет терпения, не получая этого внимания. Если его спокойствие не нарушается тем, что он видит, как Мастер уделяет свое внимание другим. И если он оценивает любое, малейшее слово или знак, исходящие от Мастера, как должно, а именно - как если бы это было бесценное скрытое сокровище, существующее только для него одного.

            Тайное учение Одного из суфийских Мастеров спросили: - В то время как ваши убеждения и ваша школа широко известны, ваше учение тайное, и передается только тем, кого вы желаете к нему привлечь.

            Присутствовать на ваших собраниях в качестве наблюдателя никому не разрешается. Такой принцип резко отличается от принципа философов, не просто разрешающих, но даже поощряющих присутствие на своих встречах слушателей любого рода. Как это объяснить?

            Мастер сказал: - Свет моих очей! Учение подобно милостыне, ее следует подавать втайне по той причине, что публичное проявление милосердия дурно и для дающего, и для принимающего, и для наблюдающего. Учение подобно питанию, его воздействие не видно в тот момент, когда оно осуществляется. Следовательно, нет смысла быть наблюдателем - кроме как наблюдателем эффекта питания.

            Опять-таки, учение не следует представлять себе как нечто отделенное от обстоятельств, в которых оно дается. Поэтому если при сем присутствуют наблюдатели, их присутствие изменяет обстоятельства, а следовательно, и эффективность учения. Если бы присутствие наблюдателей способствовало усилению эффекта учения, и я, и любой другой учитель приветствовали бы такую аудиторию и даже настаивали бы на ней.

            Наконец, учение изменяется, как об этом говорится в суфийском афоризме о необходимости "верного времени, верного места и верных людей" для правильного хода обучения. Даже просто задать вопрос о Знании подобно тому, как погрузить в родник с кристально чистой водой безжизненную плоть. Намерение при этом может быть и благим, но результатом будет отравление воды.

            Спрашивающий сказал: - Я понимаю, о чем вы говорите. Но я хотел бы отметить, что обычное обучение не проводится в подобной манере.

            Учитель откликнулся: - Дай нам Бог, чтобы в один прекрасный день обычное обучение смогло происходить подобным образом. Если бы это произошло, у нас не было бы необходимости различать суфийское и любое другое учение!

            Работа заодно Кто-то спросил Аджмала ибн Арифа: - Можете ли вы привести пример вещей явно противоположных, которые на самом деле действуют заодно?

            Аджмал сказал: - Тот, кто поносит подлинных суфиев, явно противопоставляет себя им. Но одновременно он может неосознанно действовать с ними заодно, ибо он навлекает разного рода неприятности на себя самого и в действительности не может воспрепятствовать достойным людям слушать то, что говорят суфии.

            - Но не сеет ли он сомнения в сердца благих людей и не зароняет ли предубеждение против истинных суфиев? - продолжал спрашивающий.

            - Сомнение, - сказал Аджмал, - сеется в уже имеющееся сомнение. Сердца благих людей - не то место, где действительно возможно посеять зерно противопоставления истинным суфиям.

            Дом, ключ к которому утерян Великого суфия спросили: - Насколько целесообразно сегодня следовать практикам, почерпнутым из древности?

            Суфий ответил: - Это подобно пребыванию в доме, ключ к которому утерян. Разумеется, можно позвать мастера по замкам. Или это сходно с тем, как если бы вы ели корни, поскольку плод и зерно погибли.

            Еще это подобно тому, как если бы вы глядели на усадьбу и представляли себе - от незнания - что дорога, ведущая к ней, и мусорная свалка, и колодец - все вещи необходимые - функционируют сами по себе, как если бы они были растением или живым существом.

            Ответ Хали - Разве человек хуже скорпиона?

            - Несравнимо. Всякий знает, что у скорпиона есть жало. Но жало человека может заключаться в словах, которые кажутся привлекательными. Надо хорошо узнать человека, прежде чем поймешь, не являются ли его слова жалами. Разве обязательно так же хорошо знать скорпиона?

            Ритуалы Человек по имени Халил сказал: - Я ждал много лет, пока мне разрешат принять участие в церемониях, священных танцах и музыкальной декламации дервишей. Однако Ариф Анвар, мой Муршид, никогда не разрешал мне этого. Меня знают как человека мудрого, но я никогда по-настоящему не был в Школе.

            Афифи, бывший преемником Муршида Анвара, сказал ему: - Это из сострадания к человеку вообще и из любви лично к вам Ариф защитил вас от подобных вещей.

            Халил спросил: - Как может быть "защитой" отверженность сообществом избранных? Как может быть "любовью" исключение из того, что отвергают только враги Пути?

