Библиотека svitk.ru - саморазвитие, эзотерика, оккультизм, магия, мистика, религия, философия, экзотерика, непознанное – Всё эти книги можно читать, скачать бесплатно
Главная Книги список категорий
Ссылки Обмен ссылками Новости сайта Поиск

|| Объединенный список (А-Я) || А || Б || В || Г || Д || Е || Ж || З || И || Й || К || Л || М || Н || О || П || Р || С || Т || У || Ф || Х || Ц || Ч || Ш || Щ || Ы || Э || Ю || Я ||

Юланов Олег

Природа разума

(книга 5)

 

Природа болезней. Теория. Методы. Резултаты

 

 

г. Екатеринбург, 2005 г.

 

© Юланов О., автор, 2005 г., текст

© Юланов О., автор, 2005 г., рисунки

 

 

 


ПРИРОДА РАЗУМА

Книга пятая

П Р И Р О Д А  Б О Л Е З Н Е Й

ТЕОРИЯ. МЕТОДЫ. РЕЗУЛЬТАТЫ

 

СОДЕРЖАНИЕ

 

ГЛАВА 1. ПОСТАНОВКА ЗАДАЧИ   (5)

ГЛАВА 2. ДУША. ОБЩЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ И СВОЙСТВА   (8)

ГЛАВА 3. ИНФОРМАЦИОННЫЕ СТРУКТУРЫ ДУШИ   (13)

ГЛАВА 4. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ОРГАНИЗАЦИИ ПСИХИКИ   (20)

ГЛАВА 5. УЗЕЛ УПРАВЛЕНИЯ ПСИХИКОЙ   (31)

ГЛАВА 6. ЭМОЦИИ И ПСИХИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ   (39)

ГЛАВА 7. ФУНКЦИЯ КОМПЕНСАЦИИ   (44)

ГЛАВА 8. ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ДЕЙСТВИЯ ФУНКЦИИ КОМПЕНСАЦИИ

  (48)

ГЛАВА 9. ПОТРЕБНОСТИ И РЕФЛЕКСЫ   (57)

ГЛАВА 10.  “ПОГАШЕНИЕ” ПОТРЕБНОСТЕЙ И ЭМОЦИИ   (66)

ГЛАВА 11. ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕПРИВАЦИЯ   (71)

ГЛАВА 12. СМЕРТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПРОЦЕСС  (78)

ГЛАВА 13. ИНФОРМАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ ГОМЕОСТАЗА   (88)

ГЛАВА 14. ГОМЕОСТАЗ И БОЛЕЗНИ ОРГАНИЗМА   (100)

ГЛАВА 15. МЕХАНИЗМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ДУШИ И СОМЫ   (109)

ГЛАВА 16. ЗДОРОВЬЕ И БОЛЕЗНЬ   (115)

ГЛАВА 17. МЕТОДЫ ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ПСИХИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ

   (122)

ГЛАВА 18. МЕТОДИКА ИЗЛЕЧЕНИЯ БОЛЕЗНЕЙ   (132)

 

 


ГЛАВА 1. ПОСТАНОВКА ЗАДАЧИ

 

Данная работа является первым систематическим, хотя и очень кратким изложением нового подхода в понимании природы болезней человека и живого мира вообще, основанном на информационном миропонимании всего сущего. Эта идея не является какой-то частной, относящейся только к пониманию болезней. Проблема гораздо шире.

В частности, идея как единое целое может быть сформулирована в виде всеобщности информационной организации всего окружающего мира. Иначе говоря, вещество и материя вообще – суть информационная организация особых структурных проявлений электромагнитных полей. Это было показано в циклах статей “Атом и вещество”, “Законы эволюции Вселенной” и “Биологическая Вселенная”, опубликованных на сайтах http://www.biomagic.by.ru.

Главный вывод из сказанного выше заключается в том, что в привычном для нас понимании материя (и вещество) вообще не существуют. И именно такой подход позволяет понять устройство и назначение души каждого живого организма. Это в свою очередь позволяет понять информационную природу болезней и информационные методы борьбы с ними.

Собственно идея формирования новых методов борьбы с болезнями была, можно сказать, мечтой моей юности. Еще в 1968 г. у меня был диспут с кандидатом медицинских наук, микробиологом о причинах возникновения инфекционных заболеваний. Я тогда отстаивал идею о непричастности, по большому счету, микробов и бактерий к возникновению инфекционных заболеваний. На все аргументы моего оппонента я находил опровержения, а вот мои соображения далеко не всегда микробиолог мог опровергнуть. В то время я лелеял мечту создать принципиально новую медицину – безмедикаментозную. Но поскольку мои интересы лежали в области отыскания законов психики, то эта тема как-то постепенно превратилась в воспоминания.

Тем не менее, занимаясь исследованиями в области теоретической психологии, я постепенно стал понимать, что от информационной теории психических процессов до воплощения мечты юности – рукой подать. Дело в том, что многолетняя работа над информационной моделью психических функций обнаружила невозможность достаточно внятного изложения сути вопроса без использования не только и не просто понятия “душа”. Эта работа в определенной степени заставила по-новому взглянуть на это явление, сделать попытку описать с достаточной степенью полноты не только само явление, но и дать достаточно понятную модель этой структуры.

Исходным положением, заставляющим обратиться к поиску модели души, является важное обстоятельство, ставящее в тупик физиологов. Это обстоятельство связано с невозможностью ответить хоть как-то на вопрос – чем принципиально отличается только что умерший организм от этого же, бывшего мгновение назад еще живым организмом. Из этого вопроса вытекает следующий вопрос – что такое смерть организма. Наконец, что такое жизнь организма, в чем она заключается.

Ответить на эти вопросы без привлечения понятия “душа” вообще невозможно. По этой причине исследователями неоднократно предпринимались попытки систематически исследовать свойства души с тем, чтобы определить ее сущность и назначение. Наиболее заметным исследованием в этом смысле является работа Г. Дюрвилля (Г. Дюрвилль “Призрак живых. Анатомия и физиология души. Опытные исследования о “раздвоении” тел человека”, Книгоиздательство “Новый Человек”, Петроград, 1915 г.). Эта работа много лет оставалась невостребованной. Но и в этой работе, если не считать ряда экспериментальных данных, нет четкого изложения свойств и назначения души.

Написанию данной работы предшествовали продолжительные исследования по созданию общей теории психических функций, которые завершились написанием первых четырех книг на эту тему. Дальнейшая работа по анализу свойств физического вакуума завершилась написанием новой книги, в которой по-новому рассматривались физические основания окружающего мира. Поскольку эта работа во многом определяет новый подход в понимании физических процессов, предыдущие книги потребовалось переработать, преобразовав их в пять отдельных книг, объединенных с новой книгой в единое целое.

Необходимость этого вытекала из необходимости пересмотра некоторых положений о природе и свойствах души, ранее изложенных в книге “Душа. Свойства и организация”.

Новый подход в понимании природы болезней и соответствующих этой природе методов лечения основан на взамоувязанности свойств души с искажениями в работе психики и в функционировании соматического основания организма. С учетом сказанного данная работа начинается с изложения основных свойств и структуры души, описания структуры, свойств души и объяснения различных проявлений действия души.

Данная работа базируется на ранее написанных книгах, объединенных в серию “Природа разума”. В этой серии сейчас объединено семь книг:

В первой книге “Триединство природы” рассматриваются общие вопросы информационно-энергетического “устройства” всего окружающего мира, начиная от микроуровня и кончая макроуровнем, в котором свое место занимает и живая материя. Здесь рассматриваются законы эволюции Вселенной, описываемые на основе круговорота вещества во Вселенной.

В следующей книге - “Психология живого мира” - рассматриваются, или вновь выводятся законы развития психики живых организмов. При этом я показываю, что психика каждого живого организма, начиная от инфузории или амебы до человека, включая любые растения, насекомых и животных разной сложности, устроена совершенно идентично.

В третьей книге - “Душа. Свойства и организация” - в меру доступности материала излагается информационная модель структур, образующих душу живых организмов.

Вторая и третья книги в совокупности образуют единую информационную теорию психических функций. Последующие книги посвящены в основном психике человека и являются итогом психологического анализа феномена Природы, каковым является человек.

Четвертая книга - “Человек и общество. Психология развития” – посвящена рассмотрению психологических законов, управляющих развитием психики отдельного человека на протяжении всей жизни и всего общества в целом.

Данная, пятая книга посвящена исследованию информационной природы болезней человека (и других живых организмов). В подобной трактовке – это первая работа такого типа.

В шестой книге (“Психологические законы происхождения человека”) рассматриваются вопросы происхождения человека разумного как самостоятельного вида, а также психологические законы появления речи у человека.

В седьмой книге (“Психологические законы религии”) рассматриваются, с одной стороны, психологические законы формирования религии, как формы мироощущения, а с другой стороны, анализируется значение религии для устойчивого развития человечества.

Несмотря на то, что материал книги в большей или меньшей мере содержится в предыдущих работах, данная работа, имеющая главную цель – разработку информационной теории излечения разнообразных болезней человека и других представителей живого мира, совершенно самостоятельна во всех отношениях. Она может изучаться независимо от знакомства с предыдущими работами.

В этой связи в книге дан большой материал, в котором излагается практически полностью общие принципы теории психических функций живого организма. Здесь представлены лишь некоторые фрагменты предшествовавших исследований, необходимые для цельного восприятия материала, посвященного информационным моделям болезней, а также ряд новых материалов. Более глубокое изучение оснований предлагаемого подхода целесообразно проводить по указанным книгам, которые пока существуют, к сожалению, лишь в электронном виде.

В книге отсутствуют материалы, объясняющие устройство мозга, механизмы памяти, узнавания, запоминания, вспоминания, онтогенеза психических функций, функциональные особенности таких видов психической деятельности, как сон, мышление, психология общественных отношений и многие другие сведения, перечислять которые в данном случае не следует. Все это и многое другое непосредственно не относится к рассматриваемым в данной книге вопросам и может быть изучено по материалам указанных выше работ.

В данной работе представлены некоторые материалы, связанные с обсуждением результатов излечения различных болезней, проведенных автором без каких-либо специальных медикаментозных курсов с использованием только разработанных и изготовленных автором приборов информационного воздействия. Эти материалы представляют интерес вследствие того, что диапазон болезней не только достаточно широк, но и вследствие того, что при этом лечению поддаются болезни, считающиеся либо хроническими, либо просто неизлечимыми.

С использованием описываемых здесь методов процесса лечения болезни как такового просто нет. Методически излечение следует уподобить процессу изъятия причины, вызывающей болезненное состояния. Причем под изъятием понимается буквальное – механическое – изъятие. После изъятия первопричины болезни начинается подлинное лечение, которое может быть как медикаментозным или психологическим, так и одновременно тем и другим.

С этими целями были подвергнуты переосмыслению понимание организма, а также понимание болезни. Для этого была разработана информационная модель гомеостаза, определены условия взаимодействия организма с душой, оживляющей этот организм.

Целью написания данной работы является попытка привлечь внимание не только специалистов к указанной проблеме, но и дать широкому кругу читателей информацию о том, что “свет в конце туннеля” уже виден, что многие недуги могут быть излечены, и нельзя поддаваться отчаянию.

 


ГЛАВА 2. ДУША. ОБЩЕЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ И СВОЙСТВА

Итак, что такое душа?

Теперь настало время попытаться понять на когнитивном уровне суть, свойства и проявления действий души не как какой-то поэтической или теологической абстракции, а как вполне определенной информационно-энергетической структуры.

Как только разговор заходит о душе, так сразу представляется нечто эфемерное, что постоянно, вроде бы, присутствует в жизни каждого человека, но остается неуловимым и непостижимым для познания. По этому поводу написано множество книг, главным образом теологических или поэтических. Однако все дело сводится к описанию определенных эффектов, внешних проявлений, но не к объяснению логики и необходимости проявлений свойств души.

Так, предания гласят, а очевидцы иногда рассказывают о встречах с привидениями. Мы можем как-то улавливать связь этого явления со свойствами души, но связь эта представляется неуловимой, не поддающейся научному (в данном случае – систематическому) изучению. Гораздо реже встречаются люди, которые сталкивались бы с двойниками конкретных людей. Эти явления – реальность, но совершенно не могут быть исследованы, поскольку подобные явления возникают и исчезают спонтанно. То, что данное явление - иное проявление свойств души, можно предполагать, но какова данная связь, понять сложно, если не будет принята вполне определенная модель души.

Вряд ли очевидна связь полтергейста со свойствами души, но она имеется, и понять это чрезвычайно важно. Совсем как небывальщина звучат рассказы об оборотнях, домовых и так далее. Загадочным, почти сказочным представляется понятие о “переселении душ”, или о реинкарнации. Более того, вокруг реинкарнации нагромождено столько слухов, рассказов, оккультных и эзотерических учений и прочего, что поверить в реинкарнацию практически невозможно. Но если реинкарнация души выдумка, то почему об этом древние говорили как о чем-то конкретном? Правда, сам термин “реинкарнация” появился сравнительно недавно – во второй половине XIX века.

Вот свидетельства о некоторых “свойствах” реинкарнации (о ее последствиях) из Нового Завета.

“Когда же настал вечер, к Нему привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных” (От Матфея, 8, 16).

“И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватых, вышедшие из гробов (из пещер, где погребали), весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем. И вот, они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас. Вдали же от них паслось большое стадо свиней. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней. И Он сказал им: идите. И они вышедши пошли в стадо свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде” (От Матфея, 8, 28-32).

“Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным путям, ища покоя, и не находит. Тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И пришед находит его незанятым, выметенным и убранным. Тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и вошедши живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого” (От Матфея, 12, 43-45).

В этих стихах из Нового Завета отмечено не только само последствие реинкарнации (бесноватость), но и вполне определенные методы лечения этого (словом), что также открывает определенные свойства души. Кроме того, здесь сказано и об обстоятельствах “вселения” в человека множества “чужих” душ.

Если стоять на позициях традиционного естествознания, материалистического в своей основе, то тогда вообще можно не обсуждать эти явления, считать, что все это плод воспаленного воображения, буйные фантазии и прочее. Но ведь это мы находим во многих источниках, как прошлого, так и сегодняшнего. Вот пример подобного рода из сегодняшней жизни, имеющий, правда, совершенно иное проявление.

“В племени Отобей-Риа, живущем на Новой Гвинее, 22 ноября 1963 г. родился мальчик Араану. Его появление на свет прошло бы совсем незамеченным для всего остального мира, если бы не некоторые странные обстоятельства. Во-первых, Араану родился именно в тот момент, когда в США погиб президент Джон Кеннеди…

Но через некоторое время выяснилось, что неграмотному туземцу известны самые сокровенные факты из жизни застреленного в Далласе американского президента! Для обследования Араану была создана весьма представительная комиссия, состоявшая из парапсихологов, врачей и историков. Работа этой комиссии проходила в одной из больниц города Мостинг, и рассказал о ней голландский психиатр – доктор Клаус Демолен.

Доказать гипотезу о повторном рождении Кеннеди в образе туземца Араану, что подтвердило бы реальность реинкарнации, можно было только с помощью многочисленных вопросов о жизни и деятельности американского президента. К изумлению членов комиссии, Араану дал на них исчерпывающие ответы.

Туземец не только нарисовал план помещений в Белом доме и рассказал множество малоизвестных подробностей из детства Кеннеди, но и сумел повторить текст его тезисов о правящем классе в Британии, которые были написаны будущим президентом еще в 1948 году! В итоге этой компетентной комиссии пришлось признать факт “повторного рождения” президента Кеннеди, но вот объяснить, почему душа его воплотилась именно в этом полудикаре, ученые не смогли”. (Евгений Тарасов “Второе рождение Джона Кеннеди”, газета “Мир зазеркалья”, №19(66), 2000 г., стр. 4)

Здесь я ставлю читателя только лишь в известность о произошедшем случае, оговаривая лишь то, что ошибки, сделанные комиссией, станут нам очевидны после изучения всего материала о свойствах души. Тем не менее, этот пример, связанный с “переселением” души убитого Джона Кеннеди, иллюстрирует свойство души накапливать всю информацию о жизни организма.

Вот любопытный пример попытки “увидеть невидимое”.

“Эксперимент английского физиолога Л. Уотсона был предельно прост. На куриное яйцо с зародышем ставили датчики. Рядом разбивали другое такое же яйцо или погружали его в кипяток. В то же мгновение яйцо с датчиками бурно реагировало на то, что проделывали с его собратом…

Зародыш никак не мог видеть, как бросают в кипяток другое яйцо, не мог слышать, если его разбивают. У него нет глаз, ушей, нет вообще нервной системы. И тем не менее он на все это реагировал”. (Александр Горбовский “Занавес”, газета “На грани невозможного”, №10(214), 1999 г., стр. 12).

Здесь целесообразно прокомментировать.

Описанный выше эксперимент никак не мог быть “расшифрован” без привлечения свойств души. Он лишь мог создать вопросы, которые, в отрыве от общей концепции описываемых явлений, вообще не могут быть разрешены. Кроме того, трудно естествоиспытателю увидеть единство свойств, проявившихся как в случае с “перевоплощением” Дж. Кеннеди, так и при разбивании яйца. Из эксперимента с разбиванием яйца следует, что душа может “собирать” информацию во внешнем мире.

Однако это далеко не единственные свойства души. И примером этому может служить следующий экстравагантный, но, тем не менее, реальный исторический пример (далеко не единственный).

“В 1923 году английский археолог Говард Картер открыл в Долине царей близ Луксора гробницу фараона Тутанхамона. Кроме неисчислимых сокровищ древняя усыпальница преподнесла ученым необъяснимую загадку: стены погребальной камеры украшали тонко выписанные цветные фрески, однако нигде не было даже малейших следов копоти от факелов или масляных ламп, которые применялись во времена фараонов. Не мог же художник рисовать в полной темноте…

Долгое время загадка не находила объяснения, пока в ходе раскопок на берегах Тигра не были найдены странные сосуды из обожженной глины. Внутри них находились медные бруски и цилиндрики с явными следами коррозии, словно их разъела кислота. В горловине сосудов остались следы асфальтовых пробок. Эксперименты показали, что, если наполнить такой сосуд уксусом, он становится… электрической батарейкой и может давать ток напряжением 0,5 вольта! …

Увы, эта гипотеза, устраивавшая археологов, вызвала категорическое возражение физиков. Чтобы доисторические батарейки давали свет, нужны еще и лампочки. Но ничего похожего при раскопках не было найдено…

Современные исследователи обратились к античным и средневековым хронистам и нашли у них упоминания о древних мастерах, изготовлявших особые лампы, тысячелетиями горевшие безо всякого топлива и замены фитиля. Они совершенно не чадили. Когда же их разбивали, из лампы вырывалось легкое туманное облачко и моментально таяло в воздухе”. (Сергей Демкин “Душа, заключенная в сосуд”, газета “Оракул”, №12, 1999 г., стр. 4).

Этот пример, в частности, свидетельствует о том, что древние владели как знаниями о свойствах души, так и технологиями, в которых в основе лежали именно свойства души. Но для нас это загадка. И снова при внешнем изучении явления мы не увидим здесь ничего общего с “перевоплощением” Кеннеди, хотя все это одна цепь превращений.

Тема “души” у большинства людей связана, так или иначе, с религиозными воззрениями. Однако, подобные представления в значительной степени обедняют саму сущность такого явления, как душа. Проблема души намного сложнее и богаче, чем ее представляют теологи. Следует добавить к сказанному, что изучение свойств души невозможно методами естествознания. Методы естествознания уводят в сторону. Но и теологические методы не дадут полного знания. Однако изучение свойств души невозможно без использования в определенной степени религиозных учений.

По существу для теологов душа так же сюрреалистична, так же непостижима, как и для “вульгарных” материалистов. Поэтому в разговоре со мной один священник, услышав от меня тезис о наличии души у каждого живого организма, посмотрел на меня как на бесноватого и сказал, что я одержим ересью. Однако теологи, создавая некоторый идеальный и идеализированный образ (символ) души, все-таки пытаются тем самым создать некоторую моральную ценность, которая должна быть сохранена. Ради сохранения души, согласно учению теологов, человек не имеет права ни на какое преступление - тайное или явное. Преступление всегда ведет если не к разрушению, то к искажению души. Душа в определенной степени выступает как субъект, а не только как некоторая моральная ценность.

Нам необходимо понять, почему душа - самая высокая ценность (для человека), которой обладает сам человек и каждый живой организм. Подчеркну: не только душа человека имеет ценность, но такую же ценность имеет и душа каждого живого организма. Поэтому в этом отношении позиции теологов предпочтительнее, чем позиции материалистов, действительно вульгарно воспринимающих окружающую действительность.

Наиболее реальными экспериментами, позволяющими выявить наличие и значение души, являются опыты с изоляцией (депривацией) организма от внешнего мира. Именно в этих случаях обнаруживается, что, когда душа не в состоянии получать через посредство организма новую информацию, она покидает тело. Все эксперименты, связанные с созданием условий сенсорного голодания (с принудительным ограничением получаемой и формируемой информации), приводили к искусственной (в данном случае – непроизвольной) медитации души, т.е. к исходу души из тела. Замечу, вместе с тем, что эти опыты опасны для жизни этого организма.

Широко известны примеры “поведения” души в условиях сенсорного голодания организма, когда принудительно (случайно или сознательно) для организма возникают условия ограничения получения внешней информации. В таких случаях душа частично или полностью покидает соматическое основание (тело). Именно эти примеры, толкуемые естествознанием совершенно неверно, достаточно полно подтверждают мысль о том, что главным “потребителем” информации в живом организме является именно душа, способная (вынужденная) в некоторых условиях путешествовать в пространстве. Если бы это было не так, то нам бы никогда не удалось не только как-то объяснить, но и хотя бы приблизиться к объяснению ясновидения, некоторых форм экстрасенсорики и многому другому.

Таким образом, изучение свойств души выходит далеко за рамки традиционного материализма, и с самого начала обращает наше внимание и на религиозные аспекты проблемы. Проблема изучения свойств души связывает в себе очень многие стороны жизни человечества. Непонимание этого делает бессмысленными многие научные исследования.

Нас в первую очередь интересуют свойства души человека, хотя, кое-что мы можем сказать и о свойствах души других живых организмов. 

Теперь перейдем к рассмотрению свойств души.

Главное назначение души, подчеркнем, в живом организме – сбор информации. Причем в ней (в душе) концентрируется, или накапливается не только положительная, но и отрицательная информация. Безусловно, термин “информация” скрывает за собой нечто гораздо более сложное, чем это принято, скажем, в вычислительной технике. В структурах души хранится некоторая “бескадровая” картина, отражающая содержание жизни данного организма.

Итак, мы уже приняли: главное предназначение (и свойство) души заключается в “потреблении” всей информации, поступающей в “недра” разума каждого организма. Можно также сказать, что именно ради непрерывного обновления и накопления информации душа и “оживляет” организм. Поэтому и “поведение” души определяется тем лишь – в состоянии ли данный организм непрерывно поставлять новую информацию. Таким образом, душа является тем, что делает организм живым, причем это “оживление” имеет цель – накопление информации о жизни этого организма.

С другой стороны, душа только тогда способна полноценно накапливать информацию, если в условиях раннего онтогенеза (на ранней стадии своего роста) она не была искажена действием психической депривации. Психической депривацией называется процесс внешнего воздействия на конкретный организм, при котором этот организм не в состоянии получать полную или объективную информацию о своем окружении.

По форме проявления (для ребенка человека) различают когнитивную (познавательную) депривацию, эмотивную (ограничение эмоций со стороны внешнего окружения) депривацию, социальную (ограничения круга общения) депривацию, депривацию запечатления (импринтинга), когда не устанавливается информационная связь с родителями. При любом виде психической депривации ребенка его психика развивается с существенными искажениями, часто приводящим к негативным и даже катастрофическим последствиям. Имеется много данных о том, что именно душа ребенка при этом остается неразвитой, со слабой энергетикой.

Если на ранней стадии своего развития (роста) душа сформировалась достаточно полноценно, то она может относительно свободно существовать вне организма, не расставаясь с ним ни на мгновение. Это подтверждают данные различных экспериментов.

Из понимания всего этого вытекает ряд практических задач, решение которых актуально и насущно. Многие проявления психики, большинство психических заболеваний, многие соматические болезни и многое другое является следствием того или иного “заболевания” души, и разобраться в них - задача будущего.

Необходимо принять как аксиому, что любой организм, более сложный, чем одноклеточный, мы вправе рассматривать как некоторый конгломерат, или совокупность одноклеточных организмов, управляемых от единого центра. Признание этого важно не только для того, чтобы понять свойства отдельного организма, но и свойства совокупности (некоторой колонии) живых организмов. Это важное обстоятельство, из осознания которого следует многое. Причем это положение полностью распространяется и на такие человеческие сообщества, как семья, производственный коллектив, население города, страны, планеты.

При исследовании свойств души я буду опираться именно на это свойство всех живых организмов – из единиц формировать не только физическую общность, но и нечто большее – духовную общность.

Именно из признания любого живого организма как совокупности отдельных, в чем-то независимых организмов, следует первое свойство души – ее возможность и способность как-то расти и развиваться. Любой сложный организм, развиваясь из первоначальной (оплодотворенной) клетки, проходит через этапы последовательных делений клеток, при которых происходит постепенное соматическое развитие организма.

На каждом этапе такого деления, приводящего к удвоению исходного числа клеток и к их дифференциации, каждая клетка обладает своей индивидуальной душой. Исходная клетка (оплодотворенная яйцеклетка) дает в своем развитии жизнь огромному количеству других клеток, в том числе и существенно отличающихся друг от друга. Поэтому и душа, оживляющая исходную клетку, будет не просто “размножаться”, но усложняться и развиваться. Следовательно, душа будет расти.

Первый, принципиальный вывод гласит: душа любого сложного организма не является чем-то константным. Она способна расти и развиваться в соответствии с условиями, в которых живет данный сложный организм.

Что означает: “рост” души? Что вообще может дать ответ на этот вопрос?

При ответе на этот вопрос мы должны учитывать, что из исходной яйцеклетки после ее оплодотворения развиваются другие клетки, существенно и качественно отличающиеся от исходной. На основании этого мы можем заключить - душа в процессе своего развития также будет формироваться из различных, в чем-то непохожих составляющих, которые должны быть объединены между собой каким-либо образом.

Не так просто найти ответы на эти вопросы, если исходить из условия неделимости души, ее целостности при всех условиях. Если же принять возможность “роста” и “развития” души, возможность ее определенного разрушения или нарушения ее развития при некоторых условиях, то многие явления, наблюдаемые в жизни, не столько становятся понятными, сколько приобретают определенное смысловое значение.

Таким образом, исходным положением для нас будет посылка о душе, как о некотором, по-своему, живом образовании, способным развиваться и расти, “быть ущемленным” и даже разрушаться в зависимости от условий бытия организма, оживляемого ею.

То, что душа представляет собою достаточно сложную полевую структуру, мы можем понять хотя бы по некоторым ее внешним проявлениям. Так некоторые люди способны к особому видению “тонкого мира”, т.е. они воспринимают с использованием своих паранормальных способностей внешнее проявление души, понимаемое сегодня как действие биополя. Их особенно работающий тракт зрения позволяет им видеть то, что называют “аурой”.

Представление о неделимости души и является причиной того, что понятия “аура” и “биополе” обычно не взаимосвязаны в толкованиях. Более того, по этой же причине эти понятия не связывают непосредственно с проявлением определенных свойств души. И вот здесь явственно обнаруживается, что ни у одного народа, ни в одной религии вообще нет достаточно полного и точного учения о душе.

Я исхожу из того, что душа - это некоторая единая полевая структура, организованная таким образом, что в нее входят как неотторжимые составляющие некоторые взаимосвязанные структуры, которые не должны “отрываться” друг от друга для сохранения “целостности” души.

Приняв эту аксиому, перейдем к рассмотрению “устройства” души.

 


ГЛАВА 3. ИНФОРМАЦИОННЫЕ СТРУКТУРЫ ДУШИ

В работе “Атом и вещество” (Олег Юланов “Атом и вещество”, www.biomagic.by.ru) было принято целесообразным считать душу субстанцией, имеющей специфическую структуру электромагнитного поля в особой структурной реализации (в форме определенным образом “организованных” торсионных полей, названных биологическими торсионными полями). Именно в этой “субстанции” “уносится” весь накопленный разум (вся накопленная в ходе жизни информация) данного индивида после его гибели. Можно к этому добавить, что душа - это не только субстанция, в которой “уносится” разум организма после его гибели, не только тот фактор, который “делает” живое живым. Сейчас я должен сказать больше.

Если разум не имеет никакой самостоятельности существования, то душа имеет вполне определенную самостоятельность существования, имеет способность автономно от организма совершать вполне определенные физические и иные действия.

Сказанное можно изложить и несколько иначе.

Торсионные поля, образующие душу, являются единственным видом полей этого типа (т.е. из разряда торсионных), которые могут самостоятельно развиваться, используя для этого “свой”, т.е. оживляемый ими организм. Эти поля имеют способность автономного существования, без связи с конкретным организмом, но являются, тем не менее, итогом предшествовавшего “оживления” какого-то организма.

Именно поэтому необходимо сказать, что движителем разума в организме является душа, что разум - это только способность организма накапливать информацию в ходе жизненного процесса этого организма, а душа - это то, что реализует эту способность. Организм - это инструмент в “руках” души.

Необходимо подчеркнуть, что новую информацию создает конкретный организм в ходе своего жизненного процесса. В этом, если хотите, заключается Божественное предназначение любых живых организмов. Если же данный организм не обеспечивает этот процесс за счет реализации своих жизненных функций – не поставляет душе новую информацию, то душа “расстается” с организмом, и он погибает.

Память на “инструментальном” уровне - в мозге - является в целом промежуточной, а память души - это основная память, именно та память, которую можно и следует назвать долговременной (лучше - всевременной) памятью.

Данные положения являются ключевыми для определения вектора исследований мира живой природы. Без этих положений все исследования становятся бессмысленными.

Обратим свое внимание на то обстоятельство, что усложнение “конструкции” организмов, происходящее, кстати, в жизни любого из зарождающихся (в утробе матери или в яйце) организмов порождает усложнение гомеостатических функций. Процесс жизнеобеспечения не просто усложняется, но приобретает определенную структурированность, многоуровневость.

Поэтому “росту” уровня процессов жизнеобеспечения, их развитию и усложнению соответствует вполне определенная изменяемость механизма “оживления” живого. Происходит именно “рост” души в строгом соответствии с онтогенетическим ростом (развитием) организма. Все вместе формируется в единое представление о том, что росту души соответствует ее информационный рост; и это - самое главное.

Тем не менее, однозначно сказать, что есть “рост” души, пока достаточно сложно по той причине, что остается недостаточно ясным физическое “исполнение” души. Можно полагать, что под “ростом души” следует понимать в некотором смысле ее объемное увеличение, т.е. расширение в полевом пространстве вместе с физическим ростом самого организма. Тем не менее, кое-что вполне определенное можно все-таки установить.

Под “ростом” души следует понимать не только ее объемное увеличение или структурное усложнение, но и информационное содержание, и ее энергетическое наполнение.

Для уяснения того, как происходит рост души, необходимо принять следующее. Внутри каждого организма всегда имеется “счетчик времени”, названный мной в работе “Психология живого мирахроносом. Этот счетчик времени предопределяет работу механизмов запоминания, вспоминания, участвует в работе механизма мышления. При остановке работы хроноса запоминание информации становится невозможным, и, если такая остановка работы хроноса затягивается больше определенного времени, душа покидает соматическое основание (тело). Наступает смерть этого организма.

Что касается содержания информации, хранящейся в памяти клетки, это сведения об окружающей среде, в которой находится клетка, т.е. параметры межклеточной жидкости: содержание в каждый момент времени питательных веществ, наличие вредных веществ и данные о температурном режиме окружающей жидкости. Понятно, что изменение параметров внешней среды меняет механизмы жизнеобеспечения, что приводит к изменению внутренней среды клетки, а в конечном итоге - влияет и на химизм биологических процессов внутри клетки, изменяя например структуру РНК или белков.

Все эти данные запоминаются, таким образом, в молекулах РНК и белков. Причем параметры среды запоминаются в молекулах РНК, а температурный “график” жизни - в белках. Запоминаемая экологическая информация изменяет продукты отходов жизнедеятельности клетки, т.е. может быть “прочитана”. Носителем хроноса в клетке являются молекулы ДНК, поскольку после “заполнения” счетчика хроноса именно ДНК в определенный момент начинает “раздваиваться”. Вся информация о жизни клетки запоминается в структуре души этой клетки, в ее торсионных полях.

Как было сказано в работе “Атом и вещество, биологические торсионные поля существуют (имеются), по крайней мере, в четырех видах. За “оживление” организмов (в данном случае – отдельной клетки) отвечают “квадратные” поля, которые вместе с РНК накапливают информацию о жизни клетки. При этом в процессе накопления информации составляющие биологических квадратных торсионных структур изменяют взаимное положение, а при достижении некоторого порога информационного содержания со стороны полевой структуры подается команда для ДНК на начало уже подготовленного раздвоения клетки.

Одновременно с этим удваивается и полевая структура, поскольку каждую отдельную клетку “оживляет” собственная душа. Следовательно, можно сделать вывод: на уровне отдельной клетки организма имеется индивидуальная “квадратная” структура биологического торсионного поля. Эта структура в ходе собственного жизнеобеспечения (реализации выживания) формирует “треугольные” торсионные поля, с помощью которых происходит “общение” с высшими структурами души. Происходящее “общение” первичных клеток (органов) с высшими структурами организма и высшими структурами души и высших структур с низшими при помощи “треугольных” полевых структур есть следствие “организации” процесса жизни.

Таким образом, на самом низшем уровне – на уровне отдельной клетки организма – имеется сложное полевое образование, выполняющее достаточно сложную и многогранную функцию. Эта функция состоит не только в обеспечении “оживления” каждой клетки, но и формировании сигналов клетке о порядке ее дальнейшей трансформации, а также формирование информации для высших структур души о ходе процессов жизнеобеспечения.

Так можно представить модель роста низших структур души. Эта модель здесь определенным образом взаимоувязана с процессами гомеостаза, как процессами информационными.

Мы установили, что разум любого организма постоянно и непрерывно развивается в течение всей жизни конкретного организма. Из этого следует, что в первый момент появления конкретного организма на свет (а таким моментом следует считать, например, для человека - момент оплодотворения яйцеклетки сперматозоидом) душа этого организма (оплодотворенной клетки) еще не развита. Но само наличие души у первичной клетки организма показывает, что первичной структурой души является душа, “заключенная” в одной единственной (каждой) клетке, что и “оживляет” ее.

Следовательно, для сложного организма первичная структура души - есть в определенной степени “рыхлая” совокупность отдельных структур, оживляющих каждую клетку по отдельности. Под термином “рыхлость” первичной структуры души я понимаю только то, что душа каждой отдельной клетки организма достаточно автономна и не связана с остальными, ей подобными. Назначение первичной структуры души - контроль и регулирование гомеостаза на клеточном уровне, что связано с информационным контролем внешних условий жизни этой клетки.

У сложных организмов по мере роста эмбриона-плода происходит образование более сложных структур души, “связанных” с отдельными органами и системами организма. Полевые структуры, связанные с отдельными (в некотором смысле – изолированными) органами, упорядочивают работу первичных структур души клеток, образующих данный орган, и регулируют уже общие гомеостатические функции, “надклеточные”, каковыми, например, могут выступать очищение межклеточного пространства от шлаков, снабжение необходимыми питательными веществами и т.п.

Причем эти структуры обретают уже определенную самостоятельность существования. Первичные структуры души клеток, входящих в данный орган, определенным образом взаимосвязаны с этой “надклеточной” структурой души и являются, таким образом, неотделимыми составляющими структуры души органа. Можно сказать, что носителем души данного уровня является межклеточная жидкость.

На уровне органов в дополнение к “квадратным” и “треугольным” полевым структурам добавляется еще одна – “кольцевая” структура, задачей которой является координация “действий” клеток данного органа, а также “организация” передачи информации, содержащейся в треугольных полевых образованиях отдельных клеток в высшие структуры души и обратно. Именно поэтому и можно говорить об относительной самостоятельности души каждого органа (например, печени, селезенки и т.п.).

Структуры души, связанные с системами (дыхательной, кровоснабжения, пищеварения и т.д.), обеспечивают решение еще более сложных задач, например, по координации работы органов. Степень самостоятельности данных структур еще выше. Естественно, более низкие (по иерархии) структуры души неотделимы от структур души систем.

Здесь следует сказать, что структура души, связанная с системой кровообращения и примыкающей к ней лимфатической системой выполняет наиболее сложную задачу. Здесь концентрируется вся биологическая информация об организме в соответствии с информационной моделью гомеостаза. Эту модель в дальнейшем мы рассмотрим.

Я могу предположить, что структура души связанная с кровеносной и лимфатической системами, помимо “квадратной”, “треугольной” и “кольцевой” имеет еще одну полевую структуру. Существование этой полевой структуры я могу предполагать, учитывая совершенно особую информационную функцию кровеносной системы. Эта функция заключается не столько в передаче некоторой информации в центральную полевую систему, сопряженную с центральной нервной системой, сколько в обеспечении регулирования “адреса” кровотока. Об этом в дальнейшем будет сказано дополнительно. Назовем указанную структуру по значению параметров ее компонентов “ромбической”.

Согласно информационной модели гомеостаза высшей структурой души теплокровного животного является структура, взаимосвязанная с наиболее сложной и наиболее “емкой” по информации структурой организма - с центральной нервной системой. Естественно, данная структура души, обрабатывающая в определенной степени и всю информацию от структур низших порядков, и информации от сенсоров внешнего, обладает наивысшей самостоятельностью и наивысшей “капризностью” с точки зрения необходимости непрерывности обновления поступающей для нее информации.

Другие, более “высокие” и, по-видимому, более сложные структуры души, не связанные с соматическим основанием в соответствии с уровнями гомеостаза, обуславливаются при своем возникновении и/или исчезновении влиянием социума и поэтому сейчас здесь не рассматриваются. В учении браманов эти структуры обозначены как Буддхи (Мудрость) и Атма (невыразимое то, что со всем соприкасается).

Исход души из тела организма при любом варианте причин этого процесса (смерть или острая сенсорная депривация) начинается именно со структуры, связанной как раз с центральной нервной системой, которая при своем исходе может постепенно “извлечь” из организма все остальные (низшие) структуры души. Этот момент является чрезвычайно важным обстоятельством, поэтому на нем мы дополнительно остановимся в дальнейшем, когда будем анализировать различные феномены, обнаруживаемые в жизни.

Высшая структура души теплокровного организма состоит, по меньшей мере, из четырех полевых образований – из “квадратных”, “треугольных”, “кольцевых” и “эллиптических”. При этом последние (“эллиптические”) выполняют функцию внешней по отношению к данному организму коммуникации на полевом уровне с другими организмами. При такой коммуникации “эллиптические” полевые структуры способны “захватывать” информацию от других организмов, содержащуюся у них в “треугольных” полевых структурах. Это объясняет не только возможность существования некоторого языка, единого для живой природы Земли, но и объясняет случаи взаимного понимания человеком языка животных и наоборот.

Здесь (на уровне центральной нервной системы), как и в случае с кровеносной системой, имеется еще одна, сугубо специфическая полевая структура, в ведении которой, можно предполагать, находится механизм непосредственного взаимодействия с физическим вакуумом. Обозначим ее условно как “звездчатую” также по форме компонентов, ее образующих. Именно благодаря этой полевой структуре душа высокоорганизованного животного (теплокровного) имеет свойство проявлять энергетические действия, имеющие в жизни большие и иногда печальные следствия.

Теперь необходимо сказать, как усложняется душа в зависимости от сложности соматического основания – одноклеточные организмы, растения, насекомые, животные.

Для разных по сложности организмов “строение” души также будет отличаться. Например, для инфузорий и вообще для одноклеточных организмов душа будет иметь только один уровень - низший, обеспечивающий “работу” только процесса гомеостаза единственной клетки, составляющей организм.

Для растений можно предполагать наличие уже двух уровней структуры души: низший и второй, обеспечивающий и “процесс жизни”.

Для насекомых и холоднокровных животных (в последнем случае я говорю это с осторожностью) душа уже имеет трехуровневый принцип организации. Для теплокровных животных без исключения принцип организации души – четырехуровневый. Правда, “звездчатые” структуры, по-видимому, имеют души далеко не всех теплокровных животных.

В отличие от эзотерической модели, структуры души, представленные здесь, обладают совершенно иными свойствами, которые не могут быть сведены к некоторым “эфирным” или “астральным” телам. Нельзя принять также и то, что одна структура является “телом” для другой, более высшей. В определенном смысле каждый уровень души при некоторых условиях может существовать самостоятельно и достаточно долго, настолько долго, что каждый из них можно считать “бессмертным”. Однако следует признать, что душа все-таки не разрывается на указанные уровни, поскольку и при жизни и после физической смерти остаются в действии указанные кольцевые полевые образования. Но при определенных условиях душа все-таки может разорваться на две части – верхнюю и нижнюю.

В этом и состоит трагизм ситуации, связанной с фактом “разрушения” “целостности” души, о чем пока никто даже и не задумывался, но что мы обязательно рассмотрим и проанализируем.

Необходимо достаточно определенно сказать, что конкретно имеется в виду, когда применяется термин “самостоятельность” по отношению к структурам души выше первичной. Это не означает, безусловно, их способность “отрываться” от подконтрольного им органа или системы, но означает возможность их автономного поражения от действия определенных внешних полевых воздействий.

Дело в том, что такое поражение отдельных клеток, составляющих орган или систему, не будет порождать заболевания организма целиком. Но если будет подвергнута полевому (как-то подействует “чужая” душа) негативному воздействию структура души, отвечающая за жизнедеятельность органа или системы, то этот орган или система подвергнутся физическому (соматическому) заболеванию.

Под относительной самостоятельностью этих структур души понимается также возможность их автономного существования в течение неопределенного времени (вместе с входящими в каждую из них первичными микроструктурами) в форме некоторых энергетических образований, стремящихся “присоединиться” к какому-нибудь живому организму, если произошло разрушение души организма вследствие его насильственной смерти. Это явление мы рассмотрим тогда, когда будет анализироваться механизм реинкарнации.

В итоге душа живого организма является достаточно сложной по структуре и по функционированию системой, обеспечивающей “оживление” как отдельных клеток или органов, так и всего организма в целом, существование которой обусловлено уровнями процессов гомеостаза.

Таким образом, душа теплокровного животного представляет собой структуру, состоящую из следующих подсистем:

- первичная структура, образованная клетками организма. Она представляет собой в абсолютном отношении основную часть общей души организма. В процессе развития организма именно эта структура в некотором смысле расширяется более всего, поскольку в процессе онтогенеза именно она увеличивается в количественном отношении;

- структура органов, образованная отдельными органами (печень, почки и т.п.). Она обладает относительно большей удельной энергетической плотностью, чем структура души образующих клеток, но существенно уступает первичной структуре души по общему запасу энергетической мощности;

- системная структура, образованная отдельными системами организма. Эта структура обеспечивает не только функционирование этих систем, но и непрерывную адаптацию их работы к изменяющимся условиям. Данная структура функционально объединяет две предыдущие структуры в некоторую общую систему, координирует их деятельность и обеспечивает связь с центральной структурой души;

- центральная структура, связанная непосредственно с центральной нервной системой. Эта структура обеспечивает объединение всех остальных структур в единое целое для реализации функций выживания, развития и совершенствования. По абсолютной величине центральная структура относительно невелика, но удельная энергетическая мощность ее самая большая, которая, кроме того, в процессе онтогенеза непрерывно растет за счет накопления жизненного опыта;

- высшие структуры, не связанные с центральной нервной системой напрямую, но обусловленные социальными контактами индивида. Эти структуры следует обозначить как внешней душой организма (не путать с информационной оболочкой). Сохраним за ними обозначения браманов - Буддхи (Мудрость) и Атма (невыразимое то, что со всем соприкасается).

Сейчас пока априорно зафиксируем, что для нормального соматического и психического развития любого организма чрезвычайно важно, чтобы была обеспечена функциональная полнота души этого организма. Подчеркну: при нормальном соматическом развитии, но при определенном искажении в развитии (при искаженном “росте”) души могут возникнуть либо соматические, либо психические, либо те и другие вместе заболевания. Это означает, что для лечения очень многих болезней, например, человека будут гораздо более эффективны иные методы, чем используемые сегодня в современной медицине.

Каждый организм, более сложный, чем одноклеточный, в ходе жизненного цикла претерпевает видоизменения, трансформации от одной клетки до всего организма в целом, который затем начинает постепенно угасать (умирать). Все части структуры души претерпевают подобные видоизменения. Это следует из того, что в ходе жизненного процесса видоизменяется информационный поток, поступающий к каждой из структур души.

В процессе раннего онтогенеза высшая для данного организма структура души все более и более берет на себя “ответственность” за обеспечение выживания всего организма в его внешнем окружении. Следовательно, вместе с онтогенетическим ростом организма происходит “рост” души как количественный, так и качественный (информационный и энергетический), который может либо усиливаться, либо ослабляться.

На этот процесс - усиления или ослабления - влияет окружение нового организма, т.е. социум. Причем социум влияет главным образом на характер “роста” той структуры души, которая обуславливает организацию общего выживания организма в среде обитания, т.е. высшей для данного вида живых организмов. На “рост” и “существование” души в организме оказывает вся совокупность обстоятельств ее рождения и развития. От родителей при слиянии сперматозоида и яйцеклетки передается часть структуры души каждого из родителей, которая может быть “целостной” или в чем-то “ущербной”.

Процесс образования души у зародившегося организма, связанный с процессом слияния душ яйцеклетки и сперматозоида, целесообразно назвать инкарнацией (рождением) души.

Этот термин следует ввести, так как происходят и иные процессы – “вселение” чужих осколков душ, что будет предметом нашего особого внимания.

Реинкарнация – повторное “вселение” душ – принципиально и существенно отличается от процесса зарождения души, или от процесса инкарнации.

После зарождения новой души, происходящей при слиянии “первичных” ее элементов от душ сперматозоида и яйцеклетки, происходит дальнейшее ее развитие. Это развитие будет зависеть и зависит от социального окружения конкретного организма, а также от обстоятельств его существования, т.е. условий сенсорного и психического “обеспечения”.

Очень важно понять, что вновь возникающая душа сразу же будет находиться в условиях определенного социального окружения. Это далеко не всегда учитывается, поскольку под “социальным окружением” в данном случае понимаются не только биологические условия жизни оплодотворенной яйцеклетки, но и особые - полевые - механизмы взаимодействия зародыша с окружающим социумом.

Целесообразно подчеркнуть, что информационно-энергетическая “мощность” яйцеклетки и сперматозоида намного выше, чем у обычной клетки организма, так как в этих первичных слагаемых души будущего организма заложено много информации об “устройстве” всего будущего организма. Я предполагаю, что в отличие от обычной, простой отдельной клетки, сперматозоид и яйцеклетка имеют, по крайней мере, все четыре полевые структуры души (или, скорее всего, все шесть полевых структур, в которых уже записана разнообразная информация о будущем организме, но не о его судьбе).

Это означает, что душа оплодотворенной яйцеклетки совершенно подобна душе родившегося организма, но обладает лишь небольшим запасом информации о внешнем мире. Совершенно точно можно сказать (этому имеются и экспериментальные подтверждения), что душа оплодотворенной яйцеклетки “общается” со своим внешним окружением, т.е. с социумом. Поэтому в определенном смысле крайне необходимо беречь душу зародившегося организма с первого мгновения его возникновения.

Итак, под “ростом души” следует понимать не столько ее пространственное, но и структурное усложнение, расширение возможностей “поглощения” все большего количества информации о внешнем и внутреннем.

Следовательно, анализируя понятие “рост” души, мы выяснили нечто более важное: определенную структуру, или “устройство” души, принципиально одинаково организованное для живых организмов Земли, независимо от их положения на филогенетической лестнице. Структура души тем более зависима в своем “росте” от социума, чем сложнее в конечном итоге устроен организм.

Отсюда, между прочим, следует, что клонирование организмов не приведет и не может привести к появлению “интеллектуальных дубликатов”, поскольку при клонировании может быть передана малая доля только первичной структуры души (причем, только одного “родителя”, что может оказаться в определенной степени опасным для “полноценности” души будущего организма). Кроме того, на генетическом уровне ребенку ничего, кроме физических достоинств или недостатков, не передается. Интеллектуальные возможности – это всегда продукт социума. И по этой причине клонирование людей совершенно бессмысленно.

Дальнейшее развитие души всегда зависит от социума, в котором развивается организм. Поэтому клон от гения может стать примитивным рядовым человеком, ничем не отличающимся от многих других по уровню и качеству мышления, но неотличимый по внешности от своего прародителя, имеющий к тому же ущербную душу. Поэтому вряд ли такое “размножение” людей может считаться целесообразным или результативным.

Именно с этих позиций следовало бы признать клонирование человека скорее аморальной, чем возможной процедурой. При осуществлении клонирования необходимо заранее дать ответ на вопрос: кто будет нести ответственность за ущербный организм в духовном и физическом смыслах?

Затронутое выше положение об условиях сенсорного и психического “обеспечения” развития (“роста”) души является важным для понимания развития любого организма.

 


ГЛАВА 4. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ОРГАНИЗАЦИИ ПСИХИКИ

Выбирая систему взглядов на психические проявления, т.е. давая им определенную философскую интерпретацию, мы должны сформулировать вполне определенные вопросы, ответив на которые, мы сможем принять и соответствующую точку зрения. Если нам удастся правильно сформулировать систему вопросов, то тем самым мы практически найдем и существенную часть ответов на них.

Что лежит в основе психических проявлений, что является их движущей силой - вот первое, что мы должны установить. Что или кто формирует психические проявления, кому могут быть свойственны психические проявления, в чем заключается сущность психических проявлений  - это следующее, в чем мы должны определиться. Как и в чем происходит видоизменение психических проявлений - еще одна сторона явления, о содержании которой необходимо договориться с самого начала.

Вот, вероятно, и все, что может определить контуры проблемы.

Отвечая на первый вопрос, следует сказать о бытующем в ученом мире представлении об универсальности и всеобщности процесса отражения. “Отражение - всеобщее свойство материи, заключающееся в способности объектов воспроизводить с различной степенью адекватности признаки, структурные характеристики и отношения других объектов” (“Психология. Словарь”, М.,ИПЛ, 1990 г. стр. 258).

Однако под отражением здесь будет пониматься лишь отражение в структуре разума действующих внешних или внутренних факторов, влияющих на обстоятельства жизни организма. То, как живой организм определенным образом реагирует на внешнее и внутреннее, и следует назвать его отражением (восприятием) складывающейся ситуации. При этом главные положения информационно-отражательной теории, чему посвящена работа “Природа разума”, можно и следует получить без учета того, есть или нет мозг, какова анатомия у живого организма.

Указанный подход при анализе позволяет сформулировать основные, функционально необходимые психические свойства живого организма. Основными назовем такие психические функции, которые обеспечивают выживание данного организма за счет соответствующих реакций на изменения внешнего и/или внутреннего для данного живого организма.

В физическом мире отражаемое и отраженное не только могут быть взаимно обратимыми, но и являются таковыми, поскольку в понимании функции отражения физического мира следует иметь в виду сугубую относительность действия объекта на объект даже при учете таких “тонких моментов”, как учет влияния изменения торсионных полей, о чем пойдет речь далее. Поэтому для мира физического понятие отражение становится сугубо относительным, простым, связанным с взаимным отражением взаимодействующих тел.

Совершенно иначе обстоит дело в психических процессах: здесь никакой относительности отражаемого и отраженного не может быть, поскольку отражаемое, как правило, имеет одну природу, чаще всего физическую, а отраженное - совсем другую – только психическую. Следовательно, живой мир, несмотря на то, что он состоит из тех же химических элементов, что и неживой, отличается принципиально как раз тем, что внешний мир не есть “мир в отражении мозга”, а нечто другое. И наоборот: “мир в отражении мозга” ничего общего не имеет с реальным миром. Поэтому понимать психическое отражаемое как “существующее во всей природе движение” и наивно и неверно. Без учета этого “ленинская теория отражения” просто повисает в воздухе, становится простым словосочетанием, не несущим в себе семантики.

То, что каждый живой организм имеет способность определенным образом реагировать на свое внешнее окружение или на свое состояние, как раз и говорит о наличии у каждого организма особых отражений. Естественно, в нашем случае мы обязаны вести речь не о каких-то обычных или необычных, сложных или простых отражениях, а о некоторых психических отражениях. В обычной жизни эти отражения нами воспринимаются как совершенно определенные ощущения.

Именно эти ощущения и дают нам информацию, благодаря которой нам становятся доступными (весьма относительно) знания об окружающем мире и о нас самих. Таким образом, источником, но не движущей силой психических проявлений является всеобщее и универсальное в живом мире свойство психического отражения, которое у живых организмов проявляется в форме ощущений, осознаваемых или неосознаваемых. Здесь нас “подстерегает” первая “ловушка”. Мы редко отдаем себе отчет в том, что наши ощущения совершенно определенным образом подменяют это самое “внешнее” или “внутреннее”. Именно поэтому и появились гносеологические ошибки в “ленинской теории отражения”.

Философы неоднократно отмечали, что человеку окружающий мир дан в его ощущениях. Действительно, нет никаких объективных методов или приборов, способных заменить такую оценку окружающей действительности. Не надо быть идеалистом или материалистом, чтобы осознать: весь мир, окружающий человека, в его восприятии - суть комплекс его ощущений. Это философское положение является фундаментальным и является семантической основой других наук. Вопрос вовсе не в том, так это или не так, а в том, как мы сами относимся к этому.

Здесь я хочу привести соображения, лежащие в основе древней философии Индии (Браман Чаттерджи “Сокровенная религиозная философия Индии”, лекции, читанные в Брюсселе в 1898 г., перевод с третьего французского издания, Калуга, Типография Губернской Земской Управы, 1905 г., получено в рукописи через Internet, взят с JAPANSerwer http://www.japanserwer.ay.ru).

“Видел ли кто из вас атом? Я разумею физический атом, потому что химический – есть явление сложное. Предположим, что вы в состоянии увидеть действительный атом: вы воспринимаете его роковым образом все же под видом цвета, запаха, плотности, вообще под видом качества. А мы только что видели, что все эти качества последствия движения и ничего больше. Где же ваш атом? В мечтах физика…

…все исчезает в движении. Те, кто никогда не сосредотачивал внимания на этих вопросах, не поймут меня; но если мысль их последует за моим указанием, если они вдумаются глубже, они убедятся, какая глубокая истина в утверждении, что вселенная, как объект вашего восприятия, есть движение, не что иное, как движение…

Объекты, как таковые, существуют не абсолютно, а только относительно: в том сознании, которое мы имеем о них…

Движение производится всегда силой; силу же мы можем познать только в себе самих и нигде больше: все остальное только гипотеза. Ваше собственное сознающее существо – единственная двигательная сила, которую вы можете знать реальным образом. Так моя рука движется, а мое внутреннее сознание говорит, что это я двигаю рукой. Движение это произведено не самим движением, а мною. Исходя из этого внутреннего познания, вы одаряете природу силой, которая производит другие движения, объекты вашего восприятия; и тут вы начинаете строить произвольные гипотезы”.

Как видим, здесь скрыт совершенно особый смысл термина “движение”, но все встает на свое место. Так или иначе, здесь сказано именно то, что весь мир, нас окружающий, - есть совокупность наших ощущений. В жизни мы являемся “вынужденными” материалистами, поскольку привыкли доверять своим ощущениям, считать, что эти ощущения адекватно отражают окружающий нас мир. Если бы мы не доверяли своим ощущениям, то, вероятнее всего, очень скоро погибли бы.

Именно поэтому и действует не совсем корректное правило: практика – критерий истины. Верность этого положения справедлива для обычной (естественной) практики. Когда же наша практика выходит за рамки того, что может быть осязаемо, мы создаем более или менее правдоподобные модели объектов, явлений, ситуаций. Для этого, например, ученый может даже создать какое-либо “расширение” математики, чтобы получить правдоподобный результат анализа.

Далеко не все осознают, что наши отражения физического воздействия внешнего окружения, или ощущения имеют вероятностный характер, т.е. мы воспринимаем среду своего обитания с определенной мерой ошибки (в бытовом или в научном, т.е. исследовательском смысле). И снова необходимо сказать, что не существует методов или приборов, чтобы сделать оценку абсолютно точной. Поведение человека, имеющего указанный характер оценки окружающего мира, в большей или меньшей степени соответствует складывающейся ситуации. Степень адекватности поведенческой реакции определяется свойствами психики.

Внутреннее состояние организма человека также дано человеку в его ощущениях, даже если человек и не осознает какие-либо конкретные ощущения. И точно так же эта оценка является вероятностной, что порождает поведение человека в согласии с этими оценками внутреннего состояния. Данное положение необходимо принять как аксиому. В противном случае будут выявляться разнообразные противоречия при анализе явлений различного характера.

В том и другом случае речь вовсе не идет о степени соответствия стимулу какой-либо реакции. Нередко у психически здорового человека поведенческая реакция вовсе не соответствует складывающейся ситуации или состоянию организма, как это оценивается окружением данного человека: здесь-то и проявляется вероятностность оценок.

И внутреннее и внешнее дано человеку через его внутренние ощущения (отражения). Поэтому может происходить наложение отражений оценок внутреннего на оценки внешнего и наоборот. Это является источником дополнительных ошибок оценок состояний, причиной неверных поведенческих реакций. Иначе говоря, внутреннее может выступать как внешнее, а внешнее - как внутреннее.

Теперь следует сформулировать ответ на следующий вопрос: что или кто является потребителем указанных отражений.

На мой взгляд, совершенно естественно положить, что потребителем отражений, потребителем информации о внешнем и внутреннем является некоторая универсальная и по своему фундаментальная структура, которая является носителем разума. На начальном этапе можно принять, что разум не свойство, а нечто, определяющее выживаемость организма, т.е. самостоятельная структура. Это не очень большая натяжка. Но при таком подходе мы сможем ответить и на следующие вопросы: что или кто формирует психические проявления, для чего служат отмеченные психические проявления.

Следует принять, что психические проявления не просто свойственны разуму живого организма, но являются итогом его деятельности. Иначе говоря, введение универсального понятия, обозначенного как “разум”, позволяет иначе посмотреть на живой мир. Для разума, как самостоятельной и вполне автономной структуры, что вполне допустимо, можно определенным образом сформулировать и целевую функцию его деятельности, реализуемую посредством определенных психических проявлений. Вводя такое понимание разума, я, безусловно, тем самым отрицаю общепринятую концепцию этого понятия, поскольку тем самым наделяю разумом вообще любые живые организмы. Это моя принципиальная позиция, поскольку только при этом условии можно разобраться в свойствах психики живого организма.

Если признать свойство живых организмов стремиться сохранить тем или иным способом собственную жизнь непосредственно или путем воспроизведения себе подобного организма как неотторжимое, то это свойство предстает как простейшая, первичная, основная целевая функция деятельности разума - выживание как таковое. Такая функция разума (его целевая функция) предстает как фундаментальное свойство живых организмов. Отсюда следует, что отражение внешнего и внутреннего через ощущения свойственно любым живым организмам. Это является следствием наличия и действия универсального принципа обеспечения выживания живых организмов.

Поскольку отражения внешнего и внутреннего у человека обнаруживаются через то, что и названо психическими проявлениями, следовательно, уже из этой посылки вытекает, что психические проявления свойственны всему живому миру Земли. Это, в свою очередь, позволяет предположить, что эти психические проявления живых организмов в своей основе должны быть если не одинаковы, то, по крайней мере, подчиняться одним и тем же законам. Данное положение следует из того, что поскольку живые организмы потому и называются живыми, что стремятся выжить, им, независимо от уровня развития, присуще свойство адаптации, приспособления к непрерывно изменяющимся условиям жизни. Механизм адаптации может быть работоспособен лишь тогда, когда этим организмам будут свойственны особые отражения, называемые психическими.

Таким образом, мы обнаруживаем, что психический мир имеется на всех уровнях живых организмов, т.е. от простейших одноклеточных до человека, включая всех насекомых, растения и остальных животных. Следовательно, разум присущ всем организмам Земли.

Необходимо сделать определенные пояснения, поскольку принятые здесь определения разума резко и принципиально противоречат исторически принятым определениям разума и рассудка. По мнению философов (и психологов), “рассудок обеспечивает успешную адаптацию индивида к привычным познавательным ситуациям, в особенности при решении утилитарных задач. Ограниченность рассудка заключается в его негибкости и категоричности, в его неспособности выйти за пределы анализируемого содержания...

Разум дает знания более глубокого и обобщенного характера. Схватывая единство противоположностей, он позволяет постичь различные стороны объекта в их несходстве, взаимопереходах и сущностных характеристиках. Разум обладает способностью анализировать и обобщать как данные чувственного опыта, так и собственные формы, наличные мысли и, преодолевая их односторонность, вырабатывать отображающие диалектику объективного мира понятия” (“Краткий психологический словарь”, М., ИПЛ, 1985 г., стр. 298).

Если бы мы не знали, что речь здесь ведется о человеке, то тогда, согласитесь, было бы вообще непонятно, о чем вообще идет речь. Здесь исчезает связь с каким-либо живым организмом. Особенность живого мира Земли состоит как раз в том, что первичная и в чем-то главнейшая задача этого мира состоит в обеспечении собственного выживания. Если это не принять, то связь человека с остальным живым миром исчезнет. Это и является главным и определяющим. В статье словаря принцип обеспечения выживания вообще не анализируется. Поэтому и не может быть принята формулировка, процитированная выше.

В чем еще может заключаться целевая функция деятельности разума, поскольку выживание - первейшая, но, явно, неполная характеристика деятельности разума?

Второй, более сложной целевой функцией деятельности разума следует назвать функцию сохранения.

То, что это более сложная функция следует из того, что для выживания возможно использование наиболее простых реакций живых организмов, связанных с регулированием основных функций организма. Для сохранения требуется совершенно иной набор психических проявлений. Так механизм полового размножения как раз и реализует помимо функции выживания и целевую функцию сохранения, например, вида.

Однако этим дело не ограничивается.

Разуму может быть свойственна и еще одна целевая функция, связанная с совершенствованием самого разума. Эта целевая функция появляется на более высоком уровне организации живых организмов.

Таким образом, мы сформулировали филогенетически предопределенную целевую функцию разума, заключающуюся в выживании, сохранении и совершенствовании (развитии) через конкретный организм самого разума.

Данная работа строится на важном положении, принимаемом как аксиома. Сущность этого положения основана на постулате непрерывности всех процессов, происходящих в земных условиях, и заключается в одинаковости основных, фундаментальных принципов организации разума для всех, без исключения представителей живого мира.

Полагая одинаковость по целевым функциям в своей основе разума любого уровня живого мира, мы обязаны дать определение термина “жизнь” для условий, например, Земли. Поэтому введем такое аксиоматическое основание психологии, как науки, - понимание термина “жизнь”. 

Современный взгляд на общее устройство Вселенной говорит о взаимосвязи глобальных космических процессов с жизнью какого-либо индивида. Следовательно, достаточно сложно сказать о чем-либо однозначно - к живому или к неживому миру относится этот объект (субъект).

“По мнению Макса Борна, лауреата Нобелевской премии по физике (1954 г.) речь идет о примитивных точках зрения. “То, что нам кажется мертвым, - говорит он, - мертвым как камень, на самом деле находится в вечном движении. Мы просто привыкли судить по внешнему виду, по ложным впечатлениям, передаваемым нашими органами чувств. Нам следует выучиться описывать предметы новыми, лучшими способами” (Ж. Годфруа “Что такое психология”, пер с фран., М., “Мир”, т. 1, стр. 206).

А вот мнение Пьера Тейяра де Шардена.

“После всего, что было сказано о силах зарождения молодой Земли, может показаться - и это можно было бы заметить по поводу названия данной главы (“Появление жизни”. О.Ю.), - что в природе нет рубежа, отмечающего начало жизни. Минеральный мир и одушевленный мир - два антагонистических создания, если их рассматривать грубо, в их крайних формах, применяя обычный масштаб наших человеческих организмов. Но они предстают как единая, постепенно расплывающаяся масса, если мы заставим себя или путем пространственного анализа, или (что сводится к тому же) путем отодвижения времени применить масштаб микроскопического и еще ниже бесконечно малого.

Не стираются ли на этих глубинах все различия? На уровне одноклеточных существ, как нам давно уже известно, нет более четкой грани между животными и растениями. И все больше и больше исчезает определенный барьер... между “живой” протоплазмой и “мертвыми” белками на уровне очень крупных молекулярных соединений. Эти неклассифицированные вещества еще называют мертвыми...

Но не согласились ли мы, что они были бы непостижимы, если бы уже не обладали совсем внутри какой-то рудиментарной психикой? В определенном смысле, стало быть, это верно. Установить абсолютный ноль во времени для жизни или какой-либо другой данной в опыте реальности в отличие от того, что мы полагали раньше, теперь не представляется возможным” (Пьер Тейяр де Шарден “Феномен человека”, М., Главная редакция изданий для зарубежных стран издательства “Наука”, 1987 г., стр. 71).

Это очень интересное и принципиально важное высказывание, затрагивающее широкий круг проблем философского характера. Дело в том, что используемый в данной работе виталистский философский подход вынуждает совершенно иначе взглянуть на существо жизни, на определение ее основ. Кроме того, виталистский философский подход к пониманию информационных процессов в мире, нас окружающем, вынуждает признать и то, что естествознание не может дать точное определение понятию “жизнь”.

В веществах, которые мы привычно считаем неживой материей (например, в природных кристаллах аметиста, алмаза и т.п.), обнаруживаются, например, ясновидящими процессы, характерные только для живых организмов (по общепринятой классификации). В данном случае речь идет о наличии у этих природных образований информационных потоков (вихрей), которые могут быть образованы лишь биологическими торсионными полями, т.е. речь идет о полях, формируемых только живыми (в традиционном смысле) объектами. О таких полях и их природе достаточно подробно говорится в работе “Атом и вещество”. Сейчас я хочу подтвердить мысль, что реально очень сложно отграничить живое от неживого. Поэтому я просто обязан осторожно говорить о содержании понятия “жизнь”.

Чтобы была понятна необходимость введения вполне определенного ограничения вида “живой мир Земли”, рассмотрим такую форму жизни, о существовании которой мы не только не задумываемся, но и разум наш, по-видимому, не в состоянии это воспринять с достаточной мерой полноты. Однако изложение данной концепции и определенное обоснование ее потребуется нам в дальнейшем, например, при изложении модели души и при понимании человеческого социума.

В последние годы широко распространились идеи о свойствах физического вакуума. Более того, по мере расширения аудитории, все больше стало укрепляться убеждение о возможности полного изучения свойств физического вакуума, а также об относительной простоте его “эксплуатации”.

Главные философские выводы из накопленной суммы знаний (представлений) о физическом вакууме заключаются в следующем. Во-первых, к данной структуре неприменимо такое понятие, как пространство, но в вакууме содержится огромная, практически неисчерпаемая энергия. Во-вторых, стало общепризнанным: вакуум – не просто некоторая физическая структура, но и смыслосодержащее образование, т.е. в физическом вакууме содержится некоторая информация о том, что было, что есть и что будет. 

Принципиальное отсутствие какой-либо протяженности физического вакуума означает, что эта структура (для нас) одновременно невообразимо велика и, одновременно, невообразимо мала. В том и другом случае его можно уподобить некоторой точке, относительно которой мы одновременно находимся и вне этой точки и внутри. Если мы приступим к исследованию этой “точки”, нас будет поджидать неудача при любом варианте исследования - как бесконечно большой величины или как столь же бесконечно малой. Это должно быть для нас предупреждением - невозможно постичь даже малую толику из того, что представляет собой физический вакуум. Никакие уравнения не в состоянии описать всю совокупную информацию, т.е. смыслосодержание физического вакуума. Это все достаточно подробно рассмотрено в книге “Триединство Природы”.

Между тем, суть содержащейся в физическом вакууме информации можно определить так: сама информация является тем, что удерживает в вакууме в некотором связанном состоянии содержащуюся там энергию. По этой причине физическое исследование вакуума будет приводить к разрушению какого-либо количества информации, и, соответственно, к неуправляемому высвобождению неопределенного количества энергии.

Противоречивость сложившейся концепции о свойствах физического вакуума отчетливо проявляется, когда исследователи  связывают свойства этой структуры со свойствами особых электромагнитных колебаний – с так называемыми торсионными полями. Непонимание свойств физического вакуума, его функциональной связи с этими полями порождает такое же непонимание свойств торсионных полей. Именно вследствие этого  появилась концепция о существовании двух уровней физического вакуума: низший уровень – “абсолютное ничто” и собственно вакуум, как более “шероховатая” структура. Как представляют себе некоторые физики-теоретики, именно эти две структуры вакуума объединяются торсионными полями, обозначенными как “первичные торсионные поля”.

В итоге получается замкнутый круг парадоксов, разорвать который никогда не удастся, если не изменить точку зрения на суть физического вакуума. Смысл необходимого изменения состоит в том, что физический вакуум существует лишь в единственном числе, а торсионные поля, порождаемые и поглощаемые им – информационные поля, способные в большей или меньшей степени связывать определенные количества энергии, существуют уже вне структуры физического вакуума.

Такое понимание физического вакуума и торсионных полей позволяет понять, что сам вакуум не “слепая и глухая бесконечность”, а живая сущность, находящаяся с нами и с физическим миром в непрерывном взаимодействии через информационные, т.е. торсионные поля. В этом случае информационный обмен физического вакуума с нашим миром можно уподобить обмену веществ, характерному для земных организмов.

Естественно, любое вмешательство в интимную жизнь физического вакуума будет решительно пресекаться со стороны вакуума. Именно это и следует учитывать при организации каких-либо его исследований. Более того, никакое исследование физического вакуума не может быть проведено, если сам физический вакуум не пожелает этого. И как бы ни выглядело сказанное фантастикой, но это именно так.

Таким образом, рядом с нами, можно сказать, что и внутри каждого из нас, внутри каждого предмета непрерывно протекает совершенно иная жизнь, ничуть не похожая на нашу. Но именно жизнь физического вакуума полностью определяет не только жизнь любого организма, но и существование любого предмета или субъекта (объекта) Вселенной. И если пойти до конца, то это и есть Бог, или Всевышний, реально существующий, реально действующий, реально живущий. По христианскому определению физический вакуум в точности соответствует семантике Бога Святого Духа.

Для сравнения и/или сопоставления приведу высказанные Чаттерджи мысли о разумности Первопричины (т.е. Бога).

“Мы утверждаем, что Первопричина – разумна, опираясь на показания Тех, Которые не предполагают, а знают. И законы логики за нас; мы знаем эту силу только в себе, и если она в нас, почему бы она не могла бы быть неразумной вне нас? Но если Первопричина – разумна, что же такое все те движения, которые она порождает, если не выражения Ее желаний, Ее мыслей, Ее идей? Вот почему я выразился, что вселенная есть не что иное, как Божественное Мышление. Это даст нам ключ ко всей эволюции. С этой точки зрения мы можем рассматривать весь всемирный процесс как психологическое развитие, разумное и сознательное, в котором Бог производит все, оставаясь неизменным” (Браман Чаттерджи, “Сокровенная религиозная философия Индии”, лекции, читанные в Брюсселе в 1898 г., перевод с фран., Калуга, Типография Губернской земской Управы, 1905 г., получено в рукописи через Internet, взят с JAPANSerwer http://www.japanserwer.ay.ru).

На данном этапе достаточно ограничиться указанием, что существуют два различных вида торсионных полей, представляющих собой вихревые образования электромагнитных колебаний в особой структурной реализации: физические и биологические торсионные поля. Суть всех этих образований заключается в том, что они по своей природе – информационные образования.

Это означает, что, если торсионные поля формируют окружающий нас мир, то, следовательно, Вселенная (со всем ее содержимым) – продукт организованной особым образом информации. Говоря “организованной”, я, естественно, понимаю следующее.

Все, что может быть организовано, организуется лишь при внешнем воздействии. Именно поэтому и физический вакуум, как смыслосодержащая структура, находится вне Вселенной, одновременно пронизывая ее. Именно поэтому в физическом вакууме нет пространства и нет времени – в нем все слито в единое целое.

Физические торсионные поля, о которых упоминалось выше, “организуют” существование элементарных частиц (электронов, протонов, нейтронов), концентрирующих в фиксированном пространстве на определенное время некоторые сгустки энергии (плазмы). Из этих частиц образуются атомы, молекулы, кристаллы и проч. Эти виды торсионных полей характеризуются тем, что информация, сконцентрированная каким-либо образом в них, удерживает в определенном пространстве некоторое количество энергии (в виде плазмы), которая при том или ином разрушении торсионных полей высвобождается и преобразуется в тепло (сухое трение, горение) или в свободную плазму.

Другой вид торсионных полей, названный здесь биологическими торсионными полями, в отличие от указанных выше, не “связывает” непосредственно энергию плазмы. Но при взаимодействии с первичными и вторичными торсионными полями, а также с физическим вакуумом этот вид торсионных полей может приводить к разнообразным энергетическим эффектам. Особенностью биологических торсионных полей является то, что они могут существовать вне какого-либо объекта (субъекта), но живой субъект не в состоянии существовать без этого вида торсионных полей.

Физические торсионные поля могут быть сотворены только физическим вакуумом (его информационными структурами).  Биологические торсионные поля самовоспроизводились всегда при особых условиях существования – при взаимодействии с такими структурами, которые мы привычно называем живыми. Это их принципиальное свойство, существенно отличающее их от физических торсионных полей, не способных к самозарождению или автотрансформации.

У биологических торсионных полей, связанных с конкретным организмом, имеется в этом случае также свойство самостоятельно изменять формы и структуры физических торсионных полей, что делает их вообще уникальным образованием. Указанное свойство приводит к проявлению таких свойств, как телепортация веществ, синтез веществ из физического вакуума. Причем эти свойства не являются чем-то уникальным, редко наблюдаемым. Просто ранее ученые не представляли, что такое вообще может происходить в окружающей нас природе постоянно, изо дня в день. Поэтому в подобных случаях ученые-естественники всегда пытались дать какое-нибудь приемлемое естественное объяснение. Однако самым естественным, если так можно выразиться, было бы принятие условия существования души, реализованной на основе биологических торсионных полей, которая и оживляет материальную основу.

Если мы принимаем такую точку зрения, то тогда мы обязаны определить круг распространения психологической науки как науки о поведении всего живого мира. Иначе говоря, мы можем (и должны) говорить в этом случае об общности (но, отнюдь, не одинаковости) поведенческих реакций очерченного круга субъектов.

Живой мир, анализируемый в данной работе и характерный для земных условий, может быть определен как мир, существующий за счет наличия обмена веществ. Он стремится сохранить свое состояние, реагируя определенным образом на изменения внешней среды и своего внутреннего состояния за счет предпринимаемых определенных усилий на основе конкретных, например психических поведенческих реакций.

Наличие разума даже на самом низшем уровне организации жизни следует именно из необходимости предвидения своего состояния каждым организмом в ближайшем будущем, отстоящем на несколько секунд или микросекунд вперед. Это предвидение необходимо принципиально и имеет цель - принятие необходимых (с позиции индивида) мер для выживания в сложившейся ситуации, т.е. для соответствующей прогностической адаптации к изменившимся условиям.

Итак, самое главное действие (результат действия) разума заключается в анализе ситуации (внешней и внутренней по отношению к субъекту) и прогнозирование будущего состояния, в том числе и от усилий, которые планируется предпринять организмом для не ухудшения его состояния. Это обнаруживает способность и стремление разума к самостоятельному существованию при реализации своих психических усилий через физические усилия конкретного организма.

Следовательно, разум первичен по отношению к материи живого мира также, как программа в вычислительной машине первична по отношению ко всей совокупности транзисторов, резисторов и проч. Вместе с тем, с этой позиции, он одинаков в основе для всех форм живого мира, или его первичные, главные функции в принципе одинаковы для всех представителей живого мира.

Поэтому разум - это способность отражения внутреннего и внешнего по отношению к конкретному индивиду для предвидения его состояний в ближайшем будущем с целью выработки мер по сохранению живого состояния индивида, а также для предвидения результатов этих усилий. Психические проявления живых организмов, наблюдаемые в жизни или в эксперименте - это внешнее проявление деятельности разума.

Отсюда следует, что определить основания разума для этих условий достаточно как способность прогнозировать состояние внешнего и внутреннего по отношению к данному индивиду в конкретных обстоятельствах, а также как способность предвидеть результаты усилий индивида, которые будут предприняты для сохранения или улучшения его состояния. Этим самым реализуется успешное решение проблемы выживания.

Возможно, что кого-то покоробит такое “упрощенное” понимание разума. Но ведь здесь говорится только о необходимой функции - организации выживания живого мира. При своем развитии, например, в филогенезе разум приобретает, безусловно, новые, более широкие функции, в том числе и функцию саморазвития, что уже можно наблюдать и для условий Земли, где на уровне человека разум имеет не только более широкие функции, но и приобретает, в некотором смысле, особую самоценность. Необходимость изначального введения конкретного понятия “основания разума” обуславливается рядом причин.

Во-первых, если мы не предположим наличие разума у первичной яйцеклетки и сперматозоида человека, то нам будет невозможно каким-либо способом обосновать момент зарождения разума человека вообще. Следовательно, разум должен наличествовать сразу при оплодотворении яйцеклетки или в момент до свершения этого факта – у яйцеклетки и у сперматозоида (что вернее).

Например, врачи, выполняя операцию аборта, неоднократно отмечали состояние плода, которое следует описать как состояние панического ужаса. Следовательно, плод в одно- трехмесячном возрасте от зачатия уже в состоянии оценить окружающую обстановку и попытаться защитить себя или как-то уклониться от гибели. Этот пример, на мой взгляд, достаточно убедительно доказывает, что разум (в интерпретации, принятой в данной работе) присутствует уже на самом начальном этапе развития организма.

Во-вторых, “отдавая” разум только человеку, нам невозможно обосновать его зарождение при продвижении к человеку по ступеням эволюционного развития: природа не имеет разрывов в первой производной любой функции.

В-третьих, понимая наличие разума у всего живого мира, можно обсуждать пути и механизмы его развития. В противном случае мы неизбежно заходим в гносеологический тупик.

Наконец, приведу еще один аргумент в пользу того, что разум наличествует с самых низших форм живых организмов. Этот аргумент представлю в форме высказывания П. де Шардена.

“Обычно психическую жизнь в мире “ведут” с первых форм организованной жизни, то есть с появления клетки. Стало быть, я присоединяюсь к общей точке зрения и обычному способу выражения, когда решающий шаг в прогрессе сознания на Земле отношу к этой конкретной стадии эволюции” (Пьер Тейяр де Шарден “Феномен человека”, Главная редакция изданий для зарубежных стран издательства “Наука”, 1987 г., стр. 79).

Из приведенного определения разума следует, что разум не обязательно должен принадлежать только живому миру Земли и не только земному. Функция выживания (тем более сохранения и совершенствования) является универсальной и всеобщей, а формы жизни, наверное, столь же многообразны, как и все прочее. Об этом, в частности, говорилось при обсуждении свойств физического вакуума.

Следовательно, разум в данном понимании - общекосмическая функция и может существовать самостоятельно и его главная, можно сказать, первичная цель единственна - сохранение и выживание, т.е. уже нет никакой связи с организацией биологического обмена веществ. Об этом, в частности, было сказано в цикле статей “Биологическая Вселенная” (http://www.biomagic.by.ruwww.biomagic.by.ru).

Совершенно ясно, что у живых существ с самого начала их возникновения, т.е. с нижних ступеней эволюции, должны были иметься средства контроля состояния собственного организма и за состоянием окружающей среды (средства отражения). Под данными свойствами понимается способность живых организмов воспринимать состояние собственного организма и внешней среды для своевременной выработки необходимых мер собственной безопасности. Средства отражения внешнего (очевидно, и внутреннего) в процессе филогенеза должны непременно усложняться, поскольку вместе с расширением функциональных возможностей живых организмов разнообразнее становились взаимодействия с внешней средой и разнообразнее становились внутренние состояния и процессы.

Однако, как внутреннее, так и внешнее непрерывно изменяются. Простого отражения ситуации совершенно недостаточно, поскольку ситуация никогда не может повториться в точности. Отсюда, как следствие, вытекает функциональная необходимость в способности постоянно обучаться, чтобы постоянно “узнавать” как внешнее, так и свое внутреннее. Это возможно, если живой организм способен каким-либо образом накапливать знания о себе и о своем окружении, т.е. если организм обладает памятью.

Для “узнавания” ситуации достаточно общей оценки, а для накопления  знаний необходимо иметь способность выделять отличия “сиюминутного” от “прошлого”, уже усвоенного, “запомненного”. Следовательно, живому организму жизненно необходимы способы двоякого отражения своего состояния: качественное, или обобщенное - интегральное и детализированное - дифференциальное. Причем интегральная оценка должна формироваться организмом при “узнавании” ситуации и должна основываться на предшествующем опыте или на информации, переданной генетически, а дифференциальная - как разность между реальной картиной и сформированным интегральным отражением - как необходимое уточнение применительно к конкретной ситуации, что должно помогать в “узнавании” всего нового.

Последнее следует уточнить. Для живого организма абсолютно все в каждый момент времени является в определенной степени новым, так как жизненная ситуация никогда не может повториться в точности. Поэтому и должен был филогенетически возникнуть механизм узнавания нового через старое. Это говорит о необходимости постоянного обучения, с одной стороны, любого организма. С другой стороны, в памяти каждого конкретного организма все должно сохраняться “из жизни этого организма”, что совершенно необходимо для реализации механизма обучения.

Таким образом, психикой организма формируется то, что и следует назвать функцией отражения. Функция отражения является результатом психического процесса узнавания ситуации, оценки имеющихся ресурсов, варианта реагирования на сложившуюся ситуацию (продукт мыслительного процесса), а также прогностической оценки исхода от предпринимаемых действий. По итогам психического отражения – формирования функции отражения - формируются физиологические реакции, связанные с предпринимаемыми действиями.

Понятно, что введение интегральной и дифференциальной составляющих отражения сделано чисто логически, в силу необходимости организации целостного поведения на основе обязательного и постоянного “узнавания”. Однако этому есть и вполне конкретное, так сказать - инструментальное подтверждение.

Несмотря на то, что в самом начале я совершенно не буду обращаться к проблеме мозга, так как на данном этапе нам совершенно безразлично само наличие или отсутствие мозга у живого организма любой сложности, считаю вполне допустимым здесь привести мнение относительно определенных функций мозга. Для организмов, у которых мозг имеется, выявлена специфическая работа каждой из двух половин мозга, устроенных, вроде бы, идентично (или, во всяком случае - похоже).

“Здесь следует указать на то, что анатомическая схожесть двух полушарий не означает функциональную их тождественность. Последние исследования свидетельствуют о том, что корковые поля правого и левого полушарий хотя и обслуживают единую психическую деятельность и обеспечивают отображение одной и той же окружающей среды, но делают это каждое по-своему. Так, в настоящее время признано, что левое полушарие у правшей, будучи доминантным полушарием, связано с отображением отдельных, отчлененных друг от друга дискретных объектов. Что же касается полушария правого, то оно определяет создание некоторой целостной картины окружающей среды” (А. П. Дубров, В. Н. Пушкин “Парапсихология и современное естествознание”, М. Совместное советско-американское предприятие “Соваминко”, 1990 г., стр. 24).

Недостаточно четко, но, тем не менее, высказана мысль именно о том, что при условии наличия мозга, живой организм имеет свойство и, одновременно, способность именно интегральным (обобщенным) и дифференциальным (частным, деталировочным) образом отражать свое внешнее. Я же считаю, что такое отражение присуще абсолютно любым живым организмам, независимо от их анатомии.

Действительно, живой организм, как система автоматического регулирования собственного состояния, может функционировать только при наличии совершенно определенной обратной связи. Эта обратная связь, тем не менее, не может осуществляться в полной мере, т.е. абсолютно точно, вследствие непрерывного изменения внешнего и внутреннего.

Поэтому и должен был возникнуть и возник в свое время у живого организма в необходимой и достаточной мере механизм непрерывного обучения, накопления опыта, знаний. Обучение может быть реализовано только при  наличии указанного механизма отражения. Все это и является результатом действия разума, который, следовательно, постоянно, хоть понемногу, развивается у каждого из живых организмов независимо от положения на ступенях эволюционного развития.

Под интегральной отражательной способностью понимается необходимость формировать оценку внутреннего или внешнего в целом, обобщенно, на качественном уровне. Благодаря такой способности живой организм “узнает” ситуацию и может принимать решения практически мгновенно. Под дифференциальной отражательной способностью понимается способность оценивать фрагменты, или новые детали складывающейся ситуации. Благодаря таким способностям живой организм способен накапливать и усваивать новый опыт, т.е. в некотором смысле выполняется функция выделения информации для памяти, информация из которой после ее усвоения может и должна переноситься в интегральную составляющую отражательной способности. Иначе говоря, интегральная составляющая отражения имеет функцию выходной информации из памяти организма, или то, что хранится в памяти.

Функция отражения живого организма по конкретному внешнему или внутреннему параметру (Fотрi) представляет собой сумму интегральной (Fиi) и дифференциальной составляющих (Fдi), т.е.

Fотрi = Fиi + Fдi.

 

Соответственно, полная функция отражения живого организма, т.е. по всем внешним и внутренним параметрам воздействия (стимулам) будет представлять собой сумму частных функций отражения:

Fотр полн = SFотрi

 

Чтобы в последующем процесс “узнавания” ситуации осуществлялся всякий раз, организму, независимо от уровня его сложности, или уровня его организации, необходимо запоминать в полном объеме полную функцию отражения, т.е. необходимо запоминать функцию  Fотр полн. Следовательно, дифференциальная отражательная способность сопровождается процессом ассимиляции, усвоения, а интегральная отражательная способность осуществляется на фоне процесса аккомодации, приспособления. Как видно, использование терминов “ассимиляция” и “аккомодация” в данной работе имеет иной смысл, чем тот, который в него вкладывал Ж. Пиаже.

В нашем случае - это универсальные функции разума живых организмов, наличие которых обеспечивает реализацию, по меньшей мере, первичной целевой функции разума (выживания) за счет постоянного “узнавания” внешнего и внутреннего, обеспечиваемого полным запоминанием всей текущей информации, что и обеспечивает постоянное развитие (в некотором смысле - совершенствование) разума.

Необходимость наличия ассимиляции и аккомодации является основой выживания живого организма и вида, так как выживание возможно при условии накопления опыта. Следовательно, интегральная отражательная функция обнаруживает собой основание разума. Дифференциальная отражательная функция обеспечивает реализацию функции развития разума.

Рассмотрев функции отражения, мы ни разу не затронули вопрос о наличии или отсутствии мозга у какого-либо живого организма. Это принципиально важно. Действительно, необходимость и достаточность мозга (в человеческом понимании) для осуществления разумной поведенческой функции вовсе не очевидна, поскольку имеются другие механизмы и ресурсы для обеспечения организации выживания живого организма (с учетом необходимости запоминания всего сущего).

Мы проанализировали возможные механизмы отражения (интегральный и дифференциальный), являющихся необходимыми и достаточными для организации выживания конкретного представителя живого мира, т.е. для реализации первичной целевой функции разума.

 


ГЛАВА 5. УЗЕЛ УПРАВЛЕНИЯ ПСИХИКОЙ

Теперь следует перейти к рассмотрению некоторых функциональных структур, объясняющих деятельность разума, которые получены на основе информационно-отражательной модели. Исходной посылкой для синтеза таких структур будет условие необходимости формирования функции отражения в каждый текущий момент времени. Это следует из того, что живой организм непременно должен постоянно контролировать ситуацию в максимально полном объеме, т.е. контролировать внешнее и внутреннее. Правда, сама функция отражения не может и не остается все время постоянной, так как меняется все - внутреннее и внешнее (в лучшую и в худшую сторону), что и соответствует естественному (обычному) течению жизни индивида.

Из этого следует, что проводимые разумом индивида оценки внешнего и внутреннего все время как-то меняются: то, что только что было важным, становится второстепенным или вообще несущественным. Поэтому для организации оптимального выживания необходим постоянный, в определенном смысле взвешенный контроль (переоценка) своего состояния, который, как было принято, проводится на основе вероятностных оценок.

Субъект, реагируя на внешние раздражители, обязан условно делить их на сигналы, идущие от объектов, вероятность воздействия которых на субъект малая, или эти объекты не соответствуют имеющимся потребностям организма (на второстепенные объекты) и на сигналы от объектов, вероятность воздействия которых, напротив, высокая, или эти объекты прямо согласуются с потребностями организма (важные для субъекта).

Должна происходить, следовательно, определенная, а именно вероятностная сортировка поступающей внешней входной информации. Итоги такой сортировки не обязательно будут соответствовать реальной вероятности грядущего контакта субъекта с объектом или наличным потребностям. Это может происходить и происходит вследствие того, что на оценку вероятности внешних контактов накладывается вероятностная оценка существующих потребностей живого организма, проводимая и также сортируемая на главные и второстепенные и также с определенной мерой ошибки. Следовательно, отражение внутреннего будет определенным образом влиять на отражение внешнего и наоборот. Иначе говоря, в информационной паре психических функций отражения чрезвычайно сложно отделить чисто внешнее отражение от внутреннего и наоборот.

Кроме того, указанное влияние отражений друг на друга проявляется в том, что отражение внешнего может восприниматься субъектом как внутреннее и наоборот: отражение внутреннего как внешнее. Это может происходить как раз в силу того, что окружающий конкретный организм реальный мир дан ему через его внутренние ощущения. В этом проявляется то, что К. Юнг назвал экстраверсией (отождествление субъекта с объектом) и интроверсией (отождествление объекта с субъектом). Это второй принципиальный вывод, который мы можем сделать.

Для реализации описанной информационно-отражательной деятельности разума в нем (как в некоторой самостоятельной структуре) непременно должны присутствовать, по крайней мере, четыре аналитические структуры, которые, будучи достаточно жестко взаимосвязаны, например нервной системой (нейронами), должны давать оценку одновременно внешнего и внутреннего на основе вероятности (рисунок 1). Одна из этих структур выявляет  важные объекты (ВаО). Вторая - второстепенные объекты (ВтО). На входы этих структур поступает информация, соответствующая сигналам сенсоров внешнего.

Третья структура предназначается для выявления важнейших (доминантных) потребностей (ДП), а четвертая - для выявления второстепенных (субдоминантных) потребностей (СП). На входы этих структур поступает информация о внутреннем в форме потребностей, степень актуализации которых будет различна. Обязательность наличия одновременно именно таких структур обуславливается жизненной необходимостью держать под контролем разума всю обстановку. Это третий принципиальный вывод.

Не мной первым высказывается подобная мысль. Это сравнительно уже давно показал П. В. Симонов на основе анализа биологических основ психофизиологии (см., например, “Физиология поведения: нейробиологические закономерности”, Ленинград, “Наука”, 1987 г., стр. 486 - 523, или другие, более ранние работы этого же автора). В частности, П. В. Симонов показал, что такие структуры мозга, как гиппокамп, гипоталамус, миндалевидные образования и неокортекс (лобные доли мозга), жестко связанные между собой нейронной сетью, выполняют описанные функции сортировки событий и потребностей с определенной мерой ошибки.

Согласно модели П. В. Симонова, гиппокамп осуществляет выделение психических проявлений на маловероятные события, гипоталамус - выделяет доминантные потребности, миндалевидные образования - субдоминантные потребности, а неокортекс (лобные доли) обеспечивает реагирование на высоковероятные события (П. В. Симонов, П. М. Ершов “Темперамент, характер, личность”, М., “Наука”, 1984 г., стр. 56-62).

Я не буду столь однозначно говорить, что у человека именно указанные структуры мозга и именно так осуществляют первичную обработку информации. Возможно, что такого рода “инструменты” предварительного анализа информации имеют не столь “концентрированное” исполнение, а имеют более широкое представительство, т.е. такого рода анализ ведется с участием и других структур мозга. Может также оказаться (в случае именно такого представительства указанных функций), что выделенные четыре структуры мозга выполняют и иные функции, функционально обусловленные обозначенным функциональным назначением. Это не является главным.

Гораздо важнее то, что П. В. Симонов совершенно правильно обозначил принципиальную необходимость именно указанной предварительной оценки входной информации.

На основании всего сказанного здесь такого рода структуры и обозначены как ВаО, ВтО, ДП, СП. Принципиально важным является то, что эти или подобные механизмы выработки поведенческих реакций являются всеобщими на всех уровнях живого мира, хотя далеко не всегда исследователь способен заметить такое проявление психики организмов или выявить такие структуры (например, мозг) особенно у организмов низших уровней.

Дело в том, что к рассудочной деятельности организма эти функции не имеют никакого отношения и отражают только ту функцию разума, которая связана непосредственно с организацией выживания организма, а не с самим выживанием, т.е. они становятся очевидны главным образом при патологии (обратимой или необратимой) поведенческих функций.

Рассмотрим, что возникает при управлении психикой, когда некоторые из указанных структур имеют более сильное влияние, чем другие.

Поскольку каждая из указанных структур связана, как было сказано выше, с остальными, например, нейронной сетью, далее мы будем рассматривать совместное влияние данных структур, предполагая, что в определенных условиях некоторые из них могут доминировать над остальными.

Нетрудно увидеть: преобладание одной из структур над остальными или, напротив, ослабление влияния одной из структур создает некоторые особенности поведения. В этих случаях усиливается или ослабляется реакция организма на складывающиеся обстоятельства адекватным или неадекватным образом. Действительно, если усиливается, например, влияние структур ВтО или СП, реакция организма становится совершенно неадекватной складывающейся ситуации и непонятной для стороннего наблюдателя, каковым может выступать, например, исследователь поведения изучаемого организма, так как без видимых причин усилится реагирование на второстепенные объекты или субдоминантные потребности, что приведет к конкурированию психических проявлений.

Именно такая конкуренция психических проявлений и выступит как неадекватность психических реакций для наблюдателя. Аналогично этому ослабление влияния одной из структур ВаО или ДП также приводит к неадекватным поведенческим реакциям, труднообъяснимым для наблюдателя. Поэтому ослабление или усиление влияния только одной из аналитических структур является, скорее всего, патологией.

Совершенно иначе - интересно и, главное, объяснимо – меняется поведение живого организма, если произойдет относительное усиление (доминирование) одновременно двух из указанных структур. При этом ни здесь, ни далее не предполагается такое изменение каким-нибудь патологическим, с остаточным эффектом. Более интересно и более жизненно временное доминирование двух структур над остальными, возникающее вследствие складывающейся жизненной ситуации.

Естественно потому восстановление равновесия при изменении ситуации или передача доминантного управления другой паре структур. Поэтому (в отличие или, даже, вопреки точке зрения П. В. Симонова) будем рассматривать поочередное доминирование следующих пар структур, предназначенных для управления психикой:

- пара ВаО-ДП;

- пара ВтО-СП;

- пара ВтО-ДП;

- пара ВаО-СП;

- пара ВаО-ВтО;

- пара СП-ДП.

Предполагая доминирование одной из указанных пар аналитических структур, тем не менее, здесь и всегда не исключается наличие деятельности остающихся пар, также создающих свое управляющее воздействие. Данное условие предполагает необходимость учета воздействия и недоминантной пары. Теперь можно перейти к анализу влияния доминирующих аналитических пар (структур управления психикой).

Преобладание пары ВаО-ДП (пары “фронтальный неокортекс-гипталамус”, по П. В. Симонову) приводит к четкому выделению потребности, ориентированной на те важные объекты, которые способны ее удовлетворить. Поведение организма в этом случае можно назвать детерминированным, при котором игнорируются конкурирующие потребности, отвлекающие от достижения намеченной цели. Эмоции в данном случае минимальны, поведение стабильное, поскольку функция отражения формируется вполне адекватно и дифференциальная составляющая мала. Следовательно, такой субъект будет устойчив при столкновении с трудностями, упорен в их преодолении. Если воспользоваться терминологией Гиппократа, такое поведение в этом случае следует назвать холерическим.

Усиление влияния пары ВтО-СП (пары “гиппокамп-миндалевидный комплекс”, по П. В. Симонову) порождает ослабление возможности выделить главную потребность, а внешние объекты становятся в некотором смысле равнозначными. Отсюда следует появление нерешительности, переоценка внешних событий, проявление неоправданно большого внимания мелочам, потеря уверенности в себе. Эмоции минимальны, но по другой причине: резко сужен круг интересов, диапазон функции отражения существенно сужен. Двигательная активность тоже минимальна. Подобное поведение по той же классификации Гиппократа называется меланхолическим.

В случае возрастания влияния пары ВтО-ДП (пары “гиппокамп-гипоталамус”, по П. В. Симонову) достаточно четкое выделение ведущей потребности, но реакция осуществляется на маловероятные события, т.е. выделяются для реагирования отнюдь не самые важные объекты, реагирование происходит на сигналы с невыясненным значением.

При поисковой деятельности такое поведение может оказаться более эффективным, чем при доминировании пары ВаО-ДП. Очевидно проявление лабильности и высокой двигательной активности. Высокая лабильность естественно обусловлена достаточной степенью новизны в выявляемой входной информации. Принято такое поведение обозначать, как сангвиническое, т.е. с большой подвижностью, с достаточной энергичностью, но с размытым целеуказанием поиска.

Если ведущей становится пара ВаО-СП (пары “фронтальный неокортекс-миндалевидный комплекс”, по П. В. Симонову), то у субъекта при этом происходит определенная балансировка, уравновешивание потребностей, тогда как из внешних событий, попадающих в поле внимания, становятся достойны реагирования только высокозначимые события с высокой вероятностью реализации. Эмотивная лабильность в данном случае обуславливается минимальной дифференциальной составляющей от внешних событий и расширением диапазона функции отражения от сенсоров внутреннего. Следовательно, поведение можно в этом случае описать как уравновешенное, инертное, с достаточной уверенностью в своих силах, устойчивое, понятное. При достаточной лабильности двигательные проявления минимальны. Такой тип поведения также описан и называется флегматическим.

Усиление влияния пары ВаО-ВтО (пары “фронтальный неокортекс-гиппокамп”, по П. В. Симонову) приводит к повышению влияния на поведение исключительно внешних событий. Происходит, в некотором смысле, отождествление субъекта с объектами, т.е. то, что К. Юнг назвал экстравертностью. Очевидно, что это не оказывает влияния на эмотивные проявления или на двигательную способность. Сам факт отождествления субъекта с объектом говорит о высокой степени “узнавания” внешней ситуации, что и приводит к сокращению эмотивных проявлений.

Напротив, повышение влияния пары ДП-СП (пары “гипоталамус-миндалевидный комплекс” по П. В. Симонову) делает несущественным внешнее окружение субъекта, все определяется внутренними побуждениями и потребностями. Иначе говоря, поведение в этом случае явно интровертное. В этом случае также нет проявлений эмоционального характера и двигательных реакций.

Заметим, что в двух последних случаях вовсе не произойдет “затормаживания” субъекта, поскольку остальные пары психических проявлений не исчезают и оказывают свое воздействие. Однако если экстравертность может создать предпосылки для большей лабильности и подвижности (при наличии достаточного влияния других структур), то интровертность, напротив, при прежнем влиянии других структур скорее приведет к более уравновешенному и спокойному поведению в части эмотивных и моторных реакций, поскольку главным будет внутреннее отражение.

В последнем случае поведение в части эмотивных и моторных проявлений можно назвать как “царственное”. Здесь уместно вновь сказать, что в каждом из этих рассмотренных случаев оказывает свое влияние на усиление того или иного варианта доминирования то, что и внутреннее и внешнее дано субъекту через его ощущения. Именно это обстоятельство и вызывает изменение вариантов доминирования.

Мы уже выяснили, что память, имеющаяся у каждого организма, сама по себе бесполезна, если будет отсутствовать узел (устройство) управления памятью. Функции управления выполняют, как это было становится понятным, указанные выше четыре структуры, обеспечивающие не только функцию контроля ситуации, но и функцию организации процесса выживания организма, т.е. управление формированием необходимых функций отражения, представляющих собой итоги того процесса, который по существу является мышлением.

Для того чтобы понять, почему именно такие функции “выполняются” узлом управления психикой, рассмотрим механизм сопряжения четырех структур (ВаО, ВтО, ДП, СП) с памятью организма. Для этого вспомним, что эмотивные проявления обнаруживаются только в тех случаях, когда одновременно анализируются внешние и внутренние сигналы. Следовательно, в структуру узла управления, представленного на рисунке 1, должно входить некоторое устройство суммирования выходных сигналов, формируемых каждой из структур анализа (ВаО, ВтО, ДП, СП). Это устройство обеспечивает логическое взвешивание соответствия некоторых потребностей поступившей внешней информации. Учтем при этом, что внешние сигналы (от сенсоров) на входы структур ВаО, ВтО не могут поступать, т.е. на входы этих структур воздействуют некоторые символы, замещающие внешние.

На данном этапе необходимо выяснить характер сигнала (сигналов) на входах структур ВаО и ВтО. Для этого установим, что для того, чтобы анализ значимости внешних объектов мог быть осуществлен, на входах ВаО и ВтО должны быть сигналы, соответствующие внешним, причем эти сигналы должны оставаться постоянными в процессе выполнения анализа и принятия решения. С другой стороны, для проведения семантической оценки значимости (важности) внешних объектов (субъектов), поступающие на эти входы сигналы должны быть уже “узнаны”, т.е. в данном случае - идентифицированы.

В сенсорных трактах “узнавание” соответствует практически полной компенсации внешнего стимула в физическом смысле. Следовательно, действительно на входах ВаО и ВтО не могут быть непосредственно сигналы от сенсоров внешнего, так как эти сигналы после выполнения операции “узнавания” снизятся практически до нуля. Поэтому на эти входы должна поступать формируемая функция отражения в той ее части, которая соответствует функции компенсации сенсорных стимулов.

Функция компенсации, поступая на входы ВаО и ВтО, при “узнавании” зафиксированного объекта будет соответствовать символическому представлению этого объекта (субъекта) в восприятии разумом организма. Чем ближе к “оригиналу” будет сформирована функция компенсации, тем точнее будет осуществляться функционирование структур ВаО и ВтО.

Итак, что на входах структур ВаО и ВтО действует именно сигнал компенсации. Этот сигнал при “узнавании” практически полностью соответствует сигналу сенсора и остается постоянным, т.е. неуменьшающимся после “узнавания”. Он может и увеличиваться (вследствие происходящих “уточнений” в ходе процесса “узнавания”).

Из этого следуют некоторые принципиальные выводы.

При первом “предъявлении” входного стимула, когда “узнавания” еще не произошло, структуры ВаО и ВтО остаются “безработными”. При этом никакие внешние объекты (субъекты) не могут быть идентифицированы по важности.

Это создает предпосылки для резкого возрастания в первый момент (до момента “узнавания”) уровня лабильности, что в данном случае эквивалентно полному размыканию контура регулирования, поскольку возникает эффект полного непонимания ситуации.

Подобное нарушение процесса управления происходит не более чем на единицы или доли миллисекунд, поскольку процесс “узнавания” сигналов, поступающих от сенсоров, осуществляется именно такое время. На время до “узнавания”, естественно, никакие решения не могут быть приняты. Это время следует назвать латентным временем.

Во-вторых, механизмы “узнавания” и оценки внешнего не могли быть каким-либо образом объединены природой в ходе филогенеза в единое целое, что и говорит о принципиальной необходимости механизма компенсации.

Если же семантическое “узнавание” внешнего не происходит с необходимой полнотой и функция компенсации формируется с существенными ошибками, начинается процесс хаотического переключения структур узла управления. Это нарушает устойчивость психики.

Это происходит потому, что в полноценной функции отражения должен содержаться не только “портрет” “узнанного” объекта (субъекта), но и итоговое принятое решение. Поскольку нужное решение и не может быть найдено, в таких случаях в функции отражения не формируется составляющая для полноценного решения о необходимых действиях.

При “узнавании” внешнего процессы оценок значимости сигналов о внешней обстановке происходят согласно описанным выше правилам.  Происходит указанная выше “сортировка” внешних объектов. Но для анализа используется “заменитель” внешнего в виде функции компенсации, которая в этом случае существует так долго, как это необходимо для данного организма, т.е. пока внешний объект (субъект) находится в поле действия сенсорных трактов, или пока не будет исполнено принятое решение. Этот “эффект” произвольно долгого существования функции компенсации мы увидим в дальнейшем при анализе некоторых экспериментов со зрением.

Эффект “узнавания” может способствовать, например, формированию того, что называют “положительной эмоцией”. Скорее всего, в таких случаях следует говорить только о повышении или понижении уровня лабильности, т.е. термины “полярности” (“положительность” или “отрицательность”) эмоций в таких случаях недостаточно точно отражают существо явления.

Если же наш субъект (после “узнавания” ситуации) предпринимает ряд целенаправленных действий, реализация которых приводит к “погашению” имевшейся потребности (приведшей к предпринятому действию), то в этом случае эффект “узнавания” проявится в совершенно ином. С одной стороны, индивид получит подтверждение о правильности спланированных и предпринятых усилий, т.е. получит еще дополнительное подтверждение о правильности “узнавания” ситуации. С другой стороны, момент “выключения” имевшейся потребности сам по себе вызывает глубокие позитивные переживания. В данном случае можно и следует говорить о том, что эмоция будет положительной, так как будет переживаться как приятное, “горячее” переживание.

Как видим, именно в этом данные два вида эмотивных проявлений (“узнавание” ситуации и “погашение” потребности) принципиально отличаются друг от друга. Поэтому следует говорить о двух видах (формах) эмоций, отличающихся по семантическому содержанию.

Наконец, после “погашения” или иного “отключения” потребности (например, ее игнорирование) приведет к выявлению иной комбинации сигналов для управления психикой.

Сигналы, соответствующие потребностям, также уже “приведены” к единой форме представления, что и позволяет их сопоставлять на уровне логических процедур. На входы узлов ДП и СП поступают только сигналы от сенсоров потребностей, т.е. таких сенсоров, которые являются либо пороговыми узлами, воспринимающими сигналы от сенсоров внутреннего (различных желез, органов и т.п.), либо психическими сенсорами потребностей более высокого ранга, чем витальные. Отсюда возникает возможность и необходимость уточнения структуры узла управления психикой.

Следует представить указанный узел суммирования как вполне определенную логическую структуру, решающую уравнения типа “соответствует/не соответствует” (“совпадает/не совпадает”), на уровне логических структур типа И/ИЛИ/НЕ по принципам булевой алгебры. Учитывая общее необходимое количество аналитических структур (четыре), можно представить узел суммирования как сугубо формальную и простую схему, состоящую из набора определенных схем совпадения (схем "И") и схем суммирования (схем "ИЛИ").

Такая схема (вместе со структурами анализа) приведена на рисунке 2 и представляет собой функциональную схему управления психикой, обеспечивающую управление поиском информации в памяти и взвешенную оценку ее по принципу “узнавания” на основе компенсации. Она состоит из четырех отдельных групп комплексов перемножения (логических элементов “И” - группы I, II, III, IY), объединяемых логическими ИЛИ1 (схемами суммирования ИЛИ1-1, ИЛИ1-2, ИЛИ1-3, ИЛИ1-4). Кроме того, выходные сигналы ВаО и ВтО, а также ДП и СП суммируются по ИЛИ (соответственно ИЛИ2 и ИЛИ3).

Причем комплекс перемножения (I) имеет только одну логическую схему И, выявляющую совпадение символа важнейшего объекта (субъекта) и доминантной потребности, т.е. сигнал с выхода группы I будет определять уровень холеричности (Х). Комплекс перемножения (II) осуществляет выявление совпадения выделенной доминантной потребности с символами второстепенных объектов (субъектов), что определяет уровень сангвиничности (С). Комплекс перемножения (III) проверяет наличие совпадения символов субдоминантных потребностей и важнейшего объекта (субъекта). Суммарный сигнал с выхода этого комплекса определяет уровень флегматичности (Ф). Комплекс (IY) состоит из набора логических схем, выявляющих совпадение признаков второстепенных объектов (субъектов) и субдоминантных потребностей, т.е. определяет уровень меланхоличности (М).

Важно отметить, что выход схемы ИЛИ2 соответствует сигналу, формально отображающему экстравертность (Э), а выход схемы ИЛИ3 - соответствует уровню интровертности (И). Именно эти сигналы и поступают в память организма, организуя процесс поиска информации и запуска в работу механизма мышления. Представляется наиболее вероятным, что выходы всех схем ИЛИ поступают в память организма независимо, что и будет соответствовать условию максимального контроля ситуации (внешней и внутренней).

Это означает, что выявленный доминирующий сигнал управления памятью с выхода одной из схем суммирования ИЛИ не может и не будет каким-либо образом запрещать прохождение в память сигналов от других схем суммирования, но может их каким-нибудь образом ослаблять, чем и будет фиксироваться доминантность одного сигнала. В отношении самих структур ВаО, ВтО, ДП, СП необходимо сказать, что это, по-видимому, многопороговые логические структуры, уровень сигналов, на выходе которых может изменяться.

Следующим моментом, который необходимо выяснить, является определение условий, приводящих к многопороговости структур ВаО, ВтО, ДП, СП. Следует положить, что этими условиями являются управляющие сигналы, содержащиеся в функции отражения и несущие результаты оценок ресурсов организма для удовлетворения конкретной потребности. Эти сигналы поступают, по-видимому, независимо от сигналов функции компенсации или сигналов, соответствующих потребностям, на другие входы узлов анализа.

Действие этих сигналов приводит, например, к тому, что могут быть проигнорированы важные объекты и выделены (как важные) второстепенные или приняты к исполнению субдоминантные потребности вместо доминантных. Такое действие сигналов оценок имеющихся ресурсов приводит к формированию таких психических функций, которые принято обозначать как фрустрация (функция боязни какого-то препятствия). В соответствии со сказанным на рисунке 2 описанные сигналы, соответствующие оценкам ресурсов организма, выделены в отдельный сигнал, условно отражающий совокупный “ресурсно-оценочный” итог, поступающий по одной “шине” на входы ВаО, ВтО, ДП, СП (функция отражения).

К сказанному необходимо добавить, что описанный характер сигналов на входах узла управления психикой объясняет, как и каким образом (на физическом уровне) внутреннее может определенно “вытеснять” внешнее. Это происходит в тех случаях, когда по шинам подачи сигнала (сигналов) компенсации и оценок ресурсов поступают данные, относящиеся к “внутренним проблемам”. Происходит в достаточной степени полная замена сигналов, соответствующих внешней информации, на сигналы о проблемах внутреннего (психические проблемы, итоги работы механизма мышления и т.п.), которые точно также подвергаются оценке по степени важности.

Следовательно, становится понятным непосредственный механизм “работы” разума над “внутренними проблемами”. Например, становится достаточно прозрачным действие механизма вспоминания чего-либо из прошедшей жизни (причем, независимо от уровня сложности соматического устройства организма). Активированная “потребность вспоминания” воздействует на входы ДП и СП, а на входах ВаО и ВтО поступают два вида сигналов, из которых один отражает синтезированный символ того, что необходимо вспомнить, а второй - подбираемую функцию. В этом случае принимается действие только вектора И, который определяет необходимый сигнал поиска. В момент вспоминания, соответствующий достаточно точной требуемой функции отражения, срабатывает, скажем, узел ВаО, что и завершает процесс поиска нужной (в данном случае, вспоминаемой) информации.

Поскольку разум организма обязан вычислять в каждый момент времени                Fотр полн, становится понятным и механизм, обеспечивающий возможность выполнения одновременно различных видов деятельности. Это является вообще естественным. И здесь не следует забывать, что каждый из поступающих на входы узла управления сигналов это совокупность разнообразных сигналов, поступающих по большому числу “линий связи”.

Вариантом такого “выполнения” одновременно разных видов деятельности может быть, например (для животного) бег и одновременно обзор местности, что, без учета сказанного здесь, выглядит как автоматическое выполнение этих “работ”, но по существу не является таковым.

 


ГЛАВА 6. ЭМОЦИИ И ПСИХИЧЕСКИЕ ФУНУЦИИ

Основой существования и развития разума, а через него и живого организма, является получение и преобразование информации о внутреннем и внешнем. Казалось бы, это тривиальное утверждение. Но мы должны понимать, что информационный поток от внешних объектов (субъектов) и его представление через сенсорное восприятие - далеко не одно и то же. Более определенно – внутренние ощущения в физическом смысле ничего общего не имеют с внешними сигналами. Ощущения, как итог рецепторных реакций, не только подменяют внешний поток информации, но и переводят его в совершенно иное физическое представление. Таким образом, внутренние ощущения являются опосредованным слепком внешних воздействий.

Более того, только психическое восприятие является истинным (для разума конкретного организма) откликом на внешнее. Это означает, что психофизические подходы в исследованиях вряд ли могут дать какие-нибудь понятные результаты, так как для повышения их результативности необходимо “расшифровать” механизм, связывающий психику и организм в единое целое, что можно обозначить просто: “жизнь”.

Точно также внутренняя среда данного организма не просто живет по каким-то законам, но постоянно дает разуму необходимые сигналы о своем состоянии. И также при этом происходит аналогичная трансформация представлений. Следовательно, в этом случае также исчезает прямая связь состояния организма с разумом, что не позволяет проводить любые психофизические исследования с нужной степенью достоверности. Здесь для понимания сущности процессов также необходимо выяснить тот механизм, который объединяет организм и разум в единое целое.

И внутреннее и внешнее организма непрерывно, а иногда и скачкообразно изменяются. Это означает, что разум конкретного организма постоянно находится в состоянии некоторой неопределенности своего состояния при оценках состояния организма. Это вынуждает его, с одной стороны, постоянно, непрерывно приспосабливать внешнюю деятельность организма к изменяющейся ситуации, а с другой стороны - приспосабливать (регулировать) внутреннюю среду организма.

Внешняя деятельность организма - это те или иные действия организма, направленные либо на избегание возможной опасности, либо направленные на добывание пищи, либо на установление каких-либо контактов и так далее. Внутренняя деятельность организма - это, в конечном итоге, регулирование процессов жизнеобеспечения (понимается как регулирование жизнедеятельности всех уровней структур организма). Главное во всем этом только лишь то, что оба эти вида деятельности разума протекают не независимо друг от друга, но жестко взаимно обуславливают друг друга.

Поскольку организм очевидно испытывает постоянную, пусть минимальную неопределенность своего состояния, это вызывает некоторые эмоциональные напряжения, связанные с необходимостью непрерывного поиска все новых и новых информационно-ресурсных решений. Может быть, для описания эмотивной составляющей психической реакции, связанной с информационно-ресурсным обеспечением, следует использовать выражение иного вида, чем рассмотренные другими авторами (например, П. В. Симоновым).

Например, потребностей у организма в общем случае может быть активизировано несколько. Это не только нормально, но и постоянно бывает именно так. Некоторые из активизированных потребностей могут быть конкурирующими. Это означает, что потребности в этом случае подобны некоторым векторам, т.е. потребности могут быть и противоположно ориентированы (например, потребность сохранения собственной жизни и потребность сохранения жизни своего ребенка).

На данном этапе принимаем:

П = SПi

 

Внешняя информация всегда обладает определенной новизной. Поэтому при “узнавании” ее всегда имеется некоторый дефицит знаний, содержащихся в предыдущем опыте. Отрицательное значение разности Ифактi - Инi (где Инi - необходимая для решения информация, а Ифактi - наличная, поступившая от сенсоров информация) будет присваиваться только тогда, когда эта разность превышает некоторое допустимое значение  DИдопi,  т.е.

F(Иi) = F{DИдопi - (Ифактi – Инi)i}.

 

Ресурсы организма оцениваются применительно к реализации некоторой потребности, т.е. речь также идет об информации, но совершенно другого рода, связанной с оценкой внутренних возможностей организма:

 

R(Пi) = Rфактi - Rнi,

 

где Rфактi - фактически имеющиеся ресурсы организма,

      Rнi – необходимые по оценке разума ресурсы.

Особенность принятия разумом итогового решения по результатам оценки по указанным соотношениям, т.е. формирования знака эмоции, состоит в том, что в итоговой оценке положительное значение эмоции может быть сформировано только при условии положительных оценок по всем компонентам, т.е.

Sign Эi = 1, если SignПi * SignF(Иi) * SignR(Пi) > 0;

Sign Эi = 0, если SignПi или SignF(Иi) или SignR(Пi) < 0.

 

Сила i-той эмоции, скорее всего, пропорциональна произведению модулей компонентов, входящих в систему оценок, т.е.

Эi = (DЭ)i = Пi * F(Иi) * R(Пi).

 

Здесь символ (DЭ)i означает только то, что каждое из эмотивных проявлений наличествует с обоими знаками. Кроме того, укажем на одновременность формирования нескольких (различных) функций, каждая из которых будет формироваться со своим знаком.

Мы рассмотрели возможные методы оценки уровня эмотивных проявлений, связанных с информационно-ресурсным обеспечением. Из полученных выражений следует важное следствие, позволяющее сделать вывод об определенной функциональной значимости знака и силы эмоций.

Эмотивная функция имеет назначение, ранее не рассмотренное и не оцененное подобающим образом и состоящее в организации поиска “нужного” ответа в “памяти” организма. Это связано, как очевидно, с поиском нужных решений, необходимых или дополнительных ресурсов и т.п.

Иначе говоря, одна из функций (обязанностей) эмотивной реакции имеет определенное функциональное назначение и определяет уровень соответствия найденной в памяти организма информации поступившей от сенсоров. Обязательное наличие памяти следует из условия необходимости формирования функции отражения, формируемой, как уже было сказано, на основе накопленной ранее информации. Именно результаты поиска в памяти наиболее близкого ответа и “оформляются” как наблюдаемый эмотивный компонент, как некоторый энергетический след от результатов поиска.

Вторая составляющая эмотивного проявления, формируемая одновременно с первой, реализует то, что П. В. Симонов назвал “замещающей функцией”. Эта составляющая воздействует на вегетатику организма “положительным” или “отрицательным” образом.

Естественно, в тех случаях, когда “узнавание” ситуации произошло, вторая составляющая иначе действует на вегетативную систему, чем в случае “неузнавания”. Следовательно, у этой, второй, составляющей имеется свое функциональное предназначение. Таким образом, эмотивные реакции имеют, так сказать, семантическое значение и действительно зависят от степени “новизны” ситуации. Эти составляющие, следовательно, непосредственно связаны с “узнаванием” ситуации. Поэтому они имеют одновременно как “положительную” так и “отрицательную” составляющие (лабильность и стабильность). Следует предположить, что каждая из составляющих эмотивного проявления выполняет свою, отличную от другой составляющей, функцию. Именно поэтому и проявляется некоторая двойственность функций эмоций, о которой говорил П. В. Симонов.

Необходимость одновременного наличия обеих эмотивных функций, связанных с информационно-ресурсным обеспечением, с точки зрения организации выживания, заключается в необходимости создания такого состояния организма, которое следует назвать подготовленным к возможным изменениям ситуации. Именно поэтому и должны формироваться две составляющие эмотивной функции: “будоражащая” и “тормозящая”, одна из которых в конкретной обстановке превалирует над другой.

Естественно, в той или иной ситуации эти составляющие меняются своими “местами”. Этому соответствует выражение, определяющее знак эмоции. В каждой ситуации, в зависимости от избытка или, напротив, от недостатка информации, эти составляющие эмотивного проявления меняются ролями, что и приводит как к разному включению управления вегетативной системы, так и к разному значению информационного компонента (дифференциальной составляющей).

Из указанного функционального назначения эмотивной функции следует, что в первый момент, когда “узнавания” ситуации еще не произошло, значение этих эмотивных составляющих максимально возможное, что и является необходимым сигналом для осуществления (продолжения) поиска нужного, т.е. наиболее правдоподобного или наиболее подходящего ответа.

По мере того, как происходит отыскание (и формирование) полной функции отражения, происходит снижение Эi. Таким образом, величина (по абсолютному значению) эмоции, связанной с информационно-ресурсным обеспечением, определенным образом отражает уровень дифференциальной составляющей в i-той функции отражения. Этому соответствует выражение, определяющее уровень эмоции.

Вопросы, связанные с формированием эмоций при “погашении” потребностей мы рассмотрим после того, как выясним сущность, или семантику самих потребностей, что является достаточно существенным для выполнения этого вида анализа. На данном этапе отметим, что формы эмоций, связанные с “погашением” потребностей, определяются не столько с непосредственным “узнаванием” ситуации, сколько с выполнением работы по предшествовавшему “узнаванию” и по итогам реализации принятого решения (выполнения конкретной работы по погашению потребности).

Итак, мы выяснили, что в итоге информационно-отражательной реакции формируются компоненты отражения, связанные с некоторым отображением внешнего и внутреннего, что соответствует степени “узнавания” ситуации, и формируется информационно-ресурсный отклик в виде эмотивных компонентов, отражающих уровень новизны обстановки. По итогам “узнавания” ситуации формируется (принимается) решение о необходимых действиях, т.е. формируется и исполнительная психическая функция, названная функцией компенсации.

В соответствии с принципом работы функции компенсации выработанное решение о приведении в движение тех частей организма, которые обеспечивают необходимое перемещение всего организма или его отдельных частей должно дополняться тормозящей функцией, которая обеспечивает необходимое ограничение например скорости перемещений. Это может быть обеспечено, скажем, через ограничение сигналов соответствующих сенсоров.

Необходимость такого двойного управления механическими движениями заключается в защите организма от предельных нагрузок. При этом действие тормозящей составляющей начинается немедленно. Точно также функция компенсации в той ее части, которая регулирует процессы гомеостаза (на всех уровнях структуры организма), должна иметь двойное управление: возбуждающее и тормозящее, что, конечно, условно. Смысл “возбуждающей” составляющей в данном случае состоит в необходимости активизации вполне определенных физиологических процессов, соответствующих необходимой реакции, а смысл “тормозящей” составляющей - в необходимости ограничения скорости и уровня физиологического возбуждения.

Таким образом, в результате обработки информации от сенсоров (внутренних и внешних) организм вырабатывает три комплементарных (ориентированных противоположным образом) пары психических реакций:

- информационная пара (полное отражение внутреннего и внешнего);

- эмотивная пара, определяемая уровнем “новизны” ситуации (дифференциальной составляющей) (положительные и отрицательные компоненты);

- моторная пара (движение и торможение).

Нетрудно увидеть, что эти комплементарные пары психических реакций  по существу ортогональны по отношению друг к другу, т.е. относятся к разным плоскостям приложения. Поэтому, представляя их графически, мы должны направить указанные комплементарные пары по трем независимым осям системы координат x, y, z, что изображено на рисунке 3.

Данные оси образуют соответственно три плоскости: информационно-эмотивную, информационно-моторную и эмотивно-моторную.

Итак, функция отражения по любому воздействию содержит в себе шесть компонентов отражения: внутреннее и внешнее информационное содержание; “будоражащая” и “тормозящая” эмотивные составляющие, или лабильность и стабильность; “движущая” и “тормозящая” моторные составляющие, или реактивность и консервативность, действующие одновременно в контуре управления разумом.

При этом ни одна из них не является постоянно превалирующей над своей комплементарной дополняющей.

Это принципиальный вывод, который в жизни объясняет достаточно многое и который получен здесь исключительно на основе анализа механизмов отражения информации. В некотором смысле данный вывод представляет информационно-отражательную модель функционирования разума.

Здесь целесообразно сделать некоторое отступление. Дело в том, что наличие комплементарности психических реакций открыто уже давно.

“Для организма чрезвычайно важно не только своевременно ответить наиболее адекватной реакцией на любое воздействие внешней среды, на каждый ее сигнал, но и иметь возможность в нужный момент остановить, прервать эту реакцию. В основе любой реакции организма лежит возбуждение его отдельных клеток или тканей, в первую очередь нервной системы... Значит, чтобы прекратить реакцию, необходимо устранить возбуждение, возникшее в железе, мышце или нервной системе. Это явление получило название торможения. Первые сведения о торможении принадлежат немецким физиологам братьям Веберам. Изучая работу сердца, они приложили электрод к стволу блуждающего нерва, идущего к сердцу, и, к своему удивлению, вместо усиления работы обнаружили его остановку...

Некоторые центры головного и спинного мозга всегда находятся в реципрокных отношениях. Если один из пары таких центров возбужден, его партнер всегда оказывается заторможенным. Так организована деятельность двигательных центров спинного мозга. Когда возбуждены центры сгибателей, центры разгибателей заторможены и наоборот. В подобных же антагонистических отношениях могут оказаться любые центры нервной системы, однако способность одного центра затормозить другой не всегда обоюдная... Вторая разновидность внешнего торможения - постоянное тормозное влияние “сверху”, угнетающее воздействие нервных центров более высоких уровней нервной системы на нервные центры, лежащие ниже. Когда хирургическим путем удаляются высшие этажи мозга, возникает реакция высвобождения, сильное возбуждение определенных центров без видимых внешних причин” (Б. Ф. Сергеев “Ступени эволюции интеллекта”, Ленинград, издательство “Наука”, ЛО, 1986 г., стр. 101-103).

Данный вывод относительно комплементарности психических (в том числе и нервных) реакций имеет более широкий и более универсальный смысл. Всегда и во всех случаях формируются пары соответствующих психических реакций, ориентированных противоположным образом и имеющих всегда компенсаторное назначение одной из них для другой.

Действительно, живой организм, как система автоматического регулирования собственного состояния, может функционировать только при наличии совершенно определенной обратной связи. Эта обратная связь, тем не менее, не может осуществляться в полной мере, т.е. абсолютно точно, вследствие непрерывного изменения внешнего и внутреннего.

Поэтому и должен был возникнуть и возник в свое время у живого организма в необходимой и достаточной мере механизм непрерывного обучения, накопления опыта, знаний. Обучение может быть реализовано только при  наличии указанного механизма отражения. Все это и является результатом действия разума, который, следовательно, постоянно, хоть понемногу, развивается у каждого из живых организмов независимо от положения на ступенях эволюционного развития.

В нашем случае - это универсальные функции разума живых организмов, наличие которых обеспечивает реализацию, по меньшей мере, первичной целевой функции разума (выживания) за счет постоянного “узнавания” внешнего и внутреннего, обеспечиваемого полным запоминанием всей текущей информации, что и обеспечивает постоянное развитие (в некотором смысле - совершенствование) разума.

 


ГЛАВА 7. ФУНКЦИЯ КОМПЕНСАЦИИ

Исполнение сформированной функции отражения в организме и организмом осуществляется не непосредственно путем “подачи” этой функции отражения на некоторые исполнительные органы, а путем ее раздачи по частям по необходимым адресам и в необходимом объеме и качестве. Следовательно, функция отражения трансформируется в другую психическую функцию, которую, по каким-то причинам, пока в должной мере не только не описали, но и не поняли, что она существует. Об этой функции выше было сказано при обсуждении структуры узла управления психикой.

Функциональное назначение новой, вновь вводимой функции состоит в необходимости так или иначе скомпенсировать за счет каких-нибудь процессов или действий возникающие изменения (окружающей среды или внутренней среды), чтобы обеспечить, по меньшей мере, реализацию первейшей целевой функции - выживания. Это обусловлено как раз тем, что, например, внешний стимул всегда имеет какую-либо физическую реализацию. Однако внутри организма этот стимул от внешнего источника не может существовать. Следовательно, на входе этого стимула, т.е. на рецепторе, воспринимающим указанный стимул, обязательно должно быть произведено сопоставление рецепторной реакции с внутренним откликом организма. Это выполняется путем компенсации.

Введем понятие функции компенсации, которая выполняет связь полной функции отражения с остальной частью психики и вообще – с организмом. Поскольку полная функция отражения - это совокупный поток информации о внешнем и внутреннем, то для его распределения “по адресам” и необходима вводимая функция компенсации, являющаяся, следовательно, набором некоторых узлов, обеспечивающих требуемое сопряжение. Далее проявление этой функции будет показано на конкретных примерах.

С точки зрения организации управления, функция компенсации может отсутствовать, если полная функция отражения будет пригодна для использования как сигнал компенсации, или отрицательной обратной связи. Но поскольку под полной функцией мы понимаем суммарное отражение внутреннего и внешнего одновременно, а также некоторое преобразование входного потока информации в части “добавки” от принимаемого решения то, следовательно, полная функция не может быть использована в качестве информации в цепи обратной связи.

Поэтому и требуется введение некоторого промежуточного звена (функции компенсации), являющегося универсальным передаточным звеном, имеющим свои характеристики в контуре управления. Вместе с тем, введение этой психической функции в определенной степени вынуждает рассматривать и гомеостаз как вполне определенный информационный процесс.

В основе управления процессами жизнеобеспечения лежит функция компенсации. В текущей жизни мы постоянно сталкиваемся с ее действием, не отдавая себе отчета в этом. Мы ускоряем шаг или бежим, и наше дыхание учащается. Стоит нам поранить руку, как тут же вступает иной вариант механизма компенсации: довольно быстро ранка прекращает кровоточить, а затем - начинает зарастать и зарастает по времени ровно столько, пока полностью не зарубцуется. Подобных примеров каждый может привести множество. Эти примеры, так или иначе, характеризуют действие механизмов компенсации, на основе чего и реализуется, в частности, гомеостаз.

Значение ее, т.е. функции компенсации, невозможно переоценить. Сущность этой психической функции следует определить как универсальный принцип такого управления ресурсами организма, при котором для максимальной жизнестойкости индивида обеспечивается минимальное расходование имеющихся ресурсов, т.е. функция компенсации обеспечивает минимаксное управление психикой и организмом.

Формирование функции компенсации осуществляется на основе полной функции отражения и направлено на ограничение сигналов о внутреннем и внешнем. Вместе с тем, функция компенсации не является также действием  полной интегральной функции Fотрi, поскольку функция компенсации всего лишь ее часть, связанная непосредственно с местом “потребления”, с рабочими функциями “потребителя”.

По принципу реализации функция компенсации является “исполнительной” психической функцией живого организма и является необходимым компонентом разума. Главное назначение функции компенсации - распределение синтезированной полной функции отражения “по потребителям”.

Процессы жизнеобеспечения - наиболее ясное и для наблюдения, и для контроля проявление функции компенсации. Однако в течение жизненного цикла живого индивида происходят малые или, напротив, существенные изменения всего комплекса жизненных функций. В этом процессе участвуют как накопления количественные, обусловленные процессом ассимиляции, так и накопления качественные за счет воздействия внешней среды непосредственно на внутреннее устройство организма, например, от воздействия микробов или вирусов.

Для того, чтобы зримо воспринять идею о роли функции компенсации целесообразно рассмотреть работу сенсоров, дающих разуму информацию о внешнем или внутреннем. Получение информации об окружающем нас мире с помощью зрения, слуха и других органов чувств для нас привычно и естественно настолько, что мы считаем эти органы просто как некоторые чувствительные элементы. На самом же деле вопрос о механизмах действия органов чувств (здесь используется термин “сенсоры”) намного сложнее.

Парадокс заключается в том, что сенсоры, в некотором смысле, “принадлежат” организму, а информация, поступающая через сенсоры, становится достоянием разума. Парадоксальность заключается именно в том, что внешняя информация имеет самую разнообразную физическую природу действия на организм, а сенсоры “выдают” сигналы об этих внешних воздействиях в некотором унифицированном виде, уже не “привязанном” к источнику информации.

Сенсоры живого организма являются своеобразными “воротами”, через которые разум получает весь объем информации о внешнем или о внутреннем. То, как исследователи психических свойств разума живых организмов понимают работу сенсоров, определяет практически всю концепцию той или иной психологической модели (школы). Точно также проводимые психофизические и психофизиологические исследования деятельности мозга основаны на сведениях, получаемых организмом при разнообразных воздействиях на сенсорные механизмы организмов. Следовательно, сами сенсоры являются некоторым ключевым элементом.

Следует заметить, что в литературе вместо используемого здесь термина “сенсор” более распространен термин “рецептор”. Мне кажется, что более точным будет использование термина “сенсор”, поскольку в каждом сенсоре, как сложном и функционально законченном устройстве, каковым является, например, глаз, собственно рецепторов - непосредственно чувствительных элементов - очень много. Исследование работы только одного-единственного рецептора не может дать хоть какое-нибудь понимание работы сенсоров, как сложных механизмов. Максимум, что можно и следует допустить, чтобы привести в соответствие терминологию данной работы и терминологию других авторов, использовать в необходимых случаях “смешанный” термин – “рецепторы сенсоров”.

К числу сенсорных механизмов принято относить шесть видов, обрабатывающих информацию о свете (цвете), звуковую информацию, а также информацию о запахе, прикосновении, вкусе, о равновесии. Однако, сенсорных механизмов, по-видимому, значительно больше. Так организм способен выявлять не только прикосновение, но и давление. Во многих методиках психологических экспериментов используется способность организмов ощущать боль, что породило представление о существовании рецепторов боли (что неверно). Организм чувствителен к теплу (к холоду).

Вероятно, у организма имеются сенсоры ко многим другим воздействиям, на сегодня не обнаруженные или неизученные. Например, изоляция организма от действия магнитного поля приводит к катастрофическим последствиям, в результате чего организм в конечном итоге погибает. Следовательно, имеется некоторый сенсор, чувствительный к магнитному полю, который участвует в регулировании процессов жизнеобеспечения. Можно предположить также, что специфическими сенсорами, в частности, могут выступать точки акупунктуры, каждая из которых может являться сенсором, отличающимся от других точек акупунктуры по назначению и/или по действию.

Итак, сенсорных механизмов у каждого организма несравненно больше, чем это принято. Особенностью многих сенсорных механизмов является то, что организм воспринимает сигналы, формируемые рецепторами сенсоров, не с постоянной интенсивностью. Свойство рецепторов не давать постоянно сигналы о внешнем с одинаковой интенсивностью, а как бы постепенно ослаблять сигналы, обычно объясняют механизмом адаптации. Но неясно, на каком уровне происходит и как происходит данная адаптация и, главное, - в чем ее суть.

“Как вы уже видели, роль рецепторов состоит в том, чтобы сообщать о тех изменениях, которые происходят во внешнем мире. Некоторые рецепторы дают более интенсивную реакцию в начале воздействия сигнала, а затем реакция ослабевает. Такое снижение интенсивности ответа называют адаптацией. Скорость и степень адаптации при воздействии длительного раздражителя варьирует для разных органов чувств и зависит от обстоятельств...

Можно сказать, что первоначальное ощущение служит для того, чтобы включить новое событие в тот информационный фонд, которым мы пользуемся для оценки текущего момента. Ослабление реакции на продолжающийся стимул облегчает нам восприятие новых стимулов... Если бы новые и прежние сигналы были одинаковы по силе, мы потонули бы в потоке сенсорной информации, поступающей от наших сенсоров” (Ф. Блум, А. Лейзерсон, Л. Хофстедтер “Мозг, разум и поведение”, М., “Мир”, 1988 г., стр. 56).

С точки зрения обсуждаемой здесь информационно-отражательной модели процесс адаптации не более чем кажущийся, хотя совершенно очевидна сама адаптация организма к воздействующему сигналу (стимулу).

Неудовлетворительность объяснения снижения восприятия стимула через адаптацию вытекает из условия невозможности выполнения каких-либо операций самим рецептором (сенсором). Все должно быть починено и подконтрольно только разуму. На уровне сенсора нет и не может быть элемента, способного осуществлять какой-либо анализ, чтобы было проведено в соответствии с этим анализом изменение чувствительности сенсора.

Если же использовать для анализа информационно-отражательную модель, то в этом случае становится очевидным снижение уровня восприятия стимульного воздействия на организм в тот момент, когда сформируется в достаточной степени функция отражения по данному стимулу и, как следствие, - функция компенсации.

Это было сказано при анализе “устройства” узла управления психикой. Ранее, в частности, показано, что в узле управления психикой на входы соответствующих структур для анализа внешней ситуации (ВаО и ВтО) поступают отнюдь не сигналы от соответствующих сенсоров, а их заменитель – функция компенсации. Там же было принято, что функция компенсации поступает так же и на сенсоры, благодаря чему осуществляется практически полное снижение до нуля действие сигналов от сенсоров. Именно это и будет соответствовать условию формирования функции отражения, что соответствует “узнаванию” входного стимула.

Функция компенсации ранее не была кем-либо описана. Это говорит об определенной сложности восприятия сенсоров не в качестве датчиков внешнего воздействия (стимула), а как устройств, действующих в информационной системе (каковым является организм), с отрицательной обратной связью по информации. Благодаря действию механизма компенсации организм получает возможность качественного измерения стимулов, несущих информацию о внешнем или внутреннем.

Попытаемся понять, для чего в физическом смысле необходима, в частности, компенсация сигналов о внешнем. Представим себе такой вариант: мы проводим косвенное измерение какого-либо сигнала. Такие методы измерения используют тогда, когда в измерительном устройстве нет возможности воспроизвести физическую реализацию внешнего сигнала, т.е. эталонный сигнал, используемый для измерения, может быть реализован на ином физическом носителе. В этом случае нам необходимо подобрать некоторый сигнал, формируемый нашим измерительным устройством, параметры которого нам измерить относительно просто и который тем или иным образом скомпенсирует внешний сигнал. Момент компенсации мы можем выявить каким-нибудь образом. Отсюда следует, что компенсация внешнего воздействия позволяет оценить это воздействие без его непосредственного (прямого) измерения. Этот частный случай позволяет понять одну из сторон назначения функции компенсации, формируемой психикой живых организмов.

Действительно, все внешние воздействия на живой организм имеют самую разнообразную физическую природу, а внутренние сигналы организма (например, сигналы в нейронных сетях) имеют не только иную физическую реализацию, но одинаковы по отношению ко всем внешним воздействиям. Уже только по этой причине живым организмам принципиально необходим механизм компенсации.

Это позволяет нам продвигаться дальше, поскольку позволяет взять за основу, что одно из функциональных назначений механизма компенсации может заключаться в измерении внешнего стимула. Данные соображения кажутся настолько очевидными, что становится непонятным, почему ранее никто не задумался о существовании механизма компенсации. Однако продолжим анализ назначения функции компенсации, воздействующей, как здесь принято, в том числе и на сенсорные механизмы.

Если реакция рецептора однозначно соответствует внешнему воздействию (это в определенном диапазоне внешних воздействий допустимо), тогда сигнал функции компенсации, обеспечивший полную (практически полную) компенсацию внешнего воздействия, будет реально соответствовать операции “узнавания” внешнего стимула, каков бы он ни был по своему содержанию - вербальный или невербальный, т.е. имеющий смысловую нагрузку или нет.

На уровне сенсоров не может быть невербальных сигналов. Это тоже чрезвычайно важно понять, поскольку без учета этого планирование, постановка и интерпретация результатов экспериментов будут всегда неудовлетворительными.

Таким образом, мы обнаруживаем еще одну важнейшую функцию механизма компенсации. Эта функция связана с необходимым для каждого организма процессом “узнавания” внешнего, каким бы неестественным это внешнее ни было. Этого также не учитывает ни одна из существующих методик психофизических, психофизиологических или психологических исследований, что также порождает разнообразные методические ошибки, приводит к неверной интерпретации итогов исследований.

У живых организмов внешнее воздействие воспринимается рецепторами (сенсорами), что порождает рецепторную реакцию. Поэтому (согласно принятому ранее принципу, что внешнее и внутреннее дано живым организмам через их ощущения, проявляющееся, в том числе, и в определенных физиологических реакциях) внешнее для данного организма может быть оценено (измерено) также на уровне соответствующих - физиологических отражений, т.е. будет косвенным. Именно поэтому физиологическая реакция живого организма, связанная с компенсацией внешнего воздействия за счет определенных физиологических ответов будет соответствовать косвенной оценке внешнего.

Осуществление организмом практически полной компенсации входного сигнала не только соответствует “узнаванию” входного стимула, но и делает возможным в дальнейшем выполнение действий при отсутствии самого входного стимула, что было обсуждено здесь при уточнении содержания узла управления психикой.

Из этой посылки следует, что сигналы, могущие представлять опасность для жизни организма, при определенных условиях могут игнорироваться психикой, не приниматься в “расчет”. Именно в этих случаях, когда внешнее воздействие может представлять опасность для организма, природа предусмотрела психический заменитель скомпенсированному внешнему воздействию в форме боли, как психической реакции. Следовательно, сенсоров боли в природе не существует, но опять же все в этом случае отдается на усмотрение разума и только разума.

Приведенные соображения, как представляется, достаточно наглядно демонстрируют жизненную необходимость наличия функции компенсации у каждого живого организма, на какой бы ступеньке филогенетической лестницы ни находился этот конкретный организм, а также на любом уровне любого живого организма, т.е. начиная с уровня клетки этого организма.

 


ГЛАВА 8. ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ДЕЙСТВИЯ ФУНКЦИИ КОМПЕНСАЦИИ

Наиболее наглядно действие функции компенсации может быть показано на основе рассмотрения механизма зрения. С учетом сказанного выше здесь будет обсуждаться вопрос не “как”, а “что мы видим”. При такой постановке проблемы совершенно иначе следует относиться и к анатомии сенсоров. Новое понимание механизма действия сенсоров, если я окажусь прав (а я надеюсь, что действительно прав), вынудит пересмотреть устоявшиеся положения в отношении зрения, слуха, обоняния и т.п. Новый подход к анализу работы сенсоров вынуждает понимать иначе саму терминологию, касающуюся этих трактов.

Под “трактом зрения”, “трактом слуха” и т.д. здесь понимается такая система, в которую входят и активные воздействия со стороны, например мозга в трактах соответствующих сенсоров, обеспечивающие определенную компенсацию внешнего воздействия.

Прежде чем мы перейдем к анализу работы тракта зрения, давайте посмотрим, как сегодня все-таки понимают механизм зрения. При этом можно опустить рассмотрение анатомии глаза, как оптической системы.

Что касается действия самого механизма зрения, то здесь я воспользуюсь материалами короткой журнальной статьи В. Л. Ратнера “Как мы видим” (журнал “Химия и жизнь”, 1982 г., N11, стр. 41-48), которую я  выборочно процитирую. Меня привлекла данная статья не потому, что в ней изложен современный вариант понимания работы тракта зрения, но потому, что в ней достаточно четко обозначены проблемы, невыясненные вопросы, которые не позволяют пока создать полную и правдоподобную модель работы механизма зрения.

“Попытаемся понять, что же известно о работе фоторецептора, какова цепочка событий от поглощения фотона до появления сигнала на синапсе... Исторически раньше развивался фотохимический метод. Еще в прошлом веке немецкий ученый А. Кюне описал зрительный пурпур, который на свету сначала желтел, а потом совсем обесцвечивался. Позже было установлено, что нативный, готовый к восприятию света родопсин содержит ретиналь в 11-цис-форме (что-то вроде буквы Г), а в препаратах обесцвеченного родопсина ретиналь находится в транс-форме (похож на палку).

Это означало, во-первых, что свет поглощается ретиналем, и, во-вторых, что после поглощения света его молекулы изменяют форму. Заметим, кстати, что сама по себе изомеризация в растворе почти не требует энергии. Так что часто употребляемое выражение “энергия поглощенного фотона усиливается в сетчатке” не вполне правильно. На вход биологического усилителя попадает лишь часть энергии фотона, а вся она нужна в основном для того, чтобы преодолеть энергетический барьер, разделяющий цис- и транс-состояния ретиналя, когда он связан с белком. После совершения этой работы значительная часть энергии фотона превращается в тепло. Когда внутри белка вместо Г-образного ретиналя оказывается “палка”, это незамедлительно вызывает последовательные сдвиги спектра поглощения то в одну, то в другую сторону...

Каждое изменение спектра означает какое-то изменение структуры белка, конформационную перестройку... Значит, одна из этих перестроек (или одно из промежуточных состояний) и запускает дальше цепь событий, приводящую к появлению сигнала. Таково было представление о фотохимическом механизме восприятия света лет 20 тому назад, после работ группы исследователей во главе с Дж. Уолдом, получившим за них Нобелевскую премию. Он же сформулировал вопросы, на которые следовало искать ответы дальше: какая именно перестройка ключевая, что она “включает”?

В течение 15 лет считалось наиболее вероятным, что переход между метародопсином I и метародопсином II (метародопсин I имеет максимум спектра поглощения длины волны 480 нм и время жизни 1,0 мсек; метародопсин II имеет максимум спектра поглощения длины волны 380 нм и время жизни 100 сек. Примеч. мое. О. Ю.) является как раз той стадией, которая запускает дальше цепь событий, приводящую к появлению сигнала. Однако в последнее время стали накапливаться факты, плохо согласующиеся с таким предположением...

Оказалось, что есть другие стадии, ранее не известные, которые также могут играть ключевую роль. Еще хуже обстоит дело с ответом на второй вопрос. Здесь пока есть только разрозненные факты и туманные предположения...

Позже было выяснено, что в темноте в наружный сегмент течет ток ионов натрия. А на свету, как это ни удивительно, ток уменьшается. Любой человек, когда его просят сконструировать датчик, делает его таким образом, чтобы при нулевом сигнале тока не было. Природа, как правило, поступает так же. Однако в фоторецепторе она поступила иначе, и мы пока не понимаем, почему. Если палочки поглощают по одному фотону, ток уменьшается на 2-3%. При вспышке света, дающей около 200 фотонов на палочку, ток прекращается совсем и фотоответ насыщается (не растет больше при увеличении энергии вспышки)...

На что влияет свет? На ЭДС, создаваемую натриевым насосом, или на сопротивление, определяемое наружной мембраной?

...фоточувствительностью обладает не насос, а мембрана, сопротивление которой растет при освещении. Повышение сопротивления вызывает изменение падения напряжения. Последнее распространяется вдоль мембраны и доходит, таким образом, до синапса. На этом кончаются твердо установленные факты...

Мы подошли к основному на сегодняшний день вопросу фоторецепции: каким образом конформационное изменение родопсина, расположенного на мембране диска, вызывает повышение сопротивления наружной мембраны палочки? Первую разумную гипотезу высказал американский ученый В. Хэджинс. Он предположил, что в темноте в дисках накапливаются ионы кальция. При освещении родопсин понижает сопротивление мембраны диска на небольшое время. В междисковое пространство выходит порция ионов кальция, и это приводит к закрыванию натриевых каналов наружной мембраны...

И все-таки считать гипотезу доказанной пока рано. Дело в том, что из соотношения сигнала к шуму, который в палочке не более одной трети величины, соответствующей попаданию одного фотона в секунду, следует, что порция ионов на один фотон должна быть не меньше 10, а лучше 30-40 штук. А во всех экспериментах размножения не получается - на один фотон всегда выделяется (или может проходить) приблизительно один ион Ca++. Второй недостаток схемы с кальцием заключается в том, что она игнорирует наличие в наружном сегменте палочки ферментов, активность которых зависит от света...

Итак, нужно придумывать схему, в которой свет вызывал бы рост концентрации кальция, уменьшение концентрации циклонуклеотида, активацию ГТФазы (гуанозинфосфата. О. Ю.) и, в конце концов, рост сопротивления наружной мембраны. В самих схемах недостатков нет. Но ни одна из них не может объяснить все факты. В частности, было показано, что концентрации циклонуклеотида и кальция могут варьировать в широких пределах, а фотоответ не изменяется...Итак, как-то, - пусть мы пока не знаем в деталях, как, - поглощенный свет преобразован в увеличение электрического напряжения на мембране фоторецепторов. Дальше начинается обработка информации. Как она происходит? К сожалению, этого автор не знает. Принципы, которыми пользуется наш мозг, анализируя изображение, до сих пор не поняты. Известны лишь результаты.

Мозг умеет как бы идеализировать образы, абстрагируясь от признаков, в данной ситуации несущественных. Скажем, если мы увидим десять белок, то сначала они покажутся одинаковыми (абстрактный образ белки) и только потом мы уловим различия между ними. Если написать букву А десятью разными способами, то даже ребенок 7-8 лет уверенно узнает ее. Предпринимаются упорные попытки научить машину делать то же самое, но говорить, что проблема решена, пока рано”. 

Прекратим на этом выборочное цитирование статьи Ратнера, поскольку нами выявлены главные проблемы, связанные с пониманием (НЕ-пониманием) механизма зрения. Как говорится, мозаика пока никак не складывается в полную картину. Мне кажется, что вопрос мог бы быть решенным и на уровне нейроанатомии и на уровне когнитивных процессов в том случае, если бы можно было предложить объяснение работы тракта зрения на уровне структурном, или функциональном.

Это означает необходимость проведения принципиально новых когнитивных (в данном случае - просто познавательных) экспериментов со зрением, из которых можно было бы сделать более определенные выводы, заключения о природе и характере преобразования сигналов в тракте зрения. Мне представляется, что я могу предложить такого рода эксперименты, дающие как раз когнитивный материал для конкретных функциональных обобщений.

Для этого я хочу рассказать о ряде феноменов зрения и попытаться их объяснить с позиции информационно-отражательной модели. Кроме того, необходимо заново переосмыслить ряд известных свойств сенсорных систем.

Сначала мы рассмотрим явление, которое принято связывать с так называемой “эйдетической памятью” (образной памятью). Следует заметить, что введение такого рода понятий является своеобразным введением специфических аксиом, когда одно непонятное заменяется на другое также непонятное, но зато получает вполне определенное определение, не всегда правильное. Так происходит и с так называемой “эйдетической памятью”, когда загадочное в целом явление при отсутствии понимания, скажем, самого понятия “память” дополняют еще более непонятным “эйдетическим” содержанием. Сам же феномен достаточно часто наблюдается в обычной жизни.

“Многие ученые, выступая перед публикой, мысленно представляют себе свои рукописи. Как описывает известный французский психолог Бинэ, один государственный деятель рассказывал, что запинки в его речи на трибуне происходили от того, что он приходил в замешательство от помарок с зачеркнутыми местами в своей рукописи... Из литературы нам известны примеры необычайной зрительной памяти. Так, И. И. Левитан по отдельным наброскам, сделанным летом, зимой воссоздавал виденные им картины природы.

Известный английский портретист Дж. Рейнольдс в течение некоторого времени изучал позировавшего ему человека, а затем писал портрет по памяти. Он не нуждался более, чем в одном сеансе для написания портрета: “Когда передо мной являлся оригинал, - объяснил он, - я рассматривал его внимательно в течение получаса, набрасывая время от времени его черты на полотно; более продолжительного сеанса мне не требовалось. Я убирал полотно и переходил к другому лицу. Когда я хотел продолжать первый портрет, я мысленно сажал этого человека на стул и видел его так ясно, как если бы он был передо мной в действительности; могу даже сказать, что форма и окраска были более резкими и живыми. От времени до времени я взглядывал на воображаемую фигуру и принимался ее рисовать; я прерывал свою работу, чтобы рассмотреть позу, совершенно так же как если бы оригинал сидел передо мной, и всякий раз, как я бросал взгляд на стул, я видел человека”.

Таким образом, художник воспроизводил на полотне черты лица. По-видимому, образ неизгладимо запечетлевался в его памяти” (А. М. Вейн, Б. И. Каменецкая “Память человека”, М., “Наука”, 1973 г., стр. 101, 102).

То, что здесь названо зрительной, или “эйдетической памятью”, безусловно, имеет к памяти непосредственное отношение, однако дело совершенно в ином. Я постараюсь достаточно подробно рассказать о явлении целенаправленной “галлюцинации”, которую я сам вызвал у себя в достаточно экстремальной ситуации.

Дело происходило в январе 1961 года, когда я, тогда студент электротехнического факультета, сдавал экзамен по электрическим машинам. Данный предмет сложен потому, что многие положения в нем являются эмпирическими, и теория электрических машин во многом является синтезом эмпирики и “приложений” некоторых теоретических обоснований.

Должен сказать, что учился я отлично и на любой экзамен шел, не имея каких-либо проблем, нерассмотренных вопросов, невыясненных моментов. Помимо относительно систематической работы в течение семестра мы с другом готовились к сессионным экзаменам по предложенной мной методике (не Бог весть какой, но эффективной) и к экзамену подходили, что называется “во всеоружии”. Поэтому, в частности, большинство институтских экзаменов я сдавал без какой-либо предварительной подготовки, сразу после получения экзаменационного билета.

И на этот раз я шел на экзамен полностью подготовленным. Тем не менее “на всякий случай” (чуть ли не единственный раз) я прихватил с собой свой конспект, который, как правило, вел на лекциях систематически и аккуратно. Шпаргалками я никогда не пользовался, поэтому причина, по которой я захватил конспект, была несущественной: хотелось как-то психологически подстраховаться. Тем более, конспект - это, все-таки, не шпаргалка и им не так просто воспользоваться.

Взяв билет, я прочитал вопросы. Первый был: “Реакция якоря электрической машины постоянного тока”. Второй: “Электромашинные усилители”. Прочитав вопросы, я был совершенно озадачен: второй вопрос мог рассказать немедленно, а по первому вопросу не было в памяти даже следов того, что я изучал этот вопрос.

Делать было нечего, отвечать я был не готов, поэтому сел за парту, стоявшую непосредственно перед преподавателем. Чтобы хоть как-то прийти в себя, я стал достаточно подробно писать ответ по второму вопросу, хотя надобности в этом не было. Когда же со вторым вопросом было покончено, я начал пытаться вспомнить, о чем вообще может идти речь в первом вопросе, но абсолютно ничего вспомнить не мог.

Положение казалось безвыходным, и я решил заглянуть в конспект. Каково же было мое разочарование, когда оказалось, что те две лекции, на которых рассказывалось о реакции якоря двигателей постоянного тока, я “добросовестно” прогулял. Тем не менее, именно это “открытие” меня совершенно успокоило: стало понятно, что данный вопрос я изучал по учебнику.

Поняв это, я как-то внезапно увидел (в буквальном смысле) перед собой необходимые страницы учебника. Я видел все: текст, рисунки и подрисуночные подписи, номера страниц, которые мне необходимо было “перелистывать”. Видел так, как, скажем, вы видите данный текст, читая его в данное время. Но удивительно было то, что самого текста я не помнил и не понимал. Поэтому в сложившейся ситуации я просто полностью, совершенно подробно, со всеми запятыми, переписал нужный материал, занимавший в книге три страницы, переводя взгляд со страниц “книги” на лист бумаги. После переписывания нужного текста я получил так необходимую мне “шпаргалку”, прочитал ее, разобрался в материале и отлично сдал трудный экзамен, ответив на все вопросы преподавателя.

Я привел данный пример вовсе не для того, чтобы продемонстрировать возможности своей памяти. Тем более что и память в данном случае “сработала” специфически: я видел, но не понимал, т.е. не воспринимал виденное. Над этим феноменом я задумывался неоднократно, рассказывал о нем разным людям, но либо те не понимали данного явления, либо считали это обыденным случаем.

Воздержусь пока от анализа явления “эйдетической памяти” с позиции информационно-отражательной модели, поскольку данных для объяснения пока недостаточно.

Другие, близкие к “эйдетической памяти”, эффекты, мы встречаем достаточно часто, не обращая на них особого внимания. Так при входе в затемненное помещение мы первоначально ничего не видим, пока наше зрение не адаптируется каким-то образом к новой ситуации. Объяснение этого явления, а в равной мере и эффекта непрерывности киноизображения за счет “инерционности” нашего зрения, на мой взгляд, не более чем уход от проблемы.

Можно провести и такой опыт, также лежащий в русле рассматриваемого эффекта, который заключается в определенном выявлении особого свойства нашего зрения при определенных условиях формировать негативное изображение от только что виденного объекта.

Если в течение 30 – 40 с смотреть на какой-либо неподвижный предмет или на какое-либо изображение, а затем перевести взгляд на белое пространство (белый лист бумаги, белое полотно), то на фоне этого белого пространства будет в течение некоторого времени видно несуществующее изображение, но в негативном изображении. Вот это-то чрезвычайно важно для понимания следующих описываемых феноменов зрения.

В работе Ж. Годфруа “Что такое психология” (М., “Мир”, пер. с фран. 1996 г., т.1, стр. 184) вскользь упоминается о теории Геринга (E. Hering, “Theory of Light Sensation”, Boston, 1912), согласно которой в цветовом зрении имеют место оппонентные процессы. В частности, на цветной вкладке в книге Ж. Годфруа дано цветное негативное изображение американского флага. Если посмотреть на это изображение в течение указанного времени, а затем перевести взгляд на белый лист бумаги, то экспериментатор действительно в течение некоторого времени будет видеть изображение американского флага, но в обычном, в данном случае, позитивном изображении.

Вот как объясняет это явление В. Д. Глезер.

Напомним хорошо известные факты об отрицательных последовательных образах: если достаточно длительное время смотреть на белый квадрат, а затем перевести взор на серую поверхность, то будет виден черный квадрат; если смотреть на красную фигуру, а затем ее убрать, - будет видна зеленая. Менее известен факт форменных последовательных образов: если смотреть на вертикальную решетку, то последовательный образ виден как горизонтальная исчерченность. Последовательные образы - психофизический коррелят оппонентных свойств нейронов зрительной системы. Оппонентность в свою очередь отображает линейные свойства нейрона.

Наиболее очевидно это для системы бело-черных нейронов, измеряющих яркость. Линейность Х-нейронов сетчатки, НКТ (наружного коленчатого тела. О. Ю.) и зрительной коры основана на том, что увеличение освещенности оn-участка РП (рецептивного поля. О. Ю.) вызывает возбуждение, а уменьшение ее - торможение. Такая организация неудивительна. Представляется естественной возможность отвечать в обе стороны от нуля на изменения интенсивности света. Менее очевиден смысл организации красно-зеленой и желто-синей осей в цветовом зрении. Еще более странными кажутся оппонентные свойства нейронов, являющихся ПЧФ (пространственно-частотными фильтрами. О. Ю.). РП, служащие для описания формы, устроены гораздо сложнее, чем цветовые. Однако принцип оппонентности сохраняется и для них. РП большинства нейронов зрительной коры тормозятся на ориентации, отличающиеся (отличающейся? О. Ю.) от оптимальной. Боковые относительно пика ПЧХ (пространственно-частотной характеристики. О. Ю.) частоты также оказывают тормозное влияние.

Если учесть, что ПЧ (пространственная частота. О. Ю.) и ориентация - равноправные характеристики двумерного фильтра ПЧ..., то ясно, что указанные выше свойства РП отображают оппонентность в системе описания формы. Следовательно, оси n-мерного пространства, служащего для описания формы, также полярны. Принципы организации нейронных сетей, выполняющих оппонентные операции в разных системах, должны быть общими. Как уже подчеркивалось выше, система цветовых измерений очень интересна в силу относительной своей простоты как модель для понимания функционирования более сложной системы описания формы. Можно предположить, что в многомерном пространстве, полученном на основе пространственно-частотного описания, действуют алгоритмы, близкие к тем, которые работают в трехмерном пространстве описания цветов.

То обстоятельство, что при описании формы сложного изображения число осей пространства очень велико, не имеет значения для применения этого алгоритма. Существенно лишь, что каждая ось построена по принципу оппонентности. Таким образом, принцип оппонентности выдерживается на каждом последующем уровне все более усложняющейся организации. Действительно, on- и off-нейроны служат для описания яркости вдоль одномерной оси, цветовые нейроны вместе с бело-черными - в трехмерном цветовом пространстве, корковые нейроны – для описания формы в n-мерном пространстве. Упорство, с которым на каждом уровне создается в нейронных сетях оппонентность, свидетельствует о ее важности. Хотя на рассматриваемых до сих пор уровнях нет обучающихся нейронов, значение оппонентности, вероятно, в том, что она необходима для обучения на последующих уровнях... В чем же смысл оппонентности? Ее можно понять как нейрофизиологическое оформление устройства, служащего для передачи отрицательных значений сигнала” (В. Д. Глезер, “Зрение и мышление”, Л., “Наука”, 1985 г., стр. 172-173).

В приведенной  цитате дано много объяснений “инструмента” зрения, но нет объяснения самой необходимости принципа оппонентности. Приведенное обоснование оппонентности как средства передачи отрицательных сигналов дано совершенно неубедительно, поскольку опять же уводит вопрос из одной плоскости незнания в другую. Точно также выглядит замена непонятных “последовательных образов” на “психофизический коррелят оппонентных свойств нейронов зрительной системы”.

Для чего и в чем состоит данный принцип - это намного важнее, чем знание того, как это устроено, так как это уже второй, следующий этап исследования. Удивляет, что не выдвинуто никакой гипотезы для объяснения необходимости и сущности этого явления для цветных сигналов, так как здесь уже никакие “положительные” или “отрицательные” сигналы не могут быть. Имеется и такое возражение: из приведенного отрывка видно, что “кто-то” (мозг или глаз) занимается только тем, что “описывает формы”. Разум (человека или другого организма) при такой интерпретации совершенно отбрасывается.

Вряд ли “описание” вообще необходимо, так как из “описания” ничего не следует, и оно нигде не может быть использовано разумом, в том числе и при “узнавании” ситуации. Вспомним, что каждый предмет, каждое явление предстают перед нами всякий раз в совершенно обновленном варианте, ничуть не “похожем” на предыдущие предъявления. Поэтому “описание” внешнего мира (при его наличии) было бы таким громоздким, что для него не хватило бы никакой памяти.

Представляется также странным принятое автором неопределенное нулевое значение освещенности, относительно которого “естественно” осуществляется измерение освещенности в большую или меньшую стороны. Данная гипотеза совершенно “неестественна” как раз в силу принятых в физике методов измерения освещенностей. У Глезера, как можно положить, нулевое значение освещенности вовсе не означает такое освещение (предмета), когда поток света вовсе отсутствует. Нулевое освещение оказывается вовсе не нулевым, а каким-то неопределенным.

Более того, в цитировавшейся выше статье Ратнера приводятся сведения о реакции фоторецепторов совершенно иным - от максимума - образом, т.е. нет какого-то “среднего” ощущения освещенности. Следовательно, если такого рода восприятие освещенности имеется, то оно должно быть функционально необходимо, но при этом должно быть обеспечено иным, “инструментальным” методом. Я думаю, что такое толкование Глезером понимания восприятия глазом уровня освещенности обнаруживает, скорее, желание подогнать наблюдаемые явления под какую-то, чем-то удобную модель. Поэтому on- и off-нейроны трактуются, на мой взгляд, совершенно неверно.

В приведенной цитате принципиальным недостатком системы представления является и то, что нейронам отдано то, что им не может принадлежать никак - самообучение или просто обучение нейронов: самообучение или просто обучение должно принадлежать разуму в целом, во всей его совокупности, без подразделения на какие-то “разумные” частички, или “частично разумные части”. Не правда ли, как это странно звучит?

Мне представляется важным то, что принцип “оппонентности” прослежен В. Д. Глезером на нейронном уровне. Но объяснение этому факту можно дать и совершенно иное: тот механизм компенсации, о котором шла речь выше, наличествует, так сказать, на инструментальном уровне и может отражать связи как “сердца” мозга с сенсорами, так и сенсоров с “сердцем” мозга  (off- и on-нейрон). Следовательно, тщательное исследование того, как “устроен” сенсорный механизм, не создает условий проникновения в секреты его работы.

Для того, чтобы сформулировать и обосновать модель работы механизма зрения, рассмотрим эффект зрения, открытый мной в 1971 г. Каждый может провести описываемый опыт без какого-либо ущерба для своего здоровья. Для этого, устроившись поудобнее (лучше лежа), посмотрите в течение нескольких секунд (от двух до пяти или несколько более, но эффекты будут проявляться иначе) на свет включенной электрической лампы, хотя это может быть и другой источник света, скажем, пламя свечи. После этого, не меняя позы и не убирая источник света, прикройте глаза веками. Сначала вы увидите несуществующее изображение источника света так, будто он остался перед глазами, хотя, конечно, яркость его будет меньше. Однако несуществующее изображение постепенно будет темнеть, изменяя цвет от ярко-желтого через малиново-красный к темно-синему и темно-фиолетовому, будет расплываться, терять четкость.

Когда вам покажется, что изображение полностью почернело и почти исчезло, прикройте дополнительно глаза ладонью, которая в этом случае будет выполнять функцию дополнительного экрана. В этот момент изображение вновь станет достаточно ярким и четким, приобретет прежний, т.е. желтый цвет. Дождитесь почти полного исчезновения изображения и уберите ладонь, играющую роль защитного экрана (веки не открывайте). Вы вновь увидите изображение, но оно станет на этот раз негативным, т.е. черным и снова начнет расплываться, сливаясь с подсвечиваемым фоном. Потом заслоните вновь ладонью-экраном свет от лампы, и вы снова увидите исчезнувшее изображение, которое вновь станет позитивным. Так можно повторить манипуляции с экраном несколько раз, и эффект, постепенно слабея, будет повторяться, но при каждой последующей манипуляции негатив (позитив) будет меняться на свою противоположность.

Продолжительность эффекта, варианты “цветовой игры” несуществующего изображения будут зависеть от времени начальной экспозиции (времени засветки при открытых веках), от интенсивности источника света. Можно также манипулировать моментом установки и удаления экрана: этим вы будете либо сокращать, либо увеличивать продолжительность наблюдения эффекта. Личные наблюдения дали мне такие данные. Время первой деградации изображения (t1) (после закрывания глаз веками) от 30 до 35 сек. Время второй деградации (t2) – примерно (25-30) сек. Каждая  последующая итерация становится короче на (5-10) сек. Общее время наблюдения эффекта - от 80 - 100 до 240 - 250 сек. На рисунке представлена  примерная картина наблюдаемого феномена зрения по субъективному восприятию.

При внимательном наблюдении за ходом эксперимента, можно увидеть также и определенные изменения цветовой гаммы и освещенности остального поля зрения (при закрытых веках), что также связано с наблюдаемым эффектом. Важно другое: несуществующее изображение вы наблюдаете настолько долго, что это уже не может быть объяснено “последовательными образами” или “эйдетической памятью”.

В 1971 г. я записал свои наблюдения, дав принципиально новое обоснование механизму зрения и сновидениям. Надо сказать, что к тому времени мне еще были недоступны главные положения информационно-отражательной модели, но, тем не менее, мне удалось все-таки достаточно близко подойти к объяснению феномена, который, кстати, уже тогда объяснил мне эффект зрения, наблюдавшийся мной на экзамене (феномен “эйдетической памяти” страниц книги).

Теперь дадим объяснение описанным феноменам зрения с позиции информационно-отражательной модели. Сам факт наблюдения в течение достаточно длительного по продолжительности времени несуществующего изображения, возобновляемого только за счет изменения (модуляции) освещенности фона, говорит о том, что это несуществующее изображение реально существует на сетчатке глаза, т.е. синтезируется нашим разумом. Всякая попытка объяснить этот эффект через инерционность очевидно будет неудовлетворительной, поскольку вследствие инерционности не могло бы появиться негативное изображение, явственно проявляющееся на последующих итерациях, а также не могло бы произойти восстановление позитивного изображения.

Смысл же инерционности, очевидно наблюдаемой, заключается в том, что достаточно сильный и контрастный внешний сигнал запоминается и затем вновь воспроизводится через функцию компенсации на сетчатку глаза. При этом обратное восприятие происходит в инверсном виде по отношению к самой функции компенсации. Об этом как раз говорит преобразование представляемого изображения из позитивного представления в негативное и наоборот.

Имеет смысл подробно проанализировать ход процесса формирования каждого из изображений в данном эксперименте (см. рисунок 4).

До того, как вы закроете веки, функция компенсации максимальна именно в зоне засветки сетчатки. В тот момент, когда вы закрываете глаза, на сетчатку глаза начинает проникать тот поток света, который ваши веки могут пропустить. В результате вся сетчатка глаза получает равномерную засветку, в которой нет каких-либо конкретных образов. Следовательно, по всему полю зрения нет стимулов, вызывающих формирование образной интегральной функции.

Сохраняющееся изображение от нити накаливания сформировано функцией компенсации, которую мозг запомнил именно в силу ее интенсивности, что вызывает ощущение продолжающейся засветки сетчатки в этом месте, т.е. создается кажущаяся освещенность сетчатки. Отсутствие реального изображения и полная фоновая засветка постепенно ослабляют действие функции компенсации, т.е. генерируемое мозгом изображение, которое изменяет спектральный состав, постепенно гасится и теряет четкость. То, что действует именно функция компенсации, вы обнаруживаете именно в тот момент, когда вводите дополнительный экран (например, ладонь). Действительно, до введения дополнительного экрана засветка сетчатки уже ощущается почти как равномерная, но именно дополнительный экран обнаруживает, что данная зона сетчатки (та, где было изображение нити накала) управляется от мозга: изображение вновь вспыхивает прежним цветом. Значит, изменение к нулю фоновой освещенности смещает как бы начало отсчета, что и позволяет выявить указанное индивидуальное управление от мозга конкретного участка сетчатки.

Дальнейший процесс изменения функции компенсации при использовании дополнительного экрана (ладони) позволяет увидеть, что проэкспонированный участок сетчатки вновь приближается по значению яркости свечения к усредненному по полю зрения (т.е. к нулевому), с той разницей, что этот участок сетчатки мозгом воспринимается активно. Но поскольку действие функции компенсации продолжается, то приобретший темный цвет участок сетчатки после удаления дополнительного экрана сохраняет свою темновую “освещенность”, что теперь воспринимается уже как негативное изображение нити накаливания.

В ходе следующей итерации (после удаления дополнительного экрана) кажущаяся освещенность данного участка сетчатки будет стремиться к максимальной освещенности, имеющейся по всему полю сетчатки. Поэтому последующее введение дополнительного экрана вновь восстанавливает исходное изображение нити накаливания, т.е. ярко-желтое.

Однако остается открытым вопрос, почему в одних случаях после экспозиции мы сразу видим негативное, а в нашем эксперименте первоначально наблюдаем позитивное изображение?

Изменим схему нашего эксперимента. Сразу после такой же экспозиции не будем закрывать глаза, а посмотрим на освещенное белое полотно, например, лист бумаги. В данном случае на белом фоне при открытых глазах первоначально мы будем видеть, как и в предыдущем случае, позитивное (ярко-желтое) изображение нити накаливания, но  через 3-5 сек (после прекращения засветки) изображение станет совершенно темным, т.е. негативным по отношению к пространству листа.

Если после этого мы закроем веки, то изображение вновь станет ярко-желтым, т.е. позитивным. Проделывая описанные  в предыдущем эксперименте манипуляции, в дальнейшем мы будем наблюдать ту же самую картину, что и в первом случае. Следовательно, в самой сути процесса ровным счетом ничего не меняется, и все зависит от фоновой засветки, о чем выше уже говорилось.

Не меняет содержания и хода процесса и такое изменение эксперимента, когда мы, находясь в затемненной комнате, первоначально дадим короткую экспозицию (250-500 мсек.) за счет короткой вспышки, а затем, закрыв глаза веками, дадим освещение помещения и начнем манипулировать экраном по прежней методике: результаты повторятся в точности.

Исходное изображение малой яркости в “негативном исполнении” мы можем увидеть в том случае, если для своих дальнейших наблюдений выберем ровный фон высокой яркости, а экспонируемое изображение будет иметь невысокую яркость. В этом случае в течение очень непродолжительного времени, пока не “погаснет” функция компенсации, мы видим негативное, по отношению к исходному, изображение. На темном фоне в этом случае мы вообще ничего не увидим. Если же исходное изображение будет иметь большую яркость по сравнению с яркостью выбираемого для наблюдения фона, то мы увидим прежнее, т.е. исходное изображение, которое будет гаснуть так, чтобы кажущаяся засветка конкретного участка сетчатки сравнялась с фоновой засветкой. В случае, когда мы не проводим дальнейших манипуляций с освещенностью фона, происходит “забывание” только что наблюдавшегося светового символа.

Следовательно, разум, обладая возможностью воспроизводить реально любые изображения, “стремится” “забыть” их. При иных условиях обратное восприятие, имеющее характер реально возникающей положительной обратной связи в тракте зрения (очевидно так же и в других сенсорных трактах), привело бы к возбуждению сенсорного тракта, а вместе с ним и нарушило бы устойчивую работу психики. С этой точки зрения эффект “забывания” равноценен механизму демпфирования, используемому в технических системах.

Все эффекты наблюдения изображения после того, как наблюдаемый предмет исчезает из поля зрения, подтверждают реальную работу функции компенсации, но дополняют наше знание о ней тем, что мозг в норме реально синтезирует  негативное по отношению к реальности изображение, т.е. действительно компенсирует внешний сигнал.

Это приоткрывает механизмы “узнавания” предметов, символов, явлений, процессов, поскольку функция отражения благодаря действию функции компенсации почти полностью компенсирует (в некотором смысле - уничтожает) входной сигнал.

Данный вывод чрезвычайно важен, поскольку каждый может убедиться в том, что аддитивное сложение позитивного изображения и негативного изображения (наложение их друг на друга) дадут нейтральное, скорее всего, серое поле почти без изображения. Следовательно, функция компенсации обеспечивает сокращение новой информации для мозга, что также принципиально важно, так как в этом случае существенно уменьшается суммарный поток новой информации, который должен быть усвоен мозгом.

В случае несоответствия внешней информации и информации, синтезированной мозгом, узнавания не может произойти или оно будет осуществлено с большой ошибкой.

Теперь мы можем вполне уверенно сказать, что мы “видим” разность между входным зрительным стимулом и компенсирующим его внутренним зрительным стимулом, являющимся инверсией (негативом) по отношению к входному стимулу. Именно это и является основой механизма “узнавания”. Как осуществляется процесс “узнавания” рассмотрен мной в книге “Психология живого мира”.

Главный вывод из этих экспериментов состоит в том, что активное управление сетчаткой глаза действительно имеется. Это реально подтверждает действие функции компенсации.

Другой вывод состоит в том, что внутреннее воздействие от мозга к сетчатке глаза за счет функции компенсации мы действительно воспринимаем вновь как реальное изображение в инверсном виде по отношению к функции компенсации.

Выявленное взаимодействие мозга и глаза реально подтверждает мысль о том, что сенсоры (а в данном конкретном случае - глаза) являются неотъемлемой частью мозга.

Описанные выше эксперименты по выявлению действия механизма компенсации в работе тракта зрения позволили понять “что мы видим”, а видим мы именно разность между входной информацией и информацией, синтезированной нашим мозгом.

Еще один важный вывод из рассмотренных экспериментов состоит в том, что нельзя назвать галлюцинации просто какими-то химерическими построениями внутри мозга: мозг генерирует конкретные изображения, проектирует их на сетчатку глаза, а затем снова воспринимает их как реальность.

 


ГЛАВА 9. ПОТРЕБНОСТИ И РЕФЛЕКСЫ

Для четкого понимания дальнейшего материала необходимо изложить здесь некоторые выводы из общей теории психических функций. Этот материал будет представлен в ограниченном объеме, достаточном для понимания общей методологии информационных методов лечения болезней. Четкое понимание информационной сути потребностей необходимо для понимания возникновения и, соответственно, лечения некоторых видов психических заболеваний.

Одним из принципиальных выводов, полученных при разработке информационной теории психических процессов, является вывод о невозможности включения “в работу” ни одного рефлекса, если  отсутствует соответствующая потребность. Кроме того, ни один рефлекс не может быть константным, неизменяемым. Каждый рефлекс обязательно “приспосабливается” разумом организма к конкретной ситуации, которая никогда не может повториться даже в деталях. С этой точки зрения рефлексы (безусловные и условные) всегда выступают лишь как “домашние заготовки” (но не готовые решения), которые и приспосабливаются к определенной деятельности. Следовательно, все рефлексы также видоизменяются, развиваются, трансформируются в ходе жизненного процесса. Рассмотрим вопрос о соотношении потребностей и рефлексов более подробно.

Вопрос о том, как возникают и в чем проявляются потребности организма, относится к числу важнейших вопросов. Однако можно указать на наличие таких потребностей, которые могут представать перед нами как заданные. Такие потребности принято обуславливать, объяснять благодаря наличию безусловных рефлексов, врожденных инстинктов.

“Представление о безусловном рефлексе принадлежит к числу фундаментальных понятий физиологии высшей нервной деятельности. Невозможно себе представить какой-либо условный рефлекс (даже второго, третьего и т.д. порядков), в основе которого нельзя было бы обнаружить соответствующего безусловного рефлекса. Для физиологии высшей нервной деятельности это правило имеет столь же непреложное значение, как второй закон термодинамики для физики.

Наиболее существенной чертой любого безусловного рефлекса является его врожденность, его генетическая заданность, противопоставляемая индивидуально приобретенному онтогенетическому опыту. Классический пример чисто врожденного поведения - действия птенца, обеспечивающие его вылупление из яйца. Врожденный характер носит и умерщвление мыши птенцом копчика стереотипным ударом в голову. Новорожденные цыплята предпочитают клевать трехмерные объекты, а не плоские кружки” (“Физиология поведения. Нейрофизиологические закономерности”, Л., “Наука”, 1986 г., стр. 80).

Представляется, что ясности в вопросе о рефлексах и потребностях, их взаимном соотношении (взаимозависимости или независимости) до сих пор нет. Так рефлексом называют такую цепь событий, когда сигналы от какого-либо органа чувств передаются с помощью нервной системы и вызывают автоматическую реакцию. Иначе говоря, в понятие рефлекса включены как входные данные, так и выходные. Более сложные стереотипные формы поведения, детерминированные генетически, принято называть инстинктами, которые уже могут деформироваться под влиянием опыта или, в отдельных случаях, не формироваться вовсе, что, в некотором смысле, совершенно непонятно.

Кроме того, инстинктивное поведение, по мнению современных исследователей, может проявиться только тогда, когда имеется соответствующая стимулирующая внешняя ситуация и определенные внутренние факторы в форме потребностей или мотиваций. Следовательно, как только начинают рассматриваться инстинкты, вопрос сразу же становится совершенно запутанным: автоматизм перемешивается с потребностями и взаимоотношение инстинктов и потребностей повисает в воздухе.

Соответствие между типом раздражения и типом поведенческой реакции навело ученых на мысль о существовании какого-то механизма, способного решать, какую именно из всех свойственных данному виду форм поведения следует запустить в том или ином случае. Этот механизм получил название врожденного пускового механизма, который, по мнению исследователей, можно было бы сравнить с заложенной в вычислительную машину программой. Введение понятия “пусковой механизм” еще больше запутывает ситуацию и нисколько не объясняет явление.

Теперь рассмотрим понятия “мотивация” и “потребность”.

Так, “мотивация есть физиологический механизм активирования хранящихся в памяти следов (энграмм) тех внешних объектов, которые способны удовлетворить имеющуюся у организма потребность, и тех действий, которые способны привести к ее удовлетворению” (П. В. Симонов).

“Потребность есть специфическая (сущностная) сила живых организмов, обеспечивающая их связь с внешней средой для самосохранения и саморазвития, источник активности живых систем в окружающем мире” (П. В. Симонов).

Следовательно, при таких определениях мотивация выступает как семантическое понятие, не приводящее само по себе к действию, но объясняющее его, а потребность как побудительный фактор приводит к тому или иному движению (физическое движение, движение мысли и т.д.). Однако здесь уже нет места для рефлексов или инстинктов.

В результате совершенно очевидной становится неполноценность всей системы взглядов на потребности и рефлексы (инстинкты). При таком подходе исчезает какая-нибудь связь между рефлексами (инстинктами) и потребностями, что совершенно запутывает ситуацию. Поэтому такой подход не позволяет, на мой взгляд, когда-нибудь завершить изучение всего набора рефлексов, инстинктов и потребностей, провести их классификацию и инвентаризацию.

Наиболее сложным вопросом при анализе потребностей живого организма является определение первичности, или определение того, что порождает саму потребность. Если рефлекс (инстинкт) первичен по отношению к потребности, то тогда становится непонятным назначение самой потребности. Например, такие потребности, как потребность организма в кислороде, в питательных веществах, являющиеся основой поддержания гомеостатических функций, существуют вроде бы самостоятельно и приводят к движениям, которые в этом случае можно назвать рефлекторными. Следовательно, в этом случае не инстинкт (безусловный рефлекс) порождает потребность, а потребность порождает определенное инстинктивное движение (рефлекс).

На самом деле решение вопроса является намного более сложным, чем это можно было бы представить. Давая объяснение поведения при удовлетворении указанных потребностей через безусловные рефлексы или инстинкты, мы не объясняем ровным счетом ничего, уходим от вопроса.

Рассмотрим, например, функцию дыхания. В спокойном состоянии темп, или интенсивность дыхания минимальна. При беге, напротив, интенсивность дыхания максимальна. Следовательно, наблюдается разная потребность в интенсивности дыхания, или в объеме потребляемого кислорода. Тем не менее, этим проблема не исчерпывается. При прекращении бега, казалось бы, потребность исчезла и более не требуется высокой интенсивности дыхания, но организм какое-то время поддерживает эту интенсивность на прежнем уровне, постепенно снижая ее.

Происходит это потому, что в организме был израсходован некоторый запас кислорода, накапливаемый в спокойном состоянии для обеспечения возможной необходимости импульсного механического движения. Таким образом, для контроля дыхательного процесса организм располагает целым набором внутренних сенсоров, которые постоянно отслеживают только данный параметр, являющийся, следовательно, адаптивным, но не заданным заранее, что позволяет не считать функцию дыхания чисто рефлекторной.

Мне могут возразить, что при минимальной интенсивности дыхания все-таки действует рефлекс, обуславливающий минимальную интенсивность дыхания. На это можно указать, что при нахождении плода в организме матери, т.е. еще до появления на свет, этот рефлекс почему-то не действует: в нем нет потребности, поскольку плод находится в околоплодной жидкости и дышать в привычном смысле просто не может.

Можно подобным образом проанализировать все остальные витальные рефлексы и показать, что они являются также адаптивными, т.е. управление идет от множества различных сенсоров, и рефлексы... не являются в общепринятом смысле рефлексами.

Сюда относятся питьевой рефлекс, регуляции сна, пищевой, оборонительный и т.д. Таким образом, я выступаю против сложившейся системы взглядов на некоторые основания психологии, в частности - против наличия рефлексов у любого живого организма в прежнем их понимании. Точнее: я выступаю против не самих рефлексов, не против их существования, а против их включения в первичные цепи управления организмом. Такое “включение” рефлексов (инстинктов) исключает “потребность” в потребностях, обесценивает их.

Рефлексами следует называть только такие формы поведения, которые запрограммированы на генетическом уровне или приобретены в процессе определенных форм обучения, но не являются определяющими в организации поведения, поскольку они включаются только тогда, когда формируется соответствующая им потребность, причем степень интенсивности реакции в форме рефлекса соответствует степени актуализации этой потребности.

Приведенный краткий анализ одного из витальных инстинктов (дыхания) показал, что минимальный режим дыхания обеспечивается наличием постоянной потребности, которую можно определить, как минимальную, и которая у высших организмов вызывает движение, подобное таксисам простейших организмов, хотя такое определение можно и следует признать как некорректное. Дело в том, что при таком подходе нам не удастся перейти к выявлению процесса адаптации механизма дыхания.

Имеются, правда, два вида безусловных рефлексов - рефлекс сокращения зрачка при повышении яркости освещения и так называемый “коленный рефлекс”, которые проявляются как бы самостоятельно. Но очевидно, что сокращение зрачка - это адаптивная функция, что уже “выдает” ее подконтрольность разуму, а коленный рефлекс, связанный с разрядом некоторых синаптических структур в области колена, может реализовываться при участии, скажем, наиболее древней по происхождению структуры мозга - спинного мозга, что также оставляет за разумом реализацию такого движения.

Поэтому введем понятие порогового узла (ПУ), фиксирующего то или иное изменение гомеостаза или внешней обстановки. При таком подходе все витальные потребности имеют, по крайней мере, одно пороговое устройство, постоянно включенное и постоянно формирующее сигнал о наличии конкретной потребности. Механизм действия адаптации заключается в том, что для каждого вида витальной потребности имеется набор различных пороговых узлов, формирующих свои сигналы только при том или ином возрастании изменений процесса жизнеобеспечения, т.е. в некотором смысле эти пороговые устройства имеют разные пороги срабатывания. Адаптация в данном случае заключается в увеличении или уменьшении действия витальной потребности в зависимости от хода процесса гомеостатического регулирования.

Следовательно, потребность в этом случае формируется по данным не одного порогового узла, а по срабатыванию нескольких. Можно даже сказать, что каждое пороговое устройство формирует свою потребность, а итоговая, результирующая потребность является, таким образом, продуктом деятельности разума. Отсюда следует, что неопределенность сортировки потребностей вызывается, в частности, и многофакторностью каждой из них.

Итак, потребности - есть продукт деятельности разума; они являются входной стимулирующей функцией. Рефлексы являются выходной реакцией (следовательно, тоже продукты разума), но предназначены на удовлетворение имеющихся витальных потребностей, т.е. если не на их исключение, то, по крайней мере, на их уменьшение.

Отметим, что на данном этапе здесь рассматриваются витальные потребности, механизмы формирования и перестройки (адаптации) которых достаточно просто проследить.

К числу витальных потребностей (потребностей первого уровня) следует отнести:

- потребность в пище;

- потребность в воде;

- потребность в определенном температурном режиме;

- потребность в экономии сил;

- потребность в кислороде;

- потребность в защите от вредных внешних воздействий;

- потребность в отдыхе и т.д.

В отличие от классификации П. В. Симонова (см. “Физиология поведения. Нейрофизиологические закономерности”, Л., “Наука”, 1986 г., стр. 102-103)., в состав витальных (биологических) потребностей не включены потребности обеспечения видового существования. Здесь проведено ограничение на уровне исключительно индивида, чтобы более четко разграничить индивидуальное и видовое (т.е. уже социальное).

Совокупность витальных потребностей держит в постоянной работе разум, извлекая из памяти стандартные программы поведения, которые и следует назвать рефлексами, всякий раз перестраивая их в соответствии со складывающейся обстановкой, или адаптируя стандартные программы движений к конкретной ситуации.

При выполнении необходимого действия (физического, биохимического) потребность “выключается”, т.е. погашается. Это приводит к отключению использованного рефлекса (инстинкта). При указанном подходе становится понятным, когда и как включаются те или иные рефлексы, когда они перестают действовать. Это принципиально важно. Важно потому, что каждым рефлексом в конечном итоге управляет разум и только разум. Разум может управлять организмом, например, при использовании рефлексов как некоторых стандартизованных, но адаптируемых программ, когда имеется соответствующее воздействие четырех аналитических структур разума, рассмотренных ранее.

Витальные потребности являются источником и движущей силой того, что человек назвал “эгоизмом”. Понятно, что сам по себе эгоизм не может быть положительным или отрицательным свойством живого организма, поскольку его функциональное предназначение - сохранение индивида, т.е. является принципиально необходимым качеством, которое является источником совершенствования вида через конкретного индивида, благодаря саморазвитию, самосовершенствованию.

Можно сказать, что витальные потребности и соответствующие им витальные рефлексы (инстинкты) являются общими для всех уровней сложности живых организмов. При этом модификация данных потребностей и соответствующих рефлексов происходит только в направлении приспособления их к конкретной анатомии организмов, но не меняет их основания, их сущности. Поэтому и было сказано, что, скажем, таксисы инфузорий имеют совершенно определенное отражение в организмах более сложных. Но у более сложных организмов и эти движения имеют существенно более сложное воплощение в движение, чем это имеется у инфузорий.

Теперь можно перейти к рассмотрению более сложных потребностей, которые, с одной стороны, появляются у живых организмов по мере их усложнения, а с другой - сами потребности все более и более усложняются. Истоком таких потребностей являются все те же витальные потребности, но связаны новые виды потребностей с иной организацией существования живых организмов.

У одноклеточных организмов, например, у инфузорий нет врагов. Но в равной степени у них нет и друзей. Иначе говоря, каждая инфузория живет сама по себе, вне связи с другими особями. Кроме того, у каждой инфузории меню для питания практически постоянно - бактерии. Для инфузории не имеет смысла “интересоваться” как живут ее “сородичи”, чем питаются. Поэтому для уровня одноклеточных организмов характерно наличие только витальных потребностей.

У организмов более сложных, когда уже выделяются специальные клетки для организации жизни всех остальных клеток, возникают задачи совершенно нового плана: взаимодействие с другими особями своего и чужого вида. Особенно это наглядно видно, начиная с насекомых, имеющих половое разграничение. Следовательно, с определенного уровня усложнения организмов появляются потребности социального (межиндивидного) характера, первоначально достаточно простые (размножение). Еще на более высоком уровне организации живых организмов усложнение добывания пищи и расширение “продуктового меню” вызывают появление качественно новых потребностей, связанных с необходимостью освоения новых территорий, с накоплением навыков добывания пищи, борьбой с врагами.

Таким образом, появляются потребности второго уровня. Назовем все виды потребностей, обусловленных взаимодействием (взаимоотношениями), по крайней мере, двух живых организмов одного вида, социальными потребностями, которым соответствуют совершенно определенные социальные инстинкты.

К числу таких потребностей следует отнести:

- потребность видового сохранения;

- потребность принадлежать к определенной группе (иерархическая потребность);

- потребность в заботе о потомстве;

- потребность в навыках;

- потребность во владении определенной территорией;

- потребность в возможности обороны.

 В соответствии с появлением социальных потребностей у живых организмов появляются и развиваются новые, социальные рефлексы (инстинкты), которые уже необходимо (нередко существенно) перестраивать в конкретной ситуации.

Принципиальной особенностью практически всех социальных потребностей является то, что они в определенных условиях могут не сформироваться или чрезвычайно деформироваться. Уже одно это обстоятельство заставляет совершенно иначе взглянуть на их происхождение и существование у живого организма.

Важно и то, что социальные потребности, после их появления, адаптируются (перестраиваются) аналогично витальным потребностям. Соответствующие им рефлексы (инстинкты) перестраиваются, приспосабливаются, адаптируются в значительно более широком диапазоне, чем витальные рефлексы.

Социальные потребности, как это следует из их содержания, являются источником и движущей силой того, что человек назвал “альтруизм”. И снова мы обязаны подчеркнуть, что данное свойство живых организмов не может быть отнесено к положительным или отрицательным свойствам.

Если эгоизм направлен на сохранение жизни отдельного индивида, а через него - всего вида, в том числе и через видовое совершенствование, то альтруизм направлен на сохранение вида в целом, а через него и индивида, в том числе и путем консервации свойств.

Указанная особенность социальных потребностей не формироваться при определенных условиях или деформироваться проливает свет на обстоятельства их возникновения.

При каких же условиях происходит указанное нарушение формирования социальных потребностей и социальных рефлексов (инстинктов)? Исследователи, проводившие соответствующие эксперименты на животных, а также отдельные случаи “природных экспериментов” с человеком, отмечают невозникновение указанных потребностей и соответствующих инстинктов, когда на раннем этапе развития организма после его появления на свет происходила изоляция появившегося младенца от взрослых особей своего вида.

Дело в том, что по мере усложнения организмов после появления нового представителя на свет происходит “дозревание” все более и более несовершенного в соматическом отношении организма, т.е. происходит физическое “дозревание” организма во все более продолжительные сроки в зависимости от сложности организма относительно общей продолжительности жизни индивида. Соответственно происходит подобное “дозревание” и психических функций. Следовательно, природа “пошла” на то, чтобы за счет снижения исходной жизнестойкости нового организма и относительного снижения “стартового” уровня разума повысить итоговую “емкость” разума, развивающегося за счет специальных механизмов роста одновременно с соматическим развитием.

Для обеспечения психического “дозревания” принципиально необходимы совершенно определенные социальные контакты младенца с взрослыми особями. Отсутствие таких контактов называется психической депривацией, т.е. психической изоляцией, психической обделенностью, психической обедненностью. Психическая депривация приводит к необратимым психическим изменениям, которые уже никогда не могут быть восстановлены. Это еще одно принципиальное отличие социальных потребностей и соответствующих им инстинктов от витальных потребностей (рефлексов).

Сказанное в отношении психической депривации позволяет сделать вывод, что для формирования социальных потребностей на определенном уровне развития организма должны формироваться специфические сенсоры, срабатывание которых приводит к включению определенной социальной потребности.

Поскольку физической реализации таких сенсоров нет, то следует принять возможность существования таких специфических сенсоров на психическом уровне. Очевидно, что для включения таких психических сенсоров необходимо определенное срабатывание витальных сенсоров и наличие соответствующей сигнальной информации от сенсоров внешнего.

Трудно, конечно, утверждать наверняка, но представляется, что у таких высокоорганизованных в социальном плане насекомых, как пчелы, муравьи, термиты, появляющихся на свет сразу взрослыми особями, социальные инстинкты основаны как-то иначе, например, на принципах витальных потребностей. Более того, можно полагать невозможность их исчезновения. Поэтому все сказанное о социальных инстинктах, по-видимому, следует отнести исключительно к теплокровным животным.

Однако этим дело не исчерпывается, так как по мере усложнения организмов с точки зрения организации их жизнедеятельности, возникают потребности еще более высокого уровня, которые являются продуктом уже социальных потребностей и соответствующих им инстинктов. Так социальная потребность во владении территорией постепенно порождает новую потребность, которую следует назвать исследовательской.

Действительно, борьба за жизненное пространство, за расширение и стабилизацию “жизненного меню” для живого организма связана с определенным риском встречи с новыми опасностями, с новыми врагами. Но поскольку потребность во владении территорией не исчезает от наличия этих опасностей, каждая особь вынуждена проводить индивидуальное и постоянное обследование как “своей”, так и “чужой” территории. Так возникает потребность исследовательская, сопровождаемая появлением потребностей и соответствующих инстинктов познавания, изучения, научения.

Опыт, который дает такой поиск, сопровождается формированием некоторого комплекса и выливается в такую категорию, как “страх” в самом обычном его понимании. Страх - это определенно квинтэссенция жизненного опыта, когда становится понятным возможный источник угрозы, но непонятен уровень этой угрозы. Поскольку страх не реакция на прямую угрозу, а эмоциональная оценка наличной вооруженности для защиты от нависшей угрозы, это качество отсутствует у младенцев любого вида теплокровных животных, не имеющих еще предварительных социальных контактов и поэтому еще до определенного уровня развития не вооруженных необходимыми социальными знаниями.

Тем не менее, именно младенец развивает свою потребность в познании на основе, например, освоения своей территории, на основе контактов с другими животными - как своего возраста, так и с взрослыми. Точнее: врожденное чувство самосохранения тем меньше, чем более неприспособленным появляется на свет конкретный младенец, чем относительно дольше длится процесс физического развития до уровня взрослого. Иначе говоря, не набив себе шишек, ничему не научишься.

К этому же, третьему уровню потребностей и соответствующих им инстинктов относятся потребности в навыках, которые развиваются в процессе игр, подражания и других контактов младенцев со своими сверстниками или с взрослыми особями. Очевидно, разновидностью потребности в навыках является потребность в подражании, что является одной из форм обучения, в некоторых случаях преобразующаяся в формы, далекие от жизненных непосредственно потребностей.

Скажем, к такой форме подражания относится “болтовня” попугая. Исходно можно сказать, что пение у птиц - форма обозначения того, что территория занята. Поэтому у скворца-пересмешника подражание сохраняет прежнюю функцию, а у попугая это уже совершенно новая функция, отдаленно связанная с исходной функцией.

Назовем потребности третьего уровня - потребностями саморазвития и отнесем к ним:

- исследовательскую потребность;

- потребность подражания;

- потребность игровую;

- потребность риска.

Необходимо совершенно определенно принять, что для включения потребностей третьего уровня требуется наличие психических сенсоров следующего уровня, которые включаются при наличии какой-либо социальной потребности и соответствующей сигнальной информации от сенсоров внешнего. Понятно, что психическая депривация может произойти и на этом уровне.

Иначе говоря, даже при успешном формировании потребностей социальных за счет иных форм депривации, нежели изоляция, может реализоваться пропуск этапа формирования потребностей саморазвития. На первый взгляд - это чрезмерное усложнение, однако иного предположить трудно, так как потребности саморазвития не могут реализоваться, если не работают социальные потребности.

Наконец, необходимо указать на наличие потребностей четвертого уровня, к которым относятся потребности творчества, спортивность, воля, потребность в свободе. Назовем данные потребности - потребностями преодоления. Данные потребности развиваются только при условии развития потребностей третьего уровня. В этом состоит их особенность и самоценность. Можно показать, что эти виды потребностей наличествуют у животных высокоорганизованных, социально обобщенных.

Естественно принять необходимость наличия соответствующих психических сенсоров (в данном случае - третьего уровня), включаемых (запускаемых) при наличии срабатывания психического сенсора второго уровня и наличии соответствующей сигнальной информации от сенсоров внешнего. Совершенно так же при некоторых условиях определенной психической изоляции может произойти пропуск формирования потребностей преодоления.

Таким образом, здесь приведена совершенно определенная классификация и сортировка потребностей и рефлексов (инстинктов), которая основана на онтогенезе самих потребностей. Принятая концепция о наличии специальных сенсоров, “включающих” соответствующие потребности, обосновывается реальным наличием витальных сенсоров, формирующих витальные потребности, и принципиальной необходимостью развития в определенных условиях особых “психических” сенсоров, обеспечивающих "включение" потребностей второго, третьего и четвертого уровней.

Сущность “психических” сенсоров заключается в том, что сам организм не может иметь в физической реализации какие-либо сенсоры, предназначенные для этих целей. По мере усложнения разума и его функций усложняется то, что ранее было названо “памятью”.

Одной из форм этого усложнения и является появление специфических “психических” сенсоров. Такое введение отнюдь не является каким-то умозрительным приемом. Действительно, если бы таких “сенсоров” не было вовсе, то тогда невозможно было бы объяснить действия механизма психической депривации, невозможно было бы понять, почему ни один “маугли” не преобразовался в конечном итоге в человека, а остался, скажем, волком или обезьяной (смотря по тому, кто его воспитывал).

Можно полагать, что “психические сенсоры” формируются при достаточно высокоорганизованном мозге на основе так называемых “центров ожидания”, генетически обязанных располагаться в коре центральной нервной системы. К сожалению, на данном этапе ничего более конкретное об этом говорить нецелесообразно. Однако введение этого положения позволяет не только увязать многие известные явления между собой, но и целенаправленно организовать процессы обучения, воспитания, тренировки, а также механизмов избавления больных от некоторых недугов (алкоголизм, некоторые формы наркомании и т.п.).

В качестве достаточно убедительного аргумента в пользу наличия таких “центров ожидания” и формирования на их основе специфических “психических сенсоров” следует привести модель образования явления, названного “импринтингом”. Само явление импринтинга, на мой взгляд, присуще не только, скажем, птицам, а и в более сложном и совершенном виде всем живым организмам, стоящим на одном уровне и выше птиц на иерархической лестнице живого мира, включая человека.

Явление это настолько интересное и настолько важное в развитии психики молодых организмов, что просто необходимо хотя бы зафиксировать принятую модель образования (формирования) импринтинга. Здесь уместно лишь подчеркнуть, что описание явления импринтинга, сделанное “по поверхности” наблюдаемого явления, характерное для “описательной” психологии, позволяет выявить существование этого явления, но не объяснить его.

“Лауреат Нобелевской премии 1935 г. К. Лоренц обнаружил (сначала на птицах) явление, которое обычно называют “импринтингом” (запечатлением). Только что вылупившийся из яйца утенок или цыпленок принимает за мать любой движущийся предмет и следует повсюду за ним. В нормальных условиях этим первым движущимся объектом являются утка или курица, и в таком случае все в порядке. Но если птенец сначала увидит исследователя или движущуюся машину, то в его сознании запечатлеется этот образ, занимая в нем место матери, и птенец начинает повсюду следовать за ним.

Дело в том, что в нервной системе вылупившегося птенца уже “заготовлена” сложная система из миллионов нейронов, которая предназначена для того, чтобы на всю жизнь запечатлеть внешний вид матери-покровительницы, включив, таким образом, птенца в социальную структуру семьи. Единственный зрительный стимул - движущаяся мать - необходим для стабилизации этой системы: генетически детерминированное поведение тут же начинает функционировать. И все это происходит в течение весьма короткого периода времени после вылупления - в первые минуты, часы. Только в этот короткий период система способна к запечатлению стимула, чувствительна к нему; другими словами, критический период короток” (Й. Хамори “Долгий путь к мозгу человека”, М., “Мир”, 1985 г., стр. 121).

Здесь фактически обозначено все, что необходимо для активации “психического центра ожидания” обозначена сущность “психического сенсора”, возникающего на основе “центра ожидания”, а также обозначены условия активации данного сенсора и, на его основе, конкретной потребности. Одним из возможных вариантов объяснения условий активации “психических сенсоров” является необходимость адаптации всех видов витальных рефлексов.

Что происходит в этих случаях? В каждом конкретном случае каждый безусловный рефлекс “приспосабливается” разумом к конкретно складывающейся ситуации, т.е. формируется конкретная интегральная функция отражения, в основе которой лежит программа реализации безусловного рефлекса, дополняемая дифференциальной составляющей, приспосабливающей требуемый для реализации безусловный рефлекс к конкретной ситуации. Естественно, при этом осуществляется определенный поиск решения. Точнее: управление поиском наиболее близкого решения обеспечивается благодаря эмотивной функции, а устройство памяти дополняется в этих условиях устройством синтеза требуемого решения.

При достаточно сложной организации устройства синтеза, когда в нем уже имеется (появляется) достаточная избыточность, поисковая активность разума может привести в определенных условиях к запоминанию некоторых фрагментов данного поиска, которые в следующий раз уже выступят в качестве указанных “психических сенсоров”, что и будет в определенных условиях “включать” новые потребности организма. Сами программы соответствующего им инстинктивного поведения, однажды сформированные, могут передаваться от поколения к поколению на генетическом уровне, как это происходит, например, с запечатлением (импринтингом). Не передается только “психический сенсор”: он должен сформироваться.

Следовательно, при таком подходе все потребности более высокого уровня онтогенетически обусловлены своим “прародителем” на уровне простой витальной потребности того или иного вида. Это и положено в основу изложенной выше гипотезы. Сказанное позволяет представить все потребности в виде определенной схемы, увязывающей взаимно эти потребности в виде иерархического дерева потребностей, реально формирующегося в процессе развития каждого организма (смотри рисунок 5), т.е. в процессе онтогенеза.

Причем в зависимости от уровня положения организма на филогенетическом дереве живых организмов Земли процесс онтогенетического развития потребностей и соответствующих им рефлексов (инстинктов) останавливается на определенной ступени. Это означает, что бабочка никогда не будет иметь уровень развития потребностей, скажем, мыши: ее потребности сформируются, скорее всего, на уровне чисто витальных (на принципах витальных потребностей). В схеме онтогенетического дерева потребностей на рисунке отражено существование некоторых сенсоров контроля витальных потребностей, представляющих собой в каждом случае набор некоторых пороговых устройств (ПУ), имеющих разные пороги срабатывания. Они включаются при разных уровнях отклонения процессов гомеостаза, что и делает большую или меньшую актуализацию витальных потребностей, обеспечивает регулирование уровня витальных потребностей.

По аналогии с этим все ПУ следующих уровней потребностей, обеспечивающие актуализацию (включение) потребностей более высоких уровней, также являются многопороговыми (многофакторными), что также меняет (регулирует) уровень соответствующих потребностей. Каждый из уровней более низкого порядка при своем срабатывании может актуализировать включение потребности более высокого уровня при условии наличия формирования этих потребностей в ходе онтогенеза.

Это отражено в схеме специфическим, иерархическим подключением входа ПУ более высокого уровня к выходу ПУ предыдущего, более низкого уровня при наличии соответствующей информации от сенсоров внешнего. Предложенная система потребностей позволяет достаточно четко и строго понять и представить как взаимозависимость потребностей друг от друга, так и понять необходимую последовательность действий воспитателя для формирования максимально широкого спектра потребностей, свойственных данному уровню развития живого организма.

Наконец, необходимо охарактеризовать еще один вид информационного воздействия на все структуры ПУ, формирующие срабатывание той ли иной потребности. Дело в том, что все без исключения ПУ должны и могут быть отключены и, соответственно, включены непосредственно от самого разума. Это управление осуществляется действием функции компенсации, т.е. той функцией разума, которая и является некоторым итогом психической (мыслительной) деятельности. Такое управление потребностями функционально необходимо, поскольку не всегда доминантная – самая главная - потребность может быть принята для исполнения. Но никогда не может быть такой ситуации, чтобы никакая потребность вообще не была бы включенной. В этом и состоит смысл функциональной необходимости управления потребностями непосредственно от разума.

 


ГЛАВА 10.  “ПОГАШЕНИЕ” ПОТРЕБНОСТЕЙ И ЭМОЦИИ

Теперь попытаемся понять, в чем состоит процесс “погашения” действующей потребности.

На первом этапе, когда происходит выявление той или иной потребности, оценивается внешняя обстановка. Это соответствует процессу “узнавания” и оценки соответствия этой обстановки выявленной потребности. Значит, на этом этапе осуществляется анализ, который в той или иной степени формирует уровень лабильности. На этом этапе уровень эмоций, которые обусловлены только уровнем лабильности, достаточно высок. Следовательно, проверяется соответствие действующей и выделенной потребности поступившей внешней информации, анализ внутренней (хранящейся для проведения операции узнавания) информации и оценкам наличных ресурсов организма для удовлетворения (“погашения”) данной потребности.

Далее начинается процесс исполнения выявленной потребности, сопровождаемый непрерывным формированием полной функции отражения Fотрi, которая непрерывно уточняется. В ходе реализации принятого решения совершается определенная работа в итоге исполнения конкретной функции отражения, что может приводить к трем различным итогам:

- выделенная потребность быстро уменьшается и в ограниченный ресурсами организма срок – “погашается”;

- выделенная потребность не уменьшается с достаточной степенью, что оценивается по скорости расхода ресурсов организма;

- выделенная потребность не уменьшается, поскольку ресурсы организма оказались непригодными для “погашения” потребности.

В первом случае идет непрерывное подтверждение “узнавания” с высокой степенью достоверности сложившейся ситуации, что снижает уровень лабильности, делает реализацию процесса “погашения” потребности устойчивым и целенаправленным. Это может породить положительные (в данном случае - именно положительные) эмоции от уверенности “погашения” потребности (предвкушение достижения цели). Наконец при полном или при почти полном “погашении” потребности будет формироваться пик положительной эмоции, связанной с эффектом достижения цели и “погашением” действия потребности, определявшей совокупность действий.

Во втором случае предпринимаемые усилия не дают достаточного эффекта. Это повышает уровень лабильности, обуславливаемой в данном случае поиском либо дополнительных ресурсов, либо дополнительной информации, либо иных решений. Следовательно, происходит непрерывная переоценка ситуации. Положительные или отрицательные эмоции “эффекта цели” в этом случае, по-видимому, вообще не формируются, но формируются отрицательные эмоции дефицита информационного или ресурсного обеспечения.

Наконец, в третьем случае могут происходить разные эффекты. В ряде случаев может происходить отказ от реализации выявленной потребности, так как не может быть обеспечено ресурсное обеспечение “погашения” потребности.

Это может приводить к формированию чрезвычайно сильных негативных эмоций, связанных с невозможностью “погашения” доминантной потребности, определяющей поведение индивида. Это выливается в агрессию, в страх. Эмоции, формируемые при этом, следует назвать “эмоциями греха”, так как при их формировании, как мы увидим в дальнейшем, душа субъекта страдает, становится “черной”.

В других случаях, когда выделенная потребность не может быть исключена из числа актуальных, начинается мучительный поиск требуемого решения, что сопровождается поиском иных функций отражения с использованием все новых и новых ресурсов, все новой и новой информации. Ситуация, когда за счет действия функции компенсации потребность не может быть отключена, а ресурсов организма или наличной информации недостаточно для ее реализации, порождает эмоции отчаяния, также являющимися “эмоциями греха”, так как в этом случае происходит негативное искажение души. Действие такого рода “не погашаемых” и “не отключаемых” потребностей может длиться годами, подтачивая физическое здоровье индивида. Это уже следует характеризовать как психическое заболевание.

На данном этапе следует сказать, что человек никогда не должен переходить к третьей фазе (стадии) влияния “непогашенной” потребности. Если человек поймет, что потребность не может быть “погашена” в сложившихся обстоятельствах, он должен искусственно “погасить” действие (влияние) этой потребности. И направить усилия в этом случае на поиск иных решений, либо на переход в иное состояние, когда начинают выявляться иные потребности.

Из сказанного непосредственно вытекает, что состояние стресса - есть состояние, связанное с непродуктивным расходованием ресурсов организма в состоянии острой необходимости решения некоторой конкретной задачи. Естественно, состояние стресса будет тем острее, тем сильнее будет угнетать организм, чем дольше будет тянуться сложившаяся ситуация.

Тем не менее, категорически нельзя утверждать, что стресс - это сугубо отрицательное состояние разума. В состоянии, когда происходит поиск трудного решения в форме требуемой функции отражения Fотрi, могут быть найдены такие решения, которые существенно обогатят разум индивида, резко расширят его возможности. Это будет происходить вследствие того, что в ряде случаев разум может “сработать” совершенно нестандартно, что и даст существенное обогащение разума индивида.

Условиям тренинга в режиме достаточно сильного стресса соответствует много видов человеческой деятельности. Так осуществляется подготовка пилотов на специальных тренажерах. Некоторые воинские подразделения проходят специальную подготовку “на выживание” в крайне неблагоприятных жизненных условиях. Можно сказать, что вообще подготовка воинов должна проходить всегда в таких условиях, поскольку в этом случае “нарабатываются” заготовки функций отражения для подобных или более сложных условий в реальной боевой обстановке. Таких примеров можно приводить достаточно много.

Следует сказать, что некоторые люди вполне сознательно создают себе максимально трудные условия, рискуют своей жизнью, находя в этом определенное удовольствие. В этом случае проявляется то, что на определенном этапе онтогенеза (развития) у таких людей сформировался специфический психический сенсор, включающий потребность риска. Эта потребность “погашается” всегда, когда человек находит неординарное решение в сложной ситуации и сопровождается переживанием острой положительной эмоции, которую такой человек стремится переживать вновь и вновь ради переживания мига “победы”. Частным случаем подобного поведения могут быть действия альпинистов, для которых действительно, как сказал В. Высоцкий, “лучше гор могут быть только горы, на которых ты еще не бывал”.

Но важно понять и то, что существенным при этом является не победа над кем-то или над чем-то, а победа над самим собой, поскольку человек находит полноценную функцию отражения, находясь в стрессорной ситуации. Стрессорные ситуации как никакие другие способствуют развитию и совершенствованию разума, они полностью соответствуют реализации условия “реализуйся сам”.

Поэтому можно и следует умело создавать такие ситуации на стадии развития ребенка, когда за счет постепенного усложнения создаваемых ситуаций его интеллект будет достаточно быстро шлифоваться и совершенствоваться. При этом я исхожу из того, что под интеллектуальной способностью разума следует понимать способность принимать решения на основе неполных исходных данных, имеющихся в распоряжении разума и содержащих определенный уровень ошибочности, при неясном исходе от предпринимаемых усилий. Естественно, уровень интеллекта конкретного индивида тем выше, чем более сложные и более неочевидные по результатам действия может предпринимать его разум и добиваться наиболее удовлетворительного результата. Такое определение сущности интеллекта введено и обосновано в книге “Психология живого мира”.

Таким образом, стресс является необходимым условием развития и совершенствования интеллекта.

Теперь посмотрим на условия возникновения стрессорных ситуаций немного с иной стороны. Речь пойдет об условиях возникновения таких ситуаций, которые коротко можно охарактеризовать, как ситуации с ограниченным объемом доступной для индивида информации. В некотором смысле происходит сенсорная депривация, т.е. ограничение тем или иным образом количества внешней информации, которую может использовать индивид в процессе принятия решения.

Чем глубже и чем сильнее происходит сенсорная депривация, тем сильнее проявляется нарушение условий формирования общей полной функции отражения Fотр полн. В этом случае нормальная работа узла управления психикой (его структура показана выше) возможна только до определенного времени, пока собственной информации, генерируемой по каким-либо причинам (внутренние переживания, воспоминания, обдумывание какой-либо семейной ситуации и т.п.) достаточно для формирования полноценной функции отражения.

На определенном этапе при наличии сенсорной депривации возникает сильный сенсорный стресс, даже если индивиду не угрожает что-либо.

В этом случае функция отражения начинает формироваться произвольно и спонтанно, синтезируя произвольные символы, которые в виде функции компенсации поступают на узел анализа, где и происходит их анализ. Поскольку в таком случае анализируется химерическая информация, то разум, вновь ее воспринимая, начинает “видеть” и “слышать” галлюцинации. Правда, возникновение подобных эффектов иногда происходит вследствие того, что душа индивида (человека, поскольку эти эффекты наблюдались в экспериментах над человеком) выходит из сомы и начинает самостоятельно добывать информацию.

При сенсорной депривации потребности организма и самого разума (выше первого уровня) не могут быть идентифицированы по значимости или по приоритету из-за отсутствия внешней информации. Это приведет к произвольному формированию функции компенсации и произвольному переключению разнообразных потребностей. Поэтому эмоции, вызванные сенсорной депривацией, являются наиболее “отрицательными” и наиболее опасными для психического здоровья индивида.

На раннем этапе онтогенеза, т.е. в младенческом возрасте, сенсорная депривация не будет вызывать таких эмоций, поскольку еще не сформировано то, что было названо “онтогенетическим деревом потребностей”. Это означает, что на раннем этапе физического и психического развития индивид имеет главным образом потребности организма, а психические сенсоры еще не сформированы.

Поэтому сенсорная депривация на ранней стадии развития организма (младенца) приводит к невосстанавливаемым искажениям развития души и разума младенца. Сенсорная депривация в период раннего детства не может вызывать каких-либо эмоций, но приведет к качественно иному изменению свойств психики – к устойчивой психической депривации. В результате этого с искажениями или вовсе не будет сформировано онтогенетическое дерево потребностей. Помимо полной или частичной утраты индивидуальности, психическая депривация почти полностью изуродует механизм формирования эмоций. В результате ребенок вырастет с ущербной психикой, с неразвитым разумом.

Для завершения создания основы теории эмоций нам осталось рассмотреть вопрос о количественном значении эмоций “погашения” потребностей. Актуальность этого следует из того, что при анализе, который будет предложен далее, мы увидим принципиальное отличие эмоций этого типа от эмоций информационно-ресурсного обеспечения, поскольку “погашение” потребности - итог продолжительного процесса. Понятно, что процесс “погашения” потребностей - это протяженный во времени и сопровождаемый вполне определенной работой разума процесс, реализуемый через организм, т.е. процесс последовательного формирования чем-то взаимосвязанных, в чем-то повторяющихся функций отражения.

Следовательно, “погашение” потребности можно уподобить вычислению вполне конкретного интеграла. Этот интеграл может либо сходиться (это будет соответствовать условию “погашения” потребности), не сходиться (это будет соответствовать условию недостаточности, например ресурсов организма) и расходиться (это будет соответствовать непригодности ресурсов требованиям задачи и/или неверного понимания ситуации). Переменными интегрирования будут ресурсы Ri и информация Иi, а условием сходимости - уменьшение уровня актуализации или быстрое “погашение” потребности.

По своей природе это будет криволинейный интеграл первого типа, так как в ходе выполнения указанной работы происходит проверка только одного условия: уменьшения потребности ().

Эп = ò F(Rii)dП

Для наших условий вполне подходит правило проверки сходимости данного интеграла, так как если функция F(Rii) непрерывна, что соответствует подтверждению непрерывного “узнавания” ситуации и достаточности имеющихся ресурсов, то приведенный интеграл существует, т.е. он может быть “вычислен” в приемлемые сроки при наличных ресурсах. Момент “погашения” потребности фиксируется ее исчезновением (“отключением” от узла управления в силу малости), что и вызывает тот вид эмоций, которые в данном случае следует назвать “положительными”, поскольку организм в этот момент переживает экстатическое состояние. Именно такие переживания, которые связаны с процессом “погашения” удовлетворенной потребности, человек стал обозначать как “счастье”, т.е. некоторый краткий миг жизни.

Если же интеграл не сходится вследствие большой скорости убывания ресурсов или неполноты информации, то организм переживает подлинно “отрицательную” эмоцию, связанную с недостижимостью цели.

В случае медленной сходимости интеграла может быть принято иное решение - отказ от удовлетворения (“погашения”) данной потребности.

Отметим еще одну особенность формирования эмоций от “погашения” потребностей, кроме переживаемых острых положительных ощущений.

“Погашение” потребности уровня выше первого, активизирует действие “психических сенсоров”, повышает их психическую активность. Это создает условия их нового и нового включения (повторное “включение” когда-то “погашенной” потребности), что может иметь большое положительное и не менее большое отрицательное значение, смотря по тому, какого характера потребность была “погашена”.

Если удовлетворялись, скажем, потребности в информации или творческие потребности (создание новой информации), то в этом случае происходит развитие индивида в интеллектуальном отношении. Если же “погашалась” потребность в наркотиках, к которым происходит только психологическое привыкание (формируется лишь соответствующий “психический сенсор”), то происходит деградация личности в психическом смысле. Этот тип наркотической зависимости поддается психическому лечению. Если же наркотики осуществляют “замену” типа медиатора в синапсах нервной системы, то привыкание переходит на уровень витальных потребностей, что уже практически не поддается лечению.

Таким образом, здесь рассмотрено два различных вида эмотивных проявлений: 

- информационно-ресурсные эмоции, связанные непосредственно с оценкой ситуации;

- эмоции “погашения” активизированной потребности, что обусловлено последовательным выполнением определенных операций (работы), связанных с расходованием ресурсов.

На этом можно ограничить изложение теории эмоций, поскольку все основные положения, отражающие как условия возникновения, так и назначения эмоций, здесь представлены.

Теперь можно сопоставить разработанную модель формирования эмоций с моделью П. В. Симонова.

“Мы определяем эмоцию как отражение мозгом человека и высших животных какой-либо актуальной потребности и возможности ее удовлетворения, характеризуемой вероятностью достижения цели. Оценку вероятности субъект производит на основе врожденного и ранее приобретенного индивидуального опыта, непроизвольно сопоставляя информацию о средствах, времени, ресурсах, прогностически необходимых для достижения цели (удовлетворения потребности), с информацией, поступившей в данный момент.

Прогнозирование вероятности достижения цели у человека может осуществляться как на осознаваемом, так и на неосознаваемом уровне. Возрастание вероятности достижения цели в результате поступления новой информации порождает положительные эмоции, активно максимизируемые субъектом с целью их усиления, продления, повторения. Падение вероятности по сравнению с ранее имевшимся прогнозом ведет к отрицательным эмоциям, которые субъект стремится минимизировать - ослабить, прервать, предотвратить.

Таким образом, эмоция в нейрофизиологическом смысле есть активное состояние системы специализированных мозговых образований, побуждающее субъекта изменить поведение в направлении максимизации или минимизации этого состояния, что определяет регуляторные функции эмоций, их роль в организации целенаправленного поведения” (П. В. Симонов, П. М. Ершов, Ю. П. Вяземский “Происхождение духовности”, М., “Наука”, 1989 г., стр. 7).

Рассмотрим ряд ошибок в приведенном отрывке.

Первая ошибка состоит в том, что субъект, по мнению П. В. Симонова, непроизвольно сопоставляет наличную информацию и поступившую. Это не так, потому что в этом случае пропадает действие механизма мышления, что не соответствует действительности. Разумом на самом деле осуществляется не просто сопоставление, но компенсационное сопоставление информации, что необходимо для “узнавания” (понимания) ситуации, а формирование функции компенсации и есть уже первичная часть процесса мышления.

Вторая ошибка состоит в неверной  трактовке смысла вероятности достижения цели. Оценка изменения вероятности может быть произведена только после того, как предприняты какие-то усилия, т.е. начата определенная работа по "погашению" потребности, приводящая к изменению ситуации и, соответственно, к изменению информации и ресурсов.

Ошибка состоит в том, что у П. В. Симонова тем самым соединились в одно целое два вида эмоций. Во-первых, сюда вошла эмоция, сформированная по факту “узнавания” или “неузнавания” ситуации (эмоция первого впечатления). Во-вторых, сюда же отнесена и эмоция, связанная с процессом “погашения” потребности.

Таким образом, предложенное здесь объяснение возникновения и функционального назначения эмоций существенно отличается от того, как это было описано П. В. Симоновым. Как видно, предложенная здесь модель эмоций во многом “примиряет” множество различных точек зрения на обнаруживаемые проявления эмоций. Однако в отличие от всех иных воззрений, предложенная модель дает вполне определенное функциональное объяснение механизму действия и, соответственно, проявления эмоций. Этот механизм, несомненно, связан с процессом узнавания ситуации, с механизмом “погашения” потребностей и с оценкой наличных “текущих” ресурсов, т.е. с итогами мыслительной деятельности.

 


ГЛАВА 11. ПСИХИЧЕСКАЯ ДЕПРИВАЦИЯ

Для начала вспомним сказанное ранее, что в соответствии с условием постоянного и непрерывного развития разума каждого организма в течение всей жизни душа, как носитель информации о деятельности разума, “растет” и развивается в течение всей жизни конкретного организма. Поэтому депривация (изоляция) в любом случае приводят к замедлению “роста” души. Следовательно, любые виды депривации, в общем случае, опасны для каждого организма, так как угнетение “роста” души, как правило, приводит к необратимым последствиям не только в психическом, но нередко и в соматическом развитии.

Психической депривацией является такой вид сенсорной депривации, когда на раннем этапе онтогенеза организм изолируется от социума или получает неполную или искаженную информацию о внешнем, т.е. от его социального окружения. Величина (глубина) и определенное качество психической депривации могут быть различны. И это будет различным образом влиять на замедление “роста” души.

Однако в результате действия психической депривации происходит не просто “замедление” “роста” души, но и то, что выше было обозначено как функциональная неполнота. Это означает, что некоторые части души не будут сформированы вовсе. Ущербными окажутся составляющие души, связанные с высшей нервной системой и/или с исчезновением или деформацией внешней структуры души. Поэтому здесь сделаем вывод по вопросу о формировании дерева потребностей.

Психическая депривация на раннем этапе развития организма не только ограничивает потенциальные (итоговые) возможности разума конкретного организма за счет исключения формирования потребностей по уровню выше первого, но и угнетает развитие души. Угнетение развития души происходит настолько, что дальнейшее ее развитие в той части, которая оказалась угнетенной, становится совершенно невозможным.

Функция отражения индивида при наличии психической депривации развивается у него с искажениями или в какой-то части не развивается. Это делает психику организма неразвитой, социальные возможности организма в этой части уменьшаются практически до нуля. При этом формируются такие психические комплексы, которые принято обозначать, как комплексы неполноценности. Именно это и понимается как функциональная неполнота развития души.

Можно было бы и не подчеркивать функциональную неполноту души в результате воздействия психической депривации. Однако это необходимо сделать, поскольку последствия при этом могут быть не только в том, что какое-то свойство, скажем, характера не будет развито. Последствия психической депривации заключаются также в том, что и организм становится ущербным во многих смыслах. Особенно ужасны последствия, когда не формируются структуры внешней души.

Так функциональная неполноценность формирования души может приводить и приводит в таких случаях к возможности деформирования собственной души индивида не только за счет недоразвитости, но и за счет “вселения” в него “чужой” души, т.е. за счет реинкарнации, о чем мы в дальнейшем будем говорить достаточно подробно. Неполнота развития собственной души организма за счет психической депривации создает, таким образом, некоторый вакуум души, который и может быть относительно легко “заполнен” “чужой” душой. Таковы самые плачевные итоги психической депривации.

Возможные виды и формы психической депривации чрезвычайно разнообразны. Наиболее острые формы психической депривации происходят тогда, когда, скажем, ребенок человека попадает в малолетнем возрасте в звериную стаю. Там происходит его воспитание, которое выливается в то, что такой ребенок никогда не может впоследствии стать человеком. Душа его развивалась по законам звериной стаи и уже не может стать человеческой.

Мне представляется, что в психологии, как науке о развитии личности и общества, нет более важного и насущного вопроса, чем вопрос о проблемах и формах психической депривации. Наркомания, проституция, преступность - вот некоторые варианты проявлений последствий психической депривации.

Более того, практически все, или, во всяком случае, большинство психических заболеваний является следствием воздействия реинкарнированной души, что уже может, в отдельных случаях, передаваться по наследству. Однако реинкарнации (“вселению” чужой души) подвергаются главным образом те люди, душа которых была подвержена в раннем детстве психической депривации. Кроме того, представляется также, что и многие соматические заболевания являются следствием реинкарнации, проявляющейся в этих случаях в иной форме и с иными последствиями.

Значит, если мы не разберемся в этих проблемах, связанных с “ростом” души, то вся психологическая наука будет просто не нужна. Это, как я понимаю, прямо выливается в создание теории воспитания и обучения. Без теории психической депривации нельзя создать теорию воспитания и обучения. Если при этом в базис этих теоретических исследований не будет положено учение о душе, то они останутся только “благими пожеланиями, которыми устилается дорога в ад”.

Если рассматривать психическую депривацию не только на раннем этапе онтогенеза, но и на этапе зрелого организма, то здесь ее последствия будут эквивалентны последствиям сенсорной депривации, с той разницей, что при этом будут угнетаться психические потребности (потребности разума), что также небезопасно в большинстве случаев. Однако следует признать, что некоторые индивиды могут относительно просто справляться с такого рода депривацией. Некоторые люди способны обходиться без внешнего окружения за счет внутреннего социального общения (с самим собой в состоянии глубокой интроверсии), или, в отдельных случаях, за счет медитации получать извне необходимую информацию без непосредственных социальных контактов, что может сохранять довольно долго устойчивость психики, т.е. “рост” души может быть не остановлен.

Теперь рассмотрим последствия для искажения “роста” души от действия сенсорной депривации. Сенсорной депривацией является такое психическое изолирование индивида, когда сенсорная информация (полностью или частично) не может быть воспринята организмом, т.е. когда разум не в состоянии сформировать полноценную функцию отражения, соответствующую конкретной внешней ситуации или когда внешняя среда “не в состоянии поставить необходимый объем информации”. Крайним случаем сенсорной депривации является полное изолирование субъекта от внешней информации. В условиях космических полетов происходит частичная сенсорная депривация, например, в части восприятия вектора тяжести.

Разум осуществляет непрерывное формирование функции отражения, независимо от того - поступает или нет для анализа внешняя информация.

В случае дефицита внешней информации все будет зависеть от конкретной складывающейся для организма ситуации.

Так автомобилист, едущий по прекрасной автостраде, из-за сенсорной депривации, связанной с отсутствием каких-либо помех, может заснуть за рулем, поскольку в этом случае происходит информационно-ресурсная депривация, приводящая к сильным эмоциям, перегружающих узел управления психикой.

В экстремальной ситуации, когда внешней информации или информации о собственных ресурсах недостаточно, индивид может впасть в состояние ярости, взрыва агрессии или, напротив, застопориться. Другим случаем сенсорной депривации является тот, когда не хватает внутренней информации для решения какой-либо жизненной проблемы. В этом случае индивид может также принимать неадекватные решения, предпринимать неочевидные поступки.

Если сенсорная депривация принимает крайние формы, это начинает влиять на устойчивость психики. При этом могут нарушиться условия формирования корректной функции компенсации, что в таких случаях приводит к галлюцинациям, воспринимаемым самим индивидом далеко неоднозначно. В менее острых случаях сенсорная депривация может привести к нарушению некоторых физиологических процессов, что наблюдается у животных в условиях зоопарков, когда нарушается функция воспроизводства, о чем выше говорилось при рассмотрении онтогенетического дерева потребностей.

В ситуациях самых острых сенсорных деприваций, подробно описанных в экспериментах Лилли и других исследователей по сенсорной принудительной депривации, душа начинает самостоятельное “добывание” информации и даже покидает сому (тело организма). Это может закончиться летальным исходом, так как вслед за “эллиптическими” полевыми структурами сому начинают покидать и “кольцевые”, что приводит к “извлечению” всех остальных полевых структур души данного организма.

Как видим, сенсорная депривация практически всегда приводит к нарушениям в “работе” души, что небезопасно для индивида как в психическом, так и в физическом отношениях: душа не может позволить себе “не трудиться”, и, если ее “пытаются” лишить этой возможности, она может навсегда расстаться с сомой.

Теперь мы приступим к оценке и механизму действия весьма специфической формы психической депривации, которая связана с механизмом рождения младенца. Речь пойдет о связи, возникающей между матерью и ребенком в первые часы после рождения.

Я хочу увязать ряд фактов, объединяющих в определенное целое сам механизм рождения (естественные роды и при помощи кесарева сечения), время первого кормления грудью младенца и вообще интервал времени между моментом рождения и первым физическим контактом его с матерью.

Сначала я приведу некоторые выдержки из статьи “Стресс при рождении” Хуго Лагеркранца и Теодора А. Слоткин, помещенной в журнале “В мире науки” (№ 6, 1986 г., стр. 62-71), издаваемого в США под названием Scientific Amerikan.

“Несколько лет назад частота родоразрешения путем кесарева сечения возросла в США и Европе от 5 до 15-20%. Это было связано с тем, что появились методы, позволяющие непрерывно регистрировать ритм сердца плода во время сокращений матки. Сложные аритмии (т.е. не просто ускорение или замедление сердечного ритма) при маточных сокращениях часто расценивались как признак опасной асфиксии плода и показание к кесареву сечению. Однако, когда ребенок появлялся на свет, более чем в 50% случаев оказывалось, что у него были лишь незначительные клинические признаки асфиксии...

Считая, что во многих случаях, когда производится кесарево сечение, в нем на самом деле нет необходимости, исследователи из Королевского института П. Бистолетти, Л. Нюлунд и Х. Лагеркранц задались вопросом: не обусловлены ли сложные нарушения сердечного ритма плода естественным выбросом катехоламинов в ответ на сокращения матки?..

Уже в самом начале родов, когда шейка матки раскрыта не более чем на 2-3 см, содержание катехоламинов в коже головы плода становилось примерно в 5 раз больше, чем у взрослого человека в состоянии покоя. Тотчас после рождения уровень катехоламинов оказывался еще в 2-3 раза выше; значит, дополнительный выброс катехоламинов происходил на стадии потуг. Через 30 минут по окончании родов содержание катехоламинов в крови плода обычно начинает снижаться и примерно через 2 ч. возвращается к уровню покоя...

В то же время высокое содержание катехоламинов в крови при нормальных родах обусловлено не только недостатком кислорода: между степенью асфиксии (оцениваемой по рH плазмы) и содержанием катехоламинов в крови наблюдается прямая зависимость лишь при глубокой гипоксии плода... нельзя было обойти вниманием тот факт, что уровень катехоламинов в крови плода чрезвычайно высок даже после нормальных родов.

Это давало повод думать, что выброс катехоламинов не только защищает плод во время такого мощного стрессорного воздействия, как роды, но и, возможно, способствует адаптации новорожденного к новым, внеутробным, условиям существования. Как удалось показать в последние годы, действительно, усиленная секреция катехоламинов обеспечивает нормальную деятельность дыхательной системы, а также подготавливает организм к недостатку питательных веществ и кислорода и к действию других неблагоприятных факторов в течение первых часов жизни. Важнейший приспособительный эффект выброса катехоламинов во время родов - обеспечение нормального дыхания.

Известно, что дети, рожденные при плановом кесаревом сечении, предрасположены к дыхательным нарушениям, возникающим в основном из-за недостаточного всасывания жидкости из легких и из-за недостаточной выработки сурфактанта. В норме легочная жидкость плода всасывается во время родов полностью, в противном случае поверхность легких остается влажной.

Сурфактант - это мылоподобное вещество, снижающее поверхностное натяжение в легочных альвеолах, благодаря чему те поддерживаются в раскрытом состоянии (а именно в альвеолах происходит обмен кислородом и углекислым газом). Есть основания полагать, что и всасывание легочной жидкости, и выработка сурфактанта зависят от высокого уровня катехоламинов в плазме в течение нескольких часов перед рождением...

Было установлено, что непосредственно после рождения растяжимость легких у детей, появившихся на свет путем естественного родоразрешения и путем кесарева сечения, примерно одинакова, однако 2 ч. спустя у детей, рожденных естественным образом, она существенно выше. Более того, у таких детей наблюдалась прямая зависимость между величиной растяжимости легких через 2 ч. после родов и содержанием катехоламинов в крови в момент рождения. Поскольку растяжимость изменяется не сразу после рождения, а через некоторое время, можно полагать, что эти изменения связаны не с механическим сдавливанием грудной клетки при родах (в таком случае растяжимость легких изменялась бы сразу), а с действием катехоламинов, находящихся в кровотоке...

В работах нашей группы из Королевского института было установлено, что концентрация в крови новорожденного глюкозы, свободных жирных кислот и глицерола (все эти вещества образуются при мобилизации соединений, в виде которых запасается энергия) после естественных родов выше, чем после планового кесарева сечения. Мы убедились также в том, что у детей, появившихся на свет путем кесарева сечения, чаще встречается пониженное содержание сахара в крови; следовательно, у таких детей уменьшены ресурсы основного “топлива” организма... было обнаружено, что после естественных родов кровоток у ребенка перераспределен в пользу жизненно важных органов за счет периферии...

Существует предположение (правда, оно еще более гипотетично, чем рассуждение о роли катехоламинов в приспособлении новорожденного к внеутробному существованию), что катехоламины также имеют значение для образования привязанности между матерью и ребенком. Исследователи из Медицинской школы Университета Кейс-Вестерн-Резерв М. Клаус и Дж. Кеннел считают, что первый час после рождения является критическим периодом для установления привязанности между матерью и ребенком: если привязанность не возникает в этот срок, то в дальнейшем отношения между ними какое-то время будут затруднены. Такая точка зрения весьма спорна, однако если она окажется верной, то следует сделать вывод, что лучше, когда сразу после родов ребенок и мать энергичны и активны, а не вялы и пассивны...

Все эти данные свидетельствуют о том, что выброс гормонов стресса у ребенка при нормальных родах - не только реакция собственно стресса, вызванного неблагоприятными воздействиями, но и приспособительный механизм, способствующий выживанию новорожденного. А в таком случае дети, появившиеся на свет в результате планового кесарева сечения (т.е. до того, как у матери начинаются схватки), возможно, оказываются в более трудном положении перед лицом новых условий существования, чем если бы они родились естественным путем”.

Итак, совершенно очевидно, что естественное родоразрешение – наиболее благоприятный вариант для правильного (подчеркиваю – правильного!) включения в работу определенных физиологических процессов, т.е. включения витальных потребностей и, соответственно, рефлексов.

Помимо чисто физиологических проблем, возникающих у новорожденных, появившихся при помощи кесарева сечения, о которых говорилось в процитированной статье, многократно в литературе отмечалось, что такие дети гораздо чаще вырастают с агрессивным характером, менее управляемы, более равнодушны к чужой боли, более холодны вообще в психическом отношении.

Однако этот факт следует связать, скорее всего, лишь с тем, что после появления на свет после кесарева сечения ребенок не может установить ни физический, ни биопольный контакт с матерью, поскольку такого рода операции проводятся под общим наркозом. Это приводит к выключению хроноса в работе памяти матери и к определенному “выключению” работы души, т.е. возникают условия психической депривации родившегося младенца. Указанный в статье контакт родившегося младенца с матерью имеет в своей основе рассмотренный ранее механизм импринтинга, т.е. запечатления, формирующегося сразу после появления на свет как у младенца, так и у матери.

Ранее уже говорилось, что все психические проявления, наблюдаемые у организмов низших форм, можно проследить и у организмов высших, но в иной, более совершенной и более универсальной форме. К таким проявлениям относится и функция запечатления, т.е. импринтинг, с той разницей, что у людей эта функция развита сильнее и резче сказывается в течение всей жизни нового организма. Из данных статьи “Стресс при рождении” следует, что максимальная сила сформированной функции запечатления происходит в первые два часа после рождения ребенка.

Мобилизация энергетических ресурсов организма младенца, по-видимому, существенно влияет и на энергетическую мобилизацию души. Это следует принять потому, что для формирования полноценной функции отражения у младенца еще нет усвоенного жизненного опыта в том объеме, чтобы воспринимать свое отражение ситуации достаточно адекватно. Именно поэтому на ранней неонатальной стадии должен непременно иметься тот канал приема информации, который охватывается биополем. Через этот канал у человека включаются те структуры мозга, которые ответственны за формирование импринтинга.

Следовательно, импринтинг у человека это не просто функция запечатления, но и, в некотором смысле, спусковой крючок, щелчок которого включает в работу психику нового организма в условиях вне чрева матери. А смысл этого “крючка” состоит всего лишь (во внешнем восприятии) в том внимании и любви, которые так необходимы младенцу в первый миг его появления на свет.

Кроме того, функция запечатления у человека, в данном случае - у младенца, имеет и важное отсроченное значение, так как при помощи этого пускового механизма на всю оставшуюся жизнь будет сохраняться способность запечатления других людей, т.е. любить.

Воспетое поэтами и прозаиками возвышенное чувство любви основано именно на функции запечатления (импринтинга), что еще раз подчеркивает важность формирования функции запечатления сразу, в первые часы после рождения. Дети, воспитывающиеся в детских домах с момента рождения (так называемые отказные дети), не имеют сформированной функции импринтинга и не могут в дальнейшем создать полноценную семью. Это одно из страшных социальных последствий психического характера, которое не может быть устранено каким-либо образом.

Можно принять, что для формирования импринтинга у младенца необходима следующая последовательность событий: выброс катехоламинов в кровь при начале родовых схваток у матери, стресс при рождении и контакт с матерью в первые два часа после рождения. Если эта последовательность нарушается, то полное запечатление произойти не может, даже если потом мать отдаст все силы для того, чтобы сформировать чувство любви у своего младенца.

Если же младенец, родившийся естественным способом, не имеет в первые два часа физического контакта с матерью, что бывает в тех случаях, когда мать слишком слаба после родов, то в этом случае вступает в действие в определенной степени биопольный контакт. Это происходит в том случае, если мать ни на секунду не перестает душой быть вместе со своим ребенком, т.е. формирует вполне определенную информационную посылку - мыслеформу, воспринимаемую младенцем: это, в определенном смысле, “спасает” ребенка.

Но для того, чтобы такого рода посылка “сработала”, необходимо выполнение первейшего условия – установления биопольного контакта еще в период беременности, о чем мы говорили только что. Поэтому и получается, что одно без другого – недостижимо.

По-видимому, при биопольном (т.е. без сенсорного закрепления) формировании импринтинга контакт слабее, но не приводит к катастрофическим последствиям. Физический контакт матери и младенца совершенно необходим и в этом случае, поскольку биопольный канал связи “мать-ребенок” без определенной поддержки постепенно ослабеет и через 24 часа перестанет функционировать вовсе.

Напротив, своевременно состоявшийся физический контакт ребенка с матерью запускает в действие механизм запечатления, фиксирует его, сохраняет действие биопольного канала связи. Если же импринтинг состоялся, то это вовсе не означает, что все в порядке. Механизм запечатления у человека требует непрерывного подкрепления на первой стадии жизни ребенка (до 6-ти мес.).

“Таким образом, на этой ранней стадии связи “мать-ребенок” особое значение имеет очень тесный контакт матери и новорожденного. При этом имеется в виду именно прямой, телесный контакт, и, следовательно, необходимо признать неправильным, когда плачущего младенца запрещают брать на руки, хотя известно много теорий, которыми пытаются мотивировать этот запрет. Между тем в первые месяцы жизни плачущего младенца просто необходимо брать на руки, обеспечивая тем самым тесный контакт с ним.

Если плач и играет какую-то роль в механизме запечатления, то его значение может быть только “иди сюда”. Ребенок плачет потому, что испытывает потребность в контакте, и в результате этого контакта у него формируется чувственное впечатление, которое мы называем любовью и нарушение которого приводит к тяжелым последствиям.

Естественно, если ребенка систематически не берут на руки и дают ему выплакаться, он вскоре научится понимать, что плакать бесполезно, все равно его не возьмут. В результате он будет отличаться хорошим поведением, но при этом нельзя не подчеркнуть, что как раз с этими хорошо себя ведущими младенцами и связаны очень многие осложнения. При анализе различных отклонений, проявившихся в 6-7-летнем возрасте, очень часто оказывается, что “это был прекрасный ребенок, никогда не плакал, лежал так, как его положишь, и потому его всегда можно было оставить одного” (Раншбург Й, Поппер П. “Секреты личности”, М., “Педагогика”, 1983 г., стр. 19).

Слабое, неполное формирование функции импринтинга (функции запечатления) ослабляет привязанность к семье, деформирует в будущем формирование онтогенетического дерева потребностей в части формирования социального уровня потребностей, трансформирует условия формирования потребностей более высокого уровня. В дальнейшем у девочки это может привести к тому, что (при отсутствии на это социальных причин) она может стать проституткой. Мальчик с ослабленной функцией запечатления будет плохим семьянином. И то, и другое будет обусловлено несформированностью потребности постоянства социального контакта, появляющейся как следствие формирования неполноценной функции импринтинга.

В качестве примера, иллюстрирующего силу влияния фактора отсутствия функции импринтинга на психическое и соматическое состояние ребенка, приведу исторический пример, когда осуществлялось целенаправленное “выращивание” сверх-людей по существующим, якобы, законам евгеники. Дело было в фашистской Германии. Для указанного “выращивания” отбирались по строгим медицинским показаниям молодые люди, которые осуществляли указанную программу – рожали сверх-людей. Рожали в специальных комбинатах, в идеальных жизненных условиях, но без каких-либо признаков любви.

“Каковы же выводы из этого беспрецедентного опыта столетия? Результат оказался поражающим воображение. В племенных инкубаторах появилось на свет 50 тысяч детей. Немалая выборка для проверки научных гипотез. Как выяснилось позднее, уже после крушения фашистского режима, интеллектуальный уровень этих детей был чудовищно ниже среднего.

Доля умственно отсталых среди них в 4-5 раз превышала норму. Это значит, что на племенных заводах нацистов народились дебилы. Такой вывод, полученный на основе “чистого” эксперимента, проведенного на огромной массе людей, ставит сокрушающую точку в споре о правомерности применения по отношению к людям евгенических теорий. Воспитание же в отрыве от семьи довершало умственную неполноценность детей, рожденных, напомним, от совершенно здоровых и полноценных родителей” (Л. Н. Мельников “Сверхчеловек: возможен ли он?”, газета “Оракул”,  № 3, 1997 г., стр. 20).

Таким образом, функция запечатления – это не какой-то миф, но огромная созидательная или разрушительная сила. В некотором смысле функцию запечатления можно, с этих позиций, рассматривать как форму образования (формирования) некоторого психического комплекса, который следует обозначить как “социальный эгоизм”, являющегося, таким образом, важным регулирующим моментом в течение всей жизни индивида и проявлением определенной формы интровертности.

Однако формирование функции запечатления необходимо не только младенцу. Функция импринтинга совершенно необходима и родителям (по отношению к младенцу), так как при этом устанавливается не только определенная близость с младенцем, но и формируется, а в некотором смысле - планируется будущее всей семьи: ее уклад, характер отношений в семье, с будущими детьми, с будущими внуками. Благодаря функции запечатления закладывается основа будущей семьи только что рожденного ребенка, когда он сам, став взрослым, сможет дать жизнь новому поколению.

Однако и это еще не все.

С функцией запечатления, как с психологической основой реализации условия почитания родителей и вообще старших, связана возможность установления психологического контакта с Богом. Это может показаться фантастикой, но именно в реализации этой психической функции лежит основа нашего отношения к Богу. Понять это важно, поскольку именно с функции запечатления начинается формирование внешней структуры души человека, а через нее - осуществляется информационная связь с ушедшими поколениями. Иначе говоря, импринтинг – это то, что обязательно должно быть передано по наследству.

Таким образом, психическая депривация (в данном случае – физическая изоляция) в первые часы жизни младенца на белом свете приводит к последствиям, исправить которые будет не в состоянии никакое воспитание. И дело в том, что душа младенца не сформирует определенный информационный комплекс, определяющий не только поведение, но и характер социальных контактов младенца в будущем.

Это означает, что из-за депривации по импринтингу у ребенка не может быть сформировано полноценное онтогенетическое дерево потребностей. Таким образом, функция запечатления определяет в некотором смысле будущую жизнь, т.е. судьбу каждого человека. Это произойдет вследствие того, что в условия формирования онтогенетического дерева потребностей вторгнутся такие психические факторы, которые в буквальном смысле “изувечат’ психику будущего человека. Следует понимать также, что психическая депривация младенца по импринтингу, как бумеранг, возвращается немедленно и к его родителям и деформирует психологический климат семьи.

Если говорить обобщенно, то функция запечатления является в некотором смысле психологическим фундаментом всей жизни человека, программирует жизнь будущих детей, внуков и так далее. Поэтому важно понять не только то, что происходит, если функция запечатления у человека не сформировалась, но и то, что следует делать для  восстановления этой функции.

Несмотря на некоторую интимность последующего материала, сейчас я имею право привести пример того, как у одного человека была нарушена функция запечатления, и как ему удалось ее восстановить.

Однажды ко мне обратился мой знакомый (его возраст в то время был 62 года) с несколько необычной просьбой.

Он рассказал следующее.

От своей матери, которая к моменту его рассказа уже давно скончалась, он как-то узнал, что в период беременности она хотела сделать аборт в силу некоторых семейных обстоятельств. Далее все постепенно успокоилось, она родила здорового во всех отношениях мальчика, который рос любящим сыном. Проблем никаких не было. Однако незадолго перед своей кончиной она рассказала ему о ее думах по поводу аборта в период беременности им. После этого он стал осознавать причины страха, преследовавшего его всю жизнь, но в котором он никому не признавался.

Мой знакомый попросил совета.

Я предложил ему сходить в церковь, поставить свечку за упокой матери, попросить у нее прощения и после этого поблагодарить ее за все, что она сделала для него.

Спустя две недели мы вновь встретились. Мой знакомый горячо поблагодарил меня: страх и какая-то внутренняя скованность полностью прошли…

Вот и вся история, связанная с одной из форм психической депривации.

 


ГЛАВА 12. СМЕРТЬ КАК ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПРОЦЕСС

Мы продолжаем рассматривать психическую жизнь индивида, которая, как выясняется, является сложным информационным процессом, связанным с переработкой и накоплением разнообразной информации, связанной с регуляцией процессов организма. При этом я исхожу из того, что именно душа делает организм живым, т.е. оживляет его именно ради получения все новой информации, которая навсегда, навечно запоминается в структурах души. Это “оживление” организма осуществляется путем регулирования физиологических процессов за счет сложного информационного обеспечения психическими функциями, формируемыми разумом организма. С этой точки зрения и смерть этого организма является не более чем некоторым информационным процессом, который может протекать самым различным образом.

Ранее последовательно проводилась мысль, что при любой форме и при любых уровнях исследований не удастся обнаружить ту точку, где кончается или, напротив, где начинается “живое”. Только наличие души объясняет этот “механизм” оживления. Поэтому сделанные выводы относительно уровней структуры души позволяют сказать, что физическая смерть (в клиническом смысле) - это исход души из сомы, т.е. в некотором смысле наблюдаются процессы подобные автомедитации – самостоятельного выхода души из сомы (тела).

С информационной точки зрения смерть мы должны понимать как процесс исхода души вследствие наступившей сенсорной депривации. Действительно, у состарившегося организма функции организма снижаются настолько, что функция отражения уже не может быть сформирована полноценной. Поэтому проявляются условия острой сенсорной депривации. Именно возникшая депривация приводит к исходу души из организма.

Смерть, таким образом, наступает тогда, когда организм в силу каких-то причин оказывается не в состоянии обеспечить душу этого организма новой информацией. Причиной смерти при этом может быть остановка действия внутреннего счетчика времени – хроноса. Другими причинами смерти могут быть физическое разрушение соматического основания организма ввиду тяжелой травмы, грубые нарушения деятельности органов и/или систем организма и так далее.

Таким образом, смерть организма – есть исход души из сомы вследствие наступившей по каким-либо причинам полной сенсорной и психической депривации. Именно в этом случае душа не может выполнять свою функцию по накоплению новой информации. С этой точки зрения становится понятным то ограничение по продолжительности жизни, которое определяется временем действия хроноса в памяти организма.

Во всех случаях, приводящих к смерти, работа души нарушается либо полностью (остановка хроноса), либо в определенном ее уровне, что также не может обеспечить устойчивость “оживления” душой этого организма. Так или иначе, душа покидает соматическое основание и наступает смерть, фиксируемая по остановке основных физиологических процессов

Одно из самых больших заблуждений в восприятии самой идеи души является мысль о неделимости души. Это заблуждение гораздо больше, чем представление собственно души как чего-то постоянного, данного от Бога. Ранее мы рассмотрели условия роста и угнетения (депривации) души, что позволило развеять один из мифов о душе. Затем мы выяснили условия зарождения души, что дало нам возможность устранить еще одно заблуждение.

Теперь нам остается понять, что душа, помимо того, что она может сжиматься в комочек, витать в пространстве и во времени, способна при определенных условиях разрываться на части так, что после этого остается два или более разрозненных куска. Эти куски разорванной души, как и сама душа в своем единстве, так же бессмертны, как и исходная душа. Но судьба этих осколков души – трагична.

Душа, как это неизбежно следует из опытов Г. Дюрвилля (Г. Дюрвилль “Призрак живых. Анатомия и физиология души. Опытные исследования о “раздвоении” тел человека”, Книгоиздательство “Новый Человек”, Петроград, 1915 г.), остается жить всегда, но дальнейшая судьба ее может быть различной, если она вынуждена покинуть умершее тело. Следовательно, имеет смысл рассмотреть, что собой представляет физическая смерть организма.

Из опытов Дюрвилля известно, что сначала тело покидает высшая структура души, затем - системная структура, потом - структура органов и последней - первичная структура. Поэтому мы можем сказать, что смерть при естественном исходе (от старости) - это постепенный, можно сказать - плавный исход души в строгом соответствии с иерархией структур, начиная со старшей структуры. В этом случае исход души происходит целостный, без нарушения связей между структурами.

Исход души происходит не мгновенно: пока не выйдет самая низшая структура (первичная), до тех пор “высшая” структура души “витает” рядом с умершим телом, соединенная с организмом информационным шнуром, описанным Г. Дюрвиллем. Иначе говоря, пока душа полностью не покинула умершее тело, остаются в действии низшие уровни процессов жизнеобеспечения, что говорит о некотором сохранении “первичной” жизни (на уровне клеток).

Полный исход души из сомы происходит в течение девяти суток. С этим  связаны народные обычаи поминать покойного на девятый день после кончины, поскольку именно на девятый день решается “участь” души. Под “участью” души следует понимать лишь то, что осуществляется контроль, насколько в структурах души содержатся элементы с левозакрученными полями. “Контроль”, естественно, осуществляется в структурах физического вакуума, или Богом. И пусть это не покажется фантастикой. Физическим вакуумом могут быть “приняты” только правозакрученные поля. Сам “суд” души (оценка качества биологических торсионных полей) происходит на третий день, когда основная часть души (высшая структура) предстает перед Богом.

Именно благодаря постоянному сохранению информационной связи души с сомой в течение девяти суток объясняются случаи “оживления” усопших на третий день (и иногда позже – до девяти дней) после кончины. Такие случаи обычно фиксируются врачами (например, в морге при условии отсутствия патологоанатомических исследований) как некоторое чудо, так как восстанавливаются все жизненные функции без нарушения памяти или иных психических функций. Здесь я мог бы привести очень интересный исторический пример, но это будет все-таки не совсем по теме. Этому полному оживлению, естественно, способствует то обстоятельство, что душа сохраняет всю информацию о жизни умершего. Без принятия данного положения о постепенном и плавном исходе души из сомы подобные случаи представляются совершенно необъяснимыми и неестественными.

Душа, свободная от сомы, находится в состоянии, в котором, по-видимому, может быть принята и как-то использована Высшим Разумом. Более того, не только может быть “принята” Богом, но и “принимается” им, если это не душа грешника. Происходит определенное “растворение” биологических торсионных полей души в структурах физического вакуума. Следовательно, определяется ее положение в информационных структурах Высшего Разума.

Я пока не обсуждаю существование душ грешников после их смерти: это не является предметом исследований на данном этапе. Я просто скажу, что души грешников не могут “приниматься” Богом даже в случае их естественной смерти. А причиной этого может быть только одна – у грешников душа имеет левозакрученные торсионные поля. Такие поля будут разрушать информационное поле (или информационную структуру) физического вакуума, и поэтому душа грешника не может быть принята Богом.

Если же смерть организма произошла в результате какого-либо насилия, то в этом случае плавность исхода души из сомы не обеспечивается и происходит “разрыв” того “шнура”, о котором говорил Дюрвилль. Причиной этого является как раз чрезвычайно острая сенсорная и психическая депривация, наступающая мгновенно, взрывоподобно. В этом случае, по-видимому, разум организма (в данном случае как некоторая автономная система) вообще не может сформировать какую-либо функцию отражения, что и говорит о полной психической и сенсорной депривации.

При этом исход высшей структуры души и той ее части, которая пострадала от насилия, происходит достаточно быстро, наподобие взрыва, тогда как остальные части души, связанные со здоровыми системами, органами и клетками, остаются соединенными с сомой. Безусловно, я не могу абсолютно точно сказать, какие именно полевые структуры разрываются. Но, несомненно, первыми обязательно разрываются “кольцевые” (связующие) структуры. “Квадратные” структуры, скорее всего, не разрываются вообще.

Этот вывод о неизбежности разрыва души при насильственной смерти может показаться несколько неожиданным, но именно “разрыв” души при ее исходе из сомы порождает ряд явлений, остающихся на сегодня загадочными: полтергейст, домовые и пр., оборотни, химерические образования (иногда обнаруживающие себя материализацией), реинкарнация и все, что с ней связано. Наша задача проследить “судьбу” верхних и нижних частей души, разорвавшейся от насильственной смерти организма.

У меня не так много аргументов, доказывающих или подтверждающих непременность “разрыва” души при насильственной смерти. Имеются данные исследований Дюрвилля, наталкивающие на данное заключение, а также те случаи реинкарнации (документально зарегистрированные), в которых при реинкарнации всегда так или иначе обнаруживается наличие души человека, погибшего насильственной смертью. Например, выше был приведен пример реинкарнации души Джона Кеннеди, характеризующий именно это обстоятельство. Выводы специальной комиссии, “постановившей” признать факт второго рождения Джона Кеннеди, были, естественно, глубоко ошибочными.

Вот пример Г. Дюрвилля, о котором он говорит, как я думаю, с улыбкой, хотя случай довольно трагичен, поскольку мог привести к смерти объектов его испытаний. Речь пойдет о формировании “подлинных” “двойников”, формируемых при особом гипнотическом сне.

“Вначале призрак чрезвычайно чувствителен и малейшие прикосновения болезненно отзываются на субъекте. Если призрак получает сильный удар, почти всегда оказывается синяк на соответствующей части субъекта и более или менее сильная боль продолжается несколько дней. Становится понятным, что раздвоенные колдуны получали удары, наносимые их двойнику, удалившемуся для совершения преступления.

Шнур тоже весьма чувствителен к малейшему прикосновению, и если сильно задеть его, то у субъекта вырывается крик боли. Если субъект и призрак стоят перед экспериментатором, один с правой стороны, другой - с левой, а экспериментатор медленно подвигается вперед, чтобы пройти между ними, он скоро дотронется до шнура и субъект почувствует более или менее сильный удар. Если он продолжает очень медленно подвигаться далее, он растягивает шнур, который эластичен и удлиняется, но в то же время тянет субъекта. Если спросить последнего, то, оказывается, он испытывает такое же ощущение, как если бы тянули веревку, к которой он был бы привязан, но ощущение это еще гораздо неприятнее.

Растягивание шнура у г-жи Ламбер бывает чрезвычайно сильное и, когда призрак внезапно удаляется, она, сильно притягиваемая, испускает крик боли и упала бы на пол, если бы я не поддерживал ее... В длинной статье в “Revue scientifique et morale” полковник де-Роша утверждает, что эта чувствительность, в особенности чувствительность шнура, бывает значительно больше в отношении экспериментатора, чем других лиц, не находящихся в прямом общении с субъектом.

В доказательство своего утверждения он приводит пример, который можно принять прямо за несчастный случай, так как пострадавший субъект должен был целую неделю пролежать в постели в состоянии, внушавшем серьезные опасения... Вот комическая история о чувствительности шнура, не имевшая серьезных последствий для двух субъектов, героев ее.

В начале моих опытов с г. Андре, Марта и Ненетта были раздвоены в моем рабочем кабинете. Мы хотели проверить, сознает ли находящийся в другой комнате то, что в ней происходит. Для этого г. Андре пошел в гостиную, где он должен был проделать несколько несложных действий. Я послал вслед за ним призрак Марты, который должен обратить все свое внимание на действия и жесты г. Андре. Затем я послал с той же целью призрак Ненетты, который зацепляет первый призрак в свой шнур. Оба субъекта жалуются. Призраки волнуются, перемещаются и перепутываются шнурами. Субъекты жалуются и кричат еще громче.

Для прекращения этого состояния г. Андре приходит ко мне; субъекты прямо ревут от боли, так как, несмотря на принятые меры предосторожности, он задевает оба шнура и тянет их. Наконец он подходит ко мне. Мы предлагаем субъектам встать и с трудом добиваемся этого; мы пробуем провести одного вокруг другого, но положение становится еще более плачевным, и мы вынуждены сделать то, с чего мне следовало начать при заплетании их: разбудить субъектов, чтобы прекратить раздвоение” (Г. Дюрвилль “Призрак  живых. Анатомия и физиология души. Опытные исследования о “раздвоении” тел человека ”, Книгоиздательство “Новый Человек”, Петроград, 1915 г., стр. 68-70).

Данные примеры наглядно показывают, насколько важна целостность “шнура”, соединяющего “призрак” и сому. Именно поэтому я говорю, что при насильственной смерти субъекта происходит разрыв “шнура”, что и приводит к “разрыву”, или к “разрушению” “целостности” души.

Вот другой пример, косвенно подтверждающий сказанное, который обнаруживает еще одно важное следствие. “Верхняя” часть “разорванной” души хранит в себе информацию об обстоятельствах физической смерти организма, что существенно влияет на ее дальнейшую судьбу.

“В маленьком английском селе Гайдсвил в одном из домов хозяина разбудил ночью стук в дверь, но на пороге он никого не обнаружил. Только лег в постель, как стук повторился. Сколько он ни проверял, источника этого шума понять не мог. А немного позже с криком проснулась его дочь - она почувствовала, как по лицу скользнула чья-то холодная рука. Спустя полгода в этот дом переехал уважаемый служитель церкви с семьей. И непонятная история повторилась: поздним вечером снова начался странный стук.

Одна из дочек шутя предложила неведомому существу: “Считай вместе со мной”. И стала считать, прихлопывая ладошками. В ответ раздавалось такое же количество ударов. Хозяйка спросила невидимого гостя, не дух ли он, и предложила при утвердительном ответе постучать два раза. Тут же последовало два удара. Пользуясь таким кодом, она выяснила, что разговаривавший с ней дух был при жизни лавочником, жил в этом доме, где его убили и зарыли в погребе. Откровение призрака получило подтверждение: при осмотре погреба там действительно нашли зарытый скелет” (Юрий Росциус “Свидание с призраком”, газета “Тайная власть”, № 6, 1998 г., стр. 5).

Здесь для нас принципиально важно именно то, что душа убиенного действительно не была принята Богом, а также то, что она реально помнила обстоятельства гибели своего “носителя”.

Однако, это, можно сказать, еще относительно благополучный исход для души убитого лавочника и тех, кто стал жить в его опустевшем доме – душа осталась неприкаянной, но ни в кого не реинкарнировала. Но пример ясно показывает, что “разорванная” душа действительно не может быть “принята” Богом. Это вынуждает ее “странствовать” вечно в ноосфере Земли, пытаясь “найти” свое “пристанище”.

Поскольку, как уже было сказано, душа никогда не может бесследно исчезнуть (в нашем понимании - умереть), каждая из частей “разорванной” души обретает самостоятельность. “Верхняя” часть и та часть души более низкого уровня, что оказалась с ней “связана” при таком разрыве, обладают разумом. Это означает, что при определенных условиях они способны совершать какие-либо действия  или нести с собой “добро” или “зло”.

Я осторожно отношусь к самим понятиям добра и зла, поскольку добро - оборотная сторона зла, и все, что нам кажется добром, несет с собой и определенное зло. Поэтому я стою на признании необходимости равновесия между добром и злом, стою на стремлении к тому, что я и называю справедливостью.

Однако, в данном случае под “добром” следует понимать определенно положительную энергию. Имеется в виду энергия, обусловленная правой “закруткой” биологических торсионных полей (назовем ее – “белая” энергия). Под “злом” будем понимать отрицательную энергию, образуемую левозакрученными полями. Именно эти поля предстают ясновидящему как подлинно черные (“черная” энергия).

В зависимости от того, в каком уровне произошел “разрыв”, уровень активности “верхней” “оторванной” части структуры души будет отличаться в большую или меньшую сторону. Под “уровнем разрыва” в данном случае я понимаю самую высшую структуру, которая при физической жизни организма была сопряжена (осталась) с центральной нервной системой. Сюда, можно полагать, будет относиться часть, которая была сопряжена с органом (органами) или системами организма, из-за поражения которых произошла физическая смерть организма. Например, у повешенного, скорее всего, останется высшая структура в полном одиночестве. Человек, застреленный в сердце, отдаст “верхней” части уходящей души вместе с высшей структурой и ту, которая была сопряжена с сердцем.

Появление привидения (блуждающей “разорванной” души) убиенного - это относительно благополучный исход, если так можно выразиться, для такой души, поскольку она (душа) не наносит определенного ущерба живущим рядом людям.

Значительно сложнее протекает существование “разорванной” души в тех случаях, когда она реально вселяется в кого-либо из живущих - реинкарнирует. Именно этот процесс вселения чужой души, точнее - осколка чужой души – и называется реинкарнацией.

Подчеркнем, что при зарождении организма происходит слияние душ яйцеклетки и сперматозоида. Этот процесс следует назвать инкарнацией. Я стою на той точке зрения, что под реинкарнацией следует понимать не просто переселение душ, как это обычно понимают в религии индусов или в буддийской религии. Перевоплощения, как показывает информационная теория души, вообще не может быть. Именно “вселение” в живой организм верхней части “разорванной” души следует назвать реинкарнацией. Это принципиально важно, поскольку такой подход дает ключи к решению многих жизненных проблем.

Сделаю одну оговорку, связанную с тем обстоятельством, что души грешников не могут быть приняты Богом. В этом случае эти души становятся подобны душам, разорванным при насильственной смерти, и также могут реинкарнировать. Следовательно, при разрыве души вследствие насильственной смерти происходит частичное закручивание кольцевых полевых структур (именно они и разрываются) в левую сторону. Это также позволяет понять, почему за невинно убиенных в церкви служат совершенно особые молитвы.

Но всегда, при любом случае или варианте реинкарнации, собственная душа исходного организма никуда не девается. Поэтому, например, человек с реинкарнированной в него душой становится обладателем двух независимых душ, что бывает почти всегда трагедией для этого человека. Если же понимать реинкарнацию как повторное рождение с “чужой” душой, то становится совершенно непонятным, что из этого вообще следует.

Давайте проследим, при каких обстоятельствах обычно происходит “вселение” осколка чужой души.

“Вот неполный перечень достоверно известных фактов.

В 1978 году Николай Александрович Липатов из Вологодской области, попав под удар молнии, чудом остался в живых и неожиданно для себя и окружающих стал свободно говорить на трех европейских языках. В 1987-м в Тульской области колхозника - пенсионера Геннадия Сергеевича Смирнова - прижало прицепом к забору, сильнейший удар пришелся по голове, и на следующий день он вдруг стал говорить на языке Гете, которого раньше не знал. В 1982 году после перенесенной тяжелой болезни девочка из Ярославля вдруг заговорила на шумерском языке, который существовал в III веке до нашей эры...

Встречаются еще более невероятные случаи. Девочка Эмилия Толмэдж из Северной Америки, которая отроду не знала ни одной ноты и никогда в своей жизни не играла, неожиданно написала ноты, села за фортепиано и с самоуверенностью опытного исполнителя сыграла композиции таким стилем, который бы сделал честь любому хорошему музыканту” (Света Кузина “Откуда в сейфе взяться кролику...”, газета “На грани невозможного”, № 4 (187), стр. 3).

Кроме последнего, все остальные из перечисленных примеров произошли после каких-то трагических событий. Это дает возможность сделать определенный вывод о том, что “вселение” осколка чужой души может происходить у взрослых людей тогда, когда, так или иначе, оказалась подавленной, в чем-то вытесненной из сомы собственная душа реципиента (приемника).

Наиболее подходящий вариант ответа на этот вопрос заключается как раз в том, что при аварии, катастрофе, ударе молнии или при глубоком наркозе в процессе выполнения хирургической операции собственная душа в ее главной части покидает сому, как бы “освобождая” место в теле человека. При этом ослабляются энергетические “защитные” оболочки, обычно предохраняющие взрослого человека от вселения осколка чужой души и от других воздействий осколков чужих душ. Это и создает возможность “немедленного” вселения чужой души (если она в этот момент оказалась поблизости), который, как мы знаем, несет всю интеллектуальную информацию своего прежнего носителя, погибшего незадолго до этого.

Последнее покажется спорным, так как “случай с шумерским языком” вроде бы говорит об обратном. На самом деле в таких случаях, чаще всего, следует говорить о повторных реинкарнациях. Происходит многократное повторение процесса реинкарнации одного и того же осколка души.

Все люди, которые подверглись реинкарнации в описанных выше случаях, могут быть благодарны судьбе, так как в них “вселилась” по своему “хорошая” чужая душа, случайно “подвернувшаяся” в момент произошедшей трагедии. Но гораздо важнее распознавать случаи вселения “плохих” – негативных, “черных” чужих душ, что случается гораздо чаще и нередко приводит к иным последствиям. Вот характерный пример.

“Очевидно, нет народа, которому неведомо было бы это понятие - одержимость. Само слово это – “одержимый”, “бесноватый” заключает в себе тайный ужас перед неведомой силой, вселившейся в человека и подчинившей его себе. Чтобы пояснить, что имеется в виду и как может выглядеть происходящее со стороны, приведу рассказ, описывающий такой случай одержимости или вселения в человека некоей сущности.

“В селе Нововасильевске Бердянского уезда Таврической губернии, жила Екатерина Лаврентьевна Мазаева - моя бабушка. Мне очень часто случалось бывать у ней, а иногда гостить по неделе и долее. Бабушка имела у себя служанку Дуню. Эта Дуня была одержима злым духом. Я называю его злым духом, как все очевидцы называли кого-то постороннего, пребывающего в Дуне, так как голос был слышен помимо ее воли; она не раскрывала рта, незаметно было ни движения лица, ни гортани, голос выходил как бы из внутренних частей ее организма, и выговор был мордовский, между тем как Дуня говорила чисто русским языком. Злой дух именовал себя “Свирид Степанович” и любил разговаривать со всеми. Свирид Степанович требовал от Дуни, чтобы она его кормила тем, что ему нравится, но Дуня отличалась честностью и никогда, не спросившись моей бабушки, ничего не брала и постоянно отказывала Свириду Степановичу. Тогда он начинал волноваться, Дуня падала, корчась в сильных судорогах, кричала, охала. Присутствующие при этом спрашивают: “Что ты, Дуня? Что с тобой?” “Я не Дуня, я Свирид Степанович”.

Я сам спрашивал его: “Кто ты такой, Свирид Степанович?” Он отвечал: “Я из мордвин, шел я в Киев молиться и поссорился с моим товарищем по путешествию. При этом, не имея воды для питья, я рассердился на свою жизнь и покончил с собою - повесился на сосне. После смерти мне много лет пришлось скитаться; меня ни в какое общество духов не приняли, и вот один благодетель посадил меня в Дуню, а она меня обижает, не дает мне того, что мне хочется; ей бабушка не запрещает кормить меня тем, что мне нравится, а она стыдится брать. Так вот я ей задам!”... Затем начинались корчи, крик, стоны” (А. Горбовский “Иные миры”, Общество по изучению тайн и загадок Земли, Москва, 1991 г., стр. 150).

Подобных примеров можно привести гораздо больше того, чем этого хотелось бы, поскольку, надо признать, реинкарнация “осколка” чужой души - это всегда плохо по разным причинам. Одна из таких причин состоит в том, что чужая душа (напомню – “верхняя” часть души индуктора) активно вмешивается в повседневную жизнь реципиента, так или иначе меняя психологическую сущность человека, принявшего этот осколок души.

Что же происходит в тех случаях, когда вселяется “чужая” душа?

Теоретически при вселении “чужой” души может произойти три варианта преобразований:

- вытеснение собственной души индивида (ее соответствующей части);

- слияние вселившегося осколка души с душой “хозяина”;

- сосуществование двух разнородных душ в одном организме.

Первый вариант возможен только теоретически, но на практике он не происходит никогда, поскольку “собственная” душа индивида (соответствующая верхняя часть) тесно и функционально связана с низшими структурами души, что и обеспечивает управление процессами гомеостаза. Благодаря органичной связи верхней части души “хозяина” со структурами низших уровней, душа представляет собой чрезвычайно устойчивую полевую структуру, тесно связанную с соматическим основанием. Вследствие совершенно определенной индивидуальности души “хозяина” “чужая” душа (ее верхний осколок) не в состоянии взять управление сомой на себя, что и приводит к невозможности вытеснения души “хозяина”. Однако вмешиваться в жизнь хозяина чужая душа может, осуществляя свое влияние через узел управления, рассмотренный ранее.

Второй вариант происходит при соответствующей совместимости двух душ, что может считаться наиболее благоприятным исходом реинкарнации, так как “хозяин” при этом “обогащается”, “получает” огромный объем информации, которая сразу же может быть использована в жизненной практике. В этом случае и происходят “чудеса”, подобные описанным выше. Однако и в этом случае не исключено появление у “хозяина” некоторых негативных свойств - дурных привычек, склонностей. Кстати говоря, при слиянии сперматозоида и яйцеклетки происходит как раз слияние двух первичных элементов души, принадлежащих родителям, в результате чего и происходит появление новой души, несущей в себе “отпечатки” душ родителей. Именно поэтому вариант реинкарнации, завершающийся слиянием душ, я назвал инкарнацией, поскольку в итоге образуется одна – общая – душа.

Необходимо сказать, что вариант “трансформации” души “хозяина” сомы от слияния двух душ может оказаться и трагичным, если чужая душа принадлежит не человеку, а какому-нибудь убитому животному. Этот вариант реинкарнации вообще никак никем не рассматривался с достаточной степенью основательности, поскольку случаи подобного рода относительно редки и выглядят как некоторая порча.

Второй вариант исхода реинкарнации отличается и тем, что свойства реинкарнированной души в большой степени влияют и на потомство. Это означает, что на полевом уровне будет передана информация о “прежнем хозяине” реинкарнированной души. Именно это обстоятельство и породило представление о множественном переселении душ, хотя, как становится очевидным, налицо лишь чья-то индивидуальная трагедия. Более того, наиболее понятным такой механизм становится, если принять как способность осколка чужой души “переселяться” из организма родителя в организм ребенка.

Во всяком случае рассмотренные механизмы зарождения души у эмбриона, влияние условий развития и роста души не оставляют более места для реального повторного появления кого-либо с душой организма, жившего ранее. Все такие случаи являются следствием когда-то совершенного насилия над каким-то организмом, душа которого и была реинкарнирована.

При таком варианте реинкарнации возможно преобразование человека в оборотня, т.е. оборотень не миф из сказок и легенд, а жертва реинкарнации. Появление оборотней вообще не связывают с механизмом реинкарнации, что, как становится очевидным, является результатом бездумной деятельности человека. В этом случае способность “оборачиваться” также может передаваться по наследству, так как в определенной степени могут затрагиваться информационные основы души. Механизм передачи “оборотничества” по наследству, скорее всего тот же, что и описанный выше.

“Явление оборотничества даже в фольклоре рассматривалось как составная часть магического искусства. Оборотнями обычно являлись профессиональные колдуны, в арсенале которых были и другие “фокусы”. Но бывали и такие случаи, когда оборотничество было как бы прирожденной способностью редких людей, которые специально колдовством не занимались. Эта странная способность присутствовала в человеке от рождения, и все... Известны были и последствия их рискованных и страшных превращений: если подстрелить животное-оборотня, то у человека, в которого он затем превратится, будет рана на том же месте, что и у животного...

Явление оборотничества имело большое разнообразие не только в отношении того, в кого можно было превратиться, но и в отношении способов превращения. Вариант, когда астральное тело человека переселяется в тело животного, а его физическое тело находится в состоянии транса, - это, оказывается, не единственный способ оборотничества. Если верить легендам и свидетельствам очевидцев, оборотень может превратиться из человека в животное почти мгновенно и вместе со своим физическим телом. Последнее весьма трудно себе представить - и тем не менее...” (Н. Ковалева “След оборотня”, газета “Клуб Эра Водолея”, апрель N7, 1998 г., стр. 5).

Я не обсуждаю возможность астрального переселения души человека в тело животного: это не входит в круг моих вопросов. Но случаи мгновенного превращения человека в какое-либо животное, обычно спонтанные и в полнолуние - это и есть то, что мы исследуем. Вот пример.

“Несколько лет назад в издание, где я работала, пришло письмо из сибирской деревни. Письмо, которое все сочли за умелый розыгрыш: необычный смысл текста, пожалуй, слишком хорошо совпадал с его стилем - не очень грамотным, усыпанным своеобразными сибирскими словечками. Если не обращать внимания на грамматику, суть послания сводилась примерно к следующему.

“Дорогие друзья!

Пишет вам очень несчастный, еще молодой человек Владимир К-в. Моему горю можете помочь только вы, люди столичные и образованные. Примерно год назад мне приснился очень яркий, отчетливый сон. Снилось мне, что я вдруг ни с того ни с сего превратился в огромного матерого волка-одиночку, оказался при этом в ночном лесу. Сквозь деревья светила полная, яркая луна, а мною - волком владело только одно чувство: жажда крови...

Я должен был убить кого-то живого, впиться в него зубами и когтями. Ничего другого я не чувствовал и не понимал, это было сильнее меня. И при первом же шорохе в кустах я бросился в погоню за добычей... Тогда это был еще обыкновенный заяц. На дворе стояла осень, я бежал за зверьком, и за мою шкуру цеплялись ветки деревьев. Я настиг добычу и долго терзал ее клыками и когтями...

Проснулся я после этого сна позже обычного, и первое, что я ощутил, - страшную усталость. Все мышцы ныли. Но каков был мой ужас, когда я обнаружил у себя под одеялом мелкие веточки и пихтовые иглы, а под ногтями - запекшуюся кровь! Кроме того, все мое тело было поцарапано, как будто я нагишом продирался сквозь кусты...

Значит, это был не сон? Но если бы на этом все кончилось! С того момента каждый раз в полнолуние я две-три ночи подряд становлюсь оборотнем и охочусь, охочусь - точнее, рыскаю по лесу в поисках очередной жертвы. Я бы, наверное, не обратился ни к кому за помощью, но в последний раз случилось ужасное: моей жертвой стал человек. Мне не хотелось верить в это, когда я “проснулся” на другой день, не хотелось верить, что на этот раз под моими ногтями запеклась человеческая кровь. Но к вечеру по нашей деревне пополз слух, что какой-то невероятной величины зверь задрал насмерть лесничего с соседнего угодья...” (Ольга Вешнякова “Охота на оборотня”, газета “Тайная власть”, № 4, 1998 г., стр. 15)

Скажу сразу, что автора цитировавшегося письма удалось “вылечить” экстрасенсу (это очень важно, что не психиатру, а именно - экстрасенсу).

В книге А. Горбовского “Иные миры” (А. Горбовский “Иные миры”, Общество по изучению тайн и загадок Земли, М., 1991 г.) имеется фотография оборотня (редчайший снимок, но не редчайший случай). Эта фотография показывает, что может происходить, если случается двойная или тройная реинкарнация, при которой осколки вселяющихся душ сливаются с душой “хозяина”. Приведенное на фотографии псевдо-животное образовалось, как мне представляется, после того, как в пуму вселилась “верхняя” часть души, по-моему, волка и слилась с душой пумы. После этого пуму также убили, и душа пумы, уже содержащая осколок души волка, вселилась в человека. Соответственно этому получившийся гибрид животного-оборотня не может быть отнесен к какому-либо виду.

Тем не менее, оборотень не всегда может образоваться из-за “вселения” “верхней” части души убитого животного. Для того чтобы такое произошло, необходима большая энергетика души убитого животного. Таковой обладают души только крупных, энергичных и агрессивных животных: волка, пумы, тигра, свиньи, медведя и т.п. Поскольку душа каждого животного из числа перечисленных запоминает обстоятельства гибели своего “носителя”, то жертвами оборотней, как правило, становятся люди, возможно именно те, кто убил это животное.

Оборотничество может происходить и тогда, когда в человека “вселяется” верхний осколок души убитого человека, жившего неправедно. Мне приводилось наблюдать процесс оборотничества типа “человек-человек”, когда внезапно вместо хорошо знакомого вам человека вы наблюдаете черты совершенно вам незнакомого субъекта, злого и чрезвычайно ограниченного. Удивительно, но факт – внешность человека внезапно резко изменяется, становится какой-то серой, изменяется словарный запас, привычки, черты заостряются… Впечатление жуткое.

Когда же вселяется душа убитого животного, мирного по своей сущности (жвачное животное, кошка, собака, рыба и т.п.), энергетики души которых недостаточно для оборотничества, то в этом случае вселившаяся душа более или менее не влияет на жизнь реципиента, который, как правило, и не подозревает о произошедшем с его душой. Трагедия души этого человека начинается после смерти этого человека, так как такая “гибридная” душа не принимается Богом. Отсюда появляются домовые, водяные и так далее.

Но и в таких случаях могут проявляться различные психические нарушения, поскольку “осколок” вселившейся души убитого животного может вмешиваться в деятельность узла управления психикой, что будет вызывать совершенно странные (с точки зрения стороннего наблюдателя) поведенческие реакции. Кроме того, у такого человека могут появиться различные соматические болезни, которые при всем старании врачей не поддаются лечению. И даже простые движения в ряде случаев становятся непонятными никому. Лечить таких людей методами психиатрической практики бесполезно и бессмысленно, поскольку в таких случаях никогда не будет устраняться первопричина психического нездоровья.

Теперь рассмотрим третий вариант реинкарнации (сосуществование двух душ в одном организме). Он наиболее трагичен. Это как раз иллюстрируют примеры, подобные “Свириду Степановичу”. К сожалению, сегодня такие случаи воспринимаются всегда как различные формы сумасшествия (шизофрении), что и делает таких людей пациентами психиатрических больниц. На самом деле, как мы теперь понимаем, дело совершенно в ином, и методы лечения таких людей должны быть другими, не медицинскими. Методы, используемые церковью для “изгнания бесов”, более эффективны, чем все методы психиатрии вместе взятые.

Иисус Христос первым открыл пути и методы изгнания бесов из людей. После Христа Церковь совершает специальный обряд “изгнания бесов”, что приводит к полному излечению указанного психического нарушения. Обряд “изгнания бесов” тяжелый и для того, кто освобождается от “бесов”, и для того, кто это делает. Классическая медицина же не в состоянии сделать что-нибудь реальное для таких людей, которые, подчеркиваю, не являются ни в какой степени больными в клиническом смысле.

Сосуществование двух душ (или большего количества) в одном организме приводит к тому, что реинкарнированные души начинают вмешиваться в деятельность узла управления психикой, переключая их не в соответствии со складывающейся для субъекта обстановкой, но в угоду каким-то своим интересам: например, выделять потребности, несвойственные субъекту. В этом случае выявляемые потребности (как это было в случае со “Свиридом Степановичем”) не могут быть удовлетворены, что и приводит к разнообразным припадкам, фобиям или маниям.

Анализ условий реинкарнации в известных многочисленных примерах показывает, что процессу реинкарнации взрослые люди, как правило, не подвергаются. Исключением бывают те случаи, когда взрослый человек попадает в какую-либо чрезвычайно экстремальную ситуацию (на грани жизни и смерти, например, в бою или на операционном столе), либо происходят какие-либо несчастья, о чем говорилось выше, т.е. происходит временный частичный исход души.

Более того, при подобных катастрофических условиях, сопутствовавших процессу реинкарнации, можно предполагать, что в ряде случаев именно “чужая” душа, вселившаяся на временно “освободившееся” место, возвращала к физической жизни “хозяина”. Именно вселившаяся душа побуждала “свою” душу возвращаться в сому. Так что в таких случаях “худо есть добро”, если перефразировать известную поговорку. Но это все касается случаев реинкарнации осколка чужой души во взрослого человека.

Причины, по которым реинкарнация в большинстве случаев не происходит со взрослыми людьми, заключаются в том, что у взрослого человека “своя” душа способна противостоять “вселению” “чужой” души за счет того, что она вполне сформировалась, достаточно устойчива и активно работает. Этому соответствует то, что энергетические информационные оболочки души, имеющиеся согласно многим религиям, достаточно надежно защищают взрослого человека. Каждый человек во многом защищен от вторжения осколков чужих душ, поскольку его собственная душа образует так называемую информационную оболочку.  Информационная структура души представляет собой для внешних торсионных полей информационное зеркало, отражающая внешние информационные структуры. Это и защищает душу “хозяина” от вселения осколков “чужих” душ.

Совсем иначе обстоит дело с детьми. В этом случае душа еще “растет”, не развилась количественно и, главное, качественно (информационно и энергетически). Поэтому и случаи реинкарнации у детей в возрасте от 6 до 17-20 лет наиболее часты. Случай с Владимиром К-вым - пример того, что он в подростковом возрасте, по-видимому, пошел с отцом или с кем-то другим взрослым на охоту, где на его глазах был убит волк. Эта сцена убийства, вероятно, потрясла подростка, что и привело к реинкарнации души волка в тело ребенка.

Одна из десяти заповедей Бога, данная Моисею, гласит: “Не убий!”, повторенная потом Иисусом в Его Нагорной проповеди, связана, как я это понимаю, именно с необходимостью предотвращения возможности реинкарнации осколков душ убиенных. Кроме того, влияние реинкарнированной души на душу “хозяина” может приводить (и приводит) к деформации “хозяйской” души. Значит и в этом случае возможно непринятие души Богом после смерти. В тексте Библии говорится, что в одного человека может вселиться не одна чужая душа, а больше - до семи, что становится совершенной трагедией для человека.


ГЛАВА 13. ИНФОРМАЦИОННАЯ МОДЕЛЬ ГОМЕОСТАЗА

Одной из целевых функций живого организма при обеспечении выживания является сохранение в относительно постоянном состоянии внутренней среды организма на всех уровнях: от субмолекулярного уровня до органов и тканей - температурного режима, процесса обмена веществ, внутренней биохимической среды клеток и так далее.

“Уже более столетия прошло с тех пор, как Клод Бернар создал учение о постоянстве внутренней среды - учение, которое положило начало почти необозримому числу экспериментальных исследований, теоретических изысканий, нередко спорных и противоречивых суждений...

И лишь после того, как Уолтер Кеннон в 1929 г. окончательно сформулировал теорию гомеостаза, представление о постоянстве внутренней среды, о ее всеобъемлющем значении для жизнедеятельности организма, для его существования получило не только общебиологическое, медицинское, но и глубокое философское звучание... Как ни странно, но само понятие “гомеостаз” не имеет до сих пор четкого, безоговорочного определения...

Согласно всем классическим канонам, под гомеостазом следует понимать относительное динамическое, колеблющееся в строго очерченных границах постоянство внутренней среды (крови, лимфы, внеклеточной жидкости) и устойчивость (стабильность) основных физиологических функций организма (кровообращения, дыхания, пищеварения, терморегуляции, обмена веществ и т.д.).

Является ли эта формулировка безоговорочно признанной? Отнюдь нет. В литературе можно встретить и другие определения, как, например: “Гомеостаз - совокупность процессов, обеспечивающих постоянство внутренней среды”. В этом определении причина и следствие как бы перевернуты. Гомеостазом названы гомеостатические механизмы, т.е. физиологические процессы или управляющие системы, регулирующие, координирующие и корригирующие жизнедеятельность организма, целью которых является поддержание в нем относительно стабильного состояния” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М., “Наука”, 1983 г., стр. 19,20).

Итак, гомеостазом, по мнению многих ученых, следует называть постоянство внутренней среды и устойчивость основных физиологических функций. Однако при таком подходе внутренняя среда организма выступает как саморегулирующаяся система, хотя совершенно очевидно, что этого просто не может быть. Внутренняя среда должна регулироваться извне (по отношению к самой среде), как это и должно быть в системе автоматического регулирования, каковой и является весь организм, управляемый целиком его разумом. Более того, неверно понимать под механизмом процесс, поскольку процесс - это все-таки продукт чего-то идеального, а механизм - это материальное воплощение системы регулирования.

Сложности, возникшие при толковании сущности гомеостаза, обуславливаются, на мой взгляд, тем, что не всегда можно отделить объект регулирования от механизма регулирования, что и порождает определенную путаницу не только в терминах, но и в понимании явления. Так, например, кровь является, с одной стороны, средой, т.е. объектом регулирования. С другой стороны, кровь сама является и механизмом регулирования других параметров гомеостаза.

Поэтому при любом понимании конкретики гомеостаза его сущность должна пониматься именно как некоторая совокупность (система регулирования), состоящая из собственно среды, относительную стабильность параметров которой поддерживает процесс, управляемый каким-либо образом разумом так, чтобы обеспечивалась требуемая константность внутренней среды, и механизмы регулирования. Иначе говоря, всегда следует рассматривать триединое: среда, механизм и процесс (программа) регулирования.

В этом случае можно проводить определенную дифференцировку уровней гомеостаза: клеточный, гомеостаз органов (как отдельных механизмов организма), систем и центральной нервной системы. Кроме того, только в этом случае обнаруживаются скрытые ранее свойства психики.

“Советский ученый А. А. Логинов в своей интересной книге “Очерки по общей физиологии” (1976) говорит о разных уровнях гомеостаза - цитогенетическом, соматическом (морфологическом), функциональном и онтогенетическом. Он выделяет гомеостаз дыхательный, пищеварительный, выделительный, циркуляторный, двигательный, сенсомоторный, психомоторный, психологический, регуляторный и даже информационный, обеспечивающий оптимальную реакцию на поступающую информацию” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М., “Наука”, 1983 г., стр. 31).

Как видим, уже были высказаны в определенной степени противоречивые по отношению к классической точке зрения взгляды, которые достаточно близки рассматриваемым здесь.

Итак, процессы стабилизации параметров среды организма – это разнородные, иерархически организованные процессы, в которых механизм регулирования одного уровня в другом может выступать как среда, подлежащая регулированию. Для того чтобы процессы регулирования были эффективны, чтобы обеспечивалась достаточная чувствительность в контуре регулирования, организм должен осуществлять определенные изменения внутренней среды непрерывно. Вместе с тем полностью обеспечить совершенно стабильное состояние не только организм, но и любая система автоматического регулирования, не в состоянии.

С другой стороны, для нормального обеспечения жизнедеятельности организма вовсе не требуется сохранение действительно постоянного состояния внутренней среды организма. Скорее наоборот, целесообразны некоторые, постоянно меняющиеся отклонения от нормы, от какого-то среднего состояния. Происходят как малые, едва заметные отклонения, накапливающиеся в ходе жизненного цикла за счет различных изменений в организме, например, от старения или вследствие микроэволюционных преобразований. Происходят и также изменения, имеющие характер колебаний относительно некоторой оптимальной величины в течение суток, времен года и т.п. Кроме того, собственно процесс жизни можно понимать (в том числе и внутри одного организма) как определенную совокупность отмирающих, деградирующих частей, рождение и развитие новых. Безусловно, в данном случае не идет речь о патологических изменениях состояния внутренней среды, возникающих при каких-либо заболеваниях.

“Активная роль разрушения в жизненном процессе, его значение как первоосновы созидания подтверждается теоретическими представлениями, развиваемыми известным советским физиологом И. А. Аршавским. Согласно этим представлениям, растущий организм нуждается в стрессорных влияниях среды (под стрессорными влияниями... понимается воздействие раздражителей самой разнообразной природы, реагируя на которые организм испытывает состояние напряжения - стресса...), стимулирующих его двигательную активность (в частности, в периодическом дефиците кислорода и питательных веществ), сопровождающуюся обязательными энергетическими тратами, которые окупаются индукцией избыточного анаболизма (созидания)...

Нужно сказать, что физиологический стресс необходим не только молодому, растущему, но и взрослому организму. Источником такого стресса является постоянно присутствующий элемент рассогласования его с внешней средой. Дело в том, что адаптация отнюдь не означает абсолютной гармонии во взаимоотношениях организма и среды. В этих отношениях всегда есть элемент  противоречия, рассогласованности, необходимый организму для постоянной тренировки и поддержания высокой рабочей готовности его защитных механизмов, которые следует незамедлительно пускать в ход во имя спасения в случае внезапных и резких пертрубаций в среде” (Б. С. Алякринский, С. И. Степанова “По закону ритма”, М., “Наука”, 1985 г., стр. 20-22).

Мне представляется важным признание определенной первичности в регулировании параметров среды организма тех управляющих воздействий разума, в результате чего возникают процессы, которые и обеспечивают относительное постоянство среды, т.е. процессы осуществляются в соответствии с реализацией функции выживания (некоторой программы выживания). В дальнейшем мы покажем, как эти процессы возникают, как протекают. Поэтому будем их рассматривать как процессы жизнеобеспечения, организованные в некотором смысле иерархически.

Для нас важно четко понять, что при любой интерпретации уровней жизнеобеспечения, гомеостаз является итогом процессов жизнеобеспечения, что позволяет выявлять некоторые особенности жизни организма и деятельности разума, давать им определенные объяснения, тогда как при ином подходе становятся необъяснимыми многие проявления психики.

Наличие процессов жизнеобеспечения у всех без исключения живых организмов обязательно, а это может быть обеспечено при условии наличия определенных реакций на изменения внутреннего и внешнего. Следовательно, мы, так сказать, с другой стороны вновь подтверждаем необязательность наличия мозга для осуществления функций разума на любом уровне живой материи.

В порядке постановки проблемы необходимо рассмотреть в крайне ограниченном объеме информационные механизмы, обеспечивающие действие жизненных процессов, и механизмы, связанные с запоминанием и обработкой информации о биохимических процессах в клетках, органах и системах организма. Этот вопрос будет изложен скорее в философском, чем в физиологическом плане, поскольку мне вовсе бы не хотелось вторгаться в области, далекие от психологических проблем. Здесь проблема будет только обозначена.

Для обеспечения нормального функционирования механизмов выживания организм, естественно, должен помнить не только все то, что происходило когда-либо во внешнем мире, но должен запоминать также и все то, что происходило в самом организме.

Иначе говоря, преемственность форм жизни на Земле не означает исчезновения свойств низших организмов при переходе к более сложной организации. Следовательно, каждая клетка живого организма в некотором смысле живет автономно, реализуя свою функцию выживания. Можно также сказать, что любой более сложный, чем одноклеточный, организм представляет собой всего лишь конгломерат автономных одноклеточных организмов. Соответственно, каждый автономный орган сложного организма представляет собой законченный по функциям организм со своими параметрами разума.

“Установлено, что живая клетка, изолированная или составляющая часть сложного многоклеточного организма, представляет подвижную, саморегулирующуюся систему. Она не находится в абсолютном равновесии со своим окружением. Ее внутренняя организация поддерживается активными процессами, направленными на ограничение, предупреждение или устранение сдвигов, вызванных различными воздействиями из внешней и внутренней среды.

Способность возвращаться к исходному состоянию после отклонения от некоторой средней величины, вызванного тем или иным физическим, химическим, физиологическим фактором, - особое преимущество живой клетки. В известной мере это относится и ко всему организму, который состоит из огромного числа строго дифференцированных клеток” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М., “Наука”, 1983 г., стр. 22).

Идея определенной автономности существования каждой из клеток организма как раз и означает, что и память в живом организме “начинается” с уровня клетки.

Память является некоторым вместилищем данных, необходимых для формирования необходимых полных функций отражения, обеспечивающих реализацию выживания. На уровне клетки, таким образом, при указанном понимании, психические функции формируются в необходимом объеме и качестве. Поэтому на данном этапе попытаемся выяснить что, как и насколько долго может хранить (воспроизводить) предшествующую информацию отдельная клетка организма. При этом мы прибегнем к методу аналогии, сопоставляя жизнедеятельность отдельной клетки с жизнедеятельностью одноклеточного организма. Посмотрим, как понимается функция памяти на уровне одноклеточного организма.

“Самая элементарная индивидуально вырабатываемая реакция снижения возбудимости называется привыканием. Она возникает при многократном систематическом повторении определенного раздражителя, не грозящего организму существенными последствиями, и заключается в постепенном достаточно устойчивом ослаблении самой реакции или уменьшении частоты появления вплоть до полного исчезновения. Иными словами, животное “обучается” не реагировать на раздражитель, не причиняющий ему вреда, и привыкание становится как бы “отрицательным обучением”...

Способность к выработке привыкания обнаружена у самых примитивных организмов. Из одноклеточных существ для подобных исследований чаще всего используют разноресничную инфузорию спиростомум амбигуум. Это колосс в микромире. Инфузория достигает в длину 2 мм и хорошо видна невооруженным глазом. При небольшом увеличении спиростомумы выглядят белесыми червячками, активно ползающими по поверхности стекла или любого другого субстрата.

Если к поверхности крохотного аквариума, где находятся эти инфузории, прикоснуться кончиком карандаша, вызвав колебания пленки поверхностного натяжения, а вслед за ней и толщи воды, все находящиеся там спиростомумы мгновенно, как по команде, прекратят движение и съежатся в комочек. Испуг от неожиданного вторжения в их маленький мир скоро пройдет, тела инфузорий вытянутся, и они, как ни в чем ни бывало, продолжат свое движение.

Притрагиваясь раз за разом к поверхности аквариума, удается приучить его обитателей меньше бояться безобидного воздействия. Скоро инфузории перестанут полностью сжиматься и будут быстрее возобновлять обычное движение. Проявив настойчивость, можно приучить спиростомумов совершенно не обращать внимание на сотрясение воды, не сжиматься в комочек и не прекращать движение...

У простейших привыкание весьма недолговечно и не поддается тренировке. Если через час после выработки у инфузорий привыкания проверить его сохранность, то окажется, что спиростомумы полностью отвыкли от вибраций и снова реагируют на нее обычной оборонительной реакцией. Чтобы они привыкли опять, потребуется столько же предъявлений раздражителя, сколько было сделано в первый раз...

Кроме вибрации у спиростомумов удалось выработать привыкание к прикосновению и электрическому воздействию. И в этих случаях “привычка” не бояться внезапного действия раздражителя сохранялась 30-50 мин и при попытке ее восстановить облегчающего влияния предыдущей тренировки не было заметно. Привыкание вырабатывается лишь у “молодых” сытых инфузорий, лучше всего в возрасте 45-55 ч после последнего деления, а позже, к 105 ч, когда большое ядро (макронуклеус) инфузорий приступит к реорганизации, привыкание уже не возникает” (Б. Ф. Сергеев “Ступени эволюции интеллекта”, Ленинград, издательство “Наука”, ЛО, 1986 г., стр. 105-107).

Как видим, нет прямого понимания того, что механизм “привыкания” спиростомумов обусловлен действием функции памяти. Может быть, сам термин “привыкание” и скрывает в себе действие памяти, но тогда бы и следовало об этом сказать более определенно. Тем не менее, мы в данном случае выявляем не просто “привыкание”, но возникновение условного рефлекса, заключающегося в исключении возможности актуализации потребности безопасности (избегания опасности), что и может быть обусловлено только наличием памяти.

Этот эксперимент показывает и то, что функция отражения, т.е. психическая функция, обусловленная наличием памяти, формируется в полном объеме, т.е. формируются все три комплементарные пары психических проявлений, формируется также и функция компенсации, что и объясняет механизм “привыкания”.

В этом эксперименте обнаруживается и то, что в памяти инфузорий совершенно определенно действует механизм отсчета “времени жизни”, или хронос, так как “узнавание” ситуации возможно только при условии наличия и действия этого механизма, действующего в памяти данного организма. Эксперимент подчеркивает, что в случае прекращения действия хроноса, жизнь организма завершается. У инфузорий в “возрасте” начала реорганизации макронуклеуса (т.е. в конце цикла соматического развития) хронос перестает действовать, и у инфузории не может быть выработано “привыкание” к внешнему стимулу.

Таким образом, этот эксперимент прямо или косвенно подтверждает сказанное выше о возможности рассмотрения отдельной клетки в качестве автономного организма. Он позволяет также предположить, что принципы организации памяти на уровне одиночной клетки и сложного организма во многом схожи. Это положение об автономности каждой клетки сложного организма не является какой-либо натяжкой, но без этого положения более сложные проявления психики будут просто непонятны.

Однако прежде необходимо ответить на вопросы: для чего следует, во-первых, хранить всю информацию о жизни клетки, а во-вторых, для чего необходимо передавать эту информацию, в частности, в центральную нервную систему?

Сначала следует сказать, что жизнь клетки, а точнее – внешние условия ее жизни отражают общую экологическую обстановку в ближайшем окружении. Следовательно, в определенном смысле параметры условий жизни клетки отражают общую экологическую обстановку, в которой живет организм. Поскольку решение задачи выживания остается актуальным и в этом случае, то это означает, что информация о жизни клетки будет отражать те формы противодействия воздействиям внешней среды, которые способен организовать организм благодаря действию механизмов гомеостаза.

Следовательно, информация о мерах по управлению выживанием клетки и всего органа, состоящего из однотипных клеток, будет отражать биологические условия жизни организма. Поэтому совокупная биологическая информация должна сохраняться для “узнавания” условий биологического существования, а саму память этого вида можно назвать “биологической” памятью.

Что касается содержания информации, хранящейся в памяти клетки, то, как видно, это сведения об окружающей среде, в которой находится клетка, т.е. параметры межклеточной жидкости: содержание в каждый момент времени питательных веществ, наличие вредных веществ и данные о температурном режиме окружающей жидкости. Понятно, что изменение параметров внешней среды меняет механизмы жизнеобеспечения, что приводит к изменению внутренней среды клетки, а в конечном итоге - влияет и на химизм биологических процессов внутри клетки, изменяя, например, структуру РНК или белков.

Все эти данные запоминаются, таким образом, в молекулах РНК и белков. Причем параметры среды запоминаются в молекулах РНК, а температурный “график” жизни - в белках. Запоминаемая экологическая информация изменяет продукты отходов жизнедеятельности клетки, т.е. может быть “прочитана”. Носителем хроноса в клетке являются молекулы ДНК, поскольку именно ДНК в определенный момент начинает “раздваиваться”.

Передаваемая в центральную нервную систему биологическая информация используется и для других целей, в числе которых лежит и задача управления “включением” и “выключением” витальных потребностей. Это именно механизм непосредственного управления витальными потребностями, формирующимися при непосредственном участии “первичных” организмов (т.е. клеток). Отсюда видно, как происходит усиление или ослабление степени актуализации витальных потребностей.

Итак, здесь показана принципиальная необходимость наличия памяти на уровне одиночной клетки. Показано также и то, что принцип организации памяти в общих чертах соответствует принципам организации памяти сложного организма. Совсем другое дело мы обнаружим, когда перейдем к “биологической” памяти всего сложного организма.

Чтобы перейти к пониманию организации “биологической” памяти на уровне организма, сначала следует установить, что отдельная клетка не может иметь прямых контактов с нейронной сетью или, скажем, с системой кровообращения. Следовательно, передатчиками и носителями информации для центральной нервной системы от клетки и для клетки от центральной нервной системы должны быть специальные системы.

“Учение о гомеостазе, о механизмах детерминирующих, регулирующих, сохраняющих постоянство внутренней среды, явилось торжеством материалистического мышления, победой его над всеми виталистическими представлениями, господствовавшими в течение многих столетий” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М., “Наука”, 1983 г.).

С одной стороны, собственно “учения о гомеостазе”, по-видимому, нет в том виде, чтобы проблема была охвачена с достаточной степенью полноты. Поэтому рано говорить о “торжестве материалистического мышления”, поскольку “виталистские представления” вовсе себя еще не исчерпали и требуют своего дальнейшего развития. Это стало очевидно, когда мы рассмотрели свойства и структуру души живого организма. Более того, нам вынужденно придется вводить некоторые “виталистские представления”, чтобы устранить ряд парадоксов, возникающих вследствие “материалистического характера мышления”.

“Особое значение имело для него (т.е. для учения о гомеостазе. О. Ю.) внедрение в круг естественных наук закона сохранения и превращения энергии, с одной стороны, и триумф дарвинского учения - с другой” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М., “Наука”, 1983 г.).

В этом утверждении имеются более существенные допущения, использование которых приводит к более существенным ошибкам. Например, закон сохранения и превращения энергии в том виде, как это принято в физике, не выполняется на уровне живых организмов, поскольку в живых организмах могут образовываться вещества в существенно больших количествах, чем это было в исходных продуктах (питания), а также могут образовываться вещества, отсутствовавшие в исходных продуктах. Более того, само регулирование температуры тела теплокровного животного является загадкой с позиций закона сохранения и превращения энергии.

Кроме того, опыты с гидропоникой, когда можно точно определить количества поступивших растению питательных веществ и их состав, показывают обратное: на уровне живых организмов в традиционном смысле нет выполнения закона сохранения и превращения энергии. Объяснить это традиционным материалистическим подходом вообще невозможно; здесь можно использовать для объяснения только “виталистское представление”, в основе которого должно лежать учение о душе. Этот пример “нарушения” закона сохранения энергии и причины данного явления рассмотрены в разделе о душе. Более того, как надеюсь становится понятно, теория Дарвина может использоваться в крайне ограниченном ее толковании, т.е. не может быть основой для объяснения возникновения и совершенствования механизмов гомеостаза.

Более того, из теории Дарвина само совершенствование гомеостаза не только не вытекает, но и противоречит этой теории.

Действительно, механизм отбора, который использовал человек для выведения домашних животных, семян злаковых и овощей в процессе своей многовековой деятельности не затрагивал основы гомеостаза: не совершенствовал его и не развивал. Именно поэтому животные и злаковые или овощи, предоставленные сами себе, в “диком” состоянии будут очень быстро стремиться возвратиться к своему “первобытному состоянию”, что и подтвердит непричастность теории Дарвина к собственно эволюции живых организмов. Эту мысль можно сформулировать и несколько иначе. Законы наследственности по Менделю полностью отвергают возможность практического использования модели эволюции по Дарвину.

Все принятые варианты объяснения механизмов гомеостаза не создают некоторой системы взаимно дополняющих взглядов, научных положений, образующих единую теорию гомеостаза, что подтверждает отсутствие полного понимания как назначения самого гомеостаза для жизни любого организма, так и тех процессов, которые при этом происходят. Именно поэтому гомеостаз в любой из современных моделей выступает как некоторая самодвижущая сила, как некоторая самоцель живого организма, в реализации которой участвуют все составляющие организма. Например, имеется четкое понимание, что сам гомеостаз может быть и благом, и злом для организма.

“Адаптация - это и лицевая, и оборотная сторона гомеостаза. В той или иной форме организм приспособляет свои функции к условиям внешней среды. Адаптация при этом может быть оптимальной, неоптимальной и даже вредной, вызывающей нарушение его жизнедеятельности. В этих случаях живая система способна перестраиваться, переходить на новый гомеостатический уровень, активировать одни регулирующие системы, тормозить другие” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 25).

Из последнего высказывания, между тем, вытекает, что если не все, то большинство  соматических заболеваний являются результатом определенной перестройки гомеостаза, т.е. переход организма к новому устойчивому состоянию, определяемому уже как болезненное. Именно поэтому выявление наличия памяти на уровне одной единственной клетки организма позволяет иначе подойти ко всей совокупности проблем, связанных с гомеостазом, и рассматривать его как итог некоторого информационного процесса.

Здесь необходимо остановиться еще на одном принципиальном положении. Если мы понимаем гомеостаз как условие успешного или не очень успешного протекания информационных процессов “биологического” характера, то это в определенной степени меняет само понимание сущности гомеостатических функций. Однако в литературе сложилось иное понимание гомеостаза – как некоторой целевой функции, что, вообще говоря, не совсем понятно.

“Так, например, устойчивый уровень кровяного давления сохраняется благодаря координированному взаимодействию многоконтурных физиологических и биохимических систем организма, осуществляющих процессы, конечной целью которых является гомеостаз” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 20).

Ошибочность такого понимания назначения гомеостаза следует из того, что гомеостаз не должен быть целью, а должен быть средством и условием реализации определенных, но иных по отношению к регулированию параметров, например, кровяного давления, целей.

Если принять, что постоянство, например, кровяного давления является условием успешной передачи информации от клеток организма и составляющих органов в центральную нервную систему, то тогда будет вполне понятно, почему требуется постоянство внутренней среды: информация будет передаваться без искажений.

Здесь предлагается метод анализа систем жизнеобеспечения клеток, органов и систем организма с позиции анализа систем с памятью (информационный подход). Он предполагает рассматривать не просто биохимические, физиологические, нервные или химические процессы, связанные между собой за счет различных видов взаимодействий, но как процессы, при которых осуществляется накопление, запоминание, передача и хранение информации благодаря этим биохимическим, физиологическим и химическим процессам.

Такой подход предполагает выполнение условия “биологического” “узнавания” на каждом из уровней системы жизнеобеспечения, накопление и передачу всей информации в центральную нервную систему для приведения в действие обратного механизма: формирование управляющих информационных воздействий на “биологическом” уровне и их передача в низшие структуры.

Информационный подход вынуждает понимать, что гомеостаз не цель регулирования, а условие более успешного выполнения информационного обмена на “биологическом” уровне, т.е. процесс информационного обмена является определяющим, обуславливающим организацию жизнеобеспечения.

Далее следует привести определенные факты, подтверждающие информационный характер процессов при обеспечении гомеостатических функций организма.

“Решение старой проблемы переливания крови помогло узнать об ее разных группах и характере их наследования. С давних времен было известно, что попытка переливать кровь одного человека другому (от донора - к реципиенту) часто кончалась трагично – реципиент погибал. Только в начале нашего века австрийский врач Карл Ландштейнер сумел объяснить, в чем тут дело. Он обнаружил, что кровь людей неоднотипна и ее можно разделить на четыре основные группы. Их обозначают цифрами (I, II, III, IV) или, соответственно, символами О, А, В, АВ.

Различие в группах крови зависит от того, что в ней содержатся разные белки. В ее плазме (жидкой части, где во взвешенном состоянии находятся клетки крови - лейкоциты и эритроциты и др.) есть белки-антитела. В эритроцитах находятся другие белки-антигены. Каждый белок-антитело “враждебен” какому-то “телу” (как это ясно из буквального смысла слова “антитело”). Если на предметном стекле микроскопа смешать две капли крови от двух, несовместимых по группам крови людей (в одной капле - антиген, в другой - антитело), можно простым глазом увидеть, как антитело проявит свою “враждебность” к антигену: оно попросту склеит эритроциты в комочки, кровь свернется...

Плазма крови группы А содержит анти-В-антитела. В плазме крови группы В есть анти-А-антитела. В плазме группы О (I группы) есть и те и другие антитела, зато в плазме крови группы АВ антител нет совсем. Поэтому человеку с IV группой (АВ) можно переливать любую кровь - это универсальный реципиент. Так как в плазме крови человека с группой О нет антигенов А и В, его кровь годится для переливания другим (и, конечно, самой О-группе). К группам О, А и В надо подбирать донорскую кровь, чтобы не случилось беды...

Но эта схема очень упрощена. И вот в чем дело. В связи с тем, что были открыты другие белки крови (M, N, Р, Q, L и т.д.) и в эритроцитах человека обнаружили более 50 антигенов (например, только антиген А существует еще в четырех разновидностях: А1; А2; А3 и А4), сейчас существует несколько систем, по которым различают кровь людей. Символ О, показывающий, что в крови первой группы нет антигенов А и В, теперь говорит о том, что в ней есть белок О - тоже антиген" (А. И. Брусиловский “Жизнь до рождения”, М. “Знание”, 1984 г., стр. 126-127).

Из этого отрывка наглядно видно, что, например, на уровне крови имеется некоторая константная информация, на соответствие которой происходит постоянная проверка параметров крови. Такого же рода константная информация отражает формирование папиллярных линий на коже рук. Можно привести ряд других примеров, но это не главное. Существеннее то, что в своей сути подобный контроль совершенно идентичен во всех случаях, как бы ни казались различными области контроля константной информации.

Поэтому в качестве первого вывода можно высказать такое соображение.

Гомеостаз - это природная система автоматического регулирования, с использованием которой реализуется процесс постоянного контроля определенной (не только генетической) информации. Иначе говоря, гомеостаз - это условие лучшей обработки информации, а не цель процесса регулирования. Именно поэтому получается, что в итоге система обеспечивает определенную стабилизацию свойств организма.

Следовательно, гомеостаз можно рассматривать как одновременное действие двух независимых процессов.

Один связан непосредственно со стабилизацией параметров жидких сред (крови, лимфы, тканевой жидкости, цереброспинальной жидкости).

Второй - создан природой для передачи информации от одних структур (от клетки) другим структурам по биологическим линиям связи с завершением пути этой информации в центральной нервной системе или, напротив, от центральной нервной системы к конкретной клетке.

Относительной независимостью этих процессов могут быть объяснены условия перехода систем гомеостаза к иным условиям стабилизации при каких-либо соматических заболеваниях, а не возврат к норме.

Сложность выявления этих двух процессов заключается в том, что оба они реализованы в одних и тех же материальных средах (информационных носителях). Но их принципиальное отличие состоит в разном функциональном назначении.

Стабилизация параметров жидких сред предназначена только для создания наиболее оптимальных условий работы второго процесса, а не наоборот, т.е. второй процесс - передачи информации – является в определенном смысле более главным, определяющим. Это следует из того, что любой живой организм можно и следует рассматривать как систему сбора и обработки информации: этому подчинены все функции любых живых организмов.

Особенно это становится понятным, если в основу объяснения жизнедеятельности любых организмов положен виталистский принцип, т.е. учение о душе. Если не принять в качестве основы это учение, то многие процессы в живом организме вообще не могут быть как-либо объяснены. Например, без признания определенной управляющей функции души невозможно понять общий механизм действия в организме биологически активных веществ.

“Оставался и в какой-то мере остается нерешенным вопрос, каким образом некоторые биологически активные вещества обнаруживаются в крови, несмотря на наличие в ней высокоактивных ферментов, почти мгновенно разрушающих их после того, как кровь собрана в пробирку для тех или других лабораторных исследований” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 41).

Это не единственный нерешенный вопрос по биологически активным веществам. Не менее загадочным выглядит и то, что они возникают как раз тогда, когда в них появляется необходимость, и именно в тех местах, где эта необходимость выявляется. Например, чрезвычайно важную роль практически во всех процессах, протекающих в организме, играют простагландины, образующиеся из полиненасыщенных жирных кислот.

“В организме простагландины образуются в клетках и именно в тот момент, когда возникает в них необходимость. Выполнив свою роль, они быстро разрушаются, а не накапливаются в тканях и не разносятся кровью по всем органам... Природных простагландинов, как видим, не очень-то много. Образуются они в различных клетках организма по мере надобности, поэтому и скорость их образования весьма высокая. Простагландины вездесущи, но в некоторых органах и тканях их образование происходит с максимальной интенсивностью” (Р. Г. Бороян “Простагландины: взгляд на будущее”, М., “Знание”, 1983 г., стр. 22, 24).

В дальнейшем мы еще обсудим информационную роль простагландинов в организме. Сейчас обратим внимание на то, что они образуются с максимальной скоростью именно там, где в них появляется в данный момент потребность организма, образуются в том количестве, какое необходимо. Но, выполнив свою функцию, простагландины быстро разрушаются, поскольку дальнейшее их присутствие стало бы нарушать какие-то иные процессы вследствие вездесущности и универсальности действия простагландинов, что могло привести (и в ряде случаев приводит) к негативным последствиям.

Проблемой, не решенной до сих пор, является необъясненность механизма кровотока в артериях теплокровных организмов. На мой вопрос: как течет кровь в артериях человека? – мой собеседник, кандидат медицинских наук, физиолог, хотел было ответить так, как его ранее “учили”, но запнулся и сказал: не знаю. Дело в том, что кровь в первом приближении всего лишь разносит по всему организму кислород и все вещества, необходимые для поддержания жизни и для управления биологическими процессами. Однако суть проблемы заключается в том, что эти вещества должны поступать адресно, т.е. недопустимо “блуждание” веществ по организму в “поисках” места назначения.

Необходимые питательные или энергетические вещества должны поступать к месту потребления достаточно быстро и точно. В противном случае их количество в крови должно быть больше в организме в десятки, если не в сотни и более раз, чтобы хоть как-то удовлетворить потребности в этих веществах. Особенно это касается веществ, требуемых для организма в микродозах.

Вот пример замеченного противоречия, связанного как раз с током крови.

“Если вегетативная нервная система представляет “нервный интегратор”, то биологически активные вещества составляют “гуморальный интегратор”. Они разносятся током крови по всему организму, однако, только в определенных участках (“результирующих органах” или “органах-мишенях”) вызывают целенаправленные специфические реакции, вступая во взаимоотношения с рецептором или клеткой-исполнителем, клеткой-мишенью. Действие их при этом и многообразно, и разнообразно. Они возбуждают адрено- и холинорецепторы, вызывают рецепторные реакции и, образуя гуморальный отрезок рефлекторной дуги, проникают (или не проникают) через гематоэнцефалический барьер, обуславливая в одних случаях возбуждение адрен- или холинергических структур головного мозга, в других - их торможение, что приводит нередко к возникновению описанных школой Л. С. Штерн “антагонистических”, “противоположных” реакций центральных и периферических нервных образований на действие одного и того же химического раздражителя” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 42-43).

Ответы на все эти и многие другие вопросы, на мой взгляд, следует искать в выяснении свойств и принципов организации души теплокровных организмов, поскольку именно особая информационная структура, называемая душой, и обеспечивает управление этими процессами в живом организме. Причем все эти процессы, по своей сути, являются информационными. На данном этапе мы можем только лишь как-то учитывать действие души, ставя своей целью пока только анализ “биологической” памяти, или информационного содержания гомеостаза. Сам механизм “адресного” управления током крови будет представлен в виде версии далее,.

Ранее был рассмотрен механизм компенсации как универсальный принцип работы сенсоров, обеспечивающий преобразование физических стимулов, действующих на сенсор, в физиологические реакции организма. Фактически при этом осуществляется измерение внешних стимулов без их непосредственного (количественного) измерения.

В свете этого механизм гомеостаза также может рассматриваться как некоторое устройство для измерения информации без ее количественной оценки.

Действительно, если представить тракт гомеостатического уравновешивания как некоторую настраиваемую на определенный параметр систему, тогда любое внешнее воздействие, вызывающее отклонения в работе тракта, начнет, так или иначе, компенсироваться за счет наличия отрицательной обратной связи. Это и будет означать косвенное измерение входной информации без ее количественного измерения.

На основании этого в самом общем виде, без подразделения на составляющие компоненты, механизм гомеостаза можно представить как некоторую систему регулирования, в которой ведется обработка входной информации (см. рисунок 6). Наша задача состоит в том, чтобы понять, каков характер информации, обрабатываемой такой системой, а также каковы способы обработки этой информации.

Здесь принято, что управление (регулирование) процессом осуществляется от центральной нервной системы, обозначенной на рисунке цифрой 1. В схеме отражено, что на входы некоторого узла суммирования сигналов 2 поступает, по крайней мере, три различных вида сигналов, отличающихся по значению, назначению и, соответственно, действию. Цифрой 3 обозначен некоторый “эталонный” сигнал, относительно которого осуществляется настройка гомеостатической системы.

Сигнал 4 в данном случае является сигналом обратной (отрицательной) связи, благодаря которому осуществляется компенсация внешнего воздействия (сигнал 5). Если компенсация осуществляется достаточно точно, что справедливо для линейной системы, тогда сигнал 6 будет отражать в определенной степени значение сигнала 5.

Следовательно, осуществленная компенсация будет соответствовать измерению входного сигнала, а система стабилизации некоторых параметров организма совершенно определенно является измерительной системой. Данная схема составлена по логике необходимости обеспечения автоматического управления состоянием организма для сохранения жизненных функций.

Проанализируем назначение и содержание сигналов в обсуждаемой схеме. Первоначально выясним содержание сигнала 3. Данный сигнал формируется, как это следует предположить, вегетативной нервной системой. Назначение данного сигнала – задать вполне определенные (оптимальные) условия стабилизации жизненных параметров. Это необходимо, так как условия жизни могут меняться как в сторону усиления действия каких-либо факторов, определяющих условия жизни, так и в сторону их ослабления. Следовательно, в этом случае в системе стабилизации возникает возможность осуществлять измерение параметров жизни с учетом знака их отклонения от оптимального значения.

Во-вторых, такой эталон условий жизни для биологических параметров может задаваться только от быстродействующей (нервной) системы. В биологическом контуре регулирования, достаточно инерционном по своей сути, эталон от какой-либо иной, скажем, от биологической системы (например, от системы кровообращения) нецелесообразен. Это могло бы привести к возрастанию инерционности всей системы регулирования биологических параметров во много раз, что могло бы породить грубые ошибки в регулировании процессов жизнеобеспечения и снизить безопасность существования организма.

Рассмотрим сигнал обратной связи 4. В качестве носителя этого сигнала в сложном организме может быть только кровь, оттекающая от центральной нервной системы. Это следует, во-первых, из того, что кровеносная система - это единственная биологическая система, которая охватывает весь живой организм своим влиянием и имеет замкнутый, непрерывный контур. Во-вторых, в экспериментальных исследованиях свойств крови оттекающей от головного мозга обнаружено, что это совершенно особая кровь.

“Еще недавно исследователи, изучая в лабораторных опытах на животных действие крови, оттекающей от мозга, могли убедиться, что по своим свойствам эта кровь отличается от крови, притекающей к мозгу. Поступившая в центральную нервную систему артериальная кровь обогащается какими-то веществами, усиливающими деятельность сердца, повышающими артериальное давление, изменяющими состояние пищеварительного тракта, работу почек. Оказалось, что влияние оттекающей от мозга венозной крови на различные органы и физиологические системы зависит от функционального состояния центральной нервной системы... Можно перечислить, по крайней мере, несколько десятков биологически активных веществ, обладающих всеми свойствами гормонов, поступающих в ток крови именно из мозга и имеющих особо важное значение для гуморально-гормональной регуляции физиологических процессов. Может быть, правильнее рассматривать мозг не как эндокринную, а гуморально-гормональную систему организма человека и животных” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 123, 124).

Приведенное высказывание можно дополнить тем соображением, что венозная кровь, оттекающая от мозга, просто обязана существенно отличаться от венозной крови, оттекающей от других органов и частей тела.

Более того, по ряду параметров эта кровь (от мозга) должна “повторяться” в артериальной крови, направляющейся к органам и частям тела организма. Соответственно, и венозная кровь от органов и систем организма, “просуммированная” на входе сердца, должна определенным образом повторяться в артериальной крови, текущей к головному мозгу. 

Это неизбежно должно быть, так как кровь реально выполняет функцию информационного интерфейса в биологической информационной системе. Но это и означает, что кровь в организме не течет произвольно, но вполне целенаправленно и адресно (без рассмотрения на данном этапе механизма, реализующего это).

Теперь рассмотрим, каково должно быть содержание внешних сигналов, поступающих на вход системы регулирования гомеостаза (сигнал 5). Нетрудно видеть, что это вполне конкретные сигналы, формируемые отдельными клетками организма (или отдельного органа), которые определенным образом “промодулированы” физическими, термическими или иными внешними воздействиями. Эта информация отражает условия “жизни” клеток организма (отдельных органов и т.п.).

Сигнал 6, выходящий от узла суммирования 2, передает итоговое значение суммы всех сигналов, поступивших на узел суммирования 2 с учетом действия компенсационного влияния сигнала отрицательной обратной связи 4. В качестве носителя этой информации в сложном организме выступает венозная кровь, несущая сведения к центральной нервной системе.

Правда, часть информации на значительное расстояние передается через лимфу, оттекающую от органа, но в дальнейшем ток лимфы объединяется с венозной кровью уже близко от главного “насоса” - сердца, что, по-видимому, предохраняет информацию от разрушения или искажения при подаче ее в головной мозг.

Таким образом, из рассмотрения состава сигналов в функциональной схеме гомеостаза как системы регулирования на основе информационных потоков видно, что действительно мы имеем два различных процесса, накладывающихся друг на друга: стабилизация параметров и передача информации.

Оба процесса в своей сути информационные, но второй обеспечивает действие первого в части сбора информации от первичных уровней структурной организации организма (от клеток) и поэтому является второстепенным в его функциональном (измерительном) значении, но первостепенным по организации функций выживания организма в целом. Это определенным образом обосабливает его. И дело здесь в том, что в процессе жизни в каждой частице (клетке) организма, так или иначе, образуются вещества, являющиеся продуктами отхода, которые должны быть удалены и которые одновременно являются определенной биологической информацией.

С этой точки зрения, механизм стабилизации является как раз тем механизмом, который и обеспечивает удаление таких отходов жизнедеятельности “первичного организма” - клетки или органа.

На рисунке, описывающем информационную модель гомеостаза, показан еще один сигнал, который характеризует совершенно особое информационное воздействие на “первичный организм” (7). Это воздействие внешних, посторонних для данного “первичного организма” полевых структур. Данный “первичный организм” обладает собственной душой, обеспечивающей оживление этого организма. Появление постороннего полевого образования в силу каких-либо причин вызывает такое воздействие на этот “первичный организм”, которое уже никак не может быть скомпенсировано от высшей структуры. В итоге развивается болезнь, неизбежно приводящая к гибели “первичного организма”. Однако все, что связано с болезнями организма, мы рассмотрим в следующей главе.


ГЛАВА 14. ГОМЕОСТАЗ И БОЛЕЗНИ ОРГАНИЗМА

Из схемы, представленной на рисунке 6 в предыдущей главе, видно, что работа механизма стабилизации параметров гомеостаза может зависеть от большого числа факторов. Так, если существенно нарушается (отклоняется) по каким-либо причинам любой из сигналов, поступающих от центральной нервной системы, будь это сигналы “жизненных эталонов” или параметры крови, система переходит на иной уровень стабилизации, если условия линейности регулирования сохраняются. Причины, вызывающие переход гомеостатических функций на иной уровень стабилизации, могут быть как внутренними, так и внешними.

К внутренним причинам следует отнести факторы стрессорных состояний или иных сильных эмоциональных перегрузок, приводящие к изменению “жизненных эталонов”, формируемых вегетативной нервной системой. Внешние воздействия 5, в случае их превышения некоторого допустимого уровня, также могут создавать новые условия стабилизации параметров гомеостаза за счет выведения процесса регулирования на некоторую границу, где будет нарушена линейность управления. В этом случае организм не в состоянии полностью скомпенсировать возникшее воздействие, что приведет к отклонениям в биологической среде.

На представленном рисунке 7 показано, как изменяется гомеостатическое регулирование процесса жизнеобеспечения “первичного организма” – клетки или органа от действия таких факторов.

Если же на этом уровне произойдет внешнее полевое информационное воздействие на “первичный организм”, то, как бы это не показалось странным, подобного изменения гомеостатических процессов не произойдет. Однако тем не менее “первичный организм” заболевает. И это заболевание будет характеризоваться как онкологическое, т.е. рак. Причина подобной трансформации заболевания заключается в том, что гомеостатические процессы не изменятся, но изменятся информационные структуры этого “первичного организма”, которые передаются в высшие структуры души по кольцевым и/или эллиптическим полевым структурам составляющих души. Обычно формируемые информационные структуры треугольного типа имеют правую закрутку вихрей биологических торсионных полей и нормально принимаются указанными высшими структурами души. При полевом воздействии происходит искажение условий формирования этих полей, и они начинают формироваться с левой закруткой, т.е. становятся негативными.

Поскольку вся душа здорового организма имеет только правозакрученные биологические торсионные поля, то поля с левой закруткой не могут быть переданы в высшие структуры. Это приводит к чрезмерному накоплению в “первичном организме” левозакрученных полей. В итоге на определенном этапе происходит информационный взрыв, в результате которого треугольные биологические торсионные поля разлетаются на некоторое расстояние от пораженного “первичного организма”, информационно поражая либо соседние клетки, либо другие органы. Так возникают метастазы при раковом заболевании. Это самая общая схема возникновения и развития онкологических заболеваний и позже мы рассмотрим этот механизм более подробно.

Сейчас же возвратимся к болезням гомеостатического характера, т.е. заболеваниям, возникающим вследствие нарушения гомеостатического процесса.

“Любое эмоциональное, физиологическое, физическое или химическое воздействие (будь то радость, печаль, горе, волнение, болевое раздражение, изменение атмосферного давления, космической радиации, влажности среды, прием лекарства, даже безобидная, подчас незаметно прошедшая физиотерапевтическая процедура и т.д. и т.п.) может явиться толчком к выходу организма из состояния равновесия, в котором он пребывает. Любое влияние, любое воздействие может оказаться “отклоняющим” или, иначе, “возмущающим” (Г. Н. Кассиль “Внутренняя среда организма”, М. “Наука”, 1983 г., стр. 24).

Из информационной схемы гомеостаза видно, что отмеченное двойное управление механизмом стабилизации - от управляющих “жизненных эталонов”, задаваемых вегетативной нервной системой, и от биологической обратной связи, задаваемой током крови, - имеет огромное жизненное значение.

Если, скажем, условия жизни относительно стабильны или изменяются достаточно медленно, то все регулирование обеспечивается от биологической обратной связи. Если же жизненная ситуация связана с неопределенностью оценок внешнего, неясностью исхода, то это вызывает формирование информационно-ресурсных эмоций. В этом случае изменяются “жизненные эталоны”. Это необходимо для форсирования использования биологических ресурсов организма.

Если происходит “погашение” какой-либо потребности, то это также будет перестраивать “жизненные эталоны”, но механизм их перестройки будет иной, не связанный с форсированием использования ресурсов организма. В случае “непогашения” актуальной потребности при большой скорости расходовании ресурсов может наступить блокирование некоторых механизмов регулирования, что вызовет резкое ухудшение состояния организма (состояние стресса).

В крайних случаях произойдет угнетение жизненных функций, параметры гомеостаза выйдут за пределы линейной работы системы регулирования. Возникает соматическое заболевание какого-либо органа или даже системы организма.

При изменении алгоритма работы механизмов стабилизации за счет изменения “жизненных эталонов” могут возникнуть благоприятные условия, скажем, для интенсивного размножения микробов, вирусов, которые сами за счет своих продуктов метаболизма начинают поддерживать возникшее отклонение биологической среды, нарушающее (искажающее) информационный поток к центральной нервной системе. Это и приводит к таким заболеваниям, которые обозначают как инфекционные, хотя, по сущности, они таковыми не являются, а являются итогом перехода гомеостатической стабилизации на иной уровень.

Использование химиотерапевтических средств, подавляющих не только самих микробов или вирусов, но и освобождающих биологическую среду от продуктов их метаболизма, позволяет системе регулирования гомеостатических функций самостоятельно возвратиться к оптимальному (исходному) состоянию. Это породило представление о действенности этих методов лечения таких заболеваний. Однако, ясно, что могут быть использованы с большим эффектом совершенно иные приемы лечения, в основу которых можно положить информационные методы.

История медицины полна трагических и героических страниц, когда врачи, желая проверить свои версии возникновения той или иной (инфекционной) болезни и с целью отыскания соответствующих методов борьбы с ними, проводили смертельно опасные опыты на самих себе. В этих экспериментах, так или иначе, подтверждалась информационная модель возникновения инфекционных заболеваний, представленная здесь.

Вот данные из книги австрийского ученого Гуго Глязера “Драматическая медицина” (М., “Молодая гвардия”, 1965 г., пер. с нем.).

“Исторический опыт Петтенкофера состоялся утром 7 октября 1892 года, в то время, когда в Гамбурге и Париже множились случаи заболевания холерой, и все население было объято ужасом, а в Мюнхене, несмотря на большое количество приезжих... вспышки холеры не наблюдались... Опыт был, разумеется, проведен в большой тайне.

Петтенкофер заказал из Берлинского института здравоохранения культуру бацилл холеры, приготовленную на известном желатинообразном веществе - агаре, который добывается из водорослей. Из этой чистой культуры на агаре в Мюнхенском гигиеническом институте была приготовлена культура на бульоне; микробы отлично прижились, быстро размножились и образовали в благоприятной для них питательной среде целые колонии...

Он высыпал на сто граммов воды (примерно половина чайного стакана) грамм питьевой соды, влил туда кубический сантиметр свежего “супа из микробов” и выпил содержимое, не переводя дыхания. После этого он налил еще немного воды в стакан и выпил ее, чтобы не упустить оставшихся на стенках стакана микробов. Опыт, как уже было сказано, проводился утром, но перед этим Петтенкофер, как обычно, позавтракал. После опыта он продолжал вести привычный образ жизни, ел и пил, как всегда, довольно-таки много. Это произошло, таким образом, 7 октября.

Три дня спустя Петтенкофер заболел катаром кишок, симптомы которого свидетельствовали, казалось, о воздействии холерных вибрионов. Но, несмотря на это, его самочувствие не ухудшилось, отсутствия аппетита не наблюдалось. Сначала Петтенкофер не видел необходимости в том, чтобы прописывать себе диету и менять что-либо в своей привычной и любимой простой мюнхенской кухне. Лишь когда кишечник не успокоился, а 13 октября его состояние даже ухудшилось, ученый изменил свою диету, питаясь лишь тем, что было полезно в таком состоянии. Уже на следующий день его кишечник был опять в порядке.

Все это время Петтенкофер не принимал лекарств. Конечно, он произвел бактериологическое исследование фекалий. Анализ показал большое число холерных вибрионов. Водянистые выделения походили на чистые культуры этих бацилл. Когда 14 октября кишечник успокоился, и выделения вновь стали обычными, холерные вибрионы отмечались уже в незначительных количествах, а еще через два дня исчезли совсем” (стр. 12-14).

Добавим к данному отрывку, что опыт Петтенкофера был повторен 17 октября, т.е. сразу же вслед за первым опытом, его учеником Эммерихом, который еще более усложнил условия опыта, пытаясь прямо-таки спровоцировать возникновение у себя холеры.

“Но Эммерих хотел в еще большей степени ослабить свой организм, чтобы создать бактериям максимально благоприятные возможности для развития. Одетый лишь в рубашку, он подвергся воздействию холодного воздуха, повторив это многократно, пока, наконец, не почувствовал себя больным. Начавшийся у него катар кишок протекал в более тяжелой, чем у Петтенкофера, форме и очень скоро потребовал врачебной помощи.

Но это не было настоящей холерой. Эммерих чувствовал себя неплохо, его настроение оставалось хорошим. Непроходящего чувства слабости, ощущаемого при холере частично из-за отравления микробами, частично из-за больших потерь воды организмом, не наступало; лишь ограничение диеты причиняло ему неудобство. 24 октября он уже смог вернуться к своему обычному питанию. Холерные вибрионы отмечались в его выделениях до 28 октября” (там же, стр. 14-15).

Подобный опыт на себе и тоже с холерным вибрионом проделал русский ученый Мечников, который, как и Петтенкофер, остался здоров.

“Примеру Мечникова последовал его ассистент Латапи. Результат был тот же, а именно - отрицательный. Тогда третий из сотрудников института повторил опыт и проглотил холерные вибрионы. Это был доктор Жюпий. Результат оказался ужасным. Он заболел холерой в такой острой форме, что его выздоровление вызывало сомнение” (там же, стр. 16).

А вот результаты подобных опытов по “самозаражению” чумой.

“... французский врач А. Ф. Бюлар, служивший в Египте, проделал на себе опыт с чумной субстанцией. Он так описывал ход эксперимента и его последствия: “15 мая 1834 года в 9 часов утра я снял с себя в зале госпиталя для больных чумой в Эзебекви в присутствии всего персонала верхнюю одежду, рубашку и фланелевое нижнее белье и надел, не принимая никаких мер предосторожности и защитных средств, рубашку мужчины, заболевшего тяжелой формой чумы.

Эта рубашка еще сохраняла тепло чужого тела и была вся в крови, так как больному пустили кровь. В присутствии большинства свидетелей этого эксперимента я оставался целый день, чтобы все могли убедиться, что я не принимаю никаких защитных средств для нейтрализации возможных последствий эксперимента. Я ходил в этой рубашке 48 часов, не чувствуя ни обычных симптомов, ни чего-либо другого, что могло бы перейти на меня с этой одежды...”

Бюлар, кстати, предлагал французской Комиссии по борьбе с чумой проводить опыты на приговоренных к смерти... По инициативе Бюлара пяти приговоренным к смерти была привита чума. Лишь один из них умер, но по актам трудно установить, действительно ли он скончался от чумной прививки... Четыре остальных преступника остались здоровыми...

Знаменитым стал также эксперимент врача из Южной Франции Антуана Клота... Главной целью опыта, поставленного им на себе, было показать, что бессмысленный страх перед чумой, приводивший к параличу всей экономической жизни, не обоснован, так как не каждый заболевал, даже когда свирепствовала тяжелая эпидемия. Клот продолжил опыт, начатый Бюларом, надев ту же самую рубашку, который последний носил в течение двух дней. Но пошел еще дальше.

Клот взял некоторое количество бактериальной флоры с рубашки, испачканной засохшей кровью и гноем, и сделал прививки в левое предплечье, правую сторону паха, всего в шесть мест. Небольшие ранки были перевязаны повязкой, смоченной в крови больного чумой. Но и этого ему показалось недостаточно. Он надрезал себе кожу, нанес на это место некоторое количество гноя из карбункула больного чумой и наложил на рану повязку с кровью больного. Далее он облачился в одежду заболевшего чумой, а когда тот умер, лег в его неубранную постель. Короче говоря, он сделал все, чтобы заразить себя, но это ему не удалось” (там же, стр. 20-22).

На первый взгляд положительный исход для людей, искусственно заражавшихся холерой или чумой, представленных в этих исторических примерах, заключался в их врожденном или приобретенном иммунитете. Однако, это не так. Действительно, в опытах Петтенкофера и Эммериха на определенной стадии в выделениях были холерные вибрионы, но не было самого заболевания по клинической картине.

Это означало, что процессы гомеостаза оставались в тех оптимальных для жизнедеятельности границах, когда организм сохраняет достоверность информации, передаваемой в центральную нервную систему.

Следовательно, за счет сохранения линейности управления в системе стабилизации параметров организм был в состоянии самостоятельно “уничтожить” болезнетворные вирусы механизмами информационного регулирования. При этих условиях организм не борется в буквальном смысле с инфекцией. Организм не создает всего лишь условий для дальнейшего размножения бацилл. Это и подтверждает правильность сделанных ранее выводов.

Если вспомнить исторические примеры, относящиеся к средним векам, когда эпидемии холеры, оспы или чумы буквально косили огромные количества людей, то в тех условиях единственные, кто мог и реально помогал страждущим, были священники, которые нередко сами не заболевали. Если искать причины их невосприимчивости к таким страшным заболеваниям в каких-то “божественных” силах, имевшихся у священников, то вряд ли будет понятно, каким образом такое могло происходить. Молитва и святая вода - вот все, что нередко могли дать больным священники, но это, как ни странно, помогало.

Религия, помимо веры в Бога, в своей основе построена на таких формах психического воздействия, которые могут создавать совершенно определенную информационную блокаду у верующих людей. Такая форма блокады обуславливается действием так называемых “мыслеформ”, формируемых, например, при молении или иным образом. Мыслеформы и являются еще одной формой информационного воздействия, способным излечивать людей, в том числе и при инфекционном заболевании.

Помимо указанных выше болезней - холеры и чумы, к таким псевдоинфекционным заболеваниям следует отнести такие как грипп, туберкулез и многие другие. Однако, по-видимому, все-таки, существуют и такие заболевания, которые следует назвать действительно инфекционными, когда размножение вирусов или микробов в организме будет происходить и при исходном, т.е. стабильном и оптимальном состоянии гомеостаза.

Такого рода заболевания будут возникать в случаях, когда возбудитель инфекции попадает в соответствующую среду организма, которая способствует его размножению, а в организме не создаются или создаются в недостаточной степени необходимые антитела. В этом случае болезнь идет все время с нарастающим темпом ухудшения состояния. В результате этого информационные процессы гомеостаза совершенно нарушаются и не стабилизируются на каком-то ином уровне.

Итак, информационный подход к анализу гомеостатических функций позволяет иначе взглянуть на природу большого числа заболеваний и позволяет искать новые пути лечения болезней.

Анализ путей движения жидких сред у высокоорганизованных организмов показывает, что непосредственной точкой суммирования всех сигналов является в определенном смысле тканевая жидкость. В тканевую жидкость поступают по гуморальным связям все необходимые вещества, в ней выделяется адресуемый в конкретную зону нейромодулятор, т.е. выделяемый нервным окончанием химический компонент. Именно он управляет (направляет) реакцией клетки-мишени, способствуя либо проникновению в клетку необходимых веществ, либо удалению из клетки продуктов обмена веществ.

Излагая информационные принципы организации гомеостаза, я вовсе не хочу как-то опровергнуть или зачеркнуть достижения нейрогуморальной теории гомеостаза. Моя цель здесь заключается в том, чтобы выявить некоторые принципиальные особенности преобразования информации на уровне клеток и органов организма, которые выпадают из поля зрения традиционной теории гомеостаза. И в первую очередь здесь необходимо выделить как некоторые информационные структуры особые вещества, непременно появляющиеся в тех точках организма, где осуществляется особый прием информации. Речь пойдет о простогландинах.

Итак, помимо всего прочего в районе клетки-мишени выделяются простогландины. И вот здесь возникают самые различные вопросы, поскольку полная картина их влияния на жизненные функции организма до сих пор остается в основном загадочной и, в какой-то степени, “двуликой”, если понимать, что простогландины могут быть и благом и большим злом для клетки-мишени.

“По характеру действия простогландины, прежде всего, являются регуляторами биологических процессов, происходящих в организме. В этом заключается их важнейшая роль. И несмотря на бесчисленное множество свойств, которыми обладают простагландины и которые, казалось бы, не поддаются классификации, известному исследователю в области простогландинологии, нашему соотечественнику Х. М. Маркову удалось выделить некоторые главные формы действия простогландинов. Что же это за формы?

Во-первых, простогландины выполняют поддерживающую функцию, т.е. они поддерживают нормальный уровень физиологических и биохимических явлений, происходящих в организме.

Вторая их функция - модуляторная, т.е. функция изменения, усиления или ослабления активности других регулирующих механизмов.

В-третьих, простогландины выполняют медиаторную функцию, благодаря которой они опосредуют воздействие на клетки других биологически активных веществ.

Правда, не все многообразные проявления биологической активности простогландинов умещаются в названных формах действия. Тем более, что простогландинология ныне не ограничивается лишь исследованием классических простагландинов; сегодня в центре внимания ученых также и тромбоксаны, и простациклин, и лейкотриены... Изучение этих ближайших родственников простагландинов особенно интересно в плане выяснения сложных механизмов развития многих заболеваний. Эти исследования помогут понять и механизмы лечебного действия лекарственных средств, и будут способствовать расширению арсенала высокоэффективных препаратов” (Р. Г. Бороян “Простогландины: взгляд на будущее”, М., “Мысль”, 1983 г., стр. 7).

“Формально выявление присутствия в организмах простогландинов относится к началу 30-х годов нашего столетия (шведский ученый Ульф фон Эйлер). Однако фактически реальной датой их научного признания следует считать 60-е годы (ученик У. Эйлера - С. Бергстрем). За почти сорок лет достаточно пристального изучения этих удивительных веществ к их разгадке почти не удалось приблизиться, так как до сих пор биологическая роль простагландинов не выяснена в полной мере. Серьезно осложняется это изучение тем, что пока не определены функции простогландинов в “физиологически нормальном” организме.

Существенным недостатком многих экспериментальных работ в этой области является то, что в них не всегда учитывается “легкость”, с которой простогландины образуются даже при самых незначительных воздействиях на органы и ткани. Известно ведь, что раздражение нервов, идущих к органу, недостаточное поступление к нему кислорода, воздействие различных веществ и даже простое механическое раздражение ткани провоцируют усиленный синтез простогландинов в нем, тогда как в состоянии исходного покоя уровень простогландинов в этом же органе может быть на нуле” (Р. Г. Бороян “Простогландины: взгляд на будущее”, М., “Знание”, 1986 г., стр. 88-89).

В данном случае следует для начала обратить внимание на некоторые парадоксы, связанные с функциями простогландинов в организме.

Первый парадокс, связанный с образованием простогландинов в организме, выше уже отмечен: в состоянии исходного покоя уровень простогландинов может быть на нуле, что уже выделяет их функции в особую плоскость. Получается так, что в “физиологически нормальном” организме простогландины вроде бы и не нужны.

Однако для начала нашего анализа опишем формы простагландинов и их “ближайших родственников”, обнаруженных в ходе многочисленных экспериментов. Для этого воспользуемся (выборочно) сведениями из цитировавшейся выше работы Р. Г. Борояна.

“В настоящее время точно известно, что простогландины - это целое семейство биологически активных веществ. Очень скоро после установления их химического строения выяснилось, что их “прародителями” являются так называемые ненасыщенные жирные кислоты. Ко времени открытия простогландинов эти кислоты были уже известны...

…ненасыщенные жирные кислоты выполняют в организме какую-то важную роль. Но какую? Ответа на этот вопрос четверть века назад не было. Правда, было установлено что ненасыщенные жирные кислоты являются строительными блоками для жиров и при отсутствии их в организме человека и животных возникают тяжелые заболевания. Но механизм развития этих болезней остался тайной за семью печатями...

Ненасыщенных жирных кислот известно немало - их более 70... Молекула ненасыщенной жирной кислоты может иметь одну двойную связь, но их может быть две или больше, и в таком случае эти кислоты называют иногда полиненасыщенными... Далеко не все ненасыщенные жирные кислоты равноценны по своей биологической значимости. Есть среди них и лидеры: наибольшая биологическая активность принадлежит жирным кислотам с двумя и более двойными связями. Именно к таким ненасыщенным жирным кислотам относятся линолевая, линоленовая и... арахидоновая...

…называют эти три кислоты еще и эссенциальными, что в переводе на русский язык означает “жизненно необходимые”.

Безусловно, жизненно необходимы и другие компоненты нашей пищи, однако этим кислотам принадлежит исключительно важная роль. Так, например, ненасыщенные жирные кислоты являются структурными компонентами многих тканей и, более того, структурными компонентами клеточных мембран...

Если бы ненасыщенные жирные кислоты образовывались в самом организме из других веществ, возможно, и проблем, стоящих перед врачами, было бы значительно меньше. Но в организме эти кислоты не образуются, так же, кстати сказать, как и многие другие жизненно необходимые вещества, например витамины...

Итак, именно полиненасыщенные жирные кислоты, поступающие с пищей, обеспечивают организм простагландинами. Поступление в организм уже готовых простогландинов практически невозможно.

Во-первых, в нашей обычной пище простогландинов почти нет: они и содержатся в мизерных количествах, и очень легко разрушаются как при хранении продуктов, так и при их термической обработке.

Во-вторых, даже если задаться целью употреблять какую-либо специальную пищу, их содержащую, они, попав в желудок, перекочуют в кровь, где очень быстро будут уничтожены мощными системами, которые, казалось бы, созданы специально, чтобы не допускать вторжения этих веществ в организм и предотвращать длительную циркуляцию их в крови. В организме простогландины образуются в клетках и именно в тот момент, когда в них возникает необходимость.

Выполнив свою роль, они быстро разрушаются, а не разносятся кровью по всем органам...

…ненасыщенные жирные кислоты, из которых образуются простогландины, содержат три двойные связи - это так называемая эйкозатриеновая кислота, четыре двойные связи - эйкозатетраеновая, или арахидоновая, кислота и пять двойных связей - эйкозапентаеновая кислота. Эти три кислоты и являются “прародителями” простогландинов, из них в результате ряда превращений образуются простогландины.

Первый этап в этом синтезе - высвобождение ненасыщенной жирной кислоты из клеточной мембраны. Сигналом к действию может быть не только влияние гормонов, нервных импульсов, но и даже простое механическое раздражение. А помогает высвобождению ненасыщенной жирной кислоты специальный фермент - фосфолипаза. После высвобождения ненасыщенные жирные кислоты порождают второе поколение семейства - из них образуются сначала так называемые циклические эндоперекиси... Каждая из этих трех кислот может образовать по одной паре простогландинов, обозначаемых... буквами E и F.

Эти “близнецы” E и F по строению очень похожи друг на друга, отличие лишь в том, что в молекуле простогландина F имеется один дополнительный атом водорода. Но как он, этот единственный атом, меняет свойства простогландина! Простогландины типа E и F непросто сильно отличаются друг от друга, нередко они проявляют прямо противоположные свойства...

…из циклической перекиси арахидоновой кислоты в стенках сосудов синтезируется вещество, предупреждающее образование тромбов. Мало того, это вещество еще и способствует расширению сосудов... Впоследствии же его назвали простациклином, так как выяснилось, что в его молекуле имеются два кольца... Уже чуть позже было доказано, что не простогландины, а простациклин является главным продуктом превращений арахидоновой кислоты в сосудах и сердце...

… в легких образуется достаточно большое количество простациклина; из легких он постоянно поступает в кровь, предупреждая образование тромбов и резкое повышение кровяного давления...

Чуть раньше, в 1975 году, шведский ученый Б. Самуэлссон с сотрудниками показал, что из арахидоновой кислоты в организме образуется также тромбоксан А2, который очень быстро переходит в малоактивный тромбоксан В2. Само название этих веществ приблизительно указывает на их свойства: тромбоксаны очень нестойкие (продолжительность жизни после образования исчисляется всего несколькими секундами), но весьма активные вещества, образуемые в самом начале образования сосудистого тромба...

…в организме превращения арахидоновой кислоты могут идти по трем основным путям. Один из них приводит к образованию простогландинов E2 и F2 , другой - к образованию простациклина (обозначается как простациклин I2), третий - к образованию тромбоксана А2.

Свой путь арахидоновая кислота не выбирает сама. Все зависит от того, где, в каком органе происходят ее превращения...

По существу, простогландины E2 и F2 , простациклин I2 и тромбоксан А2, образованные из арахидоновой кислоты, являются “родными братьями”. Однако по своему характеру и поведению они резко отличаются друг от друга. А еще больше они отличаются от своих “двоюродных братьев” - от простагландинов, простациклинов и тромбоксанов, образующихся из других ненасыщенных жирных кислот - из эйкозатриеновой и эйкозапентаеновой. То, что с этими двумя кислотами также происходит целый каскад преобразований, имеет принципиальное значение...

Ни одно из известных нам физиологических явлений не осуществляется без участия простогландинов. Любая клетка организма является мишенью, на которую нацелены различные по своим свойствам простогландины” (Р. Г. Бороян “Простогландины: взгляд на будущее”, М., “Знание”, 1986 г.)

Итак, свыше трех десятков лет тому назад для врачей и ученых оставалось загадкой, почему отсутствие в пище ненасыщенных жирных кислот приводит к тяжелым заболеваниям. Сейчас это объясняют тем, что в таких случаях организм не получает вещества, из которых в организме могут образовываться и образуются простогландины.

Такой ответ, верный по итогу, подобен тому, что мы заглядываем в ответ задачника, не решая самой задачи, так как он не объясняет саму сущность необходимости выделения в ходе биохимических реакций простогландинов, простациклинов и тромбоксанов. Правда, в отношении двух последних вроде бы более или менее что-то прояснилось, но в отношении простагландинов ясности нет никакой. Это следует как раз из того, что в “физиологически нормальном” организме простогландины реально не нужны, так как в этом случае процессы гомеостаза протекают, вроде бы, без их видимого участия.

Следовательно, для объяснения необходимости присутствия простогландинов нейрогуморальная модель управления просто непригодна. Поэтому вызывает большое сомнение, что “сигналом к действию (т.е. к выделению простогландинов) может быть не только влияние гормонов, нервных импульсов, но и даже простое механическое раздражение”.

Дело здесь в том, что нейрогуморальные процессы - это генерализованные процессы, а выделение простогландинов децентрализовано и их свойства совершенно определенно - унифицировано, т.е. не зависят от места их образования, что уже не позволяет их включать в одну связку с гуморальными или нервными процессами.

Еще один парадокс, связанный с образованием простогландинов, заключается в том, что в большом числе случаев образование простагландинов является признаком неблагополучия в организме. Дело в том, что образовавшиеся в результате каких-либо процессов в клетке или органе, простагландины по каким-то причинам должны быть обязательно уничтожены, что и наблюдают обычно в эксперименте. Если же уничтожения простогландинов не происходит, то может наступить и, обычно, наступает полное разрегулирование процессов гомеостаза.

Секрет этого феномена, на мой взгляд, кроется в том, что простогландины, оставаясь в организме и разносясь кровью в разные уголки тела, будут в таком случае вызывать непредусмотренные реакции клеток организма, что и будет вызывать неверные реакции клеток, приводящие к тем или иным заболеваниями, вызванным нарушением процессов жизнеобеспечения. Более того, простогландины формируются при тех или иных воздействиях на каждую индивидуальную клетку, что и заставляет не связывать их образование с нейрогуморальными процессами. Скорее всего, в простогландинах появляется особая потребность, когда возникает проблема выживания для каждой клетки или всего органа. Эта особенность и позволяет понять их роль в организме.

Теперь следует взглянуть с несколько иной стороны на наличие и действие простациклина и тромбоксана.

Функции, которые выполняет, скажем, простациклин, имеются и у нейрогуморальной системы в части управления артериальным давлением. Следовательно, если признать за простациклином функцию управления расширением сосудов, то в этом случае не требовалось бы действия нейрогуморальных механизмов, но это совершенно не так. Таким образом, если простациклин и регулирует давление крови, то причина этого кроется в ином.

Кроме того, действие простациклина совершенно противоположно действию тромбоксана. Если первый предотвращает образование тромбов (склеивание тромбоцитов), то тромбоксан, напротив, для этого и образуется. Причем простациклин постоянно имеется в токе крови, а тромбоксан синтезируется только по мере необходимости, если, конечно, не нарушены законы управления организмом.

Этот парадокс сравнительно легко разрешается, если представить, что предотвращение склеивания тромбоцитов необходимо всегда, а образование тромбов требуется только тогда, когда повреждена (механически) система кровообращения в конкретном месте, т.е. действие тромбоксана стимулирует закупорку механически поврежденных капилляров отдельно от всего остального организма.

Вот здесь обнаруживается один из парадоксов, связанных с появлением тромбоксана: он не должен образовываться во всем организме, не должен как-либо разноситься по организму, а должен образовываться в местах механического повреждения сосудов и только там. Однако главная загадка заключается в том, что оба эти процесса – действие простациклина и тромбоксана - осуществляются без какого-либо участия центральной нервной системы, т.е. как бы сами по себе.

Следовательно, с одной стороны, этим подчеркивается важное функциональное значение системы кровообращения для всего организма, требующее принятия незамедлительных мер в каждом случае какого-либо нарушения. С другой стороны, в управлении этими процессами можно все-таки увидеть и действие иной, не улавливаемой физическим образом, силы, которая и приводит в действие простациклин или начинает формировать тромбоксан. Эта сила, естественно, должна быть такой же (той же самой) и для управления формированием простагландинов вообще.

То, что кровь имеет особое и чрезвычайное значение в организации жизнеобеспечения, мы видели, когда обсуждали информационную модель гомеостаза. Именно качественные характеристики крови определяют точность и правильность действия нейрогуморальных механизмов. И именно на уровне крови отчетливо обнаруживается действие некоторой, внешней по отношению к организму, силы, достаточно надежно (в определенных рамках, конечно) управляющей главной биологической информационной линией связи любого организма.

Эта сила, о которой здесь ведется речь, запускается теми структурами души, которые связаны как с клетками, так и с кровью. Подробное рассмотрение структуры и свойств души приведено ранее, но на данном этапе об этом необходимо вновь сказать, поскольку без признания наличия данной субстанции механизм появления и действия простагландинов, простациклина и тромбоксанов понимается совершенно неверно.

Дело в том, что простагландины, простациклин и тромбоксаны, несмотря на их высокую биологическую активность, не могут и не должны рассматриваться как биологически активные вещества, поскольку в этом случае возникает соблазн использовать их в качестве фармакологических веществ.

Если это будет осуществляться, то в этом случае будет происходить неконтролируемое вмешательство в информационные процессы души, что нарушит все жизненные процессы в организме. Из принятого положения о наличии управляющей силы – души - следует, что простогландины предназначены для передачи информации от организма в “память” души, а простациклин и тромбоксан - для передачи управляющей информации от души в структуры организма. Именно поэтому и разрушаются немедленно простагландины и тромбоксан, как только в них отпадает необходимость.

Итак, все, что связано с “узнаванием” внутреннего, обеспечиваемого информационно-измерительной системой, которая в норме решает эту задачу за счет стабилизации параметров внутренней среды организма, здесь представлено. При этом на уровне этой системы явственно проявляется действие “виталистского начала” - души, хотя, безусловно, это не единственное ее проявление.

 


ГЛАВА 15. МЕХАНИЗМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ДУШИ И СОМЫ

Сначала необходимо сказать о том, почему я довольно часто (почти всегда) использую термин “сома” вместо, казалось бы, обычного термина “тело”.

Мое понимание психологии основывается на том, что это действительно (в соответствии с семантикой термина “психология”) учение о душе. Каждый сложный организм, имеющий число клеток более одной, является конгломератом отдельных составляющих – клеток, органов, систем. Каждая составляющая сложного организма относительно самостоятельна и имеет в некотором смысле собственную психику. В каждом из организмов, в каждой составляющей сложного организма имеется душа как первичная структура, которая в целом совершенно одинаково оживляет отличающиеся по соматической организации организмы. Поскольку сам термин “соматическая основа” часто используется в научной литературе, то здесь он взят как главный, определяющий. Этим можно подчеркнуть отличие от мира неживой природы по принципам молекулярной и структурной организации.

Кроме того, последовательное проведение главной идеи о некоторой идентичности работы разума всех без исключения живых организмов побуждает как-то “унифицировать” и терминологическую основу, предполагая, что соматическое основание само по себе не может жить. Поэтому и представляется более целесообразным использовать указанный термин.

Принципы взаимодействия сомы и души разнообразны и многогранны. Они постепенно усложняются, начиная от низшего уровня – клетки. Кроме того, на отдельную структуру организма в общем случае может воздействовать как ее собственная душа (внутренне управление), так и душа внешней системы (внешнее управление). При этом указанное управление (внутреннее и/или внешнее) может способствовать условиям выживания данной структуры живого организма, так и изменять механизм управления радикальным образом.

Например, управляющая структура души этого организма получила какое-то искажение, вследствие чего данный организм изменяет свой гомеостатический статус, что соответствует болезни (в данном случае – гомеостатической). В других случаях может оказаться, что управляющая структура души принадлежит некоторой внешней полевой структуре, никак не взаимосвязанной с высшей структурой души этого организма. В этом случае существование данной структуры организма осуществляется по законам внешней полевой структуры, не соответствующим данному организму. Это будет соответствовать либо психическому, либо онкологическому, либо психосоматическому заболеванию.

Нормальный информационный обмен соматического основания и структур души происходит следующим образом.

Самое простое по содержанию, но далеко не простое по организации взаимодействие первичной ячейки организма – клетки – с биологическим торсионным полем, которое на этом уровне имеет “квадратную” форму. “Продуктом” этого взаимодействия является жизнь самой клетки, в которой благодаря торсионным полям происходит организация процессов обмена веществ. Ход этого процесса фиксируется в “треугольных” торсионных полях, которые “захватываются” “кольцевыми” полевыми структурами следующего уровня организации гомеостатических процессов.

На уровне органов происходит примерно тот же процесс, т.е. “квадратные” полевые структуры обеспечивают организацию жизненных процессов на уровне органа. Сформированные на этом уровне “треугольные” полевые структуры вместе с первичными “треугольными” структурами “передаются” в полевые структуры крови и лимфы. С этого уровня полевого взаимодействия начинается самое интересное. Именно на уровне крови и выше можно проследить действие самых разнообразных форм взаимодействия души и сомы.

Рассматривая гомеостаз как информационный процесс, мы отметили важную особенность, заключающуюся, во-первых, в относительно произвольном возникновении и таком же разрушении в определенных местах организма биологически активных веществ – простагландинов. Эти вещества определяют ход процессов в клетках органов или желез организма.

Следовательно, простагландины как-то выполняют непосредственно управляющую роль в организации жизненных процессов. Во-вторых, парадоксальность возникновения простагландинов в организме заключается в том, что в отдельных случаях они нарушают именно эти же процессы жизнеобеспечения, т.е. их функция в таких случаях прямо противоположная. По этой причине у врачей сложилось представление о том, что присутствие простагландинов в организме – знак неблагополучия.

Если рассматривать эти вещества, синтезируемые в организме, просто как биологически активные вещества, то функция простагландинов никогда не будет выяснена или будет определена неверно. Если же рассматривать факт появления простагландинов как итог воздействия души на сому, то все встает на свое место.

В главе “Гомеостаз и болезни” свойство простагландинов, простациклина и тромбоксана оказывать прямое, непосредственное воздействие на клетки организма уже рассматривалось как итог воздействия души на сому. Тогда было сказано, что децентрализованное действие этих веществ на клетки обусловлено внешней, по отношению к соматическому основанию, силой, управляющей процессами в клетках организма. И этой силой как раз является душа. Это и позволило сделать однозначный вывод о нецелесообразности и практической невозможности использования этих веществ в качестве фармакологических.

Наиболее ясное представление о функциональной необходимости указанного управления со стороны души можно проследить по факту появления и разрушения тромбоксанов. Эти вещества предназначены для создания условий сворачивания крови, но должны появляться только тогда, когда происходит механическое повреждение сомы, приводящее к току крови. Если не будет происходить немедленное и строго локализованное в конкретном месте выделение тромбоксанов, то это приведет к истечению всей крови.

Следовательно, тромбоксаны никак не могут сами синтезироваться организмом, поскольку на уровне клеток нет механизмов управления этими процессами. Более того, если при биохимическом анализе крови будут как-то обнаружены тромбоксаны, то это будет свидетельствовать о психическом заболевании. Поэтому, скажем, тромбофлебит является психическим заболеванием, успешное лечение которого должно проводиться иными, а не фармакологическими методами.Итак, на основе анализа свойств простагландинов выявлено очень важное свойство души. Это свойство заключается в способности самой души синтезировать достаточно сложные вещества. Простагландины, таким образом, инвариантны по отношению к “устройству” организма. Следовательно, они, как продукт полевого воздействия структур души, являются действием универсального “языка” живого мира Земли.

Здесь уместно дать анализ “поведения” семенной жидкости в момент ее попадания во влагалище (матку).

“Самые ранние наблюдения Курзрока и Либа, осуществленные в 1930 году, свидетельствовали о способности семенной жидкости вызывать сокращения или расслабления матки. Уже позже стало ясно, что имеющиеся в сперме простагландины типа F стимулируют, а типа E угнетают сокращения матки. Однако вскоре выяснилось, что влияние простагландинов на беременную матку существенно отличается от их действия на мышцы небеременной матки... Существует закономерность: небеременная матка менее чувствительна к различным веществам, способным вызвать ее сокращения, чем беременная, и эта чувствительность прогрессивно возрастает по мере приближения родов” (Р. Г. Бороян “Простагландины: взгляд на будущее”, М., “Знание”, 1983 г., стр. 34-35).

Именно здесь выявляется особая роль простогландинов как посредников в обмене информации души организма (в данном случае - сперматозоидов и яйцеклетки). Разве не удивительно, что сперматозоид, попав в полость матки, начинает уверенно двигаться совершенно точно по направлению к яйцеклетке? Что вообще направляет его движение в определенном направлении? Не будем забывать, что сперматозоид - это автономный живой организм, живущий по своим законам. Только цель его - не выживание, а смерть через слияние с яйцеклеткой. Причем время его жизни крайне ограниченное. Следовательно, сперматозоиду не отводится времени “на размышление”, и он должен точно знать, куда следует двигаться. Тем более что каждый из сперматозоидов крайне органичен во времени и по условиям жесткой конкуренции: только один из огромного их количества может слиться с яйцеклеткой.

Значит, в момент начала движения сперматозоида уже должна быть установлена определенная информационная связь сперматозоида с яйцеклеткой, что и определит направление их движения. Кроме того, только один сперматозоид (или два, три)  может слиться с яйцеклеткой, хотя яйцеклетки достигает их огромное количество. Значит, яйцеклетка “сама выбирает” нужный ей сперматозоид благодаря определенному информационному контакту. Информационными посредниками и выступают простагландины. Если душа яйцеклетки совместима с душой сперматозоида, то такой контакт устанавливается, что и определит направление перемещения сперматозоидов. Если же контакта не может произойти по разным причинам, то сперматозоиды вообще никуда не будут перемещаться или, достигнув яйцеклетки не будут в состоянии слиться с ней. 

Таковыми примерами невозможности установления контакта являются случаи, когда матка уже беременна, что и вызовет ее более сильное сокращение (как протест), что подтверждает нежелательность половых контактов в процессе беременности. Но таковыми случаями будут и такие, когда души яйцеклетки и сперматозоида по каким-то информационным показателям несовместимы, т.е. в случае слияния сперматозоида и клетки не произойдет слияния полевых структур души каждого из составляющих. В этом случае развитие организма не может начаться.

Именно этим объясняются отнюдь немалочисленные случаи, когда в семье не появляются дети, хотя все физиологические показатели женщины и мужчины соответствуют норме. В случае развода, в других вновь создаваемых семьях, дети нередко появляются и у мужчины и у женщины. Значит, все дело именно в информационной несовместимости душ, а не в биологической несовместимости организмов.

Свойство спермы воздействовать на беременную матку, причем и так, что это в ряде случаев приводит к преждевременным родам или даже к выкидышу, давно замечено. Поэтому в ряде религий, например, в древнеиудейской и мусульманской сложился запрет на половые контакты мужа и беременной жены, а также в первое время после родов. По этой причине и сложилось у ряда народов узаконенное многоженство. Согласно, скажем, Корану муж может иметь четырех жен, что в основном и соответствует обеспечению определенной безопасности для будущего ребенка в процессе беременности будущей матери.

Приведенные соображения о “взаимодействии” душ сперматозоида и яйцеклетки открывают важное свойство этих “взаимодействующих” частей будущей, вновь образующейся души. Души сперматозоида и яйцеклетки должны не просто быть совместимыми, но и должны определенным образом дополнять друг друга. Если же такого взаимного дополнения нет, но эти части вновь образующейся души совместимы, то образующаяся душа будет в совершенно определенной степени неполноценной.

Это может произойти тогда, когда сперма и яйцеклетка принадлежат достаточно близким родственникам. Неполноценность вновь образующейся души будет проявляться в том, что в итоге в будущем организме будет нарушен со стороны души механизм непосредственного регулирования параметров крови со стороны души. Будет проявляться и в том, что ослабится формирование тромбоксанов или, напротив, усилится формирование простациклина. Возникнет то, что медики называют гемофилией, являющейся, таким образом, не заболеванием крови, а итогом деформации души данного организма из-за неполноты информационных характеристик.

Отсюда следует также, что клонирование человеческих организмов, скорее всего, приведет к появлению организмов с особо неполноценными душами, поскольку очевидно отсутствие некоторой необходимо дополняющей части души, получаемой от отца (матери), которая в этом случае никак не может быть восполнена.

Другое свойство полевого воздействия души на кровь обнаруживается, если проанализировать механизм кровотока в организме. Суть проблемы состоит в том, что нельзя предположить возможность кровотока в организме подобным тому, как течет вода в водопроводе. В этом случае необходимые вещества для синтеза, например, ферментов железами внутренней секреции поступали бы к месту своего “назначения” очень медленно.

Это происходило бы вследствие того, что кровь могла бы “пронести” эти необходимые вещества совсем в иное место. Например, вместо поджелудочной железы – к надпочечникам. В этом случае для полноценности протекания процессов формирования ферментов или иных необходимых веществ вместе с пищей должно было бы поступать исходных веществ в десятки и даже в сотни раз больше, чем это может позволить система пищеварения организма.

Следовательно, напрашивается вывод о наличии “адресного” тока крови. Но каков механизм реализации этой “адресности”? И ответ здесь скрывается в действии механизма телепортации веществ. Именно на итогах анализа механизма тока крови в организме впервые обнаруживается тесная взаимосвязь души организма с физическим вакуумом.

Эта связь с физическим вакуумом обнаруживается в реальном переносе (телепортации) веществ из одного места в другое.

Происходит одновременно дезинтеграция исходных веществ в одном месте и синтез других, необходимых веществ в другом месте организма. И пусть это не покажется фантастикой или досужим вымыслом.

Здесь необходимо сделать некоторую остановку.

Вывод о синтезе веществ душой (через посредство физического вакуума) является принципиальным. Дело в том, что в жизни наблюдаются явления, непосредственно связанные с этим свойством души, но которые сегодня никак не могут быть объяснены. Поэтому я специально подчеркиваю важность данного вывода.

Тем не менее, душа не только может осуществлять нечто подобное, но и осуществляет это, хотя заметить эти явления в эксперименте достаточно сложно. Только косвенные (на данное время) эксперименты подтверждают справедливость сделанного заключения.

“Было подсчитано, что для того, чтобы каждую весну появлялась листва на деревьях, необходима скорость ветра 80 километров в час и количество углерода в атмосфере должно быть в 50 раз больше, чем есть на самом деле. Тогда откуда берется листва? В опытах с гидропоникой выяснилось, что в выращенных плодах некоторых элементов оказывалось в 10 раз больше, чем было в исходном материале. Кроме того, возникли элементы, которых вообще не было в исходной среде! Биологи знают, что для жизнедеятельности организма требуется энергии во много раз больше, чем человек получает вместе с пищей. Откуда она берется? Все эти примеры говорят о том, что в природе существует ядерная химия, не разрушающая, а созидающая” (Из интервью физика А. П. Смирнова газете “На грани невозможного” “Над пламенем потухшего костра я вам сварю отменную уху из рыб доисторического завтра”, № 12 (195), 1998 г., стр. 4).

В приведенном высказывании физика Смирнова почти все правильно, кроме тезиса о ядерной химии. Речь должна вестись не о ядерной химии. Ядерной химии, скорее всего, просто не существует. Тем более такой химии, которая, по мнению физика, должна трансмутировать химические элементы.

Речь должна вестись о том, что душа растения, связанная с физическим вакуумом, способна извлекать из него любую форму энергии, которая необходима данному растению в данное время. Подробно об электромагнитной природе организации структуры любого вещества и свойствах физического вакуума говорилось в цикле статей “Атом и вещество” (“Атом и вещество”, http://www.biomagic.by.ru и http://www.biomagic.narod.ru).

Если же исходить из неясной природы некоторой ядерной химии, то это будет не более чем привычное материалистическое естествознание, “привычно” уводящее нас в тупики “незнания”.

Но нас в приведенном высказывании должно привлечь совершенно другое: тот синтез (извлечение энергии в нужной форме) элементов, который реально обнаружен в экспериментах, и интересующий нас сейчас механизм кровотока - суть одно и то же. Теперь настало время объяснить, каким образом осуществляется “адресность” тока крови в организме.

В этом случае под действием души через физический вакуум происходит сначала полная дезинтеграция вещества в одном месте, а затем синтез в другом. Управление этим процессом осуществляют “кольцевые”, “треугольные” и “ромбические” полевые структуры, у каждой из которых в этом процессе своя, индивидуальная роль. Таким образом, происходит то, что и следует назвать переносом (телепортацией) необходимых веществ в нужные “адреса”.

Этот процесс практически подобен синтезу веществ в организме, обнаруженному в опытах с гидропоникой, но отличается лишь тем, что одновременно с дезинтеграцией в одном месте организма осуществляется и синтез вещества в нужном месте. При этом, ввиду того, что параллельно осуществляется телепортация значительного количества молекул вещества, а также потому, что этот процесс дезинтеграции/синтеза может быть достаточно медленным, все выглядит так, будто все вещества просто переносятся кровью. Можно добавить к сказанному, что механизмы переноса веществ и синтеза простагландинов реализуются в принципе совершенно одинаково, отличаясь лишь деталями.

Но это будет очевидно только тогда, когда мы будем исходить не столько из полевой структуры души (условие необходимости), сколько из положения наличия (“оживления”) в каждом организме души (условие достаточности). Это принципиальный вывод, который заставляет нас во многом пересмотреть принципы нашего (человеческого) отношения к окружающей природе.

Ранее было сказано, что на уровне крови помимо “квадратных”, “треугольных” и “кольцевых” биологических торсионных полей имеется еще она полевая структура, обозначенная (совершенно условно ввиду необходимости дать существенное отличие) как “ромбическая” полевая структура. Именно благодаря последней и осуществляется реализация механизмов кровотока и синтеза простагландинов. “Квадратные”, “треугольные” и “кольцевые” структуры при этом участвуют как “оживляющие”, “информационные” и “организующие”.

Теперь приступим к рассмотрению механизмов взаимодействия души и сомы на уровне центральной нервной системы. Здесь, безусловно, действуют все те механизмы, которые присущи другим подсистемам, органам и клеткам организма. Но здесь обнаруживаются и совершенно новые свойства.

Анализируя устройство нервной системы человека, можно обратить внимание на то, что по всем нейронам сигналы передаются благодаря электрическому току (вместо электронов в нейронах ток обеспечивается за счет Ka-Na-обменных процессов). И только в особых местах - в синапсах - обмен информации ведется иначе, можно сказать - химически, за счет передачи от одного нейрона другому сигнала возбуждения или торможения транспортировкой медиаторов, являющихся достаточно сложными химическими веществами.

При всяком преобразовании формы представления информации процесс связан с преобразованием формы (структуры) существования электромагнитной энергии (например, искрение в контакте связано с преобразованием электрической энергии в энергию плазмы, что сопровождается излучением электромагнитных колебаний в эфир). Это означает, что преобразование вида торсионных полей сопровождает всякое структурное преобразование и сопровождается либо формированием новых торсионных полей, либо разрушением предшествовавших этому преобразованию.

Поэтому образование медиаторов и их передача через синаптическую щель (все механизмы транспортировки медиаторов и прочее здесь опускаются) связано с указанным преобразованием формы представления электромагнитной энергии - из Ka-Na-процесса в медиаторный и наоборот. Этот непосредственный механизм передачи информации связан с очень примечательным и необычным процессом.

Именно на данном уровне вновь явственно проявляется свойство биологических торсионных полей синтезировать материальные образования. В данном случае это медиаторы, которые могут формироваться как самим организмом, так и генерироваться полевыми структурами. Этого на уровне кровеносной системы мы не обнаружили. Более того, медиаторы могут быть синтезированы совершенно посторонними для данного организма полевыми структурами.

Итак, именно на уровне крови и лимфы, а также на уровне мозга механизм синтеза веществ биологическими торсионными полями проявляется наиболее явственно и имеет вполне конкретное функциональное значение в каждом случае. Вполне возможно, что подобный механизм имеется и на низших уровнях – отдельных клеток или органов, но обнаружить его здесь сложнее.

Этот механизм преобразования формы представления электромагнитной энергии (формы торсионных полей и связанных с ними формируемыми молекулярными образованиями) является основой для всего того, что нам сегодня кажется необъяснимым. Так этим обосновывается механизм генерации и приема биополя. Сам процесс образования (синтеза) медиаторов, очевидно, связан с излучением биологических торсионных полей. Процесс прохождения медиаторов через мембрану в синаптической щели и их последующее поглощение (преобразование в электрический Ka-Na-сигнал) взаимосвязан с поглощением биополей.

Более того, данный механизм материально-информационного преобразования следует принять и в качестве одного видов информационного взаимодействия души с сомой, позволяющий понять, как осуществляется поступление информации, например, при формировании функции компенсации от души к сенсорам. При этом функция компенсации, “реализованная” на уровне нейронов, оказывается уже “привязанной” к соме (телу) организма. Это позволяет “оживить” сому по другому принципу, дать другую информацию (к размышлению) и так далее. Именно поэтому реинкарнированные осколки чужих душ могут вызывать не только психические, но и соматические заболевания.

К сказанному необходимо добавить, что для синтеза медиаторов, по-видимому, совершенно непригодны “ромбические” полевые структуры. Именно по этой причине ранее было сказано, что на уровне центральной нервной системы действуют “звездчатые” биологические торсионные поля (вместе с остальными полевыми структурами). У этих структур наибольшая информационная мощность, т.е. наибольшая способность эффективно и целенаправленно взаимодействовать с физическим вакуумом.

Однако, рассмотренный выше механизм синтеза веществ “звездчатыми” структурами действует не изолированно от других полевых структур. В этом процессе участвуют и “квадратные”, и “треугольные”, и “кольцевые” полевые структуры души данного организма, а также появляющиеся на уровне центральной нервной системы “эллиптические” структуры, выполняющие функцию коммуникации с другими организмами. Именно последние способны “захватывать” “треугольные” торсионные поля, формируемые душами других организмов, т.е. это и образует таинственное биополе, воздействующее затем на мембранные механизмы данного организма.

Мы уже говорили о том, где “черпает” душа такую, казалось бы, неисчерпаемую энергию. Это, безусловно, тот самый физический вакуум, который является основой основ всего сущего во всем его многообразии - от частиц микромира до Вселенных. Душа, как полевая структура, непосредственно связанная с физическим вакуумом, но “живущая” все-таки “вне” его, может из своего взаимодействия с вакуумом извлекать любые вещества, любые энергии. Именно - извлекать, но не синтезировать, хотя и выглядит все это как синтез.

В описанном взаимодействии души с физическим вакуумом кроется еще и то, что указанное взаимодействие с физическим вакуумом является основой взаимодействия каждого организма с Богом. Подчеркну: не самим взаимодействием, но его основой. И к указанному взаимодействию с Богом каждый из нас должен быть готов всегда.

Однако это далеко не все Фомы и виды взаимодействия души и сомы. В следующем разделе мы рассмотрим иные формы взаимодействия души и продуктов ее деятельности с соматическим основанием.

 


ГЛАВА 16. ЗДОРОВЬЕ И БОЛЕЗНЬ

Вопросы возникновения болезни вследствие изменения гомеостатического процесса были рассмотрены ранее. Здесь можно лишь еще раз зафиксировать, что непосредственно к возникновению инфекционных заболеваний микробы и вирусы, как правило, не имеют прямого отношения. Инфекционные заболевания возникают тогда, когда вследствие каких-либо причин возникает отклонение в регулировании внутренней среды организма, которое, в свою очередь, приводит к созданию условий, благоприятных для интенсивного размножения вирусов и бактерий. Последние воссоздают условия своего устойчивого существования продуктами своего метаболизма.

Внешне возникновение инфекционного заболевания всегда выглядит как следствие некоторого контакта с инфицированным больным, поскольку практически всегда могут возникнуть хоть какие-то условия, приводящие к отклонениям в процессах регулирования внутренней среды организма (переохлаждение, нервный стресс, физическое воздействие и т.п.). Однако исторические примеры, рассмотренные ранее, подтверждают сугубо информационную природу возникновения таких заболеваний.

Понимание того, что микробы и вирусы не имеют прямого отношения к возникновению инфекционных заболеваний, открывает совершенно иные пути лечения этих заболеваний. Например, применение лекарств либо убивает микробы и вирусы, а организм самостоятельно восстанавливает свою внутреннюю среду. Но если это так, то, “отняв жизнь” у этих вирусов и микробов каким-либо иным образом, можно получить совершенно аналогичный результат без применения каких-либо лекарств. Отнять же жизнь у вирусов и микробов можно за счет применения специальных (торсионных) технологий, в основе которых лежит идея о том, что каждый организм оживляется собственной душой. Поэтому в основе этих технологий лежит такое информационное воздействие на заболевший организм, при котором отнимаются (удаляются) души микробов и вирусов, а собственная душа заболевшего организма остается неповрежденной. Преимущество нового подхода к излечению болезней очевидно – исчезают условия, при которых за счет лекарств ранее организм просто-напросто отравлялся. При новом подходе организм просто освобождается от болезни. На данном этапе я не обсуждаю непосредственно способы и приемы указанного “освобождения” от болезни. Это будет сделано далее, в соответствующем разделе.

Однако для идеологического обоснования нового подхода следует привести важное соображение уже сейчас.

Новый подход базируется на том, что душа сложного организма, как конгломерата (союза) более простых организмов, является сложной, многоуровневой и устойчивой к внешним воздействиям информационной структурой, способной сохранять свою целостность при огромных информационных перегрузках. Итак, организм можно рассматривать как конгломерат отдельных и относительно независимых более простых организмов. Душа же не может так пониматься и быть представленной. Душа излечиваемого организма всегда является цельным, монолитным и сложным структурным образованием, оживляющим указанный конгломерат простейших организмов и созидающим вследствие своего управления единую систему, которую и принято называть – организм.

Действие души заключается и в том, что каждое отдельное структурное образование, входящее в сложный организм, находится под надежной защитой души этого сложного организма. Душа же каждого микроба, вируса, гельминта и т.п. не входит в структуру души организма и относительно легко может быть у этого образования “изъята”, что и приводит к его гибели. Следовательно, сложный организм подвергается лечебному воздействию без каких-либо физических или химических воздействий.

Существенно более серьезными сегодня представляются болезни, возникающие вследствие внешнего информационного воздействия на организм. Теперь речь пойдет о таких последствиях действия души, которые сами непосредственно болезней не вызывают, но создают благоприятные информационные условия для возникновения соматических, психических и психосоматических болезней. И речь пойдет о действии того, что принято называть “мыслеформами”.

Сам термин “мыслеформы” появился вследствие определенных исследований, проводившихся различными теософскими обществами по изучению свойств души на рубеже XIXXX веков. Наиболее яркими представителями этого направления развития человеческой мысли были Чарльз У. Ледбитер и Анни Безант. В частности, ими было написано несколько книг, некоторые из которых были посвящены именно мыслеформам. В частности, в книге, впервые вышедшей в 1901 г. под таким названием, Анни Безант писала следующее.

“Мы часто слышим, как говорят, что мысли — это вещи, и среди нас много тех, кто лично убедился в истинности этого утверждения. Но и теперь немногие из нас имеют хоть какое-нибудь ясное представление, что же это за вещь — мысль, и задача этой маленькой книги — помочь нам обдумать это…

То, что называют аурой человека — это внешняя часть облакоподобной материи его высших тел, взаимопроникающих одно в другое и простирающихся за границы физического тела, самого маленького из всех. Два из них, ментальное и тело желаний, являются теми, которые в основном задействованы в проявлении того, что называется мыслеформами…

Ментальное тело — предмет большой красоты; изящество и быстрое движение его частичек сообщают ему вид живого радужного света, и эта красота становится необычно лучистой и восхитительной по мере того, как интеллект достигает более высокой стадии развития и занимается в основном чистыми и возвышенными вопросами. Каждая мысль заставляет возбуждаться в материи этого тела целый набор взаимосвязанных колебаний, сопровождаемый восхитительной игрой света, подобной блеску солнца в брызгах водопада, но при увеличенных в N-ной степени цвете и живости.

Под действием этого импульса тело выбрасывает вибрирующую часть себя, которая имеет вид, соответствующий природе вибраций, подобно тому, как складываются фигуры из песка на диске, вибрирующем на определённой музыкальной ноте, и собирает из окружающей атмосферы материю, подобную себе по консистенции из элементальной эссенции ментального мира. Тогда мы имеем чистую и простую мыслеформу, и живая сущность интенсивной деятельности оживляется идеей, которая её породила. Если она состоит из более тонких типов материи, она будет иметь огромную силу и энергию и может быть использована, как могущественный агент, когда направляется сильной и неизменной волей” (Анни Безант, Чарльз Ледбитер “Мыслеформы”, по изданию — Adyar, 1978, Thoughtforms, издание 9-е. ISBN 8356-7187-9).

У меня нет возможностей далее развивать эту идею, и не все в идеях Анни Безант отражено верно. Коротко скажу, что мыслеформы – это продукт эмоциональной деятельности мозга, представляющий собой некоторое информационное образование, возникающее в окружающем пространстве часто независимо от ее индуктора, который не всегда может проконтролировать свои эмоции.

Жизнь любого организма непрерывно сопровождается процессом “узнавания”. Это означает, что любой объект всегда должен быть так или иначе “опознан”. Мы уже выяснили, что никогда ни одно явление, ни один объект не могут быть восприняты как полностью известные, т.е. каждое явление и каждый объект всякий раз “опознаются как новые”, т.е. всегда имеется элемент “неузнавания”. Следовательно, механизм “узнавания” всякий раз сопровождается формированием отрицательной эмоции, степень силы которой зависит от уровня новизны. Недостаточная степень вооруженности в виде информационной обеспеченности и/или ресурсов порождает такие виды эмоций, как страх, злоба или отчаянье. Непрерывное формирование и “погашение” потребностей также является источником различных эмоций.

Можно сказать, что формирование эмоций – есть непрерывный процесс. И даже работа сенсорных механизмов (трактов зрения, слуха и т.п.) также связана с формированием эмоций в большей или меньшей степени.

Поскольку любая мысль любого организма сопровождается обязательным формированием функции компенсации, то все сказанное позволяет сделать вывод.

Мыслеформы являются итогом мыслительных процессов и их формирование обусловлено формируемыми эмоциями. Оно связано с механизмом взаимодействия сомы с душой, который был рассмотрен выше. Сила и свойства мыслеформ зависят от силы и свойств эмоций в данный момент времени.

Трудно дать однозначную оценку всего механизма формирования мыслеформ, но ясно, что имеющаяся связь этих образований с эмоциями и функцией компенсации позволяет сказать и о структуре биологических торсионных полей, участвующих в этом процессе.

Прежде всего, следует сказать, что при их образовании “не участвуют” “квадратные” торсионные поля, которые связаны с клеточным уровнем организма. Поэтому формирование мыслеформ происходит (может происходить) за счет “кольцевых”, “эллиптических” и “треугольных” полевых структур. Другие полевые структуры, обсуждавшиеся ранее (“ромбические” и ”звездчатые”), скорее всего, также не могут быть задействованы в формировании мыслеформ в связи со специфичностью их функций.

Биологические торсионные поля, участвующие в формировании мыслеформ, обладают совершенно уникальными свойствами. Вся сущность таких образований, которые следует называть мыслеформами, может быть охарактеризована следующим образом.

Мыслеформы могут принимать в пространстве совершенно произвольные формы.

Мыслеформы могут иметь произвольно сформированное образование в виде некоторых “бубликов” (сгустков энергии) или химер, нередко не имеющих вполне определенных форм.

В отдельных случаях они могут иметь подобие людей, не являющихся повторением или какой-то копией того человека, который создавал их силой мысли, хотя и в отдельных случаях воспринимаются как прямые двойники своих создателей. Они не являются копией какого-нибудь другого человека вообще.

Мыслеформы при их любой конфигурации обладают вполне определенной самостоятельностью и стремятся сохранить свое существование вплоть до попыток “сбежать” от своего создателя.

Мыслеформы помимо информации всегда несут в себе “заряд” некоторой энергии, которая в ряде случаев может физически воздействовать на привычные нам тела, например, передвигая или разрушая их.

Мыслеформы могут создавать информационный экран (информационное зеркало), способное противостоять воздействию посторонних мыслеформ. Кроме того, возможности информационного зеркала состоят и в том, что оно способно изолировать один организм относительно другого. Это свойство используется наиболее часто, хотя большинство людей и не предполагает об этом.

Наконец, мыслеформы могут быть “положительными” или “отрицательными”. Эти свойства определяются видом “закрутки” торсионных полей – правая или, соответственно, левая. Можно этому свойству дать и цветовую характеристику. Дело в том, что ясновидящие четко различают цветовую гамму ауры, в которой как мы помним, нет только черного цвета. “Левозакрученные” мыслеформы всегда имеют черный цвет, т.е. не имеют для ясновидящего никакого цвета.

Заметим попутно, что цветовая гамма ауры и, соответственно, мыслеформ не являются результатом какого-либо отражения внешнего источника света, что привычно для восприятия физического мира.

Аура и мыслеформы светятся сами по себе. Следовательно, черные мыслеформы (и черная аура) могут только поглощать внешние биологические торсионные поля, которые также могут быть “черными”. Это важное свойство мыслеформ, знать о котором совершенно необходимо. Мыслеформы, насыщенные (сформированные) определенными настроениями и эмоциями, могут внедряться в людей и оказывать на них психическое влияние.

Мыслеформы, обладая вполне определенной самостоятельностью, могут самостоятельно “зацепляться” за какие-либо предметы, иные живые организмы и, даже, внедряться в них с тем, чтобы “выйти” на свободу в определенные моменты времени. В этом свойстве мыслеформ обнаруживается особое свойство биологических торсионных полей взаимодействовать с физическими торсионными полями.

В качестве иллюстрации описанных свойств мыслеформ приведу небольшую цитату.

“Математическая модель микролептонной концепции позволила А. Ф. Охатрину рассчитать и создать аппаратуру для наблюдения над микролептонными полями. Специально изготовленный фотоэлектрический аппарат, фиксируя микролептонные излучения, переводит их в оптический диапазон. Не знаю, ожидали ли сами исследователи увидеть ту картину, что приоткрылась перед ними, могли ли догадываться о ней. Но то, что оказалось доступно им, позволило заглянуть в тот призрачный мир иных сущностей и существ, о котором упоминали мистики и визионеры всех времен.

- Когда в помещении кто-нибудь мысленно воспроизводит образ человека, - говорит А. Ф. Охатрин, - возникает микролептонный кластер (сгусток, скопление, концентрация, О. Ю.), и прибор реагирует на него. Всякий раз безошибочно подтверждает наличие такого объекта на данном месте, т.е. именно там, где он был порожден силой мысли.

Подобный кластер, имитирующий образ конкретного человека, способен самостоятельно передвигаться, что также фиксируется приборами... Если микролептонные кластеры делают это как бы по собственной воле, значит ли это, что они, подобно двойникам, наделены импульсом собственного бытия... Однако стоит такой образ, наличие которого подтверждали приборы, разрушить также мысленно, как был создан, как он исчезнет - приборы тут же перестают фиксировать его... Высказывается мысль о возникновении таких образований и более сложного плана. Это так называемые “мыслеформы” – некие энергетические сгустки на полевом уровне, порождаемые мыслями или эмоциональными всплесками, выбросами” (А. Горбовский “Иные миры”, Общество по изучению тайн и загадок Земли, М., 1991 г., стр. 146-147).

Необходимо подчеркнуть следующее. Несмотря на непрерывность формирования каждым организмом мыслеформ, большинство их довольно быстро разрушаются тем же организмом, который их и породил. Разрушают созданные мыслеформы другие мысли (и эмоции). Но именно потому, что мыслеформы имеют способность “убегать” от их создателя, часть этих полевых образований остается. А благодаря их способность “сцепляться” с другими объектами или организмами нередко возникают условия для накопления негативной энергии, которая содержится в других информационных структурах. Наблюдаемая ясновидящим часть ауры живого организма является некоторым “скоплением” непрерывно генерируемых мыслеформ. Если же ясновидящий наблюдает “ауру” около какого-либо предмета, то, скорее всего, он видит сцепившуюся с этим предметом мыслеформу.

Поскольку в данном случае мы рассматриваем природу болезней, то дальнейшее углубление в анализ свойств мыслеформ мы ограничим на следующем.

Во-первых, по своей природе негативное воздействие на живые организмы могут оказывать только такие, которые сформированы левозакрученными биологическими торсионными полями, т.е. негативными эмоциями (эмоциями страха, ненависти, зависти, злобы, отчаянья и т.п.).

Во-вторых, вызывать возникновение различных заболеваний могут только те мыслеформы, в формировании которых участвовали негативные “кольцевые” и “эллиптические” биологические торсионные поля. Это соответствует тому условию, что такие биологические торсионные поля входят в структуру души соответствующего уровня (органы, системы). В этом случае развивается недиагностируемое клинически заболевание, называемое в народе “порча”.

В-третьих, “треугольные” биологические торсионные поля, сформированные негативными эмоциями, могут вызывать только нарушение защитной информационной оболочки человека, называемой “аурой”. “Пробой” ауры, видимый ясновидящим, как раз и вызван таким информационным воздействием. Такое нарушение еще не вызывает никакого вредного воздействия, но благодаря наличию пробоя возникает условие поражения другими информационными структурами, более мощными по действию и более катастрофичными для психики и здоровья реципиента последствиями.

В-четвертых, негативные мыслеформы могут поражать (могут сцепляться) как с самим индуктором этих мыслеформ, так и с посторонними людьми и вообще с другими живыми организмами или, даже, накапливаться в неодушевленных предметах. В последнем случае при указанном сцеплении мыслеформ с неодушевленными предметами возникают условия появления так называемых патогенных зон, которые, как становится понятно, могут быть где угодно. Например, если вы увидели нарост на дереве (кап), то это и есть патогенная зона, в которой у дерева развилось такое заболевание, которое для человека обозначается как рак. Никогда не прикасайтесь к таким образованиям на деревьях, не приобретайте изделий из капа, как бы вам ни нравилась структура волокон дерева в этой части.

Теперь необходимо вспомнить, что ранее было рассмотрено свойство души разрываться на части при внезапной (катастрофической) смерти организма. Если, например, при катастрофе голова погибшего буквально разлетелась на кусочки, то в этом случае душа убитого может разорваться на несколько частей, каждая из которых будет содержать все виды биологических торсионных полей, которые при этом непременно станут сами по себе левозакрученными, т.е. станут негативными.

Эти части разорванной души приобретают самостоятельность существования, но могут относительно спокойно существовать только находясь в теле другого живого организма, дерева, предмета. Вот здесь и будут притягивать эти структуры имеющиеся патогенные зоны, в которые и будут втягиваться указанные осколки души. Если, например, верхний осколок души принадлежит убитому человеку, то вселяясь в тело другого человека благодаря тому, что его аура оказалась поврежденной (пробитой), этот осколок начинает активно вмешиваться в жизнь и деятельность хозяина сомы. Возникает психическое заболевание, называемое шизофренией, при которой, например, человек начинает слышать посторонние голоса, начинает действовать неадекватно складывающейся обстановке и так далее.

В большинстве случаев один такой осколок существует в теле хозяина сомы недолго, поскольку чаще всего сюда же “вселяется” еще несколько. Для человека наступает кромешный ад. Объяснить что-либо или противодействовать этому он не в состоянии. В отдельных случаях у такого человека могут быть корчи, он может говорить чужим голосом, на чужом языке и так далее. В церковной практике такие случаи называют “вселение бесов”. И, кстати, церковная практика дает возможность “изгнать бесов”. Медицинская практика при этом бессильна.

Еще более загадочным и более страшным для внешнего наблюдения является случай “вселения” “немого беса”. При этом в человека вселяется верхний осколок души убитого животного. Если само по себе бывшее животное было с небольшой энергетикой души (кошка, собака, жвачное животное и т.п.) то поведение человека с таким поражением вызывает сплошные вопросы, ответить на которые вообще невозможно. Чаще всего в таких случаях появляется такое психическое заболевание, которое называется эпилепсией. При эпилепсии осколок посторенней души вмешивается в работу узла управления психикой, вызывая его спонтанные переключения, что вызывает неверную работу психики по формированию функции отражения и, соответственно, функции компенсации. Если же энергетика души убитого животного была высокой, о чем мы говорили ранее, то может возникнуть явление “оборотничества”.

Наконец, если в человека вселяется маленький осколок верхней структуры души (частица верхней структуры), связанной ранее с мозгом убитого человека или животного, то психического заболевания не возникает, но возникают различные формы онкологических болезней. Таким образом, рак следует отнести к психосоматическому заболеванию.

В таблице 1 приведены различные формы рака, характерные для человека. Указано также то полевое образование, которое вызвало этот вид болезни. При анализе данных таблицы следует учитывать, что в таблице сведены случаи первичного очага поражения. Следует также учитывать, что первичных очагов поражения может быть несколько. Кроме того, в соматическое основание может проникнуть несколько разных информационных осколков. Это, в частности, будет приводить к возникновению разных форм рака.

 

 

 

 

 

 

Таблица 1 Различные формы рака у человека и вид поражающего фактора

Форма рака

Тип полевой структуры,

вызвавшей заболевание

1. Рак кожи

“Осколок” “кольцевой” структуры

 

2. Рак носовых пазух, горла и глотки

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

3. Рак гортани

“Осколок” “кольцевой” структуры, поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

4. Рак пищевода

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

5. Рак желудка

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

6. Рак груди

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

7. Остеогеническая саркома

“Осколок” “ромбической” структуры

8. Саркома Эвинга

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

9. Хондрома

“Осколок” “ромбической” структуры

 

10. Синовиосаркомы

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

11. Фибросаркомы

“Осколок” “ромбической” структуры

 

12. Липома

“Осколок” “звездчатой” структуры

 

13. Веретеновидно-клеточная саркома

“Осколок” “ромбической” структуры

14. Опухоли лимфатической системы

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

15. Лейкемии и другие виды рака крови

“Осколок” “кольцевой” или “звездчатой” или “ромбической” структуры

16. Опухоли мозга

“Осколок” “звездчатой” (поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”) или “ромбической” структуры

17. Эмбриональные опухоли

“Осколок” “звездчатой” (поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”) или “ромбической” структуры

18. Тератомы

“Осколок” “звездчатой” или “кольцевой” структуры

 

19. Рак двенадцатиперстной кишки и тонких кишок

“Осколок” “ромбической” структуры

20. Рак ободочной и прямой кишки

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

21 Рак поджелудочной железы

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

22. Рак печени

“Осколок” “звездчатой” (поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”) или “ромбической” структуры

23. Рак почек

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

24. Рак мочевого пузыря

“Осколок” “ромбической” структуры

25. Тестикулярный рак

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

26. Рак яичника

“Осколок” “звездчатой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

27. Рак тела матки

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

28. Рак шейки матки

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

29. Рак легких

“Осколок” “звездчатой” структуры

 

30. Рак желчного пузыря

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

31. Рак предстательной железы

“Осколок” “кольцевой” структуры; поражаются структуры “квадратные” и “треугольные”

 

При всех тех формах рака, при которых происходит как следствие дополнительное поражение “квадратных” и “треугольных” структур души пациента, рано или поздно появляются вторичные очаги, называемые метастазами. Однако к первичному очагу они уже не имеют прямого отношения и обусловлены лишь тем, что левозакрученные “треугольные” торсионные поля, не принимаемые в центральную структуру души, после их количественного накопления взрывоподобно разносятся по разным частям сомы и поражают эти части, изменяя характер закрученности биологических торсионных полей этой части сомы. В свою очередь, метастазы, накапливая негативную информацию в клетках пораженной части сомы, создают вторичные или третичные очаги поражения.

Частицы других структур души убитых животных или человека (что связано с обстоятельствами гибели организма) вызывают другие формы психосоматических заболеваний, к числу которых можно отнести астму, диабет, болезни лимфатических систем, тромбофлебит и многие другие.

Общим для всех этих заболеваний психосоматического типа является то, что без “удаления” соответствующего осколка души лечение становится бесперспективным, если под лечением понимать освобождение от болезни как таковой, а не подавление внешних признаков ее проявления.

К сказанному выше следует добавить, что предложенные информационные модели заболеваний непосредственно согласуются с рассмотренной ранее информационной моделью гомеостаза.

 


ГЛАВА 17. МЕТОДЫ ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ПСИХИЧЕСКОЙ ЗАЩИТЫ

На состояние здоровья организма оказывают свое влияние факторы внутреннего характера, влияющие на характер процессов гомеостаза. При этом характер регулирования внутренней среды изменяется в какую-либо сторону на некоторую величину. В результате такой перестройки в организме создаются условия для активного размножения микробов и вирусов, которые принято обозначать как инфекционные. Если продукты жизнедеятельности микрофлоры вызывают сохранение условий для поддержания случайно возникшего отклонения процессов гомеостаза, то возникает заболевание, называемое инфекционным. Фактически же в данном случае изменился характер регулирования процессов гомеостаза, и сома перешла к другому устойчивому состоянию, хотя назвать такое состояние организма следует всего лишь неоптимальным с точки зрения регулирования информационных процессов.

В большинстве случаев организм самостоятельно стремится возвратиться в свое оптимальное состояние, которое характеризуется как здоровое. Процессы фагоцитоза, связанные с разрушением вещества, входящего в бактерии и микробы, приводят к выделению большого количества тепловой энергии, содержавшейся в разрушенных микробах и бактериях. Это приводит к повышению температуры тела. Следовательно, наличие повышенной температуры свидетельствует о том, что организм борется и успешно справляется с задачей подавления негативной микрофлоры, возникшей и развившейся из-за нарушения процессов гомеостаза и поддерживающей неоптимальное состояние внутренней среды. В этом случае лекарства вовсе не лечат болезнь, но помогают организму возвратиться в оптимальное состояние процессов информационного регулирования.

Гораздо серьезнее и гораздо трагичнее бывают последствия при информационном поражении организма. Такое информационное воздействие является источником психосоматических и психических заболеваний. Здесь мы свое внимание сосредоточим именно на этих видах болезней, поскольку от таких видов заболеваний можно и необходимо защищаться различными методами психической (информационной) защиты.

Выше была показана особая роль в возникновении заболеваний специфических информационных образований, называемых мыслеформами, которые формируются при том или ином проявлении эмоций. На возникновение условий заболевания влияют далеко не все виды мыслеформ, а только такие, которые порождены так называемыми “эмоциями греха”, формируемыми при переживании чувства страха, негодования, ненависти, зависти, отчаяния и т.п. Помимо того, что при отрицательных эмоциях душа человека буквально “чернеет”, т.е. в ней накапливаются левосторонние биологические торсионные поля, эмоции, формируемые при этом, могут оказывать самое негативное влияние как на самого человека, который переживает эти эмоции, так и на его окружение. Нередко при этом страдает совершенно посторонний человек, случайно “подвернувшийся” под действие негативных мыслеформ.

Как уже говорилось, мыслеформы, как правило, сами по себе не приводят непосредственно к возникновению заболевания. Однако если они сформированы вследствие специальных мысленных действий индуктора, то в этом случае поражение принято обозначать, как “порчу”. На этом варианте информационного воздействия мы останавливаться специально не будем, поскольку общие приемы психической защиты в целом одинаковы.

Итак, негативные мыслеформы приводят к тому или иному повреждению ауры, в которой вследствие этого открывается канал для проникновения в сому организма или в какой-либо предмет других видов информационных структур негативного характера. Последние образуются при случайной или преднамеренной гибели какого-либо организма вследствие грубого физического воздействия, в результате чего душа этого организма исходит из сомы этого убиенного организма взрывоподобно, что и приводит к ее разрыву.

Для соматического здоровья опасны нижние осколки душ убиенных организмов, поскольку именно они изменяют условия гомеостатического регулирования. Однако до тех пор, пока такие осколки не будут изъяты из организма, лечение будет совершенно бесперспективным. К болезням такого типа следует отнести диабет, астму, тромбофлебит и другие. Более серьезным психосоматическим заболеванием является рак во всех его модификациях. Современная химиотерапевтическая медицина только помогает организму как-то справляться с болезнью, но вылечить болезнь – не в состоянии.

Если в сому вселяется верхний осколок души убиенного организма, то возникают психические заболевания. Этот вид болезней вообще остается неподдающимся для лечения, если по каким-то причинам указанный верхний осколок души самостоятельно или по какому-то принуждению не выйдет из сомы. Самым страшным последствием психических заболеваний следует назвать серьезное, непоправимое искажение души этого организма. Поэтому такие болезни следует начинать лечить как можно раньше после их возникновения. Например, эпилепсия, возникающая обычно в детском возрасте, через несколько лет превращает человека в животное с примитивными психическими функциями.

Итак, сформулируем ряд правил, которым следует подчинять свою жизнь, чтобы избежать информационного поражения.

1. Социальные правила (правила общежития).

К социальным правилам следует отнести все те правила, при выполнении которых не будут формироваться “эмоции греха”, являющиеся, как уже говорилось, источником негативных мыслеформ.

И здесь в первую очередь следует указать на десять заповедей Моисея.

“Не поклоняйтесь никаким другим богам кроме Меня.

Не делайте себе идолов, не делайте изображений и картин того, что наверху в небесах, того, что на земле, и того, что внизу в воде. Не поклоняйтесь идолам и не служите им…

Не употребляйте имя Бога вашего напрасно…

Помните, что день субботний – особый день…

Почитай отца своего и мать свою, чтобы обрести долгую жизнь в стране, которую дает тебе Господь, Бог твой.

Не убивай.

Не прелюбодействуй.

Не кради.

Не клевещи на других.

Не желай дома ближнего твоего, не желай ни жены его, ни слуг его, ни служанок, ни скота его, ни ослов. Не желай ничего, что принадлежит другому” (“Исход”, 20, 3-17).

В Нагорной проповеди Иисуса Христа имеются более конкретные дополнения. Приведу некоторые фрагменты этой проповеди.

“Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: “пустой человек”, подлежит верховному судилищу; а кто скажет: “безумный”, подлежит геенне огненной.

Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой. Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним, чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли 6ы тебя в темницу; истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта.

Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну. И если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя, ибо лучше для тебя, чтобы погиб один из членов твоих, а не все тело твое было ввержено в геенну

Еще слышали вы, что сказано древним: не преступай клятвы, но исполняй пред Господом клятвы твои. А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий; ни землею, потому что она подножие ног Его; ни Иерусалимом, потому что он город великого Царя; ни головою твоею не клянись, потому что не можешь ни одного волоса сделать белым или черным. Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого.

Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся.

Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и: гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и сборщики податей ? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники?..

Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно…

Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших.

Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися.

Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.

Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и богатству. Посему говорю вам: не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа не больше ли пищи, и тело одежды?..

Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить. И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? Или как скажешь брату твоему: “дай, я выну сучок из глаза твоего”, а вот, в твоем глазе бревно? Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего...

Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас.

Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? и когда попросит рыбы, подал бы ему змею? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более отец ваш Небесный даст блага просящим у Него” (От Матфея).

Идеи смирения, покаяния, укрощения гордыни пронизывают не только Нагорную проповедь, но вообще все учение Христа. Это очень важно, поскольку при следовании заповедям Моисея и учению Христа не возникнут условия для формирования негативной информации, заключенной в негативных мыслеформах.

К комплексу моральных правил Моисея и заповедей Христа можно и следует добавить ряд других простых правил.

- принимай жизнь такой, какой она складывается, а если ты недоволен своей жизнью – вини в этом только себя;

- планируй свою жизнь так, чтобы никуда не спешить. Кто никуда не спешит, тот всюду успевает, и все успевает сделать;

- никогда не жалей о том, что произошло – это уже не исправишь и вторую жизнь не проживешь. Но выводы сделай, чтобы это вновь не повторилось;

- никогда не жалей о том, что не произошло. Виноват в этом только ты. Поэтому принимай это как должное и живи дальше, не забывая о полученном уроке;

- добро и зло – две стороны одной медали. Поэтому стремись быть справедливым, а не добрым. Особенно в тех случаях, когда имеешь дело со своими или с чужими детьми.

Выполнение этих заповедей и правил гарантированно обеспечит исключение возможности формирования тобой негативных мыслеформ. Этим ты во многом защитишь себя от многочисленных болезней.

2. Индивидуальная защита.

Под индивидуальной защитой понимается комплекс правил и мер, которые помогут с одной стороны, защититься от действия чужих негативных мыслеформ, а с другой стороны, позволят освободиться от этих же мыслеформ в тех случаях, когда ты нечаянно “подхватил” чужую (или свою) негативную мыслеформу.

Для начала напомню, что мыслеформы имеют способность (и “желание”) сцепиться с каким-либо объектом (дерево, животное, человек, камень, другой неодушевленный предмет). В том месте, где произошло указанное сцепление, возникает патогенная зона, отличительной особенностью которой является появление некоторой “информационной черной дыры” в указанном объекте, куда в последствии будут “стекаться” осколки (верхние и/или нижние) душ погибших организмов. В итоге происходит накопление огромной негативной мощности, что в некоторых случаях приводит к катастрофическим последствиям.

Если мыслеформа сцепилась с каким-либо предметом, то в этом случае возникает то, что принято называть патогенной зоной. Это происходит не сразу, а по мере накопления в этом предмете суммарной негативной полевой энергии. В самом общем случае сцепление с организмом вызывает фактически также появление патогенной зоны, что может звучать непривычно.

Например, человек может натурально сгореть так, что от него не останется и следа, а одежда или обувь останутся невредимыми. Таких случаев не так много, но и не так уж они редки. Просто в подобных ситуациях официальных заключений никто не может сделать о причинах, вызвавших данную индивидуальную катастрофу.

Если же происходит некоторое “суммирование” однотипных “черных” мыслеформ, их “притягательная” сила во много раз возрастает. “Сцепившись” с каким-либо предметом, мыслеформы будут “втягивать” в этот предмет “нечистую силу” и “верхние” осколки душ. При этом будет происходить аккумулирование, накопление негативной энергии, многократно увеличивая возможности энергетики составляющих каждой частички. При достижении определенного критического порога накопления малейший толчок вызывает катаклизм огромного масштаба, что вызывает почти всегда ощущение наказания от Бога. Это могут быть землетрясения огромной разрушительной силы (Спитак, Нефтегорск), пожары необыкновенной силы. Если это происходит в форме пожара, тогда возникают температуры горения, намного превышающие обычные, т.е. более 1000 градусов.

Вот очень наглядный пример случая, официальной разгадки которого пока нет.

“Огненные смерчи, которые наблюдаются при больших пожарах, могут быть не следствием, а их причиной! И спускаются они на землю сверху, по сути, падают с неба. Выявлены, пишет американский журнал “Форчун”, даже характерные свойства этих жутких пламенных торнадо: высокая температура - от 9 до 12 тысяч градусов, движение в определенных границах, когда огнеопасные предметы за пределами зоны почему-то не загораются, тенденция время от времени повторяться в одном и том же месте, повышенная радиация почвы после пожара. Это явление часто называют “диким огнем”.

Наиболее хорошо описанным проявлением дикого огня считается знаменитый пожар в Чикаго в ночь с 8 на 9 октября 1871 года. По официальной версии, пожар начался в хлеву, где корова перевернула керосиновую лампу. Но пламя в то время легко можно было локализовать: ведь несколько одноэтажных построек, примыкавших к хлеву, были изолированы от соседних кварталов широкими улицами. Тем не менее, пожар без всяких видимых причин превратился в огненную бурю.

Жар был фантастическим: каменные многоэтажные дома пылали как спички. Пламя меняло, по свидетельству очевидцев, цвет от багрового до изумрудно-зеленого. И нечто в воздухе “питало” огонь - он был совершенно иным, чем обычно. Глава пожарной службы Чикаго сообщал, что пожар одновременно возник и в трех километрах от пресловутого хлева - в соборе святого Павла, и в нескольких других местах. Железные прутья на складе сплавились в слиток, хотя ближайшие от склада горящие здания находились в 100 метрах. Шестиэтажные дома буквально испарялись. Мрамор горел, как уголь. Отдаленные от пожара дома вдруг начинали гореть изнутри. Множество трупов было найдено на окраине города без всяких следов ожогов. В ту же ночь сгорели два городка в 280 и 480 километрах от Чикаго” (“Дикий огонь, падающий с неба”, газета “На грани невозможного”, № 12(195), 1998 г., стр. 11).

Рассмотрим, как, с позиции рассмотренной здесь “теории души”, можно объяснить столь мощный и столь необычный пожар в Чикаго и еще в двух городах США, произошедших в ночь с 8 на 9 октября 1871 года.

Необходимо вспомнить для этого, что в то время там отбушевала гражданская война (с 1861 по 1865 годы), а также то, что уровень гражданского противостояния сохранялся из-за сильной расовой сегрегации. У населения страны - и черных, и белых - было много того, что порождало “черные” “мыслеформы”. Эта негативная информационная энергия в силу своей некоторой “синхронности”, т.е. однотипности, могла сливаться, или объединяться, суммироваться.

Любые мыслеформы имеют свойство “сцепляться” с какими-либо предметами, но в особенности с предметами, имеющими заостренные формы, какие-либо изъяны (трещины) и т.п. из-за искаженности структур физических торсионных полей на изломах и у острых предметов. В этих условиях в хлеву, где и начался пожар, такого рода “суммарная” “черная” мыслеформа “зацепилась” за какой-либо предмет, каковым могли выступить в данном случае простые крестьянские вилы.

При наличии зафиксированной “черной” мыслеформы, усиленной многократным повторением, или дублированием на конкретном предмете, в этот предмет, как в черную дыру, стала притягиваться “нечистая сила”, а также всякие прочие осколки душ убитых людей, животных: этого в то время в Соединенных Штатах было в избытке.

С другой стороны, энергия мыслеформы и всего того, что там вместе накопилось, по-видимому, была чрезвычайно высокой. Начавшееся малое загорание, которое в обычных условиях можно было легко потушить, привело не просто к разрушению “черной” мыслеформы, но к некоторому взрыву. Этот информационный взрыв, разметавший осколки “черной” мыслеформы и той суммарной энергии накопившихся осколков душ людей, животных и растений, привел к разбрасыванию информационных структур по огромной территории.

Тот, кто видел, как горят осколки душ, должны признать, что зрелище это впечатляет. Поэтому катаклизм, возникший вследствие одновременного горения тысяч и тысяч осколков душ убиенных людей, животных, был чрезвычайно сильным.

Иначе говоря, при первичном возгорании произошел “взрыв”, разбросавший освободившуюся энергию не только по районам Чикаго, но и в соседние города. В результате возникший пожар был таков, что тушить его было не столько бессмысленно, сколько неосуществимо, так как был не просто огонь, но огонь в форме освобожденной плазмы, в пламени которой и происходила нейтрализация всего “черного”. Происходила в некотором смысле аннигиляция энергии “нечистой силы”.

Вот такое “простое” объяснение необычному пожару я могу дать с позиции “теории души”. Этот пример дан с целью иллюстрации того, как опасны “черные” силы, которые порождает наша душа: здесь действительно мы прослеживаем практически все признаки, о которых было сказано.

Подобное объяснение (толкование) я могу дать и всем случаям появления так называемых “шаровых молний”. Так что “шаровые молнии” - это тоже “продукт” неразумной деятельности человека.

По поводу подобных “природных” катаклизмов следует сказать следующее:

- благодаря таким “катаклизмам” Земля “разряжается” от негативной, “черной” энергии, порожденной бездумной и озлобленной жизнью людей, защищая саму себя от еще больших катастроф;

- в подобных “катаклизмах”, несомненно, есть и рука Божья, наказывающая вполне определенные сообщества людей, погрязших в злобе, и такие катастрофы - есть некоторое предупреждение;

- каждый случай катастроф подобного масштаба (вовсе не обязательно пожары), когда имеется четкая локализованность и некоторая особая “озлобленность” стихии, должны изучаться не столько структурами по чрезвычайным ситуациям. Эти случаи должны исследоваться психологами, социологами, государственными деятелями, из чего должны делаться совершенно определенные выводы с конкретными мерами по предотвращению не катастроф, но условий выплесков “черной” энергии - войн, великих противостояний масс людей и так далее.

В добавление к только что сказанному скажу, что мировой океан, концентрирующий в себе воду всех рек планеты, “собирает” и осколки душ убиенных или утопших людей. Это происходит потому, что вода в некотором смысле является идеальным “растворителем” биологических торсионных полей. В результате в мировом океане концентрируется огромная энергия, являющаяся источником различных цунами, торнадо, тайфунов. В этом человечество смогло убедиться в декабре 2004 г.

Следовательно, далеко не всегда источник подобного рода катаклизмов лежит в “естественных” природных процессах.

Однако нам сейчас необходимо рассмотреть меры индивидуальной защиты от действия негативных мыслеформ.

Из сказанного выше следует, что в быту нецелесообразно использовать треснувшую или склеенную посуду, поскольку в ней могут образоваться патогенные зоны из-за имеющееся неоднородности физических торсионных полей, входящих в состав этих поврежденных предметов (природа физических торсионных полей рассмотрена в цикле статей “Атом и вещество”, размещенных на сайтах http://www.biomagic.by.ru и http://www.biomagic.narod.ru).

Не следует иметь длинные ногти, острые шпильки, острые каблуки и т.п. Эти предметы и им подобные по формам легко могут стать “объектом” для сцепления негативных мыслеформ. Не следует пальцем показывать на себе или на ком-то какую-то часть тела. Это также обусловлено тем, что пальцы также могут стать “объектом” для сцепления негативных мыслеформ, что наиболее вероятно, поскольку именно руками мы касаемся огромного количества других предметов. Эти предметы, функционально необходимые нам в повседневной жизни, уже могли стать “объектом” для сцепления негативных мыслеформ. Прикасаясь к таким предметам, мы принимаем эти мыслеформы на себя.

Однако не всегда мы можем следовать последней части этой рекомендации. Нам бывает крайне необходимо показать на что-то, на какую-то часть тела на себе или на ком-то. Тем более никак невозможно увернуться от таких действий при общении с детьми. Следовательно, необходимо постоянно помнить, что подобное действие может потенциально иметь для тебя или для кого-то негативное последствие. Поэтому необходимо постоянно снимать с себя возможно имеющиеся на руках негативные мыслеформы. Для этого необходимо при всяком удобном случае мыть руки (пусть даже без мыла). Вода активно растворяет биологические и физические торсионные поля. Поэтому “омовение” рук обязательно снимет с тебя негативную мыслеформу. После этого ты можешь выполнять любые процедуры. Но и после всех таких процедур снова необходимо произвести “омовение” рук.

Теперь следует сказать, что сцепиться негативная мыслеформа может с тобой в любой части тела. По своим личным ощущениям я знаю, что в таких случаях возникает чувство некоторого дискомфорта, реже слабости, вялости и т.п. Замечу попутно, что все дети в возрасте до 2 – 2,5 лет ясно “видят” такие черные мыслеформы. Они вообще видят всю твою ауру. Если она светлая, чистая, ясная, теплая, ребенок тянется к тебе, понимая, что ты никогда не сделаешь ему ничего плохого. Если твоя аура темная, холодная – ребенок будет тебя бояться. Если же ты имеешь “хорошую” ауру, но “подцепил” черную мыслеформу, - ребенок пугается, плачет, закатывается в истерике. В таком случае никогда не подходи к нему. Сначала очисти себя от негативной информации.

Для этого, как я уже говорил, сначала вымой руки, а затем с помощью информационного “колпака” сними с себя негативную мыслеформу. Для понимания сути и смысла такого информационного “колпака” тебе необходимо понять, что твоя правая рука (ладонь) является (в информационном смысле) зеркалом, отражающим негативную информацию вообще. Левая рука (ладонь) является приемником информации. Однако говоря “правая рука” и “левая рука”, я имел в виду не их физическое воплощение, а тот мысленный образ, который ты в состоянии создать мысленно.

Когда ты мысленно представляешь себе эти “руки”, ты с большей или с меньшей интенсивностью создаешь из эллиптических биологических торсионных полей информационную структуру в пространстве, которая способна либо отражать негативную информацию, либо принимать информацию. При этом функцию зеркала выполняет образ ладони правой руки, а функцию приемника информации – образ ладони левой руки. При формировании “образа” руки необходима определенная напряженность мысли, что обеспечит интенсивность формирования нужной мыслеформы

В общем случае я называю психические приемы использования данных информационных образований правилом “правой и левой руки”. Диапазон их использования очень широк, и каждый в состоянии развивать методику его применения. В данном случае я расскажу о методе снятия негативной информации с себя или с кого-то тебе близкого (например, с твоего ребенка) путем создания так называемого “колпака”, или “колокольчика”.

“Колпак”, или “колокольчик” ты должен создавать временно, с целью последующего его уничтожения вместе с негативной мыслеформой, “прилепившейся” к тебе или к твоему близкому человеку. Он может создаваться независимо от того, точно вы уверены в наличии негативной мыслеформы, или такой уверенности нет.

Итак, технология создания и использования “колпака”.

Всегда создание и последующее снятие “колпака” необходимо производить сосредоточенно, с некоторой напряженностью мысли. В этом случае эффективность применения этого метода будет иметь максимальный эффект. По этой причине первоначально необходимо сосредоточиться на объекте, который ты собираешься “очистить” от негативной информации.

Например, этим объектом будешь ты сам. Поэтому постарайся как-то увидеть себя как бы со стороны. После этого мысленно представь свою правую ладонь, и помести ее (опять же мысленно) над своим теменем. Затем сделай плавное движение этой виртуальной ладонью, вычерчивая в пространстве как бы контур колокольчика от темени к земле. Вести эту виртуальную ладонь необходимо так, чтобы движение виртуальной ладони было поверх твоего тела. При этом неважно, что этим движением будет охватываться и часть свободного пространства. Движение ладони направлено вниз к земле, достигнув которой, ты оставляешь контроль за состоянием этой прочерченной в пространстве поверхности, а ладонь (ее образ) вновь помещаешь над теменем.

Дальше виртуальная ладонь движется аналогично к земле с другой стороны тела. Далее повторяется аналогичное движение в плоскости, перпендикулярной только что вычерченной. Затем все повторяется вновь с другой стороны тела. В результате указанных четырех виртуальных движений тело уже оказывается в “колоколе”, у которого имеются некоторые “щели” по диагоналям проведенных защитных поверхностей. Эти “щели” “закрываются” аналогичными движениями виртуальной ладони, т.е. необходимо выполнить еще четыре виртуальных движения. После этого сформированный “колокол” “укрепляется” аналогичными виртуальными движениями, выполняемыми вокруг тела, начиная с головы. При выполнении всех виртуальных движений надо следить, чтобы ладонь всегда была направлена к тебе. Когда виртуальная ладонь достигнет поверхности земли, информационный “колпак” готов к применению.

Поэтому ты (опять же мысленно), сжимая виртуальные пальцы правой и левой ладоней, зажимаешь края этого “колпака” и тянешь его вниз так, чтобы он проходил сквозь твое тело. Поверьте, что сам “колпак” при этом не рвется, но проходит целым все ниже и ниже к земле, захватывая негативную мыслеформу своим движением. Твои виртуальные руки удлиняются так сильно, чтобы сам “колпак” (его вершина) оказалась в конечном итоге под землей. После этого ты мысленно встряхиваешь виртуальные руки и освобождаешь их от контакта с “колпаком”. “Колпак” вместе со снятой мыслеформой остается под землей, а ты остаешься освобожденным от негативной информации, прилепившейся к тебе.

Может быть, я описал недостаточно просто. Поэтому попробую перейти на мысленные образы. Попробуй представить, что ты надел не себя большой не рвущийся мешок, укрывающий тебя с головы до ног. Этот мешок и есть тот “колпак”, который ты должен создать виртуальным  движением виртуальной ладони правой руки. Теперь понятно, что когда ты стащил этот “колпак” движением виртуальных рук под землю, ты освободился полностью от этого “колпака”. Если же ты оставишь его на себе, то твои собственные отрицательные мыслеформы обязательно “прилепятся” к тебе, и ты сам от них и пострадаешь.

Описанный прием чрезвычайно эффективен. Как только ты освободился от “колпака”, ты сразу же почувствуешь большое облегчение, если ты снимал негативную информацию с себя. При этом даже не имеет значения, сам ты сформировал эту негативную мыслеформу или “подцепил” чужую.

Второй прием психической защиты, надежно защищающий тебя от негативной чужой информации, заключается в создании вокруг всего своего тела – с головы до ног - (или тела близкого тебе человека) информационного “кокона”, направленного зеркалом во внешнюю сторону. Свойство “кокона” заключается в том, что для положительной информации он абсолютно “прозрачен”, а негативную информацию – полностью отражает. Другой особенностью описанного приема психической защиты является то, что изнутри “кокона” негативная информация может проходить наружу, а извне – не может достигать тела.

Создается “кокон” виртуальной ладонью левой руки, сама ладонь при его формировании направлена к телу. Этот “кокон” может быть уподоблен вывернутому мешку, в который ты залезаешь полностью, с ногами, а внизу мешок завязывается.  Технология создания кокона совершенно идентична описанной ранее с той разницей, что используется левая ладонь направлена к телу, а движения этой виртуальной ладони должны быть замкнуты в некоторый контур, чтобы тело целиком оказалось внутри кокона. 

В отличие от “колпака” кокон может быть надет неопределенно долго. Особенно это важно для выполнения психической защиты детей. Сам по себе “кокон” не разрушается и его защитные свойства продолжительны. Стоит лишь периодически обновлять его.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рисунок 8 Иллюстрация свойств инвертора биологических торсионных полей

 
 

 

 


Третьим приемом психической защиты является использование свойства ладони виртуальной правой руки создавать зеркало для негативной информации. Если ты находишься в транспорте, а рядом с тобой оказался человек, который так  и извергает из себя злобу, ненависть, отчаянье, проклятия и так далее, у тебя, как правило, нет времени на уговоры этого человека. Поэтому ты мысленно ладонью правой руки наружу от себя проводишь два раза, рисуя как бы крест. При этом ты оказываешься полностью защищен от негативной информации, которую извергает твой попутчик.

Наконец, я разработал специальные инверторы биологических торсионных полей, которые осуществляют инвертирование с левозакрученного состояния в правозакрученное состояние трех видов биологических торсионных полей – квадратных, треугольных и кольцевых. Инвертор оформляется в виде многослойного картона, в котором монтируются три типа резонансных контуров.

Инвертор торсионных полей представляет собой устройство, предназначенное для преобразования левозакрученных биологических торсионных полей в правозакрученные. Преобразования правозакрученных полей в левозакрученные – не происходит. Разработка инвертора основана на результатах исследований биологических торсионных полей и осуществлена на основе конкретных параметров некоторых полевых структур, входящих в состав души.

Поскольку в мире живой природы Земли душа каждого живого организма устроена в принципе на одних и тех же полях, действие инвертора происходит на любые живые организмы и/или неживые предметы, с которыми произошло “сцепление” негативной информационной структуры.

Благодаря указанному свойству инвертора становится возможным:

- очищение информационного пространства жилых и служебных помещений от трех видов биологических торсионных полей с левой закруткой; указанные поля наиболее часто присутствуют в окружающем пространстве (в комнате, на улице);

- очищение любых живых организмов в зоне действия инвертора от негативных образований, “сцепившихся” с данным, конкретным организмом; благодаря этому с любого живого организма снимаются, в частности, такие негативные воздействия, которые принято обозначать как “порча”, “сглаз”;

- восстановление структур души организма, приобретших в силу разных причин левую закрутку полей, что всегда приводит к тяжелейшим заболеваниям с летальным исходом; восстановленные структуры души включаются в обычную работу души и заболевания не происходит;

- ликвидация геопатогенных зон, имеющихся в зоне действия инвертора; геопатогенные зоны всегда образуются в местах скопления левозакрученных негативных полей, сцепившихся с какими-либо предметами и/или живыми организмами.

Зона действия инвертора определяется его диаграммой направленности, приведенной на рисунке 8. Каждый инвертор позволяет ликвидировать три вида негативных полей, условно называемых треугольными  (      ), квадратными   (       ) и кольцевыми   (     ).

В зависимости от некоторых параметров, закладываемых в конкретную конструкцию инвертора, дальность его действия может быть разная (см. диаграмму направленности).

Описанные инверторы изготавливаются по индивидуальному заказу лично мной. Они могут быть оформлены в виде картины, вывешиваемой в защищаемом помещении, либо в виде плоской картонки, которую можно либо поместить за свою индивидуальную картину, либо носить с собой в кейсе. Размеры картины 30х40 см. Размеры картонки – примерно такие же.

Должен сказать еще об одном методе защиты, который заключается в периодическом “очищении” того пространства, где ты обитаешь (живешь, работаешь). Этот метод заключается в сжигании негативных информационных структур, которые практически постоянно присутствуют в местах нашего пребывания. Я уже говорил, что описанные информационные структуры реально ведут себя как истинно живые создания. Они могут перемещаться в пространстве. Они стремятся куда-либо “пристроиться” и так далее. Это все описано в работах Анни Безант, о которых я говорил выше.

Поэтому важно использовать ту возможность, которая нам предоставляется вследствие того, что эти образования полностью сгорают в огне. Кстати говоря, наблюдая за процессом их горения, начинаешь понимать, что вообще всегда, во всех случаях горение есть процесс разрушения торсионных полей, в результате чего высвобождается то или иное количество плазмы, которое мы и видим в виде огня.

Это свойство негативных информационных структур полностью сгорать в пламени используется, в частности, в церковной практике. В церкви всегда горят в большом количестве свечи, сделанные из воска. В пламени таких свечей процесс разрушения биологических торсионных образований проходит относительно успешно, хотя и недостаточно эффективно. Когда видят, что горящая свеча начинает коптить, то именно тогда говорят, что это сгорает “нечисть”.

Пламя стеариновой свечи для этих целей совершенно непригодно. Не могу объяснить причины, но в пламени газовой горелки (газовая плита) эти образования по каким-то причинам также практически не сгорают. Это происходит относительно редко. Тем не менее, наблюдая за горением газового факела, видишь, как изредка пламя вдруг резко увеличивается в объеме, в длину, изменяет цвет на темно-красный. Это как раз те случаи, когда такая информационная структура “бросается” в огонь и сгорает. Может быть это и есть “геена огненная”?

При проведении своих исследований я установил, что в пламени спиртовки эти информационные образования горят чрезвычайно “охотно”. Сразу после зажигания спиртовки пламя остается таким, каким мы привыкли его воспринимать – почти бесцветным и прозрачным. Но примерно через 20 – 40 секунд после начала горения вдруг над факелом спиртовки появляется второй факел, имеющий светло-красный цвет. Отчетливо видно, что это второй факел, функционально не связанный с первым. Если ты сделал факел спиртовки размером 35 – 40 мм (это обязательно), то второй факел может быть от 10 до 150 и более миллиметров. Зрелище впечатляющее. Кстати говоря, несмотря на красный цвет пламени второго факела никакой копоти не образуется и не может образоваться: горит то, что для нас (для обычного зрения и обоняния) не имеет не формы, ни цвета, ни запаха. И вообще для большинства из нас то, что горит, невидимо. Именно это и позволяет делать такие широкие обобщения относительно процесса горения вообще, которые были сделаны выше.

Для сжигания негативных информационных структур, как мне представляется, необходимо не реже одного раза в неделю по тридцать – сорок минут жечь спиртовую горелку. Ее можно помещать в одном месте, например, в жилой комнате или на кухне и не обходить при этом комнаты. Информационные структуры сами найдут этот огонь, чтобы сгореть.

Таким образом, здесь рассмотрены самые различные и эффективные приемы индивидуальной психической защиты.

 


ГЛАВА 18. МЕТОДИКА ИЗЛЕЧЕНИЯ БОЛЕЗНЕЙ

Начиная данный раздел, я должен предупредить, что, к моему сожалению, полностью изложить все, что я знаю и чем владею, я не могу и не имею права.

При использовании любой медицинской практики вообще непригодны методы самолечения, так сказать “партизанские методы” борьбы. Однако речь в данном случае идет не только о методах самолечения, которые горячие головы немедленно попытаются использовать, ознакомившись с моей работой. Я даже не могу сказать, почему я не могу об этом писать. Поэтому прошу читателя меня простить за некоторую недосказанность.

Теперь я попытаюсь изложить общую схему и технологию лечения многих заболеваний, хотя, должен признаться, я далеко не представляю, на какой ширины круг болезней могут быть распространены описываемые ниже методы и приборы. Причиной тому является то, что вариаций заболеваний так много, стадии настолько различны, что говорить о всеобщности предлагаемых методик было бы просто кощунственно.

Особо следует подчеркнуть, что описываемые кратко методики применимы как к старикам, взрослым, так и к младенцам. Причем никаких принципиальных отличий в методиках нет. Кроме того, предлагаемые методики принципиально пригодны и для лечения животных. Такая универсальность этих методик основывается на важном положении, сформулированном ранее: душа каждого живого организма строится на одних и тех же принципах, ее образуют одинаковые биологические торсионные поля. Именно это и лежит в основе описываемых методов.

Лечение соматических заболеваний

Итак, предлагаемые методики распространяются в первую очередь на соматические заболевания, которые принято обозначать, как инфекционные. Эти заболевания правильнее было бы называть гомеостатическими, поскольку болезненное состояние характеризуется как раз неоптимальным процессом регулирования внутренней среды. Такие заболевания в зависимости от стадии болезни и ее интенсивности излечиваются полностью. Процесс лечения может быть от нескольких минут до нескольких месяцев. Например, насморк можно излечить в течение нескольких сеансов с интервалом 6 – 8 часов между сеансами. Точно также излечивается грипп (3 – 5 сеансов по 3 минуты) и другие респираторные заболевания.

Фото 2

 

Фото 1

 

Для лечения соматических заболеваний разработан прибор, который условно можно назвать “пирамидой”, хотя к пирамиде он никакого отношения не имеет, поскольку в этом приборе (приборах) и в других пирамидах все дело во внутренней начинке. Однако сохраним это название, поскольку некоторая похожесть внешнего облика прибора на пирамиду имеется. На рисунках 1, 2, 3 приведены фотографии трех различных вариантов таких “пирамид”, которые создавались с целью придания приборам различных уровней информационного воздействия.

Фото 3

 

Особая форма верхней части пирамиды на фото 3 обусловлена тем, что она создавалась с обеспечением возможности механической стыковки с пирамидой, приведенной на фото 2. Такая состыкованная пирамида приведена на фото 4.

Однако следует признать, что особого практического смысла в такой конструкции не было обнаружено и для практики лечения болезней подобная конструкция не нужна. Для целей лечения болезней существует вполне определенный оптимальный размер. Который впоследствии и будет использоваться при новой технологии изготовления самих пирамид.

Подпись: Фото 3Правда, возможны задачи иного характера, которые потребуют применения мощных и сверхмощных устройств такого типа, когда многоступенчатость будет не только оправдана, но и необходима. Для медицинских целей использовались пирамиды, представленные на фото 1, 2 и 3. Практической разницы замечено не было.

Фото 4

 

Принцип действия представленных пирамид основан на принятой модели биологических торсионных полей, оживляющих отдельную клетку. Эта модель заключается в том, структурное образование души клетки любого организма (начиная от инфузории до человека, включая растения, насекомых и других животных) состоит из четырех “сцепленных” друг с другом колец электромагнитных колебаний квадратной формы. Это означает, что все эти квадратные кольца взаимно соединены в единое информационное образование. Причем любой поворот любого кольца относительно других колец по фазе или в пространстве (по углу) будет эквивалентно запоминанию некоторой информации, например, о жизни этой клетки.

Однако нас сейчас интересуют другие моменты.

В конструкции приведенных пирамид заложены резонансные контуры, взаимодействующие с указанными структурами биологического торсионного поля. Этих резонансных контуров в каждой из перечисленных пирамидах четыре. Геометрические размеры каждого контура взаимосвязаны с пространственными параметрами торсионных полей этого типа. Для контуров выбирается специальный материал, найденный экспериментально.

Работа указанных пирамид заключается в следующем. Первоначально с самым большим по размерам резонансным контуром (см. фото 1) сцепляется самое большое квадратное кольцо биологического торсионного поля. Однако тут же вступает в действие второе резонансное кольцо, расположенное выше. Поскольку кольца торсионных полей сцеплены, движение ко второму резонансному контуру расцепляет первое кольцо от соединения с первым резонансным контуром.

Следовательно, происходит автоматическое продвижение через пирамиду всей электромагнитной структуры на шаг, соответствующий расстоянию между резонансными контурами. И вновь на перемещенную электромагнитную структуру воздействует следующий резонансный контур, расположенный еще выше над вторым. Поэтому происходит следующее продвижение электромагнитной структуры еще на один шаг, который определяется расстоянием между вторым и третьим резонансными контурами. Далее происходит перемещение к четвертому резонансному контуру.

Далее на выходе пирамиды электромагнитная структура освобождается от пирамиды, что соответствует полному прохождению электромагнитной структуры насквозь через конструкцию пирамиды. Следовательно, данное устройство представляет собой совершенно уникальный “вечный двигатель”, который способен непрерывно и без затрат хоть какой-то энергии “перекачивать” электромагнитные образования. Важной особенностью в работе этих устройств является то, что негативные информационные образования пирамиды нормализуют (инвертируют), т.е. всегда приводят их к правой закрутке электромагнитных полей, а правозакрученные торсионные поля – не инвертируют. Именно эту функцию, в частности, выполняют египетские, мексиканские и прочие пирамидальные конструкции, разбросанные по всему белому свету.

Фото 4

 
Если описанные пирамиды, представленные на фото 1, 2 или 3 приложить их основанием к больному месту (например, к носу), то при выполнении определенных условий души микробов будут устремляться к выходу пирамид, что приводит к немедленной гибели этих вирусных (микробных) образований. При этом структуры души клеток организма не пострадают, поскольку прочно удерживаются кольцевыми информационными структурами. Следовательно, в организме создаются условия для перевода гомеостаза в оптимальное состояние, т.е. организм быстро излечивается, если нет других причин, вызывающих отклонение в работе гомеостаза.

Лечение психических заболеваний

Психические заболевания могут быть двух различных видов.

К первому виду относятся заболевания, вызванные различными нарушениями узла управления психикой из-за каких-либо внутренних причин, не связанных с внешним психическим воздействием. Это могут быть, например, факторы склеротического характера, т.е. факторы, связанные с механическим нарушением нейронной сети в узле управления.

Другой причиной психических заболеваний может быть сильная актуализация какой-либо потребности, вызывающая постоянное включение соответствующего психического сенсора. При этом погашение потребности не может быть осуществлено за счет той или иной деятельности организма. Это приводит к сильным отрицательным эмоциям, поскольку узел управления психикой постоянно включен на отыскание требуемой функции отражения, которую в данном случае сформировать становится невозможно. Например, к таким видам заболеваний следует отнести психическую зависимость к слабым наркотикам. Лечение этого вида психических заболеваний возможно путем определенного психического кодирования, когда соответствующая не отключаемая потребность просто блокируется и перестает влиять на работу узла управления психикой.

Эти примеры здесь рассмотрены лишь в качестве иллюстрации. На самом деле разновидностей психических заболеваний первого рода гораздо больше. Общим для них является то, что они так или иначе обусловлены неверной работой узла управления и узла формирования потребностей, управляющие и организующие работу психики. Все эти виды психических заболеваний здесь не рассматриваются и не являются объектом данных исследований.

Другим видом психических заболеваний являются заболевания, связанные с процессом реинкарнации почти полной души убитого другого организма, когда душа этого убитого организма оторвалась только от соматической основы, т.е. от квадратных биологических торсионных структур, отвечающих за оживление клеток организма.

Я не буду здесь рассматривать все возможные варианты психических отклонений, возникающих при этом. Дело в том, что душа убитого организма может принадлежать кому угодно – другому человеку, животному, птице и так далее. Однако, несмотря на разные нормы проявления психических ненормальностей, избавление от них будет стереотипно. И обосновывается это тем, что при указанных ограничениях на условия гибели организма, душа которого вселяется в данный организм, который мы хотим излечить, содержит практически весь комплекс биологических торсионных полей, входящий в структуру души (кроме квадратных), т.е. здесь будут и кольцевые структуры, и ромбические структуры, и структуры звездчатые.

Поскольку кольцевые структуры являются организующими в упорядочении работы души при нормальном ее существовании в соме, можно извлечь из сомы кольцевые структуры, а они вслед за собой извлекут и остальные структуры биологических торсионных полей, входящих в реинкарнированный осколок души. С этой целью была разработана специальная конструкция пирамиды, в которой были использованы кольцевые резонансные контуры. На фото 5 можно видеть внешний облик такой пирамиды. Естественно, пирамидальность конструкции обусловлена лишь необходимостью придания определенных эксплуатационных характеристик и никак не связана с “начинкой” пирамиды.

 

 

Фото 5

 

 

На фото пирамида показана в рабочем состоянии, т.е. ее вход открыт, а на выходе установлена спиртовка, которая при основной работе обязательно должна гореть. Это связано с тем, что извлекаемые осколки души непременно должны быть уничтожены, поскольку они сохраняют свою активность и могут повторно “вселиться” в кого-нибудь или во что-нибудь.

Работа с такой пирамидой выполняет ту функцию, которая в церковной практике называется “изгнание бесов”. Такое название в церковной практике обусловлено тем, что человек с “вселившимися” в него посторонними осколками души может, в частности, бесноваться, говорить чужим голосом, впадать в корчи и так далее. Отличие при работе с таким прибором от церковной практики заключается в том, что пациента не нужно вводить в какое-либо особое состояние. Само “извлечение” происходит безболезненно и незаметно для больного. Однако выполнение церковных ритуалов не только целесообразно, но  и помогает в достижении цели, т.е. его следует признать необходимым.

Я не обсуждаю здесь способы устранения некоторых последствий, наступающих после “извлечения” осколка чужой души (осколков чужих душ). Скажу, что эти последствия связаны только с произошедшей деформацией психики, которая происходит при наличии посторонних осколков душ, вследствие искажения информации, запоминаемой в структуре собственной души больного. Это искажение через функцию компенсации с большей или меньшей степенью влияет на состояние больного. Но это является уже психическим отклонением первого типа и поддается лечению по методам психического кодирования.

Кроме того, важным является собственный настрой больного, его осознание действительности. Во всяком случае, чем раньше будет выполнена процедура “изгнания” чужих осколков душ, тем с меньшими последствиями психических отклонений придется столкнуться, тем легче будет с ними справиться.

 

 

Лечение психосоматических заболеваний

К психосоматическим заболеваниям относится широкий круг разнообразных заболеваний, вызываемых “проникновением” какого-либо осколка чужой души, который сам при этом не может влиять непосредственно на работу узла управления психикой или на узел формирования потребностей. В соответствии с информационной моделью гомеостаза такой “чужой” (мельчайший) осколок души влияет на работу узла суммирования (см. сигнал 7 в структуре гомеостаза, представленной в соответствующей части данного исследования).

Рассмотрим эту структуру еще раз (рисунок 9).

Вдобавок к сказанному ранее скажу, что структуры души соответствующего уровня управляют жизнеобеспечением своего уровня соматического основания, а информация об итогах этого управления в биологических торсионных полях передается в высшие структуры.

Это означает, что узел суммирования (Σ), соответствующий отдельной клетке или органу или системе организма, передает высшей структуре души информацию о своей деятельности в структурах треугольных полей. Это характерно для нормального функционирования системы “душа-сома”. Поскольку внешнее полевое воздействие всегда имеет негативное содержание (т.е. левозакрученные биологические торсионные поля) формируемые при этом треугольные поля также будут иметь негативную, т.е. левостороннюю закрутку. Следовательно, в высшие структуры души эта информация не будет передана.

В результате в узле суммирования произойдет инвертирование собственных биологических торсионных полей, что приведет фактически к исключению этого узла суммирования из структуры души. В итоге эта часть сомы начнет существовать по собственным законам, а накапливающаяся негативная информация при превышении некоторого определенного уровня значений будет взрывоподнобно “разбрасываться” по соседним или отдаленным иным узлам суммирования данного организма. Так развивается, в частности, один из видов онкологических заболеваний.

Онкологическое заболевание, вызванное поражением кольцевой информационной структурой, развивающееся с формированием метастаз, может быть излечено при выполнении некоторых дополнительных условий.

Во-первых, если удастся найти конкретное место, где находится первичный “источник” поражения, т.е. посторонняя негативная информационная структура. Это одна из наиболее трудных задач, которая, тем не менее, может быть решена.

Во-вторых, если уровень поражения органа или системы не превысил определенного значения, до достижения значения которого можно надеяться на восстановление функций органа или системы организма, при соответствующей помощи, заключающейся как в подавлении негативной информации, содержащейся в треугольных полевых структурах. Этому помогают описанные выше инверторы торсионных полей. Однако полного освобождения от негативной информации при этом не будет происходить. Чтобы гарантированно подавить заболевание, необходимо использовать квадратные пирамиды, с использованием которых будет происходить постепенное уничтожение пораженных клеток. Это становится возможным, так как пораженные клетки уже не находятся в общей структуре души организма и не будут защищаться ею. Именно в этом случае необходимо учитывать определенный уровень поражения, превышение которого делает бесполезными все усилия по устранению тяжелого заболевания.  В таблице 2 приведены допустимые уровни поражения органов, когда может быть восстановлена их нормальная жизнедеятельность при проведении соответствующего лечения информационными методами.

 

Таблица 2. Допустимые значения уровня поражения органов

Пораженный орган

Допустимый уровень поражения (в процентах)

Печень

56

Желчный пузырь и протоки

61

Поджелудочная железа

26

Желудок

19

Двенадцатиперстная кишка

17

Селезенка

14

Тонкий кишечник

17

Толстый кишечник

7

Предстательная железа

14

Щитовидная железа

14

Почки

8

Яичник

10

Матка

10

Легкие

16

Сосуды (артерии)

15

Скелет

8

 

Данные таблицы показывают, что перед началом лечения необходимо каким-либо образом оценить уровень поражения каждого из органов (отдельно). Необходимо отдавать отчет в том, что суммарное поражение также влияет на уровень допустимого поражения отдельных органов, снижая порог допустимого поражения.

В других случаях искажение в работе узла суммирования происходит без накопления негативной информации, но работа узла суммирования происходит по законам, навязанным посторонней полевой структурой. Этим обусловлены онкологические заболевания других видов, а также такие психосоматические заболевания как диабет, астма, тромбофлебит и многие другие.

Следовательно, вслед за информационным поражением организма начинают накапливаться более или менее сложные соматические заболевания. Эти виды болезней лечить до полного излечения практически бесполезно без устранения исходной причины. Лекарственные методы дают лишь облегчение, связанное со сложной дополнительной стимуляцией гомеостатических процессов. Именно по этим причинам и необходимы совершенно иные приемы и методы лечения.

Для этих целей был разработаны устройства, похожие на указанные пирамиды. При этом для каждого вида информационных структур, влияющих на работу сомы и являющихся посторонними, были разработаны звездчатая, ромбическая пирамиды, которые совместно с квадратной и кольцевой составляют полный набор необходимых приборов для лечения широкого класса психосоматических заболеваний. Внешне новый тип приборов (звездчатая и ромбическая пирамиды) достаточно сильно похож на кольцевые и поэтому здесь их фото не приводятся.

На данный момент практика применения описанных приборов и методик не может считаться обширной. Я не ставил себе таких задач. Однако примеры опробования достаточно разнообразны, но одинаково эффективны. Например, эффективно и очень быстро (можно сказать, мгновенно) излечивается насморк и грипп. Было проведено полное излечение от хронического бронхита. Было ликвидировано заражение печени глистами. В одном случае методика была использована для лечения простатита. Излечена хроническая лимфовенозная недостаточность II и III стадии и варикозная болезнь III стадии. Была ликвидирована гигрома на запястье левой руки. В одном случае было проведено излечение от диабета. За семь дней была ликвидирована эрозия шейки матки.

Практика применения новой методики будет постепенно расширяться.

Указанные виды заболеваний настолько отличаются друг от друга, а эффективность излечения настолько высокая, что позволяет сделать однозначное заключение – новые методы лечения соматических, психосоматических и психических заболеваний открывают новую страницу в теоретической и практической медицине.

 

Новые панорамные фотографии на сайте ИСО-100.

Внимание! Сайт является помещением библиотеки. Копирование, сохранение (скачать и сохранить) на жестком диске или иной способ сохранения произведений осуществляются пользователями на свой риск. Все книги в электронном варианте, содержащиеся на сайте «Библиотека svitk.ru», принадлежат своим законным владельцам (авторам, переводчикам, издательствам). Все книги и статьи взяты из открытых источников и размещаются здесь только для ознакомительных целей.
Обязательно покупайте бумажные версии книг, этим вы поддерживаете авторов и издательства, тем самым, помогая выходу новых книг.
Публикация данного документа не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Но такие документы способствуют быстрейшему профессиональному и духовному росту читателей и являются рекламой бумажных изданий таких документов.
Все авторские права сохраняются за правообладателем. Если Вы являетесь автором данного документа и хотите дополнить его или изменить, уточнить реквизиты автора, опубликовать другие документы или возможно вы не желаете, чтобы какой-то из ваших материалов находился в библиотеке, пожалуйста, свяжитесь со мной по e-mail: ktivsvitk@yandex.ru


      Rambler's Top100