Библиотека svitk.ru - саморазвитие, эзотерика, оккультизм, магия, мистика, религия, философия, экзотерика, непознанное – Всё эти книги можно читать, скачать бесплатно
Главная Книги список категорий
Ссылки Обмен ссылками Новости сайта Поиск

|| Объединенный список (А-Я) || А || Б || В || Г || Д || Е || Ж || З || И || Й || К || Л || М || Н || О || П || Р || С || Т || У || Ф || Х || Ц || Ч || Ш || Щ || Ы || Э || Ю || Я ||

Составитель: Профессор Константин Сельчёнок

Психология сексуальных отклонений

 

 

Предисловие

 

Часть 1. Многоликий Эрос

Ролло Мэй. Парадоксы любви и секса

Ганс Лихт. Эрос в Древней Греции

Рэй Тэннэхилл. Секс в истории: девятнадцатый век

Джон Уайт. Сексуальные грехи

Игорь Кон. Сексуальная ориентация и гомосексуальное поведение

Дмитрий Капустин. Отклоняющееся сексуальное поведение

Збигнев Старович. Сексуальные нарушения

А. Нохуров. Психогенные заболевания и нарушения сексуального поведения

Нарушения сексуального поведения при психопатиях

Игорь Кон. Секс вдали от дома

Адольф Гуггенбюль-Крейг. Василиск, или раскрепощенная сексуальность

Коринн Свит. Удовлетворение сексуальных потребностей

 

Часть 2. Голубая Луна

Игорь Кон. В поисках себя

Джон Уайт. Две половины не составляют одного целого

Игорь Кон. Голубая эротика

Часть 1  Часть 2

Ганс Лихт. Лесбийская любовь (трибадизм)

Лесбиянки: их жизнь и взаимоотношения

Игорь Кон. Наследницы Сафо

Иоганнес Кемпер. Транссексуалы

Аманда Митчисон. "Женщины" общества "Бомон"

 

Часть 3. Секс и насилие

Симона де Бовуар. Надо ли жечь Сада?

Адольф Гуггенбюль-Крейг. Сексуальное насилие над детьми: миф и реальность

Збигнев Старович. Сексуальное насилие

Изнасилование

Педофильные действия

Убийства

Инцест и геронтофилия

Синдром неразличения сексуального объекта

Бракоразводные дела

Светлана Антонова. Преступление века

ПРЕДИСЛОВИЕ

Материалы данной хрестоматии посвящены одной из наиболее загадочных и для многих пугающей сфер человеческого существования. Нетрадиционность полового поведения во все века одновременно страшила и привлекала внимание миллионов людей. Многие древние ритуалы разворачивались с символическим или фактическим обращением к соитию с животными или гомосексуальным контактам. Многие мыслители и поэты посвящали немалое время размышлениям над таинственным феноменом любви к иному, непохожей ни на что известное.

Сегодня ученые вплотную приблизились к разгадке как самих причин развития нетрадиционного сексуального поведения (связанного не только с особенностями культурного наследования и воспитания, но и с сугубо биологическими, в том числе генетическими факторами), так и движущих пружин неприятия большинством людей такого рода интимного творчества. Сфера сексуальных отношений по праву считается самой интимной областью человеческого существования. Все, связанное с сексом, самым непосредственным образом вплотную прилегает к сердцевине человеческой души. Это и определяет парадоксально сочетающиеся любопытство ко всему сексуально необычному и страх, испытываемый многими перед ним.

Разумеется, далеко не все касающееся тематики сексуальных девиаций является лишь следствием проявления индивидуальных особенностей организма и психики человека. Многое, к примеру, некрофилия или компульсивный садомазохизм, недвусмысленно может быть отнесено к сфере явной патологии. Значит, тем более необходимо постараться внимательнее рассмотреть проблемы, связанные с необычным половым поведением, хотя бы для того, чтобы относиться к приверженцам таких форм сексуального самовыражения терпимее и спокойнее. Представленные в настоящей хрестоматии материалы, помимо всего прочего, являют взору удивительно колоритную палитру различий между людьми, которые именно собственной уникальностью и интересны. Надеемся, изучение настоящей книги осветит многие тайные уголки как Вашей собственной души, так и внутренних миров ближних.

Составитель

Ролло МЭЙ

ПАРАДОКСЫ ЛЮБВИ И СЕКСА

Половое сношение - это человеческий двойник космического процесса.

Древнекитайское изречение

 

Один пациент рассказал мне следующее сновидение: "Я нахожусь в постели со своей женой, а между нами лежит мой бухгалтер. Он собирается совершить с ней половой акт. Происходящее вызывает у меня смешанные чувства - только почему-то все это кажется мне вполне уместным".

 

Из наблюдений доктора Джона Шимеля

 

На Западе традиционно говорят от четырех типах любви. Первый - это секс, или то, что мы называем вожделением, либидо. Вторым является эрос, любовь, как стремление к воспроизводству или творчеству - высшим, по мнению древних греков, формам бытия и отношений между людьми. Третий тип - это филия, или дружба, братская любовь. Четвертым типом является агапэ (или каритас, о которой говорили древние латиняне) - забота о благе другого человека, прототипом которой является Божья любовь к человеку. Любое человеческое чувство подлинной любви является смесью (в различных пропорциях) все четырех типов любви.

Мы начали с секса не только потому, что в нашем обществе все с него начинают, но также и потому, что именно с него начинается биологическое существование каждого человека. Каждый из нас обязан своим существованием тому факту, что в какой-то момент истории мужчина и женщина перепрыгнули ров как писал Томас Элиот, "между желанием и конвульсией". Как бы наше общество не преуспело в опошлении секса, он по-прежнему несет в себе энергию воспроизводства, сохраняющее расу стремление, будучи источником величайшего удовольствия, какое только может испытать человеческое существо, и вместе с тем - самого распространенного беспокойства. Его демонические формы могут загнать индивида в трясину отчаяния, но если секс соединяется с эросом, он может поднять человека из пропасти отчаяния на вершину экстаза.

Древние воспринимали секс, как нечто само собой разумеющееся, точно так же, как они воспринимали смерть. Только наш век сумел сделать секс чуть ли не самой главной нашей заботой, взвалив на него бремя всех остальных форм любви. Хотя Фрейд в значительной степени преувеличивал значение сексуальных феноменов как таковых, - здесь он был всего лишь глашатаем борьбы тезиса и антитезиса современной истории - половое влечение, тем не менее, является основой стремления расы к продлению своего существования и, разумеется, имеет то значение, о котором говорил Фрейд, но не настолько большое. Какой бы банальностью ни обернулся секс в наших книгах и пьесах, как бы мы ни защищались от его силы с помощью цинизма и хладнокровия, половое влечение готово в любой момент захватить нас врасплох и доказать, что оно по-прежнему остается ужасной тайной.

Но стоит нам только взглянуть на отношения между сексом и любовью в наше время, как мы немедленно оказываемся в водовороте противоречий. А потому давайте определим наши ориентиры, начав с короткого феноменологического очерка странных парадоксов, которые окружают секс в нашем обществе.

Страсти вокруг секса

Во времена королевы Виктории, когда отрицание половых импульсов, чувств и желаний считалось хорошим тоном и в приличном обществе никто и не упоминал о сексе, всю эту тему окружала атмосфера священного отвращения. Мужчины и женщины общались друг с другом так, словно ни у тех, ни у других половых органов просто нет. Уильям Джемс, который вне всякого сомнения был первопроходцем, человеком, во многом опередившим свое время, относился к сексу с вежливой брезгливостью, столь характерной для начала века. В его двухтомном эпохальном труде "Принципы психологии" сексу посвящена только одна страница, в конце которой он добавляет: "Обсуждать эти подробности несколько неприятно...". Но верность прозвучавшего за столетие до викторианской эпохи предупреждения Уильяма Блейка, который заявил, что "тот, кто хочет, но не действует, подобен тому, кто носит в себе бациллы чумы", была впоследствии неоднократно доказана психотерапевтами. Фрейд - викторианец, решившийся заинтересоваться сексом, - был прав в своем описании целого клубка невротических симптомов, которые являлись результатом отсечения такой жизненно важной части человеческого тела и самости.

Затем, в двадцатые годы, буквально в одночасье все совершенно изменилось. Знаменем либеральных кругов стало убеждение, что противоположная подавлению позиция - а именно: половое воспитание, свобода слова в области секса и открытое выражение своих половых эмоций - должна оказать благотворное воздействие и является единственно возможной для просвещенного человека. За удивительно короткий срок после окончания Первой мировой войны мы перестали вести себя так, словно секса вообще нет, и принялись только о нем и говорить. Мы стали уделять сексу больше внимания, чем любое другое общество со времен Древнего Рима, а некоторые ученые даже полагают, что мы озабочены сексом больше, чем все существовавшие в истории цивилизации. Если бы сегодня на Таймс-Сквэр приземлился пришелец с Марса, то кроме как о сексе нам не о чем было бы с ним поговорить.

И мания эта не является чисто американской. По другую сторону океана, например в Англии, "в бой ринулись все - от приходских священников до биологов". В толковой передовице лондонской газеты The Times Literary Supplement говорится о "настоящем извержении "пост-Кинси"-утилитаризма и "пост-Чаттерлей"-морали. Откройте любую газету, в любой день (особенно в воскресенье), и вы почти наверняка найдете там откровения какого-нибудь умника о его взглядах на противозачаточные средства, аборты, супружеские измены, непристойные публикации, добровольные гомосексуальные связи между взрослыми людьми или (за неимением мнения по вышеуказанным вопросам) о нравственных установках современной молодежи".

Отчасти в результате этой радикальной перемены многие современные терапевты редко имеют дело с пациентами, у которых, как у истерических пациентов Фрейда начала века, присутствуют симптомы подавления секса. Собственно, люди, которые обращаются к нам за помощью, являются полной противоположностью пациентам Фрейда, очень много говорят о сексе, отличаются большой половой активностью и не испытывают практически никаких нравственных сомнений на счет того, что заниматься любовью нужно когда угодно и с каким угодно количеством партнеров. На что жалуются наши пациенты, так это на отсутствие чувств и страстей. "Любопытным аспектом фермента этих жарких споров является то, что эмансипация, похоже, никому не доставляет никакого удовольствия". Так много секса - и так мало смысла и даже просто радости в нем!

Если люди викторианской эпохи не хотели, чтобы кто-нибудь знал о том, что секс их волнует, то мы такой скромности стыдимся. Если бы вы в начале века назвали какую-нибудь даму "сексуальной", то она восприняла бы это, как оскорбление; теперь она считает это комплиментом и в награду обращает на вас благосклонное внимание. Проблемами наших пациентов часто являются фригидность и импотенция, но мы с удивлением и грустью замечаем, как отчаянно они пытаются скрыть от всех отсутствие у них половых ощущений. Воспитанный мужчина или воспитанная женщина викторианской эпохи чувствовали себя виновато. если получали удовольствие от секса; мы же чувствуем себя виновато, если удовольствия не получаем.

Итак, один из парадоксов заключается в том, что просвещение не решило половых проблем нашей цивилизации. Разумеется, просвещение принесло свои положительные плоды, в основном, в плане упрочения свободы индивида. Большинство внешних проблем решено: "знания" о сексе можно приобрести в любом книжном магазине, противозачаточные средства продаются повсюду, за исключением Бостона, где по-прежнему верят в то, что секс, как сказала в свою брачную ночь одна английская графиня, "слишком хорош для простолюдина". Пары могут без стеснения и ощущения вины обсуждать свои половые отношения и пытаться прийти ко взаимному удовлетворению в сексе и придать ему больший смысл. Чувство вины перед окружающими и обществом ослабло, и глупец тот, кто этому не порадуется.

Но внутреннее ощущение вины и беспокойства только усилилось. И в определенном смысле с ним труднее справиться, оно острее и тягостнее для индивида, чем ощущение вины перед внешним миром.

Вызов, который мужчина бросал женщине, звучал когда-то просто и незатейливо - ляжет она с ним в постель или не ляжет? Вопрос заключался в том, как женщина справляется с нравственными устоями своего времени. Но теперь мужчины думают уже не о том, "захочет она или нет?", а о том, "сможет ли она?" Теперь испытанию подвергается личная адекватность женщины, а именно ее способность испытать хваленый оргазм - что может обернуться ударом, большой бедой. Хотя мы можем признать, что второй вопрос ставит проблему принятия сексуальных решений на более подходящее место, не стоит упускать из виду тот факт, что в первом случае проблема решалась гораздо проще. В моей практике был случай, когда одна женщина боялась лечь с мужчиной в постель из страха, что "он посчитает, что я плохо занимаюсь любовью". Другая женщина боялась, потому что "я даже не знаю, как это делается", полагая, что ее возлюбленный затаит на нее обиду. Еще одна женщина до смерти боялась выходить второй раз замуж из опасения, что не сможет испытывать оргазм, как она не могла его испытывать с первым своим мужем. Зачастую женщины формулируют свои колебания следующим образом: "Ему не очень понравится и он больше не придет".

В былые времена вы могли осуждать суровые нравы общества и сохранять самоуважение, говоря себе, что ваши действия или их отсутствие - это вина общества, а не ваша. И это давало вам время на принятие решения о том, что вы хотите делать, или на постепенное привыкание к необходимости принятия такого решения. Но когда дело заключается только в качестве ваших действий, то испытанию подвергается непосредственно ваше чувство собственной адекватности и самоуважения, все бремя контакта перемещается вовнутрь, и речь идет уже только о том, как вы справитесь с этим испытанием.

Любопытный факт: учащиеся колледжей борются с администрацией за право девушек посещать мужское общежитие в любое время суток, совершенно не подозревая, что ограничения зачастую являются благодеянием. Они дают студенту возможность найти себя. Студент имеет запас времени, чтобы обдумать свое поведение и не принимать никаких решений прежде, чем будет готов к этому, он имеет возможность испытать себя, проявить осторожность в отношениях, что является частью любого процесса взросления. Лучше иметь возможность открыто и спокойно не вступать ни в какие половые отношения, чем вступать в них под давлением - насилуя свои чувства физической связью без связи психологической. Юноша может пренебречь правилами, но, по крайней мере, ему есть чем пренебрегать. Смысл сказанного мною не меняется от того, подчиняется юноша правилам или нет. Многие современные студенты, у которых их новая сексуальная свобода по вполне понятным причинам вызывает тревогу, подавляют это беспокойство ("человек должен любить свободу"), а затем компенсируют вызванное этим подавлением дополнительное беспокойство нападками на администрацию, обвиняя ее в том, что она не дает им еще больше свободы!

Произведя недальновидную либерализацию сферы сексуальной, мы не заметили, что предоставленная индивиду ничем не ограниченная свобода выбора сама по себе свободой не является, зато способствует обострению внутренних противоречий. Сексуальной свободе, которой все мы поклоняемся, явно не хватает человечности.

В искусстве мы тоже постепенно приходим к пониманию иллюзорности веры в то, что для решения проблемы достаточно одной только свободы. Возьмем, к примеру, драматургию. В статье под названием "Сексу - капут?", Говард Таубманн, бывший театральный критик "Нью-Йорк Таймс", подытожил то, что кочевало из пьесы в пьесу: "Занятия сексом напоминают поход по магазинам "от нечего делать": желание не имеет с этим ничего общего, даже особого любопытства тоже не наблюдается". Или обратимся к художественной литературе. Леон Идель пишет: "В битве против викторианцев поле боя осталось за экстремистами. В результате наш роман скорее обеднел, чем обогатился". Своим зорким оком Идель увидел главное - при исключительно реалистичном "просвещении" произошла "дегуманизация" секса в художественной литературе. "Половые отношения у Золя, - настаивает он, - отличаются большей правдивостью и человечностью, чем любой половой акт, описанный Лоуренсом".

Выигранная битва против цензуры за свободу выражения действительно была великой победой, но не превратились ли ее достижения в новую смирительную рубашку? Писатели, как романисты, так и драматурги, "скорее заложат свои печатные машинки, чем отдадут издателю рукопись без обязательной сцены откровенно-анатомического описания сексуального поведения своих персонажей..." Наше "догматическое просвещение" обернулось поражением: оно привело к уничтожению той самой половой страсти, которую было призвано защитить. Безоглядно увлекшись реалистическими изображениями на сцене, в художественной литературе и даже в психотерапии, мы забыли, что пищей эроса является воображение, и реализм как не сексуален, так и не эротичен. И в самом деле, нет ничего менее сексуального, чем полная нагота, в чем можно убедиться, проведя час-другой на нудистском пляже. Для того, чтобы трансформировать физиологию и анатомию в межличностный опыт - в искусство, в страсть, в эрос, миллионы форм которого способны потрясать или очаровывать нас, требуется инъекция воображения (которое я далее буду называть "интенциональностью").

Может быть, "просвещение", которое сводится к подробному изучению всех реалий, является бегством от беспокойства, вызванного связью человеческого воображения с эротической страстью?

Спасение - в технике!

Второй парадокс заключается в том, что новое увлечение техникой секса дает результат, противоположный ожидаемому. У меня часто возникает ощущение, что половая страсть или даже удовольствие, получаемое людьми от полового акта, обратно пропорциональны количеству прочитанных этими людьми пособий или тиражам такого рода изданий. В технике, как таковой, разумеется, нет ничего дурного, будь то техника актерского мастерства, игры в гольф или занятий любовью. Но когда увлечение техникой секса переходит определенную границу, то занятие любовью вырождается в механический процесс и идет рука об руку с отчуждением, чувством одиночества и обезличиванием.

Один из аспектов отчуждения заключается в том, что искусного любовника прежних времен сменяет компьютерный программист с его современной эффективностью. Пары уделяют очень много внимания соблюдению графика занятий любовью - эту практику подтвердил и стандартизировал Кинси. Если они отстают от графика, то начинают беспокоиться и считают своим долгом заниматься любовью вне зависимости оттого, хочется им этого или нет. Мой коллега, доктор Джон Шимель, замечает: "Мои пациенты стоически выносили отчаянное рукоприкладство своих партнеров или вообще не придавали ему значения, но отставание от графика занятий сексом они воспринимали как уход любви. Если мужчина не поспевает за графиком, то ему кажется, что он теряет свой мужской авторитет, а если женщина долгое время не вступала в связь с мужчиной или с ней по-крайней мере не заигрывали, то ей кажется, что она утратила свою женскую привлекательность. Выражение "простой", которым женщины обозначают такое положение дел, также предполагает какой-то временной перерыв, типа антракта. При таком бухгалтерском учете - сколько раз мы занимались любовью на этой неделе? уделил(ла) ли он(она) мне достаточно внимания этим вечером? была ли достаточно долгой прелюдия? - остается только удивляться, что это самое спонтанное из всех проявлений умудряется сохранить свою спонтанность. Если Фрейд говорил, что за кулисами сцены, на которой происходит половой акт, прячутся родители, то теперь можно сказать, что там прячется компьютер.

При этой зацикленности на технике нет ничего странного в том, что типичным вопросом по поводу акта любви является не "Были ли в этом акте страсть, или смысл, или удовольствие?", а "Насколько хорошо я справился со своей задачей?". Возьмем к примеру то, что Сирил Конноли называет "тиранией оргазма", и озабоченность достижения одновременного оргазма, которая является еще одним аспектом отчуждения. Признаюсь, разговоры об "апокалипсическом оргазме" вызывают у меня недоумение. Почему эти люди прилагают такие страшные усилия? Какую безграничную неуверенность в себе, какую внутреннюю пустоту и какое одиночество они пытаются замаскировать этим стремлением к грандиозным результатам?

Даже сексологи, которые, как правило, утверждают, что чем больше секса, тем он приятнее, сегодня удивляются этой одержимости стремлением к оргазму и тому значению, которое придается "удовлетворению" партнера. Мужчина считает своим долгом спросить женщину, все ли у нее "получилось", или все ли с ней в "порядке", или использует какой-нибудь другой эвфемизм, говоря об ощущении, к которому неприменимы никакие эвфемизмы. Симона де Бовуар и другие женщины, пытающиеся дать объяснения акту любви, напоминают нам, мужчинам, что в этот момент женщина меньше всего хочет услышать такой вопрос. Более того, зацикленность на технике лишает женщину того, чего она больше всего хочет, как в физическом, так и в эмоциональном смысле, а именно - чтобы в пиковый момент мужчина забыл обо всем на свете. Именно это состояние мужчины дает ей тот восторг или экстаз, на какой она только способна. Когда мы отбросим всю эту чушь о "ролях" и их "исполнении", то становится ясно, сколь важное значение имеет сам факт близости - знакомство, развитие отношений, возбуждение от незнания, к чему это приведет, самоутверждение и желание отдать себя партнеру - для того, чтобы половой акт стал запоминающимся событием, разве не эта близость заставляет нас вновь и вновь вызывать в памяти это событие, когда нам хочется хоть какого-то тепла?

Чудные дела творятся в нашем обществе: составляющие человеческих отношений - общность вкусов, фантазий, мечтаний, надежд на будущее и прошлых неудач - вызывают у людей скорее смущение, чем желание лечь друг с другом в постель. Люди больше стесняются нежности, которая идет рука об руку с психологической и духовной обнаженностью, чем физической наготы половой близости.

Новые пуритане

Третий парадокс заключается в том, что наша хваленая сексуальная свобода превратилась в новую форму пуританства. Я пишу это слово с маленькой буквы, потому что не хочу, чтобы это явление путали с истинным пуританством. То пуританство (вспомним страсти Эстер и Диммсдейла в "Алой букве" Хоуторна) имеет с нынешним мало общего. Я говорю о пуританстве, которое пришло к нам от наших викторианских бабушек и дедушек, вместе с индустриализацией, и возведением нравственных и эмоциональных перегородок.

Я считаю, что нынешнее пуританство состоит из трех элементов. Первый элемент - отчуждение от тела. Второй - отделение эмоций от разума. Третий - использование тела как машины.

Новое пуританство считает слабое здоровье синонимом греха. Когда-то грехом считалось удовлетворение своих сексуальных желаний; теперь грех - это неполное сексуальное самовыражение. Современный пуританин считает, что не выражать свое либидо аморально. По обе стороны океана дела обстоят следующим образом: "Вряд ли можно найти более угнетающее зрелище, - пишет лондонская The Times Literary Supplement, - чем прогрессивный интеллектуал, готовый лечь с кем-нибудь в постель из чувства нравственного долга... Самым великодушным пуританином в мире является человек, проповедующий спасение посредством правильно направленной страсти..." Раньше женщина чувствовала себя грешницей, когда оказывалась в постели с мужчиной; теперь она чувствует себя виновато, если после определенного количества свиданий она все еще удерживается от этого; ее грех состоит в "подавлении своих эмоций", в отказе "дать". И партнер, который всегда является вполне просвещенной личностью (или, по крайней мере, притворяется таковой), ни за что не желает смягчить это ее ощущение вины и откровенно сердится на нее (если бы она могла ему достойно возразить, то ей было бы гораздо проще справиться с этим конфликтом). Но при этом партнер великодушно остается рядом с ней и с каждым свиданием он готов бескорыстно помочь ей освободиться от своего греха. И в этом случае, ее "нет", разумеется, только усиливает ее ощущение вины.

Все это, разумеется, означает, что люди не только обязаны учиться исполнению своей сексуальной партии, но в то же самое время, должны быть готовы исполнять ее, не поддаваясь страсти и не принимая на себя всякие неуместные обязательства - последнее может быть истолковано как нездоровая претензия к партнеру. В викторианскую эпоху человек искал любви без секса; современный человек ищет секса без любви.

Однажды я развлечения ради набросал импрессионистски эскиз отношения современной просвещенной личности к сексу и любви. Мне хотелось поделиться с читателем своим представлением о том, кого я считаю "новым снобом".

"Новый сноб кастрирован не обществом. Подобно Оригену, он сам себя кастрировал. Секс и тело являются для него уже не чем-то само собой разумеющимся, а орудиями, которые нужно оттачивать, подобно тому, как телеведущий оттачивает свой голос. Новый сноб выражает свою страсть в страстном поклонении нравственному принципу отказа от любой страсти, любви ко всем и каждому, которая тем самым теряет силу для кого бы то ни было. Он смертельно боится необузданных страстей, а уздой для них становится именно теория полного самовыражения. Проповедуемая им догма свободы - это его орудие подавления; а его принцип полного либидозного здоровья, полного сексуального удовлетворения - это его отрицание эроса. Старый пуританин боролся с сексом и при этом был человеком страсти; наш новый пуританин борется со страстью и при этом является человеком секса. Его целью является укрощение тела, превращение природы в своего раба. Исповедуемый новым снобом железный принцип полной свободы - это вовсе не свобода, а новая смирительная рубашка. Он поступает так только потому, что боится своего тела и дремлющей в его природе страсти, боится примитивных желаний и своей способности к воспроизводству. Это современный бэконианец, стремящийся покорить природу, умножить свои знания с целью упрочения своей власти. И именно с помощью полного самовыражения вы получаете власть над половым влечением (так рабов заставляли работать до изнеможения, чтобы у них не было сил даже думать о бунте). Для нас секс становится таким же орудием, каким для пещерного человека были лук и стрелы, палица или топор. Секс - новое орудие".

Это новое пуританство пробралось в современную психиатрию и психологию. В некоторых книгах по консультациям для семейных пар утверждается, что при обсуждении полового акта терапевт должен пользоваться исключительно словом "трахаться" и должен настаивать на том, чтобы им пользовались и пациенты; дескать, любое другое слово вызывает скованность у пациентов. Дело здесь не в слове самом по себе; конечно же, чистое вожделение, животное, хотя осознанное, самозабвенное плотское удовольствие, которое вполне уместно называть таким образом, не может быть выведено за рамки спектра человеческих ощущений. Но вот что интересно - употребление некогда запрещенного слова теперь становится обязанностью - во исполнение долга нравственной честности. Отказ говорить о биологической стороне совокупления, разумеется, способствует скованности пациента. Но его скованности также способствует и употребление слов вроде "трахаться" как определения сексуального события, когда целью наших поисков является близость двух людей, о которой они должны помнить завтра и еще отнюдь не одну неделю. В первом случае скованность призвана служить сокровенности, во втором - это симуляция откровения на службе у отчуждения личности, ее защита от тревог, внушаемых близостью. Если первый тип скованности был проблемой во времена Фрейда, то второй тип стал проблемой современности.

Новое пуританство несет с собой обезличивание всего нашего языка. Мы уже не занимаемся любовью, а "имеем секс"; мы уже не ложимся в постель, а "уламываем" кого-нибудь или (Боже, спаси нас и наш язык) нас "уламывают". Это отчуждение становится настолько нормальным явлением, что в некоторых психотерапевтических учебных заведениях молодых психиатров и психологов учат, что использование во время приема слова "трахать" имеет чисто "терапевтическое" значение; что пациент наверняка подавляет какие-то эмоции, если он говорит "заниматься любовью"; стало быть, нашей священной обязанностью (вот оно воплощенное новое пуританство!) является доведение до его сведения, что он исключительно "трахается". Все так горят желанием сбросить последние оковы викторианской стыдливости, что позабыли, что разного рода человеческие ощущения обозначаются разными словами. Большинство людей, скорее всего, испытывают различные формы сексуальных отношений, обозначаемые различными терминами, и им не составляет труда разобраться, чем они отличаются друг от друга. Я не собираюсь оценивать различные типы ощущений; любой из них относится к соответствующему типу отношений. Любой женщине иногда хочется, чтобы ее подхватили на руки, похитили, вызвали в ней страсть тогда, когда ей поначалу этого совсем не хочется, как в знаменитой сцене между Ретом Батлером и Скарлет О'Хара в "Унесенных ветром". Но если всю жизнь ее только "уламывают", то, поверьте, ее ощущение отчуждения и отвращения к сексу не за горами. Если терапевт не принимает во внимание эти разные типы ощущений, то он будет уродовать и усекать сознание пациента и будет способствовать сужению диапазона телесных ощущений пациента, а также его или ее способности к глубоким отношениям. И в этом заключается главный недостаток нового пуританства: оно чудовищно ограничивает чувства, лишает любовный акт его безграничного разнообразия и богатства, способствует эмоциональному обнищанию.

Нет ничего удивительного в том, что новое пуританство сеет откровенную враждебность между членами нашего общества. И эта враждебность, в свою очередь, часто выражается словами из области секса. Мы говорим презрительно "отьебись" или "пошел на хуй", чтобы показать человеку, что совершенно в нем не нуждаемся. В данном случае, биологическое вожделение подвергается сведению к абсурду. И в самом деле, в современном языке ругательства вроде "хуй" и "ебаться" представляют собой самый распространенный способ выражения откровенной враждебности. И я думаю, что это не случайно.

Мэй Р. Любовь и воля. - М., 1997, с. 33-45.

 

Ганс ЛИХТ

ЭРОС В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

МАСТУРБАЦИЯ

Наиболее распространенным и важным субститутом любви является самоудовлетворение, или онанизм, - термин, которым несмотря на его ошибочность нам приходится пользоваться ввиду того, что предложенный Хиршфельдом термин "ипсация" так и не прижился.

В греческой жизни онанизм играл отнюдь не малую роль, и поэтому мы не можем обойти его молчанием. В отличие от нас, греки не считали его пороком; как и в случае с большинством прочих сексуальных явлений, они относились к мастурбации без морального предубеждения, присущего нашему времени. Они, конечно, знали о том, что приносящие вред излишества могут иметь место и здесь, однако они понимали, что это относится и ко всем остальным удовольствиям. Таким образом, они видели в онанизме заменитель любви, созданную самой природой отдушину, предотвращающую сексуальные расстройства и тысячи преступлений против нравственности со всеми их последствиями - незаконнорожденностью, лишением свободы, самоубийствами.

Касаясь терминологии, в первую очередь заметим, что в греческом языке имелось поразительно много выражений для этого понятия. Термин "мастурбация" происходит от латинского masturbare, составленного из manus и turbare или stuprare. Разумеется, греки использовали также шутливые описательные выражения, из которых здесь можно упомянуть четыре наиболее удачных. Греки говорили: "обслуживает себя рукой, как Ганимед", или "поет свадебную песнь рукой", что, по мнению некоторых остроумцев, было полуденным обыкновением у лидийцев, или "женится без жены", или "сражается рукой с Афродитой".

Чаще всего греки использовали для этой цели левую руку. Карл Людвиг Шляйх высказал любопытные психологические наблюдения относительно оппозиции "правая рука - левая рука". Он пишет: "Левая рука ближе к сердцу; в ней больше душевности, кротости, успокоения. Она является органом нежности, поглаживания, левая рука служит как бы смягчающим, примиряющим противовесом своей могучей напарницы".

Онанизм рассматривался греками как средство, способное предотвратить естественную половую деморализацию, и, как свидетельствуют авторы, практиковался теми, кто был лишен возможности вступить в нормальное половое общение.

Принимая во внимание чрезвычайно широкую распространенность этого явления (как в древней Греции, так и сейчас), нетрудно понять, что художники, особенно миниатюристы, очень любили изображать такие сценки на вазах и в глине. Так, в коллекции Королевского Музея в Брюсселе имеется кубок, на котором изображен совершающий акт самоудовлетворения юноша с венком на голове.

Вполне естественно, что о женском онанизме греческая литература говорит значительно реже, так как в целом письменные источники говорят о женщинах куда меньше, чем о мужчинах, и было бы ошибкой а posteriori заключить, будто греческие девушки и женщины занимались онанизмом не так часто, как мальчики и юноши. И тем не менее у греческих авторов мы найдем немало мест, где говорится о секретах греческих девушек. Эти отрывки подтверждают то, о чем мы, конечно, вполне догадались бы и без них: женский онанизм осуществлялся в Греции при помощи руки либо при помощи орудий, приспособленных или специально изготовленных для этой цели.

Эти орудия, или "самоудовлетворители", греки называли баубонами (baubon) или олисбами (olisbos). Изготовляли их главным образом в богатом и преуспевающем торговом городе Милете, откуда они экспортировались в различные страны. Некоторые подробности мы узнаем из шестого мимиамба Геронда, озаглавленного "Две подруги, или Доверительный разговор"; здесь описывается, как подруги, поначалу немного смущаясь, а затем без малейшего стеснения беседуют об этих олисбах. Метро слышала, что у ее подруги Коритто уже есть свой олисб, или, как она его называет, баубон. Не успев еще им воспользоваться, Коритто одолжила его близкой подруге; но последняя - Евбула - неосмотрительно передала его кому-то еще, так что этот олисб довелось видеть и самой Метро. Она очень хотела бы заполучить такой инструмент и жаждет узнать имя мастера, выпускающего этот товар. Ей говорили, что его зовут Кедрон, но она не удовлетворена этими сведениями, потому что она знает двух ремесленников, носящих это имя, "о которых она ни за что бы не подумала, что они владеют таким искусством"; весьма примечательно, что она так хорошо информирована о башмачниках, работающих в ее городке, их искусности и именах их клиентов. Затем Коритто дает более точное описание этого ремесленника и с восхищением рассказывает об удивительных баубонах, изготавливаемых им. После этого Метро уходит, чтобы приобрести это сокровище для себя.

Такие олисбы девушки иногда использовали в укромной тишине спален, иногда они пользовались одним олисбом сообща. Отрывок из сочинения Лукиана "Две любви" указывает на совместное пользование данным инструментом. В добродетельном негодовании Харикл восклицает: "Применяя бесстыдно изобретенные орудия, чудовищные колдовские жезлы бесплодной любви, женщина возлежит, как мужчина, с другой женщиной; пусть слово, которое до сих пор так редко приходило на слух - мне и сейчас стыдно его произнести - пусть похоть трибад бесстыдно празднует свои триумфы".

Слово баубон напоминает о таком мифологическом персонаже, как Баубо, которая из-за своей наготы становится в позднейшую эпоху символом бесстыдства и еще у Гете ("Фауст", Первая часть, Вальпургиева ночь) изображается скачущей на свинье.

ПРОСТИТУЦИЯ

В греческой античности на продажную любовь смотрели без предрассудков. Дело не только в том, что женщины, которых можно было нанять за деньги, звались гетерами, что можно было бы перевести как "подательницы радости" или "подруги"; дело еще и в том, что об этих жрицах Венеры говорили и писали совершенное открыто и без тени смущения, а весомейшая роль, которую они играли в частной жизни, нашла свое отражение также и в греческой литературе. Существовало множество сочинений как о гетерах вообще, так и о гетерах отдельных городов, особенно таких, как Коринф или Афины. Даже великий грамматик и филолог Аристофан Византийский не считал, что унижает свое достоинство, публикуя разыскания о жизни афинских проституток. Из авторов подобных разысканий, согласно списку, приводимому Афинеем, могут быть названы также ученик Аристофана, знаменитый исследователь Гомера Каллистрат и филологи Аполлодор, Аммоний Антифан и Горгий.

Фактически от всех этих сочинений сохранились одни названия. Однако до нас дошли остроумные "Разговоры гетер" Лукиана.

Терминология. Если греки хотели избежать скверного слова "шлюхи", они деликатно называли дев, продающих свои услуги за деньги, "гетерами", то есть "товарками" или "подругами". Существовало множество иных - более или менее грубых - наименований; такие лексикографы, как Поллукс и Гесихий, указывают несколько дюжин синонимов. Среди обозначений, собранных последним, имеются такие: "преграждающая дорогу"; "мостовая", или женщина, слоняющаяся у мостов; "ремесленница"; "публичная женщина"; "бегунья"; "постельничья"; "закрытая", о девушках, содержащихся в публичном доме; "волчица" - намек на алчность и жадность проституток; "жеребенок"; "подметалка"; "квашня"; "покрывальщица"; "лежащая на земле".

Что касается содержателей публичных домов, сводников и сводниц, сутенеров и прочих, то для них греческий язык располагал множеством словечек; некоторые из них были в высшей степени "крутыми".

ПУБЛИЧНЫЕ ДОМА

Проститутки, расквартированные в публичных домах, занимали самую нижнюю ступень внутри социального слоя, их называли не гетерами, но просто "шлюхами". В Афинах учреждение публичных домов приписывали мудрому Солону.

Проститутки в публичных домах выставлялись напоказ очень легко одетыми или даже совсем без одежды, так что любой посетитель мог совершать выбор, руководствуясь собственным вкусом. Данное утверждение само по себе заслуживает доверия, и к тому же мы располагаем множеством свидетельств в его пользу. Так, Афиней говорит: "Разве ты не знаешь, что говорится в комедии Евбула "Панихида" о любящих музыку, выманивающих деньги женщинах-птицеловах, разряженных жеребятах Афродиты: они выстраиваются в ряд, словно на смотре, в прозрачных платьях из тонкотканой материи, точно нимфы у священных вод Эридана. У них ты за сущие пустяки можешь купить наслаждение, которое тебе по сердцу, причем без всякого риска".

В комедии "Наннион" говорится: "Кто, как вор, засматривается на запретное ложе, - не он ли несчастнейший из людей? А ведь он может видеть обнаженных дев, стоящих при ясном солнечном свете" и т.д.

Далее Афиней говорит: "Также и Ксенарх в комедии "Пятиборье" так порицает людей, что живут, как ты, вожделея к дорогим гетерам и свободным женщинам: "...ужасное, ужасное, просто невыносимое совершает молодежь нашего города. И это там, где в публичных домах вдоволь милых девочек - посмотри и увидишь, как с обнаженной грудью в тонких одеждах они выставлены в ряд на открытом солнце; ты можешь выбрать любую, какая понравится, - худую, толстую, полную, длинную, кривую, молодую, старую, среднего роста, зрелую - тебе не нужна лестница, чтобы прокрасться к ним, тебе не нужно карабкаться в слуховое окно или хитроумно пробираться к ним, спрятавшись в куче соломы: они сами почти силой затаскивают тебя в дом, называют тебя, если ты стар, - "папочка", если молод - "братик" или "мальчишечка". Любую из них ты можешь без всякого риска получить за незначительную сумму - днем или ближе к вечеру".

Представляется, что вход в публичный дом стоил сущие пустяки - согласно отрывку из комедиографа Филемона, один обод (около полутора пенсов). Это подтверждает и отрывок из Диогена Лаэрция, где мы читаем: "Когда Аристипп увидел уносящего ноги прелюбодея, он заметил: "Осел! Какой опасности ты мог избежать всего за один обод!" Конечно, плата за вход зависела от места и времени и различалась в соответствии с качеством заведения, однако мы вправе предположить, что в любом случае она была не слишком высока, потому что публичные дома являлись низшей, а потому самой дешевой формой проституции. Разумеется, следует добавить, что наряду с входной платой девушке полагалось сделать "подарок", величина которого определялась предъявляемыми к ней требованиями. Если я правильно понимаю одно замечание у Суды, то стоимость такого подарка колебалась в пределах между ободом, драхмой (около девяти пенсов) и статером (около одного фунта).

Из доходов, полученных за счет заработков девушек, содержатель публичного дома должен был выплачивать ежегодный налог государству, так называемый проституционный налог, собирать который назначался один или несколько специальных чиновников. Вознаграждение, которое посетитель выплачивал девушкам, также фиксировалось особыми чиновниками - агораномами.

Публичные дома, как и вся система проституции в целом, находились под надзором городских должностных лиц - астиномов, в обязанности которых входило поддержание общественных приличий и разрешение споров.

В приморских городах большинство публичных домов размещалось, по всей вероятности, в прилегающих к гавани кварталах; по ясному свидетельству Поллукса, в Афинах дело обстояло именно так. Однако в районе под названием Керамик, по Гесихию, также можно было обнаружить множество публичных домов самого разного пошиба.

Керамик - "район гончаров" - простирался от рынка на северо-запад вплоть до так называемого Дипилона, "двойных ворот", а за Дипилоном - называясь уже Внешним Керамиком - тянулся вдоль Священной дороги, которая вела в Элевсин. Интересно отметить, что святость этой улицы религиозных шествий ничуть не умалялась оттого, что на ней стояли многочисленные публичные дома. Через этот район пролегала длинная широкая улица, называвшаяся Дромос ("Проспект"), которая вела из внутренней части города и по обеим сторонам была украшена колоннадами, где располагались многочисленные лавки.

Греческие авторы мало говорят об устройстве публичных домов, их убранстве и внутреннем распорядке, но мы вправе предположить, что они едва ли многим отличались от публичных домов Рима и Италии, относительно которых мы информированы достаточно хорошо. На самом деле, греко-римский "дом радости" мы можем посетить даже в наши дни. Всякий, кто знаком с Помпеями, поймет, что я имею в виду: в Двенадцатом квартале Четвертого района, на углу Vicolo del Balcone Pensile, под номером 18 расположен il lupanare, где молодежь Помпей давала выход своей энергии, о чем и поныне напоминают многочисленные непристойные фрески и надписи на стенах. Интересно также отметить, что через отдельный вход посетитель по галерее мог проникнуть сразу на второй этаж.

Гораций и автор "Приапеи" называют римские публичные дома дурнопахнущими, что, по-видимому, свидетельствует о грязи и нечистоте, а согласно Сенеке, посетитель уносил этот запах на себе, как с мрачным удовлетворением в своей язвительной сатире Ювенал говорит об императрице Мессалине, торговавшей своим телом в публичных домах. В каждом таком доме имелось, разумеется, известное количество комнат или "номеров"; над каждой комнатой было надписано имя обитавшей в ней девушки и, возможно, указывалась ее минимальная такса. Авторы упоминают также различные покрывала, расстилавшиеся на ложе или на полу, и, как нечто само собой разумеющееся, - светильник.

Плату девушки брали вперед, о чем, по-видимому, свидетельствует одно место у Ювенала. Персий называл проституток также нонариями, так как заведения не могли открываться ранее девятого часа (около четырех часов пополудни), "чтобы не отрывать молодежь от ее занятий". Чтобы завлечь прохожих, девушки стояли или сидели перед лупанариями, по каковой причине их также называли prostibula или prosedae; первое из этих слов произведено от глагола prostare, отсюда и "проституция". Если девушка принимала в своей комнате посетителя, она закрывала дверь, вывесив перед этим на двери табличку "occupata" - "занята". В определенный час, вероятно, с приближением утра публичные дома закрывались, как можно заключить из одного места у Ювенала. Мы вполне могли представить, что стены комнат были украшены непристойной живописью, даже в том случае, если бы находки в помпейском "доме радости" не подтверждали эту догадку.

Взгляды древних на сексуальное не позволяли им относиться к посещению публичных домов как к чему-то предосудительному, что с очевидностью явствует из нескольких пассажей античных авторов. Так, в своей знаменитой сатире, посвященной половой жизни, Гораций говорит следующее:

 

Мужа известного раз из-под свода идущим увидя,

Молвил божественно-мудрый Катон: "Твоей доблести - слава!

Ибо, надует когда затаенная похоть им жилы,

Юношам лучше сюда спускаться, хватать не пытаясь

Женщин замужних...

     (перевод М. Дмитриева и Н.С. Гинзбурга)

 

Совершив экскурс в мир римской проституции, вернемся в Грецию. Промежуточное место между обитательницами публичных домов и гетерами занимали "вольноопределяющиеся" проститутки и девицы, рассматривавшие проституцию как средство дополнительного заработка. Нет нужды подробно останавливаться на уличной проституции, потому что ее формы едва ли существенно отличались от тех, что распространены в наши дни. В соответствии с природой вещей, способы общения проституток с клиентами и наоборот были бесконечно многообразны. Несколько любопытных образчиков сохранились в "Палатинской Антологии". Вот пример:

 

"Здравствуй, красотка!" - "Привет!" - "А кто впереди... Там?" - "Неважно!"

"Дело есть у меня!" - "Это моя госпожа!"

"Можно надеяться?" - "Да". - "Сегодня ночью?" - "Что дашь ты?"

"Золото!" - "О, хорошо!" - "Вот!" - "Это мало... Отстань!"

     (перевод Ю. Голубец)

 

Мы располагаем эпиграммой Асклепиада, в которой он отправляет товарища на рынок за некоторыми покупками для веселого пира с молоденькой проституткой: тому следует купить трех больших и десяток маленьких рыб, дюжину креветок и не забыть приобрести шесть венков из роз (весьма характерно для греков).

Одна из эпиграмм Посидиппа описывает пирушку четырех юношей с четырьмя проститутками. Одного сосуда Хиосского вина явно недостаточно, и поэтому мальчика-слугу посылают к виноторговцу Аристию сказать тому, что в первый раз он прислал кувшин, наполненный лишь наполовину, - "там не хватало по меньшей мере двух галлонов". Уже говорилось, что такие сценки встречаются довольно часто, особенно в вазописи.

Ритуал, к которому прибегали эти блуждающие жрицы Венеры, желая заполучить мужчину, был практически тем же, что и в наши дни, и в этой связи ничего особенно оригинального сказано быть не может. По воле случая до нас дошла туфелька одной из таких уличных дам. На ее подошве выбито слово "Следуй за мной", так что пока девушка ходила в поисках клиента, это слово отпечатывалось на мягкой земле улиц, и у прохожих не оставалось ни малейших сомнений относительно ее ремесла.

Асклепиад упоминает, что однажды он забавлялся с девушкой по имени Гермиона, которая носила пояс с вышитыми на нем цветами и надписью: "Люби меня всегда, но не ревнуй, если и другие будут иметь дело со мной". Это, несомненно, была не уличная проститутка низшего сорта, но гетера.

Уличные проститутки, конечно, бродили всюду, куда их привлекало оживленное городское движение. Поэтому в особенно больших количествах они скапливались в гаванях и на ведущих к ним улицах. Они принимали клиентов у себя дома или в специально снятых комнатах либо отдавались им в темных углах и подворотнях или даже среди надгробных памятников, которые соседствовали с некоторыми улицами, а также в публичных банях. Кроме того, существовали заведения, предоставлявшие стол и ночлег, а также постоялые дворы, при этом таверны и постоялые дворы, особенно в портовых районах, в любое время гостеприимно открывали свои двери проституткам и их клиентам.

Вряд ли нужно особо подчеркивать тот факт, что легкомысленные компании флейтисток, кифаристок, акробаток и т.п. без труда можно было уговорить деньгами или добрым словом.

ГЕТЕРЫ

Гетеры стояли на гораздо более высокой ступени и занимали куда более важное положение в частной жизни греков. От обитательниц публичных домов их отличали как уважение, которым они пользовались в обществе, так и образованность. "Многие из них, - говорит Хельбиг, - отличались утонченной образованностью и бойким остроумием; они знали, как очаровать наиболее выдающихся деятелей своего времени, - полководцев, политиков, писателей и художников - и как надолго привязать их к себе; они являются наглядным воплощением существования, отмеченного смешением утонченных интеллектуальных и чувственных удовольствий, - существования, которое так почиталось греками того времени. В жизни почти каждой замечательной личности, игравшей выдающуюся роль в истории эллинства, различимо влияние какой-нибудь знаменитой гетеры. Большинство современников не находили в этом ничего предосудительного. В эпоху Полибия прекраснейшие здания Александрии носили имена прославленных флейтисток и гетер. Портретные статуи таких женщин устанавливались в храмах и других общественных строениях рядом со статуями заслуженных полководцев и политиков. И слабеющее чувство чести греческих свободных государств не видело ничего зазорного в том, чтобы венками, а иногда даже алтарями и храмами почтить гетер, которые были близки с выдающимися деятелями".

Нам известно, что гетерам воздавалась и иная почесть, замечательная тем, что ничего более характерного невозможно было бы и помыслить. Совершенно согласно с природой вещей то обстоятельство, что их ремесло процветало главным образом в крупных городах, и особенно в могущественном торговом городе Коринфе, который стоял на Истме и потому омывался водами двух морей. Трудно преувеличить распущенность жизни в этой благословенной метрополии древней торговли. Надпись, обнаруженная в помпейском публичном доме: "Здесь обитает счастье" (надпись была найдена не в собственно публичном доме, но в кондитерской, где для посетителей нередко держали нескольких проституток) с равным правом могла быть гигантскими буквами начертана у входа в коринфскую гавань. Все, что сладострастная человеческая фантазия в других местах могла только вообразить, находило в Коринфе свой дом и зримое воплощение, и очень многие, кому так и не удавалось выбраться из водоворота весьма дорогих удовольствий большого города, теряли в нем репутацию, здоровье и состояние, так что в поговорку вошел стих: "Поездка в Коринф по зубам не каждому". На улицах города толпились неисчислимые жрицы продажной любви. В районе обеих гаваней размещались бесчисленные публичные дома самого разного сорта, а улицы были затоплены толпами проституток. В известном смысле центром притяжения безбрачной любви и высшим учебным заведением коринфских гетер служил знаменитый храм Венеры, на ступенях которого не менее тысячи гетер, или, как они эвфемистически называли себя, храмовые рабыни, занимались своим ремеслом и всегда радостно привечали своих друзей.

На неровной почве городской цитадели - твердыни Акрокоринфа, известного всем из знаменитой баллады Шиллера "Ивиковы журавли", - на окруженной массивными каменными блоками террасе возвышался храм Афродиты, который мореплаватели, подходившие с востока или запада, видели уже издалека. Сегодня на том месте, где когда-то встречали посетителей тысячи дев, стоит турецкая мечеть.

В 464 г. до н.э. народ эллинов вновь справлял в Олимпии великие игры, на которых победу в беге на стадий и в пятиборье одержал благородный и богатый Ксенофонт Коринфский. В ознаменование победы Пиндар - самый сильный из эллинских поэтов - сложил блистательный, дошедший до нас эпиникий, который, очевидно, был пропет в присутствии самого поэта - то ли когда победитель был торжественно встречен своими земляками, то ли во время шествия к храму Зевса для посвящения венков богу.

Перед тем как вступить в жаркую борьбу, Ксенофонт принес обет в случае победы посвятить храму сотню девушек. Помимо указанной Олимпийской оды Пиндар сложил гимн, который был исполнен в храме; под него плясали те гетеры, что удостоились небывалой для своего сословия чести, возможной в одной лишь Греции. К несчастью, от этой оды сохранился только зачин:

 

Девицы о многих гостях,

Служители богини Зова,

В изобильном Коринфе

Воскуряющие на алтаре

Бледные слезы желтого ладана,

Мыслью уносясь

К небесной Афродите, матери любви,

И она вам дарует, юные,

Нежный плод ваших лет

Обирать без упрека с любвеобильного ложа...

О, владычица Кипра,

Сюда, в твою сень

Сточленный сонм юных женщин для пастьбы

Вводит Ксенофонт,

Радуясь о исполнении своих обетов.

     (перевод М.Л. Гаспарова)

 

Нетрудно понять, что там, где отношение к проблеме проституции было столь свободно от предрассудков, также и литература - причем в отличие от нас, безусловно, не только медицинского и судебного характера, но и беллетристика - обстоятельно трактовала тему жриц Афродиты. У греков имелась обширнейшая литература, посвященная гетерам, некоторые такие сочинения, подобно "Разговорам гетер" Лукиана, дошли до нас целиком, другие - в виде более или менее пространных отрывков. Лукиан набрасывает чрезвычайно колоритную картину, на которой запечатлены гетеры самого разного толка и образа жизни.

Махон Сикионский, который большую часть жизни провел в Александрии и был наставником Аристофана Византийского, составил книгу "Хрий" ("Достопримечательности"), где в ямбических триметрах занимательно и остроумно излагал всевозможные анекдоты из скандальной придворной хроники диадохов. Нетрудно сразу же предположить, что в этой книге, утрата которой достойна самого большого сожаления, важную роль играли гетеры, и это предположение подтверждается подробными извлечениями, сделанными из нее Афинеем. Наряду с Махоном Афиней имел в своем распоряжении немало других книг о жизни гетер, многочисленные детали из которых он приводит в своих "Дейпнософистах", или "Пире ученых мужей" (особенно в тринадцатой книге).

МУЖСКАЯ ПРОСТИТУЦИЯ

Во все времена и у всех народов любовь можно было купить за деньги; так будет всегда, сколь бы огорчительно это ни было в силу самых различных соображений. Мужская проституция стара, как сама любовь. Мы уже неоднократно говорили, что среди храмовых проституток можно было встретить не только женщин, но и хорошеньких мальчиков. Сколь широко была распространена мужская проституция в эпоху Солона, явствует из того, что этот великий государственный деятель, поэт и философ в своем законодательстве не только запретил педерастию для рабов, так как это самое свободное проявление человеческого самоопределения подобало только свободным, но и установил наказания для тех, кто превращал свою красоту в ремесло. Оратор Эсхин (нашим знанием этих законов Солона, многие детали предания о которых остаются неясными, мы обязаны в основном ему) говорил: "Следует опасаться, что тот, кто торгует собственным телом за деньги, легко отречется и от общих интересов государства".

Ибо сколь бы ни были греки всех времен благосклонны к отношениям между мужчиной и мальчиком, основанными на взаимной симпатии, они всегда осуждали такую любовь, если мальчик отдавался за деньги. Об этом не только ясно свидетельствует Эсхин в своей знаменитой речи против Тимарха; это следует из множества высказываний других авторов.

Остается лишь привести некоторые из тех многочисленных текстов, в которых греческие авторы свидетельствуют о том, что повсюду находились мальчики и юноши, отдававшие свою любовь за деньги, или подарки, или за то и другое вместе. В качестве доказательства процитируем следующие строки из Аристофана: "И мальчики, как слышно, это делают - // Не по любви, а по корыстолюбию. // Да, мальчики развратные, хорошим же // Не надо денег вовсе" (пер. В. Холмского).

Поэтому мы не станем обходить молчанием жалобы поэтов на корыстолюбие мальчиков, тем более что последние ловко научились скрывать свою алчность при помощи всяческих уловок и кокетства. Так, Стратон сокрушается: "Увы мне! Почему ты снова в слезах и безутешен? Скажи откровенно; я хочу знать, в тем дело. Ты протягиваешь ладошку? Я пропал! Ты, кажется, просишь о плате? Ты не любишь больше играть печеньем с тмином, сладким сесамом и орехами, но все твои мысли о выгоде. Пусть пропадет тот, кто выучил тебя этому! Какого мальчика он мне испортил!"

С незначительными изменениями эта малоприятная тема всплывает весьма часто в произведениях, вдохновляемых "мальчишеской Музой", но нам достаточно одного показательного примера.

Особенно видные и выдающиеся мужчины едва ли могли противостоять всем предлагавшим себя юношам. Так, Каристий сообщает в своих "Воспоминаниях": "Все афинские юноши страстно завидовали Диогнису, ибо он был в особой чести у Деметрия, с которым они жаждали познакомиться. Поэтому вечером, когда Деметрий выходил на прогулку, все прекраснейшие юноши города выходили туда, где он прохаживался, чтобы он их увидел".

Мальчиков можно было не только купить за деньги, но и заключить с ними договор о найме на более или менее продолжительный срок. Помимо других доказательств мы располагаем чрезвычайно интересным свидетельством в виде речи, составленной в 393 году Лисием для некоего афинянина, любившего мальчика из Платей по имени Феодот; клиент Лисия был обвинен неким Симоном, который также был влюблен в Феодота, в преднамеренном нанесении телесных повреждений, которое в те времена являлось преступлением, каравшимся изгнанием и конфискацией имущества. В этом примечательном юридическом документе самым подробным и откровенным образом говорится как о чем-то само собой разумеющемся, что мальчик был нанят по контракту для того, чтобы использоваться именно таким образом. В качестве материальной компенсации Феодот получил 300 драхм (около 12 фунтов).

Мало того. Мы имеем несколько письменных свидетельств, из которых с достаточной уверенностью можно заключить, что в Греции, по крайней мере в Афинах, существовали публичные дома или гостиницы, где содержались мальчики и юноши - вместе с девушками или отдельно, - которых можно было купить за деньги. Так, Эсхин говорит: "Взгляните на тех, что, как всем известно, занимаются этим ремеслом, сидя в публичных домах. Даже они, стыдясь, пользуются некими занавесками и запирают двери".

Весьма часто обитателями таких домов становились молодые люди, попавшие в плен и после этого проданные. Самым известным тому примером является Федон из Элиды, с которым в последний день своей жизни Сократ беседовал о бессмертии души. Федон происходил из благородной семьи и во время войны между Элидой и Спартой, будучи еще очень юным, попал в руки врагов, которые продали его в Афины, где его купил владелец публичного дома. Здесь с ним познакомился Сократ, который убедил одного из своих богатых почитателей выкупить юношу. Несомненно, весьма примечателен тот факт, что восхищавший столь многих диалог "Федон", возможно, самый волнующий из всего написанного Платоном, назван именем молодого человека, являющегося одним из главных действующих лиц диалога, - молодого человека, который, пусть и не по доброй воле, еще недавно должен был подчиняться прихотям любого посетителя публичного дома, пожелавшего за него заплатить.

Однако иные свободные юноши добровольно кружили вокруг подобных домов, чтобы заработать денег продажей своего тела. Эсхин так упрекает Тимарха: "Едва детские годы остались позади, он принялся посещать баню Эвтидика, делая вид, будто изучает это ремесло, но в действительности затем, чтобы продаться, что и показало происшедшее".

Из того, что говорит Эсхин далее, явствует, что любовники не только посещали мальчиков-проституток в публичных домах, но и приводили их к себе домой, где они попадали в распоряжение хозяина или - во время праздников - гостей. "Есть, о афиняне, - говорит Эсхин, - некий Мисгол, в остальных отношениях человек порядочный и безупречный, который чрезвычайно предан любви к мальчикам и не может жить без того, чтобы вокруг него не вились какие-нибудь певцы и кифаристы. Едва он уразумел истинную причину пребывания Тимарха у Евтидика, он увел его оттуда, заплатив ему за это некоторую сумму, и держал при себе, так как был бесшабашен, молод, сладострастен и весьма приспособлен к тем вещам, на которые решился и которые Тимарх предпочел терпеть. У Тимарха не было никаких угрызений относительно такого поступка, он подчинился, хотя будь его требования скромнее, он не знал бы нужды ни в чем". Один из афинских публичных домов, где содержались мальчики, был расположен, по-видимому, на скалистом конусе горы Ликабет, которая возвышается над городом примерно на 900 футов; к такому выводу мы приходим на основании отрывка из комедии Феопомпа, где олицетворенный Ликабет говорит: "На моей скалистой вершине мальчики охотно отдаются сверстникам и мужчинам".

ИЗВРАЩЕНИЯ В ГРЕЧЕСКОЙ ПОЛОВОЙ ЖИЗНИ

Каким здоровьем отличалась половая жизнь греков, явствует из того факта, что те проявления сексуальности, которые обычно объединяются понятием Psychopathia Sexualis, играли в ней чрезвычайно скромную роль. Данное утверждение не соответствует действительности, если считать гомосексуализм патологией; но последнее - по крайней мере в отношении греческого гомосексуализма - совершенно недопустимо.

Однако и в Древней Греции не было недостатка в извращенных формах любви; от автора сексуальной истории читатель вправе потребовать их научного описания; я же позволю себе быть кратким, потому что относящийся к этому вопросу материал собран в знаменитых книгах Розенберга, Блоха и Форберга.

Миксоскопия

Поскольку даже названия данного извращения в Древней Греции не существовало, постольку и само это явление, суть которого состоит в возбуждении и удовлетворении посредством тайного подглядывания за половым актом, было столь редким, что я не знаю ни одного места из греческих авторов, которое можно было бы здесь привести; я также не могу сказать, имеются ли изображения вуайера в греческом искусстве. Если Кандавл находит удовольствие в том, чтобы показать другу свою супругу обнаженной, то здесь речь может идти лишь о миксоскопии в самом широком смысле слова, потому что Гигес не жаждет насладиться этим зрелищем, но становится объектом искушения со стороны мужа, неважно, желает ли тот получить удовольствие от ожидаемого сексуального возбуждения зрителя или хочет только удовлетворить свое непомерное тщеславие, похваляясь обладанием столь красивой женщиной.

Трансвестизм

Для тех, кто получает сексуальное удовольствие, показываясь в одежде противоположного пола, был изобретен термин "трансвеститы". Это извращение, в конечном счете восходящее к эмбриональной андрогинности любого человеческого существа, было не чуждо грекам, хотя в наших источниках о нем говорится сравнительно немного. На празднике Коттитии в Афинах, справлявшемся в честь богини чувственности Котис, или Котитто, мужчины плясали, надев женское платье, причем церемонии, которые поначалу указывали на сексуальное лишь символически, со временем превратились в оргии, так что, по Синесию, "участник оргий Котис - все равно, что кинед". Наряду с облачением в женское платье сексуальное возбуждение мужчины, по-видимому, усиливало ношение женского парика. Италийские праздники Котис, упоминаемые Горацием, пользовались особенно дурной славой, однако в этих оргиях участвовали, как представляется, только женщины.

В одной из эпиграмм Асклепиада говорится о хорошенькой девушке по имени Доркион ("маленькая косуля"), любившей носить мальчишескую одежду, и "в хламиде, едва прикрывающей плечи и колени, мечущей из глаз огонь любви".

Ктесий сообщал, что наместник Вавилона Амар любил появляться на людях в женском платье и украшениях; когда же он наряжался таким образом, во время трапезы его развлекали 150 флейтисток и танцовщиц.

Эксгибиционизм

Если под эксгибиционизмом понимать сознательное выставление напоказ половых органов перед представителями своего или противоположного пола, то нетрудно понять, что данное извращение было в Древней Греции большой редкостью. В ту эпоху было вполне достаточно возможностей видеть людей полностью нагими, так что мало кому пришло бы в голову удовлетворять свое сексуальное любопытство или разжигать в себе сладострастные желания, выставляя напоказ собственную наготу. В противоположность фактам, наблюдаемым врачами и юристами в наши дни, если в Древней Греции и говорилось об эксгибиционизме, то лишь о женском. Древнейшим примером тому является Баубо, жена Дисавла из Элевсина, у которого нашли пристанище Деметра и юный Иакх, пытаясь найти похищенную Аидом дочь богини Персефону. Чтобы развеселить горюющую мать, Баубо снимает с себя одежды, доставляя тем самым столь сильное наслаждение Иакху, что Деметре приходится рассмеяться даже против воли.

Преднамеренные обнажения при исполнении кордака также были не лишены эксгибиционистского характера.

Диодор рассказывает о египтянках следующее: если после смерти священного быка Аписа жрецы находят нового, то в течение сорока дней смотреть на него позволяется только женщинам, которые, однако, делают это, "приподнимая свои одежды и показывая богу срамные части".

Большинство изображений Приапа и Гермафродита производят впечатление откровенного эксгибиционизма.

Все перечисленное выше современная медицинская наука может рассматривать как эксгибиционизм весьма условно. Единственное известное мне место, где говорится об эксгибиционизме в собственном смысле слова, - это Теофраст, описывающий характер Наглеца: "Такой бесстыдник при встрече с женщинами любит задирать свой хитон, показывая им свой срам".

Пигмалионизм

Мифическому царю Кипра Пигмалиону так понравилась изваянная им статуя девушки, что он влюбился в создание из слоновой кости и не знал покоя до тех пор, пока Афродита в ответ на его непрестанные мольбы не оживила статую, после чего царь породил вместе с этой девушкой сына Пафа, именем которого назван знаменитый город на Кипре. Отсюда любовь к статуям и другим произведениям искусства получила название "пигмалионизм".

Один из случаев пигмалионизма подробно описан в Erotes Лукиана. Юноша из превосходной семьи влюбился в прославленную статую Афродиты Книдской, созданную Праксителем, проводил дни напролет в ее храме и "не уставал беспрестанно глядеть на образ богини. С губ его украдкой срывались кроткие вздохи и страстные любовные жалобы. Знаком все усиливающейся страсти была оставляемая им на стенах и коре деревьев надпись "прекрасная Афродита". Он почитал Праксителя как самого Зевса и положил по обету к стопам богини все, что имел ценного и дорогого".

Это был не единственный случай, когда юноша влюбился в Афродиту Книдскую. Филострат сообщает, что схожую историю рассказывал Аполлоний Тианский, который пригласил юношу к себе и излечил его от этой страсти. Аполлоний втолковал юноше, что людям не подобает любить богов, и в предостережение напомнил ему об Иксионе, который понес в подземном мире страшную кару из-за своего вожделения к Гере. "Таким образом Аполлонию удалось излечить это безумие, после чего юноша совершил жертвоприношение, чтобы заслужить прощение богини".

Элиан рассказывает о некоем молодом и знатном афинянине, "который безумно влюбился в статую Агате Тихе, что стояла перед пританеем. Он целовал и обнимал ее, а затем бросился к советникам и молил продать ему статую. Когда его предложение было отвергнуто, он украсил статую лентами, венками и драгоценностями, совершил жертвоприношение и после беспрестанных жалоб покончил с собой".

Согласно Плинию, юноша с Родоса по имени Алкет влюбился в обнаженную статую Эрота, воздвигнутую Праксителем в Парии на Геллеспонте.

Порка, садизм, мазохизм

Порка обычно сочетается с религиозными мотивами, ибо наивный или распаленный ум верит в то, что, добровольно унижая себя самобичеванием или даже частичным членовредительством, он совершает нечто, особенно угодное богам. Именно этим объясняются случаи самобичевания и самооскопления, являвшиеся составной частью различных культов, таких, как шумные оргиастические празднества Кибелы. Практика самооскопления нашла литературное выражение в многочисленных эпиграммах "Палатинской Антологии".

Современная сексология доказала, что подобные жестокости, сколь бы странными на первый взгляд они ни казались, в конечном счете имеют своим истоком стремление к сексуальному возбуждению; тем самым связь между сексуальностью и религией находит новое и весьма неожиданное подтверждение. На мой взгляд, именно этим объясняется такой широко известный обычай, как порка спартанских мальчиков на алтаре Артемиды Ортии, аналогом которого является бичевание девушек на Скиериях (празднике Диониса) в аркадской Алее, а также праздник "нечестивой Афродиты".

Мне ни разу не случалось находить в древнегреческой литературе садистских или мазохистских сцен. Это еще одно доказательство вновь и вновь подчеркиваемого автором книги тезиса о здоровье греческой жизни; что касается римской литературы, то найти в ней описание подобных явлений труда не составит.

Предание о Геракле и Омфале носит мазохистский характер. Могучий герой становится рабом лидийской царицы Омфалы. Служа ей, он унижается до того, что исполняет женские работы под надзором Омфалы, облаченной в львиную шкуру. Однако здесь мы едва ли можем говорить о мазохизме в собственном смысле слова, так как его существеннейшая характеристика, именно сексуальное наслаждение, испытываемое угнетенной стороной, в истории о Геракле и Омфале нигде не выдвигается на передний план.

Плутарх пишет, что Деметрий Полиоркет носил на шее явные следы укусов гетеры Ламии, ничего не говоря о том, чтобы эти укусы возбуждали Деметрия; к тому же сам по себе этот рассказ совершенно недостоверен.

Содомия

Согласно совершенно ошибочному, однако прочно устоявшемуся определению, содомией называется сношение с животными; упоминания о ней нередко встречаются в греческой античности, однако либо только в сказках и романах, либо, как в случае с сицилийскими пастухами у Феокрита, речь идет исключительно о временной замене естественных половых контактов.

Из преданий содомического характера упомянем: Зевс сходится с Ледой в образе лебедя, с Персефоной - в образе змея; Пасифая влюбляется в быка и отдается ему, рождая затем Минотавра - "быка, бывшего наполовину человеком, человека, бывшего наполовину быком", как отзывается о нем Овидий.

Некрофилия

Что касается омерзительного извращения, заключающегося в насилии над трупами, то из греческой античности я могу привести на этот счет лишь три примера. О соитии Дамойта с утопленницей уже говорилось выше. В другом случае дело касается не греков, но египтян. Геродот сообщает, что некий бальзамировщик был обвинен в совокуплении с трупом красивой женщины, который был доверен ему для бальзамирования. После этого общепринятым стал обычай передавать бальзамировщикам тела особенно красивых или знатных женщин только через три или четыре дня после смерти.

Наконец, тот же Геродот говорит о том, что знаменитый коринфский тиран Периандр надругался над мертвым телом своей жены, которую он - возможно, случайно - убил.

Лихт Г. Сексуальная жизнь в Древней Греции. М., 1995, с. 293-295, 336-340.

 

Рэй ТЭННЭХИЛЛ

СЕКС В ИСТОРИИ: ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ ВЕК

В викторианскую эпоху была сделана попытка воскресить куртуазную любовь, что превратило дам средних классов общества в слащавых недотрог и стражниц морали, чье отвращение к сексу привело ко взрывообразному росту проституции, к эпидемии венерических заболеваний и моде на мазохизм. Дамы, встревоженные очевидным разгулом порока и невоздержанности, о котором они не могли не слышать даже в своих башнях из слоновой кости, решили, что только они, чистые и высоконравственные, могут направить общество на путь истинный. Они потребовали и в конце концов получили право голоса. Тем временем развивалась борьба на другом фронте, направленная на распространение сведений о контрацепции, которому серьезно препятствовало убеждение моралистов в том, что единственной дозволенной формой контрацепции является воздержание. Искусственный идеал викторианской семьи поддерживался вплоть до XX в. (более эффективно - благодаря усилиям Голливуда, а не стараниям церкви), но публикация исследований Кинси и других ученых, ознакомление с теорией психоанализа и просто экономическая реальность помогли в конце концов пошатнуть его позиции. Тем не менее он все еще жив, несмотря на протесты против традиционных отношений, выражающиеся в движениях за женское освобождение, за свободу гомосексуализма и за свободный секс, и несмотря на тот факт, что во многих странах равенство полов признается на законном уровне. Что касается социального уровня, простор для деятельности еще остается.

 

* * *

 

Хотя временами может казаться, что XIX в. был бы невозможен без королевы Виктории, этой маленькой тучной дамы в черном бомбазине, которая так долго царствовала в этом столетии, но все викторианство нельзя назвать уникальным явлением, принадлежащим только XIX веку и только Британской империи. Даже Китай пострадал от собственной разновидности викторианства (вызванной как страхом перед западным империализмом, так и неоконфуцианским ханжеством), а в Америке и Германии оно возникло даже раньше, чем в Англии: в Америке - отчасти как порождение пуританства; в Германии - как реакция на политические потрясения и новые веяния XVIII столетия. Немного позднее Франция, преодолевая шестидесятилетний кризис, предшествовавший 1848 году, стала искать личные идеалы, которые могли бы компенсировать политические разочарования. А в Англии новый и уже твердо стоящий на ногах средний класс, постоянно обвиняемый в вульгарном торгашеском духе, аккуратно смешал старую философию с новыми интеллектуальными модами и создал систему морали и поведения, которая смогла удовлетворить его социальные амбиции.

Поскольку между Европой и Америкой существовало устойчивое культурное взаимодействие, вполне естественно, что новые общественные отношения приняли везде сходные формы, и, возможно, в один прекрасный день кому-нибудь удастся объяснить, почему эти формы получились именно такими: почему элегантный классицизм XVIII века, уравновешенный легкомысленными причудами европейских толкователей Конфуция и готических романов, привел в XIX веке к чопорной помпезности, слегка оживлявшейся страстным мелодраматизмом романтиков, которые обожали всяческую экзотику (и особенно все, что относилось к средневековью). "Серьезная" готика, отличавшаяся от искусственного готического стиля, принятого несколькими десятилетиями раньше, наиболее очевидно проявлялась в литературе и архитектуре (причем в последней витиеватость и богатство характеризовали все структурные и декоративные элементы) но имела также и более далеко идущие последствия. Когда джентльмены викторианской эпохи, в сюртуках и с огромными бакенбардами, охваченные ностальгией по средневековью, стали культивировать ту высокопарную и чрезмерную учтивость по отношению к дамам, которая, по их искреннему убеждению, являлась отражением рыцарских идеалов, они попутно (без всяких дурных намерений) низвели этих дам до положения зрителей на турнире жизни. То, что было сказано Гарриет Мартино об американцах 1830-х гг., с успехом можно отнести и к европейцам: они подарили женщинам снисходительность, как замену справедливости. И женщины, к сожалению, поощряли мужчин: им нравилось, что им поклоняются и во всем уступают, что о них заботятся; им льстило, что их считают нежными, ранимыми и слабыми - чистыми ангелами, к которым мужчина обращается ради отдохновения от грубого, жестокого делового мира.

Эта была игра для двоих, и жены были вынуждены отвечать на заботу о них, относясь к мужу как к чему-то среднему между Господом Богом и сэром Галахадом. Как говорит миссис Сара Эллис в книге, вышедшей в 1842 году, адресованной женщинам Англии, важно было признавать "превосходство вашего мужа просто как человека.. В характере благородного, просвещенного и подлинно доброго мужчины есть сила и утонченность, так похожая на то, что мы считаем природой и свойствами ангелов, что... нет никаких слов, чтобы описать степень восхищения и уважения, которую должно вызывать созерцание подобного характера... Быть допущенной к его сердцу - разделять его заботы и быть избранной подругой в его радостях и бедах! - трудно сказать, смирение или благодарность должны преобладать в чувствах женщины, которая отмечена таким благословением". Но за роскошной прозой миссис Эллис скрываются острые шипы, которые не порадовали бы ее предшественников - автора Книги Притч, Исхомаха, даму Пэн Чао, святого Иеронима и всех прочих. Ведь давая понять, что превосходство мужчины входит в естественный порядок вещей, она добавляет, что дела обстоят именно так даже вопреки тому факту, что жена может иметь "более высокие таланты и познания", чем ее муж.

МЕСТО ЖЕНЩИНЫ

Времена, несомненно, менялись, но прежде, чем подняться по социальной лестнице, женщине пришлось спуститься на несколько ступеней. Социальные тенденции привели к тому, что жизнь стала подражать искусству в еще большей степени, чем раньше.

До индустриальной революции история Европы характеризовалась контрастом аристократии, с одной стороны, и всех остальных - с другой. Но теперь в структурах власти аристократия стала вытесняться средними классами. Однако экономические успехи ничего не значили без успехов социальных, и неотъемлемой чертой XIX века стала маниакальная борьба за продвижение по ступеням знатности. В Америке эта борьба была скорее горизонтальной, чем вертикальной: все были равны, но каждый стремился получить больше равенства, чем все остальные.

Одним из показателей успеха было то, что домашняя хозяйка должна иметь слуг, которые бы все делали за нее, торжество среднего класса можно наглядно проиллюстрировать цифрами статистики занятости населения. Из 16 миллионов мужчин и женщин, населявших Англию и Уэльс, согласно переписи 1841 г., домашней прислуги было всего около миллиона. Десять лет спустя из трех миллионов женщин и девушек от десятилетнего возраста и старше, зарабатывавших себе на жизнь, 751.641 (т.е. одна из четырех) работали служанками. К 1871 г. их число увеличилось до 1.204.477. На протяжении всего XIX века и до 1914 г. работа домашней прислуги была самой распространенной среди англичанок и вторая по частоте в целом.

Жена представителя среднего класса, освобожденная от хлопот по хозяйству, должна была чем-то заполнять свое время. И она сама и ее муж были убеждены (так же как и книги по этикету, буквально наводнявшие рынок в ХIХ столетии), что она живет как благородная леди, - но они заблуждались. Если оставить в стороне родословную, то между женщиной среднего класса и аристократкой оставалось все же одно существенное различие. Леди Такая-то и графиня Этакая тратили свое свободное время с пользой, пусть даже легкомысленно: они наслаждались разнообразием жизни в основном благодаря тому, что их муж или любовник свободно могли сопровождать их, куда бы они ни пожелали отправиться. А мужчины среднего класса были привязаны к своей работе, и их жены и дочери были предоставлены самим себе. Некоторые заполняли время полезной работой, но большинство женщин просто ходили целый день по магазинам или в гости к соседкам посплетничать, а то и просто бездельничали или упражнялись в хороших манерах.

В книге "Женщины Америки" миссис Э.Дж. Грэйвс в 1842 г. говорила о женщинах, которые "в своем честолюбивом стремлении походить на благородных леди используют свои прекрасные ручки только для того, чтобы играть кольцами, прикасаться к клавишам пианино или струнам гитары"; и в том же году миссис Эллис в книге "Женщины Англии" жаловалась, что "множество томных, вялых и бездеятельных молодых леди, покоящихся сейчас на своих диванах, ворча и жалуясь в ответ на любой призыв приложить к чему-либо усилия, лично мне представляются весьма плачевным зрелищем". Но там, где мода и этикет - "стена, которую общество само воздвигло вокруг себя, щит против вторжения дерзости, неприличия и вульгарности", - сговорились сделать женщину праздной, праздность сама развилась в особое заболевание, которое подрывало как физическое, так и душевное здоровье: едва ли все викторианские дамы, предававшиеся живописному увяданию, поступали так только для того, чтобы казаться интересными.

Мужья этих изнеженных созданий еще больше усугубляли ситуацию, стараясь оберегать их от любого вторжения грубой действительности. Даже в Америке, как в 1828 г. говорил Джеймс Фенимор Купер, благовоспитанная жена была "заключена в священные границы своего собственного узкого мирка... охраняемая от разрушительных прикосновений мира и излишнего общения с ним". Двенадцать лет спустя лондонский суд постановил, что мужа можно оправдать, даже если он похитил бежавшую жену (чья нравственность по умолчанию считалась безупречной) и держал ее под замком, поскольку "счастье и честь обеих сторон в том, чтобы поместить жену под охрану мужа и поручить ему... защищать ее от опасностей неограниченного общения с миром, обеспечив совместное проживание и местонахождение".

К несчастью, в тот мир, от которого следовало защищать женщину, включался и мир медицины. Она могла проконсультироваться с врачом (в присутствии компаньонки) и даже показать на манекене, где она чувствует боли, но гинекологическое обследование производилось только в самом крайнем случае. Дальнейшие уступки женской скромности, вероятно, довели бы современного врача до потери диплома: стандартная процедура производилась под простыней в затемненной комнате. И все же многие врачи поощряли подобную застенчивость. В "Книге набожной леди", вышедшей в 1852 г., цитировались слова одного профессора из Филадельфии, который утверждал, что гордится тем, что в Америке "женщина предпочитает подвергнуться крайней опасности и вытерпеть ужасную боль, лишь бы не отказаться от тех крупиц деликатности, которые не позволяют до конца выяснить причину их заболеваний". Он считал это свидетельством "высокой нравственности". Подобное отношение к проблеме не только мешало врачам исполнять свою работу как следует, но не позволяло и женщинам узнать что-либо о своей анатомии и физиологии. Менструации, к примеру, упоминались редко и считались как врачами, так и женщинами, признаком нетрудоспособности; в 1878 г. "Британский медицинский журнал" приводит шестимесячную корреспонденцию по вопросу о том, может ли менструирующая женщина своим прикосновением испортить ветчину. Викторианцы были также убеждены, что "полная сила сексуального желания редко бывает известна добропорядочной женщине", и врачи (в отличие от авторов порнографических произведений, знакомых, как можно предположить, только с "недобропорядочными" женщинами), как представляется, были весьма плохо информированы относительно женского оргазма и функций клитора.

Рыцарство, благородство, деликатность и невежество, смешавшись между собой, буквально пригвоздили женщину к дому и семье, и даже открытие роли женщины в процессе размножения не сразу повлияло на эту ситуацию. Несмотря на признание равенства, оно было лишь биологическим, прилагавшимся только к матери, а не к женщине вообще. И акцент на материнстве, со всем контекстом домашней жизни, усилился еще больше вследствие широкой популярности в XIX в. академических споров по вопросу "закона матери".

"Закон матери" не был абсолютно новой идеей, но в 1861 г. он был выдвинут для обсуждения швейцарским юристом и историком Иоганном Якобом Бахофеном и изложен таким философско-научным языком, против которого викторианцы просто не смогли устоять. Бахофен отрицал "естественное" превосходство мужчины над женщиной, и заявлял, приводя огромное множество исторических и антропологических подробностей, что, когда человечество было еще близко к природе и материнство являлось единственным признанным видом родительских отношений, миром правила женщина, но, когда победил дух, мужчина взял над женщиной верх. Идеи Бахофена встретили мощную поддержку; особо следует упомянуть американского этнолога Льюиса Н. Моргана, который сочетал теории Бахофена со своими собственными наблюдениями за жизнью ирокезов и создал новую реконструкцию развития сексуальной и семейной жизни в доисторический период. На ранних стадиях, по его мнению, преобладал промискуитет; затем, во времена общин, основанных на охоте и собирательстве, возникли коллективные браки. Поскольку ни в той ни в другой ситуации отца ребенка установить было невозможно, определяющим являлось отношение материнства, поэтому влияние матери было самым главным. Только после развития земледелия, которое позволило маленькой семье стать самодостаточной и владеть частной собственностью, моногамия стала законом и женщина подчинилась мужчине.

Прогрессивные круги приветствовали эти теории с большим энтузиазмом. Прямая связь между частной собственностью и подчиненной ролью женщины была особенно привлекательной, и "закон матери" вошел в катехизис социалистов и первых феминисток, став общим местом в любой дискуссии о роли женщины в обществе. Но это ничего не принесло женщине, несмотря на то что "мать" поднялась почти до положения богини.

Несмотря на все это идея о том, что место женщины - в доме, не была изобретением викторианцев. Просто случилось так, что они первыми почувствовали необходимость выразить ее в словах, поскольку женщина XIX в. стояла на грани (правда, только на грани) настоящей самостоятельности, которой невозможно было бы достичь без экономической самодостаточности, реальной или потенциальной.

Борьба за финансовую независимость была выиграна не раньше XX века. Во-первых, высшие классы эта проблема не волновала, поскольку брачные и разводные договоры и годовое содержание там тщательно оговаривались и даже совсем сбившейся с пути истинного жене едва ли пришлось бы голодать. Но доктрина "места женщины" серьезно мешала даже незамужним женщинам средних классов, которые могли бы найти работу вне дома, если бы упомянутая доктрина не убеждала работодателей в том, что предоставлять работу благовоспитанной, образованной женщине убыточно. В 1861 г. из 2.700.000 женщин и девушек старше 15 лет, которые "работали на прибыльной работе" в Англии и Уэльсе (26 процентов от общей численности женщин), конторских служащих было ровно 279.

Трудящиеся бедняки вплоть до XX в. не заботились о "месте женщины" просто потому, что не могли позволить себе это. В их случае препятствием являлся индустриальный капитализм. Индустриальная революция разрушила давние прочные устои крестьянской семьи - систему, в которой женщина куда яснее осознавала свою собственную ценность, чем на любом другом социальном уровне: ведь она играла существенную роль в трудовой жизни своей семьи. Женщины низших классов редко обладали самостоятельностью, зато они в достаточно большой степени были свободны. Но развитие промышленности изменило эту ситуацию. Трудящаяся женщина, подобно своему мужу и детям, превратилась в наемную рабочую силу, причем низкооплачиваемую: она получала иногда меньше, а иногда - чуть больше половины того заработка, какой выручал мужчина за ту же самую работу. В середине XIX в. средний американец, работавший в текстильной промышленности, получал в неделю 1,67 доллара, а женщина - 1,05 доллара. В Англии мужчина-прядильщик зарабатывал в неделю от 14 до 22 шиллингов (иногда и больше), а женщина, работавшая на ткацком станке, - всего 5-10 шиллингов. Во Франции работник типографии мог получать два франка в день, а женщина - только один.

Система дешевого наемного труда не позволяла женщине прожить на собственный заработок, в то же время давая ей несправедливое преимущество над мужчиной в поисках работы. Несомненно, в этом была грубая историческая правда, но принцип оплаты, основанный на личности работника, а не на его труде, сыграл злую шутку с теорией "солидарности рабочего класса". Соперничество мужчины с женщиной в этом смысле только сейчас начало постепенно сходить на нет. Однако подлинное равенство не будет достигнуто до тех пор, пока мужчина не прекратит проводить границу между своей женой ("которая приносит в дом хорошие деньги") и женщиной, с которой ему приходится бороться за рабочее место.

ПАДШИЕ ЖЕНЩИНЫ

Вовсе не удивительно, что кроткая и покорная викторианская жена считалась асексуальной. Ее тираническое воспитание, утонченность и "духовность", которые ей навязывали, ее невежество в вопросах физиологии неизбежно приводили к такому эффекту. Даже если женщина не сопротивлялась половым сношениям физически, она нуждалась в очень деликатном обращении, чтобы испытать от них удовольствие. С такой задачей могли справиться далеко не все викторианские мужья. У них были свои проблемы, свои личные склонности, а заниматься любовью с "домашним ангелом", зная, что она тщательно скрывает свое отвращение к этому, едва ли могло быть для них настоящей радостью.

Однако тут на помощь пришел блаженный Августин (в нечестивом союзе со светилами медицинской науки). Отцы церкви считали, что секс, даже в браке, был позволителен только с целью зачатия ребенка, и, хотя это мнение сформировало представления католиков о сексе (и следовательно, о множестве других аспектов повседневной жизни), его влияние было ограничено - во многом благодаря средствам массовой информации и природным инстинктам. Любопытным результатом стало то, что протестанты XIX века, старательно работавшие над улучшением теологической литературы, начали уделять Августину куда больше внимания, чем их предшественники-католики. Мало кто заходил так далеко, как американка Элис Стокхэм, заявившая в 1894 г., что любой муж, который требует полового сношения с женой без намерения зачать ребенка, превращает ее в проститутку. Однако, по общему мнению, мужу не следовало навязывать жене свои животные желания, кроме тех случаев, когда это абсолютно необходимо: лучше всего - раз в месяц, если ситуация совсем отчаянная - то раз в неделю, а в периоды менструаций и беременности - вообще никогда.

Не следует, однако, думать, что викторианскими женщинами пренебрегали. В 1871 г. в английской семье среднего класса было в среднем шестеро детей, а в 177 семьях из тысячи было по десять детей и больше. Однако запрет на сношения в периоды беременности и менструаций принуждал мужа и жену к воздержанию примерно в течение шести из первых двенадцати лет супружеской жизни, что, как представляется, не доставляло неприятностей женщинам, но ставило их мужей в очень тяжелое положение.

К счастью или к несчастью, склонность к осуждению была более характерна для женщин, чем для мужчин. Независимо от степени давления в семье, социальные условия не препятствовали мужьям вести активную сексуальную жизнь. Многие мужчины даже чувствовали, что действуют на благо своих жен, удовлетворяя свои половые инстинкты на стороне. Что касается проституток, то для их деятельности существовало даже религиозное оправдание. Блаженный Августин, размышляя на тему секса в саду Эдема, пришел к выводу, что до тех пор, пока не произошел непристойный эпизод с Евой, змеем и яблоком, половое сношение должно было быть холодным, расчетливым и свободным от "неконтролируемого возбуждения"; похоть и страсть возникли только после совершения первородного греха. Доктора XIX столетия довели эту идею до логического завершения. Они объявили, что половые сношения, если они совершаются не слишком часто, спокойно и без всяких бурных эмоций, представляют собой вполне допустимый риск. Иными словами, секс с проституткой, при котором не возникали ни любовь, ни страсть, "обычно считался вызывающим меньшие психические расстройства", чем секс с женой.

Проституция процветала как никогда. К несчастью, статистика недостоверна: было слишком много людей, которым требовалось преодолеть слишком много моральных и политических преград. Полицейская статистика была склонна к преуменьшениям. В Париже 1860-х гг., по оценкам полиции, было 30.000 проституток, что в контексте социальных условий, при которых только за один 1868 год было арестовано более 35.000 нищих и бродяг, выглядит неестественно низкой цифрой. Неофициальные источники оценивали количество проституток числом около 120.000.

Лондонская статистика еще менее определенна. В 1839 г. начальник муниципальной полиции заявлял, что в Лондоне всего 7000 проституток, а Майкл Райэн в докладе Общества борьбы с пороком называл число около 80.000. Оценка Райэна может быть не таким уж сильным преувеличением, как считают некоторые историки. Муниципальный район был лишь частью Большого Лондона, население которого в 1841 г. достигало двух миллионов, а множество проституток жили в предместьях; полиция не в состоянии была провести тщательные расследования и основывалась на наблюдениях патрульных полицейских; а поскольку профессиональная проститутка не имела причин попадаться на глаза полиции, а непрофессиональная вообще старалась не привлекать к себе внимания (кроме внимания клиентов), то оценки полицейских не заслуживают большого доверия. Поскольку из каждой тысячи человек в среднем 350 являются мужчинами в возрасте от 15 до 60 лет и поскольку на двенадцать мужчин в крупном городе XIX в. в среднем приходилась одна проститутка, то вполне возможно, что в Большом Лондоне в 1840-х гг. было около 50.000 проституток.

Сексуальной столицей Европы являлась Вена, где в 1820-х гг. было 20.000 проституток на 400.000 человек населения, т.е. одна проститутка на семь человек. Многие из этих девушек обслуживали исключительно туристов; то же (с небольшими отличиями) можно сказать о Нью-Йорке, городе иммигрантов и приезжих. В 1830-х гг. в Нью-Йорке, как считалось, было 20.000 проституток, и социальный реформатор Роберт Дэйл Оуэн подсчитал, что если каждая проститутка имела в день трех клиентов (при пятидневной рабочей неделе и отпусках на период менструаций), то половина взрослого мужского населения города должна была посещать проституток трижды в неделю. Подобная картина оживленного эротизма представляется чересчур оптимистичной, поскольку высокая подвижность нью-йоркского населения побуждала непрофессиональных проституток-любительниц, нуждавшихся в деньгах, находить как можно больше клиентов за несколько дней или неделю, а остаток года отдыхать. В Сан-Франциско во времена "золотой лихорадки" дела обстояли по-другому: население этого города возросло от тысячи человек в начале 1848 г. до 25.000 человек в 1852 г., среди которых было 3000 проституток, приезжавших сюда работать из Нью-Йорка, Нового Орлеана, Франции, Англии, Испании, Чили и Китая, - и лишь горстка добропорядочных женщин. Для любительниц конкуренция была чересчур жестокая.

В Цинциннати в 1869 г. было 7000 проституток на 200.000 человек населения, а в Филадельфии - 12.000 на 700.000 человек. Филадельфийская статистика, по сути дела, даже страдала из-за близости Атлантик-Сити. Как задумчиво отметил один английский журналист в 1867 г.: "Париж в своих пороках может быть более утонченным, Лондон - более вульгарным; но по степени развращенности, по безудержному разгулу греха, по буйству грубости Атлантик-Сити, как мне говорили, не имеет себе соперников на земле".

ДАМЫ ПОЛУСВЕТА И НОЧНЫЕ БАБОЧКИ

Девушки, которые в XIX в. шли работать проститутками, обычно поступали так потому, что нуждались в деньгах. На одном конце шкалы находились независимые деловые женщины, которые понимали, что если у них нет собственного капитала, то обеспечить себе хорошую жизнь они могут только с помощью проституции; на другом - молодые вдовы или незамужние матери, способные заработать не очень много, но понимавшие, что, если бы они обратились за пособием по бедности, их почти наверняка бы разлучили с их детьми. Преклонение викторианцев перед материнством имело свои жесткие границы.

Между этими двумя крайностями находилось большинство: лондонские портнихи и работницы табачных фабрик Луисвилля, имевшие заработки ниже среднего и вынужденные подрабатывать, чтобы как-то прожить. Но даже при таких обстоятельствах обычно требовалось нечто большее, чтобы толкнуть этих девушек перейти грань приличия, и в ту эпоху таким толчком было сексуальное прегрешение - одного проступка было достаточно, чтобы превратить девушку в "падшую женщину". В 1888 г. член Комиссии США по труду собрал сведения о прежних занятиях у 3866 профессиональных проституток из Бостона, Чикаго, Цинциннати, Луисвилля, Нового Орлеана, Филадельфии и Сан-Франциско: 1236 занялись своей профессией, едва достигнув зрелости, но 1155 сперва работали в гостиницах или выполняли домашнюю работу, 505 были швеями или работали на швейных фабриках, 126 - торговками или кассирами, 94 - работницами текстильных фабрик и т.д.; меньше всего - 11 женщин - работали телеграфистками или телефонистками. Исключая девушек, не имевших прежде другой профессии, 1100 занимались работой, исключавшей соприкосновение с обществом, а 1500 работали в сфере услуг и в тому подобных областях, где соблазнить девушку было очень легко.

Проститутке, которая, смирившись с неизбежным, решала достичь высот в своей профессии, требовалась не только красота. Двумя самыми важными факторами были сила личности и честолюбие. Кроме того, далеко продвинуться в Милуоки или в Манчестере было невозможно. Источник денег и успеха находился в больших городах, таких, как Париж или Вена.

Париж в лихорадочный период Второй империи славился блестящими куртизанками. Так называемый "полусвет", общество, примыкавшее к императорскому двору, было открыто для девушек, не принадлежавших к знатному роду, не получивших воспитания и даже не обладавших умом и красотой, подобно великим гетерам прошлого, но научившихся пользоваться своим обаянием, зачастую дерзким, но всегда чувственно привлекательным. Мадам де Помпадур столетием раньше, вероятно, сочла бы их вульгарными, но сотню лет спустя они превзошли бы звезд Голливуда. Они с легкостью находили себе покровителей среди банкиров, финансистов, офицеров и аристократов всех национальностей, которые слетались в Париж как мотыльки на огонь. Их счета оплачивали русские великие князья, турецкие паши и южноамериканские миллионеры. Для уроженки Москвы Ла Паивы (Терезы Лахман) немецкий владелец рудников построил восхитительный дом, в котором лестница была сделана из оникса, ванная - из мрамора, а водопроводные краны - из драгоценных камней. Кора Перл (урожденная Эмма Крауч) была обязана кузену императора принцу Наполеону, известному под прозвищем Плон-Плон, и юному принцу Оранжскому (помимо всех прочих) не только доходами, но и вдохновением, которое помогло ей плясать обнаженной на ковре из орхидей и купаться в присутствии гостей в серебряной ванной, наполненной шампанским. "Если [ресторан] "Провансальские братья" будет подавать омлет с бриллиантами, - замечал герцог де Граммон-Кадрусс, - тогда Кора будет там каждый вечер".

Никого не волновало то, что она говорит по-французски с акцентом, что ее лексикон напоминает речь уличных мальчишек и что она интересуется только собой и не скрывает этого.

Нигде больше не было такого "полусвета", как в Париже. В Лондоне встречались не менее энергичные дамы, но ни одна из них не была принята в высшем обществе; только более благоразумных куртизанок, которым удавалось поддерживать внешнюю респектабельность, могли принять в аристократических кругах, не уронив при этом ничье достоинство. Классическим примером остается Лили Лэнгтри. В Вашингтоне тоже были "женщины-лоббисты", которые находились в городе во время сессий Конгресса, а сразу после того, как законодатели оканчивали свою работу и разъезжались по домам, тоже испарялись.

Новый Орлеан был уникальным городом. В 1850 г. 116.000 человек (при общем населении Луизианы в 134.000 человек) жили в городе, где сексуальный спрос и предложение координировались по лучшим образцам моды. Здешние девушки - испанки, француженки, американки и мулатки - почти с детства обучались тому, чтобы стать не женами, не матерями, не проститутками, но любовницами. Мужчина в поисках общения мог посетить один из официальных квартеронских балов и выбрать себе девушку по своему вкусу, а затем вступить в переговоры с ее матерью. Если он был состоятельным человеком, он мог поселить юную даму в милом маленьком домике и поддерживать с ней связь до тех пор, пока не женится (на ком-нибудь другом); менее обеспеченные могли посещать девушку у нее на дому. Такая деловая система потерпела крушение в 1897 г., когда в ответ на возмущение более добропорядочной части населения был издан указ об ограничении проституции отдельным районом, который в честь Сиднея Стори, члена городского управления, придумавшего такое ограничение, был назван Сторивиллем.

Надеяться на жизнь в собственном доме могла только девушка, обладавшая настоящими достоинствами. Для проституток следующего разряда верхом достижения были первоклассные публичные дома. В начале XIX в. самым роскошным борделем считался "Фонтан" в Амстердаме, в котором, кроме отдельных комнат, был ресторан, танцевальный зал, кафе и бильярдная, где девушки играли обнаженными, с успехом отвлекая своих противников. Но, несмотря на распространенные легенды, лишь малая толика всех проституток мира работала в борделях: в Берлине вообще не было публичных домов, поскольку число борделей, существовавших там до 1780 г., в результате кампании за чистоту нравов сократилась со 100 до 26, и те впоследствии (в 1844 г.) были закрыты. Повсюду в Европе (особенно во Франции и Бельгии) полицейские ограничения почти не давали девушке возможности уйти из публичного дома, если она уже была там зарегистрирована, так что бордель превращался в тюрьму, отнимая у девушки свободу, которая была одной из привлекательных сторон профессиональной проституции.

В Лондоне в середине XIX в. было сравнительно немного публичных домов; жители Нью-Йорка обслуживались лучше. В 1866 г. старший офицер полиции Нью-Йорка утверждал, что в городе 621 бордель, а епископ методистской церкви Симпсон имел неосторожность заметить, что в Нью-Йорке блудниц столько же, сколько методистов. Самым выдающимся, пожалуй, был публичный дом Джозефины Вуд на Клинтон-Плейс. Девушки в этом борделе носили вечерние платья, единственным подававшимся там напитком было шампанское, дом был украшен хрустальными подсвечниками и коврами с длинным ворсом, а швейцар проверял у каждого входящего документы и пропускал только аристократов. Это заведение было совсем не похоже на "скотные дворы" Сан-Франциско, где последним достижением конца XIX в. стал великолепный новый барак на 450 комнат, заселенный исключительно нимфоманками; владельцы борделя придерживались принципа: счастливая работница - самая лучшая работница. Они хотели назвать свое заведение "Отель нимфомании", но городские власти не дали на это разрешения. Тогда бордель получил название "Нимфия", но ненадолго, поскольку в 1903 г. он пал жертвой кампании за чистоту неутомимого отца Кэрэера.

По существу, "Нимфия" была борделем с меблированными комнатами и получала доходы не столько от девушек, сколько от сдачи помещений внаем. Такая система существовала во многих городах. Девушкам она была по вкусу, поскольку предоставляла больше свободы, чем стандартный публичный дом, и освобождала от главной проблемы самостоятельной проститутки - от поисков домовладельца, который предоставил бы ей жилье. Однако еще удобнее было иметь дом отдельно от рабочего места и приводить клиентов в так называемый "дом свиданий", в котором сдавались комнаты на час. Некоторые из подобных домов использовали не только проститутки, но и замужние женщины для свиданий с любовниками. В Лондоне комнаты для свиданий были сосредоточены в фешенебельном Вест-Энде, над элегантными магазинчиками дамских шляпок или на задних дворах заведений вроде салона мадам Рашель под названием "Вечная красота", в Нью-Йорке лучшие "дома свиданий" находились на Пятой авеню, где самым оживленным временем дня были послеполуденные часы.

Естественно, проституткам сначала нужно было найти себе клиентов, и в большинстве городов существовали широко известные "места встреч". Больше всего ярко разодетых в атлас и перья девушек можно было найти в салонах и коридорах театров или в определенном типе казино (представлявших собой скорее танцевальные залы, чем игорные дома). В "Портлендские комнаты" в Лондоне могли попасть только избранные: мужчин не впускали туда без фраков и белых жилетов. Если было уже поздно и театры и казино были закрыты, можно было пойти в так называемый "ночной клуб", куда не допускали пьяниц и простых уличных проституток. Хотя ночные клубы получали доходы от продажи спиртных напитков (клуб Кейт Гамильтон на Лейсестер-сквер славился своим шампанским и мозельвейном, продававшимися по грабительским ценам), состоятельных клиентов привлекали в эти заведения прежде всего девушки-завсегдатаи, и еще с XVIII в. владельцы ночных клубов нашли выгодным рекламировать прелести своих посетительниц. С 1760 по 1793 г., например, владелец лондонского ночного клуба по имени Хэррис издавал ежегодный список, в котором приводились описания лиц, фигур, манер и особых талантов девушек с Ковент-Гарден, посещавших его заведение на Драри-Лейн; как говорят, ежегодно печаталось и расходилось 8000 копий этого списка. Более информативными были такие издания, как "Журнал для гуляк", где в 1790-х гг. печатался "Ежемесячный список распутниц с Ковент-Гарден, или Справочник наслаждений для мужчин"; или недолговечное эротическое издание "Денди", снабжавшее повесу 1840-х гг. информацией примерно такого же рода под заголовками "Заметки о куртизанках" или "Неприкрытый соблазн". Иногда могли принести пользу даже самые безупречные в отношении нравственности источники. В начале 1830-х гг. любой сообразительный житель Нью-Йорка мог найти все, что ему требовалось, в "Журнале Макдауэлла", в котором печатались исследования почтенного Джона Р. Макдауэлла о пороках в городе и стране, полные таких подробностей, что в определенных кругах они стали известны под названием "Путеводитель по публичным домам". Но чемпионом был, безусловно, Новый Орлеан с его знаменитой "Зеленой книгой, или Путеводителем для мужчины по Новому Орлеану" (а позднее, после возникновения Сторивилля, "Голубой книгой", начавшей издаваться с 1902 г.), которую можно было приобрести в отелях, на железнодорожных станциях и в табачных лавках и которая была буквально набита адресами борделей, сводниц и проституток. Говорили, что Диана и Норма были известны "на обоих континентах", но даже если на самом деле их познания в географии были ограниченны, то о познаниях в сексе этого сказать нельзя. По их собственному утверждению, любой, кого они не могли удовлетворить, "несомненно, был гомосексуалистом по природе".

Но опубликовать список любительниц вроде парижских мидинеток было невозможно: это были хорошенькие швеи, шляпницы или нянечки, которые с готовностью соглашались на предложения представительных мужчин и состоятельных пожилых людей и охотно ложились с ними в постель в обмен на цветы, шоколадки, безделушки и оплату увеселений. Неучтенными оставались также многочисленные уличные проститутки и опустившиеся профессионалки всех возрастов, которые брали клиентов на улице на свой страх и риск и получали плату (если повезет) после того, как клиент поспешно удовлетворял свое желание где-нибудь в темной подворотне или переулке.

При этом удача не всегда оказывалась на стороне проституток.

ЦЕНА ГРЕХА

Снисходительное отношение викторианцев к проституции вызвало стремительный рост венерических заболеваний. Основными переносчиками болезней были, естественно, проститутки, хотя не всегда из-за их собственной безответственности или невнимания. К примеру, заразить гонореей они могли очень легко, поскольку женщина обычно не замечает первых симптомов этой болезни и передает ее, сама того не осознавая. Мужчина же через два-три дня после заражения начинает чувствовать боль и нарушения в работе органов выделения, и если не станет лечиться, то болезнь может привести к блокировке мочеиспускательного канала. Что касается сифилиса, то мужчины могут нести ответственность за распространение его не в меньшей степени, чем проститутки, которые (будучи профессионалками) знали об этой болезни столько же, сколько и врачи.

Первая и вторая стадии сифилиса характеризуются симптомами, которые возникают внезапно и пропадают так же неожиданно. От недели до трех месяцев после заражения происходит набухание лимфатических узлов, обычно в районе паха, и развивается маленькая опухоль, которая может со временем превратиться в язву. Через несколько недель или месяцев после выявления этих симптомов может развиться кожная сыпь и снова легкое набухание лимфатических узлов, которые тоже проходят даже без лечения. И только на третьей стадии, которая может наступить через несколько лет, начинаются явные нарушения функций организма - потеря координации движений (что вызывает характерную для продвинутой стадии сифилиса дергающуюся походку), а иногда - галлюцинации или сумасшествие. Беспечный или невежественный человек викторианской эпохи мог просто не обратить внимания на первые симптомы, сочтя их легким недомоганием, и продолжать вести обычную сексуальную жизнь, заражая не только проституток, но и свою собственную несчастную жену - и своих будущих детей.

Медицинская наука была бессильна перед лицом новой эпидемии. Врачи даже не знали, что гонорея и сифилис - это два разных заболевания: они считали первую из этих болезней просто ранней стадией второй и лечили то и другое ртутью, что было болезненно, длительно и зачастую неэффективно. Кроме того, они не могли точно сказать, завершено лечение или нет. Многим пациентам, больным гонореей, говорили, что они уже здоровы, хотя на самом деле они еще могли заразить других.

Численность пострадавших продолжала расти. В 1830-х и 1840-х гг. в Вене от шести до семи тысяч женщин (по большей части проституток) ежегодно поступали в три общественные больницы с сифилисом или гонореей, а в Лондоне в 1856 г. в трех главных больницах лечились от этих болезней З0.000 человек (мужчин и женщин). В Париже 1860-х годов 60 процентов проституток, отбывавших заключение в женской тюрьме Сен-Лазар, были заражены венерическими заболеваниями. Утверждалось, что в Копенгагене в последней четверти XIX в. каждый третий житель хотя бы раз в жизни болел серьезным венерическим заболеванием, а в Америке в 1914 г. один пессимистически настроенный исследователь заявлял, что более половины мужского населения страны болели гонореей.

В большинстве стран эту проблему старались решать путем контроля за проституцией. И если бы властям удалось обязать всех проституток проходить регулярные медицинские обследования, то количество венерических болезней уменьшилось бы весьма значительно. Но было слишком много непрофессиональных проституток, поэтому задача подобного контроля оказалась неосуществимой даже в странах континентальной Европы, где регистрация проституток была обязательной и властям было по крайней мере с чего начинать. В Британии и Америке не было даже этого. Когда британское правительство (ответственное за порядок в империи, который зависел от вооруженных сил, начавших ослабляться вследствие эпидемии венерических болезней) издало Законы об инфекционных заболеваниях 1864, 1866 и 1869 гг., это даже привело к неприятностям.

Эти законы были в основном предназначены для того, чтобы изолировать переносчиков заболеваний и ужесточить регулярные обследования женщин, работавших в местах главного размещения военно-морских сил или в пределах 15 миль от любого города с крупным гарнизоном, исключая Лондон. Для этого полиции понадобилось начать регистрацию проституток - и решить, кто должен войти в списки. С известными профессиональными проститутками и девушками из публичных домов проблем не было, поскольку к регулярным медицинским обследованиям их побуждала забота о собственном здоровье и процветании; но невежественные любительницы и уже зараженные венерическими болезнями уличные проститутки, которые не могли ни заплатить за лечение, ни потерять свои доходы, доставили массу хлопот. Отчаявшись в своих попытках ловить их "на месте преступления", полицейские не нашли другого выхода, кроме как воспользоваться слухами и конфиденциальной информацией. И в многочисленных судебных ошибках равное место занимали злой умысел и настоящие ошибки.

В связи с новыми законами начались возмущения: сложилось странное противостояние между владельцами публичных домов и сводниками, с одной стороны, и добропорядочными дамами - с другой. Это может показаться невероятным, но именно первые выступали за ограничения и суровые меры, а последние осуждали их как нарушение конституционных прав проституток. Человеку конца XX в. показался бы пикантным тот факт, что Джозефина Батлер, жена священника и секретарь Женской национальной ассоциации, критиковала гинекологические обследования за то, что они угрожают скромности девушек, которая на самом деле и так ежедневно попиралась без всяких медицинских процедур. Но дамы приводили разумные аргументы. Обвиняя сильный пол в распущенности, они заявляли, что мужчины не имеют морального права издавать законы против женщин, которых сами и превратили в то, что хотели видеть; в действительности же за подобными аргументами крылась ненависть и страх перед проституцией. Ведь медицинские обследования, изолирующие больных женщин, только усилили бы проституцию как социальное явление. А дамы хотели это явление уничтожить.

Восторжествовало благочестие. Законы об инфекционных заболеваниях в 1883 г. были отложены, а три года спустя - отменены, и шумиха, поднявшаяся вокруг этой отмены, отчасти спровоцировала принятие поправки к уголовному законодательству 1885 г., объявившей вне закона не саму проституцию (т.е. получение денег за сексуальные услуги), а сводничество и содержание публичных домов. Раньше полиция могла вмешаться только тогда, когда проститутка (или группа проституток) "раздражала" людей. Эта система работала превосходно, хотя иногда полиция сама удивлялась разнообразию явлений, которые могут раздражать набожного викторианца. Но теперь организованная проституция стала преступлением, и в результате ею стали заниматься преступники.

В Америке тоже восторжествовало благочестие: попытки организовать проституцию на законной основе оказались неудачными, кроме периодических кратких успехов в Новом Орлеане с 1870 по 1874 г. и в Сан-Франциско в 1911-1913 гг. В результате военное министерство США, не менее озабоченное здоровьем своих солдат, чем Британская военная служба, было вынуждено решать эту проблему своими силами. В частности, морякам, сходящим на берег, раздавались презервативы; этот вполне реалистический подход к делу вызвал ожесточенные нападки, поскольку он показался общественности не столько средством борьбы с венерическими заболеваниями, сколько открытым поощрением контрацепции, что было в то время больным вопросом. Во время первой мировой войны моряков тоже снабжали презервативами (и даже рекомендовали использовать их в тех ситуациях, которые в воспитанном обществе назывались "братанием"); но в самой Америке власти попытались положить конец разврату и пороку. Указ, по которому были закрыты все публичные дома в районе пяти миль вокруг любой военно-морской базы, оборвал живую легенду Сторивилля в 1917 г. Но хотя историки до сих пор ужасаются по поводу 280.000 случаев венерических заболеваний, зарегистрированных в армии и на флоте США с сентября 1917 г. по февраль 1919 г., эта цифра свидетельствует о значительном улучшении ситуации по сравнению с тем, что было несколькими годами раньше. В американских вооруженных силах насчитывалось около пяти миллионов молодых мужчин в самом расцвете сексуальной активности. И если в 1914 г. было установлено, что каждый второй мужчина хотя бы раз в жизни болел гонореей (вероятно, это все же преувеличение), то теперь от какого-либо венерического заболевания в вооруженных силах Америки страдал только 1 человек из 17.

Германия тоже добилась успехов. В начале войны известные ученые сообщили верховному командованию о необходимости обязательного сексуального воздержания и закрытия публичных домов, но было решено, что такая политика поставит нравственность населения под угрозу. Военные публичные дома вскоре распространились вдоль всей линии фронта; нередко они были передвижными и наступали и отступали вслед за войсками. Существовали отдельные бордели для солдат и сержантов и отдельные - для офицеров. На входе в бордель стоял сержант из медицинского корпуса, проверявший документы о состоянии здоровья. Он записывал имя и номер части каждого посетителя, чтобы тот потом прошел медосмотр, выдавал лекарства и мази до и после каждого визита и брал деньги. С 4 до 9 часов пополудни каждую девушку в среднем посещали десять клиентов. В самые напряженные периоды каждому посетителю отводилось всего по десять минут, после чего дежурный сержант кричал: "Следующий!".

В то время немецкие врачи знали о венерических заболеваниях не больше, чем было известно в других странах. В Берлине в 1900 г., по официальным данным, 16.000 человек находились на лечении от сифилиса или гонореи, но неофициальные оценки были, как обычно, значительно выше. Один исследователь того времени утверждал, что 37 процентов всего мужского населения Гамбурга и Берлина в возрасте от 15 до 50 лет болели сифилисом и что в среднем каждый мужчина болел гонореей более одного раза. Независимо от достоверности этих данных их было вполне достаточно, чтобы напугать народ, так гордившийся своим тевтонским здоровьем, поэтому именно в Германии были достигнуты первые значительные успехи в исследовании и лечении сифилиса.

В 1905 г. в Восточной Пруссии зоологом Фрицем Шаудинном были впервые обнаружены возбудители сифилиса - бледные спирохеты, а в 1906 г. берлинский бактериолог Август фон Вассерман создал систему тестов крови, которая помогла диагностировать сифилис гораздо более определенно, чем раньше (правда, поскольку спирохеты обнаруживались не у всех больных и не на всех стадиях заболевания, диагностирование все же не было безошибочным). В 1909 г. во Франкфурте-на-Майне химик Пауль Эрлих обнаружил, что чудесный целительный эффект дает производная мышьяка (которую он назвал сальварсаном), и, хотя вначале произошел ряд неприятных случайностей из-за сложной методики дозирования, улучшенная версия этого лекарства помогла решить большую часть проблем. В наши дни сифилис лечат не мышьяком, а антибиотиками и сульфаниламидами, но до сих пор он поддается лечению только на первых двух стадиях, а на третьей стадии ткани организма претерпевают необратимые изменения.

Лекарство от гонореи искали дольше. В 1879 г. молодой лаборант из Бреслау обнаружил микроб, вызывающий это заболевание, вследствие чего стало возможно сказать наверняка, излечился ли пациент или просто находится в стадии ремиссии; но быстрое излечение гонореи было невозможно до того, как в 1935 г. открыли сульфаниламиды, а в 1941 г. - пенициллин. Однако микробы обладают таким же мощным инстинктом самосохранения, как и человек, поэтому сейчас развились штаммы гонококка, с успехом противостоящие лечению и выдерживающие даже пенициллин. Некоторые антибиотики все же дают результаты, но Всемирная организация здравоохранения пребывает в тревоге. В эпоху случайных половых связей, когда противозачаточные пилюли вытесняют презерватив и когда в США насчитывается до трех миллионов случаев гонореи ежегодно, а во всем мире - до ста миллионов, затруднения с лечением и профилактикой этой болезни могут привести к серьезным последствиям.

УВЛЕЧЕНИЕ ДЕВСТВЕННИЦАМИ

Одним неудивительным, но печальным следствием разгула венерических заболеваний в викторианскую эпоху был рост потребности в девственных проститутках, которые заведомо считались чистыми. (Существовал, к несчастью для женщин, даже миф о том, что половое сношение с девственницей исцеляет болезнь.) В начале XIX в. за девственницу в Лондоне назначалась цена в 100 фунтов стерлингов, хотя к 1880-м годам эта цена упала до 5 фунтов, что свидетельствует не о снижении спроса, а об увеличении предложения. Кроме того, подозрительность подсказывала клиентам, что вовсе не каждая "нетронутая девственница" на самом деле является нетронутой.

Энтузиасты всегда утверждали, что есть особое удовольствие в том, чтобы лишить девственницу целомудрия, - особый подъем чувств, благодаря сочетанию агрессии, обладания и легкого садизма. Некоторые современные историки, вслед за сумасбродным доктором Дюреном, считают стремление к лишению невинности чисто английским пороком, но история утверждает совсем иное. В некоторые периоды лишение невинности было институционализированным, обычно в форме принадлежавшего королям или феодалам "права сеньора" - т.е. права на то, чтобы провести с новобрачной первую ночь перед тем, как передать ее мужу. Такой обычай восходит еще ко временам Древнего Шумера. Один из эпизодов эпоса о Гильгамеше повествует о раздражении в народе, вызванном тем, что царь сохранял обычай, позволявший ему "первым быть с новобрачной, чтобы царь был первым, а муж - только после него". Эта практика поддерживалась в Европе вплоть до XI или XII века. Во Франции к XIII в. ее уже считали обычаем минувших времен, но не исключено, что принц (или землевладелец) при желании мог возродить этот обычай.

Там, где таким правом не обладали мужчины, им зачастую пользовались божества или их наместники. В Риме перед первой брачной ночью новобрачную лишали девственности с помощью фаллической статуэтки, представлявшей одного из низших божеств плодородия, а в Камбодже тысячу лет спустя буддийские жрецы обычно дефлорировали девушку перед свадьбой.

Девственность невесты была предметом заботы почти во всех обществах на протяжении всей истории. Несмотря на то что девственность обычно ассоциировалась с законом и законностью, многое заставляет предположить, что не последнюю роль играл также специфический сексуальный аспект, особенно в Спарте, на Крите и в Древнем Риме, где в брачную церемонию входил ритуал, символизировавший похищение с целью изнасилования (которое, с психологической стороны, представляет собой крайнюю разновидность дефлорации). Мусульмане в Индии на некоторых этапах своей истории практиковали публичную дефлорацию в качестве доказательства добрачной чистоты невесты; кроме того, они, так же как и курды, с аналогичной целью предъявляли соседям и родственникам одежду, окрашенную кровью девственницы. В обоих случаях такая демонстрация помогала замаскировать сильный элемент мужского хвастовства самим совершением акта дефлорации. Мусульмане особенно любили девственниц. Правоверному было обещано, что в исламском раю он получит 10.000 девственниц, причем, даже если они будут лишаться невинности ночью, на следующее утро они снова будут чудесным образом становиться девственными.

Фактически дефлорация жены и дефлорация проститутки, как бы ни выглядели они различными в теории, на практике все же не особенно различались. Китайцы обставляли дефлорацию проститутки с такой же торжественностью, как и брачную церемонию, и счастливчику приходилось платить за услуги и за пиршество и в том и в другом случае одинаково.

У.Т. Стид, английский журналист XIX в. во многом был ответственен за ту одержимость дефлорацией, которая возникла у его соотечественников. В 1885 г. в газете "Пэлл-Мэлл" он опубликовал серию смелых статей, разоблачавших торговлю белыми рабами, под названием "Дань девушками в современном Вавилоне" (Вавилоном в то время звали часть лондонского Вест-Энда, где были сосредоточены увеселительные заведения и процветала проституция). Стид, был своего рода журналистом-детективом, и он неплохо подготовился к написанию своих статей. Кульминацией его деятельности стала покупка девственницы у ее матери и увоз ее в Париж, это предприятие обошлось ему в три месяца тюрьмы, несмотря на то что он при первой же возможности передал девушку Армии Спасения.

Все, что ему удалось доказать, - это возможность провернуть подобные дела, но не их регулярность. Однако его заявление о том, что в Лондоне изнасилование девственниц является хорошо организованным и доходным бизнесом, на редкость успешно смогло взволновать кровь читателей. Больше всего на свете викторианцы обожали ужасные истории, когда они никак не касались их лично.

Большинство девушек, по словам Стила, были слишком молоды, чтобы понять, что с ними случилось, и торговля была поставлена на широкую ногу, поскольку первая же встреча девственницы с клиентом превращала ее из девственницы в обычную проститутку. Некоторые бордели, специализировавшиеся на девственницах, находили их на конечных железнодорожных станциях, куда прибывали поезда из провинции; другие считали, что лондонские парки - более выгодное поле для деятельности. Убедить служанку или торговку расстаться с девственностью в обмен на золотую гинею было несложно, хотя иногда девушки начинали сожалеть о своем решении, когда осознавали, что натворили. Поэтому бордели, содержавшие девственниц, обычно находились в некотором удалении от других зданий и были оснащены хорошей звукоизоляцией.

В некоторых борделях были врачи, которые удостоверяли девственность по требованию клиента.

У большинства девственниц имеется девственная плева - кожная мембрана, частично закрывающая вход во влагалище. При первом половом акте эта мембрана обычно рвется или растягивается и, в зависимости от диаметра и толщины (различных у разных женщин), начинает кровоточить, иногда обильно, иногда слегка. На самом деле кровотечение - это весьма ненадежное свидетельство девственности, но тесный вход во влагалище и отчетливые следы крови всегда означали для мужчины, что девушка невинна, и в интересах женщины всегда было уметь симулировать потерю девственности. Эти знания очень древние, хотя в средневековой Европе они на некоторое время были утрачены, чтобы возродиться благодаря трудам Авиценны и Альберта Великого, чьи списки "признаков девственности и/или ее нарушения" превратились (без всякого злого умысла со стороны авторов) в бесценное руководство для цирюльников, владельцев бань и отошедших от дел проституток, которые зарабатывали себе на жизнь, восстанавливая девственность тем, кому это требовалось.

Чтобы создать убедительное кровотечение, достаточно было вставить во влагалище клочок губки, смоченный кровью, которая выдавливалась в процессе полового акта; маленький рыбий пузырь, наполненный кровью, давал более эффектный результат, но с ним было труднее обращаться. Оба этих метода были несравненно лучше двух других предлагавшихся идей - кровососущих пиявок и кусочков разбитого стекла. Стягивание вагинального отверстия было более сложной задачей. Иногда отверстие сшивали, но чаще использовали сильное вяжущее средство; в основном рекомендовались пары уксуса, мирровая вода и настои из желудей или терновых ягод. В некоторых борделях профессиональных девственниц подправляли по нескольку раз в неделю, и не только в Лондоне, но и в Париже, Берлине, Нью-Йорке, Сан-Франциско и Новом Орлеане, где на рубеже веков в некоторых публичных домах на церемонию дефлорации приглашались зрители.

Существовали клиенты, которым молодой девственницы было недостаточно: они хотели, чтобы она была совсем девочкой. Во Франции законы против совращения несовершеннолетних были достаточно строги, чтобы противостоять детской проституции, но в Лондоне детские публичные дома существовали еще в XVIII в., хотя девочки, содержавшиеся в них, обычно были 14-15-летнего возраста, что по тем временам было очень близко к зрелости. Более серьезной проблемой в первой половине XIX в. являлись двенадцатилетние проститутки с окраин больших городов, которых родители (если они вообще у них имелись) посылали зарабатывать на жизнь. Большинство таких детей воспринимали жизненные реалии так же естественно, как умение ходить и говорить, и многие из них легко переходили от роли наблюдателя к роли участника. Некоторые приобрели обширные знания от своих отцов и братьев, поскольку и по сей день имеются семьи, спящие по шесть человек в одной постели. Инцест, это древнее табу, превратился в элемент социальной морали, которая не имела смысла, когда речь шла о выживании, и потребности, связанные с ним, позволяли отмести любые сомнения.

С течением времени мужчинам требовались все более экзотические формы сексуального возбуждения, и спрос на малолетних проституток возрастал. Джозефина Батлер, вероятно, не заблуждалась, когда заявила в 1869 г., что из 9000 проституток одного крупного английского портового города, "как показали последние изыскания, 1500 были младше 15 лет, а треть от этого числа - младше 13 лет. Дети, начинавшие обучаться профессии, выбегая из подворотни и дергая мужчину за рукав, были идеальными новобранцами для специальных борделей, процветавших в последние десятилетия XIX в. и в Лондоне, и в Нью-Йорке. Некоторым девочкам впоследствии восстанавливали девственность, чтобы получить новые прибыли; других оставляли дефлорированными, потому что попадались клиенты, находившие особое удовольствие в занятиях сексом с девочкой, которая была молодой по возрасту, но "старой во грехе". Нельзя сказать, была ли судьба этих детей более тяжелой, чем судьба их современников и ровесников, работавших по 18 часов в день в шахтах и на заводах начиная с пятилетнего возраста. Но трагический парадокс заключается в том, что детская проституция развернулась в полную силу как раз тогда, когда законодатели начали делать попытки контролировать эксплуатацию детского труда в более традиционных сферах деятельности.

ВОЗРОЖДЕНИЕ АФИНСКИХ ТРАДИЦИЙ

Естественно, в позднюю викторианскую эпоху и в эпоху Эдуарда внимание клиентов привлекали не только девушки и девочки, но и мальчики. В Англии существовало даже братство второстепенных поэтов, известных под названием "уранианцы", которым нравилась педерастия в лучших греческих традициях. Эти образованные люди брали мальчиков из рабочих семей под свое покровительство, чтобы любить их, помогать им и руководить ими.

Но такие высокодуховные отношения встречались редко. Более частым было то, с чем столкнулся в Нью-Йорке почтенный Чарльз Пэркхерст в 1892 г. после совершения им тактической ошибки: он заклеймил администрацию города как "кучку лгунов и клятвопреступников, пропитанных ромом и похотью", не потрудившись сперва выстроить систему аргументов. Верховный судья поспешно предложил ему отправиться осмотреть городские гнезда порока. Детектив, которого Пэркхерст взял с собой в качестве проводника, провел его по Тендерлойну и Хэймаркету, показал ему салуны, бордели и китайские притоны курильщиков опиума, а затем, в качестве кульминационного пункта программы, привел его в "Клуб золотых наслаждений" на Третьей западной улице, где в отдельных комнатушках размещалось множество юношей с раскрашенными лицами, высокими голосами, девичьими манерами и женскими именами. Детектив объяснил ему, чем занимаются эти мальчики, и почтенный мистер Пэркхерст предусмотрительно ретировался.

Независимо от возраста, спрос на гомосексуалистов на фоне общего взрывообразного роста проституции был характерной чертой конца XIX в., особенно в Британии и США. Во Франции он возник гораздо раньше. Хотя французы продолжали сжигать гомосексуалистов и после того, как перестали сжигать ведьм (вплоть до 1725 г.), законы, введенные Наполеоном, к 1860-м годам сделали гомосексуализм и лесбийскую любовь если не совсем обычным, то хотя бы вполне терпимым явлением. В Париже были сотни мужчин, занимавшихся проституцией, в том числе знаменитый гомосексуалист Андре, который, если верить Эдмону де Гонкуру, зарабатывал по 1800 франков за один сезон балов в Опере. (Искусный ремесленник в то время выручал от двух до четырех франков в день, а Кора Перл - 5000 за ночь.) Некоторых мужчин-проституток можно было узнать с первого взгляда: они одевались в женское платье и носили накладные бюсты, сделанные из овечьих легких, сперва они их варили, а затем придавали им нужную форму. "Один из них жаловался мне на другой день, - говорил парижский врач Франсуа-Огюст Вейн, - что кошка съела одну из его грудей, которые он оставил на чердаке, чтобы остудить". Других узнать было труднее, и последствия получались самые неожиданные. Братья Гонкуры писали, что начальник отдела военного министерства приводил такое множество гвардейцев в частный кружок богатых людей, что у правительства возникли подозрения в военном заговоре.

В Германии 40 лет спустя возникло подозрение в еще более опасном заговоре. На рубеже веков ходили слухи, что страна управляется кликой гомосексуалистов, которые отстранили от императора более ответственных (т.е. гетеросексуальных) советников; эти слухи усилились, когда граф Гюнтер фон дер Шуленбург разослал аристократам-гомосексуалистам циркуляры с предложением присоединиться к Обществу дружбы и Лиге защиты, которые он намеревался создать.

В 1906 г. Максимилиан Харден, издатель берлинской газеты "Die Zukunft", решил открыть глаза на этот опасный союз всей публике, включая самого императора. Эти люди, по его словам, составили "товарищество, более сильное, чем монашеские ордена или вольные каменщики, более сплоченное и превратившееся в религию, государство, класс, который объединяет самых разных, самых разнородных людей в братскую лигу, созданную, чтобы атаковать и защищать. Людей этого сорта можно встретить повсюду: при дворе, среди высших армейских и военно-морских чинов, в редакторских конторах крупных газет, среди торговцев и учителей... Все объединяются против общего врага".

Это была старая идея интернационального заговора (обычно ее применяли к евреям, но в отдельные периоды и к таким обществам, как масоны и розенкрейцеры) в новом обличье, которое было еще более устрашающим по той причине, что еврея распознать легко, а гомосексуалиста - не очень. Харден сокрушил заговорщиков - и в то же время объяснил публике, что такое гомосексуализм. Несмотря на все усилия Магнуса Хиршфельда, знаменитого берлинского сексолога, рассматривавшего гомосексуалистов как "третий пол" и считавшего, что они должны находиться под защитой закона, а не преследоваться, гомосексуалистов в обществе ненавидели. Люди учились узнавать их на улицах и всячески унижали; их презрительно называли "стосемидесятипятниками" - по 175-му параграфу немецкого уголовного кодекса, направленного против мужчин-гомосексуалистов.

Положение гомосексуалистов в Англии было более неоднозначным, поскольку англичане возвели в степень высокого искусства умение не обращать внимания на гомосексуальность в тех людях, которых они любили и уважали, но в то же время осуждали гомосексуальность среди чужаков (иностранцев и британского пролетариата) и отщепенцев (таких, как Оскар Уайльд). И, хотя в вопросах секса англичанин викторианской эпохи страдал скорее от самообмана, чем от лицемерия, в случае гомосексуализма он подошел к самой границе между этими двумя недостатками.

Одной из причин этого, несомненно, было то, что вплоть до 1861 г. за гомосексуализм полагалась смертная казнь (по крайней мере, по закону). Как и во всех законодательных системах, где "закон" является порождением эволюции и прецедента, в английской системе была масса недочетов и белых пятен. "Публичная" содомия предполагала присутствие третьего лица, но содомия сама по себе точно определена не была. В XVIII в. некоторых неудачников арестовывали за то, что те позволили себе зайти несколько дальше трансвестизма. В 1828 г. появился новый закон, касавшийся преступлений против личности, в котором утверждался принцип, что "каждое лицо, виновное в омерзительном преступлении содомии, совершенном с мужчиной или с любым животным, подлежит смерти как преступник", - а далее отмечалось, что если раньше преступники, обвиненные в содомии или насилии, часто могли спастись по причине "сложностей в доказательстве вины в совершении этих нескольких преступлений", то в будущем вовсе не нужно будет "доказывать, что имело место семяизвержение: плотское познание должно считаться совершенным после доказательства одного лишь проникновения". В 1861 г. смертная казнь была заменена тюремным заключением (от 10 лет до пожизненного).

Но эта уступка гомосексуалистам была лишь случайной. С 1826 по 1861 г. парламент тщательно старался свести на нет численность главных преступлений и сократил ее от 200 до четырех (государственная измена, убийство, пиратство и преступления против Закона защиты судоверфей), и гомосексуалисты заняли в списке преступлений далеко не первое место. Те же, кто обладал достаточным благоразумием, чтобы скрывать свои наклонности, вероятно, почувствовали себя в гораздо большей безопасности, чем когда-либо.

Но затем наступила катастрофа. В 1885 г. была принята поправка к уголовному законодательству. В парламент поступила просьба обеспечить "защиту женщин и девушек, подавление проституции и так далее", и вначале о гомосексуализме речи не было. Вероятно, статья, включенная на более позднем этапе и принятая практически без обсуждения, являлась неверно сформулированным предложением покончить не только с женской, но и с мужской проституцией. Но в результате статья поправки гласила, что "любое лицо мужского пола, которое в общественной или частной ситуации совершает, или участвует в совершении, или обеспечивает, или делает попытки обеспечить совершение любым лицом мужского пола любого нечестивого акта с другим лицом мужского пола", подлежит двум годам тюремного заключения с каторгой или без нее. Это означало, что даже интимная, тайная гомосексуальная связь, и даже такая, которая была прервана до полового акта, подпадала теперь под уголовное законодательство. Это был картбланш для шантажистов, который не утратил актуальности и по сей день, несмотря на то что в 1967 г. гомосексуальные отношения между сознательными взрослыми людьми (кроме служащих в армии, на флоте и в полиции) были легализованы.

Закон 1885 г. произвел эффект, противоположный возлагавшимся на него ожиданиям. Непрофессиональному гомосексуалисту теперь угрожала не только опасность тюремного заключения. Из-за ставшего более легким наказания приговоры стали выноситься тоже с большей легкостью, а огласка, которую получало слушание дела в суде, могла представлять не меньшую угрозу, чем само тюремное заключение. Но у профессионала не было репутации, которую можно было бы потерять, а двухгодичное заключение казалось ему смешным по сравнению с десятилетним или пожизненным.

Мужчине, занимающемуся проституцией, всегда жилось легче, чем женщине, - его труднее было распознать, даже когда он снимал клиента. Если гомосексуалисты не вели себя назойливо, полиция оставляла их в покое, даже в тех районах, куда, согласно одному шуточному путеводителю для туристов 1850-х годов, любой провинциал мог пойти полюбоваться на настоящий цирк из Маргарит, Пуффи и Мэри-Энн. "Квадрант, Холборн, Флит-стрит и Стрэнд буквально кишат ими. Недавно на окнах респектабельных отелей по соседству с Черинг-Кросс вывешивали опознавательные знаки и таблички с надписями: "Берегитесь педерастов!". Обычно они собираются у художественных магазинов, и распознать их можно по женственной внешности, модной одежде и т.д. ...Квадрант посещают множество самых примечательных [из них], которые разгуливают там в поисках своей "жертвы" наподобие проституток-женщин".

Это похоже на преувеличение. В течение 50 лет, охватывающих середину прошлого века, спрос на гомосексуалистов-проституток был невелик просто потому, что социальное давление стремилось направить бисексуальность в гетеросексуальное русло и роль клиентов проституток-мужчин могли выполнять лишь 4-5 процента врожденных гомосексуалистов. Некоторые викторианцы, несомненно, осознавали свою бисексуальность и намеренно подавляли гомосексуальный аспект, но очевидно, что большинство мужчин оставались латентными гомосексуалистами.

Численность гомосексуалистов в этот период в Британии и Америке оценить трудно, поскольку существовала мода на крепкую мужскую дружбу, которая не только помогала сублимировать гомосексуальные потребности, но во многих случаях просто служила маской для гомосексуальных отношений. Поскольку в самом крайнем случае они допускали, по словам Германа Мелвилла, всего лишь некоторую степень "сладчайших сантиментов, которые приняты между разными полами", такие отношения считались вполне приемлемыми и даже трогательными. Но к 1880-м годам, накануне конца эпохи, охарактеризовавшегося реакцией против чопорной респектабельности предшествующих десятилетий, младшее поколение начало культивировать несколько нетрадиционный тип отношений. Английские общественные школы, в которых мальчики содержались в монашеском затворничестве, всегда были питомником гомосексуального опыта, который обычно сходил на нет, когда ученики заканчивали школу. Но теперь этот опыт стали переносить и во взрослую жизнь. У.Т. Стид в своих заметках во время скандала, разразившегося вокруг Оскара Уайльда, сделал ценное замечание: "Если бы каждый, кто виновен в грехе Оскара Уайльда, попадал в тюрьму, то мы бы стали свидетелями удивительного переселения обитателей Итона, Хэрроу, Рэгби и Винчестера в тюремные камеры Пентонвилля и Холлоуэя. Ведь мальчики в общественных школах свободно подхватывают привычки, за которые их потом могут приговорить к каторге".

Вслед за Итоном и Хэрроу часто следовали мужские колледжи Оксфорда и Кембриджа. Только в 1970-х годах, когда наконец стало возможно безопасное признание, выяснилось, что почти на протяжении столетия в сфере высшего образования существовало мощное подводное течение гомосексуализма. Очевидно теперь также и то, какому шантажу были подвержены высшие посты в дипломатии, правительстве и администрации, занимаемые мужчинами, воспитанными в подобной среде.

АНГЛИЙСКИЙ ПОРОК

Французы в XIX веке называли гомосексуализм "немецким пороком", а самобичевание, с таким же непринужденным безраличием к точности, - "английским пороком"; сексологи Германии и Англии, воодушевляемые своеобразным извращенным ура-патриотизмом, с превеликой охотой приняли эти термины и стали искать им оправдание. Закрыв глаза на такие нелепые исключения, как де Сад, Руссо и религиозно-эротические самобичеватели средневековой Испании, англичане радостно объявили, что за превращение джентльменов в извращенцев ответственны в первую очередь общественные школы. С детства обученные надзирателями и школьными учителями, следовавшими правилу "пожалеешь розгу - испортишь ребенка", старшеклассники (как утверждалось) привыкали к такому положению вещей и в зрелые годы продолжали нуждаться в хорошей порке, чтобы разогреть кровь.

По сути дела, если для того, чтобы человек вырос мазохистом, достаточно было бы только регулярной порки в детстве и в школьные годы, то самобичевание могло бы стать не столько излюбленным спортом аристократов, сколько международной пандемией. Кроме Индии и некоторых племенных сообществ, во всех странах и во все времена с детьми обращались с такой жестокостью, какая в наши дни была бы почти преступной. Очевидно, что между теми, кто орудовал розгой, были существенные различия: если мальчика порола молодая няня или воспитательница, относительно которой у него могли возникать сексуальные фантазии, или школьный учитель, которого он боготворил в отроческом возрасте, то вполне вероятно, что во взрослой жизни он мог продолжать считать бичевание мощным возбуждающим средством. Но в подавляющем большинстве случаев это извращение на самом деле проистекало из определенной внутренней тяги к мазохизму.

Мазохизм был впервые определен в конце XIX в. австрийским полицейским доктором и психиатром Ричардом фон Крафт-Эббингом. Его труд "Psychopatia sexualis" (1886) представлял собой исследование патологий сексуального поведения. Наиболее шокирующие подробности автор предусмотрительно перевел на латынь. Вскоре работа превратилась в настольную книгу любителей порнографических произведений, которым удавалось раздобыть хороший латинский словарь. Поскольку получение сексуального удовольствия от причинения боли было названо в честь маркиза де Сада, Крафт-Эббингу показалось вполне резонным назвать получение удовольствия от подвержения боли и унижениям в честь самого знаменитого проповедника такого извращения - Риттера Леопольда фон Захер-Мазоха, австрийца, который в 1870 г. начал издавать романы и рассказы о приключениях мужчин, которым требовалась женщина, способная причинять им боль.

Самой знаменитой книгой Захер-Мазоха была "Венера в мехах", которая раз и навсегда установила перечень основных орудий арсенала мазохиста. Ванда, жестокая, властная, одетая в меха женщина, заманивает своего любовника Северина в ловушку, связывает его, а затем предстает перед ним с кнутом в руках. Меха, кнут и сатанинская (но обязательно аристократическая) красота были лейтмотивом произведений Захер-Мазоха. "Красавица бросила на своего обожателя странный взгляд своих зеленых очей, ледяной и убийственный, затем она пересекла комнату, медленно накинула на плечи восхитительный просторный плащ из красного атласа, пышно отороченный королевским горностаем, и достала из ящика туалетного стола кнут с длинным хлыстом и короткой рукояткой, которым она обычно наказывала своего мастифа. "Ты этого хочешь, - сказала она. - Тогда я тебя выпорю". Все еще стоя на коленях, ее любовник воскликнул: "Выпори меня! Умоляю!".

Захер-Мазох не был первым мазохистом в истории литературы. Существовала давняя литературная традиция "роковых женщин", которые порабощали мужчин и даже, подобно самкам пауков, убивали своих любовников. И мужчинам это очень нравилось. До XIX века определенного стереотипа хищной феминистки не существовало, но викторианский коктейль из куртуазного этикета и интимного греха привел к необходимости создать такой стереотип.

"Я люблю величие человеческого страдания", - сказал граф Альфред де Виньи (которому не довелось испытать его в сколь-либо значительной степени), и его современники, согласившись с благородством этого утверждения, не смогли заметить всей его актуальности в условиях жизни низов общества после индустриальной революции. Многие из этих современников, как бы для компенсации садистского пренебрежения, на котором лежит ответственность за миллионы страдальцев, подвергали себя особому типу искусственной мазохистской игры. Все материалы были под рукой: они содержались в готическом образе куртуазной любви, где любящий жестоко страдал от недоступности своей возлюбленной; в XIX веке эта идея разрослась до неестественных, гротескных пропорций. В начале века (под влиянием байронизма) существовала недолговечная мода на "рокового мужчину", но в середине века она уступила место моде на "роковую женщину", власть которой заключалась в боли. Такая женщина представляла собой противовес викторианскому "домашнему ангелу", и мужчина, помыкавший кроткой и уступчивой женщиной в семье, терпел от нее в свою очередь аналогичные унижения.

Тему "английского порока" в литературе первыми стали разрабатывать французы. Тип "роковой женщины" был сформирован Теофилем Готье в его слегка эксцентричном образе Клеопатры - сластолюбивой царицы, женщины, обладавшей исключительной жестокостью и варварской интуицией, которая каждое утро приказывала убивать очередного любовника, с которым только что провела ночь. Последователи Готье воспевали Ниссию (своего рода восточную леди Макбет), Иродиаду, Елену Троянскую и царицу Савскую. Несколько более утонченным образом Проспер Мериме превратил Испанию в питомник "роковых женщин", хотя к концу века в этом отношении стали предпочитать Россию.

Но самые экзотические образцы "красоты, пришедшей прямиком из ада", создал безупречный английский джентльмен Элджернон Чарльз Суинберн. Суинберн (чей маниакальный мазохизм до сих пор определяют в биографических справочниках как "склонность к излишествам") считал, что мужчина должен стремиться к тому, чтобы стать "бессильной жертвой яростной страсти прекрасной женщины", женщины, вероятно, похожей на "Долорес, нашу госпожу чувственной боли", обладательницу "холодных век, за которыми скрываются самоцветы тяжелых очей, что смягчаются так редко; и тяжелых белых членов, и жестоких алых губ, подобных ядовитому цветку...", в чьем присутствии "боль таяла в слезах и была наслаждением; смерть истекала кровью и была жизнью". Захер-Мазох и в подметки не годится такому джентльмену.

Но литературные светила мазохистского пантеона были романтиками, для которых "роковая женщина", размахивающая кнутом, означала нечто большее, чем просто боль. Романтики жили в мире грез, более богатом и красивом, но не более реалистичном, чем современные фильмы ужасов. Однако встречались и мазохисты другого рода, для которых самобичевание было жизненной необходимостью.

Такие мазохисты иногда были пресыщенными извращенцами, иногда - угнетенными импотентами, иногда - неотесанными грубиянами, которых Ипполит Тайн, французский философ и критик, описывал как "животное в человеческом облике, находящее высшую степень удовольствия в чувственности и беспорядке". Тайн утверждал, что пристрастие англичан к розге вызвано чрезмерным употреблением алкоголя и красного мяса, но настоящие причины мазохизма были скорее психосоматическими. У определенного типа людей острая физическая боль не угнетает, а стимулирует нервную систему, что вызывает сексуальное возбуждение. Такой же эффект может производить ярость, поэтому мазохисты подобного рода могут легко превращаться в садистов.

Среди мазохистов-романтиков частыми явлениями были воображаемые сцены насилия и личные соглашения; но функциональный тип мазохиста нуждался в проститутках. Если же не хватало денег, то такой мазохист находил утешение в порнографических произведениях, на которых специализировались англичане: "Пирушки леди Бамтиклер", "Танец мадам Бечини", "Романтика наказания, или Откровения школы и спальни" и т.д. Специально для хозяев публичных домов и независимых проституток, которые стремились удовлетворять любые потребности клиентов, существовали пособия по бичеванию. В них рекомендовалось "иметь под рукой книжку с описанием сцен порки в драматической форме, и, когда ваш посетитель потребует, вы можете дать ему эту книгу и спросить, что бы ему больше всего хотелось осуществить". Далее, следовало выбрать, во что одеваться. "Выставка женщин-бичевательниц" не одобряет полную наготу и рекомендует наготу частичную, которая является лучшим способом "достичь высшей степени удовлетворения [клиента]". Хороши были меха, подходило также облачение монахини, шелковые чулки с золотыми нитями, туфли с блестками и белое шелковое одеяние с белым кружевом и белыми подвязками.

Сексуальное бичевание, согласно непревзойденному доктору Дюрену, требует "большой деликатности и определенного мастерства". В начале XIX века в Лондоне своим мастерством славилась миссис Колетт, но вскоре ее затмила Тереза Беркли, настоящая перфекционистка, верившая, что качество работы в первую очередь зависит от качества инструментов. В своем доме близ Портленд-Плейс, она держала розги в воде, "чтобы они были зелеными и гибкими. У нее была дюжина тонких, длинных плетей, дюжина плеток-девятихвосток, различные виды гибких хлыстов, усеянных иглами, кожаные ремни, скребницы и ремни из воловьей шкуры, усаженные гвоздями, загрубевшие и жесткие от постоянного употребления, розги из падуба и колючие прутья растения, называемого "куст палача". Летом она наполняла стеклянные и фарфоровые вазы зелеными стеблями крапивы". Миссис Беркли могла доставить удовольствие настоящему мазохисту.

Но самым крупным ее изобретением (в 1828 году) стала "лошадка Беркли", представлявшая собой раздвижную лесенку (чтобы можно было подогнать ее высоту под рост клиента) с подпорками и удобной обивкой. Клиента привязывали к ней так, чтобы его лицо выглядывало из одного отверстия, а гениталии - из другого. "Госпожа" стояла позади и хлестала клиента по спине или ягодицам, в соответствии с его предпочтениями, а спереди сидела полуголая девица, ласкавшая его гениталии. "Лошадка Беркли" оказалась чрезвычайно доходным изобретением и принесла своей создательнице за восемь лет 10.000 фунтов стерлингов прибыли, что по тем временам было весьма солидной суммой.

Одно из самых известных первых пособий по бичеванию, "Венера-наставница, или Игры с розгой" (1788 г., 2-е изд. - 1898 г.), разделяло мужчин по их склонностям на три вида: те, кому нравилось, чтобы их порола женщина; те, кто предпочитал пороть женщину; и те, кто получал удовольствие просто от наблюдения сцен порки (такое удовольствие хозяин борделя всегда мог доставить посетителю). Иными словами, мазохисты, садисты и вуайеристы - три разновидности сексуальных извращений, согласно классификациям современных психоаналитиков.

Но можно также сказать, что почти любая разновидность секса в викторианскую эпоху приближалась к извращению в психоаналитическом смысле. Оборотной стороной викторианской чрезмерной самоуверенности было чувство уязвимости и вины, примешивавшее даже к обычному гетеросексуальному сношению с проституткой элемент интеллектуального и морального мазохизма. Гюстав Флобер обобщил все эти смутные и сложные противоречия XIX в. в следующих словах: "Мужчина кое-что упустил в жизни, если он никогда не просыпался в неизвестной постели рядом с женщиной, которую он больше никогда не увидит, и если он никогда не покидал публичный дом в час рассвета с таким чувством, словно он прыгает с моста в реку из чисто физического отвращения к жизни".

Тэннэхилл Р. Секс в истории. - М., 1995, с. 323-359.

 

Джон УАЙТ

СЕКСУАЛЬНЫЕ ГРЕХИ

СЕКС НА НЕОБИТАЕМОМ ОСТРОВЕ

Мастурбация - это сексуальная самостимуляция посредством манипулирования своими половыми органами. Младенцы и маленькие дети при этом могут достигать (но не всегда) кратковременного оргазма (сексуальной кульминации). Прогрессирующая мастурбация все чаще приводит к оргазму.

Существует много приемов мастурбации, некоторые из которых предполагают использование одежды, зеркала или причинения боли самому себе. Чем более необычной является техника, тем "греховнее" секс. В порыве эротического экстаза могут осуществляться даже мазохистские, суицидальные ритуалы.

Люди онанируют с раннего детства до старости. Мужчины и женщины, состоящие в браке и одинокие, вдовы и вдовцы, разведенные, гомосексуалы, гетеросексуалы, священнослужители и миряне... - онанисты встречаются повсюду.

Безопасность в количестве

Никто не знает, сколько людей регулярно онанируют. Американский ученый А. Кинзи, некогда удививший мир своими исследованиями, говорил, что почти все мужчины время от времени занимались мастурбацией. Другие исследования показали, что значительная доля мужчин продолжает эту практику (по крайней мере, периодически) в течение всей жизни. Согласно Кинзи, процент женщин меньше. Работы Кинзи, подвергавшиеся серьезной критике, положили начало многим другим исследованиям, стремящимся подтвердить и в некоторых случаях еще шире интерпретировать получаемые данные.

Но можно ли быть уверенным в цифрах? Легко доказать, что добровольцы, участвующие в исследовании проблем секса, уже должны обладать определенными сексуальными особенностями (а иначе почему они стали добровольцами?). Если это так, то у Кинзи была так называемая "смещенная выборка", приводящая к сильному завышению его цифр. С другой стороны, можно доказать, что страх саморазоблачения удерживал многих людей от сотрудничества. На всякого человека, пожелавшего рассказать о своей сексуальной жизни, может найтись моралист, одержимый чувством собственной вины, который захочет высечь его.

Почему так важна статистика? Если вас волнует ваша мастурбация, то вы измените свое отношение к ней, почувствовав себя неодиноким в этом занятии. Я подозреваю, что главный интерес людей к сексуальной статистике заключается именно в этом. Наверное, вас встревожит тот факт, что точность данных Кинзи невелика. Очевидно одно - многие люди онанируют.

Начало психического заболевания иногда сопровождается увеличением частоты мастурбации. Однако неверно, что мастурбация вызывает психическую болезнь. Увеличение ее частоты, видимо, результат, а не причина определенных форм шизофрении. На начальных стадиях депрессии может быть как увеличение, так и снижение частоты мастурбации.

Одинокие, издерганные жизнью люди прибегают к ней в надежде найти скудное утешение. Детям, испытывающим дома стресс, запутавшимся подросткам, мужьям, чьи жены беременны, а также бездомным мужчинам и женщинам свойственна привычка мастурбировать. Некоторые онанируют, чтобы заснуть, другие - потому что испытывают депрессию или чувство ущербности.

Жизнь на острове

Каков христианский взгляд на мастурбацию?

Раньше проповедники осуждали ее, считая опасной и безнравственной. Молодых людей предупреждали о ее ужасных последствиях. Предупреждение не предотвращало занятий мастурбацией, но приводило к тревожности и глубокому чувству вины. Сегодня многие подростки-христиане онанируют, не испытывая вины. Они усвоили, что сексуальное напряжение неизбежно, а мастурбация - естественный способ его разрядки: лучше мастурбировать, чем клеймить позором.

Я рад, что молодое поколение избавилось от груза вины и страха, свойственных многим из нас. Некоторые люди были одержимы борьбой с мастурбацией. Они молились и постились, рыдали и "верили в Бога ради победы". Они "уступали Святому Духу". Они прибегали к физическим упражнениям, "полезным видам деятельности" и утренним молитвам. Иногда они воодушевлялись "победой", чтобы позднее обнаружить, что вновь мастурбируют.

Как и при любой пагубной привычке, при мастурбации, видимо, идет борьба внутри самого борющегося: одна часть его "я" жаждет сексуального возбуждения, другая - избавления от мастурбации. И стремление к освобождению от нее истощается по мере усиления стремления к сексуальному возбуждению.

Что сказать об этом? Порочна или добродетельна мастурбация?

Если вы мастурбируете, то для начала вам следует знать две вещи. Прежде всего, вы не должны мастурбировать. Если вы прекратите, ничего страшного не случится. Неверно, что сексуальные побуждения прорываются, как давление пара в котле, когда оно достигает определенной величины.

Однако вы можете возразить мне, что теория очень хороша, но ваш собственный опыт говорит об абсолютно противоположном. "В определенные моменты я совершенно не могу противостоять этому, - говорите вы мне. - Напряжение слишком велико". Хорошо. Я принимаю сказанное вами. Вы действительно это чувствуете. Но знайте: ваше тело дурачит вас.

Я не говорю: "Вы не должны мастурбировать, поэтому прекратите прямо сейчас!" Я знаю, что в действительности это совсем не так просто. Позднее я дам некоторые советы, которые помогут вам. А сейчас я говорю только то, что вы не являетесь беспомощной жертвой неконтролируемых побуждений, хотя вы можете чувствовать совершенно обратное. Вы ответственны за свои действия.

Мое второе замечание заключается в напоминании о том, что такое секс. Его главная цель - избавление от одиночества. Секс - это физическая близость, которая используется для построения прочных отношений двух людей, чья плоть становится единой. За сильными чувствами, подвергающими вас пытке, лежит страстное желание познать и быть познанным, любить и быть любимым. Недаром в эпоху королевы Елизаветы для обозначения полового сношения использовали слово "познать" мужчину или "познать" женщину.

Это одна из причин того, почему мастурбация никогда не приносит реального удовлетворения. Оргазм - маленькая часть большого и личностно значимого целого. Как утверждает английский поэт Джон Донн, физически вы можете и не быть на необитаемом острове, но вы живете на нем по своему ощущению.

Ваши сексуальные желания связаны с глубинной потребностью в том, чтобы кто-нибудь оказался на вашем острове и положил предел вашему одиночеству. Вы разочарованы, если одиночество затягивается. Вокруг вас как будто разливается пустынное море, безжизненные волны которого обрушиваются на песок. Ваши глаза ищут дымок на горизонте, ваши уши жаждут музыки человеческой речи. Мастурбация же обесценивает тот самый инстинкт, который должна удовлетворять.

Но это еще не все. Нигде в Библии о мастурбации не упоминается. Из-за Онана (Быт. 38:4-10), который пролил свое семя на землю, католики осуждают мастурбацию как онанизм.

Онан не мастурбировал. Он вступил в половое сношение с вдовой брата. Этот тип сношения известен как прерванный коитус (совокупление). Причиной недовольства Бога было не прерванное сношение, а нежелание Онана стать отцом для детей, носящих имя его брата. Осуждалось не действие, а его мотив. Дети, зачатые Онаном и рожденные вдовой, считались бы детьми его умершего брата. Суть католического взгляда на секс состоит в том, что он усиленно подчеркивает значение деторождения в сексе и недооценивает секс как общение.

Мастурбация - это самостимуляция, а не стимуляция другим человеком. Это внутри-, а не межличностное дело. В основе мастурбации лежит ущербность: она требует чего-то, что могло бы быть мощным побуждением, поощряющим близкие личностные отношения, но сама же и уничтожает их. Она означает пустую трату времени в одиночестве. Но сопутствующие ей печаль и депрессию вряд ли нужно учитывать, стремясь помочь некоторым людям, страдающим от чувства вины. Как же мы можем объяснить его?

Как возникает чувство вины

Есть различные теории. Фрейдовский психоанализ полагает, что мастурбация связана с "бессознательными кровосмесительными фантазиями". Теоретические построения об "эдиповом комплексе" никогда не были популярны среди психоаналитиков, Сейчас же большинство из них отвергает эти построения перед лицом антропологических и экспериментальных данных. Тем не менее они остаются частью непрофессионального мышления, и поэтому нам следует рассмотреть их.

Считается, что в период "эдиповой фазы" психосексуального развития (от 4 до 6 лет) мальчики хотят овладеть своей матерью и занять место отца. У девочек возникают подобные желания в отношении своих отцов.

Давайте рассмотрим, что же происходит с девочкой согласно психоаналитической теории. Чтобы овладеть отцом, она должна вытеснить мать. Смутно осознавая это, она начинает рассматривать мать как грозную соперницу, которая значительно сильнее ее. Более того, она страстно стремится получить защиту и понимание со стороны матери. Потребность в материнской опеке, сочетающаяся со страхом перед матерью, обычно принуждает девочку отказаться от своего желания занять первое место в сердце своего отца. Вместо этого она решает стать похожей на мать и занять второе место в отцовской любви.

С другой стороны, считается, что у мальчика есть "кровосмесительное" желание овладеть матерью. Он видит соперника в своем отце. Всю жизнь он считал его непререкаемым авторитетом, устанавливающим законы. Но согласно природе вещей мальчик тоже должен пойти на компромисс.

Поступив, как и сестра, он использует два так называемых защитных психологических механизма, для того чтобы запрятать страх перед соперником (своим отцом) в глубины своего сознания. Он отождествляет себя с отцом и идентифицируется с ним. Он как бы пропускает образ отца через свое собственное "Я". Если до этого момента требования отца звучали извне, то теперь они начинают раздаваться внутри него самого. До этого он не понимал смысл хорошего и плохого. Он понимал только, что определенные вещи злят его родителей. Но сейчас это не так. Слова "ты не должен" превращаются в "я не должен". Сознание (или "сверх-Я") родилось, и теперь мера жесткости наказания в сознании ребенка будет соответствовать степени жесткости и требовательности его отца. Образ Бога в сознании мальчика (мыслимый как продолжение его собственного отца) будет столь же жестким и требовательным.

Невозможно понять психоаналитическую теорию до тех пор, пока вы не усвоите еще одно понятие - понятие бессознательного. Считается, что глубоко внутри нас находится тайная пещера, где скрыты наши мощнейшие побуждения, наши пугающие и постыдные воспоминания. Они страшны, и именно по этой причине мы не осознаем их полностью. Но, подобно демонам, пойманным в ловушку внутри нас, они стремятся освободиться и выразить себя.

Среди этих желаний и воспоминаний есть и стремление к физическому обладанию родителем противоположного пола. Факт, что мы столь злобно торопимся облить презрением мысль о нашем сексуальном влечении к одному из родителей, является для аналитика дополнительным подтверждением существования этого влечения. Наш гнев, говорит он нам, нужен для того, чтобы убедить самих себя. Мы высмеиваем теорию, потому что она пробуждает наш внутренний страх. Страх того, что нечто, столь глубоко спрятанное в нас, поднимет свою голову из бездны и плотоядно взглянет на нас.

Если Фрейд был прав, то становится понятно, почему некоторые люди испытывают чувство вины при мастурбации. Если мастурбация бессознательно связывается с кровосмесительными влечениями, которые гремят своими оковами в темнице, куда мы их загнали, то она способна высвободить наш страх вины.

Уязвимость концепции Фрейда состоит в том, что многие молодые люди в наши дни, подобно представителям некоторых примитивных культур, испытывают при мастурбации лишь небольшой внутренний конфликт или вообще не чувствуют никаких угрызений совести. Как объяснить отсутствие у них переживания своей вины? Если они, как большинство из нас, хранят кровосмесительные скелеты в своих шкафах, то почему эти скелеты не гремят? Либо фрейдовская теория копает слишком глубоко, либо она довольно поверхностна, когда пытается объяснить только чувство вины, но не его отсутствие.

Возможно, полезнее окажется более простой взгляд на вещи. Джон и Нэнси могли быть воспитаны в семьях, где секс считался чем-то очень неприличным. Они усвоили, что это нечто грязное, о чем не следует говорить. Они обнаружили, что нельзя обнажать свои половые органы или играть с ними ("Стыдно! Так делать очень плохо!", "Прекрати, или я возьму ножницы и отрежу это!", "Не играй сама с собой. Хорошие девочки так не делают!" И так далее и так далее). Затем, в период полового созревания и подросткового возраста, сексуальность у них считалась чем-то порочным, а сексуальные переживания не рассматривались как свидетельство наступления половой зрелости, вследствие чего подростки, естественно, испытывали чувство вины при мастурбации. То есть отвращение и стыд явились результатом как подражания, так и целенаправленного обучения.

Однако многие люди, которые обращались ко мне за помощью, не хотели менять своих взглядов. Они хотели только избавиться от мастурбации. Почему же это так трудно сделать?

Звонок, рычаг, электрод

Среди многих теорий, объясняющих усвоение навыка, наверное, легче всего понять те, которые были разработаны в рамках поведенческой психологии. Одним из родоначальников поведенческой психологии был русский психолог Иван Павлов. Он приучал собак выделять слюну при звуке звонка. Всякий раз, когда звенел звонок, собаке давали мясо. Она начинала выделять слюну через одну-две секунды после звонка. Даже если ей не давали мяса, звонок вызывал у собаки выделение слюны. В ее нервной системе установилась связь между звонком и слюновыделением. Факт, что условная связь может быть сформирована, привел к появлению многообразных теорий обучения.

На Западе превалирующей среди них является теория оперантного обусловливания, осуществляемая следующим образом.

Представьте себе голубя в маленьком ящике, а также рычаг, торчащий из одной стенки ящика. Он соединен с механизмом, насыпающим зерно в ящик всякий раз, когда на этот рычаг нажимают.

Голубь передвигается по коробке, останавливается, движется вновь, вертя головой туда-сюда. Рано или поздно он нажимает на рычаг, и в ящик сыплется зерно. Сначала голубь не видит связи между нажатием рычага и появлением зерна. Но когда это (нажатие рычага - появление зерна) повторяется несколько раз, голубь начинает нажимать на рычаг чаще. Награда пищей "впечатала" в его нервную систему навык нажатия на рычаг.

Теперь мы можем понять, как бихевиористы рассматривают усвоение навыка. Они называют это не навыком, а "повторяющимся выученным образцом поведения". Бихевиористы не пытаются рассказать нам, как голубь говорит: "Ага! Всякий раз, когда я нажимаю на рычаг, появляется зерно. Я должен нажимать рычаг чаще". Или: "Нажимание рычага - это становление навыка. Я должен прекратить это, потому что толстею". Их не интересует сознательное мышление. Они видят, что голубь научился нажимать на рычаг. Птица рассматривается как разновидность компьютера, автоматически выполняющего то, что предписано программистом. Ее поведение сформировано поощрением за нажатие рычага и отсутствием награды за другие формы поведения.

Награды могут очень эффективно формировать поведение. Американский нейрофизиолог Джеймс Олдс, поместив микроэлектроды в мозг крысы, сделал выдающееся открытие. Рычаг в ящике был соединен с электродом, стимулирующим часть мозга. Крыса быстро научилась стимулировать собственный мозг. Но открытие состояло в том, что за нажатием рычага следовала такая сильная награда, что крыса делала это непрерывно тысячи раз - до тех пор, пока не сваливалась в изнеможении. Но, отдохнув, она опять приступала к выполнению задачи.

Кончик электрода размещался в части мозга перед гипоталамусом, которая, видимо, отвечает за формирование приятных ощущений. Олдс назвал эту область "награждающим центром".

Согласно его точке зрения, нервные волокна этой области связаны с центрами, управляющими сексом, питанием и сном. Возможно, всякий раз, нажав на рычаг, крыса моментально начинала испытывать ощущения, сравнимые и с поеданием сочного бифштекса, и с оргазмом, и с запахом розового масла, и с прослушиванием Девятой симфонии Бетховена, и с передвижением на облаке - и все это одновременно. Но каким бы ни было это переживание, награда была достаточной, для того чтобы после немногих нажатий поймать крысу на крючок, так как у нее всегда возникало то, что называется пагубным пристрастием.

Согласно бихевиористам, мастурбация ничем не отличается от любого другого образца выученного поведения. Навык глубоко усваивается. Мастурбатор запрограммировал себя мастурбировать для получения эротического наслаждения, служащего наградой. Его личностные решения здесь ни при чем. Он будет мастурбировать так же, как в приведенном выше примере, когда крыса нажимает на рычаг до тех пор, пока не будет перепрограммирован (или запрограммирован не мастурбировать).

У меня есть некоторый опыт (хотя, возможно, недостаточный) в "программировании" человеческого поведения, но, поскольку объем книги не позволяет вдаваться в подробности, я только скажу, что программа избавления от мастурбации должна быть разработана таким образом, чтобы занять все свободное время человека и сделать мастурбацию практически невозможной.

Но дает ли бихевиоризм или психоанализ полное объяснение того, как возникают привычки? Является ли человек компьютером? Или он крыса в ящике? Только некоторые формы поведения являются автоматическими, в творческой деятельности мы не можем обходиться без мышления?

Если во всякий момент своего существования я должен поддерживать частоту дыхания на уровне 20 вдохов в минуту, частоту сердечных сокращений - 80, а температуру тела - 36,5°, то значительная часть моей психической активности будет занята только этим. Однако большую часть времени мое дыхание регулируется автоматически. Я могу дышать поверхностно или глубоко, быстро или медленно, но редко беспокоюсь об этом. Большинство повседневных видов активности - таких, как ходьба, подъем по лестнице, вождение автомобиля, - либо автоматичны, либо полуавтоматичны. Но в любое время я могу овладеть ими. Я похож на дорогой спортивный автомобиль, который имеет и ручное, и автоматическое управление. Разница лишь в том, что мои механизмы регуляции более тонки.

Бихевиористы и психоаналитики долго объясняли процесс усвоения привычек, но так и не поняли, что человек, созданный по образу Божьему, ответственное существо. Они игнорируют человеческую свободу. Их основное допущение состоит фактически в том, что свободы нет. Кроме того, они оставляют многие вопросы без ответов. Например, почему частота половых сношений с годами медленно уменьшается, тогда как должна, согласно их доказательствам, возрастать, поскольку все больше подкрепляется опытом?

Некоторые практические советы

Позвольте мне свести некоторые нити воедино. Мастурбация - не благодетельная вещь, но и не ужасный грех. Я знаю, что противоречу современным педагогам, утверждая, что она может быть причиной каких-либо нарушений. Но это так. Я был бы неискренен, отвергая это. Всякий испытавший и половое сношение, и мастурбацию, знает, что в сношении есть аспект, совершенно отсутствующий в мастурбации. Сношение не может быть заменено мастурбацией, сопровождающейся фантазиями о чьей-то жене, сексом с манекеном или использованием искусственного пениса. Технические приспособления и фантазии - это не люди, а безжизненные человеческие творения. Сношение с человеком, который чувствует, любит и переживает - незаменимо. А когда межличностного компонента недостаточно, сексуальная стимуляция приводит именно к тому, что она призвана преодолеть.

Стремление убедить нас в том, что умеренная мастурбация - это хорошо, исходит из похвального желания избавить многих людей от чрезмерных чувств страха и вины, ею порождаемых. Мне импонирует это желание. Но, желая устранить чувство вины, я не должен называть бледно-серые тени белыми.

Справедливо и то, что говорят бихевиористы. Чем более глубокое эротическое наслаждение заложено в мастурбаторном образце поведения, тем труднее этот образец разрушить. Для объяснения процесса усвоения привычек можно процитировать и представителей других научных школ, описавших иные психологические механизмы. Но как бы то ни было, всякий, кто пытался избавиться от мастурбаций, знает, как это трудно.

Самой трудноразрешимой проблемой является духовная: почему Бог не отвечает на мою молитву об избавлении, если я верю в Него всем сердцем? Ведь Бог избавил от этого некоторых людей. По крайней мере, они так говорят. Если Он помог им, то почему не мне? Я менее духовен, чем они? Чего недостает моей вере? Многие христиане с сожалением делают вывод: раз у Бога не может быть неудач, значит, неудачниками должны быть мы.

Выше я упоминал, что не знаю ссылок на мастурбацию в Писании. Из этого я заключил, что другие вопросы должны вызывать большую озабоченность Бога, чем мастурбация. Действительно, если обратиться к длинному перечню грехов, которые ранят и причиняют боль окружающим (воровство, супружеская измена, насилие, оставление семьи, жестокость) или Самому Создателю (неверие, возмущение, ожесточение), то они окажутся гораздо более серьезными.

Стремясь к добродетельности, важно помнить две забытые истины. Первая состоит в том, что нигде в Библии не упоминается о мотивизации наших поступков и действий. В ней используются бескомпромиссные выражения: "Поступай..." или "Не поступай..."

Вторая истина связана с первой. У Бога собственная программа изменения нашей жизни. В Библии не заложена точная иерархия грехов или добродетелей, но можно увидеть общие принципы. Имея дело с вами или со мной, Бог действует так, как поступаем мы сами, пытаясь распутать болевой узел; тем временем какие-то узелки должны подождать.

Если я чувствую присутствие Святого Духа во время ежедневной прогулки, то я найду возможным повиноваться Богу. Например, Бог говорит со мной о прощении и приводит меня к осознанию того, что я возмущен поведением моей жены. Может быть, я не хочу прощать ее. Но если хочу, то могу. Кто-нибудь, сказав мне: "Попытайся сейчас простить ее", только все испортит. "Но я пытался и не могу", - отвечу я. Бог же говорит: "Прости!" И хотя мне может быть ненавистна даже мысль об этом, я могу ее простить.

Нам, совершившим грех, нет оправдания, но Господь пытается нам помочь. Есть нечто, что Он рассматривает во мне в данный момент. Не существует вопроса, могу я повиноваться ему или нет. Если Бог указывает перстом на нечто, то, значит, я могу.

Это вовсе не означает, что я живу безгрешно. Я знаю, что Он никогда не устанет обращать свой взгляд на то в моей жизни, что Ему неприятно.

Но у меня есть свои приоритеты. Некие грехи удручают меня более других, и мне хочется, чтобы Бог начал с них. Мы оба опечалены моими унизительными поражениями. Но когда бы в своих молитвах я ни упомянул о них, Он всегда говорит: "Я знаю. Я тоже печалюсь. Но есть нечто, чего ты, видимо, избегаешь, нечто, с чем ты мог бы иметь дело, если бы захотел. Готов ли ты повиноваться мне сегодня?"

Вам, расстроенным из-за мастурбации, скажу следующее:

1. Бог вполне способен дать вам избавление. Если Он не делает этого в данный момент, то Он занят чем-то более важным в вашей жизни, хотя это может вам показаться неправдоподобным.

2. Вы преувеличиваете серьезность своей проблемы. Обратившись к Писанию, вы обнаружите много добродетелей, которые Бог рекомендует вам, и грехов, о которых предупреждает. Не хотите ли вы забыть эту вашу проблему и всерьез принять указания Библии? Мастурбацией вы не раните никого, кроме себя. А кого вы обидели на этой неделе своим сарказмом, холодностью, забывчивостью, ленью, нетактичностью или недостаточной учтивостью? Сколько минут вы восхваляли Бога за последние 24 часа?

3. Благодарите Бога за все свои сексуальные переживания. Не нужно ненавидеть их. Они могут быть трудны в управлении, как необъезженная лошадь, но являются одним из самых дорогих подарков Бога. Он сделал так, чтобы вы чувствовали сексуальное желание. Радуйтесь ему и наслаждайтесь им. Благодарите Бога за тот день, когда вы станете хозяином своих сексуальных влечений. Хоть и не скоро, но это придет, если вы позволите Богу быть хозяином в других сферах вашей жизни.

4. Избавьтесь от ненависти к себе. Отказывайтесь от бесконечных выслушиваний мучительных обвинений клеветников, которые винят вас день и ночь, - сказано в Откровении святого Иоанна Богослова (12:10). Если вы пребываете в унынии, Бог ждет вас с широко раскрытыми объятиями. Во что бы то ни стало выскажитесь. Итак, веруя, научитесь смеяться над своими оковами.

5. Не позволяйте мастурбации вызвать у вас растерянность и отвращение к себе. Томас Келли говорил: "Унижение основано на обескураженности, безысходности и отвращении к себе, на установке запуганности и отвергнутости". Он также советует: "Когда вы вновь запутаетесь в себе, не теряйте времени на самообвинения, но вознесите безмолвную молитву о прощении и начните все сначала. Вознесите почитание Ему и скажите: "Вот он я весь, кроме того, что Ты дал мне". Не падайте духом, беспрестанно возвращайтесь к Нему смиренно и ждите".

Вот мы такие, как есть. Он знает это. Мы знаем это. Признательность - первый шаг к прогулке с Богом в любую область нашей жизни. Обратив свой взгляд как на серьезные сексуальные грехи, так и на мелочи, будучи при этом честными с самим собой, с Богом и друг с другом, мы сделаем первый шаг к здоровью и духовному росту.

АЛОЕ ПИСЬМО

Святой Августин писал: "Ради себя я любил себя, и я достиг точки, где мы встретились, чтобы наслаждаться нашей любовью, и я оказался счастливо скован путами страдания настолько, что меня можно было жечь раскаленным железом ревности, подозрений, страхов, гнева и ссор".

Однажды я предпринял наивную попытку классифицировать людей, вступивших во внебрачные сексуальные отношения, подобно тому как орнитологи классифицируют птиц. Позже я отказался от этой затеи, ибо тех, кто нарушает супружескую верность, классифицировать невозможно. Они могут быть старыми и молодыми, доброжелательными и бессердечными, развитыми и незрелыми, грубыми и утонченными, эгоистичными и великодушными и даже, если можно так выразиться, духовными и плотскими. Если и следует делать различия, то мы должны различать не людей, а их установки, ориентирующие их на то, что они делают.

Любой человек, состоящий в браке, может совершить прелюбодеяние. Совестливо бичующий себя пуританский проповедник из Хоутона, написавший "Алое письмо", также был способен на это, как Казанова или Дон-Жуан. Иудеи, католики, квакеры, пятидесятники - все могут совершить супружескую измену; оправданием могут служить и деловые контакты, и "новая" философия, а местом действия - и автомобиль, и офис, и дом, и церковная контора.

Вы не сможете различить прелюбодеев по социальному положению, цвету кожи или вероучению, вы можете это сделать только по их установкам. Некоторые подавляют свою совесть и позволяют, как поганкам, разрастаться мотивам самооправдания, кто-то смеется и пытается сделать вид, что ничего особенного не произошло. Другим не хватает мужества отказаться от прелюбодеяния, они трепещут при одной лишь мысли, как бы не оскорбить отказом своего любовника. Эти порабощены ужаснее всего.

Одни чувствуют прикосновение Божьего перста и, раскаиваясь, искореняют свои пороки. Другие (когда я думаю о них, во мне воспламеняется гнев) утверждают, что грех - это добродетель, что адюльтер - только грязное слово, пачкающее нечто прекрасное. По их мнению, это трусливые и ограниченные религиозные лицемеры сделали так, что прелюбодеяние стало выглядеть чем-то нечистым.

Новые прелюбодеи и сексуальный взрыв

Я называю таких людей "новые прелюбодеи", хотя их философия является столь же древней, как сама история философии. Недавно был опубликован ряд книг об альтернативах браку, выражающих точку зрения "новых прелюбодеев".

Американский этнограф и социолог Маргарет Мид задолго до этого высказала мысль: мы усваиваем "последовательную моногамию". И сегодня с той же серьезностью Олвин Тоффлер утверждает в своем бестселлере "Столкновение с будущим", что переезжающие с места на место администраторы крупных фирм перестанут возить с собой семьи, если продвижение по службе потребует их перевода в другое место. Новые семьи, таким образом, должны стать "предполагаемыми" удобствами для продвигающегося по службе администратора. Вместо того чтобы найти ему подходящий дом, компания должна будет подыскать подходящее семейное окружение - жену и детей, похожих на прежних, которых он оставил.

Новые прелюбодеи беспокоят меня по двум причинам. Прежде всего, они с презрением выбрасывают в мусорную корзину древние устои. Их высокомерие коробит. Им нет дела до того, что эти устои люди испытывали веками, доказывая их ценность! По их мнению, нормы, уместные раньше в менее сложных культурах, неприемлемы в наш изощренный век. Они холодно твердят: "Да, мы спали вместе, потому что хотели этого, и не считаем нужным это скрывать. Я должен быть честным перед собой. Я хочу быть самим собой". Их пример показывает, что если мораль обусловлена внутренним "я", то это фактически исключает проявления того "я", каким я в действительности являюсь.

Эти мысли подводят меня ко второй причине. Новые прелюбодеи огорчают и смущают меня своей новой речью. Иногда они используют старые слова, но придают этим словам новое значение.

"Честность", например, во все времена означала ответственность человека за свой выбор, неприятие им скрытности и лжи. Теперь это слово означает еще и "разрушение фальшивых фасадов", чтобы все видели, каковы мы "в действительности".

Если бы только в этом заключалось новое значение честности, я был бы очень рад. Многим из нас не удается быть честными в этом более глубоком смысле. Но опасность состоит в том, что та же самая "честность" часто служит только прикрытием для эгоизма, грубости и жестокости. Если я считаю ваше лицо безобразным и оно мне не нравится, означает ли это, что, для того чтобы быть честным перед самим собой, я должен сказать: "Вы мне не нравитесь. Ваше лицо - уродливо!"?

По-настоящему любящий человек никогда не обратит внимание на дефекты вашего лица. Любовь не способна оскорбить или причинить боль, если только эта боль не целительна. Любовь выше честности.

Честность - только одно из многих клише сексуального новояза. Так значимое становится бессмысленным. Если вы вступили в интимные отношения с соседом или соседкой, то можете ходить с высоко поднятой головой и с чувством морального превосходства. То, что вы сделали, - нравственно. Ведь это может способствовать утверждению вашего "я" или может быть "средством личностного развития" вас обоих. Примерно так говорят "новые прелюбодеи", разъясняя, что поделиться с кем-то сексуальным опытом - значит обрести половую зрелость. Когда люди используют такие аргументы, я вспоминаю едкие слова апостола Павла: "Слава их - в сраме" (Фил. 3:19).

Остерегайтесь оказаться обманутыми риторикой. Я жил в Лиме в 1964 году, когда президент Франции генерал де Голль посетил Перу. Позади прекрасного города, уютно расположившегося у подножия высоких гор, розовела уродливая опухоль ветхих развалин. Из любой точки города можно было видеть трущобы, где царила неописуемая нищета, где головорезы и политические эмигранты скрывались от полиции.

Перед самым визитом де Голля трущобы вдруг засверкали белизной в лучах полуденного солнца. Развалюхи и лачуги за ночь были превращены в сверкающие чистотой причудливые строения, подобные тем, что стоят в Диснейленде. Для этого была задействована армия маляров. Только с близкого расстояния можно было увидеть, что побелены лишь стены, обращенные к городу. Трущобы оставались трущобами.

Мы можем "обелять" адюльтер, ссылаясь на новый сексуальный взрыв, но при этом мы не сможем ничего изменить по существу. Если же мы хотим очернить моногамию, называя ее "болезненно жесткой" или "нереалистически ограничивающей", то мы будем только потакать академической клевете. И ни клевета, ни обеление не помогут нам видеть вещи такими, какими они являются на самом деле.

Наша цель в сексе есть нечто большее, чем достижение свободы. Но прежде чем узнать, что говорит Библия о прелюбодеянии, давайте рассмотрим, на что в действительности направлена новая сексуальная свобода. Не будем беспокоиться о тщательном анализе новояза, который я назвал "академическим отмыванием". Мелвин Мэддокс верно схватывает суть проблемы. Свобода детерминируется чем-то внутри нас, а не внешними правилами.

Джо может чувствовать себя свободным, вступив в интимные отношения с Мэри, женой его друга-соседа. И Мэри может считать это "обогащающим" и "ведущим к зрелости" опытом. Но для того чтобы система таких отношений работала, для жены Джо и мужа Мэри должны быть созданы законы более жесткие, чем законы Моисея.

Пытаясь игнорировать традиционную мораль, Джо и Мэри создали новые моральные абсолюты, более трудные в реализации, чем библейские. Если, например, мы решим, что супруги, состоящие в законном браке, могут вступать в сексуальные отношения со своими друзьями, то мы должны предъявить им новые требования. Мы освободим их в одних аспектах только для того, чтобы ограничить в других.

Если Мэри считает "нормальным" ("полезно для здоровья", "ведет к зрелости", "обеспечивает глубинную самореализацию") поделиться своим сексуальным опытом с соседом, следовательно, ее мужу Джиму также необходимо "быть зрелым" в этом вопросе и не давать волю примитивному чувству гнева собственника.

Таким образом, мы добавили новые заповеди, отдав их на съедение ужасным древним соблазнам: не должно быть ревнивым, не должно быть собственником своего мужа (или жены). Напротив, следует одобрять прекрасный прогресс "возмужания", когда твой супруг подпадает под обаяние соседки Мэри.

Все мы живем в моральном пространстве независимо от того, признаем это или нет. Мы любим, мы чувствуем, мы ненавидим. Правильно понимаемые Божьи законы ведут нас к свободе, а не к рабству. И любая попытка изменить эти законы ограничит, а не увеличит нашу свободу. Игнорируя их, мы столкнемся с конфликтом между окружающей действительностью и миром наших чувств.

Та свобода наиболее истинна, которая больше всего согласуется с нашей подлинной природой; а наша подлинная природа - та, которую создал Господь, и задумана она так, чтобы пребывать в гармонии со Вселенной, внутри которой Он ее расположил.

Три вида супружеской измены

Новые прелюбодеи - это не только те, кто оправдывает прелюбодеяние. Довольно распространена ситуация, когда мужчина говорит мне: "Доктор, я не испытываю никакого чувства греха, когда мы вместе. Я люблю ее". Он смотрит мне прямо в глаза. Честность на его лице отражает его сердечную искренность. Он любит ее. И он действительно не испытывает чувства греховности, когда они вместе - в постели или вне ее. "Я чувствую свою греховность только по отношению к жене".

Тогда я вопрошаю: "Ты любишь ее. Но что это означает для тебя? Что есть любовь? Сексуальное желание?" "Нет, док. Не то. Гораздо больше, чем это. Она понимает меня, док. Она позволяет мне чувствовать себя человеком. Она слушает меня, когда я говорю. Она не смеется надо мной. Она привлекательна, но не только. Я никогда не чувствовал чего-то подобного к своей жене или к любой другой женщине".

Среди греческих слов, описывающих любовь, наиболее известны три: "эрос" ("сексуальная привлекательность" или "влюбленность"), "филиа" ("братская любовь") и "агапэ" (термин, описывающий уникальное качество духовной любви).

Эрос и филиа основаны на привлекательности. Только агапэ вырастает из самой природы любви - той специфической природы, которая вызывает у любящего чувство обожания даже к крайне непривлекательному для других человеку. Различие между эросом и филиа, с одной стороны, и агапэ, с другой, огромно. Иисус любил прокаженного потому, что был и остается самой любовью. Его любовь - не ответная реакция на какие-то внешние черты калеки. Это было бы состраданием, а не любовью.

Вы испытываете эротическую любовь к мужчине или женщине, которые привлекают вас сексуально, в которых вы "влюбляетесь", и филиатические чувства - к мужчине или женщине, чья личность вызывает у вас глубокое уважение и симпатию. Оба вида любви являются вашей реакцией на определенные черты в привлекающем вас человеке.

Эрос и филиа, объединенные друг с другом, создают предпосылки хорошего брака. Но когда к эросу и филиа добавляется агапэ, возникает брак, который не может разрушить никакая сила.

И эрос, и филиа могут нарушить священную клятву - обязательство. Эрос, привлекающий меня к моему мужу, позднее может привлечь меня к другому мужчине, к которому я могу начать испытывать вдобавок и филиатическую любовь. Или же филиатические чувства к женщине, находящейся на приеме в моем офисе, позднее могут соединиться с эросом.

И по мере того как растут оба эти вида любви к этой женщине, убывает моя любовь к жене. Но эрос и филиа всего мира не могут оправдать измену клятве. Измена клятве есть измена человеку. В измене греховно не совокупление, а воровство и обман.

Никогда в своей жизни я не пробовал ничего более восхитительного, чем форель, выловленную браконьерским способом. Когда село солнце, мы приготовили ее на огне, разожженном из плавника, и сине-зеленые волны накатывали на каменистый берег. Но наше наслаждение браконьерски добытой форелью не делало само браконьерство добродетелью. Столь же мало эрос и филиа (или их сочетание, называемое "любовью") оправдывают вероломство адюльтера.

"Но доктор! Это чувство не может быть дурным, потому что оно прекрасно! Это чувство, которое меня поглощает, не может быть злом". Привлекательная молодая женщина сидит в напряженной позе на краешке кресла, теребя туго повязанный шейный платок.

Является ли истинным то, что эта женщина ощущает как нечто прекрасное? Насколько можно доверять чувству прекрасного, когда оно приводит к тому, что мы рискуем своей жизнью и жизнью других людей? Не с того ли начинается беда? Не потому ли женщина, увидевшая, "что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание" (Быт. 3:6), была обманута своими чувствами ("Адам, дорогой, все должно быть в порядке. Оно так дивно на вкус"), подтолкнувшими ее к выбору смерти.

"Есть пути, которые кажутся человеку прямыми; но конец их - путь к смерти" (Прит. 14:12). Нет, дорогая леди, я точно знаю, что вы чувствуете, но вы заблуждаетесь. Ваши чувства изменили вам.

Поймите, что добродетель (если это действительно добродетель) кажется нам прекрасной. Даже в страдании она наполняет человека наслаждением, по сравнению с которым другие удовольствия становятся дешевыми подделками. Но из того, что все добродетельное радует наше сердце вдвое, не следует, что все, что нас радует, все, что считаем прекрасным, является добродетельным.

"Но, доктор, мой брак не удался. В нем мне абсолютно нечего терять. Будьте уверены, меня не обвинят в том, что я делаю". Сорокалетняя Джоан, мать троих детей-подростков, была воспитательницей в детском саду. Но она мечтала о стабильном доходе и избавлении от посменной работы. Джон, ее муж, напивающийся по любым праздникам, постепенно превратил их совместную жизнь в сущий кошмар (так, во всяком случае, казалось Джоан).

Джоан не могла точно припомнить, когда она поняла, что он алкоголик. Случилось ли это после автомобильной катастрофы? Или тогда, когда он исчез из дому на несколько дней? Большинство случаев, связанных со скандалами на вечеринках, когда Джона буквально вносили в машину на руках, могли и не отложиться в ее памяти. Но были другие, которые не забывались. Такие, как телефонный звонок разгневанной неизвестной женщины; постоянно неоплачиваемые счета; многократные увольнения со службы; отказы в кредите в магазинах; периоды, когда в один месяц в доме отключали сразу и свет, и отопление, и телефон; случаи, когда дети забивались в угол и плакали не потому, что были голодны, а потому, что папа ломился в дверь маминой спальни; и, наконец, когда первый раз, придя на работу с синяком под глазом, она сказала, что споткнулась о детскую игрушку, спускаясь в подвал.

Когда Джоан решила прекратить все это, она пошла за помощью к местному наркологу. Поддерживали ее и советы пастора Билла. Через него она пришла к Христу, а точнее - нашла реального человека, который стал ее Спасителем и Владыкой.

Пастор Билл участливо выслушивал ее горькие и смущенные признания. Он мало говорил, но его беседы учили ее стойко переносить неудачи, придавали ей силы и наполняли желанием жить.

Однажды ее поразило то, что у пастора Билла - человека, который привел ее к Христу, у сильного, надежного, мудрого пастора Билла - были, оказывается, свои проблемы. У него была прикована к постели парализованная и раздражительная жена; ему необходимо было ухаживать за домом, готовить пищу. И это помимо многочисленных церковных обязанностей. Он не просил о сострадании. Он лишь хотел, чтобы она знала, что каким-то необъяснимым образом ее присутствие на еженедельных проповедях помогало ему так же, как проповеди помогали ей. Она была рада это узнать и даже стала молиться за него, чтобы ответить добром на добро. К своему удивлению, она вдруг поняла, какое это счастье - разговаривать с ним, знать, что она может вернуть ему тот заряд сил, которые он отдал ей.

Начавшись с просьбой о помощи и избавлении от страдания, их отношения приобрели характер взаимной поддержки, стали источником взаимного молитвенного ободрения. Мужчина и женщина почувствовали, что черпают друг в друге силы, способные противостоять их семейным трудностям. Так признательность и уважение переросли в дружбу, а дружба - в любовь.

Шаги, углубляющие эту любовь и ее физическое воплощение, не имеют большого значения. Важно то, что оба партнера после сердечных исканий решили, что они не делают ничего предосудительного. Это были такие отношения, которые полностью отсутствовали в их браках. Это был союз, подразумевающий иное качество отношений. Тот, кто не оказывался в их обстоятельствах, не имеет права судить их.

Джон отказался разводиться с Джоан, и единственное, что она могла сделать, - это вести дом и воспитывать детей. Билл остался с женой-инвалидом. Никто, как они считали, не знал об их отношениях.

Детали двух этих рассказов различны, но суть их одна. Во многих конкретных случаях чаще всего фигурируют ворчливая жена, грубый муж и неверный супруг (который "никогда не понимал меня"). Осудив эгоизм тех, кто ищет сексуального общения вне брака, мы можем утверждать, что внебрачные отношения многих людей могут быть оправданны в том случае, если их брак - не более чем идущая на пользу им обоим условность или практичное семейное партнерство.

Люди, вовлеченные в такого рода отношения, хотят, чтобы к ним применяли иные мерки. Ведь их особые обстоятельства лежат за пределами жестких законов. Их браки исчерпали себя, они сохранялись лишь "ради блага детей" или потому, что по той или иной причине о разводе не могло быть и речи. И поскольку поддержка внебрачных отношений каким-то образом сохраняет существующее положение вещей и оберегает самих партнеров, постольку это кажется оправданным. То, что было бы грешно для людей вообще, становится добродетельным для людей, испытывающих трудноразрешимые семейные проблемы.

В подобных аргументах есть, правда, ряд моральных аспектов. Какого масштаба семейные трудности оправдывают адюльтер? Где находится та точка отсчета - от эмоционального теплого здорового брака до холодного и враждебного, которая оправдывает внебрачные отношения? Если Джоан подвергается избиениям (она дважды пыталась уйти от Джона, но он возвращал ее своими слезными обещаниями измениться), если ее постоянно осаждают кредиторы, если она извелась от лжи, устала от грубого обращения с ней и отвратительного поведения мужа, то кто, если не она, может быть в данной ситуации оправдан?

Если у вас есть хоть какие-то чувства, то сейчас вы должны либо рассердиться (возможно, на меня), либо испытать страдание. Я не знаю, сталкивались ли вы с изменой или людьми, ее совершившими. Но если это так, то вы будете стонать и плакать на протяжении нескольких лет от безнадежности, страха, подозрения, горечи и безысходного страдания, запутавшись во внебрачных отношениях.

Однако я - врач. Я должен проявлять сострадание, но не должен лгать. Я не могу притворяться, говоря пациенту, что рак - это не рак. Поступать так - не значит сострадать, потому что это - предательство. Это измена моей профессии и пациенту, который пришел ко мне с доверием. Именно поэтому я не могу притворяться, утверждая, что супружеская измена может быть оправдана трагическими обстоятельствами, которые к ней привели. Мое дело - не судить. Мое дело - сказать все как есть и, если попросят, постараться помочь.

Для этого необходимо нечто большее, чем цитирование седьмой заповеди: "Не прелюбодействуй". У меня нет намерения защищать седьмую заповедь. Она в этом не нуждается. Библия объясняет, почему адюльтер греховен. Я уже коснулся одной из причин - измена клятве, нарушение пожизненного договора. Это относится и к христианам, и к нехристианам. Общество, где брачные договоры могут включать в себя новые пункты, добавляемые по прихоти каждой из сторон, обречено на деградацию.

Но для христиан этот вопрос совершенно ясен. Брак отражает отношение между Христом и его Церковью (Еф. 5:25-33). Представьте, что Христос предавался бы прелюбодейству только потому, что была бы доказана неверность его невесты - Церкви (как это часто с ней бывало). Не правда ли, для христиан этим сказано все?

Почему кипит вода?

То, что ученые бихевиористской ориентации предпочитают называть "внебрачными отношениями", имеет различные толкования. Я приведу разъясняющие цитаты, помня при этом, что, когда мы думаем, будто объясняем поведение человека, нам в действительности удается описать лишь один из его аспектов.

Спрашивать, почему человек подвержен прелюбодеянию, все равно что спрашивать, почему кипит вода. Я не могу вам дать простой ответ на этот вопрос. Итак, почему кипит вода в чайнике? Я могу предложить различные разнопорядковые суждения. Например, можно сказать: "Она кипит потому, что при достижении температуры в 100° и при нормальном атмосферном давлении вода начинает превращаться в пар". Но я не объяснил, почему кипит вода. Я только описал то, что происходит, когда температура воды достигает 100°. Я мог бы дать более сложное описание этого процесса, включающее в себя превращение энергии и отношения между молекулами воды и пара, но при этом я бы опять-таки описывал явление, а не объяснял его.

С другой стороны, я мог бы сказать: "Вода кипит, потому что я поставил ее на плиту". Это был бы иной уровень объяснения по сравнению с научным. Все зависит от того, о чем я спрашиваю, говоря "почему".

Я упомянул об этом, потому что при объяснении сексуального падения в физиологических или психологических терминах скрытно присутствует то, что известно в науке как детерминизм. Наука построена на отношениях причины и следствия, на той идее, что причина "А" автоматически приводит к результату "Б". Если я уроню фарфор на цементный пол, то пол послужит причиной того, что фарфор разбился. Но при объяснении поведения человека мы не должны допускать того, что в определенных обстоятельствах прелюбодеяние неизбежно так же, как разрушение фарфора при ударе о цементный пол. Это было бы справедливо, если бы мы потеряли контроль над своим поведением. Но мы полностью ответственны за то, что мы делаем. Ведь мы не машины.

Почему же тогда я обращаюсь к психологии адюльтера? Я это делаю потому, что это может помочь нам понять, почему для одних людей это большее искушение, чем для других. А понимание откроет нам дверь к состраданию.

Предназначение секса - положить конец одиночеству. Это - мост к общению и братству. Общение (близость, интимность, познание и возможность быть познанным, любовь и возможность быть любимым) - сложная жизненная структура, для развития которой требуются годы. Общение это возникает как хрупкое и прекрасное растение, чутко реагирующее на внешние условия. Оно вырастает в крепкое дерево с глубокими корнями, чтобы противостоять засухе и урагану.

Тем не менее мы знаем, что во многих браках нет того общения, которое можно было бы уподобить крепкому дереву. Дерево не выросло. Глубинные потребности обоих партнеров не удовлетворяются. И в сердце каждого из них существует потребность найти то, в чем он истинно нуждается.

Что может быть естественней поиска вне брака того, чего в нем нет? И несмотря на то что главным образом физический аспект секса занимает наши мысли, когда мы думаем об адюльтере, он часто играет менее важную роль, чем чувства людей, в него вовлеченных. "Это не физический секс, - сказала мне одна женщина. - Я поняла, что он действительно заботится обо мне. Он сделал так, что я почувствовала свою ценность и нужность кому-то. Когда мы вместе, я никогда не бываю одинокой". Таким образом, на месте невыросшего дерева принялось новое растение. В ответ на глубинное стремление познать другого и быть познанным им.

Потребность человека в близости может возникнуть в различных обстоятельствах. Длительная разлука, смерть мужа (или жены), развод - все это может стимулировать ее. Значит, есть обстоятельства, которые влияют на возникновение внебрачных отношений.

Но возникают вопросы. Всякий состоящий в браке человек время от времени переживает продолжительные периоды одиночества. Многие проходят через развод или смерть супруга, не прибегая к адюльтеру. Почему же одни люди подвержены прелюбодеянию, а другие нет?

Убеждения в добродетельности или греховности адюльтера, видимо, не столь важны, как нам часто кажется. Сами убеждения могут сильно меняться под давлением потребности. Но даже если они остаются неизменными, человек может чувствовать себя несчастным, испытывать угрызения совести из-за отношений, от которых он не может отказаться.

Секс и самоуважение

Дженни - драматическая актриса сорока с лишним лет. Наклонившись вперед, она обращается ко мне. Ее большие глаза смотрят умоляюще. Она рассказывает свою историю. При этом она, конечно, преувеличивает. Временами я не уверен: она умышленно лжет или действительно верит в то, о чем говорит? Движения ее тела тонко намекают, что у нас с ней могли бы возникнуть не только профессиональные отношения. Но я знаю, что, если только коснусь ее руки, она возмущенно даст мне пощечину или плача выбежит из офиса.

Она "не может переносить секс". "Я не выношу прикосновений мужа, - говорит она, придвинувшись ко мне настолько близко, что я ощущаю запах ее духов. - Я пытаюсь побороть себя, но не могу вынести этого".

У нее были многочисленные внебрачные связи (включая половые отношения), но все они быстро "скисали". Всякая история звучала одинаково. Менялись только имена мужчин. Но каждый раз физический секс оказывался более важным для мужчин, чем для Дженни. Вначале она получала от него удовольствие, но вскоре, как и со своим мужем, становилась фригидной.

Как же объяснить поведение этой странной, противоречивой женщины? Своими глазами, ресницами, одеждой, движениями она как бы завлекает мужчин. Однако те, кто принимает ее приглашение, либо наталкиваются на отказ, либо получают в ее алькове лишь временное убежище, после чего отвергаются. "Все мужчины одинаковы, - жалуется она. - Они хотят только одного".

Но, Дженни, ведь вы сами предлагаете им это. Иначе зачем вы покачиваете бедрами, когда прогуливаетесь? Зачем вам мини-юбка? Зачем вы томно прикрываете ресницы, широко открываете глаза, зазывно смотрите на меня? Почему ваши слова противоречат движениям вашего тела?

Действительно - почему?

Беда в том, что Дженни никогда не понимала своего отца. Будучи маленькой, она хотела быть любимой этим загадочным, а иногда пугающим ее человеком. Сейчас она плохо помнит об этом, однако когда-то в детстве она с успехом обнаружила, как можно его очаровать. В три или четыре года она отлично усвоила, как можно обольстительно прикрывать ресницы, застенчиво глядеть на папу, ходить, покачивая бедрами, поддразнивать и флиртовать. Она обнаружила, что эти действия изменяют его настроение. Он смеялся, обхватывал ее своими большими руками и сажал на теплые колени. Другого места, похожего на папины колени, не было. Она чувствовала себя в безопасности, когда была рядом с ним.

Но те времена были обещанием дружбы, которая никогда позже не появилась, обещанием устойчивых отношений между отцом и дочерью, которое никогда не реализовалось. Его настроения менялись с внезапностью тропической бури. Она никогда не была уверена в нем, никогда не понимала его.

С тех пор она не уверена ни в одном мужчине. Она говорит правду, когда рассказывает о том, что не получает удовольствия от секса. Вы можете наслаждаться сексом, если уверены в себе или верите другому человеку и понимаете его. Дженни не уверена ни в чем и ни в ком. Ее жизнь - мучительный поиск любви, а не секса. Но поскольку любовные отношения с человеком противоположного пола впервые усваиваются в отношениях с родителем (а Дженни не усвоила их), она не знает, как обрести их сейчас. Все, что у нее есть, -это единственный, но бесполезный "ключ", который обеспечивал ей любовь отца и безопасность, когда она сидела на его коленях.

На протяжении всей своей жизни она пользовалась этим "ключом", чтобы снова и снова открывать дверь разочарованию. Женщины либо завидуют ей, либо презирают. Мужчины находят ее очаровательной, но пустой. Среди них Дженни чувствует себя одинокой и неуверенной. Она продолжает бесконечный поиск, обладая единственным оружием для этого, - ключом сексуальной провокации (чего она даже не сознает).

История Дженни раскрывает лишь одну из причин, приводящих человека зрелого возраста к адюльтеру. Рассмотрим другую.

Как-то я беседовал с двенадцатилетней девочкой, которая возле бара ждала своего отца. Братья и сестры? Да, у нее их семь. Младшему один год, живет в городе за много миль отсюда. С бабушкой и дедушкой? "О нет! С подружкой отца". Эта фраза прозвучала совершенно обыденно, без тени замешательства.

Миллионы детей вырастают, считая неверность взрослых нечто само собой разумеющимся. Эта неверность может воздействовать на них двояко. Страдание, порожденное ею, может привести к тому, что свою жизнь ребенок будет строить иначе (порой без необходимых для этого исходных материалов). Или, когда придет время, для него окажется проще последовать примеру родителей.

Некоторые социальные работники назвали бы Дженни "истерической личностью". Но суть ее проблемы не в том, что она отличается от "нормальных" мужчин и женщин. Некоторые люди, например, никогда не были уверены в своей мужественности или женственности. И по мере того как с возрастом их привлекательность убывала, они приступали к поискам новых подтверждений тому, что они желанны и привлекательны. Так, мужчины средних лет заводят романы со своими молодыми секретаршами. А женщины бальзаковского возраста соблазняют молодых неженатых мужчин.

Существует ошибочное мнение, будто зрелый возраст является причиной адюльтера. Но есть все основания и для противоположной точки зрения, поскольку сомнения человека в собственной привлекательности нередко ведут к романам. Мужчина, который всегда лжет женщинам, стремится тем самым избавиться от своих подсознательных сомнений. Естественно, он будет отрицать это. Но его чрезмерное хвастовство и смакование своих побед, которые он демонстрирует перед друзьями, - все это говорит само за себя: мужчина слишком тревожится за то, чтобы его не посчитали несостоятельным. Он протестует против этого слишком сильно. Его отчаянное хвастовство - показатель его внутренней неуверенности. И удовольствие, которое он получает от своего "спорта", усиливается необходимостью убедиться в своей состоятельности.

С другой стороны, психологи, социологи и психиатры проявляют все больший интерес к тому, что называется "кризисом идентичности середины жизни". Доктора Прозен и Мартин в серии статей, опубликованных в "Архивах общей психиатрии", описывают типичного мужчину, к которому пришел успех. Его выросшие благосостояние и престиж порождают у него иллюзию, что он не утратил физическую потенцию и привлекательность молодости. Новые перспективы власти волнуют его. Сейчас он занимает лучшее положение, чем ему когда-либо мечталось. Почему его должно удивлять, что молодые женщины тянутся к нему? Власть возбуждает. Если я смог преодолеть одни жизненные препятствия, то почему не смогу преодолеть и другие? Кто я? Жизнь предоставляет мне больше возможностей, чем я когда-то надеялся.

Но более распространенными являются одиночество и низкая самооценка - качества, которые являются ключевыми. Многие одинокие женщины-профессионалки живут в студиях, куда приходят их женатые и холостые ухажеры. Эмансипированные? Свободные?

Это можно узнать, только поговорив с этими женщинами. Но, сделав это и изучив их поведение (которое запутывает их и приносит им неудовлетворенность), я обнаружил, что многие из них - жертвы собственной заниженной самооценки и эксплуатации со стороны слабых, жалеющих себя мужчин. Понимая, что ее "используют", она страдает оттого, что любой стоящий мужчина разлюбит ее, как только узнает, каков ее внутренний мир, и уж наверняка никогда не захочет, чтобы она стала его женой.

Поэтому она расплачивается за удовольствия общения, которое смягчает ее одиночество, отдавая своим компаньонам только то, что они высоко в ней ценят. Она благодарна за этот обмен, даже понимая, что получаемые ею уверения в любви и признательности несерьезны.

Откуда взялась в ней эта заниженная самооценка? Если мы обратимся к ее детству, то сможем обнаружить частичное объяснение. Родители следили за ее телом, но не желали признавать в ней личность. Особенно был неудовлетворен ею отец. Если она сообщала о полученной в школе пятерке, то он говорил, что если бы она больше старалась, то получила бы пять с плюсом. Постепенно она стала жить с ощущением своей неполноценности, которая проявлялась особенно в присутствии отца (а позднее - других мужчин).

Но главным вопросом остается другой: как помочь прелюбодею, взывающему к нам о помощи?

Воображение и развод

"Спасибо Всевышнему, что я не такой, как другие мужчины, прелюбодеи, нечистые..." Если, читая эти строки, вы испытаете гордость, то знайте, что глава адресована вам.

В Нагорной проповеди Иисус неожиданно связал между собой две сексуальные темы, которые выглядят противоположными друг другу по смыслу. В святом благовествовании от Матфея (5:27-32) присутствует первая из них. По мере чтения мы инстинктивно пытаемся разделить ее на несоприкасающиеся между собой части. Иисус начинает говорить о сексуальных фантазиях (воображаемых переживаниях вожделения), а затем переходит к осуждению развода и повторного брака. Он связывает то и другое, говоря, что, в сущности, и сексуальные фантазии, и повторный брак после развода означают супружескую измену.

Мы смущенно ежимся, читая этот отрывок, пытаемся понять, что это действительно означает. Размышляя над тем, что бы это значило, мы делаем все, чтобы уклониться от острия Его слова.

Этот отрывок следует понимать в свете всей Нагорной проповеди. Одним из требований Иисуса является однозначная интерпретация закона. Мы оказываемся шокированными, столкнувшись со Словом Бога. То, что Он открывает, слишком пугает. Яркий луч высвечивает грязную суету нашей жизни, поэтому, подобно домохозяйке, застигнутой врасплох в неприбранном доме, мы спешим объяснить свою невиновность.

Книжники и фарисеи, вопреки их фанатичной приверженности закону Божьему, создали систему, которая позволила им комфортно уживаться с ним. Они вольно "интерпретировали" его. Заповедь рассчитана на то, чтобы найти отклик в человеческих сердцах, цель ее - пробудить совесть. Фарисеи же примирили свою совесть со Словом Божьим, придумав тысячи изощренных интерпретаций, в которых исчезает сам дух заповеди, но при этом создается иллюзия угодности Господу.

В своем Манифесте Царства Божия Иисус отбрасывает массу ученой чепухи, посредством которой поколения теологов избегали правды заповеди и предавали дух, воплощенный в ней. Иисус как бы говорит: "Не стремясь разрушить заповедь, Я хочу показать, что действительно означают ее указания". (Он не только исполнял заповеди, живя совершенной жизнью и выполняя каждое требование Отца, Он делал это же в Своем учении о законе, исполнения которого Бог требует ото всех.) Если мы понимаем это, то мы должны правильно оценить его комментарии по поводу сексуальных фантазий, развода и повторного брака.

Большинство из нас знает, что значит сексуальное возбуждение. Если мы нормальны, то такое возбуждение время от времени неизбежно. Оно может быть несильным и проявляться в виде мимолетного желания. В то же время оно способно потрясти нас, поразив остановкой дыхания.

И мимолетное желание, и сильное возбуждение превращаются в чувство, которое Иисус называет вожделением. Нет ничего греховного в том, чтобы испытать соблазн. Даже Иисус, "подобно нам, искушен во всем" (Евр. 4:15). Соблазн становится грехом, когда мы поддаемся ему.

Все мы знаем изречение Лютера о том, что человек не способен остановить птицу, летающую вокруг его головы, но способен сделать это, если она совьет гнездо в его волосах. Иисус учит нас, что есть множество способов реагировать на сексуальный соблазн. Я могу сказать: "Спасибо Всевышнему за то, что Он подготовил меня к опасности. Благодарю за то, что я способен испытывать сексуальное желание, и за напоминание о том, что этот мужчина (или женщина) не для меня. Поскольку сейчас Твоя воля в моем сердце, я вверяю его Тебе". Между прочим, Он всегда говорит ясно и четко. Если вы не заметили этого, то только потому, что голос Бога стал одним из фоновых шумов вашей жизни, шумов, которые вы привыкли не замечать.

Другой способ реагировать на сексуальный соблазн состоит в том, чтобы поддаться ему и совратить привлекающего вас человека. Одни мужчины и женщины поступают так, полностью сознавая, что они делают. Другие, как мы уже видели, поступают так же, но тешат себя чепухой о неких "значимых" отношениях.

Но есть и иные варианты. Многие из нас не поддаются соблазнам из-за недостатка мужества. Мы слишком малодушны. Мы порой думаем, что мы лучше других, потому что наше тело никогда не соединялось ни с одним другим, кроме супружеского, тогда как реальной причиной нашей "добродетельности" является отсутствие качеств, необходимых для того, чтобы завязать роман. Поэтому мы несем чушь, стреляя похотливыми глазами по сторонам и наслаждаясь тайными удовольствиями в публичном доме своего сердца.

Здесь я бы хотел сделать одно уточнение. Я на знаю, насколько оно правомерно, но думаю, что оно вытекает из высказываний Иисуса. В главах о мастурбации и вуайеризме проблема сексуальных фантазий возникает сама по себе. Мне кажется, что одно - позволять обложке порнографического журнала стимулировать мои фантазии и совершенно другое - похотливо играть идеей о вступлении в половую связь со знакомым мне человеком. И то и другое является продуктом деятельности воображения. Тем не менее мне кажется, что в святом благовествовании от Матфея (гл. 5) Иисус имеет в виду это "другое".

Однако я должен быть осторожен, не делая слишком большого различия между этими фантазиями, ибо в реальной жизни они разделены в меньшей степени, чем в моем примере. На полпути между обнаженным телом в журналах "Пентхаус" или "Плейгерл" и знакомым мне человеком стоит девушка в бикини, загорающая на пляже. Девушка в журнале - для меня не личность. Девушка на пляже - совсем другое дело.

Сексуальные фантазии, стимулируемые порнографией, носят чисто эротический характер. Они обусловлены только физическими, животными побуждениями. Мастурбирующий подросток, мучимый фотографиями обнаженных красоток и раздираемый своими влечениями, думает главным образом о своих физических ощущениях, желая избавиться от них. Но мужчина или женщина (молодые или старые), имеющие сексуальный опыт, знающие о том, что включают в себя сексуальные отношения (и особенно те, кто несчастлив в браке), находятся в ином положении. По их мнению, трава на соседнем лугу зеленее, чем на их собственном. Это может быть также мужчина (или женщина), не имеющий своего собственного пастбища и покушающийся на чужое.

Говорят о "вожделении глаз", желании обладать прекрасными вещами. Вожделение есть там, где наши желания - наши господа, а не слуги. Поэтому желать женщину - это нечто большее, чем просто испытывать эротическое возбуждение.

Я не ищу оправдания заигрыванию, переполненному сексуальными фантазиями. Такое заигрывание ужасно, оно всегда порождает чувство вины и является пародией на секс. Однако я не верю, что Иисус говорит о сексуальных фантазиях вообще. Он говорит скорее о домогании чужого супруга или еще кого-то, кем я не вправе обладать.

И если Иисус говорит о домогании чьего-то супруга, становится понятнее, почему Он сразу же после этого переходит к разговору о разводе и повторном браке. В основе нарушенного завета лежит грех адюльтера. (И помните, что нарушение данного мне обещания не оправдывает нарушения моего собственного обязательства.) Так грех попадает в ту же категорию, что измена и воровство.

Иисус говорит: преданность есть сущность сердца, но существуют различные способы нарушить ее и предаться прелюбодеянию. Вы можете совершить тривиальную измену. Или же отдаться вожделенным мечтам и флирту, из-за недостатка мужества не доводя его до конца. Вы можете использовать те Моисеевы законы, которые защищают права грешниц, то есть "легально" уйти от своего супруга и вступить в брак с другим мужчиной. В любом случае прелюбодеи, вожделеющие и многие разведенные супруги, вступившие в повторный брак, оказываются в одной лодке. Это очень большая лодка, и избавь нас, Господи, от указания пальцем друг на друга, ибо мы все можем оказаться в ней.

Я понимаю, что, трактуя фрагменты Писания, я обхожу многие этические и моральные аспекты развода и повторного брака. Я поступаю так умышленно, поскольку эти аспекты выходят за рамки данной книги. Вы могли заметить, что в предыдущем абзаце я сказал - "многие разведенные супруги, вступившие в повторный брак". Откровенно говоря, я ничего не знаю обо всех этих людях. Но если шляпа вам к лицу, то почему бы ее не носить? Вы, кто развелись и снова вступили в брак, действительно ли вы такие добродетельные, какими изображаете себя? Намного ли вы лучше всех остальных? Или вы играете в игру фарисеев, искажая Писание для оправдания своего эгоизма?

Я пишу это не для того, чтобы нападать на вас, и совсем не для того, чтобы предсказать распад вашего нового брака. Что сделано, то сделано. Сделанное не может и не должно быть изменено. Если вы поступили добродетельно, то это разумно и хорошо. Но если ваш повторный брак - продолжение вашего ложного и грешного пути, то честно признайте это. Ваша преданность Богу будет неполной, пока прощение и очищение не коснется этой сферы вашей жизни.

Можно ли уладить возникшие проблемы?

Этот раздел - не о советах для супружеских пар. Он написан, чтобы помочь людям, впавшим в сексуальный грех (в особенности тем мужчинам и женщинам, у которых есть внебрачные связи).

Если вы желаете получить добрый совет, позвольте мне начать с проблемы, с которой ко мне часто обращаются.

Вы понимаете, что должны оставить ее (его). Но вы не можете избавиться от своего чувства. Вы говорите (и подразумеваете), что ваша связь подошла к концу, что вам тяжело было прийти к такому решению, но что сейчас вы твердо знаете, что должны наконец расстаться.

Вы с грустью в голосе говорите мне, что прошлого никогда не вернуть, что после душевной теплоты и наслаждений, полученных от внебрачной связи, ваш законный брак кажется вам скучным. Конечно, вы хотите быть добродетельным, но как заставить себя сказать супругу: "Я люблю тебя", не чувствуя к нему любви? Вы не испытываете ненависти к нему, и он может даже нравиться вам. Но вы не питаете к нему и того чувства, которое переполняет вас при встрече с любовником. Такого чувства, подвигающего на действие, у вас просто нет.

Вы говорите: "Я никогда не увижу свою возлюбленную снова. Но я не смогу забыть ее. Я всегда буду любить ее".

Многие были бы шокированы, если бы вы рассказали им об этом. Они не поняли бы, что эрос и филиа, даже греховные, реальны. Их корни прорастают в сердцах всех мужчин и женщин. Не имеет особого значения тот факт, что вы не позволяете им расти. Они глубоко проникают в почву вашего бытия. Признание вашего греха и разрыв с любимым человеком не меняют дела.

Насколько реально возобновление вашего брачного союза?

Я верю вам. То, что случилось с вами, происходит с людьми, теряющими любимого в связи с его смертью. Это могло бы раздавить человека, оставшегося в живых, если бы Бог не создал механизмов, необходимых для лечения ран, нанесенных смертью. Такой человек проходит через процесс, называемый психиатрами "работой горя". Работа горя - это Богом данный механизм залечивания глубоких ран привязанности к человеку, вырванному из нашей жизни. Этот процесс включает в себя определенные стадии: переживание, слезы, плохой сон, депрессия, возмущение, медленное изменение качества воспоминаний об ушедшем, а затем постепенное формирование новых привязанностей, вытесняющих старые. Но процесс этот не может быть ускорен. Он требует времени.

Макс, 35-летний дантист, служащий в местной церкви, пришел в мой офис через шесть месяцев после прекращения романа со своей пациенткой. Его жена об этом знала. Знал об этом и пастор местного прихода. Макс сложил с себя официальные церковные обязанности. Подобно многим, он говорил мне: "Я не способен притворяться, доктор. Я решил больше не встречаться с Лидией, но и не смогу ее забыть. Сейчас я не чувствую никакой любви к своей жене". Мы разбирались с его разбитыми чувствами на протяжении ряда встреч, после чего несколько недель я не видел его.

Когда же мы вновь встретились, он выглядел лет на пять моложе. На его лице появилась недоуменная, слегка смущенная улыбка. "Вы знаете, у меня возникло чувство, о котором я и пришел вам рассказать, - начал он. - То, о чем вы говорили, произошло. Лидия для меня теперь подобна сну. И я действительно люблю мою жену. Я не могу объяснить, что со мной случилось... - Он на секунду замолчал. - Я как будто выбрался из кошмара. Наш брак никогда раньше не был таким счастливым. Конечно, мы иногда спорим. Но сейчас мы подолгу разговариваем друг с другом. Мы научились сообща преодолевать трудности. Дети наши счастливы, и я доволен ими".

"Сейчас мы разговариваем..." Супруги не делали этого несколько лет. Они обменивались сухими фразами о доме, детях, деньгах, церкви, о своем будущем. Они даже молились вместе. Оба были выпускниками хорошо известного библейского колледжа. Иногда Макс бывал очень зол и срывался на крик. То, о чем он кричал, не отражало в действительности тех черт характера, которые его сильнее всего возмущали в жене. Он признался: "Я не хотел обижать ее". По мере накопления невысказанных обид общение супругов начинало превращаться в преграду между ними. Со временем они оба стали актерами театра, подмостки которого были установлены еще задолго до встречи Макса с Лидией.

Однако кроме исцеления, которому Бог собирается подвергнуть ваше сердце, в вашей жизни должно произойти еще нечто важное. Вы хотите научиться говорить о ваших реальных чувствах и обидах. Это всегда рискованно. Но у вас никогда не будет настоящей близости, если вы хоть однажды не захотите рискнуть. Брак, состоящий из вздохов на скамейке, не есть брак. Если риск открытости кажется вам слишком значительным, обратитесь за профессиональной помощью к опытному специалисту.

С самого начала этой книги я стремился показать, что сексуальность в самом широком смысле служит тому, чтобы положить конец одиночеству. С этой целью Бог создал секс. И исцеление разрушенного брака должно начинаться с осознанного поиска новых форм общения.

Тайный роман

"Доктор, моя жена ничего не знает о моем романе. Теперь же я хочу рассказать ей о нем. Должен ли я это делать?"

В данном случае также присутствует проблема общения. Следует ли делиться с супругой всеми тайнами? В частности, должен ли мужчина, о котором мы упомянули, поделиться с женой своей проблемой?

"Если у моего мужа и есть роман, то я ничего не хочу знать об этом". Многие женщины подчеркивали эту мысль в разговоре со мной.

Присутствует ли здесь вопрос: как должно поступать в этом случае христианину? Может ли быть сохранен христианский брак при наличии у одного из супругов глубокой тайны?

Хочу спросить: что заставляет нас исповедаться перед супругой (супругом) в случае неверности? Некоторые (обычно те, кто пережил короткий случайный роман) хотят этого из-за неосознанной потребности обидеть свою жену (мужа). Иногда это побуждение стоит у них на первом месте при вступлении во внебрачную связь. В таких случаях "исповедь" может являться попыткой одного из супругов ранить другого, скрываясь под личиной раскаяния и честности. Не может быть лучшего способа глубоко уязвить супруга (супругу), чем поведать о романе, о котором тот (та) ничего не знает.

Что же делать? Я не знаю "правильного" ответа на этот вопрос. Мужчина (или женщина), столкнувшийся с такой перспективой, неизбежно должен выбирать одно из двух зол: либо ранить супругу рассказом о своей измене, либо пожизненно нести тяжкий грех, которым нельзя поделиться даже с самым близким человеком. Поэтому, прежде чем исповедоваться, будьте откровенны и убеждены перед лицом Господа в чистоте своих помыслов.

Сначала посоветуйтесь со специалистом, которому вы вполне доверяете. Он может порекомендовать вам молчать по крайней мере некоторое время. Молчание в этом случае не подразумевает того, что вы должны лгать, если супруг (супруга) спросит вас об этом. Однажды вы можете открыться. И хотя ваше признание может шокировать родного человека, вы вправе привести его за руку к специалисту, которому вы поведали о своей проблеме, и сказать: "Я хочу, чтобы вы рассказали моей жене (моему мужу) все, что я рассказал (рассказала) вам".

Пострадавшая сторона

"Это продолжается уже три года. Я чувствовала что-то не так, но она отрицала это... Мы были в довольно близких отношениях с одной супружеской парой - ездили вместе на пикники, ходили друг к другу в гости. Иногда мне не нравилось, как они смотрят друг на друга. Может, во всем этом виноват я, доктор? Что мне сейчас делать?" Рассказчиком был 39-летний профессор антропологии. Он смущался трогательно, как маленький мальчик. Но линия плеч и черты лица принадлежали мужчине, выглядевшему значительно старше своих лет.

"Мы должны наконец прекратить это. Все четверо. Его жену я виню больше, чем кого-либо. Она - мазохистка и ханжа. Я не могу обвинять ее мужа за то, что он ненавидит ее. Сейчас я в депрессии. Иногда я прихожу в ярость. И хуже всего то, что я не уверен, что все это прекратилось. Джилл все отрицает. Но и раньше она отрицала это, и отрицала до тех пор, пока сама же не раскрыла карты.

В конце концов все это прекратилось. Но есть вещи, которые я не в силах проконтролировать. У меня осталось много вопросов. Действительно ли они рассказали мне обо всем? Часто ли они встречались? Как часто вступали в сексуальные отношения? Где это происходило? Что они делали? Меня мучают детали - даты, время...

Когда я спрашиваю ее об этом, она говорит, что не помнит, что все события были тесно связаны между собой и одно походило на другое. Только любовь имела для них значение. Она сердится, когда я спрашиваю об этом, и просит оставить ее в покое. Очень часто ей присылают цветы, а когда я спрашиваю ее о них, она кричит на меня. Так или иначе, но этому не видно конца.

Теперь у нас снова возникли сексуальные отношения. Но он везде сует свой нос, и она начинает колебаться... Она склонила его к определенной любовной игре и хочет, чтобы и я обучился ее тонкостям. Где она сама научилась всему этому? Я мысленно вижу, как они занимаются любовью".

Подозрение, страх, злоба, неуверенность, горечь...

Я знаю, вы страдаете. Немногие люди пережили то, с чем вы столкнулись. Но хотите ли вы строить ваш брак заново? Хотите ли вы научиться доверию? Если она сердится, когда вы спрашиваете о цветах, то это говорит о том, что она не испытывает чувства вины, а значит, нет причин для вашего огорчения. Скажите ей, что вас измучили подозрения. Если вы хотите покончить с этим, вам нужна ее помощь.

Не расспрашивайте ее о деталях! Возможно, Джилл просто не помнит все мелочи, связанные с каждым из любовных свиданий. В конце концов почему она должна хотеть рассказывать об этом? Чего вы пытаетесь достичь, подвергая ее пытке расследования? Вы что, хотите выступить в роли Христа, осуждая вашу грешницу жену? Ответьте мне честно, ваши вопросы сближают или отдаляют вас друг от друга? Вы никогда не узнаете всех деталей, и вашей муке не будет конца, если вы не прекратите ее спрашивать. Если вам хочется поделиться с ней своими переживаниями (а вам обязательно следует это сделать), то речь должна идти о том, что сближает вас, о том, что вас радует и печалит.

А как быть с прощением? Да, я знаю, вы простили ее, но что конкретно вы ей простили? Только то, о чем вы знаете? Этого недостаточно. Вы должны дать ей понять, что вы прощаете ей все, даже то, чего она не может вспомнить.

До тех пор, пока она всем сердцем, всей душой через ваше прощение не познает прощение Бога (эту работу в ней может проделать только Святой Дух), пока она не взглянет на себя с той же благожелательностью и тем же пониманием, с какими смотрит на нее Господь, она никогда не будет полностью уверена в ваших чувствах.

Вы поможете ей, если позволите увидеть: все, что было с ней, - это в прошлом. Вы поможете ей, признав и свою вину: да, мне не удалось сделать так, чтобы ты чувствовала себя женщиной; научи же меня, как это сделать. Вы поможете жене, не третируя ее. Вы поможете ей, доказав, что понимаете и разделяете ее печаль о том, что она утратила. Да, я знаю, что это кажется неосуществимым. Но если вы хотите завоевать ее любовь, вы должны войти в ее внутренний мир и попытаться понять его. Обратитесь со своим гневом к Богу и попросите показать раны Его Сына. Попросите Его научить вас сострадать одиночеству вашей жены. Читали ли вы книгу пророка Осии? Обратитесь к некоторым фрагментам из второй и третьей глав.

В то же время не возводите жену на пьедестал. Она почувствует себе там весьма неуютно. Дайте ей понять, что вы принимаете ее такой, какова она есть, и что ее греховность так же, как и ваше прощение, является частью этого приятия. Но дайте ей понять и то, что, грешна она или нет, вы не осуждаете ее.

Вы выглядите подавленным, когда я говорю вам это. Вы спрашиваете: "Была ли моя вина во всем этом?" Я не судья, но думаю, что отчасти виноваты и вы. Но в чем? В данный момент вы готовы поддаться отчаянию и готовитесь сделать шаг к прощению жены, думая при этом о том, что она не имеет на это права.

Давайте зададимся вопросом. Знаете ли вы, что Бог жаждет омыть наш дух, нашу душу и наше тело живительными струями прощения? Полного прощения. Прощения любой нашей ошибки, любого нашего греха. Забудьте на время о вашем супруге. Вы никогда не сможете поддержать его в пути, если сами едва переставляете ноги. Вы не сможете напитать прощением фонтаны любви до тех пор, пока не попросите об этом Господа. Все, что Бог хочет в данный момент, - это разбудить в вас желание простить. Если вы сможете сказать (сколь бы долго ни пришлось молить Его об этом): "Господи! Я хочу простить, я прощаю!" - то Бог не потребует от вас большего.

Он жаждет отдать нечто важное, и отдать именно вам. Сатана хочет, чтобы вы покорились отчаянию, набожно произнося: "Я не в силах исправить положение". Не делайте этого. Христос - Подлинный Примиритель. Он примиряет вас с Богом в Себе Самом. Даже когда вы читаете эти строки, Он желает вам испытать те чувства примирения и приятия, которые Он пережил через Свою смерть и Свое воскресение.

Если Он в состоянии примирить человечество с Самим Собой, то является ли для Него проблемой ваш брак? Дело в том, что примирение должно начаться именно с вас. И начаться немедленно. Подумайте, действительно ли вы считаете прощение необходимым для себя? Это ли имеете вы в виду, говоря, что вы несчастны? Или втайне надеетесь, что счастливы? Уверены ли в том, что вы искренни, говоря, что стремитесь познать радость полного духовного слияния с Господом?

Если это так, сделайте то, что делаю иногда я. Составьте перечень грехов и ошибок, в которых вы чувствуете свою вину. Если не уверены, греховен или нет ваш проступок, поставьте напротив него знак вопроса. Затем возьмите список, преклоните колени и поразмыслите над следующими фрагментами из Библии:

"Если говорим, что не имеем греха, - обманываем самих себя и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи (наши) и очистит нас от всякой неправды" (1 Иоан. 1:8-9).

"Итак, братия, имея дерзновение входить во святилище посредством крови Иисуса Христа, путем новым и живым, Который он вновь открыл нам через завесу, то есть, плоть Свою, и имея великого Священника над домом Божиим, да приступаем с искренним сердцем, с полною верою, кроплением очистивши сердца от порочной совести, и омывши тело водою чистою" (Евр. 10:19-22).

Из-за недостатка времени я не могу объяснить каждую деталь этих фрагментов, но должен сделать одно-два замечания. "Кропление" подразумевает кропление кровью. "Кровь" означает кровь Иисуса Христа. Естественно, что в физическом смысле крови больше нет. Когда Библия говорит о крови, то речь идет о смерти, насильственной смерти, жертвенной смерти. Своей кровью (смертью) Иисус искупил наши грехи и пороки. Его смерть - единственная плата, которую Бог требует за них. Предложить Богу что-то сверх смерти Христа - значит сказать, что смерти Христа недостаточно. Не может быть более ужасного оскорбления, чем выразить презрение к смерти Христа, сказав, что она не подходит для вашего особого случая.

Другое слово, которое я хочу прокомментировать, - "дерзновение". Вас научили смело вторгаться во владения Господа, ибо вас ждет там теплый прием. Вас примут не из-за вашей духовности, ваших слез, вашего благочестия, вашего раскаяния или любого другого положительного или отрицательного качества, которым вы обладаете. Вас примут потому, что Бог любит вас со всеми вашими грехами и неудачами, вас примут ради Христа. Дело Христа, если только вы будете верить в той степени, чтобы действовать согласно Его словам, устраняет все ваше грешное и отрицательное настолько, насколько Бог заинтересован в этом.

Поэтому напишите слово "устранено" напротив каждого из грехов. Шагните доверчиво через порог в гостеприимные объятия Отца. Скажите Ему, что вам трудно было поверить. Шагайте смело вперед, навстречу братски протянутым рукам.

И тогда произойдет чудо. Чудо избавления от тяжкого бремени, упоительное чувство любви и прощения. Это чудо, подобно живому ростку в вашем браке, может прорасти, если вы примете в любящие объятия вашего супруга, подобно тому, как Господь принял в Свои объятия вас.

Уайт Дж. Эрос оскверненный. - М., 1993, с. 34-51, 89-130.

 

Игорь КОН

СЕКСУАЛЬНАЯ ОРИЕНТАЦИЯ И ГОМОСЕКСУАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

"НЕНАЗЫВАЕМЫЙ ПОРОК"

В "Частной сексопатологии" гомосексуализм трактуется как одно из многочисленных нарушений психосексуальных ориентаций, "искажение направленности полового влечения и форм его реализации". Обладая клиническим опытом и достаточным запасом латинских и греческих слов, можно без труда создать специальный "изм" для любых индивидуальных эротических предпочтений. Однако зачем умножать число "сущностных" категорий, когда вполне достаточно феноменологического описания?

Гомосексуализм по ряду параметров выпадает из этого ряда. Во-первых, это широко распространенное явление. По подсчетам разных авторов, исключительно гомосексуальную ориентацию имеют от 1-2% до 5-6% мужчин и от 1% до 3-4% женщин. Эпизодические или временные сексуальные контакты имеют по меньшей мере треть мужского населения. Во-вторых, эта проблема имеет фундаментальное теоретическое значение - природа и генезис гомосексуальности так же важны для понимания общих закономерностей формирования сексуальной ориентации, как клиника транссексуализма - для теории половой дифференцировки. В-третьих, гомосексуальность и отношение к ней занимают важное место в системе полового и сексуального символизма любой культуры, причем здесь есть свои кросс- и транскультурные, филогенетические константы. В-четвертых, в отличие от большинства парафилий, изучавшихся почти исключительно психиатрами, хотя некоторые из них имеют определенные социокультурные предпосылки (вуайеризм и эксгибиционизм предполагают табуирование наготы, фетишизм - различение эротических и неэротических объектов и т.д.), гомосексуальность - междисциплинарный "сюжет", занимающий одно из центральных мест в любом разделе современной сексологии. В-пятых, эта тема широко представлена в художественной литературе и искусстве. Стыдливо замалчивать этот факт - значит только дезориентировать читателя, в том числе врачей.

Что мы знаем о природе гомосексуализма и закономерностях формирования сексуальной ориентации вообще? Начать придется с краткой истории вопроса. В древней Греции существительного "гомосексуалист" не было, соответствующие прилагательные дифференцировали не индивидов, а их эротические предпочтения или поступки. Средневековое понятие "содомии", помимо своей многозначности, также обозначало не человека, а тип запрещенных действий, с которыми не ассоциировалась особая социальная или психологическая идентичность. В медицинской литературе XIX века проблема была поставлена иначе. Слово "гомосексуализм" субстанциализировалось и стало обозначать не только особое психофизиологическое состояние, болезнь, но и определенный стиль жизни, разновидность человеческого рода, которая по всем основным показателям отличается от других людей.

Уже первые специальные теории гомосексуальности были неоднозначны. По мнению французского психиатра Андре Тардье, половое влечение к лицам собственного пола - врожденное моральное и физическое уродство, следствие вырождения, которое обнаруживается даже в особой форме полового члена; единственный способ борьбы с ним - карательные меры, вплоть до кастрации. Напротив, по мнению немецкого юриста Карла Ульрихса, опубликовавшего в 1860-х годах 12 книг на эту тему, гомосексуалисты (по имени греческой богини Урании, считавшейся покровительницей однополой любви, К. Ульрихс называл их "урнингами") - жертвы ненормального эмбрионального развития. Исходя из того, что половые органы эмбриона вначале недифференцированы, Ульрихс полагает, что у урнингов гениталии развиваются по мужскому типу, тогда как в мозге, который определяет направленность полового влечения, соответствующей дифференцировки не происходит. Урнинги - люди, у которых женская душа заключена в мужское тело; хотя это состояние является врожденным и, следовательно, неизменным, оно представляется не более патологическим, чем, например, дальтонизм. Поскольку в социальном и психическом отношении урнинги вполне нормальны, преследовать их жестоко и неразумно.

После многочисленных безуспешных попыток найти какие-то анатомо-физиологические признаки гомосексуализма в центре внимания оказываются психические свойства. Знаменитый немецкий невропатолог и психиатр Карл Вестфаль определил гомосексуализм (термин ввел еще раньше венгерский врач Карой Мария Бенкерт, писавший также под псевдонимом Кертбени) как врожденное изменение полового чувства. В 1882 г. французские психиатры Жан Шарко и Валентин Маньян в статье "Инверсия генитального чувства" сообщили, что с успехом применили для лечения таких случаев гипноз. Хотя трудно понять, как можно гипнозом излечить врожденное заболевание (а его врожденность авторы не ставили под сомнение), статья имела большой резонанс и термин "инверсия" прочно вошел в научный язык.

Однако клинические факты не укладывались в концепцию биологической предопределенности. В результате возникают дуалистические теории. Так, русский дерматовенеролог В.М. Тарновский в конце XIX века предложил разграничивать врожденные, генетически обусловленные, и приобретенные формы гомосексуализма, возникающие вследствие внешних влияний, половых излишеств, жажды разнообразия и т.д. Однако можно ли называть одним и тем же словом явления, имеющие настолько разную этиологию?

Теоретические споры о "причине" гомосексуализма продолжались и в начале XX века. Форель и Молль считали его половым извращением, специфической психопатологией. Крафт-Эбинг и Эллис видели в нем аномалию, подобную дальтонизму, к которой слово "психическая болезнь" неприменимо, так как гомосексуальность совместима с нормальным психическим функционированием. Хиршфельд и Блох считали гомосексуализм врожденным предрасположением, своего рода идиосинкразией, которую нужно просто принимать как факт. Вместе с тем Хиршфельд вслед за Ульрихсом считал гомосексуалистов своего рода "третьим полом", промежуточной стадией развития, интерсексуальным состоянием, когда телесные свойства одного пола сочетаются с сексуальными или эмоциональными характеристиками другого. Исходя из представления о врожденности и неизлечимости гомосексуализма, Хиршфельд настойчиво добивался отмены его уголовного преследования.

При всем своем гуманистическом пафосе монокаузальная теория гомосексуальности наталкивалась на непреодолимые трудности: наряду с людьми, чья гетеро- или гомосексуальная ориентация является исключительной и сохраняется на протяжении всей жизни, существуют люди, у которых гетеро- и гомосексуальные увлечения чередуются, сменяя друг друга. Может быть, дело не во врожденном предрасположении, а в особенностях индивидуального развития? Именно так ставил проблему З. Фрейд.

"С точки зрения психоанализа исключительный сексуальный интерес мужчин к женщинам представляет собой проблему, которая требует выяснения, а не самоочевидный факт, основанный на влечении, имеющем в конечном счете химическую природу". Однополая любовь покоится на тех же психофизиологических предпосылках, что и гетеросексуальная, а итоговое соотношение того и другого определяется лишь в процессе индивидуального развития. И хотя "различия в результатах могут иметь качественный характер, анализ показывает, что различие между их детерминантами только количественное". Гомосексуальность - не психическая болезнь в обычном понимании этого слова, а результат специфических условий формирования личности в раннем детстве, "переделать" которые в дальнейшем невозможно.

Следующий удар по субстанциалистской концепции гомосексуальности нанес Кинзи, который показал, что и в поведении, и в эротических установках гомо- и гетеросексуальность - не самостоятельные сущности, а полюсы некоторого континуума, так что можно говорить о степенях гетеро-, гомосексуальности. Чтобы получить достоверные данные о распространении гомосексуального поведения, Кинзи сконструировал 6-балльную шкалу, на одном полюсе которой стоят исключительно гетеросексуальные лица, не имевшие никаких гомосексуальных контактов, на другом - исключительно гомосексуальные лица, не имеющие никакого гетеросексуального опыта, а посередине - те, у кого есть и тот, и другой опыт. Другая такая же шкала измеряла уже не поведение (сексуальные контакты), а эмоциональные реакции, эротические чувства респондентов к лицам своего и противоположного пола.

Метод Кинзи дал интересные результаты. Прежде всего гомосексуальное поведение оказалось значительно более распространенным, чем принято было думать. Среди опрошенных Кинзи мужчин 48% признали в своем сексуальном опыте хотя бы один гомосексуальный контакт, в том числе 37% - с оргазмом, 25% мужчин между 16 и 55 годами пережили несколько таких контактов; 18% имели по крайней мере в течение 3 лет приблизительно равное число гомо- и гетеросексуальных контактов; 10% мужчин в течение этого срока (не менее 3 лет) вели исключительно гомосексуальную жизнь, а 4% остаются гомосексуалистами. Из опрошенных женщин 28% признали, что хотя бы однажды испытывали эротические чувства к другим женщинам; 19% к 40 годам имели хотя бы один фактический гомосексуальный контакт, причем 12% - с оргазмом, исключительно гомосексуальную жизнь вели 1% женщин.

Хотя эти цифры отнюдь не являются нормативными, их анализ позволил сделать два важных вывода: 1) гомосексуальное поведение не тождественно устойчивой гомосексуальной ориентации личности: один и тот же индивид может по-разному вести себя в разных ситуациях и в разные периоды своей жизни. Личность - не механическая сумма поступков и с любыми ярлыками нужно обращаться осторожно; 2) сексуальное поведение и эротические переживания часто не совпадают. Даже в очищенной от явных гомосексуалистов выборке Кинзи гомоэротические сны и фантазии признали 14% мужчин и 9% женщин; у людей со "смешанным" сексуальным опытом рассогласованность поведения и установок встречается гораздо чаще.

Гетеро- и гомосексуальные индивиды, по Кинзи, отличаются друг от друга не фундаментально, а по количеству имеющегося у них гетеро- и гомосексуального опыта, причем в формировании исключительно гомосексуального поведения важную роль играют социальные условия, в частности стигматизация и остракизм, которым общество подвергает "разоблаченного", даже если речь идет об одном-единственном опыте.

Эти факты существенны не только для понимания гомосексуальности; они показывают также трудности интерпретации поведенческой статистики, особенно в середине шкалы. Поведение, в котором гомо- и гетеросексуальные контакты представлены поровну, формально выглядит одинаково бисексуальным. Однако 90 и 90 контактов - не то же самое, что 9 и 9; 20 контактов с 5 партнерами - не то же самое, что 5 контактов с 20 партнерами и т.д. Чтобы перейти от поведенческой статистики к типологии, нужен сложный качественный анализ.

Первыми взялись за дело генетики. Экспериментальные исследования показали, что нарушение генетического кода у рыб и лягушек вызывает необратимые сдвиги в их сексуальном поведении: генетические самцы ведут себя как самки и наоборот. Инверсия в этих экспериментах затрагивала не только сексуальность, а все поведение животных, что является скорее аналогом транссексуализма, чем гомосексуализма, который лишь в редких случаях сочетается с общей соматической и поведенческой феминизацией мужского и маскулинизацией женского индивида. Возможность генетического манипулирования сексуальной ориентацией индивида, не меняя общей схемы полодиморфического поведения, представляется более чем сомнительной. Как говорилось выше, уже в XIX веке ученые пытались объяснить гомосексуальность свойствами телосложения, и поныне гомосексуальное поведение иногда ассоциируется с не соответствующим генетическому полу телосложением и объясняется врожденными гормональными нарушениями.

Однако различия в телосложении необходимо сопоставить со сроками полового созревания. Поздно созревающие мальчики-подростки выглядят менее маскулинными, чем их сверстники-акселераты, но в зрелом возрасте эта разница практически исчезает. Кроме того, речь может идти не о параллельной генетической детерминации соматических свойств и сексуальной ориентации, а о том, что не соответствующее половому стереотипу телосложение вызывает у подростка ряд психологических проблем, увеличивая риск его вовлечения в гомосексуальные контакты.

Не предоставила сколько-нибудь определенных данных и генетика человека. Никаких хромосомных отклонений, отличающих гомосексуалистов от остальных людей, генетики не обнаружили. Правда, применение близнецового метода поначалу дало сенсационные результаты. Американский генетик Франц Каллмен обследовал 40 пар однояйцовых, т.е. генетически тождественных, развившихся из одной яйцеклетки, и 45 пар двуяйцовых, т.е. развившихся из разных яйцеклеток, близнецов, причем один из каждой пары был гомосексуалистом. У однояйцовых близнецов конкордантность (совпадение) по гомосексуальности оказалась стопроцентной, т.е. если один близнец был гомосексуален, таковым же оказывался и другой. У двуяйцовых близнецов таких совпадений не обнаруживалось. Однако работа Каллмена вызвала серьезную критику. Указывали на расплывчатость его определения гомосексуальности, на несовершенство исследовательской техники, в частности отсутствие данных о сексуальной специфике отцов и других мужских родственников изученных близнецов. Подозрение вызвала и слишком высокая степень конкордантности. Новейшее исследование 28 пар близнецов подтвердило высокую конкордантность по гомосексуальности у монозиготных и низкую - у дизиготных близнецов. Расхождение сексуальных ориентаций у монозиготных близнецов, определяемое некоторыми исследованиями как редкость, также не выглядит необычным.

Психологи указывают, что совпадение свойств монозиготных близнецов может объясняться не только наследственностью, но и их сильной эмоциональной привязанностью друг к другу и трудностями психологического процесса их индивидуализации; отношения между однополыми близнецами довольно часто приобретают гомоэротическяй оттенок, объяснимый без помощи генетики. Новейшие генетические исследования гомосексуальности учитывают и такие факторы, как число, пол и возраст сибсов (братьев и сестер), возраст матери к моменту рождения гомосексуального ребенка и т.д. Однако сколько-нибудь определенных выводов положительного характера никто не делает.

В целом ученые склонны думать, что генетические факторы, вероятно, играют некоторую роль в определении сексуальной ориентации, как и всей программы психосексуального поведения индивида, но это влияние скорее всего является опосредованным, что и объясняет широкую вариативность сексуального поведения и то, что одни формы гомосексуальности поддаются психотерапии, а другие - нет.

К аналогичным выводам приходит и эндокринология. Влияние половых гормонов на формирование сексуальной ориентации сводится практически к 3 основным вопросам: 1) обнаруживают ли гомосексуалисты какие-либо характерные гормональные аномалии; 2) обнаруживают ли люди с определенными эндокринными нарушениями повышенную склонность к гомосексуальности; 3) вызывает ли гормонотерапия изменения сексуальной ориентации. На все 3 вопроса ответ дается скорее отрицательный. Уровень тестостерона в плазме крови мужчин-гомосексуалистов находится в общем в пределах нормы, а сравнение их по этому показателю с гетеросексуальными мужчинами дает противоречивые результаты (что вполне естественно, если вспомнить изменчивость этих показателей). В свете имеющихся данных считается весьма маловероятным, чтобы отклонения гормонального порядка в постпубертатном периоде были ответственны за развитие гомосексуальной ориентации у мужчин, хотя не исключена возможность, что такие эндокринные нарушения прямо или косвенно содействуют или сопутствуют гомосексуальности у некоторых мужчин. Приблизительно так же обстоит дело и у женщин. Хотя у трети лесбиянок уровень тестостерона повышен, у большинства он остается в пределах нормы. Может ли повышенный, хотя все-таки значительно ниже мужской нормы, уровень тестостерона служить причиной женского гомосексуализма, неизвестно. Кроме того, эти результаты могут быть следствием каких-то неучтенных особенностей гомосексуальной выборки или артефактом измерительных процедур.

Однако невозможность непосредственного эндокринного объяснения гомосексуальности не исключает возможности влияния более тонких нейроэндокринных факторов. По мнению эндокринолога Гунтера Дернера (ГДР), гомосексуальность можно объяснить, хотя бы отчасти, расхождением между генетическим полом плода и специфическим для данного пола уровнем андрогенов в критический период дифференцировки мозга. Согласно экспериментальным данным, кастрированные новорожденные самцы крысы, достигнув половой зрелости, даже после искусственного введения им больших доз андрогенов обнаруживали большей частью гомосексуальное поведение, а строение мозга таких феминизированных самцов напоминало мозг нормальных самок. Гормональная реакция таких самцов на введение эстрогенов также была типично фемининной. Сходные различия выявились и при сравнении реакций на эстроген группы гомо- и гетеросексуальных мужчин. Другой фактор, которому Дернер придает большое значение, состоит в том, что гомо- и бисексуальное поведение чаще всего наблюдается у самцов крыс, матери которых испытывали в период беременности стресс, что обычно снижает уровень тестостерона. Экспериментальная проверка подтвердила, что у плодов и новорожденных самцов крыс от матерей, подвергнутых стрессу, уровень плазменного тестостерона значительно ниже нормы. Применимо ли это к людям? Сопоставив даты рождения 794 мужчин-гомосексуалистов, зарегистрированных в последние годы сексологами и венерологами ГДР, Дернер и сотр. нашли, что в военные годы родилось значительно больше гомосексуалистов, чем до и после войны. Сходные результаты были получены при опросе 72 гомо- и 72 гетеросексуальных мужчин: матери первых испытывали в период беременности гораздо больше нервных потрясений и трудностей, чем матери вторых. Следовательно, заключает Дернер, стресс у матери, который может повлечь за собой ненормальный уровень половых гормонов и связанные с этим нарушения половой дифференцировки мозга плода, вероятно, и есть фактор риска по сексуальным девиациям в постнатальной жизни.

Однако нейроэндокринная теория гомосексуальности вызывает серьезные возражения и острую критику со стороны многих нейроэндокринологов, нейрофизиологов, психиатров и психологов.

Переход от экспериментов с крысами к анализу человеческого поведения - дело весьма нелегкое и рискованное. В опытах с крысами были получены не столько гомосексуальные реакции, сколько трансформация полодиморфического поведения животных в целом. У людей и даже у приматов дело обстоит сложнее. Не говоря уже о частом расхождении поведенческих свойств и эротических предпочтений, выявленном еще Кинзи, гомосексуалисты ни соматически, ни поведенчески не образуют однородной группы. В некоторых случаях Дернер специально оговаривает, что установленные фемининные гормональные реакции характерны лишь для "феминизированных" мужчин-гомосексуалистов, но человеческие сексуальные ориентации относительно автономны от соматических и других характеристик. Хотя девочки с адреногенитальным синдромом, описанные Мани, во многом вели себя маскулинно, их сексуальное поведение было гетеросексуальным; исключительно гомоэротические фантазии были характерны лишь для 10%. Данные о влиянии стрессовых ситуаций военного времени вызывают ряд сомнений методологического порядка (репрезентативность медицинской статистики по столь деликатному вопросу; как коррелируют эти данные со статистикой других нейрогормональных нарушений, связанных с пренатальным стрессом; насколько надежно сравнение ретроспективных самоотчетов людей, среди которых одни здоровы, а другие считают себя больными, и т.д.).

Тем не менее психоэндокринные факторы сексуальной ориентации нельзя сбрасывать со счетов. В последние 2-3 года теория зависимости половой дифференцировки мозга и сексуального поведения от андрогенов подверглась существенным уточнениям. Оказалось, что, кроме уже известной специфической дифференцировки мозга в определенные критические фазы пренатального развития, существуют два различных пути прохождения гормонов: андрогенный, использующий главным образом тестостерон и (или) дигидротестостерон, и эстрогенный, полагающийся преимущественно на эстрадиол, извлекаемый из тестосторона путем ароматизации на клеточном уровне соответствующих органов-мишеней. Эксперименты с нестероидным синтетическим эстрогеном диэтилстильбэстролом (ДЭС) показали, что его пре- и постнатальное введение меняет черты полодиморфического игрового общения у самок крыс, увеличивает маскулинность и уменьшает фемининность сексуального поведения у взрослых самок морских свинок и снижает вероятность поведения, связанного с наскоком и интромиссией, у взрослых самцов крыс. При сравнении 30 взрослых женщин, которые в пренатальном периоде подверглись воздействию ДЭС, с двумя контрольными группами 25% этих женщин обнаружили повышенную бисексуальность и гомосексуальность, хотя 75% были исключительно или почти исключительно гетеросексуальными. Это побуждает ученых допускать, что в основе некоторых форм полодиморфического поведения лежат специфические вариации или отклонения в путях метаболизма гормонов, независимые от механизмов, регулирующих периферический половой диморфизм, и, возможно, даже от других полодиморфических мозговых систем и связанного с ними поведения.

Эти явления сейчас интенсивно изучаются. Однако большое число гипотетических нейроэндокринных механизмов, которые должны быть рассмотрены для объяснения гомосексуальности, делает крайне маловероятным, что в основе всех форм гомосексуальности лежит один и тот же механизм. "В свете уроков эндокринного исследования генитальной интерсексуальности эндокринный базис гомосексуальности - даже если он существует только у одной группы гомосексуалистов - сам будет, вероятно, многофакторным".

ФОРМИРОВАНИЕ СЕКСУАЛЬНОЙ ОРИЕНТАЦИИ

Каковы бы ни были возможные биологические причины или сопутствующие факторы гомосексуальности, формирование сексуальной ориентации индивида - сложный и длительный индивидуальный процесс. Важнейший теоретический вывод многолетнего поиска причин гомосексуальности - уяснение того, что мы вообще не знаем "этиологию" устойчивой системы эротических предпочтений индивида, будь то гомо-, гетеро- или бисексуальная ориентация. Поведенческая статистика, подсчитывающая количественное соотношение гомо- и гетеросексуальности, так же легко вводит в заблуждение, как и склонность клиницистов "субстанциализировать" описываемые ими синдромы, превращая их из феноменов в самостоятельные сущности.

Поскольку вариации сексуального, как и всякого иного, поведения могут объясняться временными, ситуативными факторами, американский психиатр Д. Мармор предлагает считать гомосексуальным индивидом только того, "кто во взрослой жизни испытывает определенно более сильное эротическое влечение к представителям собственного пола и обычно, хотя не обязательно, поддерживает с ними сексуальные отношения". Это определение заведомо исключает преходящие, временные, ситуативно обусловленные (например, жесткой половой сегрегацией в условиях тюрьмы или закрытого учебного заведения) или типичные только для определенной фазы психосексуального развития (препубертатное и подростковое сексуальное экспериментирование) гомосексуальные контакты и переживания. Однако от чего зависит этот итог? В современной сексологии существуют на сей счет две главные парадигмы, за каждой из которых стоит несколько содержательных концепций.

Первая, более традиционная биолого-медицинская парадигма (назовем ее теорией инверсии) относит гомосексуальность к тому же классу явлений, что и гермафродитизм, транссексуализм и трансвестизм. Их общую основу составляет рассогласованность различных детерминант или уровней половой идентичности, но эта рассогласованность неодинакова по своей глубине, устойчивости и преимущественной сфере проявления. Гермафродитизм - явная соматическая патология, делающая невозможной половую идентификацию индивида. Транссексуализм - постоянная, тотальная инверсия половой роли/идентичности, несовпадение морфологического пола и полового самосознания субъекта, большей частью обусловленное скрытой генетической или гормональной патологией. Трансвестизм также предполагает инверсию половой роли/идентичности, но не постоянную, а эпизодическую; половая идентичность является в этих случаях как бы сменной, выбираемой на время. Гомосексуализм не затрагивает ни телосложение, ни половую роль/идентичность, но означает постоянную инверсию сексуальной ориентации, т.е. неадекватный выбор сексуального партнера. У бисексуальных индивидов сексуальная инверсия является временной, эпизодической.

Эта схема по-своему логична, отражая переход от более глубокой и устойчивой инверсии к локальной и эпизодической. Однако хотя "сексуальные" свойства кажутся производными от "половых", так бывает далеко не всегда. С одной стороны, нарушение половой роли/идентичности в детстве в дальнейшем нередко сопровождается сексуальной инверсией. Например, все 9 мальчиков, страдавших допубертатной рассогласованностью половой роли/идентичности, развитие которых прослежено Мани и Руссо до 23-29 лет, стали гомосексуалистами. С другой стороны, трансвестизм не обязательно и даже довольно редко сочетается с гомосексуальностью. Поскольку попытки найти биологические детерминанты "чистого" гомосексуализма до сих пор остаются безуспешными, психологи и психиатры вынуждены искать источники сексуальной ориентации как в гомо-, так и в гетеросексуальном варианте, в особенностях индивидуального развития личности.

Вторая парадигма (теория сексуальной ориентации) основывается не на сексопатологии, а на психологии нормального развития, считая формирование эротических предпочтений субъекта одним из аспектов становления его полоролевой ориентации; с этой точки зрения критическим периодом формирования эротических предпочтений будет уже не раннее детство, а предподростковый и подростковый возраст, а наиболее значимыми другими - не родители, а сверстники, с которыми индивид общается и на которых психологически ориентируется в период, когда у него пробуждаются эротические интересы.

С точки зрения постановки вопроса вторая модель, предлагающая изучать процесс формирования сексуальной ориентации в целом, а не только в гомосексуальном варианте, предпочтительнее, но в содержательном плане обе модели не столько альтернативны, сколько взаимодополнительны. Первая фиксирует связь сексуальной ориентации личности с особенностями формирования полоролевой ориентации и предпочтений у ребенка, тогда как вторая описывает процесс дифференцировки собственно эротических предпочтений, приходящийся на младший подростковый возраст.

Согласно теории Стормса, "эротическая ориентация возникает в результате взаимодействия между развитием полового влечения и социальным развитием в младшем подростковом возрасте". Иными словами, половое созревание вызывает эротические переживания, а социальная среда и преобладание в ней гетеро- или гомосоциальных моментов (круг общения подростков, объекты их эмоциональных привязанностей, источники сексуальной информации и т.д.) определяют их направленность. Поскольку более раннее пробуждение либидо приходится на возраст, когда в круге общения и эмоциональных привязанностей подростка преобладают сверстники собственного пола, это способствует развитию гомоэротических склонностей, а более позднее созревание, наоборот, благоприятствует гетеросексуальности. При одинаковом половом влечении гомоэротическая ориентация будет тем сильнее, чем продолжительнее период преобладания гомосоциальных отношений; уменьшение половой сегрегации, напротив, способствует формированию гетеросексуальной ориентации.

Стормс подтверждает это ссылками на известные факты более раннего пробуждения у гомосексуалистов эротических интересов и сексуальной активности. Например, по данным Сагира и Робинса, от 60% до 80% мужчин-гомосексуалистов сообщили, что половое влечение появилось у них до 13 лет (в контрольной группе таковых оказалось 20-30%). Меньшая распространенность гомосексуализма среди женщин также может быть объяснена этими двумя факторами: более поздним пробуждением эротических интересов (15 лет по сравнению с 13 у мальчиков) и меньшей гомосоциальностью женщин.

Гипотеза Стормса, несомненно, заслуживает серьезного обсуждения, но далеко не бесспорна. Во-первых, повышенная эротизированность эмоциональных переживаний и межличностных отношений мужчин-гомосексуалистов в подростковом возрасте может быть следствием ретроспективной иллюзии или того, что осознание своей сексуальной необычности побуждает таких людей воспринимать все свои отношения в эротическом ключе. Во-вторых, гомосоциальность, как уже говорилось, способствует развитию гомоэротизма не при всех, а только при каких-то, не вполне одинаковых, условиях. В-третьих, остается открытым вопрос, почему социально типичные для определенного возраста гомоэротические переживания у одних людей проходят, а у других закрепляются. В-четвертых, ссылка на половые различия в этом случае малоубедительна, так как вследствие диффузности женской сексуальности гомоэротические оттенки и мотивы женских межличностных привязанностей часто остаются незамеченными и даже неосознанными.

На переходный возраст приходится львиная доля тех "гомосексуальных контактов", распространенностью которых так ужаснул своих читателей Кинзи. Даже в очищенной от гомосексуалистов выборке Кинзи такие контакты признали 36% мужчин и 15% женщин, обучавшихся в колледже.

Однако пересчет наиболее репрезентативной части выборки Кинзи (2900 мужчин моложе 30 лет, учившихся в колледже) показал, что хотя 30% из них имели в прошлом хотя бы один гомосексуальный контакт, при котором опрошенный или его партнер испытывали оргазм, больше половины данной подвыборки (16% общего числа) не имели такого опыта по достижении 15-летнего возраста, а у другой трети подвыборки (9% общего числа) гомосексуальное экспериментирование закончилось к 20 годам. По данным Ханта, из людей, имевших когда-либо гомосексуальный контакт, половина мужчин и более половины женщин прекратили такие отношения до наступления 16 лет. Среди американских подростков 13-19 лет гомосексуальный опыт признали 11% мальчиков и 6% девочек, но более половины этого опыта приходится у мальчиков на 11-12 лет, а у девочек - на 6-10 лет. Среди студентов американских колледжей, опрошенных в 1976 г., такие контакты признали 12% мужчин и 5% женщин, среди канадских студентов - 16-17 и 6-8% соответственно. Среди 16-17-летних школьников ФРГ гомосексуальный контакт признали 18% юношей и 6% девушек, в том числе с оргазмом - 10% юношей и 1% девушек, но в последний год перед опросом такой опыт имели лишь 4% юношей и 1% девушек.

Что реально стоит за этими цифрами, которые, по единодушному мнению специалистов, скорее преуменьшены, чем завышены? Посмотрим на них не с точки зрения сексопатологии, которую интересует этиология гомосексуализма, а с точки зрения нормальной подростковой и юношеской сексуальности.

Гомосексуальный опыт в отрочестве и юности может быть существенным или несущественным фактом психосексуальной биографии индивида, но такой опыт сам по себе отнюдь не делает его "гомосексуалистом", так же как никто не назовет вором ребенка, похитившего чужую игрушку. Большая часть подобных контактов происходит между сверстниками, без участия взрослых. Из числа американских подростков, имеющих гомосексуальный опыт, взрослыми были инициированы только 12% мальчиков и меньше 1% девочек; у остальных первым партнером был сверстник или подросток ненамного старше или моложе. Сходную картину рисует и гомосексуальная выборка Кинзи: более 60% этих мужчин имели первый гомосексуальный контакт в возрасте от 12 до 14 лет; в 52,5% случаев партнеру было также от 12 до 15 лет, у 8% он был младше, у 14% это были 16-18-летние юноши и только у остальных - взрослые. Аналогичные данные приводят и другие исследования.

Почему же вообще распространены гомоэротические чувства и контакты среди подростков? Ранние сексологические теории были склонны выводить их из особенностей самой подростковой сексуальности. Например, А. Молль постулировал существование особого периода "подростковой интерсексуальности", когда половая возбудимость очень велика, а объект влечения не определился. Такого мнения и сейчас придерживаются некоторые психиатры. Однако возрастные рамки этого периода (от 7-8 до 15-16 лет) слишком неопределенны. Кроме того, неясно, является ли интерсексуальность всеобщей или характерной только для некоторых детей и подростков (и каких именно), как соотносятся в этих случаях сексуальное поведение и эротические фантазии и др. Если для Молля "интерсексуальность" - возрастной феномен, то З. Фрейд связывает гомосексуальность с изначальной бисексуальностью человека. Окончательный баланс гетеро- и гомоэротических влечений, т.е. психосексуальная ориентация личности, складывается, по З. Фрейду, только после полового созревания. Поскольку у подростка этот процесс еще не завершен, "латентная гомосексуальность" проявляется у него, с одной стороны, в прямых сексуальных контактах и играх, а с другой - в страстной дружбе со сверстниками собственного пола. В рамках психоаналитической теории, рассматривающей все эмоциональные привязанности как либидонозные, такая расширительная трактовка гомоэротизма вполне логична. Однако насколько продуктивен подход, описывающий всю систему общения и эмоциональных привязанностей индивида в терминах, имеющих преимущественно, а для неспециалистов - исключительно сексуальный смысл?

Подростковый возраст и ранняя юность - время, когда личность больше всего нуждается в сильных эмоциональных привязанностях, но как быть, если психологическая близость с лицом противоположного пола затруднена собственной незрелостью подростка плюс многочисленными социальными ограничениями (насмешки товарищей, косые взгляды учителей и родителей), а привязанность к другу своего пола ассоциируется с гомосексуальностью? Порожденный этим страх лишь усиливает неуверенность подростка в своей психосексуальной идентичности. Дело даже не в последствиях. Взаимоотношения подростка с лицами своего и противоположного пола нужно рассматривать в общей системе его межличностных отношений, которые, конечно, не сводятся к сексуально-эротическим. Предложенных Кинзи двух шкал - поведенческой шкалы гетеро/гомосексуальности, фиксирующей половой состав реальных сексуальных партнеров личности, и диспозиционной шкалы гетеро/гомоэротизма, фиксирующей эротические предпочтения индивида, недостаточно для описания и понимания его взаимоотношений с лицами своего и противоположного пола. Их необходимо дополнить двумя коммуникативными шкалами: поведенческой шкалой гетеро/гомосоциальности, фиксирующей половой состав круга реального общения личности (партнеры по играм, совместной деятельности, участие в однополых или смешанных компаниях и т.п.), и диспозиционной шкалой гетеро/гомофилии, фиксирующей ориентацию на одно- или разнополое общение, способность индивида к психологической интимности и дружбе с представителями своего и противоположного пола и потребность в них и т.д.

Ни одно из этих понятий не является новым. Понятия гетеро- и гомосоциальности и гетеро/гомофилии давно употребляются в социальной психологии. Что же касается гетеро/гомосексуальности и гетеро/гомоэротизма, то их различал Шандор Ференци уже в начале XX века. Однако эти 4 оси обычно рассматривают изолированно друг от друга. Между тем именно их сопоставление показывает неправомерность сведения общих социально-коммуникативных категорий к сексуально-эротическим, как бы широко последние ни трактовались.

Общеизвестная гомосоциальность мужчин и особенно мальчиков-подростков, предпочитающих общение с представителями своего пола, вытекает не из общего для них "гомосексуального радикала", а из общих закономерностей их половой социализации. Гомофилия, т.е. ориентация скорее на сходство, чем на дополнение, является общепсихологической закономерностью, которая отнюдь не ограничивается сферой взаимоотношения полов; людям вообще свойственно симпатизировать и искать близости с теми, кто кажется им похожими на них самих. Это ярко проявляется в психологии дружбы. В переходном возрасте эта тенденция особенно сильна.

Сочетание коммуникативных и психосексуальных характеристик неодинаково у разных индивидов и на разных стадиях жизненного пути. Поведенческая гетеросексуальность может сочетаться с диспозиционным гомоэротизмом. Гетероэротизм нередко сочетается с гомофилией; это особенно типично для мальчика-подростка, который воспринимает женщину только как сексуальный объект и именно поэтому не способен к психологической близости с ней, остро нуждаясь в друге собственного пола. Половая сегрегация в общении (гомосоциальность) подростков может объективно благоприятствовать гомосексуальным контактам и в то же время стимулировать гетеросексуальные интересы. Подтверждение своей маскулинности и гетеросексуальности юноша опять-таки получает от сверстников собственного пола, которым он рассказывает о своих "победах".

Хотя разные эмоциональные привязанности взаимосвязаны и одна из них может предшествовать и подготавливать рождение другой, они принципиально несводимы друг к другу. Психосексуальные переживания переходного возраста можно понять только с учетом других аспектов формирования личности.

Например, интерес к телу и гениталиям людей собственного пола, возникающий уже в раннем детстве, стимулируется прежде всего потребностью самопознания, сравнения себя с другими. В пубертатный период подросток впервые воспринимает собственное тело как эротический объект, вторичные половые признаки становятся для него одновременно знаком взрослости и пола.

Мы читаем в дневнике 14-летней девочки: "Однажды, оставшись ночевать у подруги, я ее спросила - можно мне в знак нашей дружбы погладить ее грудь, а ей - мою? Но она не согласилась. Мне всегда хотелось поцеловать ее, мне это доставляло большое удовольствие. Когда я вижу статую обнаженной женщины, например, Венеру, то всегда прихожу в экстаз". При желании можно увидеть в этом признании проявление "латентной гомосексуальности". Однако телесный контакт, прикосновение имеют не только эротический смысл, это универсальный язык передачи эмоционального тепла, поддержки и т.д. Оценивая потенциально и даже явно эротические контакты между подростками, нужно помнить и о ситуативных факторах, в частности о высокой гомосоциальности младших подростков, для которых, особенно в 10-12 лет, почти повсеместно характерна некоторая сегрегация игровой активности мальчиков и девочек. Среди товарищей 10-11-летних мальчиков, обследованных Кинзи, мальчики преобладали в 72% случаев, девочки - в 4,7% случаев, было поровну тех и других в 23% случаев. Большая фактическая доступность сверстника своего, нежели противоположного, пола усиливается сходством интересов и значительно менее строгими табу на телесные контакты. Неудивительно, что гомосексуальные игры встречаются у них чаще, чем гетеросексуальные. Меньшая половая сегрегация, вероятно, даст иное соотношение. Генитальная игра со сверстниками, взаимная или групповая мастурбация, если в них не вовлечены взрослые, как правило, не считаются в мальчишеских компаниях чем-то страшным или постыдным. Поскольку у девочек выражения нежности, объятия, поцелуи вообще не табуируются, их потенциальные эротические обертоны большей частью и вовсе не замечаются. Естественно, пробуждающаяся чувственность на первых порах нередко удовлетворяется именно этим путем. К концу пубертатного периода такие игры обычно прекращаются; их продолжение в 15-16 лет уже дает основание для беспокойства.

Так как в генитальных играх младших подростков эротическая мотивация имеет подчиненное значение, психологи, чтобы избежать стигматизации, предпочитают не называть такие контакты гомосексуальными и не придавать им чрезмерного значения. Однако между допубертатной гомосексуальной активностью и будущим сексуальным поведением взрослого человека есть определенная связь. Из 2835 мужчин-студентов ФРГ, опрошенных Гизе и Шмидтом, гомосексуальные контакты в течение года перед опросом имели 3,4%. Эти данные были затем сопоставлены с воспоминаниями респондентов об их допубертатной (до 12лет) гомосексуальной активности; оказалось, что чем выше допубертатная гомосексуальная активность личности (количество контактов и число партнеров), тем вероятнее гомосексуальное поведение взрослого. Из числа студентов, не имевших гомосексуальных контактов в детстве, в последний год перед опросом их имели лишь 2%, а из тех, кто имел много таких контактов, 19%. Вообще детство гомосексуальных мужчин выглядит более "сексуализированным".

Простейшее объяснение этих корреляций - ссылка на условно-рефлекторные связи, которые могут возникнуть у подростка во время генитальной игры и зафиксироваться в качестве гомосексуальной направленности. В принципе это, конечно, не исключено. Однако условно-рефлекторная модель психосексуального развития в целом кажется слишком упрощенной, фиксируя внимание скорее на внешней стороне события, чем на его смысле для личности.

Между тем долгосрочные последствия зависят именно от субъективного смысла.

Гомосексуальные контакты со сверстниками, если они имеют игровую форму и не сочетаются с психологической интимностью, большей частью преходящие. Дело не столько в поведении, сколько в переживаниях субъекта. Один пациент Гарри Салливэна, взрослый гомосексуалист, рассказал ему, что в школьные годы только он и еще один мальчик не участвовали в гомоэротических играх сверстников; случайно познакомившись затем и с этим школьным товарищем пациента, Салливэн узнал, что он тоже стал гомосексуалистом. Неучастие в играх товарищей было, вероятно, их бессознательной защитной реакцией, но пассивная роль зрителя только усиливала психологическую значимость происходящего.

Корреляциям между гомосексуальными играми мальчиков в допубертатном возрасте и поведением взрослых Г. Шмидт предлагает следующие объяснения:

1) в поведении ребенка уже проявляется будущая гомосексуальная ориентация взрослого; 2) положительно воспринятый сексуальный опыт вызывает желание продолжать его и тем самым формирует гомосексуальную ориентацию; 3) гомосексуалисты чаще вспоминают свои допубертатные сексуальные контакты; у них либо лучше память на такие события, либо меньше склонность к их вытеснению из сознания; 4) гомосексуалисты бессознательно перестраивают свою автобиографию, чтобы придать ей больше последовательности.

Несмотря на разные исходные посылки, эти интерпретации не исключают друг друга. Объяснения 1 и 2 считают описываемые различия реальными, а объяснения 3 и 4 видят в них следствия ретроспективного анализа; кроме того, 1 и 2 основаны на предпосылке, что настоящее есть функция прошлого, тогда как 3 и особенно 4 считают субъективное прошлое функцией настоящего. Проверить эти гипотезы можно только с помощью долгосрочных лонгитюдных исследований; метод поперечных срезов и анализ ретроспективных самоотчетов тут бессильны.

Этиология гомосексуализма выводит нас на проблему генезиса сексуальных ориентаций как таковых. Если законен вопрос, когда, как и в результате чего индивид осознает себя гомосексуалистом, какие стадии проходит этот процесс, то этот вопрос правомерен и в отношении гетеросексуальности.

Исследователи выделяют 3 этапа гомосексуальной идентификации: 1) от первого осознанного эротического интереса к представителю своего пола до первого подозрения о своей гомосексуальности; 2) от первого подозрения о своей гомосексуальности до первого гомосексуального контакта и 3) от первого гомосексуального контакта до уверенности в своей гомосексуальности, за которой следует выработка соответствующего стиля жизни.

Этот процесс неодинаково протекает у мужчин и у женщин. Мальчики, у которых раньше пробуждаются эротические чувства и чья половая роль допускает и даже требует отчетливых проявлений сексуальности, раньше начинают подозревать о своей психосексуальной необычности и раньше начинают половую жизнь, как правило, в гомосексуальном варианте. У девушек психосексуальное самосознание формируется позже; первое увлечение, объектом которого обычно бывает женщина на много лет старше, переживается как потребность в дружбе, гомосексуальному контакту у них часто предшествуют гетеросексуальные связи; так обстояло дело у 55% женщин и только у 19% мужчин.

Длительность процесса гомосексуальной идентификации варьирует в зависимости от социальных условий, включая существующие в обществе стереотипы, и индивидуальных особенностей. Если максимум практического сексуального экспериментирования приходится на допубертатный возраст и начальный период полового созревания, то психологически наиболее сложен юношеский возраст, когда завершается формирование сексуальной идентичности. Анализируя свои эротические переживания, юноша с гомоэротическими наклонностями обнаруживает свою непохожесть на других. Это вызывает острый внутренний конфликт, чувство страха и одиночества, мешая установлению психологической близости с другими и усугубляя свойственные этому возрасту психологические трудности. Многие юноши пытаются "защититься" от гомосексуальности экстенсивными, лишенными эмоциональной вовлеченности гетеросексуальными связями, но это чаще всего обостряет внутренний конфликт. Психическое состояние и самочувствие юношей с незавершенной психосексуальной идентификацией значительно хуже, чем у тех, кто так или иначе завершил этот процесс, и они больше нуждаются в психиатрической помощи.

Однако подростковое гомосексуальное экспериментирование не всегда и не у всех бывает просто ситуативным. Судя по всему, оно и его последствия тесно связаны с детским жизненным опытом и самосознанием личности. Обсуждая закономерности психосексуального развития ребенка, я отмечал у мальчиков в соответствии с "принципом Адама" тенденцию "дефеминизации". Вопреки распространенному стереотипу обыденного сознания, ни телосложение, ни поведение взрослых мужчин-гомосексуалистов отнюдь не является более фемининным, чем остальных мужчин. Сравнение гомосексуальных и гетеросексуальных мужчин по психологическим шкалам маскулинности, фемининности и андрогинии также не подтверждает психоаналитической концепции, что для гомосексуалистов характерна идентификация с противоположным полом. Однако, описывая свое детство, гомосексуалисты часто видят себя более фемининными, чем остальные мужчины. Почему?

В 1974 г. Уитэм задал 206 мужчинам-гомосексуалистам и 78 гетеросексуальным мужчинам ряд вопросов, относившихся к их детству: 1) интересовались ли они куклами, вышиванием и другими "девчачьими" играми и занятиями; 2) любили ли переодеваться в женскую одежду; 3) любили ли играть с девочками больше, чем с мальчиками; 4) дразнили ли их сверстники "девчонкой" и другими женскими кличками; 5) предпочитали ли они в детстве сексуальные игры с мальчиками, а не с девочками. Разница оказалась огромной, особенно между крайними группами исключительно гомо- и исключительно гетеросексуальных мужчин.

Аналогичные данные были получены в Гватемале и Бразилии, заставив предположить, что неадекватные полоролевые предпочтения в детстве - частая предпосылка взрослой гомосексуальности. Конечно, ретроспективные самоотчеты о детском поведении - источник принципиально ненадежный, но сходные результаты по детским играм, дифференцировка которых по полу отличается большой универсальностью и стабильностью, приводят многие другие ученые. Например, Греллерт и сотр., спросив 198 гомо- и 198 гетеросексуальных мужчин и такие же две группы гомо- и гетеросексуальных женщин о том, насколько характерно было для них участие в 58 различных играх и спортивных занятиях отдельно в 5-8 и 9-13 лет, нашли между этими группами существенные различия, причем большинство гомосексуалистов обнаружили заметные отклонения от полоролевых нормативов. Ту же симптоматику отмечает лонгитюдное исследование Грина, в течение многих лет наблюдавшего мальчиков и девочек с атипичным полоролевым поведением: 94% этих мальчиков начали переодеваться в женскую одежду еще до 6, а 74% - до 4 лет. Дружить с девочками предпочитают 94% фемининных и только 2% маскулинных мальчиков. Фемининные мальчики не только охотно играют в женские игры (куклы, дом), но и нередко выбирают в них женские роли, чего маскулинные мальчики не делают никогда. Хотя причины этой феминизации, равно как и сексологический прогноз, могут быть разными, нарушение полоролевых стандартов поведения в детстве большей частью дополняется в пубертатном возрасте гомосексуальностью.

Однако почему у взрослых гомосексуалистов нет признаков феминизации? Отчасти на этот вопрос отвечает Харри. Опросив более 1500 гомосексуальных мужчин, в какой мере некоторые противоречащие образу маскулинности черты (кличка "неженка", чувство одиночества, желание быть девочкой, общение больше с девочками, переодевание в женскую одежду и т.п.) были характерны для них в детстве, в подростковом возрасте и на стадии взрослости, Харри нашел, что эти признаки с возрастом убывают. Например, в детстве считались "неженками" 42%, в юности - 33%, в настоящее время - 8% опрошенных; желание быть девочкой (женщиной) уменьшилось соответственно с 22% в детстве до 15% в юности и, наконец, до 5% у взрослых; игра (общение) преимущественно с девочками (женщинами) в детстве была характерна для 46%, в юности - для 27%, а для взрослых - для 9% опрошенных. Дефеминизация происходит и у контрольной, гетеросексуальной, группы, но исходный уровень "фемининных" показателей у этих мужчин гораздо ниже. Например, в однородной студенческой подвыборке среди гомосексуалистов в детстве считались "неженками" 47%, а среди гетеросексуальных мужчин - 11%, быть девочками хотели соответственно 34 и 5%, надевали женское платье 44 и 5%. С возрастом эта разница уменьшается или сходит на нет, а кое в чем даже "переворачивается". Например, в детстве общество девочек предпочитали 50% будущих гомосексуальных и только 12% гетеросексуальных студентов-мужчин; в юности соответствующие показатели составили 47 и 25%, а среди взрослых - 23 и 41%, что вполне понятно в связи с расхождением сексуальных ориентаций обеих групп. С одной стороны, тут действуют макросоциальные факторы. Обследование 686 мужчин-гомосексуалистов в Сан-Франциско показало, что психологически и поведенчески феминизированные гомосексуалисты чаще происходят из рабочей, нежели из интеллигентной, среды, причем многие мальчики раньше начинают половую жизнь и именно в гомосексуальном варианте. Харри объясняет это тем, что в культуре "синих воротничков" сильнее выражена полоролевая дихотомизация, благодаря чему любое несоответствие стереотипу маскулинности приобретает большее социальное значение, четче фиксируется окружающими, закрепляясь сначала в самосознании подростка, а затем и в его сексуальной ориентации. С другой стороны, имеет значение микросоциальная, семейная, среда. Сравнение 66 поведенчески и психологически феминизированных мальчиков 4-11 лет с контрольной группой из 56 обычных маскулинных мальчиков из демографически сходных семей показало, что "фемининных" мальчиков в раннем детстве чаще считали красивыми, они больше болели; в первые годы жизни матери и отцы проводили с ними меньше времени. В то же время ожидаемой разницы в зависимости от того, хотели ли родители в период беременности данным ребенком получить сына или дочь, не обнаружилось, как и разницы в распределении супружеских ролей или удовлетворенности браком (некоторые теории транссексуализма придают этим факторам важное значение).

Эти данные интересны не только с точки зрения сексопатологии, но и в более широком плане. В соответствии с "принципом Адама" формирование мужской половой идентичности и полоролевого поведения требует каких-то дополнительных усилий, и на мальчиков оказывается сильное давление в направлении психологической и поведенческой дефеминизации. Большинство из них справляются с этой задачей, но у тех, кому это дается труднее и процесс дефеминизации затягивается, по-видимому, остаются какие-то сомнения в своей полоролевой адекватности. Такие мальчики комфортнее чувствуют себя в женском обществе и в то же время испытывают повышенный интерес и тяготение к маскулинному началу, выступающему как своего рода идеал, недостижимый образец. В пубертатном возрасте эти интересы и контакты нередко эротизируются и складываются в более или менее устойчивую диспозиционную систему. При этом одних влечет к более сильным, физически развитым, маскулинным мальчикам, общение с которыми, не обязательно сексуальное, приобщает их к вожделенной маскулинности, в которой им самим как бы отказано. Другие, напротив, тяготеют к младшим, более слабым и нежным мальчикам, в общении с которыми они могут чувствовать себя более уверенными и маскулинными, чем в обществе ровесников.

Эта модель, принимающая во внимание общеизвестную идеализацию маскулинности в гомосексуальной среде, позволяет, мне кажется, преодолеть односторонность концепции Стормса. Из нее вытекает, что соотношение гомо/гетеросоциальности, гомо/гетерофилии и гомо/гетероэротизма зависит не только от возраста и стадии психосексуального развития ребенка, но и от его индивидуальных особенностей. Недаром одни авторы связывают развитие гомосексуальной ориентации с жесткой половой сегрегацией и гомосоциальностью, а другие, напротив, с разнополым общением. В действительности, вероятно, происходит и то, и другое, но эти факторы, как и возраст появления эротических интересов, значение которого подчеркивает Стормс, следует считать не детерминантами сексуальной ориентации, а лишь факторами, способствующими ее формированию, причем это объясняется в рамках теории нормального психосексуального развития, без ссылок на "скрытую" биологию.

Однако если наши сексуальные ориентации пластичны и изменчивы, то можно ли говорить о существовании единого гомосексуального стиля жизни или особого типа личности?

СЕКСУАЛЬНАЯ ОРИЕНТАЦИЯ И ТИП ЛИЧНОСТИ

Связи сексуальной ориентации с типом личности посвящена огромная специальная и вовсе уж необозримая популярная литература. На первый взгляд кажется вполне понятным, что такое существенное обстоятельство, как тип сексуальной ориентации, сказывается на самосознании, образе Я и социальном поведении. Однако идет ли речь при этом просто о какой-то устойчивой корреляции черт или о причинной зависимости и будет ли такая корреляция или причинная связь имманентной, проявляющейся всюду и везде, или она зависит от конкретных средовых условий? Применительно к гетеросексуальности самый вопрос об общих свойствах личности очевидно нелеп; можно говорить, какие психические черты благоприятствуют тем или иным специфическим чертам сексуального поведения, и только. Однако точно так же обстоит дело и с гомосексуальностью. Мы привыкли думать иначе лишь потому, что эта категория маркированная, более того - стигматизированная. Даже если гомосексуальность - такая же болезнь, как диабет или коронарная недостаточность, вряд ли кому-нибудь придет в голову всерьез писать о "личности диабетика"; другое дело - обсуждать влияние диабета и любой другой болезни на психическое состояние страдающего ею человека. Понятие "личность гомосексуалиста" или "гомосексуальная личность" не вызывает интуитивного протеста только потому, что оно родилось в психиатрической клинике и, подобно понятиям "невротическая личность" или "личность шизофреника", ассоциируется с выраженными невротическими или психотическими проявлениями. Хотя так ли это однозначно? Сегодня психиатры отлично понимают, что, не касаясь эндогенной симптоматики, личность и социальное поведение больного зависят, помимо всего прочего, от того, как относятся к нему окружающие. Без учета этого фактора не может быть ни профилактики, ни успешной психотерапии.

С гомосексуальностью еще сложнее. С точки зрения научной психологии говорить о свойствах личности, которые никак не зафиксированы, бессмысленно. Между тем ни один из существующих психологических тестов не позволяет отличить гомосексуальных мужчин и женщин от гетеросексуальных, заставляя думать, что различия в сексуальной ориентации более или менее автономны от остальных психических качеств. В начале 60-х годов американский психиатр Ирвинг Бибер с сотр. сопоставили особенности жизненного пути и личностные свойства 106 мужчин-гомосексуалистов, находившихся на психоаналитическом лечении, с контрольной группой из 100 гетеросексуальных пациентов и нашли между ними существенные различия. Так, 63% гомосексуалистов и только 39% лиц контрольной группы сообщили, что они были любимцами своих матерей; 65% гомосексуалистов сказали, что их матери в свою очередь хотели быть в центре внимания сыновей; в контрольной группе так было у 36%. Только 18% гомосексуалистов сказали, что их матери поощряли в них маскулинные установки и занятия (в контрольной группе - 47%), 66% гомосексуалистов и 48% лиц контрольной группы отметили пуританский характер своих матерей. Матери гомосексуалистов чаще вмешивались в их сексуальную жизнь. Многие гомосексуалисты чувствовали себя отвергнутыми своими отцами, в семейных ссорах матери обычно солидаризировались с сыновьями против отцов. Гомосексуалисты проводили меньше времени в обществе отцов. Сексуальную информацию они также получали в основном от матерей; 17% гомосексуальной группы имели в детстве гомосексуальные контакты с братьями или сверстниками (в контрольной группе - 3%); во всех возрастах гомосексуалисты имели более высокую сексуальную активность, 82% из них имели гомосексуальный контакт до 19 лет, тогда как в контрольной группе к этому возрасту сексуальный опыт приобрели только 35%. Личностные особенности наблюдаются и вне сексуальной сферы. Три четверти обследованных гомосексуалистов боялись в детстве телесных травм, 80% избегали соревновательных игр и ситуаций, 90% избегали драк, две трети чувствовали себя одинокими и т.д.

Эти наблюдения можно объяснить не только в терминах психоанализа, но и в понятиях ролевой теории, связывающей возникновение гомосексуальности с трудностями усвоения ребенком адекватной половой роли. То, что многие гомосексуальные мужчины испытывали в детстве дефицит мужского влияния, имели плохие отношения с отцами, констатируют и некоторые другие исследователи (Р. Эванс). Однако, помимо общей ненадежности ретроспективных самоотчетов, сходство жизненных условий, как известно, не гарантирует формирования одинаковых личностных качеств.

Как справедливо замечает Мартин Хофман, многие гомосексуальные сыновья вырастают в семьях совершенно иного типа, тогда как в семьях описанного типа вырастает много гетеросексуальных сыновей. Избегание драк и соревновательных ситуаций вообще характерно для интровертов, но нет никаких доказательств того, что интроверсия сама по себе типична для гомосексуальности.

Систематическое сравнение взаимоотношений с родителями у двух групп американских и английских мужчин-гомосексуалистов и контрольных групп гетеросексуальных мужчин, проведенное Зигелманом, не выявило в их воспитании никакой существенной разницы.

Одно из лучших в методологическом отношении исследований гомосексуальности было выполнено в Англии Майклом Скофилдом. Он обследовал 3 группы мужчин-гомосексуалистов, по 50 человек в каждой, из которых первую составляли заключенные, вторую - пациенты психиатрической клиники и третью - люди, никогда не привлекавшиеся к уголовной ответственности и не обращавшиеся к психиатру. Каждой из этих групп соответствовала аналогичная контрольная группа. Оказалось, что 3 группы гомосексуалистов так же сильно отличаются друг от друга, как и соответствующие группы гетеросексуальных мужчин, т.е. сексуальная ориентация не только не определяет всех остальных свойств личности, но сама варьирует в зависимости от них. До тех пор пока сексологических исследований было мало и они опирались на малочисленные выборки, считалось, что гомосексуалисты во всем отличаются от остальных людей. С появлением массовых обследований эта иллюзия рухнула. Как пишут Белл и Уайнберг, единый тип "гомосексуалиста" так же невозможен, как единый тип "гетеросексуальной личности", "Есть "гомосексуальности" и "гетеросексуальности", каждая из которых включает в себя множество различных, взаимосвязанных измерений". Даже половая жизнь этих людей неодинакова: 71% мужской (465 человек) и три четверти женской выборки (211 человек) Белла и Уайнберга распределились по следующим 5 типам.

Первую группу (67 мужчин и 81 женщина) составили люди, живущие устойчивыми, тесными парами, напоминающими гетеросексуальный брак. По сравнению с другими группами у них меньше всего сексуальных проблем, они не ищут случайных, временных партнеров, лучше социально и психологически приспособлены, отличаются более высоким самоуважением и реже страдают от одиночества. Второй тип (120 мужчин и 51 женщина) - "открытые пары", также живущие вместе, но не вполне удовлетворенные своим партнерством; они чаще ищут сексуальных развлечений на стороне, испытывая в связи с этим разнообразные тревоги. Их социальная и психологическая адаптация несколько ниже, чем у лиц первой группы, но выше, чем у остальных гомосексуалистов. Третья группа - "функционалы" (102 мужчины и 30 женщин); они похожи на гетеросексуальных холостяков, жизнь которых строится вокруг сексуальных похождений. Сексуальная активность у них выше, партнеров больше, чем у остальных групп, но их контакты большей частью лишены эмоциональной вовлеченности, экстенсивны и безличны. Хотя в целом это энергичные, жизнерадостные люди, успешно преодолевающие трудности своего бытия, их социально-психологическая адаптация ниже, чем у первых групп. Четвертый тип (66 мужчин и 16 женщин) - "дисфункционалы"; они не в состоянии ни принять свою гомосексуальность, ни подавить ее. У них больше всего сексуальных и психологических проблем и внутренних конфликтов. Пятый тип - "асексуалы" (110 мужчин и 33 женщины), отличающиеся минимальной сексуальной активностью, отсутствием эмоциональных контактов с другими людьми и множеством психосексуальных проблем. Эти люди больше других склонны считать себя несчастными, чаще обращаются к врачам и среди них больше всего самоубийц.

Таким образом, даже по сексуальному поведению и социальной адаптации гомосексуалисты не образуют единого целого. Если же учесть частую рассогласованность сексуального поведения и эротических предпочтений, различия мужской и женской гомосексуальности и другие моменты, то вывод станет еще более бесспорным.

Данные Белла, Уайнберга и Хаммерсмит подверглись резкой критике за то, что они практически ограничились статистической обработкой воспоминаний респондентов об их сексуальном поведении. Однако разве можно понять сексуальное поведение вне его конкретного социального контекста? То, что Белл и Уайнберг считают "типами" сексуального поведения, может оказаться всего лишь временными состояниями; один и тот же человек может быть в один период "асексуалом", в другой - "функционалом" и т.д. Еще более методологически рискованно конструирование по ответам респондентов "стадий" их сексуального развития.

Показательна в этой связи эволюция взглядов на гомосексуальность в зарубежной психиатрии. В начале XX века большинство психиатров считали гомосексуализм серьезным психическим заболеванием. К середине столетия выяснилось, что нередко наблюдаемые у таких людей невротические симптомы вытекают не из самой их сексуальной ориентации, а из каких-то других индивидуальных свойств и больше всего - из трудностей их социального положения. В самом деле, легко ли сохранить душевное здоровье и психическое равновесие человеку, который всю жизнь вынужден что-то подавлять, скрывать, бояться разоблачения, да и сам склонен считать себя неполноценным? Как выразился один писатель, покажите мне счастливого гомосексуалиста и я покажу вам веселый труп.

В 70-х годах и эта позиция была пересмотрена. Массовые исследования с применением психологических тестов показали, что невротизм - не обязательный спутник гомосексуальности. Будет ли гомосексуалист невротиком или нет, зависит, с одной стороны, от социальных условий (чем сильнее стигматизация и социальная изоляция определенной категории людей, тем вероятнее появление у них невротических реакций), а с другой - от индивидуально-личностных свойств, включая коммуникативные качества, уровень самоуважения, способность принять и отстаивать свою индивидуальность и т.д. В 1973 г. Американская психиатрическая ассоциация исключила гомосексуализм из своего официального списка диагнозов, отметив, что гомосексуалисты имеют разные характеры, которым могут соответствовать разные неврозы (или не соответствовать никакие). Что бы ни говорили ее адепты, гомосексуальность, помимо личных эмоциональных трудностей, связанных с определением своей сексуально-эротической идентичности, которая часто всю жизнь остается двойственной (среди гомосексуалистов, обследованных Беллом и Уайнбергом, только половина признали свои эротические предпочтения исключительно гомосексуальными), порождает ряд социальных проблем. Многие мужчины-гомосексуалисты (у женщин картина иная) в США и ФРГ вынужденно или по личной склонности ведут крайне экстенсивную половую жизнь, меняя в год по 50-60 сексуальных партнеров, часто малознакомых и вовсе анонимных. Это способствует широкому распространению в их среде различных венерических заболеваний (их имели почти две трети респондентов Белла и Уайнберга), к которым в последние годы присоединилось такое опасное заболевание, как СПИД. Это не может не вызывать общественной озабоченности, тем более что установить источники заражения в гомосексуальной среде труднее, чем в любой другой.

Проблема "гомосексуальной личности" имеет и свой культурологический аспект. Тезису о человеческой неполноценности гомосексуалистов нередко противопоставляют список относящихся к этой категории великих людей. С точки зрения гомосексуального меньшинства, стремящегося утвердить свою респектабельность, составление таких перечней вполне логично: все стигматизируемые группы любят ссылаться на своих великих, но что это дает для науки?

Прежде всего некоторые такие атрибуции проблематичны. Например, с легкой руки Оскара Уайлда в литературоведении распространилось мнение о гомосексуальности В. Шекспира, потому что многие его любовные сонеты обращены к мужчине. Однако в XVII веке такие обращения были обычной литературной нормой, а в драмах В. Шекспира гомосексуальность обычно высмеивается, что также было литературной нормой. Определять сексуальную ориентацию деятелей прошлого по косвенным данным крайне рискованно. Многие из тех, за кем утвердилась репутация гомосексуалистов, в действительности вели бисексуальный образ жизни, у других зафиксированы эпизодические гомосексуальные контакты, третьих подозревают в гомосексуализме потому, что в их творчестве или личной жизни были сильно выражены гомофильные мотивы, например идеализация однополой дружбы, хотя гомофилия и гомоэротизм далеко не всегда совпадают. Иногда приговоры выносятся на основании сплетен и отзывов заведомо враждебных людей. Однако дело не столько в проблематичности атрибуции, сколько в том, нужна ли она вообще. Хотя сексуальная ориентация - весьма существенное свойство личности, она имеет значение не сама по себе, а только в системе жизненного мира личности, биографию которой мы пишем. Важно не столько то, каковы были сексуальная жизнь и эротические предпочтения человека, сколько то, как он их осмысливал и переживал. Заставило ли его осознание своей психосексуальной особенности скрыться от мира, уйти в себя или, напротив, активно искать общения с себе подобными? В каком возрасте, как и насколько отчетливо пришло (если пришло) это осознание? Пытался ли он подавить свои гомоэротические желания или, напротив, удовлетворить их и насколько удавалось ему то и другое? Скрывал ли он свою гомосексуальность (как М. Пруст) или открыто признавал ее (как А. Жид)? Были ли его эротические отношения - все равно, гомо- или гетеросексуальные, устойчивыми и психологически интимными или случайными и анонимными? Как преломлялось все это в его образе Я и самоуважении и какое отражение находило в его творчестве? Если такого внутреннего проникновения в душевный мир личности нет, то информация о ее половой жизни бессмысленна. Этикетка "гомосексуалист" дает для понимания жизни и творчества поэта А. так же мало, как справка, что прозаик Б. был лысым, а художник В. - хромым. Все мы в чем-то похожи, а в чем-то не похожи на других. Если непохожесть означает принадлежность к стигматизируемому меньшинству, это неизбежно порождает какие-то психологические трудности.

Однако дело не столько в непохожести (она может быть и воображаемой) и в отношении окружающих, сколько в самосознании субъекта. Один низкорослый, физически слабый мальчик вырастает с чувством своей неполноценности, ущербности; другой исправляет природные недостатки с помощью специальных упражнений; третий компенсирует их достижениями в других сферах деятельности; четвертый вырабатывает реакцию гиперкомпенсации и т.д. То же происходит и с сексуальными ориентациями.

Медико-психологические исследования, прослеживающие, как та или иная психическая черта или болезнь (будь то шизофрения, эпилепсия или камни в почках) проявляется и преломляется в поведении и художественном творчестве, сами по себе вполне правомерны, но для литературоведения и искусствознания этот угол зрения не подходит. Независимо от их фактической достоверности списки "великих гомосексуалистов" выглядят оскорбительными и пошлыми. Подобные биографии, акцентируют ли они "благодаря" или "вопреки", описывают целое с точки зрения части, а этот подход прямо противоположен методу серьезной психологической биографии, старающейся воспроизвести и понять противоречивую целостность индивидуального бытия и становления личности. Это верно и при интерпретации художественных произведений. "Смерть в Венеции" и "Тонио Крегер" содержат определенные гомоэротические мотивы, но свести к ним их содержание - то же самое, что увидеть в "Будденброках", говоря словами Т. Манна, всего лишь "историю мочекислого диатеза в четырех поколениях".

Говоря о сексуальных ориентациях, нельзя обойти молчанием проблему бисексуальности. В рамках традиционной дихотомии гомо- и гетеросексуальности склонность индивида к сексуальным контактам с представителями обоих полов кажется каким-то недоразумением, следствием незавершенности психосексуальной идентификации или просто средством мимикрии, желания гомосексуалиста "сойти за своего" в гетеросексуальном мире. В действительности бисексуальное поведение и стоящие за ним "сценарии" автономны и неоднозначны. Ганьон выделяет несколько их типов.

1. Бисексуальность нередко наблюдается в переходном возрасте, когда подросток еще не определил своих эротических предпочтений и может экспериментировать в обоих направлениях, хотя, вероятно, уже в это время гомо- и гетеросексуальные переживания имеют для него разный смысл.

2. Чередование гетеро- и гомосексуального поведения на основе присутствия в сознании индивида двух качественно разных сексуальных "сценариев". Например, американские "хастлеры", молодые мужчины-проститутки, позволяют другим мужчинам за деньги совершать с ними фелляцию, но без эмоциональной вовлеченности и активности со своей стороны. Хотя они испытывают при этом половое возбуждение и оргазм, они не считают себя гомосексуалистами, презирают своих клиентов и поддерживают гетеросексуальные отношения. Насколько такое разграничение "сценариев" ("гомо" - за деньги, "гетеро" - для себя) искренне или условно - вопрос открытый.

3. Ситуационно обусловленная бисексуальность, например, в условиях вынужденной половой сегрегации (тюрьма, военные училища и т.д.). Гомосексуальная активность при этом служит временной заменой гетеросексуальных связей, но эти люди сохраняют свою гетеросексуальную идентичность. Нередко, особенно в тюрьме, это сопровождается насилием и символизируется в понятиях господства и подчинения: более сильный утверждает власть над слабым, тем самым подтверждая собственную маскулинность.

4. Параллельное гомо- и гетеросексуальное поведение, например, когда официальный гетеросексуальный брак совмещается с тайными гомосексуальными привязанностями или связями мужа или жены. Чаще всего это следствие поздней сексуальной идентификации, когда индивид обнаруживает, что его действительные эротические предпочтения лежат в другом направлении. Однако возможно и постоянное совмещение отношений обоих типов, которые удовлетворяют разные запросы бисексуального индивида, позволяя ему чувствовать себя то более маскулинным, то более фемининным.

5. Наконец, бисексуальность как следствие равнодушия к полу партнера. Так иногда бывает в ситуациях группового секса, где тела как бы утрачивают свои половые различия, или у людей, целиком сосредоточенных на собственных сексуальных переживаниях.

Очевидно, что эти случаи психологически совершенно различны. Иначе говоря, бисексуальность также имеет свою семантику, которую нужно изучать конкретно, не сваливая все на природные различия. Рассмотрение процессов формирования сексуальной ориентации имеет принципиальное, общеметодологическое значение. Во-первых, оно показывает, что в становлении психосексуальной идентичности индивида, его сексуальных ориентаций и предпочтений самосознание играет такую же ключевую роль, как и в становлении половой идентичности. Любые события сексуальной биографии индивида нужно рассматривать не только объективно, со стороны, но и с учетом того смысла, который он сам в них вкладывает. Во-вторых, оно проясняет значение пубертатного возраста и юности как критических периодов становления сексуальной ориентации, в свете которой корректируются и подчас видоизменяются ранее сформированные представления индивида о собственной половой идентичности, полоролевой адекватности и т.д. В-третьих, оно показывает, что эти процессы, как и более общие процессы половой дифференцировки, предполагают тесное взаимодействие природных, социокультурных и индивидуально-биографических факторов. В-четвертых, оно имеет практически-педагогический смысл, ориентируя врачей и воспитателей на внимательное и тактичное отношение к сексуальным переживаниям подростка, поскольку отличить статистически нормальное возрастное сексуальное экспериментирование от признаков развивающейся парафилии очень трудно, а травмировать ребенка и придать его мыслям и фантазиям опасное направление, напротив, очень легко.

Спор о том, считать ли гомосексуализм врожденным заболеванием, свойством личности, стилем жизни или чем-то еще, вряд ли закончится в близком будущем. Столь же разнообразны и предлагаемые методы его терапии и коррекции. Какими бы причинами (как правило, многими) ни детерминировалась сексуальная ориентация, она не является делом свободного выбора и не может быть изменена произвольно. Правда, вопреки представлениям, господствовавшим до середины 60-х годов, интенсивная психотерапия, иногда в сочетании с гормонотерапией, в некоторых случаях приводит к изменению сексуальных ориентаций индивида. Успех достигается в 30-50% случаев и зависит от таких факторов, как возраст (люди моложе 35 лет поддаются терапии лучше, нежели старшие), наличие гетеросексуального опыта или хотя бы реактивности, длительность гомосексуальной активности, соответствие внешности пациента половым стереотипам и т.д. Однако дело это трудное и возможное только при очень сильном желании самого пациента. У подростков с еще не сложившейся сексуальной ориентацией это зачастую не получается. Психолого-педагогические методы, предполагающие такт, терпимость и понимание, преобладают здесь над более активными психотерапевтическими приемами.

Насколько сложно изменение сексуальных ориентаций личности, убедительно показывает книга Мастерса и Джонсон "Гомосексуальность в перспективе". Ее первая часть, "Доклиническое исследование", обобщает выполненное в 1957-1970 гг. систематическое лабораторное изучение сексуальных реакций (мастурбация, способы сексуального стимулирования партнера, анально-генитальные контакты и эротические фантазии) 94 гомосексуальных мужчин и 82 женщин в сравнении с поведением группы гетеросексуальных индивидов и небольшой (6 мужчин и 6 женщин) "амбисексуальной" выборки. Вторая часть, "Клиническое исследование", описывает почти 10-летний (1968-1977) опыт лечения 56 мужских и 25 женских гомосексуальных пар, обратившихся в институт по поводу различных функциональных нарушений (импотенция, аноргазмия и др.) или сексуальной неудовлетворенности. Иначе говоря, доклиническое исследование имело дело с гомосексуалистами, удовлетворенными своей половой жизнью, а клиническое - с теми, кто нуждался в медицинской помощи.

Как и подобает серьезным ученым, Мастерс и Джонсон весьма осторожны в своих выводах. Однако они категорически утверждают, что гомосексуальность не является единым феноменом, что ее истоки и формы так же многообразны, как и подобные стороны гетеросексуальности. Несмотря на возможное (хотя и не доказанное) генетическое предрасположение к гомосексуальности, в целом любая сексуальная ориентация строится на основе индивидуального опыта и научения. Первое, что должен усвоить врач, подчеркивают авторы, это то, что гомосексуальность не является болезнью; цели терапии должны всегда определяться не врачом, а клиентом, хотя врач и должен помочь ему оценить, насколько обоснованы и реалистичны его пожелания.

По данным Мастерса и Джонсон, психофизиология гомосексуальной половой активности подчинена в основном тем же законам, что и гетеросексуальной, и лечение большинства сексуальных расстройств (импотенция, аноргазмия и др.) в обоих случаях совпадает. Более сложными представляются случаи сексуальной неудовлетворенности, особенно если предметом озабоченности клиента является сама его сексуальная ориентация. Мастерс и Джонсон различают два типа таких случаев: "конверсию" (обращение), когда гомосексуалист, вовсе или почти не имевший гетеросексуального опыта (5 или 6 шкале Кинзи), выражает желание перейти к гетеросексуальному стилю жизни, и "реверсию" (возвращение), когда индивид, обладающий ограниченным гетеросексуальным опытом (от 2 до 4 по шкале Кинзи), хочет вернуться к нему. В принципе Мастерс и Джонсон, опираясь на свой клинический опыт, считают оба эти процесса возможными.

Хотя общий процент терапевтических неудач довольно велик, данные Мастерса и Джонсон подтверждают принципиальную возможность коррекции психосексуальной ориентации. Однако ученые предостерегают от излишнего оптимизма. Во многих случаях (23% обращавшихся мужчин и 18,8% женщин), когда мотивация пациентов казалась недостаточно сильной, врачи заранее отказывали им в помощи, считая свое вмешательство бесперспективным и даже вредным. Пытаясь без достаточных шансов на успех изменить сексуальную ориентацию пациента, врач рискует, в случае неудачи, расшатать его душевное равновесие, снизить самоуважение и укрепить взгляд на себя как на больного (сходные опасения высказывают и другие врачи и психологи).

Главная предпосылка функциональной терапии и гомо-, и гетеросексуальных субъектов - способность врача определить, оценить и открыто обсуждать положительное и/или отрицательное влияние, которое социальные и сексуальные ценности пациента оказывают на стиль его жизни. Обязанность врача - не навязывать пациенту свою систему ценностей, а помочь ему разобраться в его собственной жизненной ситуации. В случае необходимости врач может изменить структуру поведения пациента, но не вправе перестраивать его базовую систему ценностей.

Такая установка, одновременно этическая, основанная на принципе автономии и самоценности личности, и прагматическая (грубое давление извне имеет гораздо больше шансов повредить, нежели помочь), соответствует общему духу современной психологии и медицинской деонтологии. Сексопатолог, как никто другой, обязан помнить первую заповедь Гиппократа и то, что за сексологическими проблемами всегда стоят проблемы человеческие.

Кон И.С. Введение в сексологию. - М., 1988, с. 257-293.

 

Дмитрий КАПУСТИН

ОТКЛОНЯЮЩЕЕСЯ СЕКСУАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

ГОМОСЕКСУАЛИЗМ - половое влечение к лицам своего пола. Синонимы: у обоих полов - инверсия, у мужчин - уранизм, у женщин - сафизм, трибадия, лесбиянство (лесбийская любовь).

Активный гомосексуальный партнер называется педикатор, пассивный - патикус или кинэдэ.

Гомосексуальное влечение к взрослым субъектам у мужчин носит название андрофилия, у женщин - гинекофилия.

Половое влечение к несовершеннолетним у мужчин-гомосексуалов называется эфебофилия, у женщин - корофилия.

Половое сношение через задний проход имеет название мужеложства, или педикации. Такие гомосексуальные действия с мальчиками называются педерастией.

В нашем обществе бытует неприязненное отношение к лицам с иной, чем у подавляющего большинства, направленностью сексуального влечения. Нередко это отрицательное отношение переходит даже во враждебное, с элементами насилия (вспомните отношение к гомосексуалам в гитлеровской Германии). Говоря о гомосексуалах, многие характеризуют их как ненормальных, психически больных, опасных, преступных, грязных, омерзительных и т.п.

Изучив отношение 76 современных культур к гомосексуализму, ученые обнаружили отрицательное отношение к этому явлению лишь примерно у одной трети. Наше общество, где сильно влияние христианской религии, называющей мужеложство "мерзостью", достойной смертной кары, относится как раз к этой трети.

Интересен и еще один вывод ученых. По их мнению, отношение к гомосексуальности тем нетерпимее, чем больше страха и тревоги у людей вызывает сексуальность как таковая.

По мнению Комитета экспертов Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в современных условиях распространенность гомосексуализма составляет не менее 4% населения. Иными словами, если следовать этим расчетам, в Беларуси их проживает 400 тысяч человек.

В связи с тем, что гомосексуализм отличается от гетеросексуализма лишь направленностью полового влечения при сохранности эмоциональных и сексуальных связей (за исключением возможности оплодотворения и продолжения рода), ВОЗ еще 15 лет назад исключила гомосексуализм из Международной классификации психических болезней.

И в наше законодательство внесены соответствующие поправки, исключившие гомосексуальную связь двух взрослых людей из преследуемых законом деяний, сохранив наказание лишь за сексуальные действия с несовершеннолетними, совращение и насилие.

Ученые всего мира до сих пор бьются над загадкой природы: почему человек испытывает сексуальное влечение к лицам своего пола? Что это? Наследственность, болезнь или распущенность? Когда и как формируется такое влечение? Существует множество предположений на этот счет. Одни считают, что это результат менее грубого, чем при транссексуализме, но все же дефекта половой дифференциации мозга еще во время беременности. Другие настаивают на том, что в формировании отличной от большинства людей направленности сексуального влечения большую роль играют условия развития ребенка - в первую очередь материнская гиперопека, негативно воспринимаемые отцы, отрицательный опыт общения с другими детьми своего пола в семье, совращение и даже влияние порнографии.

По мнению известного сексолога И. Кона, формирование гомосексуальной ориентации у подростка имеет три этапа:

— от первого осознанного эротического интереса к человеку своего пола до первого подозрения о своей гомосексуальности;

— от первого подозрения о своей гомосексуальности до первого гомосексуального контакта:

— от первого гомосексуального контакта до уверенности в своей гомосексуальности и выработки соответствующего образа жизни.

Сбой в психосексуальном развитии гомосексуала можно заподозрить еще на этапе выбора половой роли, т.е. с 5 до 12 лет. По неясным пока еще мотивам ребенок выбирает, апробирует и учится поведению лица противоположного пола. Мальчику, например, нравится переодеваться в женскую одежду, играть в детских играх женские роли, шить, вышивать и т.д. Но что плохого, скажете вы, в том, что мальчик выполняет домашнюю работу, помогает родителям или матери-одиночке? Конечно же, детей нужно учить этому. Но одно дело, когда ребенок сознательно подходит к этому, следуя принципу "НАДО", а другое, когда сам, добровольно отказываясь от обучающих игр своего пола в компании сверстников, выбирает, получает эмоциональное удовольствие от своеобразной "домашней" игры в представителя другого пола.

Психологически трудный юношеский период для всех подростков у лиц с гомосексуальными наклонностями осложняется многократно. Переживая острый внутренний конфликт, чувствуя свою изоляцию от сверстников, на фоне страха и одиночества они эмоционально страдают в поисках выхода. Появляющиеся со временем гомоэротические сны их еще больше пугают, как и то волнение, которое они испытывают при первой влюбленности в лицо, как правило, своего пола. Без понимания их проблем, сопереживания и помощи со стороны в первую очередь взрослых велика в этот период и опасность самоубийства.

Говоря о гомосексуализме, нельзя обойти и другую проблему сексуальной ориентации - бисексуализма, т.е. влечения как к мужчинам, так и к женщинам.

Ученые выделяют несколько таких типов:

1. Бисексуальность как эксперимент на этапе психосексуальных ориентаций, когда подросток еще не определил своих эротических предпочтений. Обычно этот выбор делается до 14-15-летнего возраста.

2. Чередование гетеро- и гомосексуальных контактов. В основе их лежит либо попытка "вылечиться" при близости с лицом другого пола (хотя истинного влечения, а тем более эмоционального удовлетворения здесь нет), либо половые контакты с лицом своего пола есть своеобразный вид проституции, а влечение существует к лицам другого пола.

3. Ситуационная бисексуальность процветает в местах вынужденной половой разделенности (тюрьма, училище и т.д.). Будучи гетеросексуальным, контингент таких заведений вынужден вступать в гомосексуальные контакты, подчиняясь силе.

4. Бисексуализм как следствие равнодушия к полу партнера. Особенно ярко это выражено у любителей группового секса, когда фетишем выступает лишь собственный оргазм вне зависимости от пола сексуального партнера.

На наш взгляд, в процессе формирования и закрепления гомосексуального влечения у подростков наибольшую опасность представляет собой первый вариант. Именно его чаще всего используют опытные гомосексуалы, создавая себе сексуальных партнеров.

Обычно это одинокие мужчины с высоким интеллектом и культурно-образовательным уровнем, использующие в своих целях интерес подростков ко всему новому и оригинальному. Это может быть коллекционер аудио- и видеопродукции, представитель искусства, знаток необычных методов медицины, психологии или просто человек, "отдающий себя детям". Двери его квартиры в любое время открыты для детей, и подростки с удовольствием приходят, чтобы обсудить любые проблемы, чувствуя свою свободу и значимость своих суждений в беседах со взрослым.

Интеллект и культурный уровень позволяет таким гомосексуалам свободно вести беседу на многие темы, обостряя интерес подростков как к своей персоне, так и к его мировоззрению.

Выступая в качестве значимой для детей личности, гомосексуал целенаправленно формирует у слушателей культ мужчины. Затем следует вроде бы случайное прикосновение, "мужские" объятия. Те, кто не готов принять подобные меры "одобрения", либо уходят сами, либо им дают это понять, заменяя их новыми искателями "правды жизни". Таким образом, постепенно идет процесс принятия психологии "истинно мужской дружбы" плавно переходящий в гомосексуальные контакты.

Следует прямо сказать, что так как гомосексуализм не признан как заболевание, то и лечению не подлежит. Попытки психотерапевтов-сексологов изменить у гомосексуала сексуальную ориентацию малоэффективны. В этой связи акцент борьбы общества за гетеросексуальную ориентацию подростков должен быть перенесен на правильное, своевременное и действительно половое воспитание.

АЛЬГОЛАГНИЯ (альгос - боль + лагнейа - похоть, сладострастие). Любое общество вырабатывает и соответственно морально поощряет те или иные формы поведения своих членов, в том числе и в сексуальной сфере. Для большинства современных обществ в области половых отношений характерно ожиданий активного, несколько замаскированного, но агрессивного полового поведения мужчины и, в принципе, пассивного, подчиняемого поведения женщины.

В ряде случаев эти установки принимают более выраженные формы, что в сексологии носит название гиперролевого поведения. Специалисты, относя гиперролевое поведение к крайним вариантам нормы, называют и возможные причины этого явления. Здесь и нарушения половой дифференции мозга на ранних этапах развития, недостаточный физический или психоэмоциональный контакт с ближайшим окружением ребенка, и в первую очередь - с матерью, либо, наоборот, чрезмерная заласканность долгожданного ребенка с претензией на полную власть над ним и контроль всех его действий. Немаловажное значение в формировании гиперролевого поведения имеют и особенности становления психики ребенка, что может выражаться в получении удовольствия от драк со сверстниками и других насильственных действий либо от унижений и исполнения чьей-то воли.

Гипермаскулинное поведение выражается в преувеличенном подчеркивании мужских черт поведения, принимающих подчас вычурный, гипертрофированный характер. В сексуальном плане подобное представление мужской роли находит свое выражение в грубости, отсутствии ласк, безразличии к запросам партнера, примитивной любовной игре и акцентуации внимания лишь на собственных чувствах. Нередко такое поведение является причиной сексуальной дисгармонии в браке, так как реализация половой потребности мужчины происходит без учета сексуальной настроенности женщины.

В тех случаях, когда гиперролевое маскулинное поведение становится уже патологическим, т.е. ненормальным, и для удовлетворения требуется уже причинение партнеру физических или душевных страданий, можно говорить о патологическом маскулинном поведении, или об алголагнии активной, именуемой также садизмом. Следует, однако, признать, что грань между этими двумя состояниями зачастую трудноуловима.

Гиперфеминное поведение в значительной степени характеризуется установкой "все для него", порой в ущерб собственной сексуальности. Желание угадать малейшие мысли партнера, полная подчиняемость его воле, обеспокоенность тем, что он с ней несчастлив, и т.п. определяет эту форму поведения, что ведет к психологической удовлетворенности от близости с партнером, нередко даже без собственной физической разрядки, что, кстати, не является для такой женщины обременительным.

При патологическом гиперфеминном поведении (син. алголагния пассивная, мазохизм) полное удовлетворение наступает лишь при осознании своей подчиненности и униженности, полного самоотречения и страданий от контакта с партнером (сладкая боль).

САДИЗМ - син. (половое) насильничество, эротический тиранизм, активная алголагния.

Термин получил свое название от фамилии французского писателя XVIII века маркиза де Сада, который в своих многочисленных романах и рассказах проповедовал право на сексуальное удовлетворение без всяких ограничений, используя для этого самые разнообразные приемы истязаний и унижений партнера.

Многие мужчины как активные сексуальные партнеры стремятся перестроить женскую психику в момент близости на свой эротический лад, подчинить ее своему желанию, порой даже преодолевая внутреннее или внешнее сопротивление женщины, что только повышает его самооценку и придает чувство уверенности (и не только в плане половых отношений!). Обычно в действиях мужчины присутствует определенная сдержанность в реализации скрытых побудительных мотивов к насилию. В случаях же садизма эти внутренние тормоза уже отсутствуют, и желание полной власти над объектом страсти не знает ограничений. Обычным проявлением садизма является нанесение психических или физических страданий партнеру, а по отношению к неживым предметам страсти фантазии девианта попросту беспредельны.

Следует отметить, что проявления садизма могут иметь и имеют место и у женщин, достигающих наслаждения от созерцания унижения партнера, теряющего чувство собственного достоинства.

Крафт-Эбинг считал, что "источники жестокости различны: она присуща первобытному человеку. Сострадание по сравнению с ней представляет уже вторичное чувство, приобретенное позднее. Влечение к борьбе и унижению, бывшее преобладающим свойством доисторического человека, более того - являющееся необходимостью в те времена, далеко еще не атрофировалось. То, что при этом требуется не простое умерщвление объекта, но еще и муки побежденного, объясняется отчасти чувством господства, чувством власти, которое удовлетворяется этим путем, отчасти беспредельностью чувства отмщения".

Различают несколько форм садизма.

Мыслительный (воображаемый) садизм, когда садистские действия лишь присутствуют в фантазиях человека и не реализуются в обыденной жизни.

Пассивный садизм выражается в сознательном избегании тех ласк, которых ожидает партнер, с целью добиться у него чувства психического дискомфорта, разочарования.

Агрессивный садизм - это реальные действия, вызывающие страдания и унижение партнера, вплоть до нанесения ему физических повреждений.

Говоря о некоторых возможных причинах возникновения садистских наклонностей у человека, специалисты отмечают дефектное воспитание детей до 3-летнего возраста, наличие сексуальных фантазий и мастурбаторных актов под влиянием сцен насилия и порнографии, тяжелые психические и сексуальные травмы.

Вследствие этого формируется комплекс неполноценности, и садизм выступает здесь в роли защитно-компенсаторного механизма.

САДОМАЗОХИЗМ. Иногда сожительство садиста с мазохистом даже укрепляет супружеский союз, когда один упивается властью в семье, а другой испытывает наслаждение от покорности и полной беззащитности в своей физической и психологической наготе.

К. Имелинский считает, что "существуют определенные, пока не выясненные связи между садомазохизмом и эмоциональным процессом, определяемым как эротическая любовь. Возможно, что психические страдания в определенной мере способствуют повышению интенсивности эротической любви, страсти и наслаждения, связанных с любимым человеком. В этом плане страдание становится атрибутом эротической любви, контрастом по отношению к наслаждению, усиливающим его".

Он же считает, что массовым проявлением садомазохизма являются бои гладиаторов, публичные казни, жертвоприношения и т.д.

МАЗОХИЗМ (син. пассивная алголагния, альгомания, альгофилмя, пассивизм, страдальчество) - половое удовлетворение при психических страданиях и унижении, причиняемых партнером. Большинство специалистов считают, что чисто физическая боль не является самоцелью общения мазохиста с партнером. Им движет скорее желание подчиниться чужой воле, почувствовать на себе беспредельную, вседовлеющую и сладкую от чувства собственной покорности и беспомощности власть партнера. По-видимому, испытанное когда-то чувство собственной слабости и беззащитности перед неотвратимым наказанием в детстве, насилием, унижающим достоинство, дало толчок сильному эмоциональному всплеску, который и лег в основу формирующейся структуры полового чувства мазохиста, определив на дальнейшее как выбор партнера, так и его сексуальный сценарий.

З. Фрейд называл мазохизм садизмом, направленным на самого себя. Недаром один из синонимов мазохизма носит название страдальчество.

Женщину принято называть пассивным сексуальным партнером, имея в виду, что инициатива близости чаще исходит от мужчины. Поскольку его действиям не чужды некоторые элементы насилия, то можно предположить, что женская сексуальность несет в себе определенную мазохистскую направленность, выраженную в самой различной степени и порой скрытую даже от самой женщины. В тех случаях, когда половая жизнь мазохиста не соответствует его желаниям и потребностям, он стремится получить разрядку при эротическом фантазировании или подбирает партнера, чьи действия более адекватны ожидаемым.

Существует несколько разновидностей мазохизма. Например, мыслительный мазохизм выражается в том, что в воображении девианта разыгрываются сцены, в которых существует угроза лишения его половых органов или унизительных процедур, совершаемых принародно, и т.д. Обычно такая неудержимая фантазия заканчивается сексуальной разрядкой.

ФЛАГЕЛЛЯЦИЯ - разновидность садизма или мазохизма: половое возбуждение возникает от истязаний (бичевания) партнера или себя самого. В качестве истязающего предмета используются палки, розги, хлысты, кнуты, веревки, ремни и т.п.

Споры о том, что флагелляция - это попытка умерщвлять желание (плоть) или наказание за "греховные" мысли или действия, ведутся давно и безуспешно. Одни уверяли, что традиционное место порки - ягодицы - являются наилучшей частью человеческого тела и созерцание их вкупе с несексуальной вроде стимуляцией (битьем) дает мучителю состояние почти сексуального экстаза. Ведь недаром же древние греки поставили храм не красивой женской руки, ноги или груди, а именно этой части женского тела. Другие считают, что здесь присутствует сочетание визионизма, эксгибиционизма и садомазохизма. Предполагают, что активная флагелляция заменяет коитус тем людям, которые при обычном половом контакте не получают эмоциональной разрядки. Пассивный флагеллянт сам стремится к истязанию, т.к. боль от бичевания рефлекторно может вызвать, например, у мужчин эрекцию, что даст возможность совершить половой акт, на который он часто почти не способен без подобного рода "прелюдии".

ТРАНССЕКСУАЛИЗМ - стойкое осознание своей принадлежности к лицам противоположного пола, невзирая на правильное строение наружных и внутренних половых органов и развитие вторичных половых признаков. Предполагают, что в основе патологии лежит нарушение половой дифференциации мозга в период беременности. С раннего детства такой ребенок ощущает себя лицом противоположного пола и всеми силами борется со своим окружением за признание этого: просит называть себя другим именем, стремится носить одежду желаемого пола, соответственно выбирает игры, друзей, прическу и т.п. Как правило, родители безуспешно борются с подобным "увлечением" ребенка, добиваясь в лучшем случае имитации смирения. Появление вторичных половых признаков (рост молочных желез, эрекции полового члена, появление менструаций и поллюций) воспринимается как катастрофа, как реальное рассогласование тела и психического "я" подростка. В этот момент особенно велика опасность самоубийства. Очень точно транссексуалов называют еще "психическими гермафродитами". Измученные многолетней борьбой с самим собой и окружением, рано или поздно такие люди ищут помощи у врачей для создания естественной гармонии "души и тела", отдавая "душе" все же явное предпочтение. Длительное сексолого-психолого-психиатрическое обследование дает специалистам ответ: транссексуализм ли это? Ведь желание изменить пол высказывают и некоторые гомосексуалы, и психические больные, и ряд других людей с психическими отклонениями. Если ответ все же положительный, начинается очень длительный, полный сложностей и разочарований путь перестройки внешнего облика транссексуала.

Вначале меняется на противоположный пол паспорт, затем проводится длительная гормональная терапия, что влияет на рост волос, особенно на лице, прекращение менструаций или поллюций, изменение голоса. При отсутствии сбоев в подобной перестройке (а психических травм в этот период более чем достаточно!) производится удаление молочных желез. Остается самый сложный этап - хирургическая коррекция наружных (иногда и внутренних) половых органов. Технически проще это осуществляется у лиц мужского пола, пожелавших быть женщинами. Им удаляют наружные половые органы, и производится пластика влагалища, причем нередко настолько искусно, что будущие сексуальные партнеры этого даже не замечают, требуя лишь от жен рождений наследника, что, конечно же, невозможно. Сложнее обстоят дела в хирургической коррекции женщин, утверждающих себя в мужском поле. Пластические операции по созданию искусственного полового члена оставляют желать лучшего, хотя работы в этом направлении ведутся.

Попутно нужно заметить, что кроме вышеописанного у транссексуала много проблем с родителями, родственниками, друзьями, документами, работой, военкоматом и т.п.

НАРЦИССИЗМ (син. аутоэротизм, аутоэрастия, аутофилия) - половое возбуждение, возникающее при любовании собственным телом. Название происходит от легенды о греческом юноше Нарциссе, влюбившемся в себя, увидев свое отражение в воде. К. Имелинский считает нарциссизм своеобразной формой фетишизма, когда фетишем является собственное тело. Нередко самолюбование сопровождается мастурбацией и оргазмом. Встречается нарциссизм и у женщин. Увлечение же другим человеком у лиц, страдающих нарциссизмом, возможно лишь в тех случаях, когда партнер восхищается его умом или телом, что только подтверждает мысль о собственной привлекательности и неотразимости.

ФЕТИШИЗМ (фр. фетиш - идол, талисман) - сексуальное влечение к различным одушевленным и неодушевленным предметам, частям тела и элементам одежды ("бельевой фетишизм").

По всей вероятности, фетиш у девианта способен полностью заменить естественную потребность половозрелого человека в общении с другой личностью. Фетишем является зримый предмет, лишенный духовного содержания, а это духовное содержание наполняется фантазиями девианта, зачастую без учета реальной обстановки и чувств партнера. По-видимому, полная свобода действий с фетишем, не требующим самого трудного для девианта - затрат психической и физической энергии по настрою второго партнера на интимную волну, и является для него наиболее привлекательным моментом, позволяя полностью отдаться миру фантазий и иллюзий. Не удивительно, что личность партнера не играет для фетишиста особой роли.

Для многих мужчин какая-то часть тела женщины (грудь, ноги, ягодицы и т.д.) либо предмет женского туалета могут играть роль стимулятора полового чувства, а воспоминания о них могут сопровождаться мастурбацией и оргазмом (мастурбация в данном случае носит заместительный, а не перверзный характер). Здесь образ сексуального стимула неразрывно связан с личностью конкретной женщины, ее поведением и не воспринимается в отрыве от нее. При фетишизме же этот образ бездуховен. Он не имеет конкретного обладателя, а существует как бы сам по себе, отдельно. Отсюда различного рода сексуальные действия, в том числе и половой акт, возможны с любой женщиной, но обладательницей определенного фетиша, без учета ее личностных качеств, возраста, внешности, темперамента и духовного родства.

Варианты фетишизма необычайно разнообразны. Встречается фетишизм носа, руки, груди, ног, ягодиц, полной или худой фигуры, изуродованной ноги или лица, косоглазия и длинных волос, бритого лобка и волос на лобке, постоянно меняющих цвет, и т.д. А фетишизм одежды практически включает в себя весь гардероб современной женщины. У женщин Ф. чаще всего проявляется к разного рода татуировкам, рубцам, бороде, усам, форме одежды (чаще - мундирам) и т.п. Необычайно часто фетишем является тембр голоса мужчины: здесь "везет" больше тенорам.

ГРУППОВОЙ СЕКС. Под ним подразумевают сексуальные действия одновременно с несколькими партнерами или(и) обмен их, а также половые контакты в присутствии других лиц.

В книге "Нетипичный секс" известный польский сексолог З. Старович приводит следующие варианты группового секса:

Пассивное участие. В данном случае лицо лишь присутствует при занятиях групповым сексом, но не принимает в нем участия.

Конформистское участие. Здесь человек оказывается в ситуации, когда занятие групповым сексом застает его врасплох, и, чтобы "не ударить лицом в грязь", он вынужден принять в нем участие. Впоследствии, правда, он испытывает отвращение к своему поступку и старается его забыть.

Обмен партнерами. Обычно после алкогольного возлияния участвующие в вечеринке вступают в половые отношения с постоянно меняющимися партнерами.

Триолизм - одновременное сожительство трех партнеров, как правило, одна женщина и двое мужчин либо наоборот.

Групповое изнасилование - особая форма группового секса, когда лидер навязывает остальным членам группы сценарий, а неподчиняющихся принуждает к сожительству.

"Представление". Особенностью данного вида группового секса является то, что обычно хитростью в коллектив заманивается молодая девушка или женщина, которую, напоив алкоголем, заставляют принимать участие в оргиях.

Существует множество причин, заставляющих людей вступать в групповые сексуальные отношения. Одних толкает на это любопытство, других - скука с сексуальным партнером и желание получить своеобразный допинг, третьих - наличие эксгибиционистских, гомосексуальных, мазохистских или садистских наклонностей.

У одних даже однократное участие может вызвать потребность в такого рода сексе, другие получают долгожданный, но подавляемый сознанием комфорт от содеянного.

Нередко приглашение принять участие в групповом сексе поступает от подруг либо от постоянного сексуального партнера. Из желания быть современной или удовлетворить свое любопытство и на этом закончить эксперимент некоторые соглашаются, подвергая свою психику экзамену с непредсказуемым результатом. И прав З. Старович, когда пишет, что "групповой секс является отрицанием межличностной связи между партнерами, ведущим к овеществлению человека".

ЗООФИЛИЯ (син. бестиофилия, скотоложство, содомия) - сексуальное влечение к животным. О скотоложстве свидетельствуют еще барельефы Древнего Рима и Греции. В Персии и Египте верили, что скотоложством можно излечиться от венерической болезни, да и в рассказах Плутарха можно найти описания любви женщин к священным быкам. С ростом цивилизации скотоложство все более начинает преследоваться обществом "как преступление против природы" с соответствующим наказанием: от штрафов и розг до отрезания полового члена и сожжения на костре. При получении удовлетворения от мучения и гибели животного говорят о зоосадизме, а при сексуальном влечении к определенному виду животных - о зоофетишизме.

ФРОТТЕРИЗМ. Этот вид сексуальной патологии заключается в достижении сексуального удовлетворения мужчины при трении половыми органами о различные части тела женщины. Обычно он практикуется в общественном транспорте, когда в условиях тесноты возможно осуществить задуманное. Сохраняя внешне спокойный вид, мужчина прижимается к ягодицам или бедру понравившейся женщины и трением о ее тело добивается эрекции и оргазма. Испытывая стыд, замешательство, страх, что происходящее увидят окружающие, женщины обычно молча переходят на другое место либо выходят на ближайшей остановке. Реже женщина реагирует на посягательство на ее тело агрессией, обращением за помощью к окружающим и т.д.

Среди фроттеристов встречаются как люди замкнутые, не имеющие возможности наладить общение с лицом противоположного пола, так и легко сексуально возбудимые.

ЭКСГИБИЦИОНИЗМ. Суть этой сексуальной девиации в неукротимом желании демонстрировать половые органы, чаще перед лицом противоположного пола, что, сопровождаясь обычно мастурбацией, дает эксгибиционисту максимальное сексуальное удовлетворение. Среди причин, вызывающих Э., называют психопатическое развитие личности, психические расстройства, поражения головного мозга, пожилой возраст родителей.

Эксгибиционисты как личности характеризуются робкими, нерешительными натурами с детства, не умеющими контактировать с окружающими, предпочитающими одиночество, замкнутыми, склонными к капризам. У многих из них начиная с подросткового возраста возникает навязчивое желание демонстрировать свои половые органы, что в сочетании со страхом наказания дает особую эмоциональную окраску оргазму. Часто такое желание возникает импульсивно, чему предшествует некоторый период подавленного, угнетенного состояния и раздражительности. Половое влечение со временем все больше снижается и обостряется лишь при обнажении половых органов при посторонних, что время от времени и выталкивает эксгибициониста на улицу. Кружа вокруг женских общежитий, бань, родильных домов и больниц, школ и в парках, эксгибиционисты часами выжидают, когда можно, внезапно появившись перед одинокой женщиной, продемонстрировать ей свои мужские прелести. Наивысшее блаженство они получают, видя испуг и страх в глазах женщины, ее смущение и, как правило, бегство от места "встречи". Чувствуя себя "победителем", эксгибиционист завершает все вышеперечисленное мастурбаторным актом и удаляется значительно более удовлетворенным, чем после обычного полового акта.

Однако подавляющее большинство эксгибиционистов остаются разочарованными, если их напрягшийся фаллос не вызовет панической реакции у жертвы либо хоть какой-то ее интерес к происходящему. А вот попытка женщины приблизиться к эксгибиционисту в 80% случаев вызывает у него желание убежать, что он, как правило, и делает. Правда, некоторые эксгибиционисты могут проявить при этом и сексуальную агрессию.

ВУАЙЕРИЗМ (син. визионизм, скопофилия, миксоскопия) - сексуальная девиация, влечение к подглядыванию за половым актом или созерцанию наружных половых органов избранного пола. Подглядывание за интимными отношениями нередко наблюдается у детей и подростков и при нормальном психосексуальном развитии. Подобные явления наблюдаются у четверти детей дошкольного возраста, у каждого третьего мальчика в возрасте 7-11 лет и лишь у 6% девочек вышеуказанного возраста. Закреплению детского визионизма, по-видимому, способствуют трудности в общении со сверстниками, неумение устанавливать контакты с лицами противоположного пола, стойкая фиксация в незрелой психике ребенка увиденной сцены интимной близости и т.п. К разновидностям визионизма можно отнести увлечение стриптизом, эротическими шоу, выставками эротического фото.

Порой непреодолимое желание увидеть запретное толкает визиониста на подсматривание в окна больниц, женских общежитий и т.п. И хотя подавляющее большинство визионистов способны к совершению нормальных половых актов, но подсмотренная сцена, сопровождаемая мастурбацией, приносит им несравнимо более сильное эмоциональное переживание. Особую остроту чувств визионисту придает анонимность присутствия при интимнейших сценах, внедрение во что-то запретное и опасение быть застигнутым за этим малоэтичным занятием.

Капустин Д. Молодежный секс. - Мн., 1997, с. 127-137.

 

Збигнев СТАРОВИЧ

СЕКСУАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ

РАССТРОЙСТВА СЕКСУАЛЬНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ. НАРУШЕНИЯ ЛИБИДО

Гиперлибидомия (гиперсексуальность, эротомания, сатириазис, нимфомания)

Гиперлибидомия - это патологическое усиление сексуальных потребностей, ведущее к повышенной сексуальной активности. При этом происходит не только количественное увеличение числа сексуальных контактов, но и качественное изменение сексуального поведения, при котором сексуальность становится основной жизненной целью индивида. Для лиц, страдающих гиперлибидомией, характерна частая смена сексуальных партнеров, то есть у них, как правило, не устанавливается длительных сексуальных связей.

Данная патология может развиться и в результате психогенных воздействий (например, как форма компенсации чувства собственной неполноценности), и быть проявлением органических заболеваний (например, органическая патология центральной нервной системы, в первую очередь обусловленная ее опухолями, или проявления происходящих в организме гормональных нарушений).

Гиполибидомия (гипосексуальность)

При гиполибидомии уровень сексуальных потребностей и сексуальная активность понижены, в то же время при этом расстройстве отмечается повышение порога чувственной впечатлительности. Диагностировать этот вид сексуальных расстройств бывает нелегко. Гиполибидомия может иметь функциональный характер (например, как результат разочарования личностью постоянного сексуального партнера), развиваться на органическом фоне (например, при хроническом алкоголизме, наркомании, токсикомании, лекарственной зависимости, гиперпролактинемии, гипогликемии и т.д.), а может быть и одним из симптомов различных психических и психосоматических заболеваний.

ПРЕПЯТСТВИЯ В РЕАЛИЗАЦИИ СЕКСУАЛЬНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ

Сексуальные комплексы

Сексуальные комплексы представляют собой проявления подавленных или подавляемых (как осознанно, так и неосознанно) потребностей, желаний, воспоминаний, оказывающих влияние на чувственную сферу и сексуальное поведение. Эта одна из часто встречаемых форм сексуальных нарушений. К наиболее распространенным сексуальным комплексам относятся:

онанистический комплекс (онанофобия) - ошибочное, часто навязчивое убеждение в том, что мастурбация обязательно приводит к возникновению сексуальной патологии;

комплекс "маленького полового члена";

комплекс мнимой импотенции;

комплекс "сексуальной неполноценности" - часто навязчивое убеждение в том, что с помощью собственных сексуальных возможностей невозможно удовлетворить сексуального партнера;

комплекс отвержения клиторального оргазма - убеждение в том, что получение оргазма при стимуляции клитора явление ненормальное, патологическое, ведет к отказу от такого способа получения оргазма даже при невозможности его достижения другими путями.

Партнерские сексуальные проблемы

К ним принадлежат патологическая ревность, например так называемый синдром Отелло (чаще развивается у алкоголиков), а также синдром провоцируемой измены. Провоцируемая измена - это сознательное установление сексуальных связей с другими партнерами по инициативе и при непосредственном участии постоянного сексуального партнера. Чаще всего она является проявлением девиантных тенденций (например, мазохизма) или обусловливается необходимостью получения специфического сексуального допинга для достижения сексуального удовлетворения.

Сексуальные состояния страха (фобии)

Сексуальные фобии представляют собой необоснованные навязчивые состояния страха, сопровождающиеся высоким психоэмоциональным напряжением и приводящие к развитию реакции защиты от затруднений в сексуальной жизни путем отказа от осуществления сексуальных контактов под любым предлогом, вплоть до полного прекращения сексуальной жизни.

Чаще всего встречается фобия сексуальной инициации (страх перед началом сексуальной жизни), которая отмечается у 11% больных, страдающих какими-либо фобиями. По мнению ряда авторов, фобия сексуальной инициации - это проявление такого патологического состояния психики, как страх деперсонализации.

К распространенным причинам возникновения сексуальных фобий в браке относятся агрессивное поведение супруга, наличие у одного из партнеров девиантного сексуального поведения. При этом фобия формируется по механизму развития защитной реакции. К другим частым вариантам сексуальной фобии относятся: страх импотенции, гамофобия (страх перед брачной жизнью), страх дефлорации. Последний тип сексуальной фобии часто приводит у женщин к развитию вагинизма.

Острые сексуальные состояния страха - это внезапно появляющиеся и динамично нарастающие состояния страха, связанные с волнением или внезапной дезадаптацией в процессе сексуального контакта. Они могут длиться от нескольких минут до нескольких дней и сопровождаться беспокойством (вплоть до паники) и вегетативными расстройствами. Однако эти явления могут носить и более длительный характер, например, выступая одним из проявлений психического заболевания. Могут они появляться и периодически, в том числе сопровождать временные расстройства функции организма (психические и гормональные кризы, гипогликемические состояния).

Культурно обусловленные сексуальные состояния страха возникают в связи со специфическими воздействиями культуры, вызывающими волнение, страх или создающими угрозу индивидуальному сексуальному поведению субъекта.

Синдром околосонных сексуальных иллюзий

Данное состояние обычно возникает у сексуально озабоченных женщин с высоким уровнем либидо, имеющих длительный перерыв в контактах со своим сексуальным партнером. Перед засыпанием у них возникают иллюзии ощущения сексуальных ласк и даже иллюзия совершаемого с ними полового акта.

Синдром Кехрера

Синдром проявляется в виде постепенного нарастания у сексуально неудовлетворенных женщин различных психосоматических расстройств - психомоторного возбуждения, раздражительности, обильного выделения белей, болей внизу живота, сухости влагалища, расширения тазовых вен, расстройств стула, нарушений менструального цикла и т.п.

ПРЕДДИСФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ СИНДРОМ

Данное сексуальное расстройство впервые было описано К. Имелинским. Синдром заключается в том, что у имеющих сексуальный опыт лиц при отсутствии каких-либо неудач в сексуальной жизни появляется неверие в успешность предстоящего совокупления. На фоне чрезмерной концентрации внимания на сексуальной сфере и функционирования половых органов, постоянного самоконтроля развивается страх перед половой жизнью, проявлениями сексуальности, коитусом, лицами противоположного пола. Возникает боязнь сексуальной дискредитации, потери сексуального партнера, любимого человека, гиперболизированный стыд, сконфуженность перед ним, нерешительность, а иногда - чувство вины и сексуальная аверсия.

НАРУШЕНИЯ ТЕЧЕНИЯ СЕКСУАЛЬНОЙ ЖИЗНИ У МУЖЧИН

Нарушения эрекции - наиболее распространенное у мужчин сексуальное расстройство. Существует мнение, что около 50% мужчин испытывают те или иные затруднения с эрекцией, причем на органической основе эти затруднения возникают только в 15% случаев. Способствующими факторами возникновения расстройств эрекции в 5% случаев является доминирование в семье мальчика матери, в 3% - доминирование отца, в 20% - гомосексуальные тенденции, а в 15% случаев - религиозные факторы. К причинам появления этого расстройства могут быть отнесены семь органических факторов (травмы, послеоперационные осложнения, сосудистые нарушения, неврологические заболевания, гормональные расстройства, метаболические нарушения, последствия употребления некоторых лекарств) и четыре психогенных фактора (партнерские проблемы, стрессы, страх, психопатология). Среди психогенных причин расстройств эрекции немаловажное значение принадлежит истерии и чрезмерной привязанности к матери.

Среди органических причин возникновения этой патологии в последнее время все чаще отмечается гиперпролактинемия. Расстройства эрекции отмечаются у 83% мужчин, страдающих этим заболеванием. Но, пожалуй, основное место среди органических причин нарушений эрекции принадлежит сосудистой патологии. Так, проблемы с развитием эрекции наблюдаются у 10-30% мужчин, перенесших инфаркт миокарда, а по некоторым данным, - даже у 47-73% этого контингента больных. Небезынтересно, что смерть во время полового акта у перенесших инфаркт миокарда мужчин составляет 0,6% от числа всех видов смерти в результате заболеваний, причем в 80% случаев она наступает во время внебрачных сексуальных контактов.

Среди причин возникновения нарушений эрекции наиболее часто отмечаются: возрастной фактор, тучность, употребление некоторых лекарств, алкоголизм. Указывается и на связь этих расстройств с нарушениями в системе передачи нервных импульсов. Голден отмечает, что нарушения эрекции - это типичные сексуальные расстройства для культуры Запада и развиваются они в результате повального сексуального невежества, на фоне нереализованной сексуальности и различных фобий.

По данным наших исследований, расстройства эрекции выявляются у 21% алкоголиков и у 40% наркоманов. Среди психогенных факторов наиболее частыми причинами возникновения расстройств эрекции были сексуальные комплексы, фобии и партнерские факторы. В судебно-сексологической экспертизе с нарушениями эрекции чаще приходится сталкиваться в случаях виргогамии, при бракоразводных делах, девиантном поведении, а также в случаях сексуальных преступлений.

Нарушения эякуляции

Эякуляторные расстройства, как и расстройства эрекции, относятся к числу наиболее распространенной мужской сексуальной патологии. Нарушения эякуляции можно разделить на следующие виды:

чересчур преждевременная эякуляция (семяизвержение наступает до начала совершения полового акта в период предварительных сексуальных ласк при отсутствии эрекции полового члена);

преждевременная эякуляция (семяизвержение наступает непосредственно перед введением полового члена во влагалище);

слишком ранняя эякуляция (семяизвержение наступает либо непосредственно в момент имиссии полового члена во влагалище, либо после совершения первых фрикций);

задержка эякуляции (семяизвержение наступает только после длительного, порой изнурительного полового акта);

сперматорея (истечение спермы происходит вне связи с сексуальным возбуждением и обстановкой полового акта);

болезненная эякуляция;

эякуляция без оргазма;

эякулятурный рефлекс (семяизвержение наступает, но сперма выводится не наружу, а забрасывается в обратную сторону и попадает в мочевой пузырь).

Наиболее частой причиной возникновения семяизвержений без оргазма является наличие послевоспалительных изменений мужской половой системы. Немаловажную роль при этом играют и возраст индивида, и наличие у него сосудистой патологии.

Задержка семяизвержения относится к редко встречающимся эякуляторным расстройствам и может быть обусловлена как органическими, так и психическими причинами. Склонность к анально-генитальным и орально-генитальным контактам или мастурбации приводит к ослаблению восприятия специфических ощущений при вагинальном коитусе, что также может явиться причиной задержки семяизвержения в процессе совершения вагинального коитуса.

Эякуляторный рефлюкс нередко является последствием органических изменении мочеполовой системы мужчины, часто встречается после операций на предстательной железе. Однако причиной его может быть и длительная практика так называемого саксонского полового сношения, при котором с противозачаточной целью непосредственно перед эякуляцией партнерша пережимает половой член и вызывает этим искусственный заброс спермы в мочевой пузырь.

Органической природой обусловлено и отсутствие эякуляции (например, при заболеваниях предстательной железы). Но это расстройство может наблюдаться у мужчин и в постклимактерическом периоде - в период андропаузы.

По нашим данным, эякуляторные расстройства отмечаются у 71% алкоголиков, у 85% наркоманов и лишь у 16% мужчин из контрольной группы.

НАРУШЕНИЯ ТЕЧЕНИЯ СЕКСУАЛЬНОЙ ЖИЗНИ У ЖЕНЩИН

Нарушение комплекса сексуальной готовности

Комплекс сексуальной готовности - это состояние, определяющее возможность совершения женщиной полового акта. Прежде всего он характеризуется развитием в процессе сексуального возбуждения достаточной степени увлажненности влагалища (так называемая любрикация), позволяющей произвести свободное и безболезненное введение (имиссию) полового члена во влагалище и осуществлять им фрикции в процессе совокупления. Этот комплекс включает в себя также и временное расслабление у женщины мышц промежности и влагалища, наступающее перед половым актом и облегчающее имиссию полового члена.

При недостаточной любрикации или ее отсутствии, а также при отсутствии или недостаточном расслаблении соответствующих мышц половое сношение может вызывать боли или неприятные ощущения у обоих партнеров (диспареуния) или вообще стать невозможным. Причинами этого расстройства являются - отсутствие согласия женщины на совершение полового акта, неадекватная сексуальная стимуляция женщины партнером перед началом полового акта, гипосексуальность женщины, страх женщины перед возможной беременностью, ситуационные факторы.

Вагинизм

Вагинизм - это патологическое состояние, при котором у женщины в обстановке интимной близости независимо от ее воли рефлекторно наступает сильное спастическое сокращение мышц тазового дна и влагалища, делающее невозможным совершение полового акта как чисто механически (из-за резкого сужения входа во влагалище, препятствующего имиссии полового члена), так и по физиологическим причинам (из-за сопровождающего мышечный спазм сильного болевого приступа). Вагинизм может носить стойкий характер и сопровождать женщину на всем протяжении жизни, что делает ее вообще неспособной к совершению полового сношения. Современная медицина способна устранить это страдание почти в 100% случаев.

К причинам вагинизма относят фобии, неуверенность в безопасности личности партнера и другие партнерские факторы, органические изменения половых органов. При обследовании 80 женщин, страдающих вагинизмом, органические причины его возникновения были установлены у 22 женщин, а у 18 они носили ситуационный характер. Существует мнение, что вагинизм - это один из симптомов истерии. К другим факторам, часто приводящим к развитию вагинизма, относятся: травма половых органов в детстве, заболевание мочеполовой системы, последствия использования влагалищных тампонов при менструациях в подростковом возрасте, гинекологические и венерические заболевания (особенно - воспалительные заболевания влагалища), грубая (травматичная) сексуальная инициация (в том числе и грубая дефлорация), страх, обусловленный крупными размерами полового члена партнера, амбивалентное отношение к половой жизни, социокультурные факторы.

Половая холодность (фригидность)

При половой холодности у женщин отмечается снижение уровня сексуальных потребностей и сексуальной реактивности, отсутствие удовлетворенности половой жизнью. Одним из признаков половой холодности является аноргазмия. Сопровождающие фригидность проявления могут иметь разную степень выраженности:

I - сексуальная потребность сохранена, но при большинстве половых актов оргазм не наступает, имеется некоторая удовлетворенность половой жизнью;

II - сексуальная потребность отсутствует либо сохранена на незначительном уровне, оргазм отсутствует при всех половых актах, половая жизнь удовлетворения не приносит;

III - полное отсутствие сексуальной потребности, стойкая аноргазмия, отвращение к сексуальному партнеру;

IV - полное отсутствие сексуальной потребности, стойкая аноргазмия, отвращение вызывает не только актуальный сексуальный партнер, но и вообще все мужчины.

По нашим данным, половая холодность I и II степени отмечалась у 82% женщин-алкоголиков, 23% женщин-наркоманок и у 16% женщин из контрольной группы; III и IV степени соответственно у 23-42-2% обследованных групп женщин.

Фригидность может быть обусловлена как органическими, так и функциональными причинами.

НАРУШЕНИЯ ТЕЧЕНИЯ СЕКСУАЛЬНОЙ ЖИЗНИ У ОБОИХ ПОЛОВ

Комплекс сексуальной неприспособленности

Комплекс сексуальной неприспособленности характеризуется появлением различных проблем и трудностей в течение сексуальной жизни у внешне сексуально благополучных партнеров. При этом типичными являются следующие проблемы: возникновение в процессе коитуса ощущения слишком просторного влагалища; последствия мастурбаторных навыков; послеродовые изменения женских половых органов; физиологическая несоразмерность строения половых органов партнеров; различие в сексуальной возбудимости партнеров и в их сексуальных биоритмах; разновременное наступление оргазма; различия "сексуальной схожести"; неприятие женщиной половых сношений в другие периоды, кроме тех, когда у нее возникает максимальное либидо (например, у женщин, которые максимальное либидо испытывают в период овуляции или менструации).

Непорочное супружество (виргогамия)

Маккэри на основании обследования 1000 брачных пар, находившихся в целомудренном браке из-за того, что супруги были не в состоянии начать половую жизнь, выделил следующие причины этого явления:

чувство боли у партнерши при попытках имиссии полового члена во влагалище - 20,3% случаев;

уверенность в том, что половой акт является чем-то неприятным, - 18%;

импотенция партнера - 11,7%;

маленькое влагалище - 8,2%;

игнорирование партнером анатомических особенностей строения женских половых органов - 5,2%;

негативное отношение партнерши к мужчинам - 5,2%;

отвращение, испытываемое женщиной по отношению к половому члену, - 4,6%;

отвращение, испытываемое женщиной к методам контрацепции, при одновременной боязни беременности - 3,3%;

отвращение, испытываемое женщиной по отношению к партнеру, - 3,0%;

потребность досадить партнеру - 1,4%;

страх перед половым членом мужа - 1,2%;

страх перед спермой - 0,9%.

Средняя продолжительность непорочного супружества составляет 2-4 года. В результате лечения 60% пар половую жизнь начинают в первые полгода, 72% супругов через два года после начала лечения.

Сексуальная аверсия

Чувство отвращения к сексуальному партнеру - это наиболее тяжелая разновидность межпартнерских сексуальных расстройств. Самые распространенные причины развития сексуальной аверсии: глубокие конфликты между партнерами, реакция на психотравмирующее поведение партнера (например, на его измену), реакция на исходящий от партнера неприятный запах, последствия сексуальных расстройств у партнера, которыми он пренебрегал и своевременно не лечился.

Сама аверсия может иметь различную степень выраженности - от ощущения отвращения, возникающего только в обстановке интимной близости или попытки к ней, и до чувства непреодолимого отвращения к партнеру, возникающего при малейшем соприкосновении с ним и даже только при его виде.

Диспареуния

Под диспареунией понимается болезненность полового сношения как для мужчины, так и для женщины. Это одно из распространенных партнерских сексуальных расстройств. По нашим данным, диспареуния отмечается у 5,2% алкоголиков и у 18% их сексуальных партнерш, у 14,3% наркоманов и 44,3% наркоманок и только у 3% женщин из контрольной группы.

Наиболее часто встречающимися причинами развития диспареунии являются: у женщин - послевоспалительные изменения половых органов и их послеродовые изменения, период биологического увядания, гинекологические заболевания и операции, пороки развития половых органов, истерия, партнерские факторы; у мужчин - послевоспалительные изменения мочеполовой системы, алкоголизм, систематическое принуждение партнершей к сексуальным эксцессам, другие партнерские факторы.

Сексуальная анестезия

Это явление - результат снижения чувствительности или полного выключения рецепторов эрогенных зон, что приводит к аноргазмии и сексуальной неудовлетворенности. Наиболее часто сексуальная анестезия бывает обусловлена факторами органической природы (поствоспалительные изменения половых органов и локализующиеся в их области проявления кожных болезней, патология нервной системы, лекарственная болезнь, алкоголизм и т.п.), но в основе ее возникновения могут лежать и психогенные факторы. Данное сексуальное расстройство диагностируется редко и не включается во многие классификации сексуальных нарушений.

НАРУШЕНИЯ ОРГАЗМА

Синдром мнимой аноргазмии

Сущность данного синдрома заключается в том, что способная к достижению оргазма женщина может получить его только при эффективной стимуляции клитора. Однако подобный способ воспринимается женщиной как "неправильный", что приводит к уклонению от получения такого вида возбуждения. Среди женщин этот синдром является распространенным видом сексуальных нарушений.

Аноргазмия

Под аноргазмией подразумевается постоянное отсутствие у женщины способности к достижению оргазма, проявляющееся как в процессе половой жизни (при совершении коитуса и при подготовке к нему, несмотря на целенаправленные действия партнера), так и при пробах самовозбуждения. Это одно из наиболее часто встречающихся у женщин сексуальных расстройств, отмечаемое примерно у 30-80%. Следует отметить, что в последнее время наблюдается меньшая распространенность этого расстройства. Подобная тенденция, по-видимому, связана с ростом уровня полового воспитания и повышением культуры половой жизни, и, как следствие этого, - частым посещением женщин врачей по поводу лечения половых расстройств.

К факторам, способствующим достижению женщиной оргазма, относятся: оптимальный уровень андрогенов в организме; хорошая реактивность нервной системы; напряжение промежностных мышц в процессе коитуса; мастурбационный опыт; сексуальная инициация в возрасте до 18 лет; продолжительность вступительных ласк свыше 15 минут; длительность коитуса свыше 10 минут; экстравертированность личности; высокий уровень сексуального сознания, сексуальной образованности и сексуального воображения; удачная чувственная связь с партнером; вынесенный из семейной среды позитивный эталон чувственной и сексуальной связи.

Аноргазмия может выступать в роли одного из симптомов различных заболеваний или быть ситуационно обусловленной, а может проявляться и в виде самостоятельного синдрома. В последнем случае она чаще переходит в половую холодность.

Существует немало причин возникновения аноргазмии. Многие из них, по существу, являются контрфакторами по отношению к упомянутым факторам, способствующим развитию оргазма. К типичным причинам аноргазмии причисляют: невроз, депрессии, стрессы, гормональные нарушения, соматические заболевания, лекарственную болезнь, сексуальные расстройства у партнера, внебрачные связи, нарушения чувственной связи с партнером. Вот как описывается характеристика партнера, индуцирующего аноргазмию у женщины: "Интеллектуально слаборазвитая личность, профессия связана с выполнением низкоквалифицированного труда (даже при подобной профессиональной принадлежности и самой женщины), недоброжелательный и доминирующий во взаимоотношениях с партнершей, имеющий различного рода затруднения в сексуальной жизни, не имеющий с партнершей сильной эмоциональной связи, не отвечающий ее ожиданиям, конфликтующий с ней на сексуальной почве и соперничающий за главенствующую роль в созданной связи". Собственные исследования причин аноргазмии склоняют нас к объединению их многообразия в две группы: группа психогенных факторов (отсутствие взаимопонимания в половой жизни, разный уровень сексуальной культуры партеров, негативные личностные черты партнера и т.п.) и группа органических факторов (поражение подбугорной области головного мозга, физическая усталость, патология тазовых органов и т.п.).

Диссоциация оргазма

Это нарушение связано с раскоординированностью между биологическими и психическими компонентами оргазма, что приводит либо к нарушению возникновения оргазма во времени, либо к возникновению оргазма при участии только одного из этих компонентов. В последнем случае чаще встречается биологически обусловленный оргазм, наступающий при неучастии его психического компонента.

Причины диссоциации оргазма могут быть самыми разнообразными, но преимущественно это психоэмоциональные факторы (конфронтация с религиозными и морально-этическими принципами, амбивалентное отношение к сексуальному партнеру, личностные или психические расстройства и т.п.).

Оргазм без эрекции

Как следует из названия, это расстройство характеризуется возникновением у мужчины семяизвержения при отсутствии эрекции полового члена. Это явление чаще носит функциональный характер, но может быть обусловлено и органической патологией (например, при некоторых неврологических заболеваниях).

НЕТИПИЧНЫЕ СЕКСУАЛЬНЫЕ ОТКЛОНЕНИЯ (НЕТИПИЧНОЕ СЕКСУАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ)

К рассматриваемой группе отнесены такие типы сексуального поведения, которые, с одной стороны, по существующим меркам нельзя однозначно отнести ни к норме, ни к девиации, ни к патологии, а с другой стороны, хотя они и составляют в популяции статистическое меньшинство, однако фактически имеют распространение во всех обществах, культурах и средах, не являясь при этом социокультурно обусловленными феноменами. Всех лиц с нетипичным сексуальным поведением объединяет то, что такое поведение является для них доминирующим или единственно приемлемым путем достижения сексуального удовлетворения.

До недавнего времени большинством сексологов эти состояния причислялись к сексуальным девиациям. Однако в современных классификациях сексуальных нарушений они все чаще выделяются в самостоятельную группу. По сравнению с нарушениями сексуальных потребностей, течения сексуальной жизни или нарушениями оргазма, нетипичное сексуальное поведение встречается значительно реже, однако куда более распространено, нежели сексуальные девиации. Более того, за прошедший со времени известного доклада Кинзи период отмечено постепенное увеличение субпопуляции лиц с этими отклонениями.

Патологический аутоэротизм

Под аутоэротизмом обычно понимают способы получения субъектом сексуального удовлетворения без участия другого лица. Однако подобная трактовка этого термина фактически превращает его в еще один синоним мастурбации. В то же время патологический аутоэротизм является качественно иной категорией и представляет собой отличающийся навязчивостью доминирующий путь достижения конкретным лицом оргазма, в том числе при помощи или под воздействием каких-либо раздражителей физической природы. Постоянно повторяющееся самовозбуждение с использованием специфических сексуальных раздражителей (например, струя воды, специально приспособленные орудия или инструменты, зеркальное отображение собственного тела, порнография, специфические ритуалы и т.п.) приводит к тому, что количественная и качественная его формы замещают у субъекта как иные сексуальные раздражители, так и иные проявления сексуальной активности. Развивающийся таким образом стойкий заместительный аутоэротизм заключается в том, что субъект может достигать оргазма только путем самовозбуждения и такая форма сексуальной активности становится для него более приемлемым и эффективным способом получения сексуального удовлетворения, нежели сексуальный контакт с партнером. Часто эти лица вообще не имеют (или никогда и не имели) сексуальных связей, либо сексуальные контакты у них носят спорадический характер.

Ананкастный аутоэротизм заключается в стойком, принудительном (навязчивом) сексуальном самовозбуждении, осуществляемом зачастую вне актуальной сексуальной потребности и носящем черты зависимости. Чаще подобное состояние является одним из симптомов пограничных психоневрологических расстройств и реже - симптомом психического заболевания или умственной отсталости. В крайних вариантах отмечается длящаяся месяцами и даже годами многократная на протяжении суток самостимуляция. Механизм этого явления состоит в том, что данное лицо может получить разрядку нервного напряжения только описанным сексуальным путем, причем со временем оргазм становится как бы "лекарством", оказывающим успокаивающее действие.

Специфическим видом женского аутоэротизма является так называемый синдром Хевлок-Эллиса, при котором сексуальная самостимуляция осуществляется с помощью струи воды, воздействующей на эрогенные зоны. Считается, что этот тип самостимуляции довольно широко распространен в женской популяции. Его особенность состоит в том, что у женщины постепенно происходит закрепление связи между возникновением оргазма и воздействием столь специфического сексуального стимулятора. Впоследствии такие женщины, как правило, испытывают затруднения с достижением оргазма под воздействием стимуляции, производимой во время полового сношения партнером.

Не менее специфической разновидностью патологического аутоэротизма является и синдром сексуальной асфиксии. В этом случае получение сексуального удовлетворения связано с весьма определенным риском для жизни, так как оно достигается в процессе развития удушья при самоповешении.

В США ежегодно эта форма сексуальной самостимуляции становится причиной примерно 250 смертельных случаев. Баркес относит данное явление к мазохизму и указывает на то, что подобные сексуальные действия в заканчивающихся смертью случаях нередко симулируют самоубийство или криминал, каковыми они зачастую и воспринимаются окружающими, правоохранительными органами и судебными экспертами. В исследованных им 132 случаях данной патологии в 127 случаях субъектами были мужчины и лишь в 5 случаях - женщины.

Орализм

Сущность этого нарушения полового поведения заключается в возникновении у субъекта оргазма только под воздействием раздражения его половых органов губами и (или) языком сексуального партнера. Это явление следует отличать от орально-генитальных ласк, являющихся одним из сексуальных возбудителей в процессе нормальной половой жизни. Несомненно, что именно опыт проведения таких ласк является первоосновой для возможного в дальнейшем формирования орализма, причем механизм его формирования в целом сходен с таковым при патологическом аутоэротизме. То есть в его основе лежит постепенное закрепление ("закодирование") данного вида сексуального возбуждения с последующим замещением обычных сексуальных контактов орально-генитальными, как наиболее эффективным для данного субъекта способом достижения сексуального удовлетворения.

Следует предупредить однозначное отнесение орализма к разряду сексуальной патологии (в том числе и партнерской), так как во многих связях он отвечает взаимным потребностям партнеров и не создает у них каких-либо сексуальных проблем. Однако в ряде случаев позиции партнеров на этот счет расходятся, что порождает возникновение конфликтов.

На практике с орализмом как с проблемой сексолог встречается при следующих ситуациях:

орализм как источник конфликтов между партнерами либо как причина развития комплекса сексуальной неприспособленности;

орализм как источник возникновения девиантного сексуального поведения (например, педофильного или зоофильного);

орализм как источник гомосексуального поведения. В последнем случае к такому поведению может приводить неудовлетворенная при гетеросексуальных связях потребность в орально-генитальных контактах, т.е. в этой ситуации удовлетворение сексуальных потребностей гомосексуальным путем носит заместительный характер. В более редких случаях подобное поведение обусловлено проявлением скрытых или сдерживаемых гомосексуальных тенденций. При этом орализм может стать пусковым моментом в развитии гомосексуальной ориентации полового влечения.

По нашим данным, наряду с другими методами сексуальной стимуляции орально-генитальные ласки использовались у 55% обследованных здоровых супружеских пар (контрольная группа), в 67% браков между наркоманами и в 49% браков - между алкоголиками. Орализм же имел место в 0,5% случаев у пар из контрольной группы, у 9% супругов-алкоголиков и у 18% супругов-наркоманов, причем во всех случаях орализм был преимущественно потребностью мужчин, а не женщин.

Анализм

Данное нарушение заключается в достижении оргазма и получении сексуального удовлетворения путем механической стимуляции прямой кишки, либо путем совершения анального коитуса. Чаще анализм реализуется в форме гетеро- или гомосексуального коитуса и реже - в форме ректальной мастурбации.

Анализм следует отличать от дополнительной ректальной стимуляции, употребляемой в процессе обычной половой жизни (например, пальцевое воздействие на заднюю стенку влагалища через прямую кишку, осуществляемое партнером в процессе коитуса с женщиной, имеющей просторное влагалище).

Анальные контакты чаще провоцируются следующими факторами:

анальная фиксация (психическая обусловленность с раннего детства);

гомо- и бисексуальные тенденции;

потребность в эскалации сексуальных возбудителей;

дополнительная форма стимуляции в процессе половой жизни (чаще в случаях сексуальной неприспособленности);

конформизм и следование определенной "сексуальной моде";

предупреждение беременности.

Анализм как основная или исключительная форма достижения оргазма и сексуальной удовлетворенности чаще встречается в гомосексуальных связях. В обследованной нами гетеросексуальной популяции частота совершения анального коитуса была значительно ниже частоты типичных форм половой жизни, а в контрольной группе он в основном был проявлением сексуального любопытства, данью определенной "сексуальной моде", либо воспринимался в качестве одной из нормальных, приемлемой обоими супругами, форм половой жизни.

В нашей экспертной практике анализм встретился в 3-х бракоразводных делах, в 14 случаях гомосексуальной педофилии и в 11 случаях других сексуальных преступлений (изнасилование, инцест).

Гомосексуализм

Данное нетипичное сексуальное поведение проявляется в достижении субъектом (как мужчиной, так и женщиной) сексуального удовлетворения путем проведения сексуальных контактов с лицами одноименного пола. Различают следующие виды гомосексуализма: педерастия (анальный гомосексуальный коитус), эфебофилия (сексуальный контакт между зрелым мужчиной и подростком), лесбийская любовь (женский гомосексуализм), корофилия (сексуальный контакт между зрелой женщиной и девушкой).

По мнению большинства исследователей, гомосексуализм охватывает 1-5% человеческой популяции, а по другим данным, им охвачено 6% мужского и 3% женского населения планеты. Однако мнения разных исследователей по этому поводу значительно расходятся, а приводимые ими данные располагаются в интервале от 1% до 37% популяции. Наши исследования подтвердили наличие гомосексуальнного опыта у 1,6% алкоголиков, у 1,3% наркоманов и у 10% их партнерш. В контрольной группе эти показатели составили 5%.

Среди многочисленных гипотез и теорий происхождения гомосексуализма наиболее распространены следующие:

гипотезы и теории средовой обусловленности (семейная - материнская гиперопека, негативно воспринимаемые отцы, отрицательный опыт контактов с братьями и позитивный с сестрами, освоенность с мужской наготой и отсутствие таковой в отношении женской наготы и т.п.; профессиональная - артистическая среда; "образа жизни" - цыганский табор);

гипотезы и теории ситуационной обусловленности и научения (гомосексуальное совращение, гомосексуальные контакты с ровесниками, последствия случайных и транзиторных гомосексуальных контактов);

теория заместительной обусловленности (например, гомосексуальные контакты в изолированных мужских коллективах - в местах лишения свободы, в интернатских заведениях, в воинских частях и военных учебных заведениях, в монастырях и теологических учебных заведениях и т.п.);

гипотеза фантазийной обусловленности (например, под влиянием порнографии или сопутствующих мастурбации фантазий гомосексуального содержания);

гипотеза личностной обусловленности (например, страх сексуальной неудачи, затруднения в собственной половой роли / идентичности, нарцисстическое развитие личности, затруднения в установлении контактов с противоположным полом, сексуальное "бегство" при неудаче сексуальных контактов с противоположным полом и т.п.);

гипотезы и теории биологической обусловленности (генетическая, конституционная, органического поражения головного мозга, нейроэндокринная, эндокринная, пренатальная, антропологическая, филогенетически-эмбриональная).

Фрейд связывает формирование гетеро- или гомосексуальной ориентации личности с наличием того или иного исхода, якобы априорно присущий человеку бисексуальной предрасположенности.

Хатерер рассматривает генез гомосексуальности как многофакторный, подчеркивая при этом диагностическое значение выявления гомосексуальных потребностей, которые могут быть скрытыми и находят отображение в тематике эротических сновидений и фантазий. Ряд авторов считают, что в основе гомосексуализма лежит специфический сексуальный невроз.

При исследовании 76 культур в плане выяснения отношения общества к гомосексуализму было установлено, что в 67% культур гомосексуализм не воспринимался как ненормальное явление, либо отношение к нему было как к само собой разумеющемуся факту, а в 28 обществах гомосексуализм не одобрялся, "не встречался", либо отмечался в виде спорадических случаев. По мнению Хатерер, в США миллионы мужчин имеют гомосексуальные мечты и фантазии, а свыше 2,5 миллионов - и гомосексуальный опыт. По некоторым данным, опыт такого рода имеют 19% женщин. Более того, некоторые исследователи считают, что гомосексуальные потребности и контакты вообще более распространены именно в женской, а не в мужской среде.

Многие последователи психоанализа связывают происхождение гомосексуализма у мужчин с неразрешившимся комплексом Эдипа, а у женщин - с неразрешившемся комплексом Электры. По другому мнению психоаналитиков, гомосексуализм происходит из подсознательных тенденций кровосмешения по отношению к отцу или брату и является заместительной формой проявления инцестных потребностей.

Биедер видит причину возникновения гомосексуализма в психопатологии связи родители-ребенок. В семейной среде причину гомосексуальности усматривает и Форрест, считающий, например, что доминирующие в доме матери предрасположены к гомосексуализму, как и их дочери, при наличии у них склонностей к агрессии и доминации. Подобные взаимосвязи между гомосексуальной ориентацией и нарушением семейных связей отмечают и другие авторы, которые считают, что в этих случаях возникает страх перед гетеросексуальным поведением, минуемый в гомосексуальных связях.

Соколик и Шостак, обсуждая психоаналитическую концепцию происхождения гомосексуального поведения, пишут, что эмоционально гомосексуальный партнер является амбивалентным, а связь с ним имеет сильно выраженные садомазохистские черты. При этом подсознательно партнер отождествляется с одним из родителей, или отношения с ним как бы копируют отношения родители-дети, а в других случаях происходит аутоидентификация собственной личности с партнером, которая как бы продолжает незавершившуюся аутоидентификацию с личностью отца или матери.

С проблемой гомосексуализма в экспертной практике чаще приходится встречаться в следующих ситуациях:

бракоразводные дела, в которых одна из сторон обвиняет другую в гомосексуализме, либо признает подобные наклонности у себя;

в делах об изнасиловании, когда обвиняемый отрицает возможность совершения им инкриминируемых действий под предлогом наличия гомосексуальной ориентации полового влечения;

в делах о совершении педофильных действий гомосексуального характера;

в делах об убийстве гомосексуального партнера.

НАРУШЕНИЯ ПОЛОВОЙ АУТОИДЕНТИФИКАЦИИ

Транссексуализм

По определению К. Имелинского: "Транссексуализм заключается в несоответствии психического чувства собственного пола и морфобиологической структуры тела, а также социального (метрического) пола, которые воспринимаются как нечто "чужое", принадлежащее противоположному полу". Транссексуалисты чувствуют неприязнь к собственному телу и ожидают от окружения поведения и поддержки, подтверждающих собственное восприятие пола. Нередко эти ожидания умышленно провоцируются переодеванием в характерную для противоположного пола одежду и подстраиванием своего поведения под типичное для другого пола. Валиндер считает, что транссексуализм является довольно распространенным нарушением, а его главными чертами являются убежденность в собственной принадлежности к противоположному полу, ненависть к чертам своего тела, которые подтверждают принадлежность к психически неприемлемому биологическому полу, и неудержимая потребность изменения своего биологического и паспортного пола. Как таковая сексуальная жизнь не играет для них важной роли, а во многих случаях у транссексуалистов отмечаются черты психической незрелости. Неисполнение желания смены пола может явиться у транссексуалиста причиной самоубийства.

Бомба и Голдевски при изучении проблемы транссексуализма и обследовании транссексуалистов выявили у них следующие характерные особенности: чувство отверженности, потребность обратить на себя внимание, инфантилизм, импульсивность, эгоцентризм, иллюзорность представлений, манерность, гомосексуальные тенденции. Обследовав 60 транссексуалов, Хониг и Кенна установили, что чем чаще у них встречались психические расстройства, тем чаще отмечалось и асоциальное поведение (например, в 31% случаев имело место проституирование). На основе анализа обширной литературы Далко приходит к заключению: "Не исключается, что в процессе половой идентификации решающая роль принадлежит влиянию той среды, в которой происходило воспитание данного индивида. Вероятнее всего этот процесс, как, впрочем, и многие другие, также находится под влиянием генетических и эндокринных факторов, а возможно, и ряда других неизвестных до настоящего времени воздействий". К. Имелинский придерживается подобных же взглядов на генез трацссексуализма.

Проанализировав имеющийся объем знаний о транссексуализме, имея значительный опыт проведения хирургического изменения пола и последующего катамнестического наблюдения за подвергшимися такой операции лицами, Лотстейн пришел к выводу, что данный способ медицинской коррекции транссексуализма не может быть признан оптимальным и не должен рекомендоваться в качестве актуального пути решения этой проблемы. По его мнению, при изучении транссексуализма очень мало внимания было уделено проблеме вторичного транссексуализма.

Синдром неразличения сексуального объекта

Этот синдром проявляется в удовлетворении субъектом сексуальных потребностей путем контактов с различными сексуальными объектами. Причем актуальным для этих лиц является тот объект, который наиболее доступен в настоящий момент времени, а его сексуальная привлекательность элементарно достаточна для обеспечения развития необходимого уровня полового возбуждения. Практически лица с этим синдромом совершают все многообразие возможных форм сексуальных действий - и педофильные, и гетеро-, и гомосексуальные, и инцестные, и зоофильные и другие сексуальные контакты. Таким образом, их сексуальное поведение является как бы полидевиантным.

Личность страдающих данным синдромом субъектов характеризуется импульсивностью, сниженным порогом сексуальной реактивности (возбуждение наступает быстро, уровень его высокий), сексуальное поведение контролируется лишь в незначительной степени либо вообще не поддается контролю, каждый сексуальный объект рассматривается только в контексте фантома для реализации полового возбуждения.

Наличие этого синдрома чаще отмечается у субъектов с патологическим развитием личности, у страдающих психопатологией и у деградировавших алкоголиков.

ДЕВИАНТНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

Под девиантными тенденциями понимают либо наличие у субъекта в тематике эротических сновидений и сексуальных фантазий (в том числе сопровождающих мастурбацию, рассматривание порнографии, совершение полового акта) представлений о собственном участии в девиантном поведении, либо, связанное с сексуальным возбуждением или достижением оргазма, ощущение потребности в таком поведении. Иной формой девиантных тенденций является спорадический опыт поведения девиантного типа, чаще осуществленного случайно или из-за любопытства.

Диагностика девиантных тенденций осуществляется путем анализа как количественного, так и качественного критериев. Количественным критерием служит частота проявления девиационных фантазий и потребностей, а также девиантного поведения у данного субъекта по отношению к нормальной гетеросексуальной ориентации и активности (являются ли они единичными, спорадическими или же проявляются чаще). Качественным критерием является степень выраженности девиационной ориентации по отношению к гетеросексуальной (какая из ориентаций имеет доминирующий характер и в какой степени). Диагностика основывается на анализе сексуальной биографии обследуемого лица, а также на применении дополнительных методов исследования. Среди последних наибольшее значение имеют психологические методы, позволяющие выявить скрытые или скрываемые девиантные тенденции.

Описываемое явление довольно широко распространено в человеческой популяции. Большинство лиц, имеющих сексуальные девиантные тенденции, заглушают их в себе, а у многих из них только лишь само осознание наличия таких потребностей вызывает страх.

Может сложиться впечатление, что появление девиантных тенденций является предвестником сексуальных девиаций или психических заболеваний. Однако многочисленные клинические наблюдения за обратившимися к врачам лицами, обеспокоенными наличием у них таких тенденций, показывают, что в подавляющем большинстве случаев не требуется даже оказания им какой-либо лечебной помощи.

СЕКСУАЛЬНЫЕ ДЕВИАЦИИ

Исследуя причины возникновения сексуальных девиаций, Дитс и Эванс отметили, что содержание популярных порнографических изданий может иметь связь с развитием девиантных потребностей и появлением девиантного поведения. Ориентируясь на метапсихологию психоанализа, Конинг и Дженнер подчеркивают, что оральные, анальные, уретральные и садистические сексуальные потребности занимают прочное место в нормальной сексуальности. На основе изучения содержания сексуальных фантазий у мужчин разного возраста этот тезис был подтвержден и другими исследователями. Причем на значение содержания фантазий, сопровождающих мастурбацию в детском и подростковом возрасте, в развитии сексуальных девиаций указывают многие современные исследователи.

В последнее время перечень классических сексуальных девиаций значительно пополнился новыми, ранее неизвестными, формами, возникновение которых обусловлено техническим прогрессом (телефона телевизор, видеотехника), обычаями некоторых современных субпопуляционных течений (например, групповой секс в коммунах хиппи) или действием некоторых химических веществ (например, фармакогенный оргазм, наступающий под действием некоторых наркотиков).

Распространенность сексуальных девиаций в человеческой популяции по-разному оценивается различными исследователями. По данным Маккери, проявления садизма отмечаются у 5% мужчин и 2% женщин, мазохизма - у 2,5% мужчин и 4,6% женщин, трансвестизма - у 1% людей (причем в 25% случаев он имеет гомосексуальную ориентацию).

Приведем перечень и краткое описание сексуальных девиаций, которые наиболее часто включаются в сексологические классификации:

фетишизм (сексуальный символизм, сексуальный парциализм) - объектом полового влечения является часть тела, одежда или какой-либо иной предмет, символизирующий сексуального партнера. (Апотемнофилия - сочетающаяся с садомазохизмом разновидность фетишизма, при которой роль фетиша играют уродства тела),

пигмалионизм (монументофилия, иконолагния) - разновидность фетишизма, сочетающаяся с вуайеризмом, при которой роль фетиша играют изображения человеческого тела (картины, статуи, статуэтки, фотографии);

нарциссизм (аутофилия, аутоэротизм, аутоэрастия) - объектом полового влечения является собственное тело (разновидность фетишизма);

аутомоносексуализм - как и при нарциссизме, объектом полового влечения также является собственное тело (чаще его зеркальное отражение), но имеющее сходство с телом субъекта противоположного пола, достигаемое при помощи одежды и соответствующих манер (разновидность фетишизма);

гетерохромофилия - объектом полового влечения является только партнер с другим цветом кожи (разновидность фетишизма);

ретифизм - разновидность фетишизма, сочетающегося с мазохизмом, при которой роль фетиша играет обувь (а иногда и другие предметы из кожи);

трансвестизм (эонизм, метатропизм) - половое удовлетворение достигается при переодевании в одежду другого пола;

цисвестизм - разновидность трансвестизма, при которой отмечается стремление к надеванию одежды не противоположного, а своего же пола, но типичной для другого возраста, либо иной социальной группы;

гомесвестизм - разновидность трансвестизма, сочетающаяся с фетишизмом, при которой сексуальное удовлетворение достигается при одевании одежды своего же пола, но принадлежащей другому человеку;

педофилия (инфантосексуализм, падерозия) - половое влечение к детям (некоторыми исследователями рассматривается как разновидность фетишизма, в которой роль фетиша играют черты незрелого детского тела, а пол ребенка при этом не играет существенной роли);

партенофилия - половое влечение к зрелым девственницам (сексуально неопытным зрелым молодым субъектам);

эфебофилия - половое влечение к мальчикам-подросткам, юношам;

нимфофилия - половое влечение к девушкам-подросткам, юным девушкам;

геронтофилия (пресбиофилия) - половое влечение к лицам старшего возраста, к старикам;

зоофилия (содомия, зооэрастия, зооступрум, бестиофилия, скотоложство) - половое влечение к животным;

зоосадизм - разновидность зоофилии и садизма, заключающаяся в получении сексуального удовлетворения от мучения животных (сродни ктиномании - патологическому влечению к живодерству);

сексуальный садизм (эрототиранизм, активная алголагния) - половое удовлетворение, получаемое путем причинения страданий или унижений сексуальному партнеру;

флагеллантизм (активный флагеллантизм, флагелляция, дипольдизм) - разновидность садизма, при которой удовлетворение получают путем бичевания партнера, реже - самобичевания (последняя форма чаще относится к садомазохизму или мазохизму);

салиромания - получение сексуального удовлетворения в результате мазания других людей грязью, калом, мочой, кровью и т.д. (разновидность садизма);

поллюционизм - разновидность салиромании, заключающаяся в стремлении пачкать людей семенной жидкостью;

"накалывание" - разновидность садизма, при которой удовлетворение доставляет укалывание партнера различными острыми инструментами (некоторыми авторами относится к разновидности салиромании; близко к этому явлению стоит стремление к локальному прижиганию тела сексуального партнера, например, горящей сигаретой);

некрофилия (некромания, ликантропия) - половое влечение к трупам и совершение с ними сексуальных действий. (Одними исследователями это явление выделяется в самостоятельную форму сексуальных девиаций, другими рассматривается как разновидность фетишизма (при которой в роли фетиша выступает мертвое тело) в сочетании с садизмом или без такового, третьими - как разновидность садизма.) Близко к этому явлению находится влечение к сексуальным действиям со спящими или находящимися в бессознательном состоянии людьми, с тяжелобольными и умирающими, а также сексуально окрашенная повышенная заинтересованность трупами, кладбищами, похоронным ритуалом и всем тем, что так или иначе связано со смертью и умершими. Крайней формой некрофилии является некросадизм (бертранизм) - стремление к осквернению трупа и надругательству над ним (чаще в форме отрезания молочных желез, вырезания половых органов) и некрофагия - поедание частей трупа (часто - половых органов). И некрофагия, и некросадизм иногда сочетаются с предварительным убийством жертвы, либо получение сексуального удовлетворения сопряжено именно с самим процессом убийства;

вампиризм (сексуальный вампиризм) - сексуальное удовлетворение наступает при ощущении вкуса крови партнера (чаще кровь партнера получают в процессе коитуса или предваряющих его ласк путем нанесения укусов; ряд исследователей относят это явление к проявлениям некросадизма);

мазохизм (пассивная алголагния, пассивитизм, пассивный флагеллантизм) - получение сексуального удовлетворения при унижениях и физических страданиях, причиняемых сексуальным партнером (некоторые исследователи объединяют садизм и мазохизм в одну общую форму сексуальной девиации - садомазохизм, считая, что они являются дополняющими друг друга формами получения сексуального удовлетворения и иногда чередуются у одного и того же лица;

танатофилия (танатоминия) - разновидность мазохизма, заключающаяся в получении сексуального удовлетворения в ходе фантазий на тему собственной смерти и погребения (более широко - влюбленность в тематику, связанную со смертью; мазохистский эквивалент некрофилии);

экскрементофилия (пикацизм) - сочетание мазохизма и фетишизма, при котором человеческие выделения играют роль фетиша (в виде их обнюхивания, ощупывания, проглатывания или обмазывания себя ими; по последнему принципу некоторые авторы подразумевают под поллюционизмом обмазывания себя спермой, в связи с чем относят его к экскрементофилии);

ренифлекс (озолагния, осфрезиофилия) - разновидность экскрементофилии, при которой роль фетиша играет специфический запах объекта сексуальных предпочтений (обонятельный фетишизм);

уролагния (урофилия) - разновидность ренифлекса, при которой обонятельным фетишем служит запах мочи (при копролагнии фетишем служит запах кала, при спермолагнии - запах семенной жидкости и т.п.; вкусовым эквивалентом экскрементофилии является поедание или питье выделений - урофагия, копрофагия, спермофагия);

фроттаж (фроттеризм) - получение сексуального удовлетворения путем прикосновения (или трения) половыми органами к различным частям тела избранного объекта в толпе, в тесноте (например, в транспорте; одними исследователями под этим термином подразумевается сексуальная девиация, являющаяся разновидностью эксгибиционизма, другими - разновидность петтинга;

кандаулезизм - разновидность эксгибиционизма, сочетающаяся с мазохизмом, основанная на достижении сексуального возбуждения при демонстрации обнаженной собственной жены или партнерши другим мужчинам;

плюрализм (сексуальный плюрализм) - групповой секс, разновидность эксгибиционизма в сочетании с вуайеризмом;

триолизм - разновидность сексуального плюрализма, заключающаяся в сексуальных действиях между тремя партнерами, два из которых имеют одинаковый пол;

вуайеризм (скопофилия, скоптофилия, миксоскопия, визионизм) - влечение к подглядыванию за половым актом или обнаженными объектами сексуальных предпочтений (специфической разновидностью вуайеризма является сверхценное увлечение порнографией);

эксаудиризм - акустический эквивалент вуайеризма; клизмофилия - получение сексуального удовлетворения путем введения жидкости или медицинских свечей в прямую кишку;

пиролагния - получение сексуального удовлетворения от созерцания огня, зрелища пожара (осуществления поджога с этой целью - пиромания).

Садизм

В литературе встречается два определения этого термина - в узком и широком смысле слова. Определение садизма как формы сексуальной девиации, при которой достижение сексуального удовлетворения наступает в процессе причинения партнеру боли, телесных повреждений или унижения, является более узким и конкретным. Значительно шире и всеобъемлюще определяет садизм Имелинский: "Садизм заключается в том, что сексуальное наслаждение возникает в сексуальной ситуации, связанной с доминированием и безусловным подчинением партнера. Это - потребность полного господства над другим человеком, овладения им и подчинения его в такой значительной мере, что ему можно даже причинять боль и унижения. Господство над человеком, как особая форма связи с ним, создает чувство удовлетворения, причем формы господства могут быть как в социальном, так и в индивидуальном плане выгодными для подчиненного". В этом контексте садизм является феноменом, сопровождающим человечество на всех этапах его существования, имеющим различную, в том числе и биологическую, обусловленность. Культура, общество, педагогика, нарушая, с одной стороны, определенные модели и образцы поведения человека, с другой - канонизируют садистические тенденции в определенных, исторически и социально апробированных, рамках (например, бокс, коррида, скачки, публичные экзекуции, произведения литературы и кинематографии на военную тематику и т.п.). Проявления садизма в его широком определении тесно связаны с понятием агрессивности - явления, достаточно широко распространенного в любом человеческом сообществе.

В контексте конкретного определения садизма - в большинстве случаев он реализуется в отношениях с мазохистски сориентированным партнером, связь с которым может быть не только продолжительной по времени, но и глубоко удовлетворяющей обе стороны. В других, не менее многочисленных случаях, садистские наклонности реализуются только в сексуальных фантазиях, будучи подавляемыми в реальной жизни. Подобное ограничение реализации потребностей может быть обусловлено боязнью утраты актуального партнера, страхом перед возможным наказанием или другими, как правило, социокультурными либо психоэмоциональными факторами.

С открытыми проявлениями сексуального садизма общество сталкивается в основном только в тех случаях, когда само его проявление сопряжено с совершением преступления. Подобные акты чаще совершаются людьми, страдающими психопатологией (патологическое развитие личности, психическое заболевание, алкогольная деградация личности и т.п.). Причем, по данным ряда исследований, распространенность неврозов среди садистов и мазохистов ниже, чем среди лиц, страдающих другими сексуальными девиациями, хотя и выше, чем в контрольной группе.

Распространенность сокрытия сексуального садизма в мире грез и фантазий, либо во взаимно приемлемых связях садистов с мазохистами была установлена при проведении ряда посвященных этому вопросу исследований.

Мазохизм

Сущность этого явления определяется как противоположная сущности садизма. По мнению многих исследователей-психоаналитиков, мазохизм более типичен для женщин и поэтому чаще встречается в их среде. Однако подобные утверждения вызывают определенные сомнения в их справедливости.

Поскольку данная девиация не представляет сколько-нибудь серьезной опасности для общества, то, естественно, и в судебно-сексологической практике она фактически не встречается. Лишь изредка приходится сталкиваться со случаями особого проявления мазохизма - самоудавлением и подверганием себя воздействию технического электричества. Если эти действия приводят к серьезным телесным повреждениям или заканчиваются смертью, то подобные случаи попадают в поле зрения судебных медиков.

Проблеме садизма и мазохизма посвящены многочисленные серьезные исследования в области психоанализа и психологии. Более узко к этой проблеме подходят сексологи, психиатры и криминологи. Анализ немногочисленных попыток медицинской коррекции этих двух видов сексуальных девиаций не вселяет оптимизма. Единственными эффективными методами медицинского воздействия оказались фармакологические (гормональная и психотропная "кастрация") и хирургические (истинная хирургическая кастрация, нейрохирургические психокорректирующие операции) методы. Однако применение подобного "лечения" вызывает протест как со стороны медицинской, так и со стороны самой широкой общественности. Это привело к тому, что их употребление во многих странах законодательно было либо ограничено, либо запрещено вообще.

Апотемнофилия

Эта девиация заключается в стремлении к ампутации части собственного тела, либо в половой жизни с лицом, имеющим ампутированную конечность, культя которой выступает в роли специфического сексуального фетиша. Наиболее часто апотемнофилия встречается в сочетании с фетишизмом, трансвестизмом и транссексуализмом. Однако нельзя исключить, что у некоторых сексуальных преступников (например, у садистов), которые обрубают или отрезают части тела у своей жертвы, механизм подобного поведения обусловлен именно апотемнофилией.

Эта сексуальная девиация относится к числу одних из самых редких форм девиации. Несмотря, на то что впервые она была описана в 1972 году, до настоящего времени в литературе отражены лишь единичные случаи ее проявления.

Некрофилия

Данная форма сексуальных девиаций также относится к числу редко встречающихся. По мнению Имелинского, некрофилия является одной из разновидностей фетишизма, при которой в роли фетиша выступает мертвое тело человека. В литературе редки случаи описания некрофилии. Поэтому считаем целесообразным уделить внимание одному из них, описанному в последние годы.

Эдмунд К. родился 24 октября 1947 года в семье рабочих вторым из двух сыновей, имеет неполное среднее образование, по профессии слесарь. Семейный анамнез не отягощен. С 6 лет наблюдался у психоневролога в связи с "чрезмерной нервной возбудимостью". Проведенным неврологическим и психиатрическим обследованием органических поражений центральной нервной системы у него выявлено не было. Также отсутствовали и признаки умственной отсталости или психического инфантилизма. В настоящее время обвиняется в совершении трех убийств, в процессе которых вырезал у жертв половые органы, а также в пяти осквернениях трупов, сопровождавшихся теми же действиями. Во всех инкриминируемых действиях признается и подробно излагает их обстоятельства.

В процессе сексологического обследования установлено, что либидо у освидетельствуемого появилось в возрасте около 10 лет. В этом же возрасте стал практиковать мастурбацию, частично реализуя ее в контактах с другими мальчиками. Эти действия проистекали при особых обстоятельствах - мальчики мастурбировали на старом кладбище среди могил и разбитых гробов, либо ходили подсматривать за вскрытием трупов, производившимся в ближайшем морге, и в это время мастурбировали поодиночке или всей группой.

В 16 лет подэкспертный имел несколько неудачных попыток совершения полового акта с ровесницами, после чего стал красть женскую одежду, использовать ее при мастурбации в качестве фетиша. Иногда при этом сам одевался в украденную женскую одежду. Тогда же впервые был осужден за совершение похотливых действий с девушками. Во время отбытия наказания в тюрьме дважды был насильственно использован в качестве пассивного партнера при мужеложстве.

В 1969 году после освобождения из тюрьмы была очередная неудачная попытка совершения полового акта - отреагировал на нее попыткой самоубийства (вскрыл ножом брюшную полость). Закончив лечение, встретил зрелую женщину, которая обучила его технике полового сношения.

В 1970 году женился, брак оказался неудачным (развод - во время отбытия наказания в связи с вторичным осуждением), от брака имеет ребенка. В браке впервые совершил сексуальные действия с трупом - воспользовался доступностью трупа умершей соседки по квартире (старой женщины), ощупывал его, вводил палец во влагалище и при этом мастурбировал. Затем, в том же году, случайно познакомился с женщиной и договорился с ней о совершении полового акта. Женщина пригласила его к себе домой и по пути к дому, проходя через лес, К. убил ее, вырезал у трупа половые органы, которые затем использовал в качестве фетиша при мастурбации. Позднее стал нападать на незнакомых женщин, которых поджидал в укромных местах, под угрозой ножа ощупывал их половые органы, а после достижения полового возбуждения убегал и совершал мастурбаторный акт. Одновременно продолжал красть женское белье, также используемое в качестве фетиша при мастурбации.

Боясь наказания за совершаемые действия, в 1972 году впервые раскопал могилу, вскрыл гроб, в котором оказался частично разложившийся труп старой женщины. Пытался совершить с трупом половой акт, но поскольку это было технически невозможно, то удовлетворился ощупыванием трупа и мастурбацией. Вскоре после этого случая был задержан за имевшее ранее нападение на женщину и направлен на обследование в психиатрическую больницу. Во время нахождения в больнице неоднократно безуспешно пытался проникнуть в больничный морг. Был осужден на 9 лет, из которых в заключении находился только семь. Гомосексуальных контактов при отбытии этого наказания не имел.

После освобождения короткий период времени вел нормальную половую жизнь с несколькими женщинами, а в 1980 году решился на поиски очередного трупа. С этой целью незаметно проник в часовню на сельском кладбище, вырезал у находящегося там трупа женщины половые органы и молочные железы, которые затем дома пришил к изготовленному из тряпья манекену. Во время мастурбации постепенно снимал одетую на манекен женскую одежду, ощупывал пришитые к нему груди и половые органы, одновременно нежно разговаривал с манекеном, как с живой женщиной. После неоднократного использования таким образом половые органы выбрасывал или сжигал, а манекен размонтировал. Подобным образом поступал и в каждом последующем случае, когда добывал половые органы из трупа.

С конца 1980 года стал сожительствовать с имеющей ребенка разведенной женщиной, причем ее бывший муж первое время проживал в той же квартире. После того как обследуемый вновь оказался в тюрьме, сожительница бросила его и повторно вышла замуж. От связи с этой женщиной имеет второго ребенка.

В 1981 году с целью спекуляции приехал в предместье Варшавы, где ночью был обворован случайной знакомой, обманным путем выставившей его "налегке" на улицу. Бесцельно прогуливаясь по местечку среди ночи, увидел на улице одиноко идущую женщину и решил вырезать у нее половые органы. Убил женщину несколькими ударами, осуществил свой замысел и утром вернулся в Познань.

В 1982 году вновь проник в кладбищенскую часовню и вырезал половые органы у находившегося там трупа женщины. В тех же целях спустя 9 месяцев опять вернулся на это кладбище, но трупа не нашел и тогда убил случайно встреченную 11-летнюю девочку и вырезал половые органы из ее трупа. По прошествии нескольких недель на другом кладбище вскрыл свежую могилу и вырезал у трупа молочные железы и половые органы. Аналогичные действия осуществил тремя месяцами позже.

Спустя 5 месяцев, в мае 1983 года, после просмотра фильма "Волчица" (в основе сюжета лежат взаимоотношения в группе подростков с асоциальным поведением. Целый ряд моментов в фильме содержит подчеркнуто натуралистическое изображение жестокости на грани с садизмом) ощутил сильное половое возбуждение и ближайшей ночью вновь отправился на кладбище. Раскопал могилу, вскрыл гроб и с помощью перекинутой через ограду веревки вытащил из могилы труп женщины. Решил снять с трупа всю кожу передней поверхности туловища вместе с молочными железами и половыми органами и для этого стал отделять ее с уровня плеч, но в это время был замечен нарядом милиции, от которого убежал. Придя домой, решил убить первую зашедшую в квартиру женщину (кроме сожительницы) и снять с нее кожу подобным образом. Через несколько дней был арестован.

После тщательного и детального анализа обусловленности совершенных обследуемым действий и руководящих этими действиями механизмов, были сформулированы следующие выводы:

1. Сексуальные потребности Эдмунда К. имеют гетеросексуальную направленность, сила их проявления находится в пределах физиологической нормы.

2. У обследуемого отмечаются обширные нарушения в области реализации сексуальных потребностей, имеющие характер сексуальных отклонений, обозначаемых как фетишизм и некрофилия.

3. Обследуемый не утратил способности к нормальной половой жизни, а имеющиеся у него отклонения сексуального поведения не обусловлены половым бессилием (импотенцией).

4. В основе совершенных Эдмундом К. убийств лежат сексуальные мотивы, но данные действия не являются убийством из похотливости (сексуальным садизмом), так как сам процесс убийства не имел сексуальной окрашенности.

Старович З. Судебная сексология. - М., 1991, с. 35-74.

 

А. НОХУРОВ

ПСИХОГЕННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ И НАРУШЕНИЯ СЕКСУАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ

Психогенные заболевания (неврозы и реактивные психозы) могут обусловливать половые расстройства, но при реактивных психозах по сравнению с неврозами эти расстройства в клинической картине отодвинуты на второй план.

Неврозы (неврастения, невроз навязчивых состояний, истерия) - один из наиболее распространенных нервно-психических заболеваний. Их распространенность в разных странах колеблется от 2 до 76 на 1000 мужчин и от 4 до 167 на 1000 женщин.

Сексуальные нарушения при психогениях у мужчин самые частые и встречаются как стержневой синдром у 39,4% всех обращающихся за сексологической помощью. Отмечая, что чаще психической травмой бывают невозвратимые потери, угроза здоровью или благополучию, унижения, Г.С. Васильченко пишет, что систематические измены или уход из семьи одного из супругов наносит удар сразу по 3 линиям: и невозвратимостью утраты, и доказательством неспособности сохранить привязанность, и унижением в глазах окружающих.

При несомненном значении социального конфликта в происхождении и развитии неврозов в целом, а также преморбидной почвы при клинической картине невроза с сексуальными расстройствами нужно исследовать личностную значимость для больного сексуальности как в общем, социально престижном, плане, так и в частном, в отношениях с конкретным сексуальным партнером.

С.С. Либих предложил ориентировочную ценностную шкалу сексуальной жизни вообще и сексуального нарушения в особенности, которая может дать ключ к пониманию развивающихся психических расстройств:

а) абсолютная ценность (в патологических случаях - сверхценные идеи ревности, социальная дезадаптация при сексуальном расстройстве, в выраженных случаях "реакция паники", суицидальные тенденции и пр.);

б) высокая ценность (в патологических случаях - доминирующие идеи ревности, социальные затруднения, социальная субадаптация, ипохондрические высказывания, настойчивое желание лечиться);

в) средняя ценность (в патологических случаях - периодическая "бытовая" ревность, социальная адаптация без нарушения социального роста, колебания настроения, спонтанно купирующиеся, положительное отношение к лечению);

г) низкая ценность (в патологических случаях - отсутствие ревности, хорошая социальная адаптация с тенденцией к социальному росту, ровное настроение, нежелание лечиться).

Отношение больного к своей "половой силе" и ее значению в сексуальной жизни (т.е. социальный аспект половой сферы как возможный патогенный фактор в развитии невроза) в значительной мере определяется отношением к ней сексуальных партнеров. Э.М. Дворкин показал, что на отношение больного к сексуальному нарушению влияет позиция его жены. Г.С. Васильченко, Ю.А. Решетняк, используя многоаспектную методику Т. Лири, выявили значение для сексологического больного всей системы межличностных взаимоотношений в семье. Без понимания значимости половых расстройств для больного и связанных с ним лиц трудно понять возникающую у него "концепцию болезни".

Диагностика невротического расстройства требует обязательной оценки всей структуры личности, выяснения ее преморбидных особенностей, ознакомления с индивидуальной предысторией данного расстройства. Важно отметить возможность противоположных причинно-следственных отношений между неврозами и сексуальными расстройствами. У сексуально здорового человека психическая травма и последующие психогенные расстройства психической деятельности могут обусловить половые расстройства и наоборот, возникшие половые расстройства могут стать патогенным фактором для психогенных нарушений психики, поскольку большинство сексуальных расстройств поражает самые глубокие эмоциональные основы личности. Всегда необходимо вскрыть каузальный генез расстройств, в связи с чем у невротика с половыми расстройствами важно в первую очередь определить причину и следствие, хотя это бывает весьма затруднительным из-за взаимного усугубления по механизму порочного круга.

Невротические синдромы в сексологическом отношении можно разделить на две группы - с первичным (т.е. непосредственным) поражением сексуальной сферы и со вторичным вовлечением этой сферы в картину невроза. По данным Всесоюзного научно-методического центра по вопросам сексопатологии, стержневые синдромы первой группы отмечены у 23,1% всех мужчин, обратившихся за сексологической помощью, а синдромы второй группы - у 6,9% обследованных. Иными словами, первичные сексологические синдромы встречаются более чем в 3 раза чаще вторичных.

Среди невротических синдромов первой группы преобладают тревожно-фобические формы (51,1%), реже бывают астено-невротические (38,9%), а истерические формы не встречаются. В основных симптомокомплексах сексуально-невротических расстройств сначала преобладают экзальтационные "гиперфункциональные" феномены (ускорение эякуляции, учащение дневных поллюций, спонтанных эрекций и т.п.), а впоследствии - редуцированные формы (анэякуляторный феномен, снижение либидо, притупление оргазма, ослабление или отсутствие эрекции). Сочетание перечисленных признаков позволяет отнести все рассматриваемые состояния к системным неврозам.

У больных с вторичным включением сексуальной сферы чаще бывают астеноневротические формы неврозов (75,6%), тревожно-фобические встретились в 19,5%, истерические - в 4,9% случаев. О вторичном вовлечении сексуальной сферы в картину невроза, вызванного несексуальными причинами, естественно, можно говорить лишь у лиц, здоровых в сексуальном плане до невротического состояния.

Поскольку невроз представляет собой нарушение высшей нервной деятельности в целом, нарушение функций того или иного органа в рамках невротических расстройств не может быть изолированным, оно всегда выступает как признак целостной реакции личности, "разлада человека с самим собой".

Однако патологическая "привязанность" невроза к определенному органу не может не иметь определенных причин. По мнению Ю.А. Кузнецова, в сексуальной сфере наиболее важными патогенетическими факторами являются: а) слабая половая конституция; б) заболевания, ослабляющие нейрогуморальную составляющую копулятивного цикла; в) личностные особенности (акцентуации характера, отношение к сексуальной сфере, субъективная значимость нормальных сексуальных отношений, личный опыт и объем информации об основных сексуальных проявлениях); г) особенности патогенной ситуации, в частности ее "локализация" внутри или вне семейных отношений, а также гармония межличностных и сексуальных отношений в браке.

На первый план выступает реакция личности на изменение полового акта и возникающую сексуальную дезадаптацию супружеской пары вследствие дизритмии половых отправлений. Существенное значение для развития сексуальных нарушений имеют клинические особенности невротического состояния (неврастенический, истерический, тревожно-фобический варианты) и формы срыва (острая невротическая реакция, стойко зафиксированная невротическая реакция, затяжной невроз, невротическое развитие личности).

С.Т. Агарков, Н.К. Липгарт приводят в зависимости от этих факторов следующую типологию различий и закономерностей вторичного вовлечения половой сферы в картину невротических состояний, вызванных несексуальными причинами.

При неврастенических состояниях в связи с массивными астеническими и вегетативными проявлениями наиболее часто нарушается потенция. В остром периоде неврастении и при неврастенических реакциях, когда еще отчетливо звучит психическая травма, наблюдается определенная дезактуализация сексуальных отношений, но в периоды общего улучшения происходит некоторая компенсация и есть достаточно рациональное психологическое объяснение половой слабости. При затяжной неврастении больной как бы "врастает" в болезненную симптоматику, ее острота теряется; на этом фоне состояние сексуальной сферы начинает актуализироваться. Этому способствует отношение супруги к появившейся половой слабости мужа, нарастание сексуальной дезадаптации супружеской пары приводит к межличностной дисгармонии и дополнительной психотравматизации больного. К астеническим и абстинентным нарушениям половой сферы присоединяются реакции ожидания неудачи при половом акте, что по механизмам порочного круга усугубляет невротическую симптоматику и сопровождается ипохондрической фиксацией и интерпретацией генитальных ощущений во время и вне интимной близости. Неврастеническое развитие личности в большинстве случаев сопровождается значительной сексуальной дезадаптацией. На фоне "ломки" сексуального стереотипа и деформации характерологических особенностей возникает глубокое отчуждение супругов. Больные с астеническим развитием считают половой акт непосильной для себя задачей и отказываются от половой активности. Такая же картина наблюдается и при ипохондрическом развитии, когда сексуальность вытесняется массивными ипохондрическими переживаниями.

В клинике истерического невроза описывается быстрое переключение психического на соматическое, истерическая симптоматика связана с теми лицами, которых больной считает виновниками своих неудач, хотя нарушения потенции наблюдаются очень редко. По мнению Г.С. Васильченко, это объясняется высокой престижностью нормальной потенции в обиходных представлениях и тем, что "условная приятность" болезни не затрагивает "безусловно приятные" сексуальные отношения. В результате эгоцентрических установок притязания супруги при возникающей сексуальной дезадаптации расцениваются как "кощунственные" и редко служат причиной дополнительной психической травмы. Даже при истерическом развитии личности больные ориентируются на свою сексуальную потребность, поэтому реакции ожидания неудачи при истерии практически не встречаются. Все это не исключает нарушений потенции по истерическим механизмам при конфликте в сфере интимных отношений, например при разрыве ставшей нежелательной связи или при использовании полового расстройства для "эмоционального шантажа" супруги при межличностных коллизиях.

При тревожно-фобических состояниях, для которых типичны характерологические радикалы тревожной мнительности, обсессивно-фобические проявления разрастаются путем включения индифферентных ситуаций в число патогенно значимых. В ситуации интимного сближения некоторые больные отвлекаются от психопатологических переживаний и их вегетативного аккомпанемента. Стойкие общеневротические проявления обусловливают значительные колебания сексуальности, которые получают неадекватную интерпретацию в силу личностных изменений. Эти больные имеют стойко зафиксированные реакции ожидания неудачи, позиция "активного участника" интимных отношений трансформируется в позицию "постороннего наблюдателя" и сопровождается оживлением патогенных моделей из прошлого опыта (онанофобические переживания, неудачный сексуальный дебют, ситуационно обусловленные фиаско). Потенция нарушается по типу дезавтоматизации привычных стереотипов вследствие невротической фиксации и ожидания неудачи.

По мнению А.Г. Агаркова, Н.К. Липгарт, в развитии сексуальных нарушений при неврозах у мужчин участвует поражение не только психической, но и нейрогуморальной составляющей копулятивного цикла вследствие общеневротических явлений (астения, вегетативные нарушения) и коррелятивного уменьшения андрогенной насыщенности организма при стрессовых реакциях. Конкретные сексопатологические проявления при неврозах нельзя полностью объяснить нейродинамическими особенностями невротического состояния, это требует патогенетического анализа всех описанных выше факторов.

Расстройства сексуального поведения при неврозах, и первопричинные, и вторичные, в основном определяются развившимся синдромом (неврастенией, неврозом навязчивых состояний или истерией) и значением психических и сексуальных расстройств в системе личностных отношений больного. Как правило, нарушения сексуального поведения у больных неврозами редко связаны с тяжелыми общественно опасными деяниями, но такая возможность не исключена.

Один из наблюдавшихся нами больных с неврастенией, развившейся после психической травмы, более 2 мес не проявлял сексуальной активности, хотя до этого имел любовницу и регулярно (3-4 раза в неделю) имел половые сношения с женой. Больной ожидал привлечения к уголовной ответственности, но скрывал это от жены. На упреки жены в прекращении половой жизни отвечал "нервными срывами", после которых чувствовал крайнюю разбитость и не мог заснуть. При очередной попытке жены склонить его к половой близости "неожиданно для себя" ударил ее, от чего она скончалась. Заключение: вменяем. Диагноз: неврастеническое состояние.

Нарушения сексуального поведения при исподволь развивающемся неврозе также наступают постепенно. Трудно установить первичность или вторичность в причинно-следственных отношениях "невроза общепсихического" и "невроза сексуального". Трудности определения первичности невротических расстройств с половыми нарушениями наблюдаются и в тех случаях, когда психическая травма "затронула" сексуальные отправления.

Обследуемый К., 27 лет, студент, привлекается к уголовной ответственности за покупку гашиша.

Происходит из наследственно не отягощенной семьи. Рос и развивался нормально, детские инфекции перенес легко, черепно-мозговых травм не отмечает. В школе учился удовлетворительно, после окончания десятилетки не прошел по конкурсу в институт. Служил на флоте 3 года, затем поступил в институт; успеваемость была невысокой, имел переэкзаменовки.

С детства склонен к мечтательности, старался избегать реальных трудностей, но был общительным, пользовался успехом у девушек, следил за своей внешностью и манерами, хотел выглядеть более солидным, хотя многие отмечали в нем черты детскости, сохранившиеся до последнего времени. Половое чувство пробудилось рано - в 11 лет стал невольным свидетелем интимных отношений родителей. Приблизительно с этого времени начал заниматься онанизмом, мастурбировал и в период службы на флоте. Первые половые связи после демобилизации. Сначала часто менял партнерш, привлекала чувственная сторона половых отношений, но серьезной любви и привязанности не было, жениться не собирался. Один раз заразился гонореей и прошел курс лечения в кожно-венерологическом диспансере. К перенесенному заболеванию относился как к "несчастливой случайности".

На IV курсе института установились довольно постоянные интимные отношения с молодой партнершей. Половые акты проходили успешно, с эксцессами до 3-4 эякуляций. Свидания проходили в доме знакомой, и однажды во время полового акта в комнате появились родители партнерши. Отец набросился на К. с кулаками, обвиняя его в том, что он соблазнил несовершеннолетнюю (партнерше действительно еще не исполнилось 18 лет). К. спасся бегством, убегая, разбил окно.

В течение нескольких месяцев К. ожидал неприятностей, стал рассеянным, снизилась успеваемость, расстроился сон. Прекратил половые отношения, хотя некоторые из его прежних партнерш намекали на возможность интимных свиданий. Поскольку все дело "заглохло", успокоился, самочувствие и работоспособность улучшились. Согласился на свидание с одной из прежних знакомых, половые акты с которой всегда проходили оргастично. Придя к ней в общежитие, поймал себя на том, что первым делом тщательно проверил запоры на двери, а во время предварительных ласк все время прислушивался к шагам и голосам за дверью. Тем не менее эрекция были, как всегда, полноценной; во время полового акта кто-то дернул дверь, и хотя она не открылась, К. тут же вскочил и замер в ожидании. Эрекция исчезла. Он не мог объяснить партнерше причину своего поведения, так как раньше в такой ситуации просто не обращал внимания на стучавших и дергавших дверь. Повторные ласки партнерши не привели к возобновлению эрекции, и К. сконфуженно ушел.

Приблизительно через 2 нед начались спонтанные эрекции, и К. сам проявил инициативу во встрече с другой из его прежних сексуальных партнерш. Однако во время свидания мысль о возможной помехе при половой близости была более сильной, чем в предыдущем случае. К. стал опасаться повторения фиаско. Эрекция то появлялась, то исчезала. Видя необычное поведение К., партнерша стала высказывать ревность и отказалась от полового сношения. К. воспринял это с облегчением. Ночью К. проснулся от эротического сновидения и поллюции. Не мог снова заснуть, сексуальное возбуждение снял мастурбацией. В последующие дни был обеспокоен случившимся, впервые закралась мысль о том, что он не такой уж сексуальный "супермен", каким считал себя ранее. Стал анализировать свои половые способности, обратился к доступной медицинской литературе. Когда прочитал о пагубных последствиях юношеского онанизма, о том, что гонорея приводит к ослаблению половой деятельности, что отсутствие в его возрасте полноценного полового возбуждения уже является признаком расстройства сексуальной сферы, "впал в панику". Считая самым высоким достоинством мужчины половую силу и получая прежде большое самоудовлетворение от престижа "покорителя не только сердец", всегда уверенный в своей сексуальной победе К. ощутил себя "маленьким, беззащитным и никому не нужным". Он не мог представить себе, "как будет жить импотентом". Обращение за сексологической помощью считал бессмысленным, так как наступившая половая слабость была для него очевидной.

Не смог подготовиться к весенней сессии, и сознание того, что он не сдаст экзамены и окончательно опозорится, приводило его то к нелепым планам скрыться в тайгу, то к мыслям о самоубийстве. На приглашение одной из прежних любовниц на свидание категорически отказался, сославшись на недостаток времени. Решил, что к женщинам ему "все пути отрезаны" и "терять больше нечего", вновь стал мастурбировать, но эякуляции при этом затягивались, не было прежних ярких оргастических ощущений, иногда эрекция прекращалась до наступления эякуляции. Стал интересоваться средствами, восстанавливающими половую силу. Узнал, что таким веществом является гашиш. Арестован при первой попытке купить наркотик.

Среднего роста, хорошо сложен. Патологии внутренних органов нет. Половые органы развиты хорошо, мошонка пигментирована, оволосение лобка по мужскому типу.

Легкий тремор век и пальцев рук. В позе Ромберга устойчив. Дермографизм красный, стойкий. Повышенная игра вазомоторов, усилена потливость.

Сознание ясное. Считает себя нервнобольным. К проявлениям заболевания относит расстройства сна, снижение работоспособности, потерю "половой силы", навязчивые мысли о своей неполноценности. Считает, что милиция поступила с ним несправедливо, так как он не знал, что покупка гашиша уголовно наказуема. Просит учесть, что хотел купить гашиш для "срочного лечения от нервов и других расстройств". В целом доволен, что оказался на обследовании; постепенно подробно рассказал свой сексуальный анамнез. Интересуется, действительно ли гашиш мог помочь ему от половой слабости. Был огорчен отрицательным ответом. Внимательно выслушал утверждения врача, что от своего полового расстройства он легко мог бы вылечиться у сексопатолога.

Продуктивных психопатологических симптомов нет. Эмоционально несколько поверхностен. Суждения достаточно логичны и последовательны, но обнаруживаются довольно ограниченный круг интересов, сексуальная акцентуированность, инфантильность при рассуждениях на серьезные темы. В целом отношение к своему состоянию и сложившейся ситуации достаточно критическое. Особой озабоченности в связи с предстоящим судом не проявляет. Надеется, что врачи установят у него нервное заболевание, правильно объяснят суду мотивы его поступка, и он сумеет оправдаться.

Заключение: вменяем. Диагноз: невротическое состояние.

Преморбидно, до первой психической травмы, во время полового сношения, К. был и психически, и в сексуальном плане здоров. Из его характерологических особенностей обращает на себя внимание имевшаяся в детские и юношеские годы склонность к навязчивым эротическим фантазиям во время мастурбаций и акцентуированный интерес к сексуальности. Одновременно обращают на себя внимание черты инфантилизма, недоразвитости морально-нравственных качеств, отсутствие глубоких чувств в отношениях с женщинами. Об имевшихся у К. достаточно высоких показателях сексуальной конституции свидетельствуют рано пробудившаяся эротичность, мастурбации с 11 лет, высокое либидо, способность к частым половым эксцессам и сама сексуальная акцентированность личности.

Началом невроза следует считать сексуальную неудачу, связанную с непроизвольным воспоминанием о травмирующей ситуации. Уже при следующей попытке половой близости опасение неудачи сделало половой акт невозможным.

Невротические расстройства достигли апогея в результате ятрогении, причиненной популярной литературой (пагубное влияние онанизма, развитие половой слабости вследствие гонореи, признаки импотенции). Высокая личностная зависимость сексуальности, установки на сексуальные "рекорды" при "осознании" наступившей импотенции повергли больного в панику. Дополнительные психотравмирующие обстоятельства были связаны с академической задолженностью (снижение работоспособности, обусловленное невротическим состоянием). На этом фоне половая активность фактически редуцируется, если сравнивать прежний стереотип гетеросексуальных эксцессов с переходом на мало удовлетворяющие мастурбации. Следует отметить, что половая слабость проявилась не только в потере либидо, потенции, но и в слабости эрекции, утрате оргастичности при мастурбациях с навязчивыми мыслями о наступившей импотенции. Больной активно ищет лечения, и некритически воспринятое им представление об исцеляющем половую слабость действии гашиша привело его к противоправному деянию.

Характерные жалобы больного достаточно аргументируют диагноз невроза, а психическая сохранность при понимании противоправности и наказуемости инкриминируемого деяния и способность корригировать поведение обусловливают вменяемость.

При неврозах больные практически всегда вменяемы из-за отсутствия юридического критерия невменяемости. Это дало основание Н.И. Фелинской утверждать, что неврозы имеют значительно меньшее судебно-психиатрическое значение, чем реактивные психозы. Однако при психотических психогенных расстройствах, особенно острых, не бывает таких нарушений сексуального поведения, которые вызывают дифференциально-диагностические затруднения или сочетаются с общественно опасными действиями. Вместе с тем нарушения сексуального поведения при неврозах часто заставляют судебных психиатров проводить дифференциальную диагностику с инициальными проявлениями шизофрении, последствиями органического поражения головного мозга и другими заболеваниями, не исключающими экскульпации. Не все в расстройствах сексуального поведения больных неврозом можно понять с личностно-психологической точки зрения, многие проявления невроза могут казаться нелепыми, поскольку далеко не всегда известны личностно значимые "участки социальной сферы деятельности". Это очень часто делает поведение невротика "непонятным и беспричинным, так же как непонятным казалось бы нам поведение теннисиста на площадке, если бы его противник и мяч стали для нас невидимыми". Такая "нелепость", однако, нe свидетельствует о психозе и не является аргументом в пользу невменяемости.

Психотические состояния психогенного происхождения обычно наблюдаются после ареста, и говорить в этой связи о нарушениях сексуального поведения лиц, находящихся в тюрьме или психиатрической больнице, просто не приходится. Однако нельзя не отметить случаи ежедневной, по нескольку раз в сутки, мастурбации (как правило, без эякуляций) у находящихся в реактивном психозе лиц, ожидающих высшей меры наказания. Г.С. Васильченко считает такую мастурбацию вторичным симптомом основного болезненного состояния.

Своеобразной разновидностью психогенных расстройств, сказывающейся на сексуальном поведении и сопряженной с судебно-психиатрическими проблемами, является психическая патология, иногда возникающая у женщин, потерпевших при сексуальных преступлениях. На клиническую сторону экспертизы потерпевших долгое время незаслуженно не обращали внимания, и лишь в последние годы в связи с увеличением числа экспертиз такого рода эта тема нашла отражение в работах сотрудников ВНИИ общей и судебной психиатрии им. В.П. Сербского.

Судебно-психиатрическую экспертизу как потерпевшие обычно проходят девочки младшего и среднего школьного возраста, девушки, молодые женщины, ставшие жертвами сексуального посягательства. Чаще всего это изнасилование, реже - развратные действия или совершение половых актов с использованием беспомощного состояния потерпевшей (тяжелое алкогольное опьянение). Перечисленные противоправные действия глубоко травмируют психику и наносят моральный ущерб не только самим потерпевшим, но и их близким. У потерпевших возможны как немедленная тяжелая реакция с суицидальными тенденциями или стойким психогенным отвращением к половой близости и последующим развитием вагинизма, так и первоначально недостаточное осмысление физической и морально-нравственной стороны причиненного ущерба и отсроченное до замужества возникновение невротических состояний. Данная психогения влияет и на формирование экспектаций женщины в отношении мужчины как полового партнера, может быть источником стойких извращений сексуального поведения, в том числе и лесби анства. Своеобразие состояний лиц, перенесших такого рода психогенные воздействия, дало основание В. Берджесс и Л. Гольмстром выделить специфический синдром "травмы изнасилования" с эмоциональными расстройствами, страхами, невротическими проявлениями.

Как правило, к моменту обследования психическое состояние потерпевшей определяется реакцией не только на сексуальное насилие, но и на психотравмирующие обстоятельства, возникающие в процессе следствия, которое нередко затягивается на несколько месяцев. Потерпевшие обычно проходят процедуру допросов, очных ставок, в ходе которых многократно уточняются обстоятельства правонарушения, обвиняемые отрицают или извращают обличающие их факты, стараясь представить потерпевшую в невыгодном свете. Возникающие у потерпевших психогенные расстройства требуют психотерапевтического воздействия с момента их выявления, а сама судебно-психиатрическая экспертиза не должна стать дополнительным психотравмирующим фактором.

Эксперт должен не только правильно ответить на вопрос суда о психическом состоянии потерпевшей, но и проявить заботу о ее психическом и сексуальном здоровье в будущем.

М.С. Литвинцева, О.В. Парфентьева, Л.А. Яхимович рассмотрели деонтологический аспект судебно-психиатрического освидетельствования потерпевших. Диагностика ситуационно обусловленных невротических расстройств у потерпевшей обязывает врача-эксперта обсудить возможность потерпевшей участвовать в судебном процессе. Эксперт принимает решение преимущественно с клинических позиций (длительность, выраженность невротических проявлений, склонность к рецидивам и обострениям) и учитывает личностно-психологические установки и отношение потерпевшей к предстоящему судебному процессу. Невротические проявления целесообразно рассматривать как противопоказание к участию в судебном заседании, особенно если сама потерпевшая негативно относится к предстоящему судебному разбирательству. В некоторых подобных случаях врачебный долг обязывает эксперта рекомендовать прекратить следственно-судебные действия в отношении потерпевшей и направить ее на лечение. Следует добавить, что судебно-психиатрическая экспертиза потерпевших с возникшими психогенными расстройствами должна сочетаться с психотерапевтической работой, направленной на сглаживание последствий психической травмы.

 

НАРУШЕНИЯ СЕКСУАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ ПРИ ПСИХОПАТИЯХ

Психопатии (аномалии характера, патологические характеры), так же как и неврозы, относятся к так называемой пограничной психиатрии. До сих пор существуют весьма противоречивые клинические и патогенетические оценки психопатий, отсутствует общепринятая классификация их, нет четких критериев для дифференцировки аномалий характера и крайних вариантов нормы. Конечно, это затрудняет оценку распространенности психопатий, выяснение их связи с половыми расстройствами и их роли в нарушениях сексуального поведения.

В советской психиатрии утвердились концепции П.Б. Ганнушкина о клинике, статике и динамике психопатий; значительный вклад в изучение динамики психопатий внес О.В. Кербиков.

Основные положения сводятся к следующему: а) психопатический склад личности представляет собой постоянное, врожденное свойство индивидуума, хотя психопатические особенности могут претерпевать известное видоизменение в течение жизни, т.е. усиливаться или развиваться в определенном направлении; б) патологические свойства личности тотальны, определяют всю психическую структуру; в) патологические изменения выражены настолько значительно, что являются препятствием к полноценной (безболезненной как для самой личности, так и для окружающих) социальной адаптации.

Исследования Г. Ваиллант и Дж. Перри показали, что в зависимости от критериев диагностики среди взрослого населения психопатии составляют 5-15%. По данным О.В. Кербикова, среди больных, состоящих на учете в психоневрологическом диспансере и поступающих в психиатрические больницы, страдающие психопатией составляют около 5%. Среди проходящих судебно-психиатрическую экспертизу психопатических личностей значительно больше. По данным И.Н. Бобровой, А.Р. Мохонько, среди вменяемых психопаты составляют 13,1%, среди невменяемых - 2% общего числа направленных на судебно-психиатрическую экспертизу для определения вменяемости.

В.В. Гульдан, обследовав 480 психопатических лиц, проходивших судебно-психиатрическую экспертизу и судебную психолого-психиатрическую экспертизу в связи с различными противоправными действиями, у 7% установил сексуальные правонарушения. Однако это определялось лишь по так называемым сексуальным статьям, а не по всем общественно опасным деяниям, сопряженным с сексуально неправильным поведением. Следовательно, полученные данные не охватывают весь объем криминогенности половых расстройств.

Как отмечает Г.С. Васильченко, психопатии предрасполагают к сексуальным расстройствам так же часто, как и выступают в роли структурного центра всей сексопатологической констелляции (сопутствующий синдром - 4,9%, стержневой - 4,7%).

Наряду с другими формами (типами, вариантами) психопатий ряд авторов выделяли специальную группу сексуальных психопатов, другие описывали половые расстройства (главным образом расстройства сексуального влечения) в рамках иных форм психопатий, но можно с уверенностью сказать, что нарушения сексуального поведения, обусловленные дисгармонией всей личности, возможны при всех вариантах психопатий.

В основе нарушений сексуального поведения у психопатических личностей наряду с общей психической дисгармонией значительное место занимает расстройство полового влечения. В трактовке этиологии и патогенеза сексуальных перверсий получили широкое распространение конституционально-генетические, эволюционные, эндокринные, психоаналитические, условно-рефлекторные, а также комбинированные концепции, которые в последние годы получают все большее признание.

Собственно сексуальная психопатия представлена лицами с патологической фиксацией внимания и концентрацией интересов на сексуальных отношениях (эротомания) и склонностью к извращениям в сексуальной жизни - наиболее сложным и дискуссионным вопросом, влекущим за собой ряд серьезных социальных последствий (в частности, экспертное судебно-психиатрическое заключение о вменяемости или невменяемости), остается понимание и дифференцировка истинных перверсий и псевдоперверсий.

При истинных перверсиях извращенное половое поведение является единственным источником сексуального удовлетворения. Псевдоперверсии в большинстве случаев нельзя отнести к конституционально патологическим половым извращениям (псевдоперверсии обычно бывают "компенсаторными", возникают при невозможности удовлетворить сексуальное влечение естественным путем и исчезают при устранении препятствий к нормальной половой жизни). А.М. Свядощ различает половые извращения (перверсии) и половые отклонения (девиации). Перверсии как нарушение направленности полового влечения или его удовлетворения свидетельствуют о патологии, а девиация рассматривается как неболезненное состояние, хотя и характеризуется отклонением от общепринятых норм полового поведения.

В.М. Маслов, И.А. Ботнева, Г.С. Васильченко считают истинные парафилии (перверсии) проявлением второй фазы формирования патологического влечения (научение и закрепление установки). Проявлениями первой фазы (выработки установки) служат перверсные (парафилические) тенденции - деформирующие либидо установки, проявляющиеся в мечтах и фантазиях, но по тем или иным причинам не реализуемые. Наряду с психопатическими половыми извращениями авторы выделяют перверсные (парафилические) элементы - легкие девиации полового влечения, свойственные нормальной сексуальности и играющие роль дополнительных, второстепенных аксессуаров.

Феноменология перверсий очень разнообразна. Начиная с работ Крафт-Эбинга, половые извращения принято подразделять на извращения с нарушением направленности полового влечения и извращения с нарушением способа полового удовлетворения. Такое разграничение весьма относительно, так как нередко сочетаются оба вида перверсий или они сменяют друг друга.

В контексте данной монографии рациональнее все половые извращения у психопатических личностей разделить по признакам уголовной наказуемости: извращения, при которых предусмотрено наказание за сами сексуальные действия; извращения, при которых нарушения сексуального поведения квалифицируются по статьям, не содержащим упоминаний о половых действиях; половые извращения, не содержащие в себе признаков уголовно наказуемого действия. Однако мужеложство непосредственно наказывается по соответствующей статье Уголовного кодекса, а женский гомосексуализм (лесбийская любовь, трибадия), имеющий распространенность от 1 до 3%, уголовно не наказуем.

Из всех видов расстройств сексуального влечения у психопатических личностей судебный эксперт-психиатр чаще встречается с мужской гомосексуальностью, хотя такие расстройства сексуального влечения у женщин тоже встречаются (в связи с драками, нанесением телесных повреждений и даже убийствами на почве ревности у лесбиянок).

Р. Крафт-Эбинг различал следующие типы гомосексуализма: 1) так называемый психический гермафродизм - склонность к другому полу до некоторой степени сохраняется и половые сношения с субъектами другого пола возможны; 2) половое влечение только к лицам своего пола, но склад душевной жизни в остальном сохраняется у мужчин мужской, у женщин - женский; 3) половое влечение исключительно к лицам своего пола и наряду с этим изменен и психический склад: мужчины перенимают привычки, а иногда и одежду женщин, женщины следуют привычкам мужчин; 4) случаи гормональной патологии, при которой извращение чувственности и поведения сочетаются с физическими признаками противоположного пола: у мужчин - широкий таз, женское лицо и высокий голос, отсутствие усов и бороды, у женщин - усы, борода, низкий голос, узкий таз.

Гомосексуалисты бывают активными и пассивными. Гомосексуальные отношения, ведущие к половому удовлетворению, очень разнообразны - взаимная мастурбация, орально-генитальная практика, педерастия и др. Среди гомосексуализма со специальным выбором объекта различают педофилию (половое влечение к малолетним), эфебофилию (любовь к юношам), корофилию (влечение к девочкам-подросткам), геронтофилию (половое влечение к старикам). Гомосексуализм нередко сочетается с другими перверсиями: трансвестизмом, садизмом, мазохизмом.

После гомосексуализма в практике судебных психиатров наиболее часто встречаются случаи эксгибиционизма (половое удовлетворение при обнажении гениталий). Хотя эксгибиционизм обычно наблюдается у мужчин, он одинаково наказуем у мужчин и женщин и рассматривается как хулиганское действие, грубо нарушающее общественный порядок и выражающее явное неуважение к обществу. Эксгибиционисты выбирают обычно малолюдные места (парки, малонаселенные кварталы) или такое время, когда не ожидается большого скопления людей, и внезапно обнажают свои половые органы, иногда мастурбируя при этом. Наибольшее удовлетворение вызывают испуг, стыд или иные (даже любопытство) реакции "зрителей". Акты эксгибиционизма бывают импульсивными, и их судебно-психиатрическая оценка неоднозначна. В своеобразных случаях мазохистского эксгибиционизма удовлетворение наступает от возмущения свидетелей, от осуждения и даже побоев.

Расстройство полового влечения в форме фетишизма обусловливает нарушения поведения, квалифицируемые как хулиганство, кража и даже разбой. При фетишизме сексуальным объектом служит не женщина, а отдельные предметы женской одежды, как правило, уже находившиеся в пользовании (с запахом, потертостями и другими следами соприкосновения с женским телом). В других случаях, по мнению ряда авторов, фетишем становятся определенные части тела (половые органы, молочные железы, ноги и др.). Понятно, что уголовно наказуем не сам фетишизм, а кражи и насильственное изъятие объектов (предметов) фетишизма.

Всегда наказуема некрофилия (половое влечение к трупам). Она преследуется как осквернение могилы. Иногда специально совершается убийство, чтобы иметь половое сношение с трупом.

Среди половых извращений особое место занимают садизм и мазохизм; садизм может быть сопряжен с нанесением телесных повреждений (от истязаний до убийства).

Садизм (активная алголагния, эротический тиранизм) - извращение, при котором сексуальное удовлетворение достигается при причинении страдания партнеру. Диапазон садистических актов очень велик: от упреков и словесной тирании до тирании физической - нанесения телесных повреждений и даже убийств из сладострастных побуждений. Психопатические личности, совершившие для удовлетворения извращенного полового влечения преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, привлекаются к уголовной ответственности.

При мазохизме (пассивная алголагния) половое удовлетворение достигается унижением и даже истязанием со стороны сексуального партнера. Мазохизм часто сочетается с садизмом (садомазохизм). И садизм, и мазохизм бывают как гомо-, так и гетеросексуальными. Сама по себе реализация полового влечения в форме мазохизма не содержит состава преступления, но привлечение к роли активного партнера несовершеннолетних преследуется как половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости, или развратные действия. В случаях гомосексуального садомазохизма возможно уголовное преследование за мужеложство. В качестве разновидностей мазохизма описывают: флагеллантизм (удовольствие от самобичевания), пикацизм (стремление пачкаться мочой, калом, выделениями из половых органов сексуального партнера), уролагния (возбуждение наступает при обливании собственной или чужой мочой, прикосновении к ней, ее питье), сервилизм (половое удовлетворение от подчиненной роли, от прислуживания) и др. Эти виды перверсного полового поведения могут лишь в особых обстоятельствах расцениваться как хулиганские действия.

Визионизм (вуайеризм, миксоскоппя, скопофилия) выражается в сексуальном возбуждении при подглядывании за обнаженными людьми или за половым актом. При этом виде нарушения сексуального поведения психопатические личности могут привлекаться к ответственности за хулиганство.

Фроттаж - извращение, при котором сексуальное удовлетворение достигается при трении о чужую одежду и прижимании (в толпе, в транспорте и т.п.) к лицам противоположного пола. Это нарушение полового поведения также может быть квалифицировано как хулиганство. При зоофилии (скотоложство, содомия, зооэрастия, бестиализм) - половом влечении к животным - половой акт оскорбляет достоинство граждан и может квалифицироваться как хулиганство.

С уголовной ответственностью не связаны плюрализм (триолизм) - совершение полового акта в присутствии нескольких лиц; пигмалионизм - возникновение полового возбуждения при созерцании статуй, картин с изображением обнаженных тел, порнографических открыток; нарциссизм (аутофилия, аутоэротизм) - половое влечение к собственному телу, сексуальное возбуждение при созерцании собственного обнаженного тела или его отражения в зеркале, или при рассматривании своих фотографий, особенно с эрегированным половым членом; трансвестизм (эонизм) - особая форма фетишизма, сексуальное возбуждение при переодевании в одежду лиц противоположного пола. Трансвестизм может переходить в транссексуализм - стремление приобрести и физические признаки противоположного пола. Этот вид нарушения полового влечения также не встречается в судебно-психиатрической практике.

Не является уголовно наказуемой инцестофилия (половое влечение к кровным родственникам), но это действие имеет другие регламентации, в частности, предусмотренные Кодексом о семье и браке.

При судебно-психиатрической экспертной оценке перверсий у психопатических личностей необходимо прежде всего уточнить соотношение социальных и биологических детерминант в возникновении, развитии, стабилизации и динамике парафилий.

Сексопатология еще далека от полного понимания этиологии и патогенеза парафилий. Преодоление дихотомического деления парафилий на "врожденные" и "приобретенные" стало продуктивным, поскольку искаженные психосексуальные ориентации формируются в постнатальном онтогенезе и определяются тесным взаимодействием социально-психологических факторов и патологически измененной (нередко уже в пренатальном периоде) почвы.

Во Всесоюзном центре по вопросам сексопатологии сформулирована дизонтогенетическая концепция, которая рассматривает перверсии как результат нарушений индивидуального психосексуального развития в постнатальном онтогенезе и объединяет большинство упомянутых теорий. Согласно этой концепции, парафилии формируются вследствие гипертрофии и закрепления отдельных проявлений психосексуального развития, свойственных его ранним этапам. Это не просто реликтовые, а претерпевшие изменения в процессе онтогенеза и включившиеся в половое влечение незрелые формы поведения детей и подростков. Фоном, способствующим становлению перверсий и определяющим их выраженность, а в ряде случаев и клиническую картину, служат различные варианты психосексуального дизонтогенеза - нарушение сроков и темпов становления сексуальности и искажение полоролевого поведения.

При ретардациях психосексуального развития формирование перверсий длится многие годы, их становление обычно задерживается на фоне выработки установки. Они поверхностны, не затрагивают ядро личности, долго не реализуются. В одних случаях парафилии так и существуют в форме только перверсных тенденций и элементов, в других они становятся истинными перверсиями, хотя и остаются факультативными, сочетаясь с нормальным либидо. При становлении перверсий на фоне ретардации психосексуального развития без адекватной реализации либидо особенно значительны роль микросоциальной среды, растление и совращение.

При формировании перверсий на фоне преждевременного психосоциального развития психосексуальные ориентации перемещаются на более ранние возрастные периоды (допубертатный) и искажают сексуальные проявления, свойственные возрасту. Изучая на судебно-психиатрическом материале сексуальные перверсии в клинике психопатий, В.В. Мохов отметил, что при раннем пробуждении сексуальности внимание фиксируется исключительно на сексуальных интересах. Парциальный инфантилизм в форме особой выраженности ориентировочного поведения приводит к повышенной чувствительности к неадекватным эротическим раздражителям. Для начала формирования перверсий может быть достаточно случайного раздражителя, вызвавшего сексуальное возбуждение. Свойственная детям недифференцированность полового влечения приводит к тому, что любой сильный эротический раздражитель и любая форма, в которой впервые было удовлетворено сексуальное возбуждение, становятся приемлемыми для последующих перверсных актов. Развивается своеобразный инфантильный стереотип реагирования на извращенные эротические раздражители. Со временем его механизм отрабатывается и становится однотипным. Эротические раздражители, довольно разнообразные, вызывают у психопатических личностей одинаковую реакцию, которая завершается каким-нибудь одним видом извращенного сексуального акта. "Расцвечивание" синдрома сексуальных извращений совпадает с пубертатным возрастом. В основе развития и усложнения сексуальных перверсий у психопатических личностей лежит наряду со слабостью волевых задержек стремление к новым впечатлениям, а также к беспрерывной смене способов удовлетворения извращенного полового влечения. Кроме того, сексуальные извращения в большинстве случаев развиваются и усложняются тогда, когда уже начинает складываться клинически очерченная психопатическая структура личности с выраженными эмоционально-волевыми нарушениями. В дальнейшем наряду с существующей перверсией появляются новые варианты парафилий, формируется синдром сексуальных перверсий.

На формирование перверсий накладывают отпечаток нарушения полоролевого поведения, они определяют возникновение садизма и мазохизма, обусловливают роль в гомосексуальных контактах (мужскую, так называемую активную, или женскую - пассивную).

Пониманию формирования садизма и мазохизма способствует гиперролевое поведение - чрезмерная акцентуация некоторых особенностей половой роли. В формировании гиперролевого поведения определенное значение придают процессу половой дифференцировки мозга, но ее нарушения являются лишь фоном, на котором формируется гиперролевое поведение. Гораздо большее значение имеют прививаемые нормы микросоциальной среды, особенно распространенные высокие требования к маскулинному поведению. Гипермаскулинному поведению созвучны гипертимные, неустойчивые и в какой-то степени истерические формы психопатии, а гиперфемининному - инфантильно-зависимые, астено-невротические, психастенические, сенситивные и те же истерические.

Формирование садизма у лиц мужского пола и мазохизма у женщин начинается с ранних этапов онтогенеза. По мнению Г.С. Васильченко, отсутствие с раннего детства тактильного и эмоционального контакта с матерью или другим лицом, ухаживающим за ребенком, к которому в норме должна возникать первая привязанность, приводит к агрессивному поведению детей. Элементы садизма, возникающие уже в первые годы жизни, обычно выходят в последующем за рамки нормального поведения, и на их основе формируются сексуальные перверсии. Даже скорригированная воспитанием агрессивность может включаться в структуру полового влечения в подростковом и юношеском возрасте, особенно если нормальная реализация сексуального влечения затруднена и заменяется фантазированием. У этих детей возможен и другой вариант патогенеза парафилии: при становлении психопатии вследствие дизонтогенеза формирование полового влечения перемещается на более ранние сроки, и половое влечение реализуется в агрессивном садистическом сексуальном поведении с половым удовлетворением только при унижении партнерши или жестоком обращении с ней, иногда до ее умерщвления с максимальным возбуждением при виде ее агонии.

Мазохистические парафилии у женщин как извращенное проявление гиперфемининного поведения обычно формируются так же, как патологическое гиперролевое поведение у мужчин, приводящее к садизму. Женщины с патологическим гиперфемининным поведением не могут получить острого и полного сексуального удовлетворения без унижения и физических страданий, доставляемых сексуальным партнером. В случаях трансформации половой роли гиперролевое поведение гораздо чаще ведет к патологическим, перверсным тенденциям: у женщин к садизму, у мужчин к мазохизму. При патологическом гиперролевом поведении в виде садизма или мазохизма прогноз неблагоприятен, эти перверсии имеют тенденцию к усложнению и прогрессированию.

В целом те или иные варианты парафилий могут наблюдаться у психопатических личностей, относимых к разным клиническим вариантам. Следует согласиться с мнением многих авторов о неоправданности выделения особой группы сексуальных психопатов (по нашему мнению, говорить о самостоятельности половой психопатии можно лишь тогда, когда половое извращение выступает как моносиндром без иных расстройств психопатического круга). Типологические особенности психопатических личностей определяют предпочтительный набор перверсий и обусловливают специфическую окраску нарушений сексуального поведения.

При шизоидной психопатии отмечаются дисгармоничность, парадоксальность как внешнего облика и стиля поведения, так и эмоциональной жизни и психической деятельности в целом. Замкнутость и скрытность шизоидов обусловлены не столько их робостью или мнительностью, сколько отсутствием внутренней потребности в общении. Это затрудняет гетеросексуальные контакты, вступление в брак. Они обычно совершенно равнодушны к нуждам практической жизни, обыденным интересам, потребностям семьи. Среди шизоидных психопатов выделяются две полярные структуры, различающиеся по так называемой психэстетической пропорции по Кречмеру: сенситивные шизоиды - мимозоподобные, гиперэстетические с преобладанием астенического аффекта и экспансивные шизоиды - холодные, иногда даже эмоционально тупые личности с преобладанием стенического аффекта.

Отмеченные психопатические черты шизоидов прослеживаются и в сексуальной жизни. Внешняя "асексуальность" и кажущееся презрение к вопросам пола обычно сочетаются с упорной мастурбацией и богатыми эротическими фантазиями, легко включающими перверсные элементы. Шизоидные подростки, болезненно чувствительные в компании, не способные на ухаживания и флирт, не умеющие добиться сексуальной близости в адекватной ситуации, могут неожиданно обнаружить сексуальную активность в самых грубых формах (часами ожидать, чтобы увидеть обнаженные половые органы, мастурбировать перед чужими окнами и т.п. Шизоидные психопаты глубоко таят сексуальные переживания, не склонны раскрывать мотивы своих сексуальных действий, и поэтому нарушения их сексуального поведения могут выглядеть импульсивными, психологически непонятными, нелепыми и обусловить в связи с этим судебно-психиатрическую экспертизу. Среди сопряженных с нарушениями сексуального поведения общественно опасных деяний у шизоидов бывают не только уголовно наказуемые перверсии, но и убийства, совершенные самым изощренным способом.

Психастенический и астенический типы психопатии при определенных различиях имеют много общего, что дало основание некоторым психиатрам объединить их в одну группу - тормозимых психопатов.

У психопатических личностей астенического круга почти всегда отсутствует ощущение физического тонуса. Вялость, быстрая утомляемость способствуют чувству собственной сексуальной неполноценности. Астенические психопаты неизменно застенчивы, чрезвычайно уязвимы, ранимы. Они болезненно реагируют на грубость и бестактность окружающих, плохо привыкают к новой обстановке, легко смущаются. Самооценка понижена, они постоянно недовольны собой. Однако, несмотря на робость, нерешительность, склонность сомневаться во всех своих поступках и действиях, астенические психопаты иногда могут проявить выраженную агрессивность.

Психастенический патологический характер проявляется в постоянном самоконтроле, самонаблюдении, множестве ненужных задержек, в склонности к бесплодному, навязчивому мудрствованию. Эти лица не ощущают полноты жизни, чувств, постоянно обдумывают свои поступки, сомневаются в их правильности. Они склонны к навязчивым состояниям, но к ним сохраняется критическое отношение. Так же как и астеники, психастенические личности плохо переносят нарушения привычного жизненного стереотипа, легко теряются, у них быстро возникают и нарастают тревога, беспокойство относительно того, что они не справятся с новыми жизненными условиями.

Как астенические, так и психастенические психопаты особо привержены к морально-этическим нормам, к "правилам" сексуального поведения. Их больно ранят любые проявления грубости и цинизма. Считая себя в целом "неполноценными", они низко оценивают и свои сексуальные способности. Каждый сексуальный срыв для них превращается в трагедию. Наиболее частым поводом к угрызению совести у них служит мастурбация, "вред", который сильно преувеличивается. Робость и застенчивость у тормозимых психопатов мешают им вступить в половые отношения с представителями противоположного пола и сексуальное влечение приобретает перверсную форму (нарциссизм с мастурбацией, вуайеризм, пигмалионизм, склонность к гомосексуализму).

Сексуальные извращения становятся сильным психотравмирующим фактором для тормозимых психопатов. Они постоянно находятся во власти своих переживаний, в страхе, что окружающие могут узнать об их "сексуальной несостоятельности". Содержание подобных переживаний, как правило, отражает не столько реальные травмирующие моменты, сколько обостренное и зафиксированное чувство собственной неполноценности. Как отмечает этот же автор, психопатические личности тормозимого круга в стремлении удовлетворить свои извращенные наклонности нередко постепенно становятся требовательными, агрессивными. В дальнейшем эти формы реагирования у них закреплялись и становились однотипными. Подобная трансформация психопатических черт накладывает соответствующий отпечаток и на динамику синдрома сексуальных перверсий. В его структуре появляются новые виды извращений, ранее не свойственные тормозимым психопатам (эксгибиционизм, садизм). Кроме того, с "расцвечиванием" и усложнением структуры перверсий все более утрачиваются интерес и влечение к нормальной сексуальной жизни, нарастает дезадаптация, появляется склонность к асоциальным поступкам и сексуальным правонарушениям.

Психопатических личностей аффективного типа отличают синтонность, способность легко найти себе место в обществе, уловить настроение окружающих. Они легко проявляют свои чувства, их эмоции естественны и понятны другим, несмотря на то что основная особенность психопатических личностей аффективного типа заключается в эмоциональной лабильности, неустойчивости настроения. В зависимости от преобладающего аффекта среди психопатических личностей аффективного круга выделяют два полярных варианта: дистимический и гипертимический. Дистимики ("прирожденные пессимисты", по П.Б. Ганнушкину) редко находят повод для веселья, даже успех не вселяет в них надежду, они замечают преимущественно теневые стороны жизни. На всякое несчастье они реагируют тяжелее других и в любой неудаче винят прежде всего себя. Такая самооценка препятствует активному поиску гетеросексуального партнера. Они избегают вступления в брак и находят удовлетворение в перверсиях, не требующих полового партнера.

В отличие от дистимиков гипертимики отличаются повышенным самочувствием, приподнятым настроением. Они легко устанавливают гетеросексуальные связи, влюбчивы. Чрезмерная самоуверенность, стремление к лидерству, жажда удовольствий, большая активность при повышенной сексуальности могут приводить гипертимических психопатов к половым эксцессам, в том числе и уголовно наказуемым (с несовершеннолетними). Гипертимические психопаты нередко злоупотребляют алкоголем, опьянение делает их не только сексуально агрессивными, но и сексуально неразборчивыми, что может вести к насильственному принуждению половых партнеров и распространению венерических заболеваний.

Психопатическим личностям возбудимого (эпилептоидного) типа свойственна необыкновенно сильная эмоциональная возбудимость. Начальные проявления этой психопатии обнаруживаются еще в дошкольном возрасте. Дети часто кричат, легко озлобляются, любые ограничения, запреты и наказания вызывают у них бурные реакции протеста со злобностью и агрессией. Сформировавшаяся психопатия возбудимого типа сопровождается приступами гнева, ярости, аффективными разрядами по любому, даже незначительному поводу, иногда с аффективно суженным сознанием и резким двигательным возбуждением. В запальчивости (особенно легко возникающей в состоянии алкогольного опьянения) возбудимые психопаты способны совершать необдуманные, порой опасные, действия.

Среди них нередко встречаются лица с расторможенностью влечений, склонные к перверсиям и сексуальным эксцессам. Сексуальные отношения возбудимых психопатов обычно сопровождаются ревностью. Измен (как действительных, так и мнимых) они не прощают и даже флирт считают предательством, за которое могут "наказать" в брутальной форме. Половое влечение возбудимых (эпилептоидных) психопатов очень тесно сопряжено с повышенной готовностью к различным перверсиям. Жестокость и цинизм этих психопатических личностей особо ярко проявляются в эксгибиционизме, садизме, педофилии, инцесте.

Из-за своих извращенных наклонностей им приходится вступать в конфликты в семье, а нередко и на работе; особенно часто у них происходят столкновения с правоохранительными органами. В отдельных случаях частая психогенная травматизация (из-за перверсий) с последующими реакциями на нее приводит к трансформации основного психопатического синдрома. Таким образом, "эксплозивный" синдром постепенно теряет остроту и одновременно появляются и нарастают астенические или истерические черты.

Неустойчивый тип психопатии облигатным свойством имеет слабость высших форм волевой деятельности, повышенную внушаемость, податливость всяким внешним влияниям и непостоянство, сочетающееся с неспособностью к целеустремленной деятельности. Такие люди живут одним днем, не имея серьезных планов, не задумываясь о будущем. Основной целью их жизни бывают новые впечатления и развлечения; здесь они упорно отстаивают свои права, хотя в поисках удовольствий и развлечений также не обнаруживают постоянства. Стремление наслаждаться радостями жизни сочетается с нетерпимостью к каким-либо регламентациям легкомысленного образа жизни, что постепенно приводит их к уголовно наказуемому поведению.

Все это уже с подросткового возраста определяет направленность сексуальных реакций. Участие в асоциальных группах и пренебрежение общепринятыми морально-этическими нормами ускоряют приобретение сексуального опыта и обусловливают знакомство с девиантными формами половой активности. Наиболее редуцирована платоническая составляющая либидо и вследствие этого романтическая влюбленность проходит мимо них. В дальнейшем они также не способны на искреннюю, глубокую любовь и на настоящую дружбу. Их интимные отношения - скорее игра в секс, причем игра на грани дозволенного с соскальзываниями в перверсии от скуки.

Истерический тип психопатии характеризуют эгоцентризм, ненасытная жажда внимания к своей особе, внушаемость, лживость, фантазирование, повышенная и демонстративная эмоциональность, которая в действительности оборачивается неспособностью к глубоким и искренним чувствам, склонность к рисовке и позерству. Истерические личности не ощущают границы между продукцией собственного воображения и действительностью. Останавливаясь на этом свойстве, П.Б. Ганнушкин подчеркивал, что реальный мир для человека с истерической психикой приобретает своеобразные, причудливые очертания; объективный критерий для нero утрачен, что часто дает повод окружающим обвинять такого человека в лучшем случае во лжи и притворстве. В связи с этим следует помнить о способности истериков, особенно женщин, к оговорам и самооговорам.

Как подчеркнул К. Ясперс, одним из основных свойств истериков является стремление казаться более значительными, чем на самом деле, и переживать больше, чем они в состоянии пережить. Эти свойства истерических психопатов целиком проявляются в половом поведении. Либидо у них не отличается ни силой, ни напряжением, ни стойкостью, а в сексуальных проявлениях много театрального, недостоверного.

Подростки мужского пола предпочитают разыгрывать молчаливо-многозначительную таинственность, а девочки, наоборот, склонны широко афишировать как действительные отношения, так и целиком выдуманные связи, изображая из себя распутниц и наслаждаясь ошеломляющим впечатлением.

Способность истерических личностей к яркому, образному и чувственному сексуальному фантазированию обусловливает выраженный полиморфизм синдрома сексуальных перверсий и причудливое "расцвечивание" его компонентов, нередко приобретающих форму своеобразных "сексуальных ритуалов" (строго определенная зафиксировавшаяся смена сексуальных перверсий, доставляющая сексуальное удовлетворение).

Далеко не всегда нарушения сексуального поведения, приводящие к столкновению с законом, у психопатических личностей связаны с перверсиями. Дисгармония всей личности проявляется также в неправильном формировании и искаженной организации полового поведения, в неспособности к корректным обоюдоприемлемым отношениям с сексуальными партнерами. В целом половые нарушения (в узком понимании) занимают небольшое место среди других противоправных деяний психопатических личностей, а главное сами половые извращения далеко не всегда служат основной причиной неправильного сексуального поведения, приводящего к противоправным действиям.

По данным клинико-статистического исследования, у психопатических личностей нарушения сексуального поведения не обязательно обусловлены половыми извращениями, а противоправные деяния, сопряженные с нарушением сексуального поведения, не обязательно приобретают форму, соответствующую статьям о половых правонарушениях.

Обследуемая К., 37 лет, руководитель художественной самодеятельности в клубе, обвиняется в умышленном поджоге.

Отца не помнит, он оставил семью, когда К. было 2,5 года. Мать эксцентричная, трижды выходила замуж (К. от второго брака), воспитанием дочери фактически не занималась, жила в другом городе, приезжала к дочери всегда с многочисленными подарками, ласкала, говорила, что они больше никогда не расстанутся, но вскоре опять уезжала в семью третьего мужа. Воспитанием К. занималась бабка по линии матери - "человек деловой, но черствый".

В детстве была слабым, болезненным ребенком. Тяжело переживала каждое расставание с матерью. К бабке была привязана, любила слушать ее сказки, легко вживалась в судьбы героев, днем разыгрывала сценки из сказок, по ночам плохо спала, боясь разбойников. Переживая страх, находилась как бы в состоянии "оцепенения", боялась пошевелиться.

В школу поступила с опозданием "из-за слабости нервов". Училась неровно, с первых классов участвовала в художественной самодеятельности, "любила роли выразительных героев". В старших классах учиться стало труднее, особенно по математике и физике. Не окончив школу, пошла учиться в педагогический техникум. С удовольствием начала работать учительницей в младших классах, увлеклась экспериментом "игрового преподавания", нашла в этом свое призвание, но вскоре начались конфликты с завучем. На педсовете критики не принимала, считала, что учителя "ретрограды", "косные и тупые"; вскоре ей пришлось уйти из школы.

Менструации с 14 лет, слабоболезненные, регулярные, за 1-2 дня до менструаций всегда портилось настроение, беспричинно плакала. Первый половой акт в 19 лет с учителем физкультуры ("была без ума от его фигуры, не скрывала от учителей свою страсть"), но ощутила только отвращение, партнер оказался "грубым и пошлым", не понял "красоты и величия любви".

Поскольку "решительно все" говорили о ее артистическом таланте, решила поступать во ВГИК, но не прошла по конкурсу. В период подготовки в институт и сдачи экзаменов завела много знакомств "в артистическом мире", была устроена на работу руководителем художественной самодеятельности в клуб. Увлеклась работой, для постановки выбирала пьесы, в которых сама могла играть главные роли. Тайно надеялась, что на каком-то просмотре ее заметят и пригласят сниматься в кино. Легко заводила новые знакомства, но не была способна к длительной привязанности и дружбе. "Любила блистать", особенно на сцене. Самой большой радостью в жизни были аплодисменты зрителей, тратила много денег, чтобы устраивать "богемные" вечеринки в свою честь. Лестных высказываний о ее "исключительном таланте", сравнения с известными актрисами, слов об ожидающей впереди "головокружительной славе" было достаточно, чтобы этих льстецов считать лучшими друзьями.

Хотя сама не испытывала полового влечения и была "выше секса", легко поддалась ухаживаниям (по всей видимости, серьезным) одного из таких друзей, женатого и моложе себя на 4 года. Вскоре стала сожительствовать с ним. Встречи всегда обставляла празднично, украшала комнату, покупала шампанское, надевала красивое белье, включала "томительную, душещипательную" музыку. Оргастического удовлетворения не испытывала, в целом "секс был не нужен, но сам антураж" интимных отношений приводил в восторг, особенно если любовник мог оценить "тонкость и изящество души".

Эти отношения продолжались почти 4 года, но К. начала "разочаровываться в интеллекте" возлюбленного, а у того начались неприятности из-за жены. Связь вскоре прекратилась. Вначале даже радовалась этому ("могла беззаветно отдаться искусству"), но долго не могла оставаться одна "без близкого друга", который "воспламенял бы к творчеству". Главное было в том, что не хотела выглядеть хуже других без "красивого спутника жизни". Вскоре сама стала проявлять интерес к разведенному мужчине, пыталась заинтриговать его, рассказывая при случае различные выдуманные истории (ее выбрали на главную роль в известном фильме, но она вынуждена была отказаться, оскорбившись непристойными домогательствами режиссера и т.п.). Интимные встречи с новым знакомым также обставляла с "таинственной красотой". Сначала все было хорошо, но как-то сожитель сказал, что в сексе она "ребенок", намекнул на то, что "снаружи много, а внутри пусто".

Такие намеки обеспокоили К. Начала расспрашивать подруг про половую жизнь, узнала, "что нужно мужчинам". При следующих интимных встречах стала имитировать оргазм форсированным дыханием, вскрикиванием и даже царапаньем сожителя. Это его несколько заинтересовало, встречи стали чаще, но не надолго. Пытаясь удержать сожителя, К. разыгрывала из себя все более страстную женщину. По совету осведомленных подруг навязывала орально-генитальные контакты и половые акты в различных изощренных позах, "хотя самой было отвратно".

Однако сожитель все чаще говорил, что у нее "холодная душа и любовь фальшивая". Чтобы доказать "свою безумную любовь", К. решилась на крайность. Она написала "предсмертную" записку, в которой в напыщенных, экзальтированных фразах "прощалась" со своим любовником. Перед его приходом К. оставила записку на видном месте в комнате, а в кухне разложила ворох старых газет и других легко воспламеняющихся предметов, привязала к потолку веревку с петлей, отперла входную дверь и, встав на табуретку с надетой на шею петлей, стала ждать, надеясь, что любовник будет потрясен происшедшим и после спасения ее останется с нею навсегда. Когда К. услышала звук открывающейся двери, она подожгла газеты и затянула на шее петлю. Увидев дым, сожитель бросился на кухню, вынул К. из петли (как оказалось, она сознания не теряла), но пожар они погасить не сумели: сгорела вся квартира К. и ее соседей. На первом допросе К. сразу рассказала причину поджога и суицида.

Среднего роста, выглядит моложе своих лет, правильного телосложения, молочные железы развиты хорошо, оволосение на лобке по женскому типу. Патологии внутренних органов нет. Отмечается повышенная возбудимость вегетативной нервной системы.

В ясном сознании, ориентирована правильно. Считает себя здоровой, намерена выступать в суде, но в целом довольна помещением в больницу, таи как "потрясена" всем случившемся и действительно "хочется в петлю". Называет себя "глубоко несчастной". Во время беседы с врачом волнуется, краснеет, от слез легко переходит то к гневу, то к восторгу. Гротескно жестикулирует, заламывает руки, беспокойно ходит по кабинету. Говорит, что, наконец, "нашла роль своей жизни" и "доведет ее до конца". Требует, чтобы суд состоялся "сегодня же". "Пусть соберутся все, пригласят корреспондентов, пусть приедут с телевидения... Пусть все учатся на моей трагической судьбе. Это кино, это роман - пусть будут писатели и режиссеры и хоть немножко поучатся правде жизни". Успокаивается с трудом, но тут же начинает рыдать ("жаль, что не погибла и не сгорела"). Продуктивной психотической симптоматики, а также формальных расстройств интеллектуальной сферы нет.

Заключение: вменяема. Диагноз: истерическая психопатия.

Формированию истерической психопатия в данном случае способствовала и наследственная отягощенность (вероятно, мать К. также отличалась истерическим характером), и неблагоприятные условия воспитания. Истерические черты у К. проявились уже с детства (ночные кошмары с "оцепенением"). Некоторые истерические черты (позерство, экспансивность) способствовали ее увлечению сценой. Окончив педагогический техникум, она нашла новое увлечение, но не понимала, что ее практика "игрового преподавания" не соответствует методическим установкам. Деловую критику приняла с характерной для истериков логикой: все косные и тупицы, она умнее всех.

При правильном в целом сексуальном развитии в первой половой связи по любви сразу проявились дисгармонические особенности личности: афишировала свои интимные отношения, при всей "страстности" от половых актов получала лишь отвращение, ее влекла только внешняя сторона. Непонимание любовником "красоты и величия любви" при фактически негативном отношении К. к сексуальной стороне связи легко привело к разрыву. Свое "счастье" К. нашла в клубной самодеятельности, где ее "Я" всегда было в центре внимания.

В половом отношении К. фригидна. В половую связь она вступила не из-за возникшего эротического чувства, а ради преклонения перед ее "артистическим талантом", ради внешней стороны, "антуража" (шампанское, душещипательная музыка и т.д.) интимных отношений.

После разрыва К. тяготило отсутствие не полового удовлетворения (как такового она его никогда и не получала), а "красивого спутника жизни". Чтобы удержать своего очередного сожителя К. идет на имитацию яркой сексуальности, несмотря на отвращение и отсутствие положительных эмоций. Фактически фригидность, сочетающаяся с ориентацией на внешние аксессуары сожительства, а не на эротическую сторону отношений с мужчинами, обусловила неправильное половое поведение К., постоянную игру в секс без физиологической потребности в нем. Совершенное деяние тесно связано с таким стилем полового поведения К. Попытка имитировать самоубийство фактически была единственным доступным для нее способом удержать очередного "спутника жизни".

У К. есть достаточно яркие проявления истерического характера (экзальтированность, аффективная лабильность, жажда признания, склонность к гиперболизации, аффективная логика суждений и др.). Однако в целом психическая дисгармония К. не столь глубока, чтобы лишить ее способности отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими.

В целом при судебно-психиатрическом освидетельствовании психопатических личностей определяется тип личностной дисгармонии, а также учитываются выраженность психической незрелости, грубость эмоциональных и волевых расстройств, отсутствие или сохранность критики к своему состоянию, способности корригировать свое поведение, вид и выраженность нарушений социальной адаптации, склонность к частым и заметным декомпенсациям.

Если правонарушение было совершено в период тяжелой декомпенсации или патологической психопатической реакции, то состояние лица, страдающего психопатией, в момент правонарушения может расцениваться как временное расстройство психической деятельности, обусловившее невменяемость. Невменяемыми также могут быть лица с глубокой дисгармонией всего психического склада.

Ключевым судебно-психиатрическим вопросом при психопатиях с половыми расстройствами является мужской гомосексуализм. Это особое отношение определяется не только тем, что гомосексуальные акты (мужеложство) в нашей стране уголовно наказуемы, но и частотой как в популяции (распространенность гомосексуализма среди мужчин варьирует от 1 до 4%), так и в судебно-психиатрической практике. Х. Шварц сообщил, что более чем в 30% судебно-психиатрических экспертиз, проведенных в Грейфсвальде (ГДР), речь шла о сексуальных аномалиях, в частности о гомосексуализме, а из этого числа 53,5% гомосексуальных актов совершались с детьми.

Если судебно-психиатрическое заключение по поводу психопатических личностей с сексуальными перверсиями зависит от глубины психопатии, ее динамических сдвигов, а тяжесть синдрома сексуальных перверсий интимно связана со структурой и выраженностью психопатии, что позволяет их рассматривать в едином синдромокомплексе при определении вменяемости, то вопрос о гомосексуализме значительно сложнее и требует особого рассмотрения.

Этот вопрос специально обсуждался на международных конференциях (в частности, на 3-м симпозиуме в Берлине в сентябре 1964г.). Уголовная ответственность за гомосексуальные акты разная в различных странах (от возбуждения судебного дела до безнаказанности, если гомосексуальный акт не сопровождался принуждением и не проводился с детьми, от признания невменяемости до уменьшенной вменяемости и вменяемости).

Н.И. Фелинская в руководстве по судебной психиатрии по этому поводу писала, что, поскольку "сексуальные извращения не являются врожденными, а развиваются в процессе формирования личности условно-рефлекторным путем", "психопатия формируется и развивается под влиянием условий окружающей среды, неправильного воспитания и пр. Лица, обнаруживающие психопатию, не лишены способности правильно оценивать окружающую действительность и руководить своими поступками, так как у них нет изменений психики, которые бывают у психически больных", "поэтому страдающие психопатией в большинстве случаев признаются вменяемыми и подвергаются общим мерам наказания".

В "Руководстве по судебной психиатрии" сексуальной психопатии отводится лишь один абзац и вновь утверждается, что "извращения не являются врожденными, а развиваются в процессе формирования личности, закрепляясь условно-рефлекторным путем. Дифференцированный подход к разным формам половых извращений даже не обсуждается.

Хотя этиология и патогенез гомосексуализма не выяснены полностью, сводить их только к растлевающему влиянию микросоциальных факторов или дисгармонии темпов полового созревания нельзя. Более того, если иные перверсии у психопатических личностей тесно связаны со структурой психопатии и можно проследить определенную синхронность в их образовании, то гомосексуализм (точнее, не соответствующее паспортным данным о поле сексуальное влечение) может не сопровождаться другими признаками психопатии. Уже такая "моносимптомность" ставит гомосексуализм в иное положение по сравнению с другими сексуальными перверсиями в рамках психопатий.

В отличие от других перверсий при гомосексуализме, особенно с нарушением полового сознания (аутоидентификации), т.е. при осознании своей принадлежности к другому полу, имеются биологические предпосылки, что чрезвычайно важно для судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно нейроэндокринной теории, гомосексуализм предопределяется нарушениями половой дифференцировки мозга в пренатальном периоде, что обусловливает неполноценную маскулинизацию мозга у гомосексуальных мужчин. Нарушение половой дифференцировки мозга приводит к искажению чувствительности гипоталамуса к гормональным воздействиям. Патология пренатального периода влечет за собой и нарушения эндокринного обеспечения сексуальной функции. У лиц с гомосексуальным влечением повышен уровень эстрадиола и связывающих тестостерон глобулинов, а также снижена концентрация свободного тестостерона в крови по сравнению с контрольной группой; основное нарушение заключается в изменении не столько концентрации гормонов, сколько баланса тестостерона и эстрогенов.

Таким образом, нейроэндокринная и эндокринная теории дополняют друг друга. С ними неразрывно связана и генетическая теория гомосексуализма. Высокую конкордантность близнецов по гомосексуализму можно объяснить как общим для них экзогенным фактором в критическом пренатальном периоде, так и генетически фиксированной предрасположенностью к нарушениям половой дифференцировки мозга. Следовательно, имеется биологически детерминированный риск по гомосексуализму - патофизиологическая почва для искажений полового самосознания и полоролевого поведения. На этом основании неправомерно проводить аналогию расстройства влечения, например при дромомании, с расстройством полового влечения у гомосексуалистов, поскольку при гомосексуализме имеется специфическая почва расстройств влечения.

Нет оснований в этих случаях полностью отрицать роль искаженных психологических и других неблагоприятных микросоциальных воздействий в формировании гомосексуализма, особенно при преждевременном психосексуальном развитии ("долевое" участие в котором также во многом определено биологическими, точнее, патобиологическими факторами). Важно, что человек по абсолютно не зависящим от него причинам входит в жизнь с патологическим, болезненным в медицинском и социальном плане, пониманием самого себя, восприятием своих потребностей, с уже сформировавшимися личностными предпосылками своего полового поведения. Г.С. Васильченко пишет: "Гомосексуализм, сформированный на фоне трансформации половой роли в сочетании с преждевременным психосексуальным развитием, затрагивает ядро личности, рано обращает на себя внимание нарушениями полоролевого поведения, сохраняется в течение всей жизни и не поддается терапевтической коррекции". Следует добавить, что такой гомосексуализм не поддается коррекции и социально-принудительными методами.

В специальной работе "Вопрос вменяемости и исправительных мер у сексуальных правонарушителей" психиатры К. Недома и К. Фрейд пишут, что при сексуальных правонарушениях всегда можно предположить ненормальное душевное или сексуальное состояние, ограничивающее свободу мышления. Наказание недейственно у лиц с такими половыми извращениями, и если они представляют в связи с гомосексуальной активностью социальную опасность, то их следует лечить в специальных лечебных учреждениях с применением психотерапии и гормонов.

Трудно предположить, что ужесточение или смягчение (вплоть до полной отмены уголовного преследования за гомосексуальные отношения совершеннолетних мужчин в интимной, т.е. не оскорбляющей общественное мнение, обстановке и при полном обоюдном согласии) юридических категорий уменьшит или увеличит число истинных гомосексуалистов. Чешский психиатр М. Боубал отметил, что после отмены в ЧССР наказания за гомосексуальные действия число гомосексуалистов не увеличилось и их поведение не изменилось.

Не столько судебно-психиатрическое, сколько общеюридическое значение имеет замечание С.С. Корсакова о том, что "превратное половое ощущение является в громадном большинстве случаев постоянной особенностью данного субъекта, хотя способность сдерживать проявления его может в значительной степени колебаться под влиянием различных условий". Можно провести аналогию с сексуально здоровым человеком: он также отличается определенной полом особенностью, он также может сдерживать свои сексуальные потребности, но может и удовлетворять их, и это уголовно не наказуемо, если не связано с насилием или совращением несовершеннолетних. Почему же лицо, имеющее не по своему желанию иную постоянную половую особенность, должно постоянно, всю жизнь его сдерживать, чтобы не заслужить уголовного наказания, хотя оно и не совершает насилия или растления?

Сформировавшаяся личность с устойчивой гомосексуальной направленностью, которая определяет единственно приемлемый способ сексуального удовлетворения, гетеросексуальные акты н психически, и физически не приемлет. Говоря сексологическим языком, они уже противоестественны для таких людей. В этой связи вполне оправданно говорить именно об "ошибке природы", а не о каком-то аморальном, сексуально извращенном (понимая под извращением что-то безнравственное) поведении, которое по существу обусловлено "гомосексуальностью гомосексуалистов", не зависит от принятия или неприятия ими социальных норм и приносит лишь социальные преследования.

Экспертное определение вменяемости психопатических личностей с такими половыми извращениями, по нашему мнению, недостаточно учитывает аргументы сторонников нейроэндокринной, эндокринной, генетической концепций, а также явно не согласуется с мнением авторитетных психиатров, наблюдавших гомосексуальных лиц.

Существует много клинических описаний, не только не подтверждающих условно-рефлекторную концепцию данного вида извращения, но и прямо говорящих о врожденности (т.е. биологической обусловленности) извращения полового влечения. Ограничимся выдержкой из статьи проф. В.М. Тарновского "Извращение полового чувства", опубликованной в "Вестнике психиатрии": "Ребенок с врожденным половым извращением растет и развивается во всех отношениях, по-видимому, правильно. Только половое чувство пробуждается у большинства необыкновенно рано, и по мере приближения к периоду половой зрелости наступает целый ряд ненормальных болезненных уклонений ...Мальчик, например, более стыдится раздеться перед посторонним мужчиной, нежели перед женщиной. Далее, ему нравится находиться в обществе мужчин, получать ласки и поощрения более от мужчин, чем от женщин. Он... "обожает" непременно мужчину, храброго, великодушного, умного или человека с сильно развитыми мышцами и остается совершенно равнодушным к женщинам. Настает, наконец, половая зрелость... До крайней степени возбуждения, оканчивающегося извержением семени, доводит его во сне не образ женщины в соблазнительных позах и движениях, а ласки, объятия и поцелуи мужчин. Представление о женщинах не только не возбуждает его полового влечения, а окончательно убивает всякое вожделение, случайно вызванное. Вид раздетой женщины оставляет его равнодушным... По мере усиления описываемого отклонения половой деятельности начинают выясняться и другие особенности больного организма. Юноша старается быть женственным, любит наряжаться в женское платье... душиться, пудриться, румяниться, подрисовывает брови. Развивается тот противный для мужчин и презираемый женщинами тип женоподобного мужчины, которого нетрудно узнать по внешности..."

С.С. Корсаков писал, что многие из таких лиц с извращенным половым влечением сознают его, говорят, что у них "женская душа в мужском теле", пробуют лечиться. Однако есть и такие гомосексуальные мужчины и женщины, которые считают себя по этому свойству какими-то избранными натурами (своеобразными "эстетами"), способными испытывать тонкие ощущения, недоступные обычным людям, и полагающими, что нормальные половые отношения между мужчиной и женщиной не могут дать переживаемого ими наслаждения.

Э. Блейлер высказал свои взгляды на гомосексуализм тогда, когда еще не было достаточных данных о его биологической обусловленности.

Блейлер писал: "Все гомосексуальные черты обычно проявляются в раннем возрасте. Мальчик любит игры девочек, цепляется за юбку матери, девочка бегает с мальчиками. Раннее половое развитие наблюдается как правило и обычно уже с самого начала и принимает ненормальное направление".

Далее Блейлер, допуская, что, например, фетишизм обязан своим происхождением случайной связи первых половых возбуждений с необычным объектом, утверждает, что "как раз при гомосексуальности аналогичное объяснение потому уже не подходит, что вообще у многих лиц первые половые возбуждения связаны с собственным полом (интернаты), а между тем в дальнейшем они становятся в половом отношении нормальными". По мнению Блейлера, нет достаточного основания считать эту аномалию приобретенной, наоборот, имеется очень много очень серьезных указаний, что существенные корни гомосексуальности лежат во врожденной конституции. При этом автор подчеркивает, что нередко гомосексуальные больные до периода полового созревания сами не подозревают аномалию у себя, пока случай им этого не откроет. Большинство гомосексуальных растет в обстановке, долженствующей внушать им влечение, противоположное их инстинктам, и тем не менее этот инстинкт не меняет своей тенденции; гетеросексуальные, если им даже приходится годами вследствие недостатка в женщинах иметь половое общение с лицами своего пола, рады бывают, если им удается в конце концов опять попасть к женщине.

Единственная гипотеза, как указывает автор, которая в настоящее время наиболее вероятна, состоит в том, что уранизм представляет биологическое явление. Этим можно было бы также до некоторой степени объяснить поразительное явление, что гомосексуальность не вымирает, хотя она в высокой степени препятствует продолжению рода.

Блейлер допускает возможность гормонального лечения (путем пересадки половых желез), но считает, что этот метод еще требует подтверждения. "Пока что приходится приучать больного к мысли, что он должен так или иначе примириться со своей судьбой". Отмечая, что половая сфера урнингов "обычно ненормально возбуждена, а их нервная система реагирует сильнее", Блейлер пишет: "Я знаю таких гомосексуальных, которые дали себя кастрировать и теперь счастливы, что избавлены от борьбы и страха тюрьмы. Однако многие не могут понять, что они должны отказаться от той радости жизни, которую остальное человечество так высоко ценит".

Останавливаясь на вопросах правового законодательства в тех странах, где гомосексуализм уголовно преследуется, Блейлер считает, что его следует "с врачебной точки зрения признать несправедливым. Оно непоследовательно, недостойно и - что в моих глазах является наибольшим недостатком - совершенно бесполезно, а вместе с тем приносит и вред людям с нормальной половой сферой (поощряя выслеживание половых отношений) и тем выращивает гораздо большее зло, а именно вымогательство. Закон должен быть направлен лишь против совращения..."

Учитывая накопленные к настоящему времени данные о патобиологической (в широком смысле слова) основе гомосексуализма, следует признать, что все основные положения Блейлера относительно гомосексуализма как в медицинском, так и в судебно-психиатрическом и правовом аспектах не находят убедительных возражений.

Наряду с гомосексуалистами, у которых имеется болезненное извращение половой направленности, существуют лица с псевдоперверсиями, с достаточно выраженной гетеросексуальной направленностью, которые прибегают к гомосексуальным актам по причинам половой распущенности. Необходимость дифференцированного судебно-психиатрического подхода к таким лицам очевидна. В основу его в первую очередь должна быть положена реальная выраженность гетеро-гомосексуальной направленности.

Эта направленность очень различна. А. Кинзи с сотр. построили наглядную схему параметров гетеро-гомосексуальной направленности. В этой схеме представлена шкала рангов гетеро-гомосексуальной направленности, в которой от абсолютной гетеросексуальности (нулевой ранг) до абсолютной гомосексуальности (6-й ранг) представлены следующие переходные ранги: 1 - преобладающая гетеросексуальная направленность со случайными гомосексуальными проявлениями; 2 - преобладающая гетеросексуальная направленность с более чем случайными гомосексуальными проявлениями; 3 - эквисексуальная направленность; 4 - преобладающая гомосексуальная направленность с более чем случайными гетеросексуальными проявлениями; 5 - преобладающая гомосексуальная направленность со случайными гетеросексуальными проявлениями.

В этой связи для определения, соответствует ли выраженность психической дисгармонии критериям невменяемости, нужно рассматривать глубину психопатии как проявление общей психической дисгармонии личности и выраженность сексуальной патологии как извращение полоролевой ориентации. При этом могут быть следующие варианты:

1) глубина психопатии незначительна, отклонения в шкале гетеро-гомосексуальной направленности на уровне 1-2-го ранга (по Кинзи) - вменяемость;

2) глубина психопатии незначительна, отклонение сексуальной направленности по 5-6-му рангам - невменяемость;

3) глубина психопатии "пограничная" и отклонения в сторону гомосексуальности от 3-го до 6-го ранга - невменяемость;

4) глубина психопатии "пограничная", гомосексуальная направленность соответствует 1-2-му рангам - вменяемость;

5) глубокая психопатия - невменяемость, определяется по выраженности общей психической дисгармонии, даже если перверсии не сочетаются с нарушением полоролевой ориентации, отклонением сексуальной направленности, а в случаях сочетаний с последними - тем более невменяемость по четвертому признаку медицинского критерия невменяемости ("иные болезненные состояния").

Такой дифференцированный подход основан на том, что чем глубже дисгармония психопатической личности, тем труднее ей сопротивляться гомосексуальным тенденциям; кроме того, большее отклонение от нормы в сексуальной направленности требует больших личностных ресурсов для предотвращения ее реализации.

В случаях сочетания гомосексуализма с другими перверсиями им должна отводиться второстепенная роль, сами по себе они не могут быть предметом экспертного анализа без учета остальной психопатической структуры. Только биологически обусловленное нарушение гетеро-гомосексуальной направленности может рассматриваться как причина неправильного полового поведения. Здесь допустимо следующее сопоставление: как лица с гетеросексуальностью, оставаясь биологически полноценными мужчинами, могут допускать те или иные перверсные акты и должны отвечать за уголовно наказуемые сексуальные действия, так и лица, у которых гомосексуальность входит в ядро личности, могут иметь иные парафилии и должны признаваться невменяемыми, если парафилии имеют прямую причинно-следственную связь с этим ядром личности.

Отмеченный подход в значительной мере применим не только к психопатиям с гомосексуальностью, но и к гомосексуальности в виде моносимптома и к психопатиям с другими парафилиями.

По существу множество вариантов перверсий наблюдается лишь в средних рангах по Кинзи: при абсолютной гетеросексуальности и при абсолютной гомосексуальности будет или норма, или полное извращение (изменение) полоролевой функции. В последних случаях человек совершает гетеросексуальный акт, исходя как из физиологической потребности, так и из субъективной, но независимой от его воли и желаний сексуальной ориентации на соответствующий паспорту пол. Мотивация, волевая организация деятельности здесь патологичны, имеет место единство медицинского и юридического критериев невменяемости.

Кроме отчетливых перверсий, существуют перверсные тенденции, пограничные с нормальной сексуальностью. Эта закономерность находит частное подтверждение в том, что, например, элементы садизма присутствуют в сексуальном поведении очень многих нормальных мужчин и в нормальном половом акте достаточно четко выступают определенные мазохистические черты поведения женщины.

Для сексопатолога и судебного психиатра вследствие того что сексуальные проявления сочетаются между собой в самых неожиданных комбинациях, их оценка оказывается значительно более сложной, чем это может показаться при ознакомлении с номенклатурными схемами.

В этих случаях некоторым подспорьем могут служить выраженность того или иного проявления, а также место, занимаемое этим проявлением в структуре копулятивного цикла и во всем половом поведении. В качестве примера Г.С. Васильченко рассматривает орально-генитальные контакты. Если они применяются на стадии предварительных ласк и укладываются в диапазон приемлемости обоих партнеров, то их можно расценивать как рафинированную форму подготовительной стадии и соответственно как вариант нормы. Если те же орально-генитальные контакты хотя бы в малейшей степени неприятны одному из партнеров, то они станут отклонением, чреватым невротизацией. Наконец, если орально-генитальные действия при резко отрицательной установке все же проводятся одним из партнеров как средство морального и физического унижения и насилия над личностью другого партнера и вытесняют или замещают половой акт, то они становятся перверсией садо-мазохистского круга.

В.В. Мохов отметил, что полиморфизм перверсий, их устойчивое и причудливое сочетание чаще встречаются при "ядерных" психопатиях; так, более глубокое расстройство сексуального влечения формируется у более глубоко психопатических личностей. Хотя автор не учитывает рангов гетеросексуальной направленности, он отмечает, что судебно-психиатрическая оценка глубоко психопатических личностей с перверсиями должна быть ориентирована в сторону невменяемости.

Следовательно, в "шкале" от вменяемости к невменяемости должны учитываться выраженность психопатии, которая обычно при углублении сопровождается расширением круга перверсий, а также ранги нарушения сексуальной направленности (по Кинзи), т.е. полоролевой ориентации, при которой от абсолютной гетеросексуальности до абсолютной гомосексуальности максимально широкий спектр имеется в средних рангах, расширяясь от 1-го к 3-му и сужаясь от 3-го к 6-му. В соответствии с этим вместо тяжести собственно психопатии первостепенное значение приобретает выраженность нарушений полоролевой ориентации. При этом сама выраженность психопатии может давать основание к экскульпации, однако основным аргументом для признания невменяемости остается болезненно нарушенная полоролевая ориентация.

Невменяемые психопатические личности с половыми извращениями подлежат принудительному лечению. Медикаментозное лечение, психотерапия и трудотерапия в известной степени сглаживают личностную дисгармонию и тогда принудительное лечение может быть прекращено.

Сложнее дело обстоит с синдромом половых извращений. По мнению В.В. Мохова, изменение микросоциальных условий, постарение и другие привходящие социальные и биологические факторы могут привести к редукции половых извращений и как следствие к прекращению принудительного лечения. У гомосексуалистов с извращением половых функций терапия гормональными препаратами при принудительном лечении по понятным причинам не проводится, а нейролептики лишь временно снижают половую возбудимость. Добиться изменения полоролевой направленности в условиях принудительного лечения не удавалось, и сообщений об этом нет. Эти лица нередко с высоким интеллектом и тонкой чувствительностью тяготятся принудительным лечением, особенно в психиатрических больницах специального типа.

Травмирует также и неэффективность лечения. Сохраняя манеры, свойственные представителям противоположного пола, они нередко подвергаются сексуальной агрессии со стороны истинно психически больных или психопатических лиц с псевдоперверсиями.

С деонтологической точки зрения дальнейшее их пребывание на принудительном лечении не выдерживает критики. Однако после выписки из больницы такие лица с "абсолютной гомосексуальной направленностью" вновь будут искать гомосексуального партнера и вновь будут привлечены к уголовной ответственности.

Вменяемые психопатические личности с расстройствами сексуального влечения должны находиться под наблюдением психиатра и при ухудшении состояния помещаться на лечение в психиатрическую больницу мест лишения свободы.

После купирования декомпенсации в больнице в местах лишения свободы психопатические личности продолжают отбывать наказание.

В местах лишения свободы многие психопатические личности с гомосексуальной направленностью, о чем достаточно ясно говорят их физический облик и манера поведения, также подвергаются сексуальной агрессии антисоциальных элементов с псевдоперверсиями или просто при половой распущенности с транзиторными, заместительными парафилиями. Эти гомосексуалисты оказываются нередко в крайне психотравмирующих условиях, они не только становятся жертвами гомосексуальных изнасилований, но и выделяются заключенными из общей среды, получают соответствующие клички (например, "опущенные"), подвергаются насмешкам, издевательствам и многим другим моральным и физическим притеснениям.

Отмеченные особенности психопатических личностей с гомосексуальной направленностью определяют необходимость разработки инструктивных материалов, регламентирующих их содержание в местах лишения свободы, предусматривающих реально осуществимые меры, направленные на коррекцию их сексуально неправильного поведения.

Нохуров А. Нарушения сексуального поведения. - М., 1988, с. 137-171.

 

Игорь КОН

СЕКС ВДАЛИ ОТ ДОМА

Сколько проституток в нашей стране? Неизвестно, ясно лишь, что их немало, как правило, это женщины до 30 лет, три четверти имеют среднее или высшее образование, большинство где-то работают или работали раньше. Проститутки содержат не только себя, но и тот многочисленный "штат", от которого зависят: швейцаров и администраторов гостиниц, таксистов, иногда милиционеров... Профессиональные проститутки тесно связаны с теневой экономикой и организованной преступностью, которая самовластно распоряжается их судьбами.

Как и в других странах, наши проститутки социально неоднородны. Высший слой, элита - это "интердевочки", "путаны", работающие только за валюту, тщательно выбирающие клиентов, проводящие время в дорогих ресторанах, отдыхающие на шикарных курортах. Такой стиль жизни требует соответствующих внешних данных, связей и профессиональной квалификации. Для второй, значительно более многочисленной категории все это недоступно. Они обслуживают случайных клиентов и, хотя рискуют гораздо больше, зарабатывают неизмеримо меньше, в самом низу этой группы - опустившиеся, спившиеся женщины, околачивающиеся по вокзалам и подворотням.

Столь же различна и психология этих женщин. Одни ведут себя вызывающе, доказывают свою необходимость, утонченность, другие оправдываются, уверяя, что они хорошие жены и матери, а это - побочный приработок.

Обыденное сознание различает проституток, работающих из-за денег, и шлюх, которые спят с кем попало ради удовольствия или от равнодушия. Это различие в общем-то существует. Большинство проституток, опрошенных московским венерологом В.С. Мыскиным, сказали, что не получают удовлетворения от сексуальной близости, многие даже испытывают к ней отвращение. Распущенность вырабатывает сексуальное безразличие, позволяет легко преодолеть морально-психологический барьер, отделяющий связь "ради удовольствия" и "просто за компанию" от продажи себя за деньги.

Поскольку спрос рождает предложение, главный вопрос заключается в том, какие именно сексуальные и иные потребности она удовлетворяет. Вот несколько основных мотивов.

* Проституция упрощает и ускоряет сексуальное сближение, избавляя мужчину от необходимости ухаживать, соблюдать какие-то ритуалы, вести переговоры, опасаясь, что дело может все же сорваться. В принципе любовная игра, даже если это просто флирт или "охота", сама по себе доставляет огромное удовольствие. Но есть мужчины, которых она не интересует или которые не умеют ее вести, боясь потерпеть фиаско, для них важен именно результат, поэтому проститутка, которая не должна сказать "нет", - идеальный вариант.

* Связь с проституткой избавляет мужчину от ответственности, как социальной, на случай беременности, так и эмоциональной. Нормальная сексуальная близость, даже случайная, без любви, предполагает какую-то личную, эмоциональную вовлеченность, заботу о партнере. Недаром мы называем половые отношения интимными. Однако некоторые мужчины к этому не способны. При нормальных, равноправных отношениях с женщиной они чувствуют себя неполноценными. Таким людям нужен именно отчужденный, анонимный секс, свободный не только от всяких обязательств, но и от интимности.

* Проституция привлекает мужчин экзотическим разнообразием, возможностью приобретения нового опыта. "Порядочные женщины", особенно воспитанные в ханжеском, антисексуальном духе, часто не дают себе труда позаботиться об эротической технике, о приемах возбуждения. Поэтому они быстро надоедают, приедаются. Профессиональная же проститутка обязана совершенствовать свою технику, она не только учит своих клиентов, но и сама постоянно учится у них. Кроме того, она делает то, что клиент хочет.

* Сексуальные желания многих мужчин содержат нечто странное, не вполне обычное. Признаться в этом жене или любовнице стыдно, а с проституткой все можно, и никто об этом не узнает. До тех пор, пока секс считается грязным, "плохие" женщины всегда будут для некоторых мужчин соблазнительнее "хороших".

* Существует и проблема возраста. Стареющих мужчин, после 50 лет, интересуют молодые женщины, но их собственная привлекательность с возрастом уменьшается. Власть, богатство и престиж вполне способны компенсировать это. Ну, а тем, у кого ни власти, ни денег, ни престижа нет, приходится довольствоваться законным браком. Или обращаться к проституткам.

* Нередко мужчина ищет в проститутке не только сексуального партнера, но и собеседницу, которой он может излить свои обиды, изобразить из себя более значительного человека, чем он есть. Не всегда жена и близкие позволяют ему это, а наемная женщина, если она действительно профессионалка, будет терпеливо слушать и даже изображать сочувствие.

Проституция - это секс вдали от дома. Недаром она процветает в больших городах. Самые частые клиенты проституток - приезжие и командированные, которые чувствуют себя одинокими и неухоженными.

Проституция - последнее убежище для несчастных, уродливых, больных, тех, кто считает, что не может привлечь женщину иначе как за деньги. Осмелится ли кто-нибудь бросить в такого человека камень?

До сих пор я говорил о женской проституции. Но существует, и всегда была, проституция мужская. Мужчин, которые обслуживают женщин, называют французским словом "жиголо" (gigolo), буквально: парнишка или платный танцор в дансинге, а тех, кто имеет мужскую клиентуру, - американским словом "хаслер" (hustler), буквально: энергичный человек, но также человек, живущий за счет какого-то нелегального промысла; to hustler - значит также "просить, клянчить". В последние годы на Западе, да и у нас, в проституции подвизается все больше мужчин-трансвеститов, переодевающихся в женское платье, усваивающих женские манеры. По своим социально-психологическим параметрам мужская проституция столь же многообразна, как женская.

Вообще проституция имеет достаточно глубокие социальные, психологические и сексуальные причины и функции. Столь же очевидны и ее отрицательные стороны. Во-первых, она угрожает здоровью населения, будучи рассадником венерических заболеваний, а в последние годы - еще и СПИДа. Во-вторых, она покоится на угнетении женщин, вынужденных торговать собой. В-третьих, как всякий коммерческий секс, она безнравственна. В-четвертых, она тесно связана с преступным миром. В-пятых, несмотря ни на какие запреты, в нее вовлекаются несовершеннолетние (по оценке американских социологов, проституцией занимаются 2,4 миллиона подростков обоего пола), а это очень страшно.

Поэтому во все времена, начиная с глубокой древности, люди думали, как уничтожить или хотя бы ограничить распространение проституции. Но сделать это крайне трудно.

Прежде всего нужно четко различать причины и следствия. Проституция вообще, а подростковая проституция в особенности, неотделима от таких социальных условий, как бедность, безработица, бездомность. Не уничтожив их, устранить проституцию нельзя.

Существует несколько вариантов социальной политики.

* Запрет и полное искоренение проституции с помощью правовых и административных мер. Эта стратегия заведомо неэффективна, часто дает противоположный результат. При всей неприглядности проституции в некоторых случаях она способствует уменьшению числа сексуальных преступлений, например, изнасилований. Так, в Дании после легализации проституток число зарегистрированных изнасилований снизилось на 70 процентов. А вот в Австралии, после того как проституция там была запрещена, количество изнасилований выросло на 149 процентов. Контроль за соблюдением законов против проституции стоит очень дорого, кроме того, неизбежно возникает множество злоупотреблений со стороны правоохранительных органов.

* Стремление ограничить распространение проституции. Например, это занятие разрешается в одних районах города, но запрещается в других. Или запрещается только детская проституция, или правоохранительные органы время от времени проводят облавы на проституток. Однако в поле зрения обычно попадают только некоторые злачные места, да и штрафом мало кого испугаешь.

* Борьба с проституцией путем систематического воспитания и просвещения. Это абсолютно необходимо, но тоже не панацея. Прежде всего, как на Западе, так и у нас, воспитательную работу часто заменяют крикливые истерические кампании. Кроме массового озлобления, это ничего не дает. Кстати, у нас дело с этим обстоит даже хуже, чем на Западе. Там проститутки, в общем-то, соблюдают технику безопасности, отказываются работать без презервативов. Советские же проститутки надеются на авось.

Короче говоря, простых и радикальных средств против проституции пока нет. Учитывая неэффективность административных мер, многие зарубежные ученые предлагают стать на путь легализации или декриминализации проституток. Легализация означает юридическое признание этого занятия как законного вида деятельности, регулируемого и охраняемого законом, с обязательной выдачей лицензий, уплатой налогов. Такая система существует, например в Великобритании, в ФРГ, Швеции. Декриминализания же предполагает, что проституция не запрещается и не карается, но и не признается законом.

С точки зрения логики, первый путь предпочтительнее, так как он облегчает медико-санитарный контроль, избавляет проституток от шантажа и вымогательств. И даже дает государству определенные финансовые выгоды. Но насколько это совместимо с нравственным сознанием?

Видимо, споры об этом будут продолжаться...

Кон И. Секс вдали от дома. - Еженедельник "Неделя", 1991, No 40, с. 18.

 

Адольф ГУГГЕНБЮЛЬ-КРЕЙГ

ВАСИЛИСК, ИЛИ РАСКРЕПОЩЕННАЯ СЕКСУАЛЬНОСТЬ

© Перевод Сергея Панкова.

"Сексуальность - это нечто абсолютно естественное".

Из научно-популярной статьи, 1986 г.

 

В рамках психологии юнгианского направления психологическая реальность описывается не только понятиями, но и образами, например, Василиска, сказочного чудовища, символизирующего сладострастие и похоть.

Слово василиск происходит от греческого - "basiliscos", которое имеет два значения - королевич и петух с золотым гребнем. Впервые он упоминается в псалме 91, стих 13, который на вульгарной латыни звучит так: "На аспида (змея - А.Г.-К.) и василиска наступишь". Василиск - весьма своеобразный, вымышленный зверь с головой петуха, туловищем жабы, хвостом змеи и короной на голове, убивавший одним взглядом. Он вылупился из яйца, в котором не было желтка. Снес это яйцо петух, а высидела жаба на навозной куче. У василиска было три хвоста, глаза его сверкали и, по некоторым сведениям, смертоносным было даже его дыхание. Приблизиться к нему можно было лишь под защитой зеркала. Единственное животное, способное противостоять василиску, - ласка, которая приближается к нему и тотчас отпрыгивает, нападает на него то с одной, то с другой стороны, используя любую возможность и рассчитывая каждое движение.

На средневековой латыни сладострастие именовалось "Luxuria" и изображалось в виде существа, сидящего верхом на дикой свинье, с венком из роз на голове и со щитом в руке, украшенным образом василиска. Но чаще всего символом сладострастия и похоти оказывался сам василиск. Он опасен, загадочен, непонятен, его нельзя отнести ни к какому известному виду животных. На мой взгляд, такое существо идеально подходит для образного изображения сексуальности.

Приведу несколько примеров деятельности этого волшебного зверя. Супружеская чета, прожившая вместе тридцать лет, - ему пятьдесят восемь, а ей пятьдесят три, - наслаждается счастливой и разнообразной сексуальной жизнью. Тридцатипятилетняя служащая крупной фирмы переживает во время средиземноморского круиза захватывающее, дионисийское, чисто сексуальное приключение с морским офицером. Таковы положительные стороны василиска. Поговорим о причиняемых им неприятностях, взяв в качестве примера случай из газетной хроники. Например, в Соединенных Штатах Америки проходили выборы нового главы Верховного суда. Полномочия главного судьи государства поистине огромны: он не только следит за соблюдением законов и правосудия, но и определяет конституционность указов президента, являясь в высочайшем смысле этого слова политической совестью Америки. Президент Буш выдвинул на этот пост кандидатуру чернокожего Кларенса Томаса; он зарекомендовал себя человеком консервативным, строптивым, поэтому у него было много противников. Поначалу ситуация складывалась для него успешно, но в последний момент откуда-то появилась тридцатичетырехлетняя чернокожая дама, профессор, сообщившая порочащую Томаса информацию. Впрочем, впоследствии она призналась, что ее вынудили сделать это сообщение, поскольку она не хотела разглашать свои тайны широкой общественности. Она рассказала, что около десяти лет назад Томас был ее начальником и донимал ее непристойностями, скабрезными шутками, сексуальными намеками, которые были ей крайне неприятны. Так, он подчеркивал величину своего полового органа, называя его "длинная кувалда", в шутку предлагал ей заняться групповым сексом или чем-нибудь другим в том же роде. Данная информация уничтожила любые шансы Томаса на победу в выборах. Хотя он и отрицал подобные действия по отношению к своей тогдашней секретарше, она стояла на своем.

История эта весьма показательна вне зависимости от того, справедливы или нет были предъявленные Томасу обвинения. Получить пост верховного судьи Соединенных Штатов непросто, поскольку претендентов на него достаточно. Это дело всей жизни, обеспечивающее авторитет и большие заработки, не говоря уже о социальном престиже. Кларенс Томас был и, надо полагать, остается честолюбивым мужчиной. Таким он был и тогда, когда произошла история с секретаршей. Все свои силы он отдавал карьере. То обстоятельство, что интеллигентный, честолюбивый мужчина подвергал риску свое будущее только для того, чтобы удовлетворить свою потребность в скабрезных шутках, кажется мне достаточно странным. Готовность властного и умного человека пойти на поводу у своих влечений, поставив на карту все, свидетельствует о необычайной привлекательности василиска.

Существуют и зловещие аспекты раскрепощенной сексуальности. В Цюрихе и других крупных европейских городах остро стоит проблема лиц, не желающих пользоваться презервативами во время половых контактов с проститутками. Профессиональные проститутки не соглашаются, как правило, на это, поэтому мужчины находят наркоманок, согласных на все, лишь бы заработать деньги на очередную дозу наркотика. Не трудно представить, какому риску подвергают подобные мужчины себя, своих жен и семьи, стремясь к достижению мимолетного полового удовлетворения, ведь многие из таких девушек инфицированы вирусом СПИДа и другими венерическими заболеваниями.

Неприятие сексуальности и стремление одолеть василиска насчитывают вековую историю. Христианство положило начало травле этого зверя, по крайней мере, в пределах Европы. Борьба велась очень энергично. Одним из ее методов было включение сладострастия в число семи смертных грехов, а именно гордыня, зависть, гнев, уныние, скупость, алчность и сладострастие, похоть. Один из отцов церкви, Гуго Св. Виктор, поставил luxuria на первое место в этом списке. Если человек умрет, не исповедовавшись в семи смертных грехах, он попадет в ад. Таким образом, церковь боролась с василиском, насаждая страх, стремясь контролировать сладострастие даже в пределах законного супружества. В Средние века были официально запрещены любые половые контакты вне брака, хотя запрет вряд ли соблюдался. Но церковь не останавливалась и на этом: даже муж и жена не имели права на сексуальные отношения по воскресным дням и в период церковных праздников, то есть в течение ста шестидесяти дней в году. Не будет ошибкой предположить, что лишь святоши придерживались таких строгих правил.

Ханжество в половых вопросах и радикальную борьбу с василиском часто вменяют в вину деятелям Реформации, поскольку они не только выдвигали значительные ограничения в сексуальности, но и сами выступали в качестве образца для подражания. Это не совсем верно. Например, строгий пастырь Ульрих Цвингли из Цюриха, которого можно поставить в один ряд с такими выдающимися деятелями Реформации, как Кальвин и Лютер, вынужден был отвечать на многочисленные обвинения в распутстве, которому он был подвержен в юности, следующим образом: "Я не отрицаю, что вступил в связь с очень многими женщинами, но я никогда не покушался на честь девственницы и не осквернял ложе замужней особы". Когда же на цюрихском соборе, посвятившем Цвингли в сан священника, его попросили подтвердить или опровергнуть слухи о том, что, будучи пастором в одном из приходов, он зачал ребенка, Цвингли ответил: "Да, но она же была так прекрасна". Во времена английской королевы Виктории василиску досталось больше, чем когда бы то ни было. Однако попытка обуздать устрашающую бестию не увенчалась успехом, поскольку сексуальная жизнь викторианской Европы была беспрецедентно кипучей и деятельной; процветали бордели, порнография, были в моде внебрачные связи. Тайная жизнь бурлила за фасадом официальной пуританской морали.

Попытки обуздать василиска не прекращаются до настоящего времени. В частности, некоторые католические богословы одобряют сексуальность лишь в рамках супружеских отношений и только в том случае, когда речь идет о зачатии ребенка. Никто не отрицает связь сексуальности с размножением, однако зависимость эта невелика, и на 99% сексуальная жизнь самодостаточна. Имеются в виду не только непосредственный половой акт, но и сексуальные фантазии, сновидения и мастурбация. Проследив жизнь обычного человека от колыбели до смертного одра, можно убедиться, что большая часть его сексуальной жизни протекает в воображении, и даже собственно половая активность не направлена на зачатие. Правомерно было бы полагать, что половая сфера животных ориентирована исключительно на размножение, но и это предположение может показаться натянутым, если вспомнить о прекрасных, захватывающих и самоценных брачных ритуалах у животных, например, у павлина, которые вряд ли объясняются примитивными уловками природы.

Передовые богословы не смешивают понятия сексуальности и размножения, но и они продолжают борьбу с василиском, поскольку, поощряемые психологами, утверждают, что сексуальность должна являться функциональным элементом теплых человеческих отношений, результатом взаимной симпатии между мужчиной и женщиной. В том случае, если сексуальность представляет собой зримое выражение любви, она - прекрасна и допустима с моральной точки зрения. Раскрепощенная, свободная сексуальность, иными словами, похоть, luxuria, василиск, считается удручающим, неприемлемым феноменом, типичным выражением мужской брутальности, проявлением низменности натуры. Сторонники этой точки зрения получили неожиданную поддержку со стороны феминисток, полагающих, что мужчины используют женщин в качестве сексуального объекта и прекрасно обходятся безо всяких человеческих отношений.

Однако не случается ли так, что женщины тоже рассматривают мужчин исключительно в качестве сексуального объекта, хотя бы в воображении? Сейчас очень остро стоит проблема сексуальных домогательств, наподобие тех, в которых обвиняли Кларенса Томаса. Женщины защищают свои права. Но на мой взгляд, наступление ведется в неверном направлении. Речь идет отнюдь не о том, чтобы мужчины прекратили унижать дам скабрезными высказываниями и намеками, а о смелой попытке женщин отказаться от пассивной роли, навязанной им культурой, о чем писала, в частности, известная швейцарская феминистка Ирис фон Ротен в книге "Женщины в детском манеже" тридцать лет назад. Сексуальность как функциональная часть отношений - понятие слишком узкое, тем более что фантазии такого рода не требуют от мечтателя особой активности и бывают, как правило, направлены на незнакомого партнера, реальная связь с которым вряд ли возможна. Поэтому сексуальность может и созидать, и разрушать брак.

Фрейд сделал радикальную и грандиозную попытку интеграции образа василиска, объяснив сексуальность в рамках понятия либидо, энергии, побуждающей человека на определенные действия. Все поступки, фантазии, желания, произведения индивида Фрейд трактует как результат сублимации полового влечения. Личности приходится постоянно сдерживать их натиск, но подчас эго и супер-эго бывают буквально сметены демоническими силами. Теория Фрейда объясняет, почему все попытки обуздать сексуальность терпят крах. К счастью, подобные влечения - не единственный источник психической энергии. Экстравагантная теория Фрейда несомненно интересна, но не обоснована с феноменологической точки зрения. Прибегая к старой, общеизвестной аргументации, можно, например, усомниться в том, что полотна Тициана или Пикассо есть выражение анального эротизма, сублимированного желания нанести свои экскременты на стену, а фуга Баха - следствие неутоленного полового влечения. Фрейд наивно полагал, что произведение искусства является зеркалом души художника, между тем, до сих пор неясно, что вообще такое искусство.

Юнг не разделял мнение Фрейда о доминирующей роли сексуальности, предположив, что существует универсальная психическая энергия, которая может наплавляться в различные русла, питая среди прочего и сексуальность. Таким образом, образ василиска потерял свою самодостаточность и перестал восприниматься изолированно. Согласно Юнгу, разнообразные сексуальные действия, сновидения, фантазии и т.д. представляют собой не что иное, как интенсивно переживаемые символы духовного совершенствования человечества, поиска себя и индивидуации. Важнейшей предпосылкой этого является способность к плюрализму, совмещению психологических антиподов, которое может происходить всевозможными способами, сознательно и бессознательно, через добро и зло, путем переживания женского и мужского начал. Коньюнкция, mysterium conjunctionis, как ее именовали алхимики, иными словами, таинство связи, слияния противоположностей реализуется в интенсивных сексуальных действиях, фантазиях и сновидениях, которые не обязательно связаны с теплыми, чувственными отношениями, а нередко проявляются в виде раскрепощенной сексуальности. Полные любовных излияний песнопения монахини из Тесталя, обращенные к Иисусу Христу, не следует интерпретировать как сублимированное выражение сексуальности, которая является излюбленным символом конъюнкции. Ведь даже упование на Бога нередко выражается в сексуальных образах.

Любовная лирика персидского поэта Хафиза - это не симптом половой фрустрации престарелого господина, а свидетельство мистического переживания Бога, осознания его присутствия в сексуальной сфере. То же самое относится и к Песне Песней, и к романам Генри Миллера, и к популярным шлягерам, неизменно преподносящим публике одну безыскусную истину: "Я тебя люблю". В последних находят свое выражение отнюдь не биологически обусловленные половые влечения молодых людей, а их тяга к духовному совершенствованию, индивидуации и конъюнкции. Юнг подчеркивал, что путь к духовной зрелости пролегает через столкновение с тенью, деструктивным началом, внутренним убийцей и самоубийцей. В этом контексте садизм и мазохизм представляют собой медиуматическое переживание феномена тени. Мазохизм, абсолютно непродуктивное с биологической точки зрения удовольствие от причиняемых мучений, отражает приятие личностью разрушительных и неизбежных для человека страданий, наиболее яркое выражение которых - суицидные тенденции. Садизм - это реализация образа внутреннего убийцы и мучителя. Оба феномена, гораздо чаще переживаемые в воображении, чем наяву, - впечатляющие символы индивидуации. Но даже, казалось бы, исчерпывающее объяснение, которое дает феномену сексуальности, в том числе раскрепощенной, психология Юнга, интерпретируя ее как символ духовного совершенствования, оставляет открытыми многие волнующие нас вопросы. Василиск снова поднимает голову, заявляя о своей демонической самодостаточности и неуязвимости. Обсессивная монотонность большинства сексуальных фантазий и реальных переживаний не позволяет говорить только о символике индивидуации. Сексуальность бывает подчас чересчур разрушительной и бездушной.

Влияние василиска столь огромно, что даже его отсутствие настораживает. Равнодушие или слабо выраженный интерес к половой жизни интерпретируется многими современными психологами, находящимися под влиянием теории Фрейда, как результат невротического развития. Возьму на себя смелость предположить, что по крайней мере пятая часть человечества равнодушно относится к сексуальности, несмотря на то, что эти люди вступают в половые контакты и желают иметь детей. Психология часто не принимает в расчет данное обстоятельство или же отделывается ссылками на вытеснение. Но ведь существуют люди, не обладающие ни музыкальным слухом, ни вкусом. Однажды доктор Сэмюэл Джонсон сказал: "Музыка - это единственный звук, который не в силах меня взволновать". Сексуальность тоже может оказаться неспособной взволновать человека. Никому ведь не придет в голову объявлять того, кто не интересуется музыкой, невротиком, тем более что вопреки мнению некоторых музыкальных педагогов, полагающих, что людей, полностью лишенных слуха, не бывает, таковые встречаются в жизни не так уж редко, скажем, не реже, чем люди, равнодушные к сексу.

Нежелание признать естественность подобного равнодушия - свидетельство силы Василиска, который, по мнению большинства, должен присутствовать повсюду. В последнее время, к счастью, отказались от идеи перевоспитания гомосексуалистов в гетеросексуалистов, но не теряют надежды пробудить интерес к сексуальности у равнодушных к ней личностей. Если двадцатипятилетняя девушка или молодой человек не проявляют живейшего интереса к половым вопросам и не имели сексуальных контактов, то психолог начинает озадаченно потирать лоб, а психиатр подозревает серьезное психическое расстройство, функциональную травму, связанную со злой матерью, опытом инцеста и т.д. Перверсии имеют право на существование, но равнодушию к сексу в этом праве отказано. Католическая церковь проявляет большую терпимость в этом вопросе, поскольку имеет в своем арсенале образ Святого семейства и, в частности, кроткого Иосифа. Упрекнуть священников можно лишь в том, что они ошибочно полагают, будто подобное отношение к сексуальности автоматически ведет человека в лоно церкви.

После первой мировой войны появилась мода на уподобление полового влечения примитивным биологическим потребностям, наподобие голода и жажды. Однако и такой подход ничего не дает исследователю. Возникает впечатление, что ни попытка ограничить сексуальность сферой размножения и супружеских отношений, ни радикальный проект Фрейда представить данный феномен в качестве источника жизненной энергии, ни эстетская, элегантная и фундаментальная версия Юнга, согласно которой половое влечение - символ индивидуации, не дают исчерпывающий ответ на интересующий нас вопрос. Василиск неуязвим.

Быть может, еще не пришло время для понимания данного феномена? Быть может, он не будет понят и взят под контроль никогда? Если так, то к сексуальности не приложимы никакие нормы, т.к. не может быть нормальной и ненормальной сексуальности или какой-то особой половой морали. Здесь действует мораль общечеловеческая, гласящая, что человек не должен причинять вред ни себе, ни своему ближнему, что люди должны относиться друг к другу с любовью и терпимостью.

Не лучше ли терапевтам, педагогам и общественным деятелям признать факт того, что в человеческой душе кроются необъяснимые силы? За последние сто лет героическое начало человеческого эго все более искушает индивида на диктат над душой. Современная психология превращается в психологию эго, в рамках которой идет речь о сильном и слабом эго и ставится задача его укрепления. Тому, кто придерживается такого мнения, не по душе неуязвимость василиска, с успехом противостоящего всем атакам со стороны личности. Пришло время понять, что данный феномен не подлежит ни интеграции, ни толкованию, ни феноменологическому описанию. Сексуальность просто существует, бывает выражена сильнее или слабее, принимает то одну, то другую форму. Некоторые люди подвержены мощному половому влечению, другие - реализуют таким образом нежность к любимому человеку, иным - секс только мешает теплым отношениям.

Сексуальность может подстерегать нас там, где мы меньше всего ожидаем ее встретить; она способна и докучать, и радовать. Она прекрасна и ужасна, демонична и возвышенна, во всем подобна василиску. Не пришла ли пора вспомнить, что единственное существо, способное противостоять волшебному зверю, - ласка, которая действует исключительно практично, избегая прямого столкновения и отказавшись от мысли покорить василиска? Предъявлять этому мистическому животному моральные требования бессмысленно. Необходимо задать себе вопрос: какие преимущества принесет человеку прагматичный, свободный от пут морали и нравственности подход к василиску? Огромное количество душевной энергии тратится сейчас на усилия по интеграции и подавлению сексуальности, на попытки понять ее психодинамически, подогнать под существующие нормы морали и согласовать с социальными условиями.

Морализаторство, утилитарное отношение к половому влечению как к инстинкту размножения, романтические попытки интерпретировать сексуальность как функциональный элемент межличностных отношений, идеи порабощения данного начала человеческим эго или супер-эго и символическое толкование сексуальности - все это в результате приводит к самобичеванию, чувству вины и бессилия, за исключением тех нередких случаев, когда мыслитель просто развлекается отвлеченным умствованием. Рано или поздно исследователь приходит к невеселому выводу о том, что все мы далеко не ангелы, а скорее существа в моральном смысле слабовольные с выраженными невротическими чертами. Суеверное убеждение неомарксиста Герберта Маркузе в том, что люди смогут наслаждаться сексуальностью, когда сбросят оковы репрессивного общества, - "маркузианская" иллюзия и не более. Вкушать сексуальность мешает нам не капиталистическое общество, а сама раскрепощенная сексуальность, которая не считается ни с нашей, ни с чужими жизнями и мнениями. Подобное влечение может доставлять удовольствие наряду с серьезными неприятностями и несчастьями.

Выходом из сложившейся ситуации может стать только распознание самодостаточности феномена сексуальности, силы, своеобразия и слепоты василиска. Акцентуация загадочной суверенности полового влечения поможет избежать многих невротических осложнений. Возникнет возможность описывать проявления данного начала, освободившись от фанатичного стремления к пониманию и господству. Отдавая должное демонической мощи василиска, исследователи могут наблюдать за ним и в случае необходимости предлагать тот или иной способ защиты. В этом смысле за последние годы был достигнут некоторый прогресс, в частности, в отношении гомосексуалистов и лиц, подверженных мастурбации, которые уже не подвергаются тирании общественного мнения. Данные феномены - не что иное как несколько нетрадиционные манифестные проявления все того же василиска, порой навязчивые и неприятные, порой волнующие и влекущие.

Существует немало людей, убежденных в том, что сексуальность охватывает все психическое. Тем самым они путают силу сексуального тяготения с душевной склонностью. Разумеется, половая и душевная симпатия часто возникают одновременно, и это не может не радовать, но многие люди вступают в брак, принимая проявление раскрепощенной сексуальности за любовь. Тысячи супружеских уз, затянутых василиском, рвутся как только внимание автономной сексуальности ненароком перемещается с супруга на другого человека. Современному человеку вообще трудно смириться с мыслью, что в его душе свили себе гнездо совершенно независимые от него силы. Прежде говорили о демонах, бесах, одержимости дьяволом и тому подобном. Слова эти хоть и своеобразны, однако далеко не так нереалистичны, как может показаться на первый взгляд. Пришло время поговорить о второй практической выгоде, которую сулит нам капитуляция перед василиском. В рамках психологии никогда не переведутся попытки постичь те или иные психические феномены, в данном случае - сексуальность. Важно понять, что подобные попытки не могут увенчаться успехом, поскольку василиск и душа не подлежат пониманию. Как тут не вспомнить слова Сократа: "Я знаю, что ничего не знаю".

Однако было бы неверно полностью принять агностицизм и опустить руки, разуверившись в возможностях психологии. Необходимо тщательнейшим образом изучать василиска, хотя он и ускользает от внимания исследователя, подобно всей психике, и остается по прежнему загадочным и неуловимым. Нигде синтез понимания и непонимания психической деятельности не проявляется так ярко, как на примере сексуальности. Тот факт, что мы участвуем в божественной игре, правила которой нам не известны, становится очевидным, когда сталкиваешься с влекущим, зловещим и динамичным василиском. Противостоять сексуальности непросто. Кстати сказать, даже верующие люди должны возрадоваться тому, что никто не понял до сих пор природы этого волшебного зверя. Это обстоятельство указывает, в частности, на то, что современный подход к изучению человеческой души не совсем верен, и последнюю следовало бы рассматривать в иных категориях, например, веры. Осознание ограниченности своего понимания василиска поможет психологам улучшить свои профессиональные качества, поскольку по аналогии с ним, они перестанут и в других вопросах безоглядно доверять образам, сказаниям, мифологемам и т.д. Психологические теории - это не физические постулаты, а только модели, эксперименты, целью которых является постижение души, и в этом смысле исследовательский подход, кроющийся за образом василиска, намного превосходит биологическую модель сексуальности, поскольку последняя отнюдь не столь безвредна, как утверждают сторонники ее естественности. Христианские богословы, предубежденные против сексуальности, не были глупцами. Отцы церкви как психологи превосходили многих современных педагогов, стремящихся решить все подобные проблемы путем полового воспитания в школах.

Василиск неуязвим и опасен. Даже его дыхание - смертельно. Данное обстоятельство является, на мой взгляд, одной из причин того, почему все современные толки о свободном браке и естественной, раскомплексованной сексуальности весьма сомнительны. Играть с василиском допустимо, но необходимо быть всегда настороже.

В заключение я хотел бы отметить, что образ василиска можно трактовать с двух точек зрения. Во-первых, с религиозной: треххвостый василиск, увенчанный короной, с петушиным гребнем, имеющим три зубца, может интерпретироваться как символ тени Святой Троицы, Отца, Сына и Святого Духа, приобретая религиозное звучание, оправданное тем обстоятельством, что сексуальные и религиозные переживания во многом близки. Во-вторых, с позиции агностицизма: раскрепощенная сексуальность именовалась в Средневековье Luxuria, символом которой был василиск. Я предлагаю вниманию читателя чуточку, быть может, натянутый этимологический ряд: luxuria, luxus, ludo (сладострастие, тучность почвы, распутство). Проявления василиска следует воспринимать как сладострастную игру природы, позволяющую нам ощутить, выразить и попытаться постичь собственную душу, как игру, которая вместе с тем опасна и способна превратить человека в маниакальное существо. Однако, с позиции ли агностицизма или с религиозной точки зрения, василиск - неизменно влекущее, интригующее создание, подобно человеческой психологии.

Гуггенбюль-Крейг А. Благо Сатаны. - СПб., 1997, с. 103-114.

 

Коринн СВИТ

УДОВЛЕТВОРЕНИЕ СЕКСУАЛЬНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ

Секс включает все виды потребностей: эмоциональные, физические, интеллектуальные и духовные. Секс может стать удивительным, возвышающим переживанием. Но иногда - неудовлетворяющим, скучным, даже пугающим. Сообщения о нем бывают противоречивыми, судя по колонкам объявлений в газетах, ТВ, фильмам и журналам. Если вы не понимаете своих сексуальных потребностей, не знаете, как их правильно удовлетворять, это приведет к депрессии, а она, в свою очередь, - к привычке подавлять тяжелые ощущения с помощью химических и эмоциональных наркоманий.

Может быть, вы ждете "совершенного сексуального партнера", который удовлетворял бы любую потребность без единого вашего слова. Это чистая фантазия. Она оставляет вас бессильным и неудовлетворенным. Однако, миллионы людей, судя по письмам в газеты, радио- и тележурналы, стремятся к здоровой и безопасной сексуальной жизни. Хотя сейчас гораздо более открыто, чем раньше, говорят о сексе до, во время и вне брака, многие (особенно женщины) недовольны половой жизнью. Сексуальный опыт остается строго личным, а сексуальные потребности - уникальными для каждого человека.

ЛЮБОВЬ И СЕКС

Разумеется, существует любовь без секса и секс без любви. Так было всегда, хотя упоминать об этом стали лишь в последние тридцать лет. Когда в юности начинается половая жизнь, идет поиск партнера, который необязательно связан с любовью. Люди учатся сексу. Очень важно знать, чего мы хотим от секса, а понять это можно только с помощью эксперимента, через разного рода половые взаимоотношения.

Размножение

С рационалистической точки зрения секс - способ размножения, воспроизводства человечества. Некоторые полагают, что такой "биологический стимул" и есть главная движущая сила сексуальных взаимоотношений: люди занимаются сексом, когда хотят иметь детей в соответствии с религиозными, культурными или личными убеждениями. Но с появлением современной технологии воспроизводства, например, "оплодотворения в пробирке", можно вырастить человека и без полового сношения.

Сексуальные предпочтения

Сексуальное предпочтение также оказывает влияние на цели секса. Поскольку гомосексуалисты, лесбиянки и бисексуалы имеют половые контакты лишь внутри своих групп, их естественное воспроизводство невозможно. Однако некоторые из них берут на воспитание детей, согласны стать родителями для детей своих партнеров от предыдущих гетеросексуальных связей, используют искусственное оплодотворение, женщин-доноров (вынашивающих ребенка для других). Поэтому в настоящее время влияние биологии на вашу судьбу значительно ослабло.

СПИД

С тех пор, как возникла угроза СПИДа, все заново стали анализировать свое сексуальное поведение. Сегодня сексуальные потребности должны сдерживаться необходимостью в "безопасном сексе", что предусматривает честность перед собой и другими в отношении ваших сексуальных привычек. Было время, когда гомосексуалисты считались единственными источниками вируса СПИД. Теперь мы знаем, что это не так, и что все население должно практиковать безопасный секс. Никто не застрахован от СПИДа.

Сексуальная наркомания

Сексуальная наркомания характеризуется тем, что некоторые чувствуют себя хорошо только во время полового акта и/или победы над половым партнером. Это как раз тот случай, когда секс используется для удовлетворения замороженных потребностей в любви, сочувствии, поддержке, которые никогда не получают компенсации в настоящем. При сексуальной наркомании необходимо осознать свои чувства (часто это одиночество, низкая самооценка), возникающие в отсутствие половой активности. Необходимо удовлетворять реальные потребности в любви, сочувствии, уважении со стороны окружающих и т.д.

Порнография

Порнография также может стимулировать сексуальную наркоманию. Она создает ощущение возможности неограниченного (и нереального) секса с помощью целлулоидных изображений, что привлекательно в основном для мужчин. В каком-то смысле эти изображения служат для попыток удовлетворения их замороженных потребностей в том, чтобы быть привлекательными для других людей, в немедленном сексуальном насыщении и в бесконечном наслаждении без необходимости приспосабливаться к реальному партнеру. Разумеется, порнография часто остается единственным методом полового воспитания у мужчин. Но она может привести к устойчивой и вредной привычке заниматься онанизмом вместо реального секса, к разочарованию, дезориентации и фаллоцентрическому отношению к жизни.

Сексуальные фантазии

Порнография поддерживает сексуальные фантазии, которые сами по себе могут быть банальными, но в жизни небезопасными, особенно, если кто-то хочет реализовать их без согласия партнера. Кроме того, сексуальные фантазии эмоционально разделяют людей. Поэтому, хотя фантазии являются мощным возбудителем, они могут стать наркотическими и затруднять сексуальные взаимоотношения. Многие авторы советуют партнерам фантазировать, чтобы адаптироваться друг к другу, но там, где есть любовь, такое поведение может оказаться эмоционально нечестным. Вы настолько концентрируетесь на достижении оргазма, что забываете о человеке, с которым находитесь постели, об отношениях с ним. Вы фантазируете о близости с кинозвездой или бывшим любовником, что приводит к потере искренней любви и сексуального наслаждения. Если половая жизнь вас не очень устраивает, лучше подумайте, как улучшить ее, а не продолжайте притворяться. Вы станете ближе друг к другу и уважительнее. Открытость приносит значительное облегчение, так как часто существует страх за свою сексуальную "состоятельность".

Сексуальное самоуважение

Для мужчин особенно тяжела необходимость "выдержать проверку" на сексуальность. На женщин давит обязанность "привлекать" людей с сексуальной стороны (мужчин сейчас все больше заботит соответствие требованиям к красоте тела). Некоторые заходят очень далеко (и немало страдают), чтобы сделать себя желанным с помощью пластической хирургии и пересадок тканей на лице, груди, бедрах, половых органах.

Независимо от мастерства хирурга, главный вопрос - каково ваше внутреннее ощущение своей сексуальности (и тела) и как хорошо вы знаете собственные потребности. Самоуважение не растет в соответствии с сексуальными победами или с размером бюста. Оно скорее испытывает благотворное воздействие симпатии и любви, которые к вам питают окружающие.

Как повысить сексуальное самоуважение

* Полюбите свое тело таким, каково оно есть в своей уникальности. Как и все остальные, вы не само совершенство. Поглядите внимательно в зеркало. Какие части тела вам нравятся? Взгляните на половые органы, на их красоту и симметрию. Привыкайте к телу, к его внешнему виду. Оно замечательно.

* Постарайтесь сделать все, чтобы удовлетворить свои физические потребности, особенно, в отношении диеты и питания, упражнений и физической разрядки, релаксации и сна. Хорошая пища, регулярные занятия спортом и отдых - прекрасные стимуляторы, вы станете чувствовать себя гораздо лучше. Обращайтесь хорошо с телом - оно этого заслуживает.

* Составьте список всего, что в вас привлекательно. Не стесняйтесь и не отмахивайтесь словом "ничего". Что вы можете сказать о волосах, цвете кожи, характере и т.д. Трубите в трубы в честь самого себя.

* Если в прошлом вы были сексуально активны (или активны сейчас), подумайте о тех эпизодах, когда вы чувствовали себя внимательным и заботливым любовником, когда вам было весело. Поразмышляйте о наслаждении, которое вы давали, а не получали. Хороший секс не сводится к технике (хотя она кое-что и значит), а, скорее, связан с желанием быть любимым и духовной близостью друг к другу. Конечно, секс бывает бурным и страстным. Но он может быть также ласковым и нежным.

Что делает вас хорошим любовником? Запишите в дневнике все, что вы подумали об этом. Отвечайте на вопросы честно, не фантазируйте.

Можете ли вы припомнить, чтобы кто-нибудь создал у вас впечатление, что вас любят, и что вы желанны? Почему этот человек был для вас лучшим партнером? Запишите.

ЗНАТЬ СВОИ СЕКСУАЛЬНЫЕ ПОТРЕБНОСТИ

Наша сексуальность постоянно изменяется, хотя нас учили, что "сексуальная идентичность" задается на всю жизнь. На сексуальные склонности влияют многие обстоятельства. Представьте, что сексуальная жизнь - это железная дорога, на которой много станций. Колеса стучат по ней, вы останавливаетесь на станциях. Иногда вы активны, а иногда нет. Возможна стабильная (и несколько однообразная) связь с одним человеком (даже пожизненная). Но встречается и переход на гомосексуальные, бисексуальные и лесбиянские отношения.

Не исключено, что основные половые отношения складываются у кого-то с самим собой через онанизм. В любом случае, нужно знать свои подлинные сексуальные потребности. Почему? Если они ясно выражены, сексуальные отношения неизмеримо улучшатся.

Бывает, что вы неудовлетворены ими, например, боитесь, что вы гомосексуалист, хотя имеете жену и детей. Такие случаи нередки, они доставляют немало переживаний из-за страха оказаться "ненормальным". Стоит поговорить с близким другом, с врачом-консультантом. Вам помогут взглянуть на свою сексуальную жизнь, на эмоциональные потребности и понять, чего вы хотите для себя. Самое главное - принимать себя таким, каков вы есть, даже если мучают смятение и страх. Возможно, возникнет необходимость выразить свои чувства, связанные с сексуальностью.

Без принуждения

Какой бы ни была ваша сексуальная жизнь, никогда не заставляйте никого делать то, чего ему не хочется, и не позволяйте принуждать себя. Конечно, иногда вы не осознаете свои желания. Но если вы инстинктивно чувствуете, что не хотите быть связаны веревками и избиты хлыстом, никому не разрешайте так с собой обращаться. Помните о своих и чужих правах. Может быть, вы на самом деле пытаетесь с помощью секса удовлетворять конкретные эмоциональные потребности, например, гнев или месть. Никогда не принуждайте к сексу молодых людей и не позволяйте это делать другим.

Общение

Общение между партнерами очень важно для удовлетворения половых потребностей. Вновь откройте дневник и ответьте на следующие вопросы.

1. Полностью ли вас удовлетворяет ваша сексуальная жизнь? Если нет, то что нужно изменить?

2. Что мешает вам откровенно рассказать партнеру о своих потребностях и желаниях?

3. Что нужно, чтобы вы смогли выразить партнеру сущность проблемы?

Если вы не говорите о своих проблемах, но не удовлетворены, - возможно, что-то не в порядке в отношениях на более глубоком уровне. Аномалии в сексуальной жизни часто служат первым признаком общего диссонанса. Серьезными нарушающими факторами бывают стрессы на работе, финансовые трудности, беременность, болезнь. Разговор о сексе иногда очень неприятен, поскольку он ранит сексуальное достоинство человека, но, тем не менее, поддерживать общение с партнером необходимо.

Вот несколько советов:

* Предложите сесть и поговорить о сексе (вы можете сказать, что вам нужно кое-что сообщить, но не знаете как).

* Неагрессивным тоном расскажите, что вас беспокоит. Никогда не опускайтесь до вульгарных обвинений типа: "Ты всегда повозишься со мной минуты три, а потом храпишь, эгоистичная свинья". Лучше бы сказать: "Наша сексуальная жизнь сейчас не очень привлекательна. Давай поговорим, как нам ее улучшить" (иногда это излагают в письме, но лучше прямо). Обычно партнер также желает как-то изменить положение.

* Если такой разговор начинает ваш партнер, попытайтесь выслушать, не бросаясь сразу защищать себя. Понятно, что очень нелегко принять высказанное собеседником - это напоминает личный выпад, но надо помнить: партнер хочет выразить что-то очень важное для себя. Ему тоже очень неловко сейчас.

* Договоритесь, как поступать. Хороша идея на время прервать половую жизнь, не прерывая вместе с тем теплых отношений. Часто повторяйте, что вам нравится друг у друга. Делайте друг другу массаж, чтобы снять напряжение. Ощутите красоту тела вашего партнера. Секс - это не только оргазм, но и связь, общение с другим человеком, умение брать и давать наслаждение. Если возникает сексуальное возбуждение, пытайтесь достичь физического удовлетворения, не прибегая к сексу, и продолжайте разговаривать.

* Иногда целесообразно лечение обоих партнеров у сексопатолога. Помогает уже простая беседа с третьим лицом о своих проблемах (естественно, в конфиденциальной обстановке). Разговор труден, но приносит большую пользу.

Безбрачие и целибат

Тщательно обдумайте, как удовлетворить свои половые потребности.

* Кто-то выбирает целибат - отказ от сексуальной жизни - и считает, что сохраняет ценную энергию, бесполезно растрачиваемую на секс с другими людьми или на онанизм. Некоторые действительно испытывают при воздержании мощный духовный и интеллектуальный подъем. Не позволяйте никому убедить вас, что целибат вреден и плох. Он нередко исцеляет, особенно, если вы переживаете последствия разрыва сексуальных отношений или смерти близкого человека, наконец, полового насилия.

* Вы можете заниматься онанизмом. Проанализируйте свои сексуальные потребности. Например, у женщин перед наступлением месячных усиливается половое чувство из-за гормональных изменений. Некоторым необходима мастурбация каждую ночь, другим - два или три раза в неделю. Если вы ведете такого рода половую жизнь, заботьтесь о своем теле. Некоторые (особенно мужчины) становятся наркотически привязанными к мастурбации, используя ее как снотворное или успокаивающее средство. Затем, как и при других видах наркомании, наступает опустошенность и одиночество. Если это так, стоит обсудить проблему с кем-нибудь, заслуживающим доверия. С вами ничего плохого не случилось, но подобные отрицательные ощущения служат признаком того, что ваши истинные эмоциональные потребности не удовлетворены. Если вы сосредоточитесь на удовлетворении этих потребностей, ваша сексуальная жизнь может значительно улучшиться. Следует только помнить, что ни в коем случае нельзя вводить в организм опасные или острые предметы или наносить себе повреждения. Вы достойны лучшего и не заслуживаете жестокого обращения с собой.

И НАКОНЕЦ...

Если вы сексуально активны, то, вне зависимости от возраста, сексуального предпочтения и конкретных обстоятельств, практикуйте безопасный секс.

* Найдите время, чтобы поговорить с любимым человеком и лучше узнать его.

* Не думайте, что кто-то незнакомый "безопасен", потому что он "милый".

* Пользуйтесь воображением - экспериментируйте.

* Занимайтесь сексом, только если вы оба этого хотите.

* Если чувствуете себя нехорошо - лучше отдохните.

* Всегда пользуйтесь презервативом и мазью на водной основе.

Удовлетворяйте сексуальные потребности, оставаясь чувственным, чувствительным и разумным.

Свит К. Сорваться с крючка. - Мн., 1996, с. 445-453.

 

Игорь КОН

В ПОИСКАХ СЕБЯ

Я чувствую себя зеброй, которая должна всем объяснять, почему она полосатая.

 

Ингер Эдельфельд

 

На вопрос "Когда и как вы узнали о своей гомосексуальности?" геи и лесбиянки иногда отвечают контрвопросом: "А когда и как вы узнали о своей гетеросексуальности?", на который ни один "натурал" не может ответить. Но при всей моральной корректности такой вежливой отповеди - не задавай другому интимных вопросов, которых ты не задавал самому себе, - эти вопросы неравноценны. Между становлением гетеро- и гомосексуальной идентичности есть принципиальная разница.

Поскольку весь процесс воспитания и половой/гендерной социализации детей направлен на формирование гетеросексуальности, "натуральные" мальчики и девочки не "открывают" свою сексуальную идентичность и не задумываются о ней, а принимают, усваивают ее в готовом виде, как нечто само собой разумеющееся, данное природой. Собственная сексуальная идентичность становится для ребенка проблемой, только если у него что-то неладно, например если его телосложение или поведение не соответствуют общепринятым представлениям и полоролевым ожиданиям, заставляя его самого или/и окружающих его людей задуматься: настоящий ли это мальчик или девочка? Напротив, сексуальная идентичность геев и лесбиянок проблематична изначально, всегда. Они не находят, а открывают и в известном смысле создают ее, необходимый объем индивидуального творчества здесь гораздо больше.

На вопрос "Как человек становится геем?" наука дает по крайней мере три разных ответа. 1) Гомосексуальность дана индивиду изначально как неотвратимая судьба, индивидуальное развитие только обнаруживает и реализует то, что было заложено природой или сформировано в очень раннем детстве. 2) Она формируется средой и воспитанием: травматическими переживаниями детства, семейными условиями, сексуальным совращением подростка взрослыми или сверстниками. 3) Она является результатом индивидуального саморазвития, более или менее сознательного выбора, это не судьба, а самоопределение.

Хотя эти подходы кажутся взаимоисключающими, каждый из них по-своему справедлив, потому что сексуальная ориентация многомерна и ее аспекты и компоненты формируются разновременно и по-разному. Непроизвольное эротическое влечение к лицам собственного пола часто бывает врожденным или возникает уже в самом раннем детстве. Целостный сексуальный сценарий формируется под влиянием среды и воспитания, в процессе активного взаимодействия с другими людьми. Что же касается самосознания ("Я гей" или "Я лесбиянка") и соответствующего стиля жизни, то они, безусловно, предполагают выбор и индивидуальное самоопределение.

Исходя из общей логики современной психологии развития, частным случаем которого является психосексуальное развитие, влияние наследственности, среды и собственного опыта личности, формирование гомосексуальности надо рассматривать не по принципу или/или, а по принципу и/и, постепенно переходя от объективных данных к субъективным переживаниям.

Самый важный индикатор будущей гомосексуальности ребенка - гендерное несоответствие, которое в некоторых случаях, но далеко не всегда, сочетается с особенностями телосложения и внешности (женственный мальчик и мужеподобная девочка). Многие геи и лесбиянки отмечают, что они с раннего детства отличались от сверстников своего пола: одевались не в ту одежду, любили не те игры, выбирали не тех партнеров и т.д.

Гендерные стереотипы, поведение, чувства и особенно образы Я пре-гомосексуальных мальчиков и девочек сильно отличаются от тех, которые типичны для их гетеросексуальных сверстников и сверстниц, причем у мужчин эти различия выражены сильнее, чем у женщин. Между детской гендерной нонконформностью, с одной стороны, и позднейшим подростковым гомоэротизмом и взрослой гомосексуальностью - с другой существует не только статистическая корреляция, но и причинная связь: первое порождает второе.

Фредерик Уитэм опросил 206 взрослых мужчин-геев и 78 гетеросексуалов, интересовались ли они в детстве куклами, вышиванием и другими "девчоночьими" играми и занятиями; любили ли они переодеваться в женскую одежду; предпочитали ли играть больше с девочками, чем с мальчиками; не было ли у них женских, "девчоночьих" прозвищ; предпочитали ли они сексуальные игры с мальчиками или с девочками. Разница оказалась огромной, особенно между крайними группами исключительных гомо- и гетеросексуалов. Эта связь есть и в других странах.

По мере взросления многие признаки психологической феминизации гомосексуалов ослабевают или исчезают. Опросив 1500 мужчин-гомосексуалов Большого Чикаго, насколько некоторые "немужские" черты были характерны для них в детстве, в подростковом возрасте и на стадии взрослости, Джозеф Харри нашел, что с возрастом эти черты заметно ослабевают. В детстве считались неженками 42%, в юности - 33%, а к моменту исследования - 8% опрошенных. Желание быть девочкой (женщиной) уменьшилось с 22% в детстве и 15% в юности до 5% у взрослых. В детстве общались преимущественно с девочками (женщинами) 46%, в юности - 27%, а среди взрослых - только 9%. Процесс ослабления, убывания фемининных черт, который Харри назвал дефеминизацией, происходит и у гетеросексуалов, но поскольку исходный, первоначальный уровень женственности у них гораздо ниже, им легче ее изжить. Хотя несоответствие тендерным стереотипам создает психологические трудности для всех детей, у мальчиков, независимо от их будущей сексуальной ориентации, такие проблемы встречаются гораздо чаще. Почему?

1) На всех уровнях половой дифференциации формирование самца/мужчины требует каких-то дополнительных усилий (принцип Адама, по терминологии Джона Мани), без которых развитие автоматически идет по женскому типу. Поэтому природа здесь чаще делает ошибки.

2) В силу господствующего положения мужчин в обществе мужские качества традиционно ценятся выше женских и давление на мальчиков в направлении дефеминизации значительно сильнее, чем на девочек в сторону демаскулинизации. Женственный мальчик вызывает неодобрение и насмешки, а казак-девчонка воспринимается спокойно, а то и положительно.

3) Формирование мужской идентичности предполагает цензуру, перерыв постепенности, которого нет у женщин. В раннем детстве мальчики, как и девочки, находятся под влиянием матерей и вообще женщин, а затем они должны оторваться от женского влияния и переориентироваться на мужские образцы поведения. Нетипичное гендерное поведение в детстве имеет для мужчин, независимо от их сексуальной ориентации, много отрицательных последствий, им труднее устанавливать отношения с женщинами и у них больше невротических проблем. Это выражено еще сильнее у гомосексуальных мужчин: наиболее женственные мальчики имеют в дальнейшем пониженное самоуважение, склонность к депрессии, тревожности и самоубийству. У маскулинных девочек ничего подобного нет. Энергичность и агрессивность компенсируют им психологические отличия от ровесниц.

Чтобы понять социализационные факторы гомосексуальности, психологи спрашивают: а) с родителем какого пола идентифицируется ребенок и б) какие факторы подкрепляют тендерное единообразие, заставляя ребенка чувствовать себя мальчиком или девочкой?

В психоанализе решающая роль в формировании гомосексуальной ориентации приписывается взаимоотношениям ребенка с родителем противоположного пола. Отмечалось, что матери гомосексуалов "занянчивают" сыновей, слишком тесно эмоционально привязывают их к себе, лишают самостоятельности и т.д. Но хотя ретроспективные исследования подтверждают, что большинство гомосексуальных мужчин в детстве чувствовали себя эмоционально ближе к матери, чем к отцу, это верно и для подавляющего большинства гетеросексуальных мальчиков. А систематическое сравнение взаимоотношений с родителями американских и английских гомосексуалов и соответствующих контрольных гетеросексуальных групп не выявило между ними существенной разницы. Проанализировав основные элементы взаимоотношений с матерью, ее личные черты и степень идентификации с нею большой группы гомосексуалов, ученые пришли к выводу, что материнское влияние на сексуальную ориентацию сына довольно ограниченно. Тесная эмоциональная близость мальчика с матерью действительно влияет на его отношения со сверстниками, иногда осложняя их, а сильный материнский гнет может, по контрасту, стимулировать увлечение подростка другими мальчиками и сексуальные контакты с ними. Однако материнское влияние, как правило, преобладает лишь в детстве и не определяет сексуальных предпочтений взрослого мужчины. Влияние матери на сексуальную ориентацию сына не только ограничено, но зависит от многих других сопутствующих и последующих обстоятельств.

В отличие от мужчин-гомосексуалов и от гетеросексуальных женщин, лесбиянки чаще описывают своих матерей отрицательно и реже идентифицируются с ними. Но при статистическом анализе эти различия исчезают.

Неоднозначно и влияние отцов. По данным сан-францисского исследования, напряженные, плохие отношения с отцами сильнее влияют на формирование гомосексуальности у мальчиков и у девочек, чем взаимоотношения с матерью. Общая отрицательная оценка гомосексуалами своих отношений с отцами и восприятие лесбиянками своих отцов как отчужденных, враждебных и пугающих оказывают прямое, хотя и скромное, влияние на их полоролевой нонконформизм и на сексуальное развитие. Слишком строгий и требовательный отец, которому мальчик никак не может угодить, подрывает его самоуважение, психологически как бы кастрирует его. Но, как и с матерями, точный прогноз тут невозможен. Отцовская холодность или отсутствие отца не являются ни необходимым, ни достаточным условием формирования гомосексуальности. Ричард Пиллар спрашивал об их отношениях с отцами не только гомосексуалов, но и их гетеросексуальных братьев, и те также оценили своих отцов как отчужденных и холодных. То есть психологический факт налицо. Но на сексуальную ориентацию гетеросексуального брата это не повлияло! К тому же мальчик, который по каким-то причинам не идентифицировался с отцом, может компенсировать это успешной активностью в обществе сверстников.

По многим параметрам социального и эмоционального развития ребенка решающую роль играют не родители, а сверстники, которые замечают нарушение неписаного тендерного кода и жестоко наказывают его нарушителей. Причем женственных мальчиков отвергают мальчики, зато их охотно принимают девочки, а маскулинных девочек, наоборот, отталкивают девочки, но принимают мальчики.

Жесткое психологическое давление побуждает мальчиков всемерно искоренять в себе женственность, и большинство из них с этой задачей более или менее справляются. Однако тем, у кого фемининных задатков было изначально больше, сделать это значительно труднее, процесс дефеминизации у них затягивается, порождая устойчивые, иногда на всю жизнь, сомнения в своей маскулинности. Такие мальчики уютнее чувствуют себя в менее соревновательном женском обществе и в то же время испытывают напряженный интерес и тяготение к мужскому началу, выступающему для них как недостижимый образец. В период полового созревания эта гипертрофированная тяга к маскулинности персонифицируется и нередко эротизируется. Одних мальчиков влечет к старшим, более сильным, физически развитым и маскулинным подросткам и юношам, общение с которыми, не обязательно сексуальное, приобщает их к вожделенной мужественности, в которой, как им кажется, им самим отказано. Другие, напротив, тянутся к младшим, более слабым и нежным мальчикам, среди которых они чувствуют себя увереннее и маскулиннее, чем среди ровесников. Это создает благоприятный эмоциональный фон для формирования гомоэротизма и выбора соответствующего объекта привязанности - более старшего и сильного или, напротив, младшего и слабого.

Психологические механизмы этого процесса изучены слабо. Майкл Стормс придает главное значение соотношению возраста полового и социального созревания. У рано созревающего ребенка либидо пробуждается, когда в первом круге его общения и эмоциональных привязанностей решительно преобладают сверстники собственного пола, и эта гомосоциальность способствует развитию гомоэротических склонностей. Более позднее половое созревание, когда мальчики и девочки уже достаточно интенсивно общаются друг с другом, напротив, благоприятствует гетеросексуальности. При одинаковом темпе полового созревания гомоэротизм будет тем сильнее, чем продолжительнее существующий в данной среде период половой сегрегации. Стормс подкрепляет свою теорию ссылками на то, что у геев раньше пробуждаются сексуальные интересы и они раньше начинают сексуальную жизнь. Меньшую распространенность гомосексуальности у женщин он объясняет более поздним пробуждением либидо и значительно меньшей, чем у мальчиков, гомосоциальностью. Но хотя половая сегрегация и гомосоциальность действительно благоприятствуют распространению гомосексуальных контактов между подростками, они совсем не обязательно порождают устойчивую гомосексуальную ориентацию. Мальчики самбия, имеющие гомосексуальные контакты со старшими подростками, тем не менее вырастают гетеросексуальными.

По мнению Джеймса Вайнрика, решающую роль в формировании образа идеального сексуального партнера играет не идентификация, желание уподобиться некоему образцу, а депривация, эмоциональный дефицит: человека привлекает пол того значимого лица (или лиц), от которого он был в детстве отчужден. В свете этой теории важным индикатором будущей сексуальной ориентации ребенка является пол детей, с которыми он не играет в младшем школьном возрасте. "Нормальные" дети предпочитают играть со сверстниками собственного пола. Девочки и феминизированные мальчики обычно исключают из круга своего общения "натуральных" мальчиков, которые кажутся им слишком агрессивными и грубыми. Маскулинные мальчики и казаки-девчонки, наоборот, исключают из своих игр девочек. Это отталкивание порождает у ребенка потребность компенсировать свою ущербность, и эта потребность с возрастом может трансформироваться в однополую любовь: феминизированные мальчики хотят, чтобы их любили мужчины, а маскулинные девочки, наоборот, тянутся к фемининным женщинам.

В том же направлении идет теория известного американского психолога Дарила Бема "Экзотическое становится эротическим". По Бему, у большинства мужчин и женщин в гендерно-поляризованных культурах сексуальная ориентация формируется на основе шести последовательных ступеней:

1) Биологические переменные (например, гены или пренатальные гормоны).

2) Детский темперамент (например, агрессивность, уровень активности).

3) Типичная/нетипичная полоролевая деятельность и выбор товарищей по играм (гендерная конформность/неконформность).

4) Чувство своего отличия от сверстников противоположного/своего пола (непохожее, незнакомое, экзотическое).

5) Неспецифическое автономное возбуждение сверстниками противоположного/своего пола.

6) Эротическое/романтическое влечение к лицам противоположного/своего пола (сексуальная ориентация).

Биологические факторы, будь то гены или пренатальные гормоны, сами по себе не предопределяют сексуальную ориентацию, но способствуют формированию у ребенка некоторых черт темперамента, таких, как степень агрессивности и активности, которые побуждают ребенка предпочитать одни виды деятельности и формы общения другим. Один ребенок любит силовую возню и соревновательные спортивные игры (типично мужские занятия), другой - спокойные игры (типично женское поведение). Поскольку дети предпочитают играть с теми сверстниками, которые разделяют их игровые предпочтения, ребенок, любящий футбол или баскетбол, будет, независимо от своего пола, искать общества мальчиков. Тип занятий и круг общения ребенка воспринимаются и оцениваются окружающими как соответствующие или не соответствующие его полу, и эти оценки неизбежно переносятся также и на личность ребенка, который кажется более или менее маскулинным или, наоборот, фемининным.

Все это преломляется в самосознании ребенка. Дети, поведение которых соответствует полоролевым/гендерным ожиданиям, чувствуют себя отличными от сверстников противоположного пола, которых они воспринимают как непохожих, незнакомых и экзотических по сравнению со сверстниками собственного пола. Наоборот, гендерно-неконформные дети чувствуют себя отчужденными от сверстников собственного пола, воспринимая их как непохожих, незнакомых и экзотичных.

Это чрезвычайно характерно для гомосексуалов. 71% сан-францисских геев и 70% лесбиянок сказали, что в школьные годы чувствовали себя непохожими на сверстников собственного пола; среди гетеросексуальных мужчин и женщин так ответили соответственно 38% и 51%. Сознание своей непохожести вызывает повышенный интерес и чувство неловкости, напряженности, которое Бем называет "неспецифическим автономным возбуждением". Гетеросексуальные дети чаще испытывают его в обществе представителей противоположного, а гомосексуальные - собственного пола.

Как и почему это неспецифическое возбуждение эротизируется? Хотя в подавляющем большинстве случаев люди предпочитают общаться с теми, кто кажется им похожим на них (ориентация на сходство называется гомогамией), в любовных отношениях преобладает ориентация на дополнительность (гетерогамия); слишком похожие люди не уживаются. В отличие от симпатии, страсть и сексуальное возбуждение требуют новизны, неожиданности, таинственности, риска, иногда даже враждебности. В израильских кибуцах, где мальчики и девочки с раннего детства до юности росли и жили совместно и часто видели друг друга голыми, между ними почти никогда не возникало эротических привязанностей, все браки заключались с посторонними. Редки сексуальные привязанности и между братьями и сестрами. Мальчики самбия, в обязательном порядке отсасывающие старших подростков, вырастая, переключаются на женщин: запретные, таинственные и опасные женщины кажутся интереснее доступных и будничных мужчин.

Описанный Бемом путь формирования гомосексуальной ориентации не является универсальным и единственным. Индивидуальные пути и вариации зависят не только и даже не столько от того, насколько сильно и чем именно ребенок отличается от других детей своего пола, сколько от того, как он сам интерпретирует эти отличия.

"Я всегда отличалась от своих сверстниц, никогда не старалась усвоить "женственные" манеры, не пользовалась косметикой, ненавидела и старалась не носить бюстгальтеры. Я играла с мальчишками, и мои руки и ноги украшали благородные ссадины и синяки. Как только стало можно, я сменила юбку на брюки и шорты", - вспоминает взрослая лесбиянка.

"Оглядываясь назад, к тому времени, когда мне было шестнадцать или семнадцать, я вижу, что уже тогда влюблялась в некоторых теннисисток, но еще не осознавала этого, - вторит ей Мартина Навратилова. - Просто мне нравилось быть с ними. К восемнадцати годам я поняла, что у меня всегда были эти чувства".

Судя по имеющимся данным, за исключением сан-францисского исследования, гомосексуальные мальчики созревают раньше своих гетеросексуальных ровесников, имеют больше эротических фантазий и раньше начинают мастурбировать. По данным Кинзи, средний возраст начала пубертата у гомосексуалов был 12,64, а у гетеросексуалов - 12,94 года, возраст первой эякуляции - 12,75 и 13,25 года, первой мастурбации - 12,40 и 13,63 года. Восточногерманские гомосексуалы пережили первое семяизвержение и первый оргазм (60% - при мастурбации) на год раньше своих "натуральных" сверстников. Средний возраст начала мастурбации у них 12,7 года, почти на год раньше гетеросексуальных мужчин (13,5 года). Те же тенденции характерны и для западногерманских студентов, опрошенных в 1966, 1981 и 1996 гг. Как происходит гомосексуальный дебют?

В массовом сознании широко распространено мнение, что главная причина и по меньшей мере типичная черта гомосексуальности - "совращение" подростков взрослыми. На самом деле первый гомосексуальный опыт мальчики, как правило, приобретают со сверстниками или ненамного младшими или старшими подростками. В гомосексуальной выборке Кинзи, 61,6% белых мужчин пережили свой первый гомосексуальный контакт между 12 и 14 годами, причем в 52,5% случаев их первому партнеру было также от 12 до 15 лет, у 8% он был младше, у 14% это были 16-18-летние юноши и только у остальных - взрослые мужчины. 55% первых партнеров составляли друзья, 19% - родственники, 7,6% - знакомые и только 11,2% - посторонние люди. Среди имевших гомосексуальный опыт американских подростков и юношей от 13 до 19 лет, опрошенных Робертом Соренсеном, взрослыми были инициированы 12% мальчиков и меньше 1% девочек. Средний возраст первого гомосексуального опыта английских мужчин-гомосексуалов в 1987-1991 гг. - 15,7 года, а средняя возрастная разница с первым партнером - один год (у 40% это был ровесник, у 60% - юноша на 1-2 года старше или моложе, только 20% начали половую жизнь с мужчиной на 10 лет старше себя, причем большинство из них мечтали о такой встрече, а многие активно искали ее.

Подросток может долго не подозревать о своей гомосексуальности. Но рано или поздно его настораживает, что вместо влечения к противоположному полу он испытывает интерес к телу однополых сверстников. Такой интерес испытывают и многие "натуральные" подростки. Но если для "натурального" подростка мужское тело - объект сравнения, завистливого восхищения или потенциальная угроза, то у юного гея к этому примешивается, заглушая все остальное, эротическое чувство. "Когда мне было около 14 лет, я медленно стал осознавать, что пристально разглядываю других мальчиков, особенно когда мы были голыми в бассейне или раздевалке. Мне хотелось потрогать их. Потом меня внезапно озарило, что на самом деле мне хочется их целовать и трахать. Ничего подобного к девочкам я не испытывал..." - вспоминает американский поэт Харольд Норс (р. 1916).

Первым увлечением Юкио Мисимы был второгодник Оми. На занятиях гимнастикой мальчик не сводил глаз со своего кумира, страстно мечтая увидеть Оми раздетым и посмотреть на его "здоровенную штуку", о которой в школе рассказывали легенды. Оми навсегда стал для Мисимы эталоном мужской красоты.

По сравнению с Оми Мисима казался себе жалким. "Я смотрелся в зеркало, мечтая о дне, когда мои плечи и грудь станут такими же, как у Оми. Но жестокое стекло показывало мне чахлые руки, торчащие ребра, и сердце мое покрывалось ледяной коркой сомнения. Это было даже не сомнение, а мазохистская уверенность; голосом божественного откровения она шептала мне: "Никогда ты не будешь таким, как Оми". Влюбленность оборачивается завистью, а "счастье смотреть на Оми" превращается в "счастье быть им"".

Квинтэссенция подростковой сексуальности - мастурбационное воображение. Мастурбацией занимается подавляющее большинство мальчиков-подростков, независимо от их сексуальной ориентации. Но гетеросексуальные подростки воображают при этом преимущественно людей противоположного, а гомосексуальные - собственного пола. Такое воображение, где гомоэротизм сливается с нарциссизмом, психологически еще более запретно, чем самый акт мастурбации. Закрепляясь в памяти, оно становится стержневым элементом сексуального сценария личности.

"Когда в начале пубертата я начал мастурбировать, невероятное удовольствие, случайно открытое летним днем, стало одним из центров, если не эпицентром моей жизни. Заложенный в моем теле потенциал наслаждения сразу же пересилил стигматизировавшие его религиозные или моральные предписания".

В соответствии с теорией Фрейда о разобщенности у подростков чувственного и нежного влечения существует по крайней мере три разных вида подростковых гомоэротических привязанностей:

1) откровенно чувственное сексуальное влечение, не требующее психологической интимности;

2) дружба-влюбленность, эротической подоплеки и природы которой подростки не осознают;

3) романтическая влюбленность в человека своего пола, психологически не отличающаяся от гетеросексуальной юношеской любви.

Первые гомо-, как, впрочем, и гетеросексуальные контакты между подростками чаще всего происходят в игровой форме. Игры, включающие показывание, обследование и ощупывание собственных половых органов и/или половых органов сверстников своего или противоположного пола, широко распространены среди дошкольников и младших школьников. В основной выборке Кинзи участие в допубертатных сексуальных играх со сверстниками противоположного пола ретроспективно признали половина мужчин и около трети женщин, а со сверстниками своего пола - 54% мужчин и 35% женщин, при непосредственном опросе 212 допубертатных мальчиков последняя цифра повышается до 60%.

Преобладание однополых игр над разнополыми объясняется прежде всего половой сегрегацией, большей физической доступностью сверстников своего, нежели противоположного пола и менее строгим табуированием телесных контактов с ними. В однополых учебных заведениях, лагерях и интернатах сексуальные игры - явление массовое. Среди обследованных в начале 1960-х годов учащихся английских школ-интернатов наличие гомосексуальных контактов признали 44% и собственное участие в них - 28% мальчиков (среди учащихся дневных школ - 18% и 3%). В начале 1990-х годов учившиеся в закрытых школах англичане имели в 2,5 раза больше гомосексуального опыта и в 3 раза больше генитальных контактов с мужчинами, чем учащиеся смешанных школ; в менее выраженной форме это типично и для женщин. Среди 15-18-летних французов, обучавшихся в интернатах, наличие гомоэротических влечений признали 8,5%, а среди тех, кто жил дома, - только 5,2%; у девочек разница еще больше: 10,3% и 5,6%.

В гомоэротических играх участвуют и вполне "натуральные" подростки. Среди опрошенных сан-францисских мужчин в подростковых гомоэротических играх участвовало больше гетеро- (62%), чем гомосексуалов (39%). Но юные геи получают от таких игр гораздо больше удовольствия, чем их "натуральные" ровесники, и это побуждает их, с одной стороны, повторять этот опыт, а с другой стороны, - задумываться о своей сущности, чего гетеросексуальные подростки, для которых это "просто игра", не делают. В дальнейшем сексуальные игры дифференцируются. Среди респондентов Штарке опыт взаимной или групповой мастурбации в ранней юности имели 61% гомосексуалов, 19% смешанной по сексуальной ориентации выборки и только 7% исключительно гетеросексуальных юношей.

Некоторые мальчики идут на сексуальное сближение со сверстниками легко и быстро. Известный американский киноактер Тейлор Мид рассказывал, что однажды, когда ему было 12-13 лет, в темном кинозале одноклассник молча засунул ему руку в пах. "И как только он сделал этот жест, мне все сразу же стало ясно. Мы вышли во двор, где светила луна, и я сказал: "Давай бороться, но чтобы никаких захватов выше пояса..."

Робким и застенчивым приходится труднее. Откровенный гомоэротический интерес или жест - дело крайне рискованное. Первые сексуально-эротические контакты между мальчиками чаще всего происходят в форме силовой возни, когда можно сказать, что эрекция или "не то" прикосновение произошли случайно.

Хотя подростки весьма изобретательны, в их гомоэротических играх повторяются одни и те же компоненты. В школе, где учился Мисима, мальчики увлекались игрой, которая называлась "похабник": "Где-нибудь на перемене, когда кругом было полно народа, надо было выследить какого-нибудь зазевавшегося растяпу, молниеносно подскочить к нему и ухватить за определенное место. Если номер удавался, озорник отскакивал на безопасное расстояние и начинал вопить: - Ого-го! Ну у тебя и штуковина!" Точно такие же игры существовали после войны в некоторых ленинградских мужских школах.

Гомоэротические игры нередко ритуализируются. В одном подростковом летнем лагере с географическим уклоном в 1970-х годах существовала игра - сначала я принял ее за обычную мальчишескую возню - в "Десять городов". Несколько 12-13-летних мальчиков заваливали на кровать одного и, не раздевая, мастурбировали, пока тот не прокричит названия десяти городов с указанием численности их населения. Играли в "Десять городов" только младшие подростки, и, несмотря на визг и силовые приемы, это была добровольная игра, а не насилие. Правила игры передавались от старших к младшим, а исполнителем приговора большей частью бывал один и тот же мальчик, который по окончании игры отправлялся в уборную, видимо мастурбировать.

Вот как выглядит письменное объяснение, с сохранением стиля и орфографии, 14-летнего артековца конца 1980-х годов:

"Каждый вечер мы собирались в палате у мальчиков и начинали играть в так называемую "игру"... Мы ложились по двое на кровать и кайфовали. "Блаженство" заключалось в том, что половой член каждого находился между ногами соседа. Затем оба начинали егозиться, тем самым раздражая его и вызывая блаженное состояние. Затем были придуманы разные эстафеты. Мы вытащили из веника ветку. Тот человек, которому выпадет эта эстафета, должен был стать согнувшись и мы засовывали ему ветку в задний проход... После этого конкурса мы стали разыгрывать другой. По жребию, человек, которому достанется, должен был сосать половой член соседа или любого из мальчиков... Связывали половые члены трех человек нитками в один узел и танцевали в кругу различные танцы. Это вызывало раздражение и приносило удовольствие... С Димой я три вечера подряд ложился на одну кровать и мы с ним друг другу засовывали половой член между ног и растягивали и стягивали его... Также мы друг другу засовывали половой член в задний проход и в рот".

Влияние подобных игр на эротическое воображение подростка сугубо индивидуально. У одних гомосексуальное экспериментирование полностью вытесняется из памяти позднейшими впечатлениями или вспоминается просто как забавная игра. На более впечатлительных оно накладывает неизгладимый отпечаток.

Вот что рассказал о своем подростковом опыте геолог Виктор Л.:

"В средних классах мы часто играли, хватая друг друга за половые органы, иногда даже во время урока, под партой, чтобы ни учитель, ни девчонки ничего не заметили. Применялись подобные "захваты" и при силовой возне. Никакого страха, смущения и мыслей о гомосексуализме это не вызывало, мы о нем не знали и не думали. Это была наша законная тайная игра "садирования" или "доения козла".

Хотя такие игры меня интересовали, будучи стеснительным и самолюбивым, я держался от них в стороне. Но однажды летом, после 6 класса, работая в колхозе, мы остались одни, без учителя и девочек. В обеденный перерыв, когда я вполне невинно возился с другим мальчиком, тот вдруг закричал: "Ребята, посмотрим у Витьки яйца! Порос он мохом или нет?" Сразу же подбежали остальные. Я отбивался изо всех сил, но когда один заломил мне руку, а другой ухватил сзади за яйца, пришлось лечь на спину, расслабиться и в знак покорности расставить ноги... Это было крайне унизительно. Обычно садировали слабых или младших, я же был крупнее, сильнее и авторитетнее большинства этих ребят, и к тому же безумно стыдлив, стеснялся даже обтягивающих плавок и в туалет не ходил, если там был кто-то еще. Ребята это знали, преодолеть мою стеснительность и гордость им было занятно. Теперь я был у них в руках...

Меня, как лягушку, распялили на сене, зажали руки над головой, задрали рубашку, спустили штаны и стали с шутками и прибаутками осматривать и ощупывать мои потроха. Мне было невыносимо стыдно своей наготы и этих бесцеремонных шершавых чужих рук, которые делали со мной все что хотели, и в то же время сказочно приятно. Пока ребята возились с моим ремнем и застежками, я пытался спасти лицо с помощью трепа: вот, дескать, кастраты и малолетки хотят посмотреть, какое "оно" у настоящего мужчины! Но всерьез делать вид, будто ты иронически смотришь на своих мучителей сверху вниз, в то время как ты распят перед ними голый, с беспомощно расставленными коленями, и каждый из присутствующих в этом цирке пацанов волен трогать, дергать, щекотать и шлепать тебя, где и как ему заблагорассудится, невозможно. Вскоре я утратил всякий самоконтроль и только непроизвольно дергался, стонал и вскрикивал от наиболее чувствительных прикосновений, вызывая этим общее веселье. Не знаю, как долго это продолжалось, но в конце концов у меня произошло бурное, в несколько волн, первое в моей жизни, если не считать ночных поллюций, семяизвержение. Ощущение было необычайно острым. Сначала я подумал, что описался, и страшно испугался, что ребята поднимут меня на смех. Но так как после первого осмотра нагишом мои трусы задрались кверху и дальше меня теребили через трусы, мальчишки ничего не заметили и скоро меня отпустили.

У меня хватило ума притвориться, будто ничего особенного не произошло: подумаешь, ребята посмотрели, что у меня в штанах. Ребят эта версия вполне устроила. Мой авторитет в классе, за который я больше всего боялся, нисколько не пострадал, никто меня этим эпизодом не дразнил, не пытался его повторить и не пугал рассказать о нем девчонкам. Только один парень однажды пригрозил: "Смотри, разложим тебя еще раз на сене!", на что я ответил здоровой оплеухой, которую он принял как должное. Хотя, по правде говоря, если бы ребята повторили опыт (я одновременно боялся и хотел этого), я сопротивлялся бы только для виду. Но хотя никаких неприятных объективных последствий этот случай не имел, его психологические последствия были страшными. Я понял, что тот, кто держит меня за яйца, всесилен не потому, что может причинить мне боль, а потому, что доставляет мне наслаждение, и сразу же начал мастурбировать (раньше этого не делал, возня с мальчишками воспринималась просто как игра), воображая одну и ту же сцену и расцвечивая ее новыми вымышленными подробностями. Между 15 и 17 годами я несколько раз затевал возню и игры с раздеванием и взаимной мастурбацией вдвоем с мальчиками моего возраста, иногда умышленно поддаваясь. В 19 лет впервые переспал с женщиной, в 22 года женился, все вроде бы нормально, но ничто не может сравниться с тем первым опытом. Все бы отдал за то, чтобы снова стать четырнадцатилетним и чтобы мальчишки садировали меня на сене".

В этом рассказе хорошо видна роль мастурбационного воображения, которое закрепляет и кристаллизует случайный сексуальный опыт, превращая его в постоянную установку, от которой человек не в силах избавиться. Но действительно ли Виктора вот так, сразу, "запрограммировали"? До того, как его разложили на сене, была неоднократная возня под партой. Затем Виктор вспомнил, что еще во втором или третьем классе, задолго до начала полового созревания, его одноклассники на большой перемене где-то в школьном закутке несколько раз снимали штаны с другого мальчика, всегда одного и того же, приглашая посмотреть на это зрелище девчонок; "жертве" это, кажется, нравилось. Хотя Виктор в этой игре не участвовал, смотрел со стороны, у него сохранились о ней яркие воспоминания. В пятом классе, во время борьбы с ближайшим другом, Виктор с трудом удерживается, чтобы не стянуть с него штаны, а еще больше ему хотелось самому лежать снизу и чтобы друг применил к нему запрещенный прием, но тому это не приходило в голову. Повышенная стыдливость и затрудненность мочеиспускания в присутствии других также говорит о наличии каких-то психосексуальных проблем. Гомоэротические мазохистские чувства тлели в мальчике задолго до того, как произошел случай, который все расставил по местам, реализовав его собственные тайные желания, мальчишки только соединили в единый сценарий разрозненные элементы его эротического воображения.

Силовые сексуальные контакты типичны главным образом для мальчиков, девочки, если не считать криминально-лагерной среды, предпочитают более нежные и добровольные ласки. Зато страстная дружба-влюбленность, эротической подоплеки которой они сами, как правило, не осознают, встречается у подростков обоего пола.

"Я не знаю, почему дают какой-то монополь воспоминаниям первой любви над воспоминаниями молодой дружбы. Первая любовь потому так благоуханна, что она забывает различие полов, что она - страстная дружба. Со своей стороны, дружба между юношами имеет всю горячечность любви и весь ее характер: та же застенчивая боязнь касаться словом своих чувств, то же недоверие к себе, безусловная преданность, та же мучительная тоска разлуки и то же ревнивое требование исключительности. Я давно любил, и любил страстно, Ника, но не решался назвать его "другом", и когда он жил летом в Кунцево, я писал ему в конце письма "Друг ваш или нет, еще не знаю". Он первый стал мне писать "ты" и называл меня своим Агатоном по Карамзину, а я звал его моим Рафаилом по Шиллеру".

"Никогда не забуду тех мгновений, слишком редких, увы, и слишком кратких, когда мы всецело принадлежали друг другу. Ты единственная моя любовь! Другой любви никогда у меня не будет, ибо тогда мной тотчас же овладели бы страстные воспоминания о тебе. Прощай, меня бьет лихорадка, в висках стучит, взор мутится... Не люблю ждать. Напиши мне как можно скорее. Хочу, чтобы ты ответил мне до 4 час., если любишь меня, как я тебя люблю!!..."

Между этими мальчиками нет и не будет физической близости. Оставшись в номере гостиницы, они стесняются даже раздеться на глазах друг у друга, но можно ли сомневаться в истинной природе их чувства?

Чем больше подростки знают о себе и об однополой любви, тем скорее эта дружба превращается в осознанную влюбленность, которая по своей эмоциональной тональности ничем не отличается от "обычной" любви.

 

Мне больше ничего не снится -

Лишь только ты, лишь только ты.

Как будто на пустой странице

Я создаю твои черты.

Ты - как высокое заглавье,

Ты - как мечты и яви связь,

Ты - как мечта, что стала явью,

Да только в руки не далась.

 

Эти стихи пятнадцатилетнего москвича посвящены мальчику, в которого он был безответно влюблен. Но разве девочкам пишут иначе?

Некоторые подростки осознают и принимают свою гомосексуальность легко, как нечто само собой разумеющееся, но для большинства это трудный и длительный процесс. Если "натуральные" подростки могут принять себя и окружающий мир, так сказать, в готовом виде (хотя далеко не все так делают), то для геев и лесбиянок этот путь закрыт. Прирожденные диссиденты, они не могут обойтись без саморефлексии и критического отношения к себе и к обществу. В жизни каждого из них есть несколько субъективных, но исключительно важных рубежей:

1) первое подозрение о своей гомосексуальности,

2) первый гомосексуальный опыт,

3) уверенность в своей гомосексуальности и

4) coming out (буквально - выход) - более или менее открытое признание своей гомосексуальности, самораскрытие другим людям.

Американский социолог Ричард Тройден подразделяет процесс формирования гомосексуальной идентичности на четыре фазы".

Первая стадия - предчувствие или сенситизация (повышение чувствительности) - приходится на допубертатный период, когда мальчики и девочки еще не задумываются о своей сексуальной ориентации или автоматически считают себя гетеросексуальными. Хотя многие пре-гомосексуальные дети уже чувствуют и осознают, что по своим интересам, внешности или поведению они отличаются от сверстников своего пола и это вызывает у них смутную тревогу, эти отличия еще не отливаются в определенные понятия и описываются скорее в метафорах фемининности и маскулинности (насколько я хороший, "настоящий" мальчик или девочка?), чем эротики (кто меня сексуально привлекает?).

Вторая фаза - период сомнений и смешанной идентичности, когда индивид уже задумывается о своей сексуальной идентичности, но еще не может четко определить ее, приходится на подростковый возраст и начало юности. Это самый драматичный и психологически напряженный этап развития.

Третья фаза - принятие и признание себя также протекает по-разному. Ее возрастные границы и длительность зависят как от индивидуальных особенностей человека, так и от его социальной среды. Чем терпимее общество, тем легче подростку преодолеть свои внутренние конфликты и принять собственную сексуальную ориентацию.

Четвертая стадия, гомосексуальной самоидентификации, наступающая лишь у взрослых, да и то не у всех, лучше всего выражается понятием сопричастности: индивид принимает свою гомосексуальность как определенный стиль жизни, поддержание которого для него важнее и приятнее возможных альтернатив. Эта фаза обычно совпадает с появлением более или менее устойчивых партнерских отношений, в отличие от случайных сексуальных связей. Ее внутренние признаки: слияние сексуальности с эмоциональностью, восприятие гомосексуальной идентичности как интегральной части собственного Я и удовлетворенность ею.

Эти фазы не являются чисто возрастными. Их длительность и содержание зависят от множества конкретных социальных условий, и они по-разному протекают у разных людей.

Прежде всего, бросаются в глаза половые/гендерные различия. Девочки-лесбиянки, как правило, позже юношей осознают свои психосексуальные особенности, считая свое влечение к женщинам потребностью в дружбе. Гетеросексуальные контакты у них обычно предшествуют однополым. Гомосексуальные мальчики, у которых либидо пробуждается более бурно, а половая роль допускает и даже требует явных проявлений сексуальности, раньше начинают подозревать о своей гомосексуальности и сексуально экспериментируют с лицами как своего, так и противоположного пола. Иногда именно для того, чтобы лучше понять свою сексуальную ориентацию.

Поскольку сексуальная ориентация многомерна, а люди - разные, разброс в темпах и характере самоосознания очень велик.

По данным сан-францисского исследования, до 12 лет только пятая часть пре-гомосексуальных мальчиков и девочек считали свои отличия от ровесников сексуальными и лишь 4% осознавали их как гомосексуальность, это были просто различия в поведении и интересах (для мальчиков особенно важно отсутствие спортивных интересов). К старшим классам эти различия и их осознание усиливаются. Из 120 18-21-летних гомосексуальных юношей и девушек в городе Толедо (штат Огайо) одна треть осознали свою гомосексуальность между 4 и 10 годами, вторая - между 11 и 13, третья - между 14 и 17 годами. При интервьюировании в 1993-1994 гг. группы нью-йоркских гомо- и бисексуальных подростков от 14 лет до 21 года (80 юношей и 76 девушек) средний возраст первого подозрения о своей гомосексуальности у мальчиков был 12,5, у девочек - 13,9 года, уверенность же пришла к мальчикам в 14,6, а к девочкам - в 15,9 года. То есть процесс самоосознания занимает приблизительно два года. Восточногерманские мальчики начала 1990-х годов начинали подозревать о своей гомосексуальности в среднем около 16 лет. 19% из них эта мысль приходила в голову еще до 12 лет, а 46% - между 13 и 16 годами, но 14% поняли это только после 21 года. Это зависит как от темпов индивидуального полового созревания и силы либидо, так и от уровня образования: более образованные юноши из интеллигентной среды отстают от рабочих почти на два года. Уверенность в своей гомосексуальности приходит к мужчинам в среднем лишь около 20 лет, причем юноши с высшим образованием завершают свое сексуальное самоопределение позже. Видимо, дело в разной степени готовности принять жизнь такой, как она есть.

Однако осознание своей гомосексуальности еще не означает признания себя геем или лесбиянкой. Даже те подростки, которые охотно сексуально экспериментируют со сверстниками собственного пола, не торопятся идентифицировать себя в качестве геев или лесбиянок. Из 34.700 опрошенных 12-18-летних школьников в штате Миннесота 88,2% сказали, что считают себя гетеросексуалами, 1,1% - геями или бисексуалами, а 10,7% не уверены в своей сексуальной ориентации. Хотя количество подростков, не уверенных в своей сексуальной ориентации, уменьшается с 26% среди 12-летних до 9% среди 18-летних, геями, лесбиянками или бисексуалами считают себя только 1,3%. Так считают только 5% подростков, имеющих гомоэротические влечения, 27% имевших гомосексуальные контакты и 10% имеющих гомосексуальные фантазии.

Чтобы убедиться в стабильности своих чувств и предпочтений, нужно время и практический опыт. Стабилизация сексуальных предпочтений сопровождается их поляризацией. Большинство подростков развиваются в направлении гетеросексуальности и перестают испытывать гомоэротические чувства. У гомосексуалов происходит обратное. Но поскольку этот выбор для многих труден, некоторые подростки и юноши откладывают его, убеждая себя и других, что их однополые предпочтения случайны, отрицают гомоэротическую природу своих влечений или стараются искоренить их с помощью психотерапии и самовоспитания. Вариантов такой психологической самозащиты много. Одни подростки активизируют общение с лицами противоположного пола: "Я думала, что мой интерес к девочкам пройдет, если я буду уделять больше внимания мальчикам и выглядеть более женственной". Другие, наоборот, избегают таких контактов, боясь разоблачения: "Я ненавидел свидания, потому что боялся, что у меня не будет эрекции, и девочки догадаются, что я "голубой". Третьи уклоняются от получения информации, которая могла бы подтвердить их опасения, не желают ничего слышать о гомосексуальности. Четвертые прячутся за стеной ненависти, дистанцируясь от собственного гомоэротизма высмеиванием и травлей себе подобных. Пятые стараются подавить свой гомоэротизм экстенсивными гетеросексуальными связями: "Я думал, это пройдет, если я буду встречаться и трахаться с разными женщинами". Шестые ускользают от мучительных проблем с помощью водки или наркотиков. Некоторым помогает определение неприемлемых чувств и поступков как случайных ("это случилось по пьянке, трезвым я бы этого не сделал"), временных ("это с возрастом пройдет") или периферийных ("какой же я гомик, если я сплю с женщинами?").

Такая психологическая самозащита может с переменным успехом продолжаться долго, иногда всю жизнь, однако она весьма обременительна и часто приводит к нервным срывам. Не смея жить своей собственной, единственно возможной для него жизнью, "голубой" подросток вынужден ухаживать за теми, кого он не может любить, и любит тех, за кем не может ухаживать. Это делает его жизнь мучительным чередованием "неподлинных" и несовместимых друг с другом ролей и масок. Порождаемая этим застенчивость еще больше усугубляет коммуникативные трудности. "Мало кто понимает теперь, что я всегда был и даже теперь, в мои крокодиловы годы, остаюсь чрезвычайно застенчивым существом, - писал Теннесси Уильямс. - В мои крокодиловы годы я восполняю это типичной уильямсовской сердечностью и вспыльчивостью, а иногда - вспышками ярости. В школьные дни у меня не было ни укрытия, ни маски".

Юность - вообще довольно одинокий возраст, но никто не бывает так одинок, как гомосексуальные подростки. Три четверти опрошенных чикагских подростков ни с кем не поделились своими первыми сомнениями, и только 13% посчастливилось найти понимающую душу. Среди восточных немцев, опрошенных Штарке, нашли, кому открыться, 41%, не нашли - 11%, а 46% "в это время никому не доверяли".

Участь юных геев и лесбиянок значительно хуже положения представителей любого расового, национального или культурного меньшинства. Если черный (еврейский, армянский, чеченский, русский - подставьте любое "нехорошее" в данной местности меньшинство) ребенок испытывает трудности или подвергается преследованию из-за своего цвета кожи, акцента или национальности, он может пойти к своим, несущим ту же стигму, родителям, поговорить с ними и получить если не помощь, то хотя бы утешение. Маленький гей или лесбиянка не могут открыться родителям, которые часто так же предубеждены, как и соученики. Он чувствует себя гадким утенком, единственным на всем белом свете.

Одно из самых страшных последствий этого - так называемые "немотивированные" самоубийства. От 20 до 35% американских юношей-геев совершают попытки самоубийства, это гораздо больше, чем в любой другой социально-возрастной группе. В бывшей ГДР 36% опрошенных гомосексуалов сказали, что думали о самоубийстве, а 13% пытались его осуществить. По данным клинических исследований, риск суицида среди юных геев и лесбиянок особенно велик, если они: 1) слишком рано открыто обнаруживают свою гомосексуальность, 2) подвергаются в связи с этим насилию и преследованиям, 3) пытаются решить свои проблемы с помощью алкоголя и наркотиков и 4) отвергнуты своими семьями. Эти молодые люди умирают не от гомосексуальности, а от страха перед ней и от жестокого отношения окружающих.

Снять эти проблемы может только принятие себя и самораскрытие окружающим. Открытое признание своей гомосексуальности - coming out (буквально - выход в свет) или coming out of the closet (выход из чулана) иногда кажется одноразовым драматическим событием, чем-то вроде публичной декларации, после которой пути назад отрезаны и начинается новая жизнь. На самом деле такого крутого, драматического поворотного пункта может и не быть, и даже если он есть, это только кульминация длительного и сложного процесса психосексуального самоопределения.

По мере роста терпимости к гомосексуальности средний возраст "выхода в свет" снижается. В конце 1960-х годов средний возраст coming out у американских мужчин был 19,3 года, теперь он снизился до 14,5-16 лет. Однако и возраст, и обстоятельства "выхода" - кому и как человек раскрывается - зависят от множества конкретных условий.

Человек открывается не всем сразу, а в определенной последовательности, и прежде, чем открыться другим, он должен осознать и принять себя сам. Первым конфидентом подростка чаще всего бывает однополый друг-сверстник.

Например, в чикагском обследовании средний возраст первого самораскрытия составил 16 лет для девочек и 16,75 года для мальчиков, причем две трети мальчиков и свыше половины девочек сначала раскрылись другу (подруге), поделились с матерью только 5% и ни один - с отцом.

"Каминг аут" подчас проще и прозаичнее, чем рисуется в воображении. Молодой человек ждет, что его исповедь будет для его друзей сенсацией, громом средь ясного неба, но иногда его сбивчивый рассказ воспринимается как нечто уже известное: "Мы давно догадывались. Обычный парень не уделяет столько внимания одежде, не смотрится постоянно в зеркало и не бывает таким нежным". Казалось бы, надо радоваться, что с друзьями нет проблем? Не тут-то было! "Я чувствовал себя уязвленным и обманутым. Мое великое откровение пропало даром. Вместо того чтобы радоваться, я был обижен, что мои друзья обсуждали мою личную жизнь за моей спиной и никто из них не сказал мне об этом".

Какой бы трудной ни была сексуальная идентификация, ее завершение приносит огромное облегчение. Люди, которые приняли свою сексуальную ориентацию, в большинстве случаев считают ее естественной, нормальной и единственно возможной для себя, подстраивая под нее прочие самооценки и установки.

Ослабление социальной стигмы и дискриминации облегчает принятие себя. В гомосексуальной выборке Кинзи 46% мужчин и 26% женщин сожалели о своей гомосексуальности. В 1970-х годах на вопрос, хотели бы они, если бы это было возможно, изменить свою сексуальную ориентацию, 95% сан-францисских лесбиянок и 86% геев ответили "нет". 87% опрошенных Штарке восточных немцев принимают свою гомосексуальность полностью, 16% - с некоторыми оговорками и только 1% - с трудом. Однако полное принятие себя большей частью происходит уже за рамками подросткового и юношеского возраста. Тут есть большая социально-педагогическая проблема.

Несколько лет назад пара озабоченных родителей спросила у меня совета, что делать с шестнадцатилетним сыном, который, как им кажется, не просто дружит с одноклассником, а влюблен в него. Я посоветовал оставить мальчика в покое. Однополые влюбленности часто проходят сами собой, независимо от педагогических усилий. А если это действительно любовь, вы не можете искоренить ее. Контроль, надзор, хождения по психиатрам могут отравить подростку жизнь, заставить его прятаться, довести до самоубийства, но они не могут изменить его сексуальную ориентацию.

Истинная родительская мудрость в этой драматической жизненной ситуации - проявить терпимость и понимание к сыну или дочери, принять их такими, какими они себя видят, и поддержать их в этот самый трудный и драматический момент их жизни. От родительской помощи больше, чем от чего бы то ни было другого, зависит находящееся под ударом юношеское самоуважение, с которым, в свою очередь, связаны все остальные психологические свойства личности.

К сожалению, многие родители не выдерживают этого испытания. В бывшей ГДР информации об однополой любви было гораздо больше, чем в России, тем не менее понять своих гомосексуальных сыновей пытались только 19% матерей и 7% отцов; 70% матерей и 78% отцов об их проблемах вообще не знали. И только 8% матерей и 5% отцов приняли сексуальную ориентацию сыновей сразу и безоговорочно; остальные были к этому не готовы, надеялись, что все еще изменится, просили сохранить все в тайне. Со временем отношения обычно налаживаются. Но часто понимание приходит с большим опозданием.

А что делать учителям и психологам? Рассуждая абстрактно, чем раньше подросток осознает и примет себя, тем легче ему будет. Однако поспешное и преждевременное - лишь бы снять мучительную неопределенность - сексуальное самоопределение может, как и в других сферах бытия, закрыть пути к более глубокому осмыслению собственных возможностей и стремлений. Даже если подросток не сомневается в своей сексуальной ориентации, что бывает далеко не всегда, преждевременно обнародовав ее, он рискует оказаться в изоляции в школе и дома и не выдержать враждебной реакции окружающих, от которых ему некуда уйти. Единственным противовесом домашней и школьной враждебности окажется криминальная уличная среда, которая быстро и незаметно для него самого проституирует подростка, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Поэтому лучше отложить "выход" до совершеннолетия и осуществить его в более благоприятных условиях. Это не трусость и не лицемерие, а житейский здравый смысл. Однако убедить в этом подростка вы сможете, только если он увидит, что вы уважаете его право на выбор сексуальной ориентации и не пытаетесь им манипулировать.

Гомосексуальные подростки и юноши нуждаются в психиатрической и психологической помощи не потому, что они больны, а потому, что они оказались в очень сложной ситуации, разобраться в которой может только специалист. К сожалению, найти такую помощь в России трудно, ни психологов, ни врачей этому не учат, а геевские организации маломощны и занимаются не столько конструктивной деятельностью, сколько политическими играми и выпрашиванием денег на собственное существование.

Человек или организация, берущаяся за оказание помощи гомосексуальным подросткам, оказываются в ситуации повышенного социального риска, их подозревают во всех смертных грехах. Во время моего пребывания в Лос-Анджелесе в прессе появились сообщения, что в одном из геевских подростковых центров кто-то из воспитателей якобы имел с воспитанниками сексуальные отношения. Ничего невозможного в этом нет, в подростковых учреждениях любого типа сексуальные скандалы нередки. Но прежде чем факты были проверены (в данном случае все оказалось выдумкой), пресса и местные власти предложили попросту закрыть этот центр. Эта ментальность чрезвычайно характерна. Самая многочисленная категория совратителей подростков - католические священники, но никому не приходило в голову требовать закрыть церкви. С геями это кажется возможным.

При работе с гомо- и пре-гомосексуальными подростками есть несколько общих правил. Какова бы ни была собственная сексуальная ориентация консультанта, он должен исходить из жизненных проблем сидящего перед ним подростка. Что его мучает? Трудности самопознания? Стигматизация? Социальная изоляция? Необходимость скрываться? Чувство своей особенности? Отсутствие родительской поддержки? Преследование и насилие? Сексуальная депривация? Или что-то еще?

Проблемных подростков необходимо принимать такими, каковы они есть, не морализируя и не запугивая. Первая задача психотерапевта не изменить сексуальную ориентацию подростка, а помочь ему понять и прояснить свои чувства. Нужно дать объективную и точную информацию обо всем, что его волнует, особенно важен опыт других юношей и девушек со сходными проблемами. Развитые геевские организации поддерживают такие подростковые группы, выпускают специальные брошюры и т.п. (одна такая брошюра издана и в Москве: Зосимов А.Ф. Если ты "голубой". М.: АРГО-РИСК, 1995). Очень важно помочь подростку разобраться в его проблемах и найти адекватные способы преодоления стигматизации, депрессии, семейных и школьных конфликтов, научить азбуке любовных отношений и правилам безопасного секса. Нужно внимательно следить за возможными признаками суицидных намерений, алкоголизма и наркомании и в случае необходимости своевременно направить подростка к специалисту. Не забывать о семейных условиях, помочь подростку разобраться в его отношениях с родителями, если возможно - поговорить с ними, но только с согласия самого подростка. Обучать других специалистов, давая им адекватную информацию о подростковой гомосексуальности. Соблюдать строгую конфиденциальность. Быть готовым защищать подростка и вместе с тем не нарушать границ профессиональных отношений, в частности избегать общения с подростками вне консультационного центра и, само собой разумеется, не иметь с ними никаких сексуальных контактов.

Кон И.С. Лунный свет на заре. - М., 1998, с. 332-362.

 

Джон УАЙТ

ДВЕ ПОЛОВИНЫ НЕ СОСТАВЛЯЮТ ОДНОГО ЦЕЛОГО

Гомосексуальный акт - это половой акт между представителями одного пола. Гомосексуалисты - это мужчины или женщины, участвующие в гомосексуальном акте.

Я тщательно сформулировал эти определения. Они акцентируют внимание на поведении, а не на людях; на самих действиях, а не на его субъектах; на образе жизни определенных индивидуумов, а не на самих индивидуумах.

Думаю, что и специалисты, и неспециалисты согласятся в этом со мной. Для многих людей гомосексуалист - определенный тип человека, внутренне отличающегося от остальных. Гомосексуалистов называют "странными", "веселыми", "эльфами", "королевами", "гомиками", обычно подразумевая, что они живут "по своей прихоти". "Говорят, она занимается любовью с девочками по той же причине, по какой рыба плавает в воде; она поступает так в соответствии со своей истинной природой, она делает то, для чего предназначена (или делает то, чему не может противостоять)". Все это справедливо. Но мне кажется, что это только половина правды. Существует и другая ее половица, которая зачастую отвергается специалистами.

Вы заметили, что я говорю "она", хотя смысл предложения остался бы прежним, если бы я сказал "он". Это с моей стороны уступка женщинам. Слово "он" короче, и по привычке я употреблял его чаще там, где с равным успехом можно было бы сказать "она". В английском языке нет местоимения, в равной мере относящегося и к мужчине, и к женщине. Но я хочу начать с использования местоимения "она" там, где подошло бы и местоимение "он", ибо это усиливает еще один аспект моих определений. Гомосексуальность - общая проблема для обоих полов. "Гомо" означает "равный", "одинаковый". Это слово относится не только к мужчинам. "Лесбиянство" - слово, используемое для определения женского гомосексуализма.

На чем же следует акцентировать внимание при рассмотрении различий между действиями и людьми, которые эти действия совершают? Это для нас решающий вопрос. Христиане говорят, что человек грешит, потому что он грешен по своей сути. То есть не совершение греха делает человека грешником, а природа грешника заставляет его грешить. Это утверждение, отчасти верное, соответствует общепринятому пониманию гомосексуальности. Согласно этой точке зрения мужчина-гомосексуалист позволяет себе гомосексуальный акт потому, что обладает гомосексуальной натурой, которая вынуждает его вести себя именно так.

Практикующие гомосексуалисты, ученые-бихевиористы и фанатичные ненавистники гомосексуализма сходятся в одном: он действует так, как он действует, потому что он таков, каков он есть.

Но это слишком упрощенное объяснение. Мы в таком случае можем сказать, что алкоголик Билл пьет потому, что не может не пить. Он болен и находится во власти алкоголя. Как бы он ни пытался, он не сможет избавиться от пьянства до тех пор, пока не разберется в причинах своей "болезни". Но и тогда многие специалисты скажут ему, что он должен бросить пить навсегда, что он, возможно, никогда не сможет стать умеренно пьющим. Его проблема состоит в том, чтобы заставить себя не прикасаться к спиртному, и если он этого добьется, то это его личная заслуга. Он действует так, как он действует, потому что он такой, какой он есть.

Но давайте повнимательнее взглянем на эту проблему. Всегда ли Билл вел себя так, как сейчас? Было ли время, когда он мог ограничиться одним глотком спиртного или неделями держать в своем кабинете бутылку шотландского виски, даже не вспоминая о ней? Тридцать лет назад никому и в голову бы не пришло, что Билл станет пьяницей. Только лет двадцать назад один-два его друга немного забеспокоились, после того как однажды он перебрал на уик-энде, но Билл быстро вошел в норму, и даже самые близкие его друзья успокоились. "У Билла нет проблем со спиртным", - сказали они себе. А сегодня ни у кого нет сомнений в том, что проблемы у него есть.

В какой же момент Билл стал алкоголиком? Скажите, что случилось бы, если бы он три года употреблял алкоголь только по праздникам, а потом, став членом общества трезвенников, совсем перестал пить? Смог бы он тогда избежать своей участи? Определенно, да.

Никто не рождается алкоголиком. С какого момента мы прекращаем говорить, что спиртное превращает человека в алкоголика, и начинаем утверждать, что алкоголизм побуждает его пить? В этом отношении, хотя и не в полной мере, алкоголизм напоминает гомосексуальность. Чистый гомосексуалист (некто, всегда занимающийся гомосексуализмом и никогда не испытывавший даже слабого влечения к другому полу) представляет собой лишь один из элементов сложной схемы. Если мы станем оценивать людей по их чувствам, предпочтениям и поведению, то обнаружим, что большинство из них - независимо от того, каковы они по телосложению, мужчины или женщины, - видимо, обладают природой, сочетающей в себе мужественность и женственность.

В то же время есть и "стопроцентные" мужчины, и "стопроцентные" женщины. Говоря так, например, о мужчинах, мы подразумеваем, что другие мужчины в отличие от них кроме мужественности обладают и некими другими качествами (они, например, могут предпочитать музыку футболу или легкое вино - виски). Однако они могут быть мужественными в других отношениях. Сходным образом некоторые женщины помимо своей женственности могут обладать другими чертами и качествами. И чем пристальнее мы всматриваемся даже в своих знакомых, тем больше замечаем то, что подтверждается многими научными исследованиями: между мужественностью и женственностью нет четкого различия, предопределяемого строением наших тел. Многие из нас посчитали бы библейского Исава более мужественным из-за его темперамента, чем Иакова, его близнеца. Но их тела (если не считать волосатости Исава) одинаково мужские. Значит, наши тела (за редким исключением) полностью или мужские, или женские. С другой стороны, наш образ жизни охватывает широкий спектр вкусов и предпочтений, которые можно считать и мужскими, и женскими. С какого же момента мы можем называть человека гомосексуалистом?

Назовем ли мы женщину гомосексуальной, если ее ближайшие друзья - женщины и ей нравится работа инженера? Если мужчина не атлет, не ловелас, а тонкий и мягкий человек, можем ли мы считать его склонным к гомосексуальности? И мужчина, и женщина, которых я описал, могут никогда не испытывать эротических желаний по отношению к представителям своего пола, но оба они могут вызвать у нас серьезное подозрение.

С другой стороны, мужчина может быть счастливым мужем, отцом пятерых детей, старостой местной церкви, футбольным болельщиком и в то же время завсегдатаем грязных бань и практикующим гомосексуалистом. Если хотите, назовите его бисексуальным, но ведь это только игра слов. Его поведение так же гомосексуально, как и гетеросексуально.

Я не говорю, что наша натура и наши чувства не важны. Моя точка зрения состоит в том, что мы слишком часто склонны объяснять наше поведение природой, а не воспитанием, и навязчиво апеллировать к тому, чем человек является, а не к тому, что он делает.

Когда я учился в школе, молодой женатый рабочий, христианин, пригласил меня провести каникулы у него дома в деревне. Мои родители были этому рады.

Перед сном, облачившись в пижамы, мы с ним молились на коленях позади двуспальной кровати, на которой обычно спали они с женой (по неизвестной мне причине на этот раз она устроилась в отдельной комнате). После молитвы мы с ним вместе легли спать.

То, что последовало за этим, заставило меня пережить смятение, страх, беспомощность, злость и сексуальное возбуждение. Я был слишком смущен, чтобы противостоять его попыткам совратить меня. Они начались столь мягко, что совсем не выглядели сексуальными. Видя мою нерешительность, он предложил: "Придвинься ко мне. Не бойся. Я всегда хотел иметь маленького брата, чтобы ласкать его, как тебя. Чего ты трусишь?"

Мне было стыдно за то, что я почувствовал сексуальное возбуждение и вопреки всем своим попыткам не мог погасить его. Я ничего не знал о гомосексуализме. Я только ненавидел себя за те чувства злости, вины, наслаждения и стыда, которые испытывал, и за то, что со мной происходило. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Кульминации не произошло (для меня, во всяком случае). После того как он заснул, я лежал не сомкнув глаз до утра и задавал себе вопросы: что же угодно Богу и что Он чувствует по отношению ко мне? Должен ли я просить Его о прощении? Прощении за что? Что двигало человеком, с которым я провел ночь? Чем больше я думал об этом, тем более нереальным казался мне Бог.

После этого события прошло несколько лет. Я делал все, чтобы избежать "каникул" в деревне, но они наступали для меня еще дважды. Казалось, мой товарищ испытывал глубокую и истинную любовь ко мне. Временами он горько упрекал меня за то, что я не отвечал на его еженедельные письма. Было что-то нездоровое в его любви, несмотря на то что она казалась более серьезной, чем обычный секс. Казалось, все его счастье зависит от меня. При этом в любви он хотел брать, а не отдавать. Он нуждался в моей любви. Я, таким образом, должен был осчастливить молодого христианина. Его легкое давление на меня было равносильно эмоциональному шантажу.

Вы можете спросить, почему я не рассказал об этом родителям? Но что я мог им сказать? Я знал, что можно и чего нельзя в моем возрасте, но ведь этот человек был христианским лидером! В те дни я даже не знал слов, которыми можно было бы описать то, что он пытался совершить со мной. Я испытывал смешанное чувство стыда и отвращения. Не понимал я и его эмоциональной привязанности ко мне. Мне надоели его мягкие упреки за безответные письма, и я прямо-таки заставлял себя участвовать в этой ненавистной мне переписке.

Накануне перехода в старшие классы я заметил, что меня возбуждают изображения обнаженных женщин, особенно женской груди. Позже скульптуры и живописные изображения обнаженных мужчин, особенно мужских гениталий, начали приводить к тому же результату. В то время у нас в школе не было никакого полового просвещения, и единственными моими реакциями на все это были смешанные чувства радости и вины. Мои отношения с Богом становились все более запутанными и не приносящими удовлетворения.

Может быть, моя гомосексуальность была обусловлена опытом, который я пережил? Вполне возможно. Но не поэтому я описываю ее.

Моя теперешняя сексуальная жизнь вполне нормальна. С течением времени сексуальный интерес к мужским телам (которому я не поддавался, но из-за которого сильно страдал) прошел, испарившись, как облако вредных паров; временами я озадачен тем, что не могу даже вспомнить, а было ли вообще в моей жизни это облако. В течение последующих лет мой эротический интерес к женскому телу рос и доставлял мне все больше удовольствия. Теперь при виде женского тела я чувствовал не только эротические переживания, но и благоговение и радость. (Говоря это, я полностью осознаю, что подобные реакции ничуть не оправдывают похотливых взглядов на любую проходящую мимо женщину.)

Нам следует опасаться упрощенного понимания того, кто такие гомосексуалисты и почему они ведут себя так, а не иначе. Должны ли мы рассматривать "гомосексуальную мораль" вкупе с психологическими, социальными и физиологическими аспектами гомосексуальности?

Сначала следует уяснить две вещи. Во-первых, неверно было бы классифицировать людей по их чувствам, вкусам и влечениям на индивидуумов, обладающих "гомосексуальными тенденциями", лиц, коим присущи "некоторые гомосексуальные черты", и "потенциальных гомосексуалов". Гомосексуал с точки зрения морали понятие весьма сложное. Оно должно включать в себя только тех людей, которые участвуют в гомосексуальных актах. Мужчины и женщины, о которых мы говорили, могут не иметь ни желания, ни даже побуждения принимать в них участие, и у нас нет права порочить их.

С другой стороны, мы должны усвоить, что гомосексуальное поведение не является неизбежным для его приверженцев. Ни один гомосексуал (особенно гомосексуал - христианин) не имеет права сказать: "Я не отвечаю за свои поступки, поскольку моя гомосексуальная натура заставляет меня поступать так".

Мы должны понимать, что с научной точки зрения связь между тем, кто я есть, и тем, что я делаю, может быть прямой и обратной. Испытав однажды физическое наслаждение от близости с представителем своего пола, я с большой вероятностью захочу пережить его снова. Чем чаще я буду это делать, тем более жестким станет стиль моего поведения. То, что я делаю, предопределяет то, что я есть, в той же мере, в какой то, что я есть, предопределяет то, что я делаю.

По той же самой причине опыт гетеросексуального наслаждения может привести к цепной реакции в противоположном направлении. Многие люди, мучимые гомосексуальными побуждениями и даже участвовавшие в гомосексуальных актах, обнаруживали медленно растущие изменения в самих себе, испытав гетеросексуальные наслаждения. Более подробно мы обсудим это позднее. А сейчас, наверное, пора рассмотреть то огромное разнообразие типов гомосексуальности и теорий, которые пытаются объяснить их поведение.

Типы гомосексуализма

В наши дни лишь немногие придерживаются бытовавшего ранее убеждения, что существуют только "типичные" гомосексуалы (женоподобные мужчины или мужеподобные женщины). Даже более широкое толкование, согласно которому в гомосексуальные пары могут объединяться разные по складу женщины (мужеподобные и утонченные) или мужчины (супермужественные и женоподобные), сегодня кажется ограниченным и неполным. Стереотипы, конечно, существуют. Некоторые мужеподобные женщины гомосексуальны. Но среди них есть женщины совершенно иного типа.

Что касается пар, то число их разновидностей бесконечно. Нередки здесь случайные союзы на одну ночь, когда партнеры не знают друг о друге ничего, кроме имени, и предпочитают технические ухищрения прочной связи. Некоторые пары "освящены" определенной формой брака. Женщины стремятся формировать более продолжительные союзы, чем мужчины, однако пожизненная верность среди гомосексуалов встречается значительно реже, чем среди обычных супружеских пар.

Психоаналитик Лайонел Овесей, который ввел понятие "псевдогомосексуал" (некто, испытывающий страх того, что он гомосексуал, хотя это не так), описывает различные "переходные" типы мужской гомосексуальности. От мужчин, которые исключительно гетеросексуальны, к тем, кто вступает в гомосексуальные отношения от случая к случаю; а также от тех, чей "предпочтительный способ поведения гетеросексуальный" (то есть с женщинами), к тем, у кого не было никаких иных отношений, кроме гомосексуальных. Где-то посередине находятся мужчины, которых я отношу к бисексуалам. Они чаще всего женаты, имеют детей, но ведут при этом "веселую" жизнь на стороне. Из-за пелены секретности, которой окутана их гомосексуальная активность, в мире "веселых" они известны как "тайные королевы".

В тюрьмах, монастырях, в армии и научных экспедициях, состоящих только из мужчин, возникает "ситуационная гомосексуальность". Такие мужчины обычно возвращаются к гетеросексуальному поведению, покинув тюрьму или по окончании экспедиции. В тюрьме существует любопытная ситуация, когда доминирующий, физически сильный лидер утверждает свой авторитет и мужественность, принуждая заключенных к анальному половому акту (половому акту, осуществляемому через задний проход). Такого лидера заключенные не презирают, а боятся и уважают. Он доказал свою мужественность через подчинение себе не только женщин, но и мужчин.

Ясно одно, что гомосексуальные отношения, как и гетеросексуальные, у некоторых людей принимают пассивную форму, обусловленную сексуальным совращением. Один мужчина признался мне: "Я пассивный гомосексуал анального типа. Мне нравится этот способ. Я всегда позволяю другому "веселому" делать это". Но ясно и то, что лишь немногие гомосексуалы поддаются столь же легкой классификации. Многие пассивны в одном отношении, но активны в другом. В то же время тысячи гомосексуалов, завсегдатаев баров для "веселых", могут не проявлять ни пассивности, ни активности, а просто устанавливают взаимно удовлетворяющее партнерство ради получения ночного удовольствия.

Техника

Должен ли я рассказать то, что знаю, о приемах, используемых гомосексуалами для возбуждения друг друга? Если вы гомосексуал, то вы с этими приемами знакомы. Если же нет, то такая информация вас вряд ли заинтересует.

Единственной причиной моего краткого освещения этого вопроса является предостережение тем, кто не испытывает симпатии к гомосексуальности. Я хочу, чтобы люди хоть в какой-то мере осознали отчаяние, порождаемое трагедией гомосексуализма.

Большинство представителей сильного пола испытывают отвращение при мысли о введении члена в рот мужчине или, еще хуже, - в его задний проход (один из способов, используемых гомосексуалами). Мысль о двух женщинах, каждая из которых лижет клитор своей партнерши или ласкает интимные части ее тела, обычно ужасает замужних представительниц слабого пола. Почему же тогда это отвращение незнакомо гомосексуалу?

В далеком прошлом умирающие от голода люди в осажденных городах считали великим деликатесом вареных крыс. В безжалостных тисках голода их вкусы изменились. Несмотря на то что половое влечение гомосексуала блокировано в одном направлении, его сексуальный аппетит сохраняется и мощно проявляет себя на другом. Поэтому не следует удивляться тому, что нечто, вызывающее отвращение у нормальных людей, считается весьма привлекательным для гомосексуала.

Причины гомосексуальности

Сейчас мы уже понимаем, что нет одной простой причины, способной объяснить гомосексуальное поведение. Но все-таки стоит рассмотреть теории, которые пытаются это сделать.

Властолюбивая мать и пассивный отец-неудачник (согласно некоторым психоаналитическим концепциям) являются главными виновниками проявления гомосексуальности у ребенка. Действительно, многие гомосексуалы признаются, что имели властную мать и пассивного отца.

Приведем ситуацию, когда в доме распоряжается только мать. Как лоцман, она ведет свой дом в бурном житейском море, таща на буксире мелкие суденышки (мужа и детей). У нее властный голос, она командует в семье, она решительна и честолюбива в отношении будущего своих детей. При возникновении споров она обычно настаивает на своей правоте. Другие члены семьи пытаются высказать собственное мнение, но никто не может противостоять ее напору.

В иных ситуациях ее властолюбие может проявляться не столь явно. Она может действовать и более тонко, хотя и не менее тиранично. Хрупкая и изящная, она в то же время руководит домом благодаря своей железной воле, своему моральному лидерству (как умело она может порой поставить человека на место хорошо продуманной фразой!) или даже хитрости (например, ссылаясь в нужный момент на головную боль).

Однако, чтобы не слишком поспешно приписывать ей роль главного виновника гомосексуальности сына или дочери, мы должны отметить, что мать является только одним из действующих лиц. Без поддержки всего состава исполнителей ей вряд ли удалось бы успешно справиться с главной ролью в этой болезненной драме.

Муж потакает ей своим невмешательством. Он знает только два способа реагирования на ее действия: либо наигранно разразиться гневом, либо уйти в подполье телевизора, чтения или алкоголя. Нередко большую часть своего свободного времени муж проводит вне дома.

Дети в этой ситуации могут вести себя по-разному. Но модель "матери-ментора", на которой они основывают свое поведение, по сути своей является нездоровой. Им не с кого брать пример нормальных отношений между родителями. Их многие годы приучают играть в семейном спектакле, поставленном по фальшивому сценарию. Можно ли ждать, что, начав собственную семейную жизнь, они станут правильно разыгрывать отведенные им роли?

Из множества вариантов семейных взаимоотношений один особенно важен. Если мать избирает одного из сыновей своим особо доверенным лицом, она может заложить основы его будущего гомосексуального поведения. Однако и он в этом случае должен сыграть свою роль. Он обязан соответствовать тому образцу поведения, которого от него ожидает мать.

Обычно он становится - не в физическом или сексуальном, а эмоциональном смысле - ее мужем, которого у нее, по сути, никогда не было. Качества, недостаточно выраженные у ее настоящего мужа, она тонко прививает своему сыну. Не осознавая того, что происходит, сын приучается танцевать под ее дудку и подстраиваться под ее настроения.

Для него это фрустрирующий процесс. Время от времени его умение удовлетворять ее эмоциональные потребности вознаграждается и поощряется. Но из-за того, что он никогда не может дать ей того, что она действительно (но бессознательно) ищет, его привязанность к ней в конечном счете разочаровывает их обоих. Он, ее маленький мужчина, никогда не сможет стать ее настоящим мужчиной. Он усваивает навыки пассивного поведения, вместо того чтобы научиться активному. Его стремление угождать желаниям матери никогда не позволит ему стать свободным и независимым. Его сексуальные влечения оказываются загнанными в подполье. С одной стороны, он учится уверенно проявлять свою мужскую настойчивость для защиты матери, а с другой - отбрасывать эту настойчивость в сторону, если она противоречит материнским интересам. Он постоянно привязан к материнской юбке, и из-за этого оба остаются в проигрыше.

Имей он сильного отца, поддерживающего его и служащего для него примером, все могло бы быть иначе. Но отец, как мы помним, прячется в подполье.

Становясь старше, такой сын иногда обнаруживает, что он меньше, чем его сверстники, знает о девочках. Он может быть совсем "домашним" или дружить с тихими мальчиками, но его все равно тянет к сильным, авторитетным, агрессивным парням, которые вызывают его восхищение. Он чувствует себя комфортно только с энергичными женщинами, которые ценят те качества его характера, которые выработала в нем мать.

Такой юноша не является гомосексуалом. Не может он быть и тем, кого Фрейд называл латентными (скрытыми) гомосексуалами. Скорее, к нему применимо понятие Овесея - псевдогомосексуал. Тем не менее он более уязвим для гомосексуального соблазна, нежели другие. Ему предстоит многому научиться, чтобы установить здоровые сексуальные отношения с женщиной и чтобы стать хорошим отцом.

Его главной проблемой будет одиночество, которое поведет его по своему печальному пути. Он может долго не жениться, становясь стареющим и теряющим всякую надежду холостяком. Со временем его все больше и больше будут угнетать отношения с родителями. Его единственными сексуальными утешениями могут стать мастурбация или половые контакты с женщинами, которые гораздо старше его.

Кто-то может спросить: "Почему гомосексуал отличается от других людей? Не обусловлено ли это гормонами, генами и хромосомами?"

Наука долго, но тщетно искала физическую основу гомосексуальности. Тестирование мужчин-гомосексуалов обнаружило у них тот же уровень гормонов, что и у нормальных мужчин. Яичники и другие половые железы у гомосексуальных женщин вырабатывают половые гормоны в нормальных пропорциях. Более того, известно, что евнухи (мужчины, яички которых удалены), для которых в целом характерна тенденция к утрате чисто мужской агрессивности и сексуального интереса к женщинам, сохраняют способность к половому сношению. Научные данные свидетельствуют, что половые гормоны влияют (по крайней мере, отчасти) на сексуальное поведение и половое влечение, но не обусловливают жестко тип сексуального поведения или пол человека.

Действительно, у некоторых людей встречаются странные сексуальные аномалии. Например, даже при наличии в организме женских клеток (что известно как "женский хромосомный набор"), тело может выглядеть как мужское, и наоборот. Но это чрезвычайно редкие явления, которые не имеют отношения к нашей проблеме.

Психоаналитические теории пытаются объяснить гомосексуальность доминирующей ролью матери, пассивностью отца и этим ограничиваются. Однако им не удается объяснить, почему многие властные матери воспитывают гетеросексуальных детей, а у внешне нормальных родителей вырастают дети-гомосексуалы. В этих теориях довольно истины, чтобы относиться к ним с определенным доверием, но недостаточно фактов, чтобы смотреть на мир только через призму психоанализа.

Привычка (то, что бихевиористы называют подкрепляемым обучением) способна формировать поведение. Позвольте молодому человеку однажды испытать удовольствие от сексуальной игры с представителем его пола, и в следующий раз эта сексуальная игра станет значительно более волнующей. Уязвимость описанной выше концепции "сына властной матери" проявляется именно в этом. Сексуальные влечения молодого человека, блокированные (по крайней мере, временно) на одном направлении, легче найдут выход на другом. А поскольку для него легче установить интимные отношения с представителем своего пола, то именно здесь и может проявиться специфика его сексуальных влечений. Наслаждение и облегчение, которые он испытывает от сексуальных отношений с другим мужчиной, "впечатываются" в модель его поведения, делая такое поведение в будущем более вероятным.

И действительно, не так важно, как все это начнется: будет ли это совращение взрослым мужчиной или сверстником или же групповое насильственное принуждение в армии или тюрьме. Если чувства наслаждения и облегчения от полового акта перевешивают чувства стыда и вины, молодой человек оказывается в ловушке гомосексуального удовольствия.

Главный вопрос не в том, почему он начал, а каково его отношение к этому? Но если он хочет избавиться от этого порока, то как ему это сделать?

Как гомосексуалы относятся к самим себе

Они всегда были "эмансипированными" сегментами любого общества. Даже в викторианской Англии эстетство и "искусство ради искусства" создавали климат, в котором для Оскара Уайльда было возможно издеваться над общественной моралью посредством открытой гомосексуальной связи с молодым английским аристократом. Но во времена Уайльда общество этого не прощало. Претерпев унижения, а позднее и тюремное заключение, он умер забытый и нищий.

Во времена моего детства гомосексуальность была у мальчишек темой для хихиканья, но дети из рабочих семей относились к ней вполне серьезно. В 1954 году английское правительство создало так называемый Волфендонский комитет для изучения всех аспектов гомосексуальности, утвердив тем самым благоприятный климат для тех, кто выбрал гомосексуальность как образ жизни.

В 60-е и начале 70-х годов в Северной Америке отмечается рост организованного движения "веселых" против юридической и профессиональной дискриминации гомосексуалов. В небольшом городке, где я живу, существуют три организации "веселых", две из которых пытаются официально зарегистрироваться. Самая крупная из них устраивает ежемесячные банкеты, которые посещают несколько сот гомосексуалов обоего пола. Даже священник местного прихода принадлежит к "веселым". Банкеты не заканчиваются оргиями, но поощряют танцы с партнером того же пола и включают в себя различные шоу и другие представления.

В западном мире распространены гомосексуальные браки в различных формах. Их церемонии, ритуалы, клятвы, банкеты, речи и фотографирование как бы пародируют общепринятый брак.

И все-таки гомосексуалы в большинстве случаев - несчастные люди. Они несчастны, потому что, какой бы успешной ни была их борьба против дискриминации, мир никогда не поймет и не примет их. Несчастны они и потому, что больше обычного страдают от одиночества и отверженности - временами даже со стороны своих "собратьев". Если непостоянство и неверность поразили наше общество, то в еще большей степени это относится к миру "веселых". Глубочайшее сердечное желание гомосексуалов - быть любимыми, понятыми и навсегда принятыми такими, какие они есть.

Эротизм важен для гомосексуала не более чем для любого другого человека. У него та же потребность, как и у всех нас: это желание положить предел одиночеству. А поскольку союзы гомосексуалов хрупки и непостоянны, им чаще приходится сталкиваться с разочарованием, и отчаяние они переживают более глубоко, нежели обычные люди.

Кроме того, многие гомосексуалы боятся открыто присоединяться к когорте "веселых". Некоторые из них живут двойной жизнью, принадлежа одновременно двум мирам - гетеросексуальному и "веселому". "Веселые" друзья презирают их за нерешительность. В то же время они живут в постоянной тревоге потерять своих гетеросексуальных друзей, свои семьи, которые, узнав, чем они занимаются, могут порвать с ними отношения.

Наркотики и алкоголь - обязательная "принадлежность" многих гомосексуалов, особенно женщин. В одном из гомосексуальных клубов моего города есть алкогольный бар, в другом - безалкогольный. Первый чаще всего посещают женщины, второй - исключительно мужчины.

Часто говорят, что у всех мужчин-алкоголиков когда-то был период гомосексуальности. Это утверждение неточно и неверно. В действительности статистика показывает, что среди гомосексуалов пьянство значительно чаще встречается в женской, нежели в мужской, среде. Поведение женщин характеризуется также постоянными ссорами, драками и попытками самоубийства.

Однако я был бы не прав, утверждая, что все лесбиянки пьют, ссорятся, дерутся и пытаются покончить с собой. Их положительной чертой является значительно большее постоянство, чем у мужчин. Любовь и эротика играют определенную роль и в мужской, и в женской гомосексуальности, однако любовь, нежность и верность, видимо, более значимы для женщин.

И все же мир "веселых" не так уж весел. По мере взросления их шансы остаться в одиночестве увеличиваются. Молодые люди красивы, их тела прекрасны, а движения быстры и грациозны. Но кому может понравиться старая, потасканная фея (лесбиянка - амер. жаргон)? В странах Запада стареющие люди знают, что значит проводить долгие часы в одиночестве и выслушивать издевательства и оскорбления наглых юнцов. Они с горечью ощущают на себе клеймо бесполезности. Но у них по крайней мере есть право на некоторое уважение. Они занимают свое место в обществе и любимы своими семьями. Куда более безотрадным представляется будущее стареющего гомосексуала, обитающего в серой преисподней, населенной такими же несчастными, как он сам.

Уайт Дж. Эрос оскверненный. - М., 1993, с. 130-148.

 

Игорь КОН

ГОЛУБАЯ ЭРОТИКА

ГРУППОВОЙ ПОРТРЕТ БЕЗ ИНТЕРЬЕРА

Геевская жизнь по своей природе является философской... Это люди, которые должны изобретать себя... Когда человек открывает, что он гей, он должен выбрать все, начиная с походки, одежды и манеры разговаривать и кончая тем, где жить, с кем и на каких условиях.

 

Эдмунд Уайт

 

Каковы психологические особенности мужчин-гомосексуалов и геевского стиля жизни? Говорить о "геях вообще", без учета демографических, социально-групповых и индивидуальных различий бессмысленно, эти мужчины очень разные и их групповой портрет вне интерьера неизбежно будет схематичным и условным, тем более что почти все научные данные касаются немногих западных стран, а среднестатистический американский гей отличается от среднестатистического российского "голубого" так же сильно, как средний американец от среднего россиянина. Тем не менее без обсуждения этих вопросов не обойтись.

Образуют ли гомосексуалы единый психофизиологический тип, с характерным телосложением, внешностью и т.д.? Многие люди уверены, что могут безошибочно распознать геев по женственной внешности, высокому голосу, мягким манерам и т.д. Это, конечно, иллюзия. Гетеросексуал может иметь женственную внешность и высокий голос и тем не менее быть гетеросексуалом, а мощное тело бодибилдера сплошь и рядом - оболочка, скрывающая застенчивую женственность и гомоэротизм. Сами геи распознают "своих" (эту способность, в основе которой лежит натренированная интуиция, они часто называют "гейдар" или "геевский радар") не столько по телесному облику, сколько по психологическим признакам (особый взгляд, походка, жесты, манеры).

Тем не менее какая-то корреляция между гомосексуальностью и некоторыми аспектами телосложения, по-видимому, существует. Многие пре-гомосексуальные мальчики отличаются мягкими, женственными чертами лица, а взрослые геи - более легкой, изящной фигурой. Например, при опросе 318 канадских гомо- и 318 гетеросексуалов от 18 до 22 лет геи оказались в среднем на 1,5 см ниже ростом и на 5 кг легче "натуралов", а половое созревание они пережили на 1,2 года раньше. Эти три момента (более легкий костяк, менее развитая мускулатура и более раннее сексуальное созревание) могут быть показателями соматической феминизации. Но нельзя забывать и о психологических факторах: подобно женщинам, гомосексуалы очень заботятся о своей внешности, особенно о весе, соблюдают диету и т.д. Сообщалось также о наличии статистической корреляции мужской гомосексуальности с женственной формой тазобедренного сустава, но специалисты относятся к этим данным скептически. Чтобы проверить их, нужны объективные антропометрические исследования на больших выборках.

Интересен социально-демографический портрет геев. Западноевропейские и американские геи - преимущественно горожане. 27% американских геев и лесбиянок (и только 18% гетеросексуалов) живут в городах с населением свыше 3 млн. а 61% - свыше 1 млн жителей. 89% канадских геев также проживают в городах. В больших городах геи имеют свои излюбленные районы проживания, где они составляют значительную часть и даже большинство населения (например, в Западном Голливуде).

Уровень образования американских геев значительно выше среднего. 49% из них учились в колледже и 14% - в аспирантуре (среди гетеросексуалов соответствующие цифры - 37% и 7%). 72% канадских геев учились в университете, 31,2% окончили университет, а 12,8% - аспирантуру. Среди восточногерманских геев доля интеллигентов вдвое превышала средние показатели по ГДР. В другом немецком исследовании высшее и среднее специальное образование имели 59% гомосексуалов. Это объясняется психологическими факторами. По многим психологическим тестам (и особенно по направленности интересов) гомосексуальные мужчины больше похоже на женщин, чем на гетеросексуальных мужчин, а лесбиянки - наоборот. В детстве это проявляется особенно сильно. Школьные отметки гомосексуальных мальчиков, как правило, выше среднего уровня.

У маленьких геев есть также дополнительный мотив к учебе и интеллектуальному развитию: поскольку многие из них не могут преуспеть в типичной мальчишеской деятельности, спорте и соревновательных играх, их самореализация идет по другому пути. Но так поступают не только геи, а и многие другие будущие интеллектуалы. Считать всех геев интеллектуалами так же нелепо, как подозревать всех интеллектуалов в гомосексуальности.

Среди американских геев и лесбиянок больше людей, имеющих собственное дело, и лиц так называемых свободных профессий (18% против 11% в среднем по США). Мужчины-геи предпочитают работе на производстве индустрию развлечений и сферу обслуживания (актеры, шоумены, дизайнеры, продавцы и т.д.). В целом это весьма успешная социальная группа. Однако данные об уровне их доходов противоречивы. По одним источникам, их годовой доход выше среднеамериканского, по другим - ниже, чем у гетеросексуальных мужчин той же профессии и квалификации.

Некоторые геевские установки и ценности отличаются от типичных для "стопроцентного американского мужчины". Геи гораздо больше "натуралов" озабочены собственным Я. Интроспекцию, потребность в самопознании признали важной ценностью 43% геев и лесбиянок и только 23% гетеросексуалов. Они больше заботятся о своей физической форме, здоровье и внешности, придают большое значение личному общению и проявляют готовность идентифицироваться с другими угнетенными группами (этнические меньшинства, женщины, старики).

Геи охотнее гетеросексуалов выходят за пределы повседневности. Они выше ценят воображение, уход от будничных реалий и личное творчество. Жажда нового опыта отличает не только художников, но и самых обычных геев-потребителей. Эгоцентризм и гедонизм, жажда удовольствия, новизны, развлечений и приключений часто приходят в противоречие с нормами традиционной протестантской морали. В отличие от типичного мужчины-"трудоголика", целиком поглощенного карьерой и зарабатыванием денег, геи умеют ценить разнообразный досуг, вкусную пищу, путешествия в дальние страны и т.п. Они значительно больше времени расходуют на посещение магазинов, охотнее тратят деньги, следят за модой, покупают больше предметов роскоши, книг, произведений искусства, чаще ходят в театры. Эстетические качества обиходных вещей для них важнее практических. В одежде они гораздо чаще предпочитают новые, необычные, подчас вызывающие модели и т.д.

Вместе с тем геев отличает повышенная чувствительность к стрессам. Жизнь часто кажется им слишком напряженной, и они хотят сделать ее более надежной и спокойной, избегая рискованных профессий и лишней ответственности. Многие геи не доверяют большому бизнесу, и они гораздо чаще испытывают недоверие к миру и окружающим людям, подозревая их во враждебном к себе отношении (такая настороженность типична для всех дискриминируемых и стигматизируемых меньшинств и коренится в их личном и историческом опыте). Однако разброс очень велик.

Новейшие маркетинговые исследования подчеркивают, что в сфере потребления, как и во всем остальном, геи не образуют единой группы и принадлежат к разным субкультурам.

Очень сложна проблема так называемой "геевской чувствительности". Это многозначное и идеологизированное понятие означает, с одной стороны, высокую эмоциональную возбудимость, восприимчивость и ранимость, а с другой - повышенный артистизм и художественные способности. Эти взаимосвязанные черты действительно характерны для геев, показатели которых по большинству личностных тестов стоят посредине между показателями гетеросексуальных мужчин и женщин. Повышенная эстетическая чувствительность, художественные интересы и способности проявляются у геев уже в раннем детстве. Гомосексуальные мальчики везде и всюду предпочитают силовым и соревновательным видам спорта актерскую деятельность или танцы. Это отражается и в их профессиональных занятиях.

Почти три четверти (73%) американских геев, по сравнению с 20 процентами гетеросексуальных мужчин, заняты в искусстве и шоу-бизнесе и, в меньшей степени, в сфере писательства, архитектуры, рекламы и паблик рилейшенс. К "голубому" племени принадлежат такие выдающиеся писатели и поэты XX в., как Сомерсет Моэм и Ивлин Во, Ангус Уилсон и Кристофер Ишервуд, Уистан Оден и Аллен Гинзберг, Ив Наварр и Жан Жене, Марсель Жуандо и Анри де Монтерлан, Жюльен Грин и Эрве Гибер, Теннесси Уильямс и Эдвард Олби, Гор Видал и Джеймс Болдуин, Пол Гудмен и Уильям Берроуз, Трумэн Капоте и Джо Ортон, Эдмунд Уайт и Дэвид Ливит, Хуан Гойтисоло и Федерико Гарсия Лорка, Умберто Саба и Сандро Пенна, Клаус Манн и Хуберт Фихте, Константин Кавафис и Хулио Кортасар, кинорежиссеры Лукино Висконти, Пьер Паоло Пазолини, Райнер-Мария Фасбиндер и Дерек Джармен, композиторы Камилл Сен-Санс, Кароль Шимановский, Франсис Пуленк, Бенджамин Бриттен, Генри Кауэлл, Арон Коплэнд, Нед Рорем, философы Людвиг Витгенштейн, Джордж Сантаяна, Мишель Фуко, Рональд Барт, пианист Владимир Горовиц, дирижер Леонард Бернстайн и многие другие. Глубокие "голубые" корни имеет современная поп-музыка, особенно рок-н-ролл, диско и панк-рок; свою гомо- или бисексуальность открыто признавали Элтон Джон и Фредди Меркьюри. Очень много геев среди дизайнеров, достаточно назвать такие имена, как Ив Сен Лоран, Джанни Версаче и др. (судя по статистике некрологов в "Нью-Йорк таймс", доля геев среди дизайнеров в 24 раза выше доли гетеросексуальных мужчин), и танцоров, причем речь идет не только о звездах вроде Нуриева. Из 136 опрошенных американских танцовщиков (в разных жанрах) свыше половины мужчин оказались "голубыми" (напротив, среди балерин очень мало лесбиянок). Интерес к танцу появился у этих мужчин раньше, чем у их гетеросексуальных коллег. Почти все они в детстве чувствовали себя в какой-то степени женственными и осознали свой гомоэротизм до того, как начали танцевать; то есть не танцы способствовали развитию гомосексуальной ориентации, а гомоэротизм стимулировал увлечение танцами.

Существуют три альтернативных (или взаимодополнительных) объяснения "геевской чувствительности".

1) Гомосексуалы от природы обладают повышенными художественными способностями благодаря сочетанию в их психике мужских и женских черт, которое помогает им преодолевать гендерную ограниченность.

2) Высокий удельный вес гомо- и бисексуалов среди артистов и художников объясняется тем, что эти занятия дают им больше свободы, чем другие сферы жизни, жестко подчиненные гендерным стандартам. "Юноше, похожему на девушку, не место среди бойскаутов, он должен уйти на Парнас".

3) Маргинальное положение невольных аутсайдеров в сочетании с повышенной чувствительностью дает геям особое видение мира, благоприятствующее художественным открытиям. По словам американского писателя Дэвида Ливитта, гомосексуальность, сделавшая его изгоем, тем самым заставила его посмотреть на мир как бы со стороны и увидеть то, чего не видят другие. С этим мнением согласны и многие другие писатели-геи. Однако важна не столько сексуальная маргинальность, сколько индивидуальная способность творческого ее осмысления.

Свойства популяции или культуры совсем не обязательно являются также свойствами принадлежащих к ней индивидов. Не говоря уже о том, что не все геи эстетичны и артистичны, эти черты могут проявляться не в художественном творчестве, а в потреблении.

В отличие от старой литературы, предполагавшей наличие единого типа "гомосексуальной личности", современная психология считает, что гомосексуальные мужчины и женщины не образуют единого психологического типа, а их психические проблемы и свойства коррелируют с разными телесными и психическими чертами. Фемининные, женственные мужчины по целому ряду качеств отличаются от более маскулинных, а невротизм, депрессии, суицидные наклонности и т.п., которые раньше приписывались всем гомосексуалам, сильнее всего выражены у гендерных дисфориков, которые уже в детстве и отрочестве были недовольны своим полом/гендером и которым объективно труднее уподобиться своим "натуральным" сверстникам.

Столь же многообразны их эротические предпочтения и типы сексуального поведения.

Одно из главных общих отличий мужской сексуальности от женской состоит в ее экстенсивности: мужчины имеют значительно больше сексуальных партнеров, чаще меняют их, легче вступают в случайные, безлюбовные связи и т.д. Это имеет под собой не только социальные (господствующее положение мужчин), но и биологические основания (биологическая функция самца - оплодотворить как можно больше самок, остальное его зачастую не касается). По этому критерию (количество и сменяемость партнеров) мужская гомосексуальность не только не выглядит женственной, но оставляет далеко позади даже самых завзятых гетеросексуальных донжуанов.

В 1971 г. каждый седьмой опрошенный немецкий гомосексуал имел в течение жизни свыше 600, а некоторые (среди 31-35-летних таких было 11%) - свыше тысячи партнеров. В 1987 г. под влиянием эпидемии СПИДа среднее число партнеров за последний год перед опросом у немецких гомосексуалов снизилось в два с половиной раза (с 14,3 до 5,5 человека), доля мужчин, имевших в течение года от 51 до 100 партнеров, уменьшилась с 8,4% до 5%, а имевших свыше 100 партнеров - с 5,7% до 1,7%. Соответственно изменились их установки и представления о норме. Тем не менее, если в 1981 г. больше 5 партнерш за последний год имели около 5% гетеросексуальных студентов, то среди гомосексуалов таким числом партнеров мог похвастаться каждый второй.

Но за средними цифрами скрываются разные типы личности и стили жизни. В среднем английские геи имеют в течение всей жизни 38 сексуальных партнеров, за последние пять лет - 16, за последний год - 4 и за последний месяц - одного. Однако в нижней четверти выборки соответствующие цифры составляют 12, 5, 2 и 1, в верхней четверти - 181, 40, 10 и 2, максимальные же показатели - 25.000, 1.500, 300 и 40 партнеров. Хотя таких "максималистов" очень мало и психологически они представляют собой особую группу, ориентированную на экстенсивную сексуальную жизнь, они существенно влияют на средние показатели.

При качественном анализе картина еще более усложняется. Что значит "случайный секс" или "случайный партнер": множественность связей? их краткосрочность? отсутствие избирательности? с кем попало? где попало? анонимность, отсутствие интимности? Сколько раз (или времени) нужно переспать с человеком, чтобы можно было считать его постоянным партнером? Это совершенно разные вопросы.

Сравнивая типы сексуальных отношений, нужно разграничивать их длительность, степень психологической интимности и ролевой диапазон - является ли данная связь только сексуальной или предполагает также общие интересы, совместную деятельность, проживание и т.д. Каждый из этих факторов в отдельности и все они вместе зависят не только от типа личности и ее запросов в данный момент, но и от целой совокупности условий. Молодой человек может быть по характеру романтиком-однолюбом, но, если у него нет собственного жилья, привести в родительский дом и оставить на ночь девушку ему трудно, а парня и вообще немыслимо. Это заставляет его заниматься сексом в самых разных и не всегда удобных местах.

Здесь существует целый ряд, так сказать, цивилизационных и одновременно психологических градаций. 1) Анонимный одноразовый секс в общественных туалетах, где партнеры большей частью даже не видят друг друга. 2) Сексуальные контакты с незнакомыми мужчинами в банях, саунах, парках, на пляжах, "плешках", в темных комнатах геевских баров и дискотек. 3) Одноразовый секс в более или менее комфортных условиях дома или в гостинице. 4) Сексуальное партнерство, где люди связаны между собой только более или менее регулярным сексом. 5) Более или менее длительные, постоянные партнерские отношения, предполагающие какие-то взаимные обязательства. 6) Сожительство с общим проживанием и домохозяйством. 7) Юридически оформленное домашнее партнерство или однополый брак. Каждая из этих форм отвечает определенным потребностям и имеет своих поклонников и противников.

Больше всего споров вызывает, естественно, анонимный и, по определению, грязный (хотя по российским стандартам западные туалеты кажутся чистыми) туалетный секс. Общественные туалеты стали важным элементом мужской гомосексуальной культуры с момента своего возникновения. "Вонючие храмы Приапа", как назвал парижские писсуары Гаролд Норс, "предлагали такое разнообразие религиозного опыта, с которым не могла соперничать ни одна христианская церковь (оргазм, безусловно, самая непосредственная и универсальная форма соединения с Богом)". Многие психиатры видят в туалетном сексе свидетельство эмоциональной ущербности и неспособности геев к психологической интимности, любви и принятию связанных с ними обязанностей. Но в условиях дискриминации и полицейских преследований у гомосексуалов часто не было выбора, остальное - дело привычки. Сегодня удельный вес "туалетных" контактов в цивилизованных странах гораздо меньше. Тем не менее они не исчезли.

По образному выражению американской писательницы Камиллы Палья, "анонимный секс в темном закоулке - уплата дани мечте о мужской свободе (в России это назвали бы членскими взносами. - И.К.). Незнакомый чужой мужчина - это странствующий языческий бог, а алтарем, как и в древности, может быть любое место, где ты преклоняешь колени. "Натуральные" мужчины, посещающие проституток, также героически стараются освободить секс от эмоций, долга, семьи, другими словами, - от общества, религии и детородной Матери Природы".

Многих мужчин, независимо от их сексуальной ориентации, в сексе больше всего привлекает новизна и количество. Гомосексуальность лишь гипертрофирует это свойство, превращая бани и сауны, по выражению Фуко, в лаборатории сексуального экспериментирования. "Туалеты, - пишет английский писатель Дэвид Риз, - нельзя отождествлять со страданием, унижением, хаосом и смертью. Это просто места, где легче всего найти х... Не больше и не меньше. Такие встречи неромантичны, но обычно безвредны и вполне удовлетворяют многих людей. Один "натуральный" друг сказал мне: "Если бы существовали их гетеросексуальные аналоги, я ходил бы туда каждую ночь".

У большинства гетеросексуалов количество сексуальных партнеров лимитируется институтом брака, моральными обязательствами, рождением детей и многими другими социальными и культурными факторами. Сексуальные контакты между мужчинами в банях, саунах и барах практически не регламентированы ничем, кроме собственной потенции. В отличие от коммерческого секса, одноразовый секс ради удовольствия не обязательно безличен. А отсутствие интимности и любви заменяет своеобразное чувство мужской солидарности ("Я ощущаю чувство братства со всеми мужчинами, с которыми трахался").

Однако секс со многими случайными партнерами несет в себе смертельную эпидемиологическую угрозу. Почти все геи, ведущие такой образ жизни, периодически лечатся от венерических заболеваний, многим пришлось заплатить за этот опыт собственной жизнью или жизнями своих близких. Кроме того, это почти неизбежно вовлекает человека в криминальную среду, где сексуальный контакт или его попытка нередко заканчивается ограблением, избиением и даже убийством.

Велики и его психологические издержки - отчуждение, безлюбовность, дефицит человеческого тепла и интимности. Чем больше сменяемость сексуальных партнеров, тем меньше эмоциональной вовлеченности. Между тем геи, как никто другой, чувствительны к эмоциональному тонусу отношений и остро переживают одиночество. "Это как путешествие... Только ты освоился на новом месте - где жить, где питаться, что смотреть и чего не смотреть, как уже пора уезжать. И ты начинаешь все сначала в другом городе". Кочевая жизнь приятна не всем и не всегда.

Потребность в стабильных отношениях и способность поддерживать их зависят, с одной стороны, от типа личности, а с другой - от возраста. Многие юноши и молодые мужчины, независимо от их сексуальной ориентации, до поры до времени не испытывают нужды в постоянстве. Их сексуальная активность экспериментальна и экстенсивна. Когда московская "голубая" газета "РИСК" (1992, No 2-3) открыла дискуссию о проблеме постоянного партнера, 19-летний Игорь написал:

"По-моему, все эти разговоры о постоянстве - одна сплошная муть... Спать все время с одним и тем же - скучно, это же ежу понятно! Я, слава Богу, не урод и могу себе найти столько парней, сколько надо: разные тела, разные губы, разные члены - каждый раз новый кайф. Вот лет через 20, когда мне уже будет ничего не нужно, придется обзавестись кем-то постоянным, а сейчас - что я, чокнутый?"

А рядом - письмо 27-летнего Дмитрия: "Я не знаю, что такое проблема постоянного партнера. Просто с тех пор, как год назад он вошел в мою жизнь, она стала наполненной и осмысленной. Я хочу его постоянно, все время, но дело не в этом: уже достаточно давно секс отошел куда-то на второй план, к тому же жить нам негде, так что вместе мы по большей части гуляем по городу и пьем чай в гостях у его или моих друзей, давно уже ставших общими... Наверно, нас можно назвать постоянными партнерами, а для меня он - никакой не "партнер", а любимый. И это навсегда".

Однополые (как и разнополые) пары подразделяют по степени их стабильности на постоянные и случайные, а по степени сексуальной исключительности - на закрытые (моногамные) и открытые. Закрытые отношения предполагают одного постоянного партнера и полное отсутствие случайных связей. При открытых отношениях наличие постоянного партнера не исключает возможности каких-то иных, временных.

В Сан-Франциско начала 1970-х годов 71% всех опрошенных геев (485 человек) и три четверти лесбиянок (211 человек) распределились по следующим пяти типам.

1) Закрытые пары (67 мужчин и 81 женщина) напоминают счастливые разнополые браки. Это устойчивые, сплоченные пары, связанные взаимной любовью и общностью интересов. У них меньше всего сексуальных проблем, они не ищут случайных, временных партнеров на стороне, хорошо социально и психологически приспособлены, отличаются высоким самоуважением и значительно реже других гомосексуалов страдают от одиночества.

2) Открытые пары (120 мужчин и 51 женщина) также живут совместно, но их партнерство не является сексуально-исключительным. Хотя они привязаны друг к другу, они нередко развлекаются на стороне, испытывая в связи с этим различные тревоги. Их социальная и психологическая адаптированность несколько ниже, чем у первой группы, но значительно выше, чем у остальных гомосексуалов.

3) Функционалы (102 мужчины и 30 женщин) напоминают гетеросексуальных холостяков, живущих самостоятельно и жизнь которых строится вокруг сексуальных похождений и приключений. Их сексуальная активность выше и количество партнеров больше, чем у остальных групп, но их контакты лишены эмоциональной вовлеченности, экстенсивны, часто безличны. Хотя в целом это энергичные, жизнерадостные и преуспевающие люди, их социально-психологическая адаптированность ниже, чем у первых двух типов.

4) Дисфункционалы (66 мужчин и 16 женщин) больше всего подходят под классический стереотипный образ гомосексуала-невротика. Эти люди не в силах ни принять свою гомосексуальность, ни подавить ее. Для них характерны пониженное самоуважение и наличие множества внешних и внутренних конфликтов, для разрешения которых часто требуется психотерапевтическая помощь.

5) Асексуалы (110 мужчин и 33 женщины) - люди, которые категорически не принимают и всячески подавляют свою гомосексуальность, практически отказываясь от сексуальной жизни. Это крайне осложняет их эмоциональные отношения с другими людьми, заставляет скрываться, порождает чувство одиночества и всевозможные психосексуальные проблемы. Эти люди считают себя несчастными, часто обращаются к врачам и среди них самый высокий процент самоубийств.

В последнюю четверть века ориентация геев на стабильные отношения усилилась. В конце 1970-х годов от 40 до 60% американских геев имели более или менее стабильные парные отношения и приблизительно половина из них жили совместно. 8% из опрошенных Блумстейном и Шварц 1576 лесбийских пар и 18% из 1938 мужских пар жили совместно свыше 10 лет. В наиболее подробном американском опросе, охватившем 1749 человек, больше 10 лет существовали 14% женских и 25% мужских пар. 82% этих мужчин и 75% женщин жили вместе.

В 1987 г. Даннекер собрал данные не только о текущем статусе респондентов, но и обо всех их прежних отношениях, в общей сложности о 2232 мужских парах. 39,9% из них существовали меньше 6 месяцев, 19,5% - от 6 до 12 месяцев, 17,5% - один-два года, 16,1% - от двух до пяти лет, 5,7% - от пяти до десяти лет и 1,3% - свыше 10 лет. Никогда не имели постоянных отношений меньше 4%. В момент опроса три пятых (59%) имели стабильные отношения, но у 41% из них эта дружба началась не больше чем год назад. Важный фактор стабильности отношений - возраст, отношения молодых мужчин менее устойчивы. Максимальный процент стабильных пар (65%) имеют 46-50-летние. У гомосексуалов Восточной Германии в 1990 г. постоянного партнера имели 56%, причем 48% из них вели общее хозяйство и еще 36% хотели бы его вести. У 35% 30-40-летних мужчин длительность сожительства была свыше трех, у 24% - свыше пяти и у 10% - свыше 10 лет. В Англии в конце 1980-х годов партнерские отношения имели от 57 до 65% опрошенных геев, их средняя длительность составляла 4 года, максимальная - 38 лет.

Что стоит за этими цифрами и чем мужские однополые пары отличаются от женских, от разнополых пар? У 60% немецких геев партнерство началось с секса, у одной трети этому предшествовала недолгая влюбленность и только у 9% - долгая взаимная любовь. Однако очень скоро они сталкиваются с теми же проблемами, что и разнополые пары - разделение домашнего труда, управление финансами, выработка собственного стиля жизни и т.д. Общие критерии оценки удовлетворенности партнерством практически те же, что в гетеросексуальных браках, причем геи оценивают свои взаимоотношения по тем же критериям, что женатые мужчины, а лесбиянки - как замужние женщины. Но насколько адекватны эти критерии?

Стабильность разнополого брака поддерживается не только сексуальной близостью и любовью, но и наличием детей и множеством социальных условий. Общество делает все, чтобы сохранить брак. В однополом союзе все внешние силы действуют против него. Ни церковной, ни правовой охраны у него нет, соседи и родственники смотрят косо, если пара распадется, это никого не удивит и не встревожит.

Первая проблема совместной жизни - распределение домашних обязанностей. На первый взгляд разнополым парам в этом отношении легче. Существует привычная система полоролевых норм и ожиданий, типичные обязанности мужа и жены и т.п. Однако многочисленные исследования, как зарубежные, так и российские, показывают, что браки, основанные не на гендерных стереотипах, а на действительном равенстве полов, с учетом индивидуальных особенностей супругов, являются более счастливыми и устойчивыми.

У однополой пары обязательной, стандартной полоролевой/гендерной дифференциации нет и быть не может. Но этот "минус" порой оказывается "плюсом". Поскольку вести себя по образцу своих родителей, как поступают многие молодые супруги, двое мужчин заведомо не могут, разделение домашнего труда, порождающее больше всего семейных конфликтов, здесь с самого начала строится с учетом индивидуальных особенностей: каждый делает то, что он лучше умеет или что ему больше нравится, а если какая-то необходимая работа никому не нравится, - на основе разумного компромисса. Этому способствует еще одно обстоятельство. Мужчины привыкли эксплуатировать женский труд и подчас даже не замечают этого. Труд другого мужчины безнаказанно эксплуатировать нельзя. Самый избалованный родителями мальчик никогда не позволит себе капризов в обществе сверстников. То же - и в мужских сожительствах. Вот как описывает это один московский гей:

"Димка со студенческих (= общежитских) лет привык к стирке, а готовил еду даже не без удовольствия (потому что это всегда было для него дополнением к университетской столовой, т.е. связывалось психологически с отходом от обыденности и рутины), - я же как раз ни того ни другого не умею и не люблю; зато я всегда хожу по продуктовым, за первый месяц нашей жизни в отдельной квартире изучил всю диспозицию нашего микрорайона, составил схему оптимальных маршрутов (в угловом магазинчике сыр свежее и дешевле, зато в молочном кефир вкуснее - с другого завода, в универсаме всегда есть "бородинские" батоны, и т.д.) - в общем, извлек из обязанности удовольствие, мытье посуды обычно за мной, подметание пола - с тех пор как я работаю дома, это для меня прекрасное средство успокоиться и собраться с мыслями, когда что-то не клеится в работе (наше домашнее присловье: "Не знаешь, что делать, - подмети в кухне!"). Пожалуй, осталось только одно дело, которое нам не удалось поделить, - это глажка рубашек (у обоих совершенно нет такого навыка, да и утюг нам мои родители подарили только через полгода совместной жизни); в конце концов мы просто на это дело плюнули и перешли на свитера и модели, которые глажки не требуют..."

Вторая проблема - регулирование сексуальных отношений. Общий уровень сексуальной активности мужских пар значительно выше, чем женских и смешанных. В первые недели и месяцы совместной жизни некоторые буквально не вылезают из постели.

С возрастом, а точнее - со стажем совместной жизни уровень сексуальной активности снижается так же, как это происходит в разнополых браках. "Сначала мы занимались сексом перед завтраком, перед обедом и перед ужином. Первым отпал завтрак, потом обед и, наконец, ужин. Осталась только ночь и иногда послеобеденная суббота, - и мы оба втайне были этим встревожены".

Сексуальная жизнь в браке вообще отличается от случайных встреч. Как пишет цитированный выше молодой москвич, "мы съехались и стали жить вместе на 4-м году постоянных партнерских отношений. До этого каждая проведенная вместе ночь была не то чтобы событием - это было бы слишком громко сказано, - но неким отдельным, специальным мероприятием: ее надо было организовывать, готовить, будь то ситуация отъезда моих родителей или его соседей по комнате, визит к тем немногим из моих друзей (его друзья были не в курсе), у кого была лишняя комната... Жизнь в одной комнате в этом смысле перестраивает восприятие: заниматься любовью становится возможным, в принципе, в любой момент. И потому часто сексуального контакта (в узком, так сказать, смысле слова, потому что, шире говоря, жизнь вместе с любимым человеком наполнена бесчисленными мелочами, жестами, движениями более или менее эротического характера - поцелуями, касаниями, ласками мимоходом...) не происходит потому, что до него, что называется, руки не доходят: пока оба вернемся с работы или после каких-то дел, пока приготовим ужин, потом ежевечерний ритуал - новости на канале НТВ, и после тоже какие-то любимые и часто совместные занятия, так что когда где-нибудь в третьем часу доползаем до кровати (а вставать-то в девять!), то сил уже хватает только на то, чтобы теснее прижаться друг к другу, - и это не вызывает особого огорчения, потому что ведь никакие совместные удовольствия теперь уже от нас никуда не денутся..."

В связи с этим возникает вопрос о сексуальной исключительности и верности. Из 156 калифорнийских мужских пар, обследованных Дэвидом Маквиртером и Эндрю Маттисоном до эпидемии СПИДа, ни одна пара не выдержала искуса больше пяти лет, а большинство стало искать развлечений на стороне уже на втором году совместной жизни. В более поздних и географически разнообразных исследованиях верность встречается гораздо чаще. Тем не менее строгая моногамия среди геев - скорее исключение, чем правило. Ее соблюдение зависит, с одной стороны, от стажа сожительства, а с другой - от соотношения возраста партнеров. Более длительное сожительство и большая разница в возрасте партнеров предполагают большую сексуальную снисходительность.

Кое-что из того, о чем пишут Маквиртер и Маттисон, я видел собственными глазами. Я познакомился с Дэвидом и Эндрю в 1988 г. на годичном собрании Международной Академии сексологических исследований и затем два или три раза гостил у них в Сан-Диего. Больше всего меня поразило - это было мое первое знакомство с американскими геями - их спокойствие и чувство собственного достоинства. Оба работают и хорошо зарабатывают. Высокие элегантные мужчины. Дэвид - суровый, властный, главный врач большого психиатрического госпиталя, Эндрю - более мягкий и заботливый, но отнюдь не женственный. Когда они сошлись, 40-летний Дэвид был женат и имел двоих детей, а 20-летний Эндрю был студентом. Я спросил Дэвида, был ли их роман громом среди ясного неба. Нет, конечно, ответил он, меня еще 17-летним школьником заставили лечиться у психиатра, но ничего не помогло. После развода дети-подростки, девочка и мальчик, предпочли остаться не с матерью, а с отцом, и двое мужчин вырастили и воспитали их. Когда я последний раз был у них в гостях, Дэвид и Эндрю радостно сообщили мне, что у них родился внук. Я подумал, что что-то неладно с моим английским, и спросил, что значит "у нас". Но внук, сын дочери Дэвида, в самом деле общий, оба дедушки не чают в нем души, и родители мальчика любят их обоих. Хозяйство ведут сообща, и я мало видел таких элегантных и ухоженных домов. Много путешествуют и развлекаются, всегда вместе. Спросить их о сексуальной верности я бы не решился, но Эндрю сам мне сказал, что, конечно, у них обоих бывают увлечения и приключения на стороне, но это не отменяет взаимной любви и не подрывает прочности их союза.

С другой парой меня познакомили в баре. 16-летний школьник Альберт впервые увидел 31-летнего пастора Джекоба в церкви: "Он стоял за кафедрой, читая свою воскресную проповедь, и я сразу же понял, что страстно хочу его и что это - навсегда". Два месяца влюбленный мальчишка караулил Джекоба, который не обращал на него внимания, и в конце концов поймал его спящим в постели. "Я плохо понимал, что происходит, - рассказывает Джекоб, - но когда этот красивый мальчик стал ласкать меня, он заарканил меня на всю жизнь". Это было в 1940 г. С тех пор Альберт и Джекоб разлучались только на три года войны. Их роман был нелегким. Из-за скандальной связи с мальчиком Джекобу пришлось оставить священнический сан, а Альберту - уют богатого родительского дома, где не могли смириться с его гомосексуальностью. У них разные вкусы и темпераменты и 15 лет разницы в возрасте. Тем не менее они до сих пор вместе и трогательно внимательны друг к другу.

Разумеется, так построить свою жизнь удается не всем. Длительная совместная жизнь - дело вообще непростое. На три гетеросексуальных брака в США приходится два развода, в России - один. А ведь часто браку предшествует одно или несколько незарегистрированных сожительств, которых официальная статистика не учитывает. К тому же многие браки являются чисто формальными, люди не разводятся только потому, что это сложно или не выгодно. Надо ли удивляться тому, что стабильных и счастливых мужских союзов сравнительно мало? Тем не менее они есть и заслуживают общественного признания.

А как обстоит дело с детьми? Вопреки стереотипу, многие геи любят детей и хотели бы их иметь. 15% восточногерманских гомосексуалов сказали, что это - важное условие их личного счастья, а каждый четвертый из тех, кто имел сексуальные отношения с женщинами, имеет собственных детей. По подсчетам ученых, каждый десятый американский гей является отцом. Чаще всего это дети от распавшихся гетеросексуальных браков, причем геи-отцы в большинстве случаев хотят участвовать в воспитании своих детей и поддерживать с ними хорошие отношения. Некоторые мужские пары стараются усыновить чужих детей; у таких мужчин выше уровень самоуважения, чем у бездетных геев, а стиль их отношений с детьми не отличается от стиля "натуральных" отцов.

Но может быть, геи сексуально совращают своих детей или оказывают на них иное нежелательное влияние? Такие опасения часто служат доводом для отказа геям в праве на усыновление или получение опеки над ребенком при разводе, но никаких фактов, подтверждающих это мнение, нет. Разумеется, геи-отцы так же различны, как и все прочие. Однако, судя по криминальной статистике, подавляющее большинство сексуальных покушений на детей в семье и вне ее совершают гетеросексуальные мужчины. Не передается детям и отцовская сексуальная ориентация: дети гомосексуальных отцов, как правило, вырастают гетеросексуальными, причем продолжительность общения с отцами (в случае развода) на сексуальность ребенка не влияет. Статистический метаанализ эмпирических исследований этой темы показал, что между гетеро- и гомосексуальными родителями нет существенных различий в стиле воспитания детей и в собственной эмоциональной приспособленности и что сексуальность родителей не оказывает заметного влияния на сексуальную ориентацию ребенка.

Эти факты подтверждают обоснованность требования о законодательном признании и социальной защите однополых браков и их права на усыновление детей. Разумеется, во всех этих случаях необходимо исходить прежде всего из интересов ребенка. Усыновление и воспитание ребенка не право, а привилегия, которую нельзя раздавать кому попало.

Далеко не все геи стремятся к стабильным отношениям. Некоторые геевские идеологи считают самую идею однополого брака идеологической уступкой "репрессивному гетеросексизму" и изменой принципу сексуальной свободы. Кроме абстрактных теоретических соображений о неизбежности отмирания института брака, за этим стоят личные особенности. Для мужчин, которые жестко запрограммированы на экстенсивный секс и/или неспособны к психологической интимности, партнерские отношения - только обуза. Холостяцкий статус для них, как и для аналогичных гетеросексуальных мужчин, - единственно возможный или оптимальный вариант.

Важный фактор "голубой" жизни - старение. Для гея личная жизнь имеет большее значение, чем для гетеросексуального мужчины, сплошь и рядом живущего преимущественно работой, и ему чаще приходится воссоздавать ее заново. Гей гораздо больше заботится о своей внешности и болезненнее реагирует на признаки старения. В отношениях между мужчиной и женщиной динамика половых ролей не меняется с возрастом: юноша учится ухаживать за женщинами и они отвечают ему взаимностью, потому что он молод и привлекателен. С возрастом, когда он утратит свое юношеское очарование, накопленный опыт помогает ему оставаться на плаву, компенсируя утрату молодости социальными достижениями зрелого возраста. То же и в сексе. Образно говоря, мужчина всегда "сверху", а возрастное ослабление потенции компенсируется и часто перекрывается приобретенными умениями. К тому же у него есть своя законная жена, которая принимает его без особенных претензий.

В отличие от этого многим геям по мере взросления и старения приходится переучиваться. Привлекательный юноша привыкает к оказываемым ему знакам внимания, он не столько ухаживает, сколько является объектом ухаживания. С возрастом, если его привлекают более молодые мужчины, ухаживать, добиваться расположения приходится ему. Стареющему гею нередко приходится менять и свою сексуальную технику, причем с возрастом диапазон выбора суживается. Иногда его единственными партнерами становятся хаслеры, а главными "сексуальными" органами - рот, глаза и собственные руки. Герой повести Холлерана спрашивает старого Эрни, который постоянно дежурит у общественного туалета, почему он не пойдет в баню или в бассейн, где тепло и много красивых молодых тел. "Потому что я лучше выгляжу одетым, чем раздетым... Одетый я - всего лишь рот".

В гетеросексуальном мире девушки тоже предпочитают молодых и длинноногих, но женские предпочтения все-таки либеральнее. Молодые геи, за редкими исключениями, нарциссичны и эгоцентричны. Старость их не просто не интересует, а пугает. Глядя на старика - а чем моложе человек, тем расширительнее он понимает старость, юноша невольно думает - неужели и я стану таким же? - и в панике отворачивается. Американские геевские общины в последние годы стали проявлять заботу о пожилых людях (это не только гуманно, но и выгодно - одинокие старые геи охотно участвуют в благотворительных мероприятиях и нередко завещают общине свое имущество) и стараются воспитывать в этом духе молодежь. "Эйджизм", жизненная философия, абсолютизирующая возраст и создающая нереалистический и жестокий культ юности, считается таким же политически некорректным, как сексизм. Но как бы ни была успешна эта социальная политика (американцы, как и мы, гораздо больше говорят и обещают, чем делают), она не может сломать возрастных психологических барьеров. При любой сексуальной ориентации быть молодым, красивым и богатым лучше, чем старым, некрасивым и бедным. Стереотипные представления о несчастных, одиноких и сексуально обездоленных старых гомиках не выдерживают критической проверки. Подавляющее большинство обследованных американских геев между 40 и 70 годами сексуально активны, около 70% удовлетворены качеством своей сексуальной жизни, а некоторые даже говорят, что получают от нее больше удовольствия, чем в молодости. Отчасти благодаря тому, что стареющие мужчины стали больше ценить получаемое удовольствие, а отчасти потому, что научились переносить фокус своих эротических действий и переживаний с гениталий на другие части тела (китайская эротология учит этому и гетеросексуальных мужчин).

Главные факторы психического благополучия пожилых и старых геев те же самые, что у их гетеросексуальных ровесников: психологическое принятие себя, материальное благосостояние, хорошее здоровье и отсутствие одиночества, и их общая удовлетворенность жизнью практически такая же. Тем, кто не сумел найти спутника жизни и привык к экстенсивному сексу, приходится перестраивать свой стиль жизни и снижать уровень притязаний.

Последняя дневниковая заметка Ролана Барта, датированная 17 сентября 1979 г., посвящена визиту некоего Оливье. Г. Барт очень ждал его, но молодой человек был занят собой и никак не отреагировал на сдержанные знаки внимания 64-летнего хозяина. "Меня охватило отчаяние, мне хотелось плакать. Я увидел в этом свидетельство того, что мне следует отказаться от мальчиков, потому что они не испытывают влечения ко мне, а я слишком стеснителен или слишком неловок, чтобы навязывать им свои желания...

Я немного поиграл на рояле для О., по его просьбе, уже зная, что отказываюсь от него; у него очень красивые глаза и нежное лицо, обрамленное длинными волосами: нежное, но недостижимое и загадочное существо, одновременно близкое и далекое. Затем я его отправил, сказав, что мне нужно работать, зная, что это конец и что в моей жизни закончилась еще одна вещь: любовь к мальчику".

Каковы взаимоотношения геев с женщинами? Если верить стереотипу, гомосексуалы ненавидят и боятся женщин, избегают общения с ними и т.д. В действительности все не так. Гомосексуалы избегают сексуальных отношений с женщинами не столько потому, что женские гениталии вызывают у них отвращение (его испытывают сравнительно немногие), сколько потому, что женское тело их не возбуждает, и, хотя они физиологически способны к половому акту, они получают от него гораздо меньше удовольствия, чем от мужского секса. В остальном геи прекрасно ладят с женщинами. Ведь психологически у них много общего.

Гомосексуальные мальчики обычно предпочитают женское общество и часто дружат с девочками, раскрываясь им полнее, чем друзьям, а юные лесбиянки, наоборот, откровеннее с мальчиками. Выработанная в детстве привычка и умение дружить с женщинами сохраняются у многих геев всю жизнь. Марсель Пруст, Андре Жид, Жан Кокто, Теннесси Уильямс, Уистан Оден и многие другие "голубые" классики были очень близки с женщинами. Общность сексуальных интересов - женщины, как и геи, интересуются мужчинами - облегчает общение, обмен наблюдениями, опытом ухаживания и т.п. "Обычная женщина, которая должна быть около вас, - это влюбленная женщина, которая все про вас от вас знает и вы можете с ней переглянуться по поводу юного красивого и глупого телефониста; мальчика-певца...; мальчика-прохожего; мальчика из бюро услуг по ремонту холодильников. И как вы не переглянетесь с натуральным своим ровесником, которому надо переглядываться с другом по поводу проходящих женщин-лошадок".

Многие женщины, в свою очередь, симпатизируют геям. По большинству опросов, они относятся к ним значительно терпимее мужчин. Им не надо опасаться с их стороны сексуальной агрессии и назойливого приставания, подобно геям, они страдают от сексизма и мачизма и т.п. Однако преувеличивать эту близость не стоит. Меньше 10% опрошенных в Лос-Анджелесе геев назвали своим ближайшим другом "натуральную" женщину. Как и гетеросексуальным мужчинам, им легче обсуждать свои интимные проблемы с людьми собственного пола и сексуальной ориентации. Некоторые геи, особенно те, которые не уверены в себе и вынуждены постоянно доказывать себе и другим свою проблематичную маскулинность, самоутверждаются за счет женщин, изображая их неполноценными и второсортными (классический пример гомосексуальной мизогинии - знаменитая книга Отто Вейнингера "Пол и характер"). Столь же агрессивны сексуально обездоленные женщины, разочарованные невниманием к себе и воспринимающие геев как соперников. Отношения между геями и лесбиянками большей частью дружественные, и они нередко вступают в фиктивные браки между собой, но это сотрудничество основано не столько на взаимной симпатии, сколько на наличии общих врагов.

Многие "голубые" мужчины состояли или состоят в гетеросексуальном браке. Одни в момент женитьбы не знали о своей "голубизне". Другие говорят, что были влюблены. Третьи, как Чайковский, надеялись с помощью женитьбы "вылечиться". Четвертые хотели приобрести социальное прикрытие, соблюсти приличия. Пятые поступают по стереотипу - все женятся, значит, и мне надо. Шестые уступают давлению близких, которые не знают об их особенности или недооценивают степень ее серьезности ("женится - и все образуется"). Для многих стимулом к женитьбе является желание иметь детей. Хотя эти мотивы часто переплетаются, сильнее всего действует давление общества, нежелание отличаться от большинства мужчин.

Могут ли такие браки быть счастливыми? Бисексуальные мужчины могут одинаково искренне любить своих жен и любовников-мужчин, все зависит от взаимной договоренности и согласия супругов на "открытые" отношения. При исключительной гомосексуальности это невозможно, надежды с помощью брака покончить с гомосексуальностью практически никогда не оправдываются. Подавленная или скрываемая гомосексуальность становится психологически даже более значимой, обрекая людей на унизительную двойную жизнь или на развод. Страдающей стороной при этом, как правило, бывает женщина. Если муж заранее предупредил ее о своих склонностях или если сексуальная сторона брака не имеет для нее значения (что бывает нередко), их союз может быть обоюдно приемлемым, но если муж скрыл свою гомосексуальность - трагедия неизбежна.

ГОЛУБАЯ ЭРОТИКА

...В культурном отношении однополая любовь явно так же нейтральна, как и другая; в обеих все решает индивидуальный случай, обе родят низость и пошлость, и обе способны на нечто высокое.

 

Томас Манн

 

Хотя все геи любят мужчин, они любят разных мужчин и делают это по-разному. Парадокс мужского гомоэротизма в том, что он содержит в себе много женственного, фемининного и одновременно гипертрофирует некоторые типичные свойства маскулинности и мужского сексуального воображения.

Насколько исключительно гомоэротическое воображение? В гетеросексуальной выборке Кинзи 86-87% взрослых белых мужчин не имели гомосексуальных снов и мастурбационных фантазий; только 2,5-3,5% опрошенных испытывали их часто. Мастерс и Джонсон нашли, что хотя эротические фантазии гомо- и гетеросексуалов нередко перекрещиваются ("натуралы" иногда воображают однополые сцены, а гомосексуалы - разнополые), между ними есть существенные различия. Гетеросексуалы воображают, в порядке убывающей частоты, секс с новым партнером, сцены сексуального насилия, наблюдение за чужой сексуальной активностью, гомосексуальные контакты и групповой секс. Гомосексуалы чаще видят отдельные элементы мужской сексуальной анатомии (член, ягодицы и т.п.), сцены сексуального насилия, разнополый секс, нежные отношения с незнакомыми мужчинами и групповой секс. У австралийских мужчин, которых спрашивали не только о частоте тех или иных эротических фантазий, но и о том, что их сильнее всего возбуждает, фантазий, не соответствующих сексуальной ориентации (гомосексуальные сцены у "натуралов" и гетеросексуальные - у геев), оказалось значительно меньше, чем у испытуемых Мастерса и Джонсон; содержание эротических фантазий позволяет безошибочно отличить геев от гетеросексуалов. В мастурбационных фантазиях немецких гомосексуалов на первом месте мечты о каком-то неопределенном, реально не существующем идеальном партнере, затем следуют воспоминания о прошлом сексуальном переживании и/или партнере, о какой-то особой сексуальной технике, о знакомом, но недостижимом мужчине, о партнере, которого гей любит или с которым дружит, о групповом сексе, о ком-то, кого мужчина видел, но лично не знает, фантазии, навеянные эротическими материалами. Соотношение этих фантазий и образов зависит от конкретных эротических предпочтений и личного опыта индивида.

Определенное переплетение гомо- и гетеросексуальных фантазий у одного и того же человека прямо предполагается теориями Фрейда и Кинзи. Но они различаются как по степени распространенности, так и по своим психологическим функциям. По мнению Ричарда Айси, гетеросексуал в своих гомосексуальных фантазиях большей частью видит себя в "женской" роли, это подрывает его уверенность в своей маскулинности; у гомосексуалов такие фантазии тревоги не вызывают. У гетеросексуала гомоэротические фантазии часто бывают средством психологической самозащиты от нежелательного гетеросексуального контакта; для гея влечение к мужчине органично. У гетеросексуалов первые гомоэротические фантазии появляются в юности, на фоне подростковой гиперсексуальности; у геев они возникают в детстве, в подростковом возрасте они уже вполне осознаны. Гетеросексуалы воспринимают гомоэротические фантазии как нечто неприятное, неестественное; геям они приятны, хотя иногда под влиянием негативных социальных установок они пытаются их подавить. У гетеросексуального мужчины гомоэротические фантазии чаще всего появляются в кризисные моменты, когда он чувствует себя жертвой агрессии и конкуренции; у геев они более или менее постоянны.

Феноменологически, по типу переживания, однополая любовь практически не отличается от разнополой. Предметом любви является не пол, а конкретный индивид, точнее - образ. Любовная речь не связана ни с гомо-, ни с гетеросексуальностью. Гомоэротические тексты, в которых отсутствует прямое указание на пол любимого существа, без малейшего труда принимаются за описание и выражение гетеросексуальных чувств, и наоборот. Говоря словами Александра Володина, Дульсинея может быть какой угодно, был бы Дон Кихот Дон Кихотом. Но если существуют разные типы или "цвета" любви, причем разные люди неодинаково склонны к ним и это в известной степени связано с их половой/гендерной принадлежностью, то однополая любовь может иметь свою специфику.

Главная экзистенциальная проблема любви - как слиться с другим человеческим существом и в этом слиянии утратить и затем заново обрести себя - в однополом варианте выглядит несколько иначе, чем в разнополом. Женщина всегда остается для мужчины Другой, с ней можно слиться только на мгновение, но при этом всегда остается различие и даже полярность. Влюбленный мужчина жаждет общаться с женщиной, обладать ею и/или отдаться ей, ревнует ее к другим, но не идентифицируется с нею, не мечтает стать ею или таким, как она. Она - Другая, уподобиться ей невозможно.

В однополой любви присутствует иллюзия безграничности: влюбленный мечтает обладать предметом любви и одновременно - уподобиться ему или уподобить его себе. Грани между "быть" и "иметь" в гомосексуальном желании часто размыты. Диалектика слияния, идентификации с Другим и одновременно выхода за пределы собственного Я - большая метафизическая проблема. Герои романа Мишеля Турнье "Метеоры" однояйцевые близнецы Жан и Поль настолько похожи и близки друг к другу, что их называют общим именем Жан-Поль. Как большинство близнецов, мальчики в детстве имели сексуальные контакты друг с другом, позже их эротически привлекают одни и те же люди, и с кем бы они ни общались, их мысли и желания в конечном счете обращены друг к другу. Чтобы разорвать эту связь, Жан пытается жениться, но Поль разрушает его план. Любовь, связывающая близнецов, - привязанность к собственному подобию, где Другой - точная копия Я. Гетеросексуальная пара, напротив, основана на различии и взаимодополнительности. Гомосексуальная пара стоит на полпути между этими полюсами, стараясь создать близнецовую ячейку, но с разнородными элементами. Отвергая продолжение рода, развитие и время, гомосексуал постоянно и безуспешно "ищет брата-близнеца, с которым он мог бы слиться в бесконечном объятии".

Эта метафизическая конструкция, подчеркивающая имманентный нарциссизм и иллюзорность гомосексуального желания, выглядит абстрактной, но психологические элементы, на которых она зиждится, - нерасчлененность потребности быть и иметь, - обнаруживаются чуть ли не в каждой гомосексуальной автобиографии.

Десятилетний Жене впервые осознал себя, когда однажды, увидев мальчика на велосипеде, он вдруг почувствовал страстное влечение к нему и не мог решить, чего ему больше хочется: быть этим мальчиком или иметь его. Первое эротическое чувство пятилетнего Мисимы при виде юноши-золотаря: "Хочу быть таким, как он". И еще: "Хочу быть им". "Я никогда не хотел трахать их, потому что хотел быть ими", - вспоминает свои впечатления в школьном спортзале Пол Монетт. Глядя на играющих в баскетбол подростков, юный герой повести Мартина Шектера испытывает "не просто тягу к их красоте, а желание каким-то образом быть ими, иметь их сноровку, их уверенность". "Нет ничего более волнующего, чем воспринимать тело мужчины и думать, что между ним и тобой нет разницы". Ив Наварр не хочет "ничего знать о другом, кроме его тела. И его имени". Однако он мечтает не просто получить от чужого тела удовольствие, а "...целиком войти в тело другого и одеться в него. Уйти и жить одетым в другого, в другом. Войти в него, как в новую пижаму. Стать другим. Другим, любимым. Так мало других".

В акте сексуального присвоения тела Другого субъект сам становится Другим, но не Посторонним, а Любимым. Любимым - кем? Самим собой? Тем, чье тело он присваивает? Или кем-то третьим?

Нарциссическое упоение собственным телом, напряженный аутоэротизм, и одновременно - повышенная самокритичность, недоверие к себе, постоянная игра со смертью, страстный поиск Другого и готовность раствориться в нем и подчиниться ему... Фрейд и психиатры не придумали эти симптомы, а только гипертрофировали их, недооценив, с одной стороны, их связь с социальными факторами, затрудняющими геям принятие себя, а с другой стороны - наличие огромных индивидуальных различий (один любуется в зеркале своей красотой, другой - своим безобразием), не связанных с сексуальной ориентацией. Индивидуальные различия между геями в этом отношении значительно больше, чем групповые различия между геями и гетеросексуалами. Гомосексуальный Вертер психологически ближе к гетеросексуальному Вертеру, чем к гомосексуальному Дон-Жуану.

Философия и особенно психиатрия склонны драматизировать особенности однополой любви. Но их можно рассматривать и в комическом ключе. Это касается, в частности, "гомосексуальной ревности".

Ленивые и предубежденные полицейские, не желая утруждать себя раскрытием направленных против геев преступлений, охотно списывают их на "патологически сильную гомосексуальную ревность", порождающую кровавые разборки. Большей частью это выдумки. Поскольку в гомосексуальных отношениях желание обладать партнером уравновешивается идентификацией с ним, а общество не дает геям тех "прав" друг на друга, которые существуют в патриархальном гетеросексуальном браке, геи относятся к нарушениям нормы сексуальной исключительности терпимее гетеросексуалов, а сила и формы проявления ревности у них столь же индивидуальны, как у "натуралов". Геи отбивают друг у друга любовников, не доверяют друг другу, сплетничают, ссорятся из-за привлекательных молодых людей. Эти измены и перемены сразу же становятся известны всем и каждому, драматизируются и театрализуются. По словам Эдмунда Уайта, геевская "ревность (я не хочу, чтобы ты спал с этим парнем) на самом деле может быть замаскированной формой желания или зависти (мне самому хочется спать с этим парнем). Много лет назад я был безнадежно влюблен в человека, который не хотел спать со мной, а сам был отчаянно влюблен в третьего парня. Мне так и не удалось соблазнить своего любимого, зато я получил довольно тщеславное и философское утешение, переспав со своим соперником. Он предпочел меня мужчине, которого я любил, и таким образом я стал соперником собственного возлюбленного. Подобный кульбит возможен только в геевской жизни". Оден однажды признался друзьям, что оказался "в тройной переделке: сексуально ревную, как жена, тревожусь, как мама, и соперничаю, как брат".

Каковы гомоэротические каноны красоты и привлекательности? Для ответа на этот вопрос нужны три типа источников: 1) высокое искусство, 2) коммерческая гомоэротика и 3) специальные сексологические исследования.

В истории мирового изобразительного искусства мужская нагота изображалась чаще женской, европейская живопись нового времени, в которой обнаженное женское тело появляется чаще мужского, в этом смысле - исключение. Однако действительный вопрос не столько в том, чья нагота изображается чаще и откровеннее, сколько в том, как это делается и кому адресовано изображение. Во всех обществах, где власть принадлежала мужчинам, мужское и женское тело изображались по-разному: женщина более или менее пассивно позирует, открывая свою наготу оценивающему эротическому взгляду потенциального зрителя-мужчины, тогда как мужчина, даже полностью раздетый, остается субъектом, который не позирует, а действует: "Мужчины действуют, а женщины являются. Мужчины смотрят на женщин. Женщины наблюдают себя, в то время как на них смотрят".

В отличие от женского тела как символа эротической красоты или материнства, мужское тело обычно изображалось как символ власти и силы или как символ красоты и удовольствия, которое может быть преимущественно эстетическим или эротическим или смесью того и другого. Красота мужского тела - не столько в его пропорциональности, сколько в силе, твердости и активности. Пассивная расслабленная поза делает мужчину уязвимым и женственным, превращая его в сексуальный и тем самым гомоэротический объект.

Однако каноны мужской красоты исторически изменчивы. В дворянской культуре XVII-XVIII вв. женственная внешность и расслабленность считались признаками аристократизма и всячески культивировались. Прекрасные Адонисы Тициана и Рубенса, с нежными чертами лица и округлыми формами тела, так же гетеросексуальны, как и их авторы. Антони Ван Дейк, имевший огромный успех у женщин, на знаменитом автопортрете изобразил себя томным юношей с расслабленной кистью (это считается одним из самых надежных внешних признаков гомосексуальности). Так же изысканно нежен на его портрете граф Леннокс, в туфлях на высоких каблуках и с длинными локонами. Еще раньше Пьеро ди Козимо изобразил нежным юношей с вьющимися волосами и расслабленной кистью спящего после утомительной ночи любви с Венерой Марса. Этот канон женственной маскулинности резко изменился под влиянием пуританства, когда для мужчины стало модно быть не изящным, а сильным и суровым.

 

Одна из главных гомоэротических "икон" нового времени - образ святого Себастьяна, принявшего христианство римского легионера, по приказу императора Диоклетиана расстрелянного за это из луков. Мученический сюжет давал художникам широкие возможности для показа красивого обнаженного и беспомощного мужского тела. Сначала святого Себастьяна большей частью изображали зрелым, мускулистым, бородатым мужчиной. Художники Возрождения (Гвидо Рени, Перуджино, Боттичелли, Антонио да Мессина, Караваджо и др.) сделали его нежным женственным юношей, почти мальчиком, что давало обильную пищу гомоэротическому воображению с садомазохистским уклоном, позволяя зрителю, в зависимости от собственных пристрастий, идентифицироваться как с Себастьяном, так и с его мучителями. "Святого Себастьяна" кисти Фра Бартоломео даже убрали из церкви, потому что он возбуждал греховные помыслы у прихожанок, а возможно, и у самих монахов.

Юкио Мисима подростком, просматривая альбом репродукций, наткнулся на картину Гвидо Рени:

"Обнаженное тело божественно прекрасного юноши было прижато к дереву, но кроме веревок, стягивавших высоко поднятые руки, других пут видно не было. Бедра Святого Себастьяна прикрывал кусок грубой белой ткани.

Это ослепительно-белое тело, оттененное мрачным, размытым фоном, светоносно. Мускулистые руки преторианца, привыкшие владеть луком и мечом, грациозно подняты над головой; запястья их стянуты веревкой. Лицо поднято вверх, широко раскрытые глаза созерцают свет небесный, взгляд их ясен и спокоен. В напряженной груди, тугом животе, слегка вывернутых бедрах - не конвульсия физического страдания, а меланхолический экстаз, словно от звуков музыки. Если б не стрелы, впившиеся одна слева, под мышку, другая справа, в бок, можно было бы подумать, что этот римский атлет отдыхает в саду, прислонившись спиной к дереву...

Естественно, все эти мысли и наблюдения относятся к более позднему времени. Когда же я увидел картину впервые, всего меня охватило просто какое-то языческое ликование. Кровь закипела в жилах, и мой орган распрямился, будто охваченный гневом, сосуды набухли, как под влиянием гнева".

Святой Себастьян стал самым знаменитым гомоэротическим образом и символом нового времени. Но для кого этот образ гомоэротичен? Для художника? Или для его заказчика? Или для зрителей того времени? Или для современного гея-искусствоведа?

В живописи нового времени обнаженных мальчиков-подростков изображали чаще, чем взрослых мужчин, их нагота не выглядела эротической и меньше табуировалась. Образ мальчика-подростка символизировал прежде всего невинность, чистоту и гармонию, пробуждая в мужчине элегические воспоминания и мечты о том, каким он когда-то был или мог бы стать. В то же время пластичность, незавершенность подросткового тела стимулирует желание дополнить его, вложить нечто свое. Люди прошлого века, за исключением лично причастных, не замечали гомоэротических обертонов образов нагих и полунагих мальчиков и юношей Александра Иванова, Кузьмы Петрова-Водкина, Генри Скотта Тьюка, лорда Фредерика Лейтона, Саймона Соломона и Томаса Икенса.

В конце XIX - начале XX в. в художественных фотографиях барона Вильгельма фон Гледена, Винченцо Гальди, Вильгельма фон Плюшова и барона Корво (Фредерика Рольфе) эфебофилия стала более откровенной и чувственной. Не нарушая правил пристойности и не показывая ничего вульгарного, они заставляют свои модели принимать соблазнительные томные позы, кокетливо демонстрируя свою элегантную наготу потенциальному зрителю (и покупателю). При этом контраст между здоровой простонародностью сыновей сицилийских рыбаков и аристократическим изяществом их поз (изобразительный эквивалент "благородных юных пролетариев" тогдашней литературы) усиливал их сексуальную притягательность.

Интересный пример исторической трансформации гомоэротической "иконы" - "Этюд обнаженного юноши" Ипполита Фландрена (1837). Студенческая работа молодого художника, который в дальнейшем стал мастером религиозной настенной живописи, была куплена Наполеоном III, почти полтораста лет выставлена в Лувре и многократно репродуцировалась. Ничего явно эротического в этюде Фландрена нет. От идеально сложенного обнаженного юношеского тела веет одиночеством и грустью. Поскольку гениталии юноши скрыты его согнутыми коленями, картина никого не шокировала и в то же время открывала большой простор гомоэротическому воображению, породив множество подражаний и вариаций. В 1899 г. немецкий художник Ганс Тома в картине "Одиночество" точно воспроизвел фландреновскую позу, но когда его обвинили в плагиате, объяснил, что "его" мальчик - более жесткий, мускулистый и "нордический". Фредерик Холланд Дэй и Вильгельм фон Гледен перенесли созданный Фландреном образ в художественную фотографию, первый - в виде снимка нагого юноши на фоне лирического вечернего ландшафта (1898), второй - в виде одиноко сидящего на скале, на фоне горной гряды, "Каина" (1900). За этим последовали новые трансформации, сделавшие сексуально нейтральное юношеское тело более вирильным, атлетическим и сексуальным. На нескольких фотографиях Роберта Мэпплторпа в позе фландреновского юноши снят сидящий на высоком столике или табурете могучий черный атлет, за согнутыми коленями которого свисают внушительные гениталии. Таким образом, поза модели осталась прежней, а ее тело, настроение и смысловая нагрузка образа радикально изменились. Романтический образ Фландрена, гомоэротическое прочтение которого было лишь одной из многих возможностей, стал откровенно гомосексуальным.

Смена нормативного канона маскулинности и реабилитация мужской наготы после эпохи викторианского ханжества были связаны с развитием физической культуры и спорта. В конце XIX - начале ХХ в. широкую популярность в Европе, особенно в Германии, приобрел культуризм - "культура свободного тела", который популяризировал телесную открытость как одно из условий и как знак здоровья. Атлеты начали публично демонстрировать полуобнаженное тело, одновременно мощное и пропорциональное. Это открыло новые возможности и перед художниками. "Мыслитель" Родена вполне мог бы выступать на борцовских соревнованиях. "Героическое тело" классической живописи дополняется и отчасти вытесняется "атлетическим телом" борца или бегуна.

Подчеркнуто маскулинное атлетическое тело молчаливо подразумевает гетеросексуальность. Пока мужская мускулатура оставалась функциональной - ее наращивали, чтобы на что-то употребить (поднять тяжесть, побороть соперника, поставить рекорд в беге или плавании), это не нарушало традиционных норм. С появлением профессионального телостроительства (бодибилдинга) наращивание мышц стало самоцелью, а их демонстрация - представлением. Это расширяет возможности мужского тела, но одновременно подрывает оппозицию мужского и женского. Бодибилдер влюблен в собственное тело, его тренировки описываются в сексуальных терминах (один и тот же глагол "качать" обозначает накачку мускулов и мастурбацию), он живет среди зеркал и не столько "действует", сколько "является". Кому?

Хотя большинство бодибилдеров, особенно Шварценеггер, всячески подчеркивают свою маскулинность и гетеросексуальность (до сих пор только один всемирно известный бодибилдер, обладатель титула "Мистер Вселенная" Боб Пэрис открыто объявил себя геем), их накачанные мускулы - средство не самообороны, а психологической самозащиты. По выражению Джона Речи, бодибилдинг похож на оборотную сторону drag: "королева" защищается женской одеждой, бодибилдер - мускулами. "Я буквально соорудил себе бронированный костюм, спрятав в нем хрупкого маленького неженку, каким я себя воображал. Несмотря на эту броню, временами я все еще вижу, как этот застенчивый неуклюжий мальчик смотрит на меня из прошлого", - пишет Боб Пэрис.

Параллельный процесс происходит и в балетном искусстве. В отличие от народной культуры, в которой танец всегда был столько же мужским, сколько и женским занятием, с резко выраженными гендерными различиями, классический балет XVII-ХIХ вв. демонстрировал преимущественно красоту и пластику женского тела. Мужчина выполнял вспомогательную роль. Эта установка проявлялась и в контрастности рисунка мужского и женского танца: в отличие от балерины, которая могла двигаться спонтанно, танцовщик был сдержан и эмоционально закрыт, а все его движения - рационально обоснованы. Начатая балетами Фокина и Дягилева эмансипация мужчины-танцовщика, превратившая его из зависимого партнера в самостоятельную фигуру, чье тело так же прекрасно, артистично и самоценно, как тело балерины, была эмоциональным раскрепощением мужчины и одновременно - отказом от гендерных привилегий, шагом в сторону "унисекса".

Во второй половине XX в. "маскулинизация" и гомоэротизация классического балета продолжилась. Мужчина становится, с одной стороны, более активным, а с другой - более эмоционально и сексуально открытым. Рудольф Нуриев усилил мужское начало классического танца и в то же время стал танцевать женские партии. Настоящим гимном мужскому телу стал "Балет XX века" Мориса Бежара. В "Саломее" Бежар заменил женский персонаж мужским. В "Симфонии для одного мужчины" Он танцует с десятью друзьями, а Она только мешает им своими приставаниями. Место женского кордебалета у Бежара занимают мужчины. Герой "Нашего Фауста" танцует с 12 мальчиками-подростками и т.д. Примеру Бежара последовали другие хореографы, создавшие исключительно мужской или откровенно гомоэротический балет, начиная с "Памятника мертвому мальчику" Руди фон Данцига (1965) и "Смерти в Венеции" сэра Фредерика Аштона (1973).

Подвижность граней между гомо- и гетеросексуальными образами хорошо видна в рекламе.

Мужское тело, которое мы ежедневно видим на экране кино и телевидения и в коммерческой рекламе, и закодировано по вполне определенным гендерным принципам. Оно должно быть: 1) безволосым (в эротических изданиях и рекламе волосы на теле обычно сбриты или заретушированы, за исключением рекламы сигарет, показывающей волосатую грудь), 2) молодым, 3) сильным, с развитой мускулатурой и отсутствием жира, 4) активным (чтобы не выглядеть женственным), 5) большим, твердым и плотным (опять-таки в отличие от женского тела), 6) обладать массивным, внушительным членом, размеры которого подчеркивают обтягивающие трусы или спортивная одежда, 7) выглядеть незаинтересованным и равнодушным.

Во всем этом нет ничего гомоэротического. Однако ново то, что мужское тело стало объектом созерцания, каким раньше были только женщины. Знаменитый рекламный плакат Калвина Клайна, выполненный фотографом Брюсом Вебером (1983), представляет идеально сложенного молодого мужчину в плотно облегающих белых трусах. Модель сфотографирована снизу, объектив нацелен на туго натянутые плавки, сверкающая белизна которых контрастирует с загорелой кожей. Говорили, что это была не только самая удачная реклама мужского белья, но и самое большое изменение в облике мужчины со времен Адама: Адам первым стал скрывать свои гениталии, а Брюс Вебер выставил их напоказ; Бог создал Адама, но только Брюс Вебер дал ему тело. На голого мужчину можно не обратить внимания, но когда объектив приковывает взгляд зрителя к обтягивающим трусам, он невольно заставляет задуматься об их содержимом, а у гетеросексуального мужчины - также и сомнения в собственной сексуальной идентичности ("почему меня интересует этот парень?!").

Как же преломляется мужской телесный канон в гомоэротическом воображении? Если отвлечься от деталей, гомоэротическое воображение имеет три главных архетипа, с каждым из которых ассоциируется определенный набор телесных и психических свойств: 1) сильный и мужественный мужчина, 2) женственный, мягкий андрогин, полумужчина-полуженщина и 3) пубертатный подросток или юноша, полумальчик-полумужчина.

Соотношение и мера притягательности этих образов исторически и индивидуально изменчивы. Большинство современных западных гомосексуалов склоняются в сторону первого типа. Среди опрошенных Кинзи белых гомосексуалов 76,5% предпочитали маскулинных и только 9,2% - женственных партнеров. На вопрос "Какой тип мужчины для вас наиболее сексуально привлекателен?" почти две трети (63%) западногерманских гомосексуалов выбрали "особенно маскулинный" и только 16% - "мягкий, женственный тип"; 39% предпочли "того, у кого большой член". Отвечая на сходный вопрос, четверть сан-францисских геев отдали предпочтение типично маскулинной внешности (волосатое, мускулистое тело и большие гениталии) и почти никто - фемининной. Анализ частных объявлений ищущих сексуального партнера гомо- и гетеросексуальных мужчин и женщин и специальное обследование 144 геев и 96 лесбиянок (им показывали фотографии различавшихся по степени своей маскулинности/фемининности мужчин и женщин и предлагали оценить степень их привлекательности и свою готовность вступить с ними в связь) также показали, что геи определенно предпочитают более маскулинных партнеров, как по внешности (многие частные объявления прямо просят женственных мужчин "не беспокоиться", а рекламные фотографии изображают только сильных и мускулистых мужчин), так и по характеру. Женственные, феминизированные мужчины в гомосексуальной среде - такие же, если не большие, изгои, как и среди гетеросексуальных мужчин. Их предпочитают главным образом находящиеся в местах заключения мужчины, использующие их в качестве эрзац-женщин.

От чего зависят индивидуальные предпочтения? Может быть, действует принцип дополнительности: более маскулинные геи предпочитают более фемининных, и наоборот? Нет. Чем маскулиннее выглядит и/или кажется себе гомосексуал, тем сильнее его желание иметь такого же или более маскулинного партнера. Ориентация на гипертрофированную маскулинность (тип "мачо") коррелирует не только с уровнем предполагаемой собственной маскулинности субъекта, но и с уровнем его сексуальной активности. Немецкие гомосексуалы, имевшие многих сексуальных партнеров, тянутся к маскулинным мужчинам с большим членом, волосатым телом и грубыми, властными манерами в два-три раза сильнее тех, у кого был только один партнер. Нежные, ласковые, интеллигентные мужчины нравятся им вдвое меньше, чем "среднему" гомосексуалу. Одетые в черную кожу и металлические цепи завсегдатаи "кожаных" баров, желающие казаться и чувствовать себя крутыми мужиками, ищут еще более крутых партнеров, которым они могли бы отдаться, не теряя самоуважения. Хотя в глубине души многие из них знают, что их собственные устрашающие наряды и погремушки - простая бутафория, они готовы верить, что у партнера все это - "настоящее".

Более романтичных и сентиментальных мужчин грубая маскулинность отталкивает, они предпочитают более гармоничные, классические фигуры. На конкурсах мужской красоты, где в определении призеров активно участвуют женщины и геи, чаще побеждают не бодибилдеры, а более элегантные и изящные мужчины. Тем более преобладают они среди кино- и фотомоделей.

Однако прямой зависимости между телесным обликом мужчин и тем, что они делают в постели, по-видимому, нет, за исключением того, что феминизированные мужчины предпочитают в анальном и оральном сексе пассивную, рецептивную позицию, тогда как маскулинные типы любят быть "сверху" или меняться ролями.

Ярчайшее проявление геевского культа гипермаскулинности - фетишистское отношение к половому члену и его размерам. Зависть к пенису - общее мужское качество. На рисунках каменного века мужчины более высокого социального ранга изображались с более длинными членами, а в современном русском языке популярнейшим эвфемизмом стало "мужское достоинство".

У геев эти ожидания и тревоги гипертрофированы до предела. При статистическом анализе языка 25 коммерческих гомоэротических книг (какие части тела они описывают и какие слова употребляют чаще других) на первом месте оказался член (5643 упоминания), на втором - анус (2301), на третьем руки (1600), на четвертом - рот (1256, плюс к тому - язык, глотка и губы), на пятом - яйца (976 упоминаний). Поскольку ожидаемые размеры орудий "сексуального производства" сильно преувеличиваются, у многих геев возникает в связи с этим комплекс неполноценности.

Типичные образы, "иконы" гомоэротического воображения - спортсмены, студенты, военные в форме, строительные рабочие, полицейские, ковбои, сыщики, водители грузовиков - подчеркнуто маскулинны.

В образе матроса закодирован чуть ли не весь спектр гомосексуальной фантазии: молодость, мужественная красота, особая эротическая аура, связанная с пребыванием в закрытом мужском сообществе, физическая сила, жажда приключений и романтика дальних странствий, элегантная форма и особая "матросская" расхлябанная, вихляющая, с подрагивающими бедрами походка. По выражению Жене, "флот - это прекрасно организованное учреждение, попав в которое молодые люди проходят специальный курс обучения, позволяющий им стать объектом всеобщего вожделения".

Многие гомоэротические образы матросов сочетают физическую силу с внутренней чистотой и нежностью, но это не обязательно. Кэрель из Бреста - хладнокровный убийца, живущий вне законов человеческого общества, именно его необузданная животная сила влечет к нему молодого лейтенанта. Но безжалостный самец Кэрель нуждается в том, чтобы кто-то подчинил, подмял его самого. Первым таким мужчиной становится хозяин борделя Норбер. Умышленно проиграв ему в кости, Кэрель отдается Норберу, отказываясь тем самым от собственной маскулинности. Норбер "внезапно с силой привлек к себе матроса, схватив его под мышки, и дал ему ужасный толчок, второй, третий, шестой, толчки все время усиливались. После первого же убийственного толчка Кэрель застонал, сперва тихонько, потом громче, и наконец бесстыдно захрипел. Такое непосредственное выражение своих чувств доказывало Норберу, что матрос не был настоящим мужчиной, так как не знал в минуту радости сдержанности и стыдливости самца".

Солдат, подобно матросу, живет в закрытом мужском сообществе, переживает постоянный риск, ружье - символ и одновременно продолжение члена, а военная форма - его вторая кожа. Многие геи обожают наряжаться или наряжать своих партнеров в военный мундир. Это позволяет им чувствовать себя более маскулинными. Поскольку униформа деиндивидуализирует конкретного матроса или солдата, сексуальная близость с ним символически приобщает гея ко всему мужскому миру. Раздетый и лишенный внешней атрибутики солдат кажется более голым, чем обычный раздетый мужчина. Геи дежурят у казарм и военных училищ не только потому, что лишенный женского общества и сексуально озабоченный солдат легче идет на сближение, но и потому, что это особая порода мужчин. Образ солдата занимает одно из центральных мест в современной российской гомоэротике, будь то воспоминания Димы Лычева о службе в армии или воспевающие "пьянящий запах казармы и грязных ног" "Армейские элегии" Ярослава Могутина.

В образах полицейских и сыщиков к военному стереотипу дополняется повышенный риск и чувство парадоксальности ситуации, перевертывания ролей, когда "дичь" соблазняет и побеждает охотника. Секс с полицейским подтверждает также общезначимость гомосексуальных чувств, не чуждых даже тем, кто по долгу службы с ними борется. Впрочем, по мере легализации гомосексуальности (в Лос-Анджелесе есть официально признанная и выступающая на гей-парадах организация геев-полицейских) эта экзотика ослабевает.

Очень популярный тип мачо - преступник. Приручение грубой и непредсказуемой силы означает не только сексуальную, но и моральную победу. Спать с этими хищниками - то же, что пировать с пантерами (выражение Уайльда), опасность удваивает наслаждение. Непреодолимое тяготение к этой среде испытывал Жене, создавший поэтику тюремного секса. "Люди, призванные служить злу, не всегда красивы, но зато обладают мужскими достоинствами. Любовные игры открывают невыразимый мир, звучащий в ночном языке любовников. На этом языке не пишут. На нем перешептываются по ночам хриплым голосом. На рассвете его забывают. Отрицая добродетели вашего мира, преступники отчаянно пытаются создать свой, обособленный мир. Они готовы в нем жить. Здесь стоит жуткое зловоние, но они привыкли дышать этим воздухом... Их любовь пахнет потом, спермой и кровью. В конечном итоге моей изголодавшейся душе и моему телу она предлагает преданность. Я пристрастился ко злу оттого, что оно обладает подобными эротическими возможностями". Эротизация преступника часто сочетается с мазохистскими чувствами. "...Я не мог бы забыть о роскошной мускулатуре убийцы и неистовой силе его полового органа". Однорукий Стилитано "не был наделен ни одной христианской добродетелью. Весь его блеск, вся его сила заключались у него между ногами".

Главное свойство следующей "иконы" геевского пантеона цветного мужчины - экзотичность. Этноэкзотика присутствует и в "натуральном" сексе. Один мой одноклассник когда-то хвастался, что "попробовал" девушек трех национальностей, а старый друг, рассказывая о похождениях любимого внука, не без почтения заметил: "У него была даже мулатка!" Для геев нарушение расовых и национальных границ имеет особое очарование. Джеймс Болдуин в романе "Другая страна" описал страстный роман американца ирландского происхождения Эрика и черного джазмена Руфуса. Для белого человека черный мужчина - чаще всего могучий и таинственный самец, благодаря которому он открывает для себя новый, неизведанный мир. Азиатское тело импонирует европейцу отсутствием волос и т.д.

Очень популярны среди геев образы спортсменов. В новое время спорт был единственной возможностью публично показать или изобразить обнаженное мужское тело. Самые популярные образы геевской "спортивной" порнографии - футболисты (персонификация грубой маскулинности), бодибилдеры (воплощенная мускулистость) и пловцы (персонификация изящества).

Реальное отношение геев к спорту неоднозначно. Многие геи неуверенно чувствуют себя в сугубо мужской среде, стесняются своего тела и смертельно боятся быть разоблаченными (невольный взгляд или непроизвольная эрекция). В то же время это единственная возможность увидеть предмет своего поклонения. Занятие популярным мужским спортом позволяет "голубому" юноше самому стать красивым и привлекательным и, возможно, скрыть свою сексуальную ориентацию - никому не придет в голову заподозрить футболиста (в отличие от чемпиона по фигурному катанию). Наконец, спортивные достижения имеют для геев большое политическое значение, подрывая старый стереотип об их "изнеженности".

Профессиональный большой спорт долгое время был, да и сейчас остается в высшей степени гомофобным. Все выдающиеся спортсмены, публично заявившие о своей гомосексуальности (футболист Давид Копей, чемпион США по прыжкам в воду Грег Лауганис и др.), пережили в связи этим много неприятностей, некоторым даже пришлось уйти из спорта. Чтобы бороться с гомофобией, американские геи начали с 1982 г. проводить собственные спортивные игры и даже олимпиады.

Если судить о гомоэротике только по порнографии, может сложиться впечатление, что она воспроизводит и гипертрофирует самые опасные свойства мужской сексуальности: мачизм, культ господства и подчинения, милитаризм, расизм и т.п. Но образы и желания многообразны и то, что нравится одному, нередко вызывает отвращение у другого.

Кроме того, надо учитывать игровой, карнавальный характер гомоэротики. В "натуральной" мужской культуре гипермаскулинность ассоциируется с агрессивностью и мизогинией, "настоящий" мачо - персонификация власти, насилия и принуждения. У геев большой член вызывает не столько страх, сколько восхищение, поклонение, желание "проглотить" его. Геи проводят долгие часы в спортивных сооружениях, но мускулы нужны им не для устрашения, а для привлечения других мужчин. Как во всех мужских отношениях, здесь присутствует мотив власти над другим, но эта власть состоит прежде всего в том, чтобы доставить - или не доставить другому мужчине удовольствие. Это власть, которой всегда обладали и пользовались женщины.

Характерный пример многослойности гомоэротики - рисунки самого знаменитого геевского эротически-порнографического художника Тома Финляндского (Тоуко, 1921-1991). Том благоговеет перед образом "мачо". Все его персонажи гипертрофированно маскулинны (огромные члены, мощные мускулы, черная кожаная одежда) и агрессивны, они связывают, подвешивают, порют и насилуют друг друга. С точки зрения официальной геевской идеологии рисунки Тома политически некорректны. Когда американский лесбигеевский журнал "Outlook" посвятил его творчеству статью с иллюстрациями, редакции пришлось несколько месяцев печатать письма разгневанных лесбиянок, которые возмущались этой проповедью сексизма, мачизма и сексуального фашизма. Но атрибуты гипермаскулинности изображаются с юмором, как игра, которая допускает и даже предполагает смену ролей. Этот могучий мужик - не вождь, который всегда "сверху", а "один из мальчиков", которого точно так же связывают, порют, трахают и т.д. Это не призыв к насилию, а игра.

Противоположный архетип мужского гомоэротического воображения - андрогин, существо неопределенного пола, полумужчина-полуженщина. Андрогинные образы широко представлены в мифологии и в религиозной практике (двуполые божества, гермафродиты, бердачи), им часто приписывалась особая магическая сила и сексуальная привлекательность. В бытовой жизни такие мужчины не имеют выбора, женственному мальчику не скрыться от своей внешности и манер. Его единственный выход - принять данную роль и сделать ее предметом гордости. Женственный мужчина - единственный тип гомосексуальной идентичности, который под разными именами существовал всюду и везде. В современном английском языке этот тип чаще всего обозначается словом queen (буквально - "королева", на самом деле - искаженное quean - распущенная женщина, проститутка), которое первоначально применялось к женщинам, а потом его взяли в качестве самоназвания женственные мужчины. Если эта роль/идентичность включает переодевание в женскую одежду и усвоение женских манер, речи и поведения, ее называют также Drag-queen (драгквин). В русском геевском жаргоне это передается словами "девка", "сестра", "пидовка", "королева" (ласковое или восхищенное), "мурка", "подруга", "хабалка" (агрессивная, скандальная "девка", афиширующая свою гомосексуальность и компрометирующая своих "подруг" в глазах окружающих) и т.п.

Некоторые маскулинные геи, которые могут сойти за "натуральных" мужчин, видят в этом типе злую карикатуру на самих себя и относятся к "девкам" с презрением и ненавистью (типичная психологическая защита, по Фрейду). Другие находят их привлекательными, их женственность позволяет им чувствовать себя более маскулинными; в однополых парах фемининный партнер обычно играет роль "жены".

Различно и самосознание "королев". Некоторые из них страдают комплексом неполноценности (феминизированные геи имеют гораздо больше психологических трудностей, чем остальные). Другие принимают свою идентичность/роль с удовольствием: женское платье, доведенные до гротеска женские манеры, разговор о себе в женском роде - их естественный способ существования. Для третьих это психологическая компенсация, способ превратить свою слабость в силу: раз меня дразнят девчонкой, я покажу всем, что я - не несостоявшийся мальчик, а полноценная женщина, которой восхищаются.

В отличие от транссексуала, который чувствует себя женщиной и мечтает сменить пол, "драг-квин" этого не хочет, его/ее призвание и гордость - быть мужчиной, который способен затмить женщину и успешно соперничать с нею. Андрогинная проституция - самая дорогая и быстро растущая проституция в больших городах мира, ее клиентами являются как геи, так и гетеросексуальные мужчины.

Высший уровень "драг-квин" - имперсонаторы, выступающие в женском облике на сцене. Волшебное "превращение парня в богиню" требует огромного терпения и мастерства. Нужно уметь наложить грим, прибинтовать половые органы так, чтобы они не вылезли, сделать так, чтобы во время танца не сползли искусственные груди, научиться изящно носить парик и женскую обувь. Кроме того, нужна смелость. Именно "девки", подвергающиеся наибольшей дискриминации, потому что они при всем желании не могут "сойти" за "нормальных" мужчин, первыми дали отпор нью-йоркской полиции у Стоунволла.

Знаменитые имперсонаторы пользуются мировой известностью, ими восхищаются, в них влюбляются. "Лично мне переодевание нужно не затем, чтобы сойти за женщину. Речь идет о чем-то большом, о преувеличении, создании характера, чтобы на тебя оглядывались на улице. Это нечто вызывающее, бросающееся в глаза". Но это не просто представление, а перевоплощение, открытие новых ипостасей собственного Я. Неказистый и вроде бы "ненастоящий" мужчина становится умопомрачительной красавицей, богиней. "Драг позволяет мне исследовать новые обличья, постоянно изменяться, становиться таким, каким мне хочется. У меня нет осиной талии, но я могу сделать ее с помощью корсета. Могу иметь огромные ресницы и сумасшедшую прическу. Могу стать элегантной красавицей или хиппи. Могу реализовать все мои дикие фантазии, а утром в своем обычном виде пойти на работу".

По словам знаменитого черного шоумена, танцора и имперсонатора РуПола, "драг" - это работа, представление, униформа, которую он снимает дома так же, как то делают со своей униформой пожарник или медсестра. "Мы рождаемся голыми, а все остальное - маскарад". Но это также и самовыражение. Американские мужчины не умеют быть женственными, культура им это запрещает. Переодевание снимает эти ограничения. РуПол вырос среди женщин, которые, в отличие от мужчин, открыто выражали свои эмоции, "носили" их точно так же, как свои платья. Когда им было грустно, они плакали, когда что-то казалось забавным - громко смеялись, а когда их что-то смущало - задавали вопросы. Мальчику эта свобода нравилась, свою женственность и связанное с ней влечение к мужчинам он считал естественными. И когда РуПол вырос, он решил, что ему следует не стыдиться, а культивировать их. "Моя энергия - это энергия богини, следствие моей способности открываться людям. Это моя женственная сторона..." Однако эта женская энергия имеет очень мало общего с женственностью, понимаемой как мягкость и хрупкость.

Не всем удается театрализовать свои гендерно-сексуальные роли и добиться таким образом общественного признания. Кроме того, эти роли и маски не снимают некоторых личных проблем, в том числе сексуальных. Как сказал один знаменитый американский имперсонатор, "мужчины влюбляются в мисс Адриану. У нее есть все, чем хочет быть мальчик Адриан: она общительна, дерзка, популярна. Любима. Но беда в том, что мисс Адриана никогда не появляется в спальне. Я горжусь тем, что на моих простынях никогда не было следов косметики. Мисс Адриана остается позади, после представления она смывается вместе с гримом. Но ведь это в нее влюбляются мужчины. Это ее они хотят. И когда она уходит, они обычно тоже уходят". Хотя геи восхищаются талантливыми имперсонаторами, в обыденной жизни большинство предпочитает более маскулинных мужчин.

Еще разнообразнее архетип мальчика. Поскольку однополая любовь часто обращена к мальчикам, многие отождествляют ее с педерастией. Но возрастные категории довольно расплывчаты и слово "мальчик" в разных культурах означает разные вещи.

Вопреки стереотипу подавляющее большинство геев предпочитает иметь дело не с маленькими мальчиками или подростками, а с представителями собственной возрастной группы, причем возраст их идеального или предпочитаемого партнера меняется вместе с их собственным возрастом.

В гомосексуальной выборке Кинзи у 41,3% белых мужчин большинство сексуальных партнеров были ровесниками и еще 20,7% имели "много" и "очень много" таких партнеров. Старшие партнеры преобладали у 32,7% опрошенных, младших партнеров вовсе не имели 40,9%, "немногих" - 33,2%, "нескольких" - 7,9%, "много" - 6,1%, "очень много" - 2,2% и "большую часть" - 9,7%. Показателен возраст самого молодого сексуального партнера с тех пор, как респонденту исполнилось 18 лет. У 33% это были восемнадцатилетние, у 11,8% - семнадцатилетние юноши, у 18,1% - 14-16-летние подростки и только у 6,3% - мальчики младше 13 лет. Среди делинквентов (заключенных) сексуальные контакты с допубертатными и пубертатными мальчиками встречаются в 3-5 раз чаще, чем в нормальной гомосексуальной выборке.

У 65% сан-францисских белых гомосексуалов старшие партнеры составляли меньше половины и у 29% - больше половины, а младшие - 55% и 39%. Однако возрастная разница в обе стороны невелика. Три четверти белых и 86% черных геев не имели по достижении 21 года сексуальных партнеров моложе 16 лет, у остальных юноши составляли меньше половины общего числа партнеров. По другим данным, юноши и молодые 20-25-летние мужчины чаще предпочитают партнера немного старше себя, 25-35-летние - своего возраста, а мужчины старше 35 лет - моложе себя. В большинстве случаев "оптимальная" разница в возрасте колеблется от 2 до 5 лет. Средняя разница в возрасте реальных сексуальных партнеров составляет около 5 лет, хотя на полюсах она значительно больше. В английском исследовании (проект СИГМА) средняя разница в возрасте реальных партнеров также в пределах 5-6 лет.

Количество педофилов среди гомосексуалов практически такое же, как и среди гетеросексуалов. Педофилия образует особую сексуальную идентичность, отличную от гомосексуальности. Для некоторых педофилов пол ребенка вообще неважен, а человек, которого привлекают допубертатные и пубертатные мальчики, не будет спать со взрослым мужчиной, и наоборот. Тем не менее взаимоотношения мужчин и мальчиков - сложная проблема.

Сексуальные отношения взрослого с подростком моложе 16 лет по закону являются преступными. Эфебофилы являются заказчиками и клиентами подростковой проституции и порнографии. Хотя "детское порно" повсеместно запрещено и на эротических снимках и видеокассетах обязательно указывается, что все "артисты" - старше 18 лет, их подпольное производство и распространение остается весьма прибыльным. Разоблачение таких синдикатов и центров по торговле мальчиками вызывает бурное негодование общественности, которая склонна считать всех "совратителей" сексуальными маньяками и потенциальными серийными убийцами.

Реальный диапазон психосексуальных отношений между мужчинами и пубертатными или постпубертатными мальчиками очень широк, от простой покупки, совращения или изнасилования до нежной дружбы и влюбленности, в которых сексуальные моменты сублимированы или имеют подчиненное значение. Некоторые авторы даже противопоставляют грубо-сексуальной "педерастии" сентиментально-любовную "педофилию".

Наряду с мужчинами, которые покупают или соблазняют мальчиков, некоторые мальчики сами "охотятся" на мужчин, из корыстных побуждений или для удовлетворения собственных сексуальных потребностей. Итальянский писатель Умберто Саба психологически точно описал такой поиск в повести "Эрнесто". Нед Рорем подростком долго искал мужчину своей мечты, и, когда однажды в парке какой-то небритый мужик наконец "инициировал" его, единственной утратой для мальчика было "разбитое сердце" от того, что он не мог найти этого человека вторично.

Но даже в самом благополучном варианте такие отношения чрезвычайно проблематичны. И не только с точки зрения права. Гетеросексуальный подросток, не находящий понимания у родителей и ровесников, может высоко ценить дружбу и покровительство старшего мужчины, но сексуальную близость с ним он часто считает платой за любовь и подарки. Хотя подростковая гиперсексуальность делает эротические игры и ласки не особенно обременительными и порой даже приятными для мальчика (психологические последствия "сексуального совращения" без применения силы для мальчиков также менее серьезны, чем для девочек), по мере своего созревания он сплошь и рядом этот опыт переоценивает. Да и гомосексуальные подростки часто не готовы к взрослым отношениям.

"Обмен" красоты и свежести на жизненный опыт и покровительство существует и в разнополых отношениях, но там социально-возрастное неравенство считается нормальным, ласкательные обращения типа "детка", "девочка моя", даже при одинаковом возрасте супругов, никого не шокируют (хотя вряд ли мужу понравится, если "мальчиком" и "деткой" будут прилюдно называть его). Институционализированное гендерное неравенство как бы узаконивает асимметричность сексуально-эротических отношений: "Я ее ужинаю, я ее и танцую".

В однополых отношениях все сложнее. Для мужчины сознание своей зависимости от другого, тем более - от младшего мужчины, оскорбительно. Когда его юный любовник опоздал на 20 минут, Джон Чивер записал в дневнике: "Одно из неудобств гомосексуальной любви - что приходится ждать мужчину. Ждать женщину кажется вполне естественным, это судьба, но ждать своего любовника-мужчину крайне мучительно".

Не менее двусмысленно положение молодого человека. Хотя власть над зрелым мужчиной льстит его самолюбию, быть объектом чужой страсти ему скучно и унизительно. Оказавшись в "женской" роли, юноша мстит своему поклоннику тем, что утверждает свою независимость капризами, изменами, внешними демонстрациями своей власти. Борьба самолюбий вносит в их отношения напряженность, для преодоления которой не существует отработанных культурных механизмов. В романе Юкио Мисимы "Запрещенные цвета" 20-летний красавец Юси постоянно демонстрирует свою власть над 40-летним богачом Кавадой не только потому, что равнодушен к нему, но и потому, что это подкрепляет его самоуважение. Когда Кавада с трудом выкроил время для встречи, Юси заставил его три часа ждать, пока сам без особого удовольствия играл в бильярд. У Кавады "к двойной ревности мужчины по отношению к легкомысленной женщине и ревности стареющей женщины к молодой красавице присоединялось сознание того, что он любит существо собственного пола. Это чувство бесконечно усиливало унизительность его любви, которая, будь она обращена на женщину, была бы вполне приемлемой даже для министра. Ничто не могло ранить мужское самолюбие такого человека, как Кавада, сильнее, чем унижение от сознания своей любви к мужчине".

Большая возрастная разница осложняет не только ухаживание, но и поддержание стабильных партнерских отношений. Независимо от его сексуальной ориентации, мужчина большей частью женится или обзаводится постоянным партнером потому, что хочет постоянства и стабильности. Женщин, ориентированных на семью и детей, такое желание вполне устраивает. Напротив, юноше, молодому мужчине хочется не столько постоянства, сколько новизны и приключений.

"Я его не понимал. Я хотел семейной жизни и мерил его по себе а он хотел выступать в компаниях и пленять других и совсем не хотел затворяться от мира. Он хотел чтобы новые и новые желали его пока в него еще можно было влюбляться как в девочку. Мне нужна была жена а ему поле для игры. А я хотел его замкнуть на себе. А ему еще урвать от жизни пока еще есть успех и молодость не прошла и избавиться от меня".

Социально-возрастное, имущественное и образовательное неравенство усугубляется различиями вкусов и интересов. Старший облекает свою любовь к юноше в форму покровительства:

 

Ну что, выпьем еще

Глупенький!

Дурачок мой!

Тело полное шарма и податливости

На, возьми денег

Сбегай на свой очередной идиотский пиф-паф-фильм

Пока я просмотрю новое издание

Анналов

Только не приходи позже одиннадцати

Я буду волноваться.

 

Старшему хочется раскрыться, расслабиться, а юноше больше импонирует сила.

"Вам хочется слов открыто сказать все как есть, и кажется вы и любите, что перед тем кого любите, наконец, можно предстать таким каким есть не боясь разоружиться. Но эти слезы и слабость, чего вам так хочется в минуты любви, и убивают его любовь к вам. В вас, с ваших слов, меньше достоинств чем в нем, иначе бы вы его так не любили, и правильно что вы просто боитесь его потерять и дошли до последнего признания что это неизбежно. А ему, как вам и любому, тоже лучше всего припасть к человеку с которым ему самому не сравниться и открыться перед ним, что он сам перед ним ничто, потому что он тоже любит любить за то что только в любви можно так ослабеть и преклониться. Поэтому, раз вы хотите любви и счастья в жизни, не надо признаний о себе... Когда вы любите чтобы поплакаться и покаяться тому кого любите, вы расслабляетесь и теряете то, что ему надо видеть в вас, ваш успех у всех".

При сколько-нибудь стабильных отношениях старший мужчина хочет быть для юноши не только любовником, но и отцом, заботливая нежность у него часто превалирует над страстью. Но нежность и заботливость считаются женскими чертами. Пожилой (или просто старший) гей напоминает не столько отца, в отношениях которого с сыном обычно сохраняется и поддерживается некоторое психологическое расстояние, сколько мать, которая боится потерять сына и жаждет иметь его целиком. Принимая свою потребность заботиться о младшем за его потребность в опеке - типичная ошибка любящих матерей! - мужчина невольно инфантилизирует юношу, которого это раздражает. Поэтому такие отношения большей частью временные, обе стороны из них рано или поздно вырастают, после чего роман превращается в дружбу либо заканчивается разрывом. Не случайно все институционализированные разновозрастные гомосексуальные отношения были ограничены каким-то временем или определенной стадией развития.

А как же со "знаменитыми гомосексуалами", которые давали своим юным любовникам творческую путевку в жизнь? Знаменитым и влиятельным людям проще находить любовников любого пола и возраста, но эти отношения перерастают в творческое содружество, только если оба талантливы, старший умеет учить, младший - усваивать уроки и между ними нет соперничества. Примеры такого рода мы видели в биографии Дягилева.

Творчески плодотворными были некоторые романы Жана Кокто, который всю жизнь протежировал молодым талантам. Познакомившись в 1919 г. с 15-летним Раймоном Радиге, Кокто сразу же угадал в неуравновешенном подростке незаурядный литературный талант. Четыре года их совместной жизни были трудными, но исключительно плодотворными для обоих. Сначала Кокто пришлось объясняться с отцом мальчика, который нашел их любовные письма. Потом Радиге начал бунтовать против опеки старшего друга. Литературный успех молодого человека, вероятно, положил бы конец их отношениям (Раймон уже поселился отдельно от Кокто и даже обзавелся невестой), но внезапная смерть Радиге от тифа решила вопрос иначе.

Самый знаменитый любовник Кокто - Жан Марэ. Двадцатидвухлетний красавец, который в детстве любил переодеваться в женское платье и уже имел связи с мужчинами, познакомился со знаменитым драматургом и режиссером исключительно ради карьеры и с первой же встречи был внутренне готов к тому, что тот предложит ему переспать. Кокто дал ему желанную роль, не спросив ничего взамен. И вдруг - телефонный звонок: "Приходите немедленно, случилась катастрофа!" Эгоцентричный актер подумал, что у него хотят отобрать роль или что-то в том же роде. Но когда Марэ приехал, Кокто сказал: "Катастрофа... я влюблен в вас".

Что оставалось делать Марэ? "Этот человек, которым я восхищаюсь, дал мне то, чего я хотел больше всего на свете. Ничего не требуя взамен. Я не люблю его. Как может он любить меня... это невозможно". Марэ солгал и ответил: "Я тоже влюблен в Вас". Под влиянием таланта и доброты Кокто ложь стала правдой, Марэ полюбил Кокто, они поселились вместе. Тем не менее возраст берет свое, Марэ увлекается молодыми мужчинами. Кокто это видит, и однажды Марэ находит под дверью письмо:

"Мой обожаемый Жанно!

Я полюбил тебя так сильно (больше всех на свете), что приказал себе любить тебя только как отец... Я смертельно боюсь лишить тебя свободы... Мысль о том, что я могу стеснить тебя, стать преградой для твоей чудесной юности, была бы чудовищна. Я смог принести тебе славу, и это единственное удовлетворение, какое дала моя пьеса, единственное, что имеет значение и согревает меня.

Подумай. Ты встретишь кого-нибудь из твоих ровесников и скроешь это от меня. Или мысль о боли, которую мне причинишь, помешает любить его. Лучше лишить себя частицы счастья и завоевать твое доверие, чтобы ты чувствовал себя со мной свободнее, чем с отцом и матерью".

Растроганный Марэ порвал легкомысленные связи, но ненадолго. Со временем у Кокто появился другой любовник, однако дружба между писателем и актером сохранилась до самой смерти Кокто.

Исключительно драматичным был роман жизни Уистана Одена (1907-1973). В 1939 г. он мгновенно, со второй встречи, страстно влюбился в 18-летнего студента Честера Калмэна. Начинающему поэту было лестно внимание знаменитого собрата и он сразу же пошел на сближение и совместную жизнь. Хотя глубокое психологическое и сексуальное несходство делало их отношения невыносимыми, этот брак - именно так понимал это Оден - продолжался 32 года. Что бы ни делал непутевый Честер, Оден не мог жить без него. Большинство биографов жалеют бедного Одена, которому так не повезло с его единственной любовью (секса у него всегда было достаточно, юные поэты охотно удовлетворяли скромные желания гения), но по свойствам своей натуры он просто не мог любить иначе:

 

Коль нельзя одинаково сильно любить,

Тем, кто любит сильнее, хотел бы я быть.

     (Перевод С. Дудина)

 

Как же реализуются гомоэротические фантазии? Техника мужского однополого секса почти так же многообразна, как и гетеросексуальная.

Однополые пары уделяют больше внимания взаимному возбуждению и эротическим ласкам и обладают большей эмпатией, т.е. способностью психологически настроиться на эмоциональную волну партнера, почувствовать, что именно доставляет тому удовольствие, и действовать соответственно этому. Это обогащает их эротический репертуар. Например, хотя мужчины охотно играют женскими грудями, собственные соски для многих "натуралов" - табу; из 100 гетеросексуальных пар только 3-4 жены ласкали соски своих мужей, а в мужских парах это делали три четверти. Геи эмоционально чувствительнее гетеросексуальных мужчин, да и поставить себя на место человека своего пола легче, чем на место женщины. При сравнении общего уровня эмпатии американских студентов-геев и гетеросексуалов уровень эмпатии у геев оказался существенно выше. Геи обладают развитой эротической лексикой и зачастую успешнее объясняются со своими партнерами, чем их гетеросексуальные сверстники, у которых многие сленговые эротические слова табуированы ("мужской" язык неприемлем и оскорбителен для женщин), а другого словаря нет (в России эта проблема особенно актуальна).

Хорошо развита у геев невербальная коммуникация. В барах, дискотеках мужчины могут почти ничего не говорить, в некоторых ситуациях разговаривать вообще не принято, все происходит молча, разве что "спасибо" в конце, тем не менее они отлично понимают друг друга. Секс сам по себе - мощное средство общения, позволяющее выразить самые разнообразные чувства и потребности.

В американской геевской субкультуре эротические предпочтения нередко обозначаются специальными опознавательными знаками. Левая сторона обозначает "активную", правая - "пассивную" сексуальность. Серьга или ключ на левом боку или кольцо на левой руке означают желание играть активную, доминантную роль. Предпочитаемый вид сексуальной активности обозначается цветом: белый цвет означает мастурбацию (белый платок слева - мужчина хочет, чтобы мастурбировали его, справа - готовность мастурбировать партнера), голубой - оральный секс, синий - анальный секс, черный - садомазохистские склонности, темно-зеленый цвет - нужен военный мундир. Зачем нужны эти знаки, ведь гораздо интереснее открывать друг друга постепенно, в процессе общения? Геи ценят флирт как самоценную часть процесса ухаживания не меньше гетеросексуалов. Но поскольку их субкультура долгие годы была подпольной, нужны были опознавательные знаки, по которым можно узнать своих и которые были бы непонятны для посторонних.

В отличие от не поддающейся определению любви, сексуальные желания можно обозначить более или менее четко. Быстрый функциональный секс предполагает, что любой товар должен иметь понятную этикетку. Как в обувном магазине: если нужны туфли 42 размера, зачем примерять 38 или 45, которые заведомо не подойдут? Наконец, в отличие от гетеросексуальных отношений, предполагающих в качестве всеобщей нормы половой акт (хотя на самом деле не все это делают, а те, которые делают, делают по-разному), в гомосексуальных отношениях нет единой общепринятой техники: есть мужчины, которые занимаются только анальным или только оральным сексом или только взаимной мастурбацией. Если не уточнить условия заранее, неизбежны разочарования. Впрочем, эти знаки и вопросы отнюдь не обязательны, в российской геевской субкультуре они не приняты.

Сексуальная техника одновременно индивидуальна и культурно-специфична. Хотя эрогенность всех телесных отверстий известна с незапамятных времен - древнейшее изображение орально-генитального секса в виде медведя, лижущего извергающий семя член, относится к каменному веку - разные общества имели на этот счет разные предписания и предпочтения. Кроме того, сексуальная практика зависит от конкретных жилищных, гигиенических и других условий.

В начале XX в., по клиническим наблюдениям Хиршфельда, 40% гомосексуалов практиковали взаимную мастурбацию, столько же - фелляцию, 12% удовлетворялись трением друг о друга и только 8% занимались анальным сексом. С тех пор многое изменилось.

Самая массовая форма гомосексуального удовлетворения - мастурбация. Мастурбируют не только геи, но и гетеросексуальные мужчины и женщины. Однако геи мастурбируют интенсивнее. Если 18-летние гетеросексуальные немецкие студенты мастурбировали в среднем 11 раз в месяц, то гомосексуалы - 25 раз. Среди 26-30-летних аналогичные цифры - 6,9 и 15 раз в месяц. В 1987 г. у немецких гомосексуалов на мастурбацию приходится 71% всех семяизвержений.

Частота мастурбации зависит прежде всего от наличия партнера. Английские геи, имевшие множество гомосексуальных контактов, тем не менее мастурбировали по 8-10 раз в месяц. Второй существенный фактор - возраст: молодые геи, как и их гетеросексуальные ровесники, мастурбируют чаще.

Мастурбация - самый доступный, безопасный и контролируемый секс. Кроме того, она позволяет людям "проигрывать" их нереализованные сексуальные сценарии. У геев, в силу больших культурных запретов, таких нереализованных фантазий больше, чем у "натуралов". В связи с эпидемией СПИДа на Западе стали популярны специальные клубы онанистов, где мужчины не только зрительно возбуждают друг друга, но и занимаются взаимной мастурбацией.

То есть мастурбация - не дополнительная, подсобная, как у большинства гетеросексуалов, а самостоятельная форма сексуального удовлетворения. Однако она лишена коммуникативного начала. Аутоэротизм может способствовать усилению нарциссизма. У гетеросексуальных подростков аутоэротическая практика и чувства разбавляются и постепенно перекрываются гетеросексуальными фантазиями, у гомосексуалов такого противовеса нет, это способствует нарциссической самоизоляции некоторых из них. К сожалению, вытекающие отсюда клинические и психологические проблемы в политически ангажированной геевской психиатрии утрачены (в американском руководстве мастурбация и нарциссизм упоминаются вскользь, походя).

Вторая по степени распространенности гомосексуальная практика - оральный контакт, фелляция. Разные культуры относились к ней по-разному. Папуасы самбия смакуют и обсуждают запах и вкус семени с таким же упоением, как наши гурманы - вкус сыра или букет вина, а у их соседей это вызывает отвращение. Сильное предубеждение против орального секса существовало и в викторианской Европе. Сегодня оральный секс считают нормальным и практикуют 75-80% гетеросексуальных мужчин и женщин. Геи делают то же самое. По большинству опросов фелляция - второй по частоте способ сексуального удовлетворения после мастурбации.

Деление партнеров по оральному сексу на "активных" и "пассивных" сексологически нелепо: рецептивный партнер, который сосет, лижет и т.д., на самом деле активнее инсертивного, и соответствующие умения и навыки высоко ценятся в геевской среде. Выбор позиции чаще всего - дело индивидуального вкуса, партнеры нередко меняются ролями. Однако старшим и менее привлекательным мужчинам чаще приходится выполнять рецептивную функцию, которая некоторым кажется унизительной и женственной. Многие хаслеры дают клиенту "отсасывать" у себя, но сами к нему не прикасаются. Это помогает им поддерживать представление о себе как о гетеросексуальных мужчинах, которые просто обслуживают "гомиков". Эту психологию исповедуют и подростки: пока кто-то сосет меня, я в порядке, но сохрани Боже сделать ответный жест.

Значительно проблематичнее выглядит анальный секс. Анальная пенетрация больше всего напоминает коитус, многие ассоциируют гомосексуальность именно с ней. В то же время это наиболее неудобная, негигиеничная и трудоемкая сексуальная операция. Поскольку рецептивная анальная позиция ассоциировалась с феминизацией и потерей мужского достоинства, многие мужчины старались заменить ее чем-то другим. К тому же оральный секс легче, быстрее и незаметнее практиковать в таких местах, как общественные туалеты и парки.

В середине XX в. анальный секс стал более распространенным и видимым, но затем, под влиянием СПИДа, в гетеросексуальной среде, особенно среди более образованных людей, его популярность резко уменьшилась. Хотя этот опыт имеют 20-30% молодых гетеросексуальных мужчин, систематически его практикуют немногие (во Франции - 3%).

Среди гомосексуалов картина иная. В Германии конца 1980-х его практиковали четыре пятых геев, в Англии 1990-1992 гг. - 70,5% и т.д. Хотя подавляющее большинство геев не отождествляют гомосексуальность с анальным сексом, они считают его уникальным переживанием и решительно не согласны с мнением, что рецептивная анальная позиция компрометирует их маскулинность. 47% английских геев сказали, что без него они просто не представляют себе секса, так же как гетеросексуалы не смогли бы обойтись без вагинального полового акта.

Важнейшее отличие современной гомоэротики от традиционной состоит в том, что позиционно-ролевые различия - кто кого "трахает" - из заданных и социально-иерархических становятся индивидуальными, добровольными и значительно менее жесткими. Среди немецких геев, практикующих анальный секс, только активную, инсертивную роль выполняли 18%, только пассивную, рецептивную12% обследованных, тогда как 70% в разных пропорциях чередовали обе позиции. Среди английских геев "активную" роль предпочитают 43%, пассивную - 40%, но большинство (61%) выполняют обе роли. Многое зависит от ситуации и характера партнерских отношений. Анальным сексом занимаются чаще с постоянными, чем со случайными партнерами, причем с постоянным партнером позиции обычно чередуются, а со случайными - нет. Здесь сказываются как эпидемиологические, так и статусные соображения: "брать" - и престижнее, и безопаснее, чем "отдаваться".

Инсертивная позиция ближе к гетеросексуальной практике, не обременена стигмой и легко позволяет достичь оргазма. Рецептивная позиция выглядит менее физиологичной, ассоциируется с подчиненностью и требует специальной физической (смазка) и психологической (умение расслабиться) подготовки. Мало кому она доставляет удовольствие с первого раза. Популярные руководства по гомоэротике подчеркивают, что первый анальный контакт физиологически и психологически не менее сложен, чем дефлорация девушки, поэтому с неопытным или эгоистичным партнером, который будет спешить и думать только о себе, лучше не связываться.

Психологические смыслы анального секса многообразны. Одни английские геи видят в нем ядро своей гомоидентичности: "Это больше, чем что-нибудь другое, позволяет мне чувствовать себя геем". Для других это прежде всего "восхитительное чувство, я просто не могу без этого"; "мне нравится, когда меня трахают". У некоторых анальный секс вызывает самый сильный оргазм: "Трахать кого-то - самый лучший и наиболее физиологичный путь к оргазму"; "кончить, когда кто-то находится во мне, - величайшее наслаждение". Анальная пенетрация часто ассоциируется с максимальной телесной близостью, любовью и интимностью: "Главное в этом - абсолютная близость, телесная открытость", "это высшее проявление любви и интимности". Рецептивный партнер реализует таким образом свою потребность в безоговорочной самоотдаче. Многие мужчины подчеркивают момент доверия и релаксации. Часто звучат мотивы власти, господства и подчинения: "Это демонстрация могущества и власти", "Это делает меня сильным, мне нравится быть сверху" или "Мне нравится чувствовать себя беспомощным, когда меня трахают и кто-то обладает властью надо мной". То есть мы снова выходим на индивидуальные различия.

Важное место в гомосексуальной порнографии и эротике занимает садомазохизм (СМ) или, как его иначе называют, чтобы избежать психиатрических ассоциаций, "кожаный секс" или "связывание и дисциплина". Признанные классики этого жанра - американские писатели Сэмюел Стюард (Фил Андрос) (1909-1993), Джон Престон (1945-1993) и Ларри Таунсенд (р. в 1936). Издаются специальные журналы - "Drummer", "Dungeon Master", "The Leather Journal", "Manifert Reader" и др.

Как и все остальные типы гомоэротики, эта практика не специфична для однополых отношений и в той же степени распространена среди гетеросексуалов. Хотя психиатры долго и безуспешно пытались найти "этиологию" СМ, единой "садомазохистской перверсии" или типа личности не существует. Ее элементы в той или иной форме присутствуют во всех эротических фантазиях и действиях. При этом добровольные СМ, в отличие от психотиков, в своей эротической игре не мучают и не унижают, а дразнят, тантализируют и затем удовлетворяют друг друга. Их поведение - театр, игра как форма психологической самозащиты против импульсов враждебности, жестокости или вины. С настоящими насильниками и террористами садомазохисты предпочитают дела не иметь и считают их сумасшедшими.

Есть по крайней мере три разных сексуальных сценария, которые лишь с натяжкой можно считать разными степенями одного и того же.

1) Отношения господства и подчинения, где нет ни боли, ни унижения, только жестко асимметричное распределение власти и ролей. Инсценируются разные степени и формы властных отношений: учителя и ученика, отца и сына, тюремщика и заключенного, начальника и подчиненного. Господствующий партнер (Мастер или Верх) командует и инициирует все сексуальные действия, а подчиненный партнер (Низ, Мальчик, Раб) несвободен и подвергается танталовым мукам: его "наказывают" задержкой или лишением удовольствия, сексуально возбуждают, дразнят, не позволяя получить желаемую разрядку.

2) Связывание и дисциплина усугубляет неравенство жесткой зависимостью одного партнера от другого, включая связывание, специальные упражнения и наказания, но без причинения физической боли. Потребность в таких играх часто испытывают мужчины, которые в мальчишеских играх в войну или казаков-разбойников получали удовольствие, оказываясь в роли пленников, которых связывали, пытали и т.п. Беспомощность освобождает человека от ответственности за участие в подобных действиях: не я делаю, а со мной делают. Это позволяет проигрывать и такие сексуальные фантазии, в которых он сам себе не признается (не он мастурбирует, а его мастурбируют, не он сосет, а его заставляют сосать).

3) Собственно садомазохизм прибавляет к этому чувство физической боли или унижения, которые тоже имеют большей частью условный, игровой характер. Хотя границы допустимого устанавливаются в самом процессе сексуальной игры - иначе она была бы неинтересна, - ее фактически контролирует зависимый партнер, "низ" или "раб". Как только он подает соответствующий сигнал, игра прекращается. Из нескольких сот случаев, проанализированных в одном голландском исследовании, только в 2 случаях доминантный партнер зашел дальше, чем следовало.

Склонность к СМ распространена среди гетеро-, гомо- и бисексуалов приблизительно одинаково. Однако в отличие от гетеросексуальных мужчин, геи, как и женщины, больше тяготеют к подчиненной, зависимой роли, мазохизм им ближе садизма. В компьютерных объявлениях, авторы которых выражали желание "поиграть" в связывание, доминантную роль хотели играть 71% гетеросексуальных мужчин, 11% гетеросексуальных женщин и только 12% гомосексуальных мужчин. Напротив, подчиненно-рецептивную роль предпочитали 29% гетеросексуальных мужчин, 89% женщин и 88% гомосексуалов. В надписях и рисунках в мужских туалетах 71% гомосексуалов предпочитали подчиненно-рецептивную роль, 21% - доминантно-активную и 2% хотели меняться позициями.

Сексуальная практика "связывания и дисциплины" имеет глубокие социально-исторические корни и тесно связана с принятыми в закрытых мужских сообществах символами маскулинности. Это поведение всегда строго ритуализировано, а его этапы воспроизводят древние модели инициации мальчиков: 1) отделение - инициируемый изымается из привычной среды и лишается своих обычных атрибутов; 2) переход - период испытаний, трудностей и пыток, когда мальчик сам себе не принадлежит, освобождается от прежней идентичности и обретает новую; 3) инкорпорацию - включение в новую общность и обретение новых прав и обязанностей.

Некоторые современные ритуалы приема в закрытые мужские сообщества также включают в себя практику связывания посвящаемого, раздевания его догола, привязывания или подвешивания к чему-то, осмотра и ощупывания его гениталий, шлепанья или настоящей порки, а иногда даже символического или реального изнасилования. Социальный смысл этих ритуалов - безоговорочное подчинение посвящаемого группе и ее лидерам, готовность принять ради членства в ней боль и унижение. Посвящаемый/испытуемый не знает, что его ждет. Необычное состояние усиливает его сексуальное возбуждение, которое разряжается столь же непривычным и не зависящим от его воли способом, и только тогда, когда захотят и позволят "братья". За этой добровольно-вынужденной потерей маскулинности следует ее новое обретение в виде признания со стороны мужского братства, новая мужская идентичность, не данная от рождения, а полученная от старших мужчин. Безусловное подчинение и отказ от собственной маскулинности означает ее проверку и вознаграждается льготами и привилегиями, связанными с принадлежностью к братству. Ты прошел эти испытания, значит, ты настоящий мужчина.

Мужские сообщества, практикующие подобные вещи, отличаются духом мизогинии и гомофобии, но одновременно в них присутствует сильный латентный гомоэротизм. Когда одного специалиста по связыванию спросили: "Что ты скажешь мужчине, которого ты только что связал?" - тот ответил: "Мужчину не связывают. Связывают мальчика. Младшего брата. Сына. Мужчины - те, которые связывают". Иерархия создается силой и старшинством. Раздетый и связанный мужчина низводится до положения маленького мальчика (это иногда символизируется сбриванием волос на теле), который ни за что не отвечает и отдается во власть другого, "настоящего" мужчины, каким он может стать лишь после того, как на следующем витке своей карьеры сам превратит в мальчика другого. Такова психодинамика многих жутковатых вещей, вплоть до армейской дедовщины.

Эротически же это - возможность получить новое, неиспытанное сексуальное удовольствие, пережить необычные прикосновения и т.п. Нередко такое поведение компенсаторно - "низом" чаще хотят быть более образованные, состоятельные и высокопоставленные мужчины, чем выходцы из рабочих. В описаниях СМ много внимания уделяют экзотическим параферналиям (цепям, наручникам, плеткам, ремням и пыточным приспособлениям) и ритуалам. Но важно не столько то, что люди делают, сколько то, что они при этом испытывают. Одни и те же действия и ритуалы могут означать совершенно разные вещи.

Психофизиологически СМ создает стрессовую ситуацию. При длительных физических перегрузках организм выделяет естественные опиоды, так называемые эндорфины, вызывающие у человека блаженное состояние эйфории и одновременно блокирующие передачу в мозг болевых сигналов, повышая тем самым порог терпимости, человек уже не чувствует боли и не может сказать "довольно". Это очень опасный момент, когда власть и ответственность Мастера становятся абсолютными. Но за напряжением и болью наступает легкость, освобождение, эйфория, похожая на религиозный или наркотический экстаз, а между Мастером и Рабом возникает особая, почти мистическая, психическая связь.

Вот что рассказал мне учитель математики и физики и одновременно - буддийский монах и вероучитель, прекрасный знаток антропологии и истории религии Норман МакКлелланд. В отношениях со своим нынешним партнером Норман - Раб, но в других ситуациях он бывает и Мастером. После того как Норман и его партнер показали мне целый набор плеток и хлыстов, с помощью которых они занимаются любовью, я спросил, действительно ли ему нравится испытывать боль. Некоторые теоретики СМ уверяют, что на самом деле боли нет, есть только ее игровая имитация. Нет, сказал Норман, мне нужна настоящая, сильная, едва выносимая боль. Зачем? Чтобы снять избыточный самоконтроль. У Нормана практически не было детства, его воспитывала мать-алкоголичка, и мальчику пришлось очень рано взять на себя ответственность не только за себя, но и за нее. Профессия учителя также требует самоконтроля. И хотя для Нормана это привычно и вполне органично, у него есть также потребность расслабиться, почувствовать себя слабым и маленьким. Это достигается связыванием и поркой. Боль, заставляющая кричать и плакать, снимает внутреннее напряжение и приносит не просто семяизвержение, а очищение, освобождение, настоящий оргазм. Это своего рода момент истины, где нет ни стыда, ни самоуважения, ни условностей, все вывернуто наизнанку. После этого можно снова жить и работать. А партнер Нормана, в высшей степени респектабельный библиотекарь, получает удовольствие от своей власти над ним и от того, как он преображается от его усилий. Если его и можно назвать садистом, то совсем не в смысле маркиза де Сада.

Между прочим, хороший Мастер - большая редкость. Нужно сначала самому побывать Рабом и пройти обучение у разных специалистов. Есть даже учебники по безопасному СМ сексу. К сожалению, разграничить условное, игровое и реальное насилие довольно трудно. В 1990-1991 гг. в Англии, где СМ имеет глубокие исторические традиции, состоялся громкий судебный процесс над группой из 15 мужчин, которые не причинили друг другу ни малейшего вреда и просто развлекались СМ играми. Некоторые юристы спрашивали, почему в боксе, футболе или регби грубое насилие, сопровождаемое иногда увечьями, не только разрешается, но и демонстрируется публично, а игровое сексуальное насилие вызывает всеобщее возмущение? Неужели только потому, что тут открыто преследуются сексуальные цели, которые в других контекстах замаскированы? Вместе с тем, если в роли Мастера окажется настоящий садист, человек, склонный к злоупотреблению властью или просто посторонний, игра может закончиться плачевно. Когда хозяина ограбленной квартиры обнаруживают голым и связанным, это еще не самое страшное.

Некоторые гомосексуальные игры и техники опасны и неприемлемы с точки зрения гигиены и эпидемиологии. При так называемом "фистинге" (fisting, от слова fist - кулак), когда в задний проход засовывают кулак и всю руку по локоть, нередко разрываются стенки прямой кишки. "Rimming" (анилингус) - вылизывание заднего прохода или засовывание туда языка - способствует переносу желудочно-кишечных инфекций, и т.п. Однако столь же несимпатичные и негигиеничные игры существуют и у гетеросексуалов. Как сказал когда-то блаженный Августин, мы рождаемся между мочой и калом. Самые брезгливые люди вообще не занимаются сексом, а остальные находят приемлемый для себя и других модус вивенди. Говорить об этом надо спокойно и аргументированно, что и делают современные учебники гомоэротики, которые на Западе свободно продаются в самых обычных книжных магазинах. Когда несколько лет назад канадские власти попытались запретить распространение одной такой иллюстрированной книги за то, что она "пропагандирует анальный секс", мудрый судья (бывают и такие) дело прекратил, написав в официальном заключении, что говорить о гомосексуальности, не касаясь анального секса, - то же самое, что писать историю музыки, не упоминая Моцарта.

Кон И.С. Лунный свет на заре. - М., 1998, с. 362-428.

 

Ганс ЛИХТ

ЛЕСБИЙСКАЯ ЛЮБОВЬ (ТРИБАДИЗМ)

Под трибадами мы подразумеваем женщин, предпринимающих совместные половые действия - будь то ласки руками, куннилинг, сношение посредством олисба или естественным образом. Последнее представляется, на первый взгляд, совершенно невозможным, однако медицинские авторитеты уверяют, что естественное половое сношение между женщинами не такая уж и редкость, так как встречаются девушки с особенно крупными клиторами. В силу очевидных причин автор не считает необходимым касаться чисто анатомических аспектов, относительно которых он отсылает читателя к медицинским справочникам. Нас будет интересовать литературная сторона проблемы, или то, какое выражение трибадизм нашел в литературе.

Слово "трибада" у греческих лексикографов является обычным (нередко используемым и римлянами) обозначением женщины, предающейся гомосексуальным связям; наряду с ним употребляются слова "гетеристрия" или "дигетеристрия": и то и другое - производные от "гетера".

Относительно происхождения однополой любви в древности имелись различные мнения, самым известным и остроумным из которых является то, которое Платон вкладывает в своем "Симпосии" в уста Аристофана. Согласно его рассказу, посредством разделения надвое трех изначальных полов, а именно: мужчины, женщины и мужеженщины (андрогина), Зевс придал людям их окончательную форму, так что индивидуум отдает предпочтение тому виду любви, который соответствует полу первоначального цельного существа, от которого он произошел. В силу того, что одна из половин ищет другую, с которой ее разлучили, от изначального мужчины произошли мужи, предающиеся однополой любви, от изначальной женщины - гомосексуальные женщины, из андрогина же - мужчины, взыскующие жен, и женщины, любящие мужчин.

Как мы узнаем из Лукиана, женский гомосексуализм был, по общепринятому представлению античности, особенно распространен на острове Лесбос, почему и в наши дни говорят о "лесбийской любви" и "лесбиянстве". На Лесбосе родилась не только Сафо - царица трибад, но и Мегилла - персонаж знаменитых трибадических разговоров в сборнике Лукиана "Разговоры гетер". Согласно Плутарху, сексуальные связи между женщинами были частым явлением в Спарте. Это, однако, не более чем случайные упоминания; само собой разумеется, что в Древней Греции женская гомосексуальная любовь была так же мало связана с определенным местом и временем, как и в наши дни.

О трибадической любви самым подробным образом говорится в том пятом диалоге гетер Лукиана, который не был включен Виландом в его классический перевод сочинений Лукиана. Приведем некоторые выдержки из него:

"КЛОНАРИОН: Удивительные вещи рассказывают о тебе, Леэна. В тебя якобы влюбилась, как мужчина, богачка Мегилла с Лесбоса, и говорят, будто вы живете вместе. Никогда бы не подумала, что такое может случиться. Неужели? Вижу, ты покраснела. Так скажи мне, что в этих разговорах правда.

ЛЕЭНА: Эх, Клонарион, то, что они говорят - правда, только мне стыдно признаться, уж больно все это необычно.

КЛОНАРИОН: Благая Афродита, о чем ты?!

ЛЕЭНА: Мегилла и коринфянка Демонасса тоже пожелали устроить пирушку, на которую пригласили и меня поиграть им на кифаре. Демонасса, да будет тебе известно, так же богата и распутна, как Мегилла. Что ж, я пошла и сыграла им на кифаре. Когда я закончила играть и наступило время сна, обе они были уже под хорошей мухой, и Мегилла сказала мне: "Видишь, Леэна, пришло время как следует выспаться, иди, ложись между нами".

КЛОНАРИОН: Ты так и сделала? И что же случилось потом?

ЛЕЭНА: Сначала они целовали меня, словно мужчины, касаясь не только губами, но и открывая рот и поигрывая языками; затем они обняли меня и стали трогать мою грудь. При этом поцелуи Демонассы походили скорее на укусы. Я уже не знала, что и думать. Вскоре Мегилла, которая к тому времени здорово уже распалилась, сорвала с головы парик, которого я раньше на ней не заметила - столь искусно был он сделан и столь похож на настоящие волосы, - и теперь со своей короткой прической ужасно походила на мальчика или даже на настоящего молодого атлета. В первый момент я просто оторопела. Она же обратилась ко мне и сказала: "Видела ли ты прежде столь прекрасного юношу?" - "Но где же этот юноша?" - спросила я. "Не считай, что видишь перед собой женщину, - продолжила она, - потому что зовут меня Мегиллом, недавно я женился на Демонассе, и теперь она моя жена. Услышав это, я не сдержала улыбки и молвила: "Так, значит, ты мужчина, Мегилл, а мы об этом и не догадывались: видать, ты, как Ахилл в девичьем платье, рос незаметно среди дев. Но есть ли у тебя тот самый признак мужественности и любишь ли ты Демонассу, как любил бы ее мужчина?" - "Этого, конечно, нет, - возразила она, - да это и не обязательно. Ты скоро узнаешь, что моя любовь еще слаще".

КЛОНАРИОН: Чем же и как вы затем занимались? Об этом я хотела бы получить как можно более точные сведения.

ЛЕЭНА: Не задавай больше вопросов; мне так неловко, что от меня правды ты ни за что не узнаешь".

Наряду с литературными свидетельствами следует также вкратце упомянуть памятники изобразительного искусства. Блох приводит следующие примеры: "На чаше Памфея из Британского музея мы видим обнаженную гетеру с двумя олисбами в руке; схожее изображение находим на чаше Евфрония: обнаженная гетера с набедренной лентой на правой ноге пользуется кожаным олисбом. Яйцевидный предмет, который она держит в правой руке, неоднократно встречается на вазах этого периода, например, в руке у эфеба на заднем плане хранящейся в Лувре чаши Гиерона. Это флакон, маслом из которого гетера окропляет фаллос. В собрании ваз Берлинского музея имеется ваза с весьма интересным изображением, которое, по-видимому, свидетельствует о том, что после использования олисба женщины обычно совершали омовение. Фуртвенглер описывает ее так: "Обнаженная женщина завязывает сандалию на левой ноге; она подалась вперед, обеими руками притягивая к себе красные ленты, и опустилась на правое колено, чем достигается наилучшее заполнение поверхности вазы. Плоский таз у ее ног наводит на мысль, что она только что омылась. В свободном пространстве справа от нее видны очертания обращенного к ней большого фаллоса".

Герхард и Панофка описывают несколько терракот из Неаполя со схожими сюжетами: на одной из них (Nо 20) обнаженная женщина сидит, обнимая лежащий на ней фаллос; тот же сюжет представлен на терракотах No 24 и No 18. На No 16 изображена лысая старуха, левой рукой опершаяся на подушку и рассматривающая лежащий перед ней фаллос.

В дополнение следует упомянуть краснофигурную аттическую гидрию (сосуд для воды) пятого века до нашей эры, хранящуюся в Берлинском Антиквариуме. Здесь изображена девушка с пышной грудью и еще более пышными ягодицами; в правой руке она держит гигантский фаллос в форме рыбы.

Знаменитой трибадой была Филенида из Левкадии, написавшая первую книгу о трибадических ласках, которая, по сообщению Лукиана, была снабжена иллюстрациями; впрочем, эпитафия Филениды, составленная Эсхрионом, отрицает, что эта книга была написана ею. Мы не можем с определенностью сказать, тождественна ли ей Филенида, часто упоминаемая Марциалом; вероятнее всего, это имя придумано Марциалом в качестве собирательного адресата его эпиграмм, бичующих современное ему распутство.

Самой прославленной женщиной, имеющей наибольшее значение с точки зрения нашего исследования, была Сафо, или, как она называла себя на эолийском диалекте, Псапфа, знаменитая поэтесса, "десятая Муза", как называли ее восторженные греки, или, как сказал Страбон, "диво среди женщин". Она была дочерью Скамандронима; родилась около 612 года до н.э. в Эресе на острове Лесбос или, по другим источникам, в Митилене. У нее было три брата, один из которых - Харакс - значительное время жил в Навкратисе (Египет) с кокетливой гетерой Дорихой, которую прозвали Родопой (розовощекая); в одном из своих фрагментов Сафо порицает брата за эту безрассудную связь. О другом ее брате - Эвригии - нам не известно ничего, кроме имени; третий - Ларих - благодаря своей замечательной красоте был взят виночерпием в митиленский пританей. Упоминаемый лишь Судой брак Сафо с Керкилом из Андроса, бесспорно, является выдумкой, которую следует отнести на счет комедии, в которой частная жизнь Сафо весьма рано становится объектом критики, а сама поэтесса, вопреки истине, высмеивается как нимфоманка. Утверждение, будто у нее была дочь Клеила, также представляет собой не более чем заключение a posteriori на основании некоторых отрывков из ее стихотворений, в которых она говорит о девушке Клеиде, например:

 

Есть прекрасное дитя у меня. Она похожа

На цветочек золотистый, милая Клеида.

Пусть дают мне за нее всю Лидию, весь мой милый

[Лесбос]...

     (перевод В.В. Вересаева)

 

Судя по тому, что во всех фрагментах любовь к мужчине упоминается лишь однажды, причем поэтесса сразу же ее решительно отвергает, Клеида была скорее одной из подруг Сафо, чем ее дочерью. Роман Сафо с красавцем Фаоном, вне всяких сомнений, является от начала до конца легендой; равным образом, знаменитый прыжок в море, на который она решилась ввиду того, что наскучила Фаону, следует объяснять неверным пониманием распространенной у греков метафоры - "броситься в море с Левкадской скалы", т.е. очистить душу от страстей.

Жизнь и поэзия Сафо пронизаны любовью к собственному полу; в античности - а возможно, и во все времена - она была знаменитейшей жрицей данного типа любви, так что словосочетание "лесбийская любовь" возникло уже в древности. Сафо собрала вокруг себя кружок юных женщин, из которых во фрагментах названы по имени Анагора, Эвника, Гонгила, Телесиппа, Мегара и Клеида; мы узнаем также об Андромеде, Горго, Эранне, Мнасидике и Носсиде. С подругами ее связывали прежде всего поэтические и музыкальные интересы; в ее "доме Муз" девушки обучались всем мусическим искусствам, в частности, игре на музыкальных инструментах, пению и танцам. Она любит своих девочек так горячо и в своих скудных фрагментах говорит о любви с такой страстью, что после усилий Велькера и прочих новая попытка спасти Сафо от упрека в любви к представительницам своего пола - несмотря на все благие намерения - не имеет ни малейших шансов на успех. В согласии с греческим мировоззрением и его сравнительным безразличием к таким вопросам, склонность Сафо не считалась грехом; конечно, ей не удалось избежать отдельных насмешек, однако она подвергалась им не из-за своей сексуальной ориентации, но из-за той искренности, с которой она открывала потаенные глубины своей души, из-за ее выхода - расценивавшегося как эмансипация - за пределы домашнего мира, в котором обязана была пребывать греческая женщина той эпохи.

Гораций метко назвал Сафо "мужественной". "Мужественность" ее существа объясняет сафическую любовь и является ключом к пониманию ее поэзии. "Словно ель, колеблемая бурей", она глубоко потрясена всемогуществом Эроса. Ее поэзия проникнута неизреченным счастьем и бездонной мукой любви. Бог в ее груди знает, как придать терзаниям ревности и горю перенесенной измены ошеломляющую форму. Любимейшей из подруг была для нее Аттида; сердечная любовь двух девушек, одаренных исключительной душевной и физической красотой, явственно различима даже в чрезвычайно плохо сохранившихся фрагментах, причем мы в состоянии выявить, по крайней мере, отдельные ее фазы.

К самому началу их любви следует, возможно, отнести слова, в которых Сафо признается, что в груди у нее пылает могучий огонь страсти:

 

Эрос вновь меня мучит истомчивый -

Горько-сладкий, необоримый змей.

 

И вновь она сознает необоримость бога, которому невозможно противостоять и который является перед ней в новом образе:

 

Словно ветер, с горы на дуб налетающий,

Эрос души потряс нам...

 

Она, конечно, ищет способы заставить страсть смолкнуть, и с губ ее не без борьбы слетает трогательная жалоба, которая выдает, что сердце поэтессы рвется на части: "Я не знаю, как быть: у меня два решения". Но напрасна борьба с любовью: "Как дитя к милой матери, стремлюсь к тебе". Когда Сафо наконец понимает, что бесполезно противиться желаниям души, она обращается с проникнутой детским благочестием молитвой к великой богине, которая понимает ее муку, и из ее поэтических уст изливается бессмертный гимн к "ковы плетущей" Афродите. Ей позволено рассказать о своих страданиях, и ода становится исповедью благочестивого, но истомленного страстью сердца. Она призывает богиню помочь ее изболевшейся душе, только бы она сошла с небес, как уже сходила однажды, и облегчила ее печали. С подлинно поэтическим воображением она вызывает в памяти образ богини, которая некогда предстала перед ней, с ласковым участием расспросила, почему она так печальна, и обещала исполнить желания ее сердца. К этому воспоминанию она присоединяет мольбу и надеется, что и на этот раз бессмертная будет к ней милостива и окажет ей поддержку:

 

Пестрым троном славная Афродита,

Зевса дочь, искусная в хитрых ковах!

Я молю тебя - не круши мне горем

     Сердца, благая!

Но приди ко мне, как и раньше часто

Откликалась ты на мой зов далекий

И, дворец покинув отца, всходила

     На колесницу

Золотую. Мчала тебя от неба

Над землей воробушков милых стая;

Трепетали быстрые крылья птичек

     В далях эфира.

И, представ с улыбкой на вечном лике,

Ты меня, блаженная, вопрошала,

В чем моя печаль, и зачем богиню

     Я призываю,

И чего хочу для души смятенной.

"В ком должна Пейто, укажи, любовью

Дух к тебе зажечь? Пренебрег тобою

     Кто, моя Псапфа?

Прочь бежит? - Начнет за тобой гоняться.

Не берет даров? - Поспешит с дарами.

Нет любви к тебе? - И любовью вспыхнет,

     Хочет не хочет".

О, приди ж ко мне и теперь! От горькой

Скорби дух избавь и, чего так страстно

Я хочу, сверши и союзницей верной

     Будь мне, богиня!

 

Благая богиня не могла устоять против такой мольбы; во всяком случае, она наполнила сердце своей подопечной отвагой и радостной надеждой на любовь, так что Сафо удалось побороть смущение и открыться возлюбленной во второй из полностью дошедших до нас песен, которая приводится Лонгином в качестве образца Возвышенного:

 

Богу равным кажется мне по счастью

Человек, который так близко-близко

Пред тобой сидит, твой звучащий нежно

     Слушает голос

И прелестный смех. У меня при этом

Перестало сразу бы сердце биться:

Лишь тебя увижу, - уж я не в силах

     Вымолвить слова.

Но немеет тотчас язык, под кожей

Быстро легкий жар пробегает, смотрят,

Ничего не видя, глаза, в ушах же -

     Звон непрерывный.

Потом жарким я обливаюсь, дрожью

Члены все охвачены, зеленее

Становлюсь травы, и вот-вот как будто

     С жизнью прощусь я.

 

"Нельзя удивляться тому, что она перечисляет вместе душу, тело, слух, язык, глаза, цвета, сколь бы ни были они сами по себе различны, и что, соединяя противоположности, она в одно и то же время горит и холодеет, лишается чувств и обретает их вновь, она трепещет и чувствует приближение смерти, так что в ней проявляется не одна какая-нибудь страсть, но столкновение страстей".

С этим суждением нельзя не согласиться; следует добавить, что мы должны видеть в этой оде не прощальную песнь, как полагают некоторые, но песнь-ухаживание, изливающуюся из пылкой и открытой души, которая, может статься, после долгих борений находит наконец в себе смелость и позволяет возлюбленной заглянуть на мгновение в свои сокровенные мысли и еще не исполнившиеся желания. Этому не противоречит то, что она называет счастливцем мужчину, который удостоился счастья лицезреть ее прекрасную подругу; здесь ее слова звучат весьма смутно, и у нас нет оснований сомневаться в том, что в действительности она называет счастливым каждого, кто сидит подле ее возлюбленной, не теряя при этом голову от любви; к тому же вполне вероятно, что она намеренно выражается столь неопределенно, ибо ее наделенная живым воображением и опережающая события душа уже предчувствует с горечью тот день, когда любимая будет принадлежать мужчине, и в душу поэтессы вонзается жало ревности еще до того, как ей самой удалось насладиться счастьем любви. Наше понимание этого стихотворения как песни-ухаживания подкрепляется, с другой стороны, тем фактом, что Катулл, стремясь открыть свою страсть возлюбленной и добиться ее благосклонности, перевел его чуть ли не слово в слово. Катуллова Клодия, однако, слишком хорошо была знакома с поэзией Сафо - в честь знаменитой поэтессы Катулл даже называл ее Лесбией, - чтобы мы могли поверить, будто тонко чувствующий римлянин способен допустить такую оплошность и пытаться завоевать любовь своей Сафо "прощальной песней" настоящей Сафо.

Таким образом, в двух жемчужинах поэзии Сафо нашла свое чистое и трогательное выражение ее любовь к Аттиде, и та не закрыла свое сердце для песен вдохновленной свыше поэтессы. Обе девушки связали себя прочными узами дружбы, благодаря которой на свет было произведено немало прекрасного: множество нежных и глубоких песен дружбы, любви и невинных радостей жизни и множество возвышенных величественных гимнов, когда поэтессой овладевало божественное наитие, размыкавшее ей уста. Немилосердная судьба похитила все это и лишь от случая к случаю мы находим одно-два словечка лесбийской девы, свидетельствующие о ее любви к Аттиде; несомненно, признание, которым она однажды делится в минуту радости, относится к дням безоблачного счастья: "Я любила тебя, Аттида, всем сердцем, когда ты еще не знала об этом".

Принимая во внимание, сколь страстно привязалась Сафо к возлюбленной, мы ничуть не будем удивлены, узнав, что поэтесса была терзаема и муками ревности; она говорит о своей боли словами, в которых чудится упрек, хотя - поскольку они по-прежнему порождены любовью - в них нет особого гнева:

 

Ты ж, Аттида, и вспомнить не думаешь

Обо мне. К Андромеде стремишься ты.

 

Были у нее основания для ревности, или только временная разлука исторгла из уст Сафо тихую жалобу, в которой так много чувства?

 

Луна и Плеяды скрылись,

Давно наступила полночь,

Проходит, проходит время,

А я все одна в постели.

 

В другой раз Сафо охватывает мучительный страх, и с губ ее невольно срывается вопрос: "Иль кого другого ты любишь больше,// Чем меня?" Но любовь Сафо к Аттиде тем более сердечна, что она нравилась ей еще в те дни, когда была маленькой девочкой и час замужества был от нее далек.

О том, что в конце концов Аттида рассталась с Сафо, мы узнаем из поэтического фрагмента, найденного в 1896 году на папирусе вместе с множеством других отрывков египетским отделением государственных музеев в Берлине. Стихотворение - к несчастью, весьма плохо сохранившееся - обращено к общей подруге, возможно, к Андромеде, которая, как и Сафо, скорбит от того, что возлюбленная ими Аттида пребывает ныне в далекой Лидии:

 

Ныне блещет она средь лидийских жен.

Так луна розоперстая,

Поднимаясь с заходом солнца, блеском

Превосходит все звезды.

 

Стихотворение завершается прочувствованным описанием лунной ночи над усеянными цветами полями, когда в чашечках цветов блестит роса и распространяется благоухание роз и донника.

 

И нередко, бродя, свою кроткую

Вспоминаешь Аттиду ты,

И тоска тебе тяжко

     сердце давит...

 

Если, таким образом, наши сведения о задушевной подруге Сафо, почерпнутые из немногочисленных фрагментов, весьма скудны, то о других ее подругах и ученицах мы знаем и того меньше. Клятву вечной верности она облекает в такие прекрасные слова:

 

Сердцем к вам, прекрасные, я останусь

Ввек неизменной.

 

В одном сравнительно обширном фрагменте, который, к несчастью, дошел до нас с несколькими лакунами, одна из ее учениц, чувствуя приближение смерти, трогательно прощается с Сафо, которая призывает подругу крепиться и не забывать ее. Пусть она думает о богине, которую покидает, и вспоминает все прекрасное, чем наслаждались они, служа ей. Она напоминает ей о венках из роз и фиалок, которыми они вместе с Сафо украшали храм, и о совместном служении богине.

В дружбе Сафо со своими ученицами древние видели сходство с близкими отношениями между Сократом и его учениками; несомненно важное и весьма полезное для суждения о характере этих отношений сравнение подробно проведено философом Максимом Тирским, жившим во времена римского императора Коммода. Он говорит следующее: "Что такое страсть лесбийской певицы, как не любовное искусство Сократа? Ибо оба они понимали под любовью одно и то же. Чем были для Сократа Алкивиад, Хармид и Федр, тем же были для Сафо Гиринна, Аттида и Анактория; чем были для Сократа такие соперники, как Продик, Горгий, Трасимах, тем же были для Сафо Горго и Андромеда. Она высмеивает и обличает их, пользуясь тою же иронией, что и Сократ: "Привет тебе, мой Ион", - говорит Сократ; "Приветов много// Дочери Полианакса шлю я..." - говорит Сафо. Сократ заявляет, что очень долго любил Алкивиада, но не желал приближаться к нему до тех пор, пока считал, что тот не поймет его слов; "Ты казалась мне девочкой малой, незрелою", - говорит Сафо. Всех забавляют манеры и осанка софиста; "В сполу одетая деревенщина", - замечает Сафо. Эрот, говорит Диотима Сократу, не сын, но спутник и слуга Афродиты, и Сафо в одной из своих песен обращается к богине: "Ты и твой служитель Эрот". Диотима говорит, что Эрот богат до пресыщения и изнывает от нужды; та же мысль заключена в словах Сафо: "горько-сладостный, причиняющий боль". Сократ называет Эрота софистом, Сафо - искусным в речах. Он теряет рассудок от любви к Федру - сердце Сафо судорожно сжимается от любви: так буря в горах колеблет дубы. Сократ упрекает Ксантиппу в том, что она оплакивает приближение его смерти, - Сафо говорит своей Клеиде: "В этом доме, дитя, полном служенья Музам,// Скорби быть не должно: нам неприлично плакать".

Такое сопоставление Сафо и Сократа полностью оправдано. В обоих случаях исключительная чуткость к телесной красоте составляет основание дружеских отношений с молодежью и является предпосылкой эротического характера такой дружбы. О Сократе мы будем говорить ниже. Что же касается Сафо, то, как уже отмечалось на основании сохранившихся фрагментов ее поэзии и почти единодушного свидетельства античности, более нет и не может быть никаких сомнений относительно эротического характера ее од и отношений с подругами. Даже Овидий, который - нужно заметить - еще мог читать стихотворения Сафо в неискаженном виде, утверждает, что нет ничего более чувственного, чем ее поэзия, и потому самым настоятельным образом рекомендует их чтение девушкам своего времени. В другом месте он ясно говорит, что вся поэзия Сафо была единственным в своем роде курсом обучения женскому гомосексуализму. Наконец, Апулей замечает, что "Сафо писала страстные и чувственные стихи, несомненно, распущенные, и все же столь утонченные, что распущенность ее языка завоевывает благосклонность читателя сладостной гармонией слов". Все это - свидетельства авторов, которые располагали произведениями Сафо в их полноте, а потому их суждения должны стать решающими, тем более что они согласуются с нашими выводами, сделанными по рассмотрении сохранившихся фрагментов Сафо. И именно из этих отрывков явствует, что ее поэзия не только дышала чувственным пылом страсти, но и озарялась чувством, исходившим из интимнейших глубин ее души.

Вне всяких сомнений, постепенно и, главным образом, через посредничество аттической комедии, а позднее, и нездоровой эрудиции духовная составляющая этой поэзии все решительнее отодвигалась на задний план, и Сафо стали считать то ли нимфоманкой, то ли бесстыжей трибадой. Нам известно шесть комедий под названием "Сафо" и две под названием "Фаон", от которых сохранились только скудные фрагменты, однако надежно установлено, что в них изображалась пылкая чувственность поэтессы, которая была самым грубым образом гиперболизирована и даже выставлена на осмеяние. Словосочетание "лесбийская любовь", напоминающее о происхождении поэтессы, вошло со временем в моду, и глагол "лесбиянствовать" часто встречается уже у Аристофана, в комедиях которого он значит "распутствовать на лесбийский лад". Лесбиянки, несомненно, считались женщинами безнравственными, так что слово это становится синонимом шлюхи. Дидим - эрудит, живший во времена Цицерона, - посвятил особое исследование вопросу, была ли Сафо обыкновенной проституткой; распутный характер ее отношений с подругами подчеркивали гуманисты Домиций Кальдерин и Иоанн Британник, а также комментаторы Горация - Ламбин, Торренций и Круквий. Если мы добросовестно рассмотрим все факты, особенно фрагменты ее поэзии, мы поневоле придем к заключению, что Сафо была вдохновенным художником, выдающимся поэтическим феноменом и в то же время - необузданно чувственной трибадой, пусть и сколь угодно просветляемой золотом своей поэзии.

В конце IV века жила Носсида, поэтесса из нижнеиталийской Локриды, дерзнувшая поставить себя в один ряд с Сафо:

 

Если ты к песнями славной плывешь Митилене, о путник,

Чая зажечься огнем сладострастной Музы Сафо,

Молви, что Музам приятна была и рожденная в Локрах,

Имя которой, узнай, было Носсида. Иди!

     (перевод Л. Блуменау)

 

Она изъявляла восторженное восхищение своими подругами в изящных эпиграммах, некоторые из которых сохранились; в одной из них она признается в том, что "нет ничего сладостнее любви" и что, если Афродита не будет милостива к человеку, ему ни за что не узнать, как прекрасны ее цветы.

Лихт Г. Сексуальная жизнь в Древней Греции. - М., 1995, с. 210-233.

 

ЛЕСБИЯНКИ: ИХ ЖИЗНЬ И ВЗАИМООТНОШЕНИЯ

"Быть лесбиянкой - чудесно, мне это доставляет много радости, это самоидентификация женщины - это приоритет".

"Лесбиянки многое сделали, чтобы освободить женщин от подавления. Женщины, эмоционально и экономически зависимые от мужчин, ничего значительного на поприще эмансипации достигнуть не могут. Если ты не черпаешь материальное и духовное содержание жизни у мужчин, ты гораздо сильнее и увереннее. Это настоящая свобода".

"Если мне случается одобрительно высказываться о лесбиянках, мои гетеросексуальные подруги думают, что я их критикую за то, что они выбирают мужчин. Это отнюдь не так. Быть лесбиянкой для меня означает - интересоваться женщинами независимо от сделанного ими выбора".

За последние десять лет число лесбиянок в США значительно возросло. Таких женщин можно встретить в любой этнической группе и в любом кругу общества. Лесбиянки встречаются и среди фабричных работниц, и среди врачей, учителей, переводчиков, студенток колледжей и вузов. Считается, что больше всего лесбиянок среди продавщиц, спортсменок, профсоюзных лидеров и политиков. У некоторых из них есть дети, либо они запланированы на будущее, другие, наоборот, и слышать не хотят о детях. Среди некоторых лесбиянок тесные связи поддерживаются всю жизнь, другие, наоборот, соблюдают целомудрие. Некоторые женщины замужем, им трудно бросить семью после того, как они осознали себя лесбиянками.

Хотя на многих исторических этапах о лесбиянках вообще не упоминается, исследованиями доказано, что это явление существовало еще в античную эпоху. Несмотря на беспощадное преследование, лесбиянки во все времена бросали вызов патриархату своей эмоциональной независимостью от мужчин.

Осознание себя как лесбиянки на всех уровнях - основа для дальнейшей жизни. Прежде всего следует признаться в этом себе, затем познакомиться с другими лесбиянками, открыть этот факт семье и друзьям. Американские лесбиянки регулярно устраивают демонстрации, выступают за свои права, участие в них считается переломным пунктом в процессе самосознания.

Осознать себя лесбиянкой - прежде всего означает избавление от чувства вины, страха, самоунижения. Осознать это - означает полюбить себя как женщину и лесбиянку.

Как открыть товарищам, друзьям, близким факт, что ты лесбиянка?

Общество, узнав об этом, подвергает лесбиянку целенаправленным физическим и психологическим атакам. На таких женщин начинают смотреть как на больных, у них стараются отнять детей, уволить с работы под разными предлогами.

Однако появляется все больше лесбиянок, которые не боятся быть откровенными, даже в Советском Союзе. В США во многих штатах гомосексуалисты победили в борьбе с трудовой дискриминацией.

Существует взгляд, что обществу действительно придется туго, если все лесбиянки станут открытыми, ибо численно их немало.

Контакты с другими лесбиянками часто очень необходимы, но их трудно найти.

До 1950 года лесбиянки были изолированы друг от друга, только сейчас в США начали создаваться их клубы по интересам.

О лесбиянках нет никакой литературы, если не считать отдельные привозные романы на английском языке. В таких произведениях лесбиянок изображают как достойные сожаления, несчастные создания, которые либо счастливым образом становятся гомосексуалистками, либо умирают в заброшенности. Благодаря борьбе лесбиянок за их права в мире капитала, сейчас, по-крайней мере, в видеофильмах, их не показывают вызывающе превратно.

Некоторые лесбиянки долгое время живут одиноко, без любовницы, у других - несколько любовниц, третьи даже создали неизвестные публичные дома для лесбиянок. Интимность между лесбиянками может существовать и без сексуальных отношений, ибо такой вид дружбы нравится, а многие лесбиянки стараются ничего в нем не изменить.

Обычный вариант все же следующий. Лесбиянки выбирают одну определенную любовницу, однако время от времени спят и с другими женщинами. Женщины в этом случае планируют работу и свободное время так, чтобы помогать одна другой, справляться с различными конфликтами. Они могут оставаться вместе несколько месяцев, лет, а возможно, даже всю жизнь.

В 50-е годы и еще совсем недавно было принято строго соблюдать и разграничивать стиль одежды и поведение, выбирая либо роль мужчины, либо роль женщины (агрессивная - послушная). "Мужчины" должны были проявлять инициативу, "женщины" - пассивно подчиняться. Таким образом имитировались и интимные отношения в постели, когда "женщины" позволяли "мужчинам" ласкать себя, сами не проявляя инициативу, но оставаясь выраженно пассивными. Современные лесбиянки критикуют такие отношения. По их мнению, это имитация существующих отношений между полами.

Есть лесбиянки, которые пропагандируют взгляд, что такие отношения архаичны. Но все еще можно встретить лесбиянку-"мужчину", с мужским типом поведения, стилем одежды и многочисленными любовницами. Это особая форма смелого эротизма.

Многие женщины желают сексуальных отношений с женщинами. Реализуют ли они их в жизни, зависит от многих обстоятельств, и от характера самой женщины. Половые отношения между женщинами проявляются во всей их любви, дружбе, наслаждении, жажде приключений, которые может дать женщина. Женщинам присуще радоваться красоте своего тела и тела своей любовницы. Они могут часами целоваться, подолгу гладить одна другую. Популярен оральный секс. Оргазм можно испытать, но его может и не быть. Они могут вместе смотреть эротические изображения и видеофильмы, играть в сексуальные игры или просто вместе спать. В отличие от гетеросексуальных отношений, половая жизнь лесбиянок не является регламентированно детерминированной, у лесбиянок нет "правильных" или "неправильных" интимных отношений.

Эрос. Дайджест. 1990.

 

Игорь КОН

НАСЛЕДНИЦЫ САФО

Муза - женщина. Музыка - женщина. Поэзия - женщина. Жизнь - женщина. Ну как тут не стать лесбиянкой?

 

Вера Павлова

 

В отличие от мужчин, которые раньше и острее осознают свое влечение к представителям собственного пола как сексуальное, что сказывается и на их общественном самосознании, к лесбиянкам групповое самосознание исторически пришло много позже и в более политизированной форме.

Лесбийский феминизм зародился в США в 1960-х годах и быстро распространился в Европе. Его мотивы и лозунги были не столько сексуальными, сколько политическими. Это был протест против мужского господства во всех его формах и проявлениях. Лесбиянство, которому мужчина не нужен не только в роли начальника, но даже в постели, рисуется при этом как высшая степень женской независимости. Решительно порывая с прежними образами нежной любви между женщинами, новые амазонки провозгласили лозунг: "Феминизм - теория, лесбиянство - практика". Пока женщина остается женой и матерью, как бы она ни была богата и образованна, она нуждается в мужчине. Идентификация себя и сближение с другой женщиной - единственное средство обеспечить полную независимость и раскрыть возможности женской природы. Идеологи лесбийского феминизма доказывают не просто равенство, а преимущества лесбиянства над всеми прочими видами любви, вступая в острый конфликт с феминистками старшего поколения.

"В лесбийско-философской литературе лесбиянство обычно означало отношения гармонии и счастья, бегство от ужасов гетеросексуальности, обещание самореализации и здоровой независимости. Тьма и отчаяние, которым в прежней литературе были обречены лесбиянки, теперь проецируются на гетеросексуальных женщин, еще не узревших света. Если в прошлом юмор обращался против лесбиянок, сатирически изображая любовь между женщинами, то теперь он используется для осмеяния глупости патриархальщины и гомофобии. Индивидуальное самосознание, художественное творчество и политическая борьба были для этих женщин неразрывны.

Когда американская поэтесса и драматург Джуди Гран (р. 1940) в 21 год спросила в вашингтонской библиотеке книги о гомосексуальности, библиотекарша с негодованием ответила, что эти "специальные" книги выдаются только врачам и психиатрам. Молодая женщина, уволенная за лесбиянство с военной службы, не желала мириться с этой стигмой, присоединилась к уличной демонстрации Общества Маттачин, а в своей первой поэме в прозе, вызывающе названной "Эдвард Дайк" (1970) (слово Dyke было ругательным наименованием мужеподобной лесбиянки), описала молодую лесбиянку, которую психиатры всеми средствами "убеждают", что она ненормальна, а она утверждает, что любить - значит делать то, что я хочу, а не то, что нравится врачам.

Рита Мае Браун (р. 1944), исключенная за политическую активность и вызывающее поведение из Флоридского университета, в 1973 г. опубликовала страшно забавную автобиографическую книгу "Гранатовые джунгли" (Rubyfruit Jungle - название содержит намек на женские гениталии), нечто среднее между "Приключениями Гекльберри Финна" и лесбийским "Тропиком Рака", героиня которой Молли Болт с самого детства всюду затевает смуту и во всех отношениях неординарна. "Гранатовые джунгли" сразу же стали бестселлером и по сей день остаются самой читаемой лесбийской книгой (жаль, что нет русского перевода).

"Пустыня сердца" (1964) Джейн Рюл (р. 1931), замечательной американской писательницы, переехавшей в Канаду, напротив, написана в серьезном, даже грустном ключе, но это был первый лесбийский роман, кончавшийся на оптимистической ноте (позже Рюл дистанцировалась от радикального феминизма). Большую роль в интеллектуальном обосновании лесбийского феминизма и его места в общей борьбе с расизмом и сексизмом сыграла черная поэтесса и писательница Одри Лорд (1934-1992).

Сильные и слабые стороны радикального лесбийского феминизма особенно ясно видны в творчестве известной французской писательницы Моники Виттиг (р. 1936), с 1976 г. живущей в США. Ее первый роман L'Opoponax (1964), о любви двух девочек в католической школе, был хорошо встречен критикой и получил престижную литературную премию. В поэмах в прозе "Воительницы" и "Лесбийское тело" (1973) Виттиг пошла дальше. "Лесбийское тело" не без основания сравнивали с Соломоновой "Песнью песней", только здесь тело прекрасной возлюбленной подробно и чувственно-изощренно описывает и воспевает не мужчина, а женщина, каждая клетка которой дышит и наслаждается этой любовью. Главная языковая новация Виттиг - устранение из текста всех половых/гендерных слов, вплоть до грамматического рода, - не просто литературный прием, а выражение радикальных философских позиций.

По мнению Виттиг, гендерные различия не имеют онтологической реальности и основаны только на отношениях власти: господствующая группа (мужчины, белые, богатые) "маркирует" подчиненную группу (женщин, черных, бедных) для оправдания собственного господства. "Понятие различия не содержит в себе ничего онтологического. Это только способ, которым хозяева интерпретируют историческую ситуацию господства. Функция различия - замаскировать на всех уровнях конфликт интересов, включая идеологические". Чтобы уничтожить мужское господство, недостаточно уравнять мужчин и женщин в правах, нужно уничтожить само понятие пола/гендера, основанное на отношениях репродукции.

Именно это делают радикальные лесбиянки. "Неправильно говорить, что лесбиянки общаются, занимаются любовью, живут с женщинами, потому что "женщина" имеет смысл только в гетеросексуальных системах мысли и в гетеросексуальных экономических системах. Лесбиянки не женщины". Однажды в студенческой аудитории, когда Виттиг доказывала этот свой тезис, кто-то нахально спросил: "Скажите, а влагалище у вас есть?", на что она так же вызывающе ответила: "Нет!"

Рассуждая чисто социологически, ничего нелепого в словах Виттиг нет - ее мысль сводится к тому, что лесбиянки не имеют тех социальных ролей и идентичностей, с которыми чаще всего ассоциируется образ и самосознание женщины - матери, жены и любовницы, причем все эти ипостаси женщина приобретает только благодаря мужчине. Но ведь и мужчина не может стать отцом, мужем и любовником без женщины. Здесь налицо не угнетение, а взаимозависимость, гендерное неравенство и угнетение только напластовывается на эти ипостаси.

Полный отрыв гендера от пола оборачивается солипсистским отрицанием биологической природы человека и связанных с нею психологических констант и универсалий. Из этого вытекают важные политические выводы. Как резюмировала идеи Виттиг влиятельная американская философ-лесбиянка Джудит Батлер, единственное средство подрыва принудительной гетеросексуальности - "радикальная лесбиянизация всего мира". В более тонкой и смягченной форме это делает и сама Батлер. Подвергая, вслед за Фуко, философскому анализу понятия "гейности", "гетеро-" и "гомосексуальности", Батлер показывает их взаимозависимость. Хотя "принудительная гетеросексуальность выставляет себя в качестве оригинальной, истинной, аутентичной", которой остальные формы сексуальности только подражают, "подлинного" гендера не существует, "гендер - это род имитации, у которой нет оригинала".

С помощью социального конструктивизма можно "деконструировать" любые категории. Американская поэтесса и теоретик лесбигеевского движения Адриенна Рич (р. 1929) в знаменитой статье "Принудительная гетеросексуальность и лесбийское существование" (1980) убедительно показала, что гетеросексуальность, которую, как и материнство, люди склонны считать всеобщим биологическим императивом, на самом деле является политическим институтом, который накладывает на женщин целый ряд социальных ограничений и принудительно навязывается им в процессе гендерной социализации. Но наличие социального принуждения вовсе не означает, что соответствующие институты и формы разделения труда не имеют каких-то объективных транскультурных биосоциальных детерминант. Да, детей всюду и везде воспитывают в гетеросексуальном духе, а девочек так или иначе готовят к материнству. Однако это не исключает того, что для подавляющего большинства людей гетеросексуальный "выбор" доброволен и единственно возможен, потому он и воспринимается не как выбор, а как данность.

"Лесбиянизация" и "геизация" человечества представляются невозможными не только в силу социального принуждения. Наличие в любом обществе "сексуальных меньшинств" доказывает, что гендер несводим к полу, а сексуальность - к гетеросексуальности. Но отрицание онтологической реальности пола, растворение его в "культурном дискурсе" столь же решительно противоречит нашему повседневному опыту и данным науки.

Политизация лесбийской любви и возведение ее носительниц в ранг "лесбийской нации" оборачивается дополнительными трудностями для них самих. Осуждая былую закомплексованность лесбиянок, радикальный лесбийский феминизм утверждал, что лесбиянки не только имеют право на счастье, но обязаны быть счастливыми. Но разные люди счастливы по-разному, любые однозначные предписания их калечат.

Если либеральные лесбиянки начала XX в. старались добиться терпимости к себе, преуменьшая сексуально-эротические компоненты своих чувств и привязанностей в соответствии с традиционным образом "женской чистоты", то радикальные лесбиянки выдвинули норму политической корректности, согласно которой любовные отношения между женщинами ни в чем не должны напоминать разнополых отношений. Традиционное деление лесбиянок на активных мужеподобных "бучей" и нежных, женственных "фем" было объявлено ложным клеветническим стереотипом, построенным по образцу гетеросексуального брака. Женские сексуальные ласки также ни в чем не должны были напоминать мужские.

По ироническому описанию "сексуально некорректной" американской лесбиянки Маргарет Николс, политически правильная лесбийская любовь означает, что две женщины лежат рядом друг с другом (верх и низ запрещены, потому что это уже иерархия) и несколько часов нежно ласкают друг друга, непременно все тело (лесбиянка не ориентирована на генитальный контакт и оргазм, это мужской, "патриархальный" секс); если они все-таки имеют оргазм, он обязательно должен происходить строго одновременно, чтобы обеспечить женщинам полное равенство. Радикальные лесбиянки инициировали шумные кампании за запрещение любой порнографии, считая всякое изображение женщины в сексуальном контексте оскорбительным; гетеросексуальные женщины, которые могут вообразить себя участницами подобных сцен, ничего обидного в них не видят и относятся к "мужской" эротике более терпимо. Довольно напряженными были и их отношения с геевскими организациями, несмотря на наличие общих врагов.

В конце 1980-х годов в лесбийской литературе наметился отказ от чрезмерной политизации отношений между женщинами. Инвективы против мужского господства стали реже, вместо жесткого лесбиянского сепаратизма стали заключаться политические союзы с мужчинами, особенно геями. Воинствующую серьезность прежнего поколения активисток стали воспринимать иронически, причем к молодежи примкнули некоторые представительницы старшего поколения лесбиянок, такие, как Джоан Нестле. В современной лесбийской литературе делается больший акцент на частной жизни, включая сексуальность и эротику. Восстановлено в правах старое различие "буч" и "фем", стали писать о ранее запретных вопросах, таких, как женский садомазохизм, сексуальная техника, использование "игрушек" вроде дилдо и т.д. Появилась специфически лесбийская эротика и порнография, учебники "женского секса" и т.п.

Отчасти это связано с коммерциализацией лесбийского, как и всякого иного, секса. В еще большей степени этому способствует новый "квир"-радикализм, утверждающий этическое и эстетическое многообразие сексуальной жизни, в которой не должно быть никаких нормативных запретов. Если раньше акцентировали преимущественно специфические черты и особенности женского мира и женского тела, то теперь чаще встречается полное отрицание половых/гендерных норм, а тем самым и четких граней между людьми разной сексуальной ориентации. В произведениях талантливой английской писательницы Джанет Уинтерсон (р. 1959) половая принадлежность героя/героини порой неясна или меняется по ходу повествования, а коллизии, которые раньше трактовались бы как трагические, выглядят смешными. Сюжет короткого рассказа Сары Шульман (р. 1958) "История пениса" построен на том, что у лесбиянки Энн, которая всегда пользовалась дилдо, вдруг вырос настоящий мужской член. Сначала Энн и ее подругам кажется, что это открывает перед ними новые возможности, но скоро выясняется, что жить с этим новым органом довольно неуютно. Хотя лесбиянка-"буч" выполняет в постели мужскую роль, она вовсе не хочет быть мужчиной и обладать мужской анатомией (пресловутая зависть к пенису). По просьбе Энн ее бывшие партнерши помогают ей составить точное описание ее прежнего клитора и вагины, и она записывается на операцию по перемене пола. Трагедия становится веселым фарсом.

Изменения в характере лесбийской культуры проявляются и в иконографии женского тела. Женская нагота, включая лесбийские сцены, издавна присутствовала в изобразительном искусстве, но подразумеваемым адресатом этих образов всегда был мужчина, они были ориентированы на мужское эротическое воображение и функционировали как соблазн. Между тем женщина, независимо от ее сексуальной ориентации, воспринимает себя и свое тело совсем не так, как это делает мужчина. Чем больше женщина сексуально раскована, тем меньше ей хочется быть и чувствовать себя только объектом мужского вожделения. Многие ее переживания, в том числе сексуальные, может понять только другая женщина. В этом коренится одна из причин неустранимости женского, как и мужского, гомоэротизма.

В эротических произведениях, написанных женщинами, мужские сексуальные действия часто описываются довольно язвительно. Сексуально раскованной женщине они кажутся примитивными и некомпетентными. "Прелестный опушенный маленький кратер таит собственные, только женщине доступные возможности, а из него сделали вместилище пениса и воронку для спермы". Героиня романа Елены Черниковой "Золотая ослица" иронически следит за тем, как мужчина старательно "проигрывает" на ней вычитанные в учебниках сексологии "позиции", не догадываясь сделать того единственного, что на самом деле нужно его партнерше.

Не менее важен тип адресата в изоб