            Афифи ответил: - Вы заблуждаетесь, неверно трактуя потворство своему "эго" любящего покрасоваться, самообман воображающего себя учеником и того, кто воображает себя Мастером, способным вести по Пути к Истине.

            Ни один учитель не лишает никого того, в чем нужда у данного человека, хотя он и может отсрочить его участие в этом. Так ослов отгоняют от моркови, к которой они тянутся чрезмерно.

            Для того, кто не готов, сообщество избранных становится непосильной ношей. Такой человек подобен страдающему жаждой: чем больше тот хочет пить, тем меньше он способен выпить без вреда для здоровья.

            Небесная доброта такова, что позволяет благоденствовать множеству "искренних подражателей". Вокруг них собираются группы, занимающиеся всего лишь имитацией подлинной деятельности. Если человек, который внутренне не готов, станет посещать подлинные практики, происходящие в присутствии истинного Учителя, его разнесет на куски. Анвар ограждал вас в вашей "необработанности" от риска взорваться.

            Шкаф Один из последователей Мусы Аркани сказал: - Почему мы должны выносить досадные уколы и выходки этого идиота, как будто специально взявшегося постоянно нападать на нас, заявляя, что мы - глупцы, что мы пребываем в плену самообмана и одновременно пытаемся эксплуатировать окружающих?

            Аркани ответил: - Поведение окружающих является проявлением окружающей среды. Мы открыли шкаф, полный лакомств. Первой устремляется к цели собака, лая и кусаясь. Но мы-то с вами знаем, что она это делает, потому что такова ее природа. Для нее не играет роли, где она находится, - ей важна цель.

            Но представьте себе, что случилось бы, будь на ее месте огромный медведь? Он бы тотчас раздавил вас, и вы не имели бы возможности предаваться роскоши испытывать досаду на шавок.

            Что должно быть Одного суфия посетитель укорил за суровое поведение.

            Тот сказал: - Дорогой друг! У меня ушло двадцать лет на то, чтобы выучиться твердости и суровому поведению, ибо и то и другое противоречит моей натуре. И вот теперь вы желаете, чтобы я снова стал таким, как вы, потому только, что вы не прошли через подобный опыт.

            Щедрый и скромный Вот какой диалог произошел между Харири и одним из его посетителей.

            - Что лучше: быть щедрым или смиренным?

            - А каким бы вы больше хотели быть?

            - Я завидую и тем, и другим.

            - В зависти нет ничего позитивного, даже если завидуешь хорошим качествам. Более того, когда объектом зависти является нечто дурное, ее легче распознать как то, что она есть. В случае же, когда завидуют хорошим качествам, распознать зависть сложнее, и у нее больше шансов совершить нападение на свой объект.

            - В таком случае, что же мне делать?

            - Вам надо увериться в том, что ваше желание обоих качеств искренне. В таком случае вы станете и скромным, и щедрым. Потому что в искренности для зависти нет места.

            Книги и мудрецы Один человек стал посещать суфия. После того, как они встретились дважды, он сказал: - В последний раз, когда я был у вас, вы были с головой погружены в дела членов вашего собрания. Рад видеть, что на сей раз вы заняты чем-то более существенным - хозяйственными делами вашего братства.

            Суфий промолвил: - Ваше внимание к нашим повседневным заботам восхитительно.

            Визитер ушел довольный, что порадовал суфия.

            Один из учеников спросил: - Что хорошего в его интересе к нашим организационным вопросам?

            Суфий сказал: - Это напомнило мне о том, какое наслаждение я испытывал, когда мои дети были маленькими. Когда их учитель впервые заговорил с ними о математике, им не понравился урок, потому что он строился по принципу "один апельсин плюс один апельсин равняется два апельсина", а им хотелось чего-то более серьезного, нежели "просто апельсины".

            Но потом им понравилась математика, потому что на следующем уроке учитель случайно произнес: "Две книги плюс две книги равняется четыре книги". Они сказали: "Вот теперь мы занялись настоящим делом: он говорит о книгах!" Пустоголовый, которого мы только что видели, который и предположить не может, что суфийскому Пути можно учить посредством некой деятельности - или иногда безо всякой деятельности, - вполне подходящий кандидат на то, чтобы подать ему милостыню. Представляться довольным и тем доставлять удовольствие - это и есть милостыня.

            Двое ученых и суфий Разговаривали двое ученых. Первый сказал: - Я написал двести книг и считаюсь великим ученым. Но вот вы написали всего одну маленькую книжечку, и вас почитают как чудо.

            Второй ученый сказал: - Моя книга драгоценна, - люди соответствующим образом и относятся к ней.

            - Увы, - произнес сидевший в углу комнаты и до того момента никем не замеченный суфий, - тщеславие не дает вам обоим трезво взглянуть на положение дел.

            Оба писателя, взбешенные, разом повернулись к нему и дали выход своему раздражению, напустившись на дервиша. Однако он им никак не отвечал. Постепенно источник их гнева иссяк сам собой, и их начало одолевать любопытство.

            - Скажи, каким же образом, если не по выдающемуся качеству наших трудов, можно судить о нас? - спросили они его.

            - Давайте-ка поговорим не о книгах, а о красивой одежде, - сказал суфий. - Я расскажу вам одну историю.

            Жил однажды человек, который мог шить наряды любого покроя, и был он известен абсолютно всем жителям самых разных стран, от мала до велика. Затем случилось так, что другой человек сшил одно-единственное одеяние, и не слишком великолепное, но сшил его превосходно, и его купил некий щеголь. В результате данное одеяние приобрело широкую известность. Это произвело соответствующее впечатление на людей, знавших того, кто сшил данное одеяние, до того, как это произошло, и они начали оказывать ему всяческий почет и считать его чудом - тем, кому улыбнулась судьба, избранным ею за какие-то особые качества.

            Тогда первый портной явился к этим людям и заявил: "Если вы так почитаете его, как же вы должны были бы превозносить меня - ибо в мою одежду одевается весь исламский мир!" Так вот, когда это произошло, никто даже головы не повернул и не оторвался от своих славословий творцу единственного одеяния.

            А причина была такова, дорогие мои друзья: мастерство того, кто шил одеяния на любой вкус, отстояло слишком далеко от восприятия обыкновенного человека. Вот сшить один наряд, да чтобы его предпочел один человек, и получить за это награду - такое каждый поймет.

            Приказание Некий человек, посещавший дом одного суфия, задал ему вопрос: - Вы настаиваете на дисциплине, на подчинении Мастеру и служении ему. Вы требуете, чтобы мы в точности исполняли то, что вы нам приказываете, чтобы мы никогда не вносили в то, что нам велено, изменений и никогда никого не критиковали и никому не противоречили.

            Суфий ответил: - Это верное описание того, что я считаю обязательным.

            - Но мне кажется, то, что он сказал, совершенно не соответствует действительности, - сказал другой человек. По-моему, вы никогда не командуете и не отдаете приказов, следовательно, мы не имеем возможности подчиняться вам.

            Суфий промолвил: - Все наше обучение осуществляется для вашего же блага и для блага нашего с вами общего дела. Если бы все это делалось ради меня, я бы командовал вами и заставлял вас повиноваться себе. Но поскольку это делается ради вас, ради того, чтобы вы смогли выполнить Предписанное, я должен быть уверен, что вы будете ему подчиняться и сможете Служить, и что вы способны нейтрализовать свою способность критиковать.

            Все эти качества необходимы для того, чтобы быть наготове, когда они будут востребованы, а не для того, чтобы их просто кто-то постоянно перепроверял. Если они у вас есть - они есть. Если нет - приобретайте их с помощью нашей деятельности и занятий. Так, например, способности к подчинению можно обучаться не только, подчиняясь мне. Ее можно приобрести, подчиняясь обстоятельствам, в которых вы оказались.

            Если вы не успели приобрести данные качества до того, как они вам потребуются, вам будет крайне трудно. Обретение их - вот что в действительности имеет значение.

            Но это не имеет ничего общего с простой демонстрацией их перед окружающими.

            Навлечение на себя порицания - Почему, - спросил суфия один из его последователей, - некоторые дервиши стремятся навлекать на себя укоры?

            - Они могут навлекать на себя укоры, - ответил учитель, - для того, чтобы показать обычным людям, с какой готовностью те порицают других, - чтобы наблюдательные могли заметить это в себе и, что менее вероятно, осознать.

            Они могут навлекать на себя упреки с целью сделать явной для окружающих низменную природу. Ведь человек циничный и завистливый может быть подобен змее, выглядящей очень красиво, когда она греется на солнышке. Она должна испугаться или почуять интерес к добыче, чтобы проявилась ее подлинная природа.

            Точно так же для того, чтобы завистливый и алчный человек, вводящий других в заблуждение относительно своей сущности, отбросил внешнюю мягкость и сочувствие, требуется кто-то, кто выглядит беззащитным - или еще какой-нибудь лакомый кусочек.

            Успех Человек пришел к суфию и сказал: - Научи меня, как всегда добиваться успеха.

            Суфий промолвил: - Я научу тебя большему. Я научу тебя быть великодушным к тем, кто не добился успеха. Это вымостит тебе дорогу к твоему собственному успеху - и еще гораздо дальше.

            Кроме того, я научу тебя быть великодушным по отношению к добившимся успеха - в противном случае ты можешь ожесточиться и будешь неспособен заниматься той деятельностью, которая ведет к истинному успеху.

            Три возможных основания Дервиш сидел у обочины, когда мимо него стремглав проскакал надменный царедворец в сопровождении пышной свиты. Со злостью наотмашь хлестнув дервиша тростью, царедворец прокричал: - Ты, бродяга! Прочь с дороги!

            Когда они умчались, дервиш поднялся с земли и сказал им вслед: - Да обретешь ты все, чего желаешь в этом мире, каковы бы ни были твои желания, и даже больше того!

            Эта сцена произвела глубочайшее впечатление на прохожего, который подошел к благочестивому человеку и спросил: - Будь так добр, скажи мне, чем были вызваны твои слова: благородством ли твоего духа - или же тем, что мирские желания, вне всякого сомнения, приведут этого человека к еще большему бесчестию?

            - О ясноликий! - произнес дервиш. - Не пришло ли тебе в голову, что я сказал то, что сказал, потому что люди, которые достигают удовлетворения своих истинных желаний, не имеют нужды нестись, сломя голову, и стегать дервишей?

            Целительство Дервиша раз спросили: - Как можете вы исцелять больных, если ваш Мастер этого не может?

            Он ответил: - Одного человека спросили: "Почему вы ходите в бакалейную лавку, если ваш мастер этого не делает?" Этот человек ответил: "Я хожу в лавку, потому что мой мастер печет хлеб. Если бы он не делал этого, не было бы нужды в муке".

            Диалог Ученик спросил уполномоченного представителя Мастера: - Почему такой-то не прошел стадии овладения терпением?

            Тот ответил: - Испытанием его терпения являешься ты, ибо ты все время задаешь вопросы. У него нет надобности в иных проверках в этом направлении - во всяком случае, в этом месте занятий.

            Тогда ученик спросил: - Но когда же начнутся мои занятия - ведь, как говорят, для меня препятствием является отсутствие смирения?

            Представитель произнес: - Именно в силу того, что ты служишь источником упражнения в терпении для него, он является источником развития смирения у тебя. Необходимость выносить тебя поможет сделать его терпеливым. Наблюдая свое отношение к нему, ты сможешь стать смиренным.

            Кебаб Авада Афифи спросили: - Какого рода мирские происшествия могут способствовать пониманию суфийского Пути?

            Он ответил: - Я покажу вам, как это бывает.

            Некоторое время спустя Авад с несколькими учениками отправился в сад, находившийся за чертой города. Невдалеке от дороги они увидали разбитый горцами-кочевниками большой лагерь. Авад остановился возле человека, жарившего кебаб, поставив лоток на землю, и купил у него небольшую котлету.

            Не успел он поднести мясо к губам, как владелец ларька издал душераздирающий вопль и рухнул на землю в странном состоянии. Немного погодя он поднялся, взял руку Авада и поцеловал ее.

            Авад сказал: - Пойдемте дальше.

            И они продолжили путь, сопровождаемые продавцом кебаба.

            Имя этого кочевника было Кофтапаз ("тот, кто делает кебаб"), и вскоре его барака - духовная сила - придала значение и действенность духовным упражнениям всей Школы.

            Раз Авад собрал своих последователей и сказал им: - Если вы помните, меня раз спросили, какого рода мирские происшествия могут способствовать пониманию суфийского Пути.

            Пусть те, кто присутствовал при встрече с Кофтапазом, расскажут об этом тем, кто при этом не был, а затем Кофтапаз сам даст нам объяснение - ибо теперь он мой полномочный представитель.

            Когда все узнали о внезапной встрече по пути в сад, шейх Кофтапаз встал и сказал: - О люди, на ком покоится тень благодетельной птицы Симург! Знайте, что всю свою жизнь я готовил кебаб. Мне легко было узнать Мастера по тому, как он поднял ко рту кусок мяса, ибо я видел под внешним обличьем всего, что смертно, его внутренние свойства. Если ты достиг совершенства в своей работе, ты узнаешь своего имама (руководителя) по тем чертам, которые имеют отношение к твоей работе.

            На перекрестке Суфий сидел однажды утром на перекрестке дорог, когда к нему подошел молодой человек и спросил, не может ли он учиться у него.

            - Да, но только один день, - сказал суфий.

            Весь этот день возле суфия все снова и снова останавливались путники и задавали ему вопросы о человеке и его жизни, о суфизме и суфиях, просили о помощи или просто выражали уважение.

            Однако суфий просто сидел в позе созерцания, опустив голову на колени, и ничего не отвечал. Один за другим люди отходили.

            Уже ближе к вечеру к сидящим подошел бедняк с тяжелой ношей и спросил, как ему пройти в ближайший город. Суфий немедленно поднялся, взвалил его поклажу себе на плечи и сопровождал его часть пути, указывая дорогу. Затем он вновь вернулся на перекресток.

            Молодой человек спросил: - Этот человек, выглядящий нищим крестьянином, - он что, в действительности скрытый святой, один из тайных странников высокого ранга?

            Суфий промолвил: - Он был единственным из тех, кого мы сегодня видели, кто действительно искал именно то, что назвал объектом своего желания.

            Стихи Странник сказал суфийскому поэту: - Ваши стихи радуют множество людей, их декламируют повсеместно. Однако ваша растущая слава раздражает не меньшее количество людей. Может, в этом скрывается какой-то глубокий смысл?

            Тот ответил: - Возлюбленный своих собратьев! У этого может быть - или может не быть - смысл; но как поучительно исследование эффекта!

            Суфий подобен дереву, дающему тень для облегчения в жару, древесину для ремесленных поделок и плоды для наслаждения и пропитания.

            Если дерево кого-то раздражает, наблюдающий это, возможно, будет способен понять, что тот человек туп, и со временем он научится этого человека избегать. Человек, настроенный к дереву враждебно или критически, может думать, что это змея, стоящая на хвосте и готовая ужалить - ибо его неприязнь искажает его видение.

            Люди здравомыслящие будут непроизвольно избегать общества подобных неудачников. В конце концов, найдется хотя бы один человек, который скажет: "Разве это не дерево - а вовсе не змея?" Такие люди будут ощущать тяготение к дереву, которое - при всей их чувствительности - они проглядели прежде.

            Вы не слышали о том, как некто сказал: "Если этот ужасный человек говорит, что от Заида надо держаться подальше, - я присмотрюсь к Заиду поближе, потому что у него, вне всякого сомнения, должны быть такие достоинства, которых я в нем не подозревал"?

            Проницательность Знаменитый философ, посетивший Бахаудина Накшбанда, сказал: - Я прочитал все существующие описания духовных практик, способных трансформировать обыкновенных людей в совершенных.

            Бахаудин промолвил: - Лучше бы вам ознакомиться с описаниями стадий и состояний, благодаря которым может сформироваться совершенный человек. Потому что ваше желание совершенства подобно желанию одного крестьянина иметь муку: он знал, что мука делается из пшеницы, но был слишком привязан к мысли о муке, чтобы возделывать почву, и оттого голодал.

            Посетитель сказал: - Не было ли с ним рядом кого-нибудь, кто бы упрекнул его в поверхностности подобного образа мышления?

            Бахаудин ответил: - Был. К нему пришел мудрый человек и сказал: "Ты недостаточно глубоко входишь в суть дела". На что крестьянин заметил ему: "Ты мог бы обвинить меня в поверхностности, если бы я хотел хлеба, а думал только о муке. Но смотри! Я проник глубже: я вижу зерно!" Таков был характер их разговора.

            После этого посетитель произнес: - В доме одного из ваших бывших учеников я встречал людей, которых вы отослали в мир после обучения. Они обладали природой святых, и святость их ослепительна. Я не встретил никого, подобного им, здесь, в вашем доме.

            Бахаудин утвердительно кивнул и сказал: - В доме ювелира драгоценности еще не прошли полировки. Те, кто привык наслаждаться ими в золотой оправе в магазине, могут и не распознать их, находясь в руднике.

            Верблюды и мосты Среди тех, кого можно было назвать самыми первыми суфиями, был один человек, которого мало кто мог понять. Однажды к нему, первому ученику тогдашнего главы суфиев, пришел посетитель и сказал: - Почему такой-то суфий отсылает столько людей прочь? Высокодуховные люди считают своей обязанностью учить всех, кто к ним приходит. Почему же он не желает нести бремя помощи остальным?

            Рассказывают, что первый ученик привел спрашивающего на мост, по которому переходили реку тяжело груженые верблюды, и сказал: - Взгляните и задайте себе свой вопрос снова. Глядя на этот мост и на верблюдов, спросите себя языком верблюдов и мостов: "Почему верблюды не несут большей ноши? Почему мост не может вынести больше?" Разговор К дервишу подошел совершенно незнакомый человек и вручил ему обрывок ткани.

            Безропотно взяв его, дервиш подошел к корзине, запустил в нее руки и подал человеку выуженную оттуда рыбу.

            Среди молодежи, во множестве окружавшей дервиша с целью воспринять его мудрость, разгорелась жаркая дискуссия о том, имели ли эти действия символическое или какое-либо иное значение?

            Много дней спустя дервиш попросил их изложить ему свои умозаключения по этому случаю. Затем он произнес: - Подлинное содержание этого действия состояло в том, чтобы дать мне возможность отобрать тех из вас, у кого хватит мастерства понять, что оно было лишено всякого смысла!

            Москиты Дервиш сказал суфию: - Ты все делаешь для того, чтобы тебя было трудно отыскать. Однако это не только позволяет отобрать из людей наиболее подходящих - тех, чье чутье указывает им, где тебя найти, но и воодушевляет на поиски тех, для кого это бесполезно и кто пытается найти тебя именно по той причине, что это сложно.

            - Ну, и что в этом плохого? - спросил суфий. - Во всяком случае, люди, обладающие подлинным восприятием, доходят до этой двери, и это правильно. Что же касается тех, кто достоен насмешки, то им всегда необходима какая-нибудь цель потруднее - будь то поиски меня или что-то иное. Но их всегда легко отправить восвояси, поскольку хотя физически они могут отыскать суфия, обрести его на духовном плане для них исключено.

            Мы можем сражаться с волками и допускать в наше сообщество достойных людей. Но переизбыток безмозглых москитов может нас удушить. И пользы от этого не прибудет никому.

            Как стать вором Жил-был один человек маленького роста. С лица его вечно не сходило недовольное выражение. При этом он считал, что то, какой он есть, - результат исключительно Божественного влияния. Он был религиозный фанатик.

            В один прекрасный день он сидел и размышлял над тем, какой он хороший. В этот момент к нему подошел высокий дородный вор и сказал: - Я - вор.

            В первый момент человек испытал досаду. Затем он изумился. Затем смутился. Однако вору в тот момент хотелось подшутить над его тщеславием - для этого он и подошел; поэтому он продолжил так: - Ты слишком маленький для того, чтобы стать вором. Но я мог бы сделать из тебя самого быстрого бегуна в мире.

            Короче, фанатика заинтересовали воровские обещания. Его алчность устремилась в русло новой цели - стать бегуном и прыгуном.

            Теперь вор каждый день приходил к фанатику, и тот с каждым днем бегал все лучше и прыгал все выше. В конце концов, похвалы, расточаемые вором, так вскружили фанатику голову, и общество пройдохи стало для него столь необходимым, что он решил сходить вместе с ним на кражу со взломом.

            Они вскарабкались на стену султанского дворца, оставили далеко позади гнавшуюся за ними стражу, влезли на высокую башню и с нее перепрыгнули на крышу зала заседаний Совета, где в полной темноте стоял трон, в спинку которого был вделан огромный рубин. В тот самый момент, когда они вплотную подобрались к рубину, их присутствие обнаружилось. Зажглись светильники, и они увидели, что зал полон народу. Сам царь сидел на троне и задал вору вопрос, что он здесь делает.

            - Ваше величество, - сказал ему вор. - Припомните: я был пойман здесь, в этом зале несколько месяцев назад. И вы помиловали меня, поскольку я сказал, что стал вором потому, что таким меня сделали в юности, и что можно сделать вором даже самого завзятого церковника. Ваше величество отпустили меня с тем условием, что я превращу в вора честнейшего человека и приведу его сюда. Я попросил канцлера, чтобы здесь всегда было темно, дабы я мог произвести демонстрацию, о которой говорилось.

            - Это воистину чудо, - промолвил царь. - Вор оказался достаточно честен, чтобы сдержать слово, а религиозный человек - достаточно бесчестен, чтобы стать вором.

            Одна тысячная Как-то раз к одному из величайших суфиев всех времен пришел глубоко религиозный, но чрезмерно приверженный обычаям человек. Он горел желанием увидеть великого учителя прежде, чем тот умрет, и извлечь из этой встречи для себя что-нибудь ценное. При этом он был полон любопытства узнать, как тот может выглядеть, и отсутствие спокойствия и естественности поведения не позволяло ему верно воспринимать смысл происходящего.

            Он сказал: - Суфизм опьяняет меня! То, что я читал о вашей работе, поразительно! Я и представить себе не мог, что существует еще столько всего, чему человечеству предстоит учиться!

            Суфий промолвил: - Если то, что вы смогли воспринять из суфизма, уже ввергло вас в подобное состояние, хорошо еще, что вы увидели только тысячную его часть.

            - Как это возможно? - спросил ревнитель благочестия.

            - Видите ли, - сказал суфий, - для людей, подобных вам, возможно увидеть или ощутить лишь тысячную часть суфизма. Остальное может узнать только суфий. Но и сам суфизм - только одна тысячная доля всего Знания.

            - Какие слова! Что за мысли! Какие действия! - воскликнул святоша. - Я совершенно потрясен этой грандиозной концепцией!

            Суфий промолвил: - Премудрость, используемая наблюдателями просто в качестве объекта поклонения, теряет всякий смысл. Если вы не в состоянии попробовать персик, опасайтесь чрезмерного поклонения ему. Именно это имеется в виду, когда говорят: "Учитесь тому, как учиться!" Цель пения соловья Соловей, не имевший собственного гнезда, решил поселиться в некоем лесу. Однако у живших уже в этом лесу птиц был свой взгляд на вещи, и вскоре они вышвырнули его вон.

            Когда он сидел, безутешный, близ пыльной дороги, его заметил другой соловей и спросил его, отчего тот так несчастен.

            - Я попытался свить себе гнездо среди других птиц, - пожаловалась первая птица, - но они набросились на меня, стали клевать и гнали всей толпой, покуда я не оставил вон тот лес.

            - Возможно, ты хвастался перед ними? - предположил другой соловей. - Однажды я тоже искал дерево для себя и попал в подобную ситуацию. Все птицы того леса тоже собрались и спросили меня, что я делаю и почему я пою.

            - Да, те птицы поступили со мной точно так же, - промолвил первый соловей.

            - И что ты им сказал?

            - Я сказал: "Я пою просто потому, что не могу не петь".

            - И что было потом?

            - Они набросились на меня, как я уже сказал.

            - А, - сказал второй, - вот в этом-то и была твоя ошибка. Они подумали, что ты не умеешь контролировать себя, что ты, возможно, сумасшедший, который может попытаться заставить их вести себя подобным же образом. Когда меня спросили об этом, я сказал: "Я стараюсь доставить вам удовольствие своим пением". Такую цель пения они способны были понять.

            Воздержание Некий благочестивый человек проделал долгий путь, чтобы увидеть баба Чархи. Когда, наконец, он добрался до его дома, то был весьма обескуражен: средь бела дня, несмотря на то, что был месяц поста, Чархи поедал груду жареного мяса.

            Горько разочарованный, пилигрим тем не менее приветствовал его и провел у него три дня, надеясь получить какое-нибудь объяснение. Но его, увы, не последовало, и безутешный пилигрим отправился обратно.

            Не успел он далеко отойти, как увидел при дороге землянку отшельника и остановился прочитать с ним молитвы и немного передохнуть. После того, как они какое-то время посидели молча, отшельник произнес: - Ты печален, и твое несчастье заражает воздух, так что я не способен сохранять в себе покой. Не встречался ли ты часом с Чархи?

            Путник сказал: - Ваша прозорливость доказывает, что вашими бдениями вы достигли святости! Своим замечанием вы преобразили мою печаль в восхищение. Теперь у меня есть надежда. Но не можете ли вы сказать мне, что случилось с великим Чархи: почему он стал вести себя подобным образом?

            Святой человек отвечал: - С Чархи все в порядке. Я провожу время в молитвах и постах и выполняю специальные упражнения. Я воздержан и следую правилам, которые уже не нужны тем, кто достиг совершенства. Будь ты совершенным - ты бы сделал то же самое. Чархи разглядел это в тебе и показал тебе это своими действиями.

            Если бы я был столь же велик, как Чархи, у меня не было бы нужды во всем этом. Если бы ты был готов стать его учеником, ты бы не подпал под впечатление внешности и не оказался бы невосприимчив к реальному положению дел. Мы оба - и ты, и я - находимся в страшной нужде. Возможно, когда-нибудь ты или я - или мы оба - сумеем достичь той стадии, на которой будем иметь возможность стать учениками баба Чархи.

            Безвестный ученый К суфийскому Мастеру как-то подошел один никому не известный ученый и задал дурацкий вопрос.

            - Пошел вон! - сказал суфий.

            Ученый ушел, но заявил при этом во всеуслышанье, что данный суфий просто не умеет вести себя вежливо, даже если захочет, и что вообще он - человек невежественный и хвастун.

            Другого философа, присутствовавшего при этом, очень заинтересовало отношение суфия к происшествию. Не уверенный, как надо интерпретировать его поведение, он спросил того о его причинах.

            - Ах, мой друг! - сказал суфий. - Вам никогда не объяснить подобного способа поведения, исходя из критериев общепринятых правил, которым вы ищете достойное приложение. Его можно понять только с помощью критериев, пригодных для данного, конкретного момента.

            В тот момент у меня была возможность нанести самодовольному глупцу меньший ущерб, "нетерпеливо" выгнав его отсюда, нежели действуя соответственно его характеру - посредством опровержений, обоснованной аргументации и иных привычных альтернатив.

            - Но как же ваша собственная репутация? Ведь вас знают как человека, известного своим любезным обращением и самообладанием?

            На репутацию садовника влияет то, какие у него вырастут цветы, а не то, что он копается в земле. Репутация крестьянина зависит от урожая, а не от молотьбы. Если бы они оба все время прерывали свою работу с тем, чтобы следить, что думают об их репутации в каждый момент другие, существовали ли бы вообще на свете цветы или урожаи? - спросил суфий.

            - Вот поэтому-то мудрыми и сказано: "Шелковый наряд привлекает внимание окружающих, но от него мало толку. А потому носите шерсть, не стыдитесь грубого материала"*.

            * Одна из версий происхождения слова "суфий" - от корня "суф", "шерсть". (прим. перев.) Ограниченное мышление На постоялом дворе, расположенном близ одного из трактов Великого Шелкового Пути, пересекающего Центральную Азию, как-то вечером один человек донимал всех своей громкой и назойливой болтовней.

            Путники все как один мечтали, чтобы он, наконец, закрыл рот: им хотелось хорошенько отдохнуть перед тем, как отправляться завтра спозаранок дальше.

            Однако незаметно было, чтобы человек собирался угомониться. И потому кое-кто из присутствовавших даже обрадовался, когда к болтуну подошел странствующий дервиш. Дервиш вежливо приветствовал его и сказал: - Мне хочется получше расслышать каждое сказанное вами слово. Пожалуйста, продолжайте: я весь внимание.

            Говорящий продолжил, еще более громко и многословно. Он превосходил самого себя, со все большей изощренностью расцвечивая свои разглагольствования. Дервиш сидел прямо напротив него и глядел на него в упор со всем напряжением сосредоточенности.

            Спустя несколько минут человек вдруг смолк. Дервиш спал сном праведника.

            Наутро, пока навьючивали и седлали животных, путешественники спросили дервиша, что означало его поведение. Он сказал: - Этот человек хотел привлечь ваше внимание. Вы же не желали слушать его, а желали чего-то другого. Я тоже хотел отдохнуть, но я знал, что должен заплатить за отдых. И вот посредством сравнительно небольшого и непродолжительного усилия сконцентрированной воли я позволил нашему другу получить желаемое. Как только это произошло, он тут же перестал этого желать, и тогда уже я получил то, чего желал, и не преминул воспользоваться этим. И вам кое-что перепало.

            Когда затем спросили самого говоруна, что он думает о событиях предыдущей ночи, он сказал: - Этот проходимец, претендующий на то, что он - дервиш, имел наглость заснуть, пока я говорил. И это после того, как он сделал вид, будто крайне заинтересован! Да он просто пытался произвести впечатление на всех нас. Пусть это послужит вам уроком!

            Наружное и внутреннее Суфий из Бухары привлекал огромные толпы народа. Дом его всегда был полон учеников и паломников.

            Утомленный постоянной суетой и беготней, один набожный ученик оставил город почти сразу же после того, как отыскал мудреца, и направил стопы в Восточный Туркестан, где, как он знал, имелось жилище некоего уединенного созерцателя.

            Когда они некоторое время посидели рядом в медитативном молчании, мистик поднял голову, прочитав мысли пришедшего, и сказал: - Когда судишь, исходя только из внешности, из обличья, - то и получаешь только поверхностное.

            Тебе не пришлась по нраву внешняя сторона деятельности бухарского мудреца, поэтому ты не смог добраться до ее внутренней сути.

            Если о тебе станут судить подобным образом - по твоему облику - в Судный День, тогда почему бы тебе не подготовиться к этому соответственно? Ты одет в обыденное платье - укрась себя четками. Твой халат ничем не примечателен - сделай его заметным. Расцвети себя напоказ. Тогда, по крайней мере, у тебя появится шанс заслужить похвалу своей последовательностью.

             

Вакансия и работа фотограф цены в 2012. Фото .

Внимание! Сайт является помещением библиотеки. Копирование, сохранение (скачать и сохранить) на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск. Все книги в электронном варианте, содержащиеся на сайте «Библиотека svitk.ru», принадлежат своим законным владельцам (авторам, переводчикам, издательствам). Все книги и статьи взяты из открытых источников и размещаются здесь только для ознакомительных целей.
Обязательно покупайте бумажные версии книг, этим вы поддерживаете авторов и издательства, тем самым, помогая выходу новых книг.
Публикация данного документа не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Но такие документы способствуют быстрейшему профессиональному и духовному росту читателей и являются рекламой бумажных изданий таких документов.
Все авторские права сохраняются за правообладателем. Если Вы являетесь автором данного документа и хотите дополнить его или изменить, уточнить реквизиты автора, опубликовать другие документы или возможно вы не желаете, чтобы какой-то из ваших материалов находился в библиотеке, пожалуйста, свяжитесь со мной по e-mail: ktivsvitk@yandex.ru


      Rambler's Top